Счастье пахнет тобой
- -
- 100%
- +
© Тальвирская А.М., 2022
* * *Пусть кажется: страданий непроходимый лес, не кисни – улыбайся, ведь жизнь полна чудес: в пугающей чащёбе поляны счастья есть, – волшебные поляны, и их, поверь, не счесть.
«Все чувства мною пережиты…»
Все чувства мною пережитыи не один, а много раз –одни давно в куски разбиты,другие живы и сейчас,и так же молоды и свежи,как много лет тому назад,и так же светится как прежде,от этих чувств, счастливый взгляд.«Надо мной бескрайнее небо…»
Надо мной бескрайнее небо –эх, летать научиться мне бы!Поборов притяженье земное,улетела бы я в голубое,унесённая ветра силой,но парить в небесах, бескрылой,только наша душа умеет,да и тó… лишь когда стемнеет.«Многое обдумано, – было и прошло…»
Многое обдумано, – было и прошлоиз того, что мучило и в душе гнило.Что-то мной оправдано и осуждено,изгнано, оставлено, перерешенои перелопачено много сотен раз,по ночам оплачено горечью из глаз.Что-то помнить хочется, что-то позабыть…Мне обиды горькие всех прошу простить.Понабравшись опыта, знаю что копить –жаль: того, что прожито, не перепрожить.«Всю себя тебе отдам…»
Всю себя тебе отдам,только позови;сердце рвётся пополам, –рвётся от любви.Я к тебе, забыв о бедах,прихватив мечты,прилечу на крыльях белых,где бы ни был ты.За морями, в странах дальнихполная любвистану нужной и желанной,только позови, –в свой далёкий мир, незримый,позови меня, любимый.«…А ты вспомнишь меня…»
…А ты вспомнишь менялютым холодом дня,январского, намертво скованный.…А ты вспомнишь меня,солнцем майского днядо беспамятства расцелованный.…А ты вспомнишь меняв звоне летнего дня –руки, плечи и волосы вспомнишь.…А ты вспомнишь меняв дождь осеннего дня –от тоски, что нет рядом, застонешь.2004«Ноют годами душевные раны…»
Ноют годами душевные раныпорой до последнего нашего вздоха,и не придуманы Господом страны,где люди живут без надрывного «оха».Сердце от боли прерывисто бьётся;в страданья жестокие жизнь превратиласьи из желаний одно остаётся:чтоб, рвущая душу в клочки, прекратилась.Но всё-таки есть в этом мире безбрежномодна, куда боль иногда убегает –чудо страна под названьем «Надежда»,где души короткий покой обретают.«Обе ставни закрыты…»
Обе ставни закрыты,плотно створки сведя;стёкла мутны: залитысерой влагой дождя.Заржавевший давноне даёт шпингалетраспахнуть то окнои увидеть рассвет –стоит смазать егои окно распахнуть,сразу сможешь легкополной грудью вздохнуть.«То твою расправит спину…»
То твою расправит спину,то в дугу её согнёт;то душистую малину,то горчицу сунет в рот;то чудесную картинунарисует и сотрёт;то тебе под бок перину,то кинжал в него воткнёт;то тебе синяк под глазом,дескать, нечего спешить;то такую выдаст фразу,что три дня во рту першит…Так твои истреплет нервы:круче жизни нету стервы.«Может всякое случиться…»
Может всякое случиться,ко всему себя готовь, –ярко вспыхнет, разгоритсяжарким пламенем любовь.В страстный вихрь тебя затянет,над тобой почуяв власть, –угодишь, подругой станет,не понравишься, предаст.«Замучила истерика сухая…»
Замучила истерика сухая,без всхлипов и потоков горьких слёз.Язык во рту, от жажды опухая,твердит тройной заезженный вопрос:«Зачем же, кто такая и откудаявилась я на этот белый светгорбом ненужным, третьим, у верблюда?Таких зверей в животном мире нет.А если нет трёхгобого верблюда,то и меня, конечно, тоже нет,и вовсе не вселенское, я, чудо,а неизвестно чей жестокий бред.Так чей же мозг, разжиженный горячкой,взял жизнь мою в жестокий обороти наградил гноящейся болячкой,которая никак не заживёт?»«Как нелегко смириться с тем…»
Как нелегко смириться с тем,что всё теперь совсем иначе,шутить и улыбаться всем,когда душа от боли плачет,с высот заоблачных упав,кричит, как раненная птица,необратимость не приняв,не в силах с прошлым распроститься,всё вспоминая о былом,о землю бьёт больным крылом.«Где-то шумит вековая тайга…»
Где-то шумит вековая тайга,пески иссыхают пустынные,на сопках, не тая, белеют снега,волнуются степи ковыльные…А здесь косогоры, поля и река,желтеют сосновые свечи,и нежно ласкает ладонь ветеркаберёзкины белые плечи.И так хороши вечера на Оке,душистые летние ночки,плеск волни лужайка в цветастом платке,и звёзд, серебристых, цепочки.Детчино«Ночь. Луна – в окно…»
Ночь. Луна – в окно,терпкое вино,кофе «капучино»,милый серый взгляд,горький шоколад,блюдечко малины,Бунин, Гумилёв…чтение стихов,рюмка коньяка,тапочки… халат…узкая кровать… –слезы до утра.«Свищет ветер, воет вьюга…»
Свищет ветер, воет вьюга,не видна во тьме дорога, –я стремлюсь к теплу уюта:я устала и продрогла.Так хочу, чтоб плед пушистыйи горячий чай душистый,от зимы живое еле,моё тело отогрели;из-за шкафа появившись,как тельняшка, полосатый,на коленях примостившись,мне мурлыкал кот усатый,тихо музыка звучала,за окном фонарь светил,чтобы мучить пересталамысль: что ты меня забыл.«Тоскуя по теплу руки…»
Тоскуя по теплу руки,до бесконечной жгучей муки,и задыхаясь от тоскис тобой пожизненной разлуки,в толпе ищу, во сне кричу,трясусь, как в гнойной лихорадке,и – уголочком на свечу –горю листочком из тетрадки,где нацарапаны слова:«Любовь всегда во всём права».Колёса фортуны
Погнулись спицыколёс фортуны –теперь не спится:фальшивят струны:колки сломалисьдушевной деки,от них осталисьодни калеки.Тоска вопроса:«Ну что же делать?Как те колёсазаставить ехать?» –«Что сделать, – мысли, –чтоб струны пели,в слезах не кислии не хрипели?»Фортуна злится –в глазах закрытыхупрёк таится:«Сама чини их:зря силы тратитьмне неохота;их петь заставить –твоя забота».«Горит закат…»
«Горит закатс отливом бронзы…», –стихи всегдарастут из прозы;из слов еёи боли жгучейлюбовь растёт,обрыва круче.Грешный сон
Как быстро и легко,пускай и не любила,один лишь раз всеготы мужу изменила.Всего один лишь раз,пускай во сне то было,тех дьяволиных глазсиянье опалило.Приняв за правду ложь,от страсти тело взвыло, –с тех пор во сне зовёшьтого, с кем изменила, –с тех пор живёшь в аду:вокруг глухие стеныпускай не наявуслучившейся измены.«В небе шарик золотой…»
В небе шарик золотой,а в моей руке другой,словно небо, голубой –небывалой красотышарик сказочной мечты:что со мною рядом ты,и цветы, цветы вокруг…Только ниточка из руккак-то выскользнула вдруг, –шарик взвился к облакам,и конец пришёл мечтам:не бывать уж вместе нам.Оттепель
Вот уж середина декабря,а зима никак не наступает.Санки малышня готовит зря:выпадает снег и снова тает.Впору им кораблики пускатьпо ручьям в неведомые страныи велосипеды доставать,спрятанные, на зиму, в чуланы.Новенькие лыжи и конькив коридорах, бедные, пылятся.«Будут вам и горки, и катки,сможете на санках накататься,наиграться вволюшку в снежки,воздухом морозным надышаться», –взрослые с улыбкой утешают,а снежинки падают и тают.16 декабря 2017(+9º)«Нам мужчины сильные и крепкие…»
Нам мужчины сильные и крепкие,с запахами пота и ветров,посылают взгляды нежно-цепкие,жаркие, как уголья костров.Обнимают так, что сердце бьётсябешенным и сладким ритмом счастья,обижают так, что горе вьётсяжалящей змеёй вокруг запястья.«Любовь – это вирус…»
Любовь – это вирус,коварный и страшный:всё – тó же, но минуспокой твой вчерашний.Ночами не спиться:трясёт лихорадка;прекрасная птица,поющая сладко,синея крыламина плечи садится,и перед глазамидвоится, троитсяв бредовом туманетакое родное,за стёклышком в раме,лицо дорогое.«Можно я к тебе приду ночевать…»
Можно я к тебе приду ночевать,на кушетку упаду, в чём была,буду вслух свою беду вспоминать,что вчера спалила душу дотла?Будешь слушать ты страданье моёи, не зная чем же можно помочь,мне молчание подаришь своё,ледяные руки грея всю ночь.А наутро, кофейком напоив,до метро меня пойдёшь провожать, –мне больную бабью слабость простив,не позволишь на прощанье обнять.Конаково
На поляне горит костерок,золотистый, как ранняя осень.Искры носит, смеясь, ветерокк верхним веткам раскидистых сосен.Пахнет дымом, палёной травой,пламя лижет коряги сухие,сосны, сонно тряся головой,тихо шепчут нам сказки ночные.Рядом бьётся о берег река,звёзды смотрят на нас с небосвода,и откуда-то издалекаслышен долгий гудок парохода.Слов не надо – мы молча сидим,происшедшему радуясь, с нами,и, прижавшись друг к другу, глядимкак танцует весёлое пламя.Как давно костерок тот погас, –заросла та поляна подлеском, –так его не хватает сейчас,золотистого, с радостным треском.1975 – 2005Конаково«Всё равно я буду верить…»
Всё равно я буду верить,днем и ночью ждать,и незапертыми дверибуду я держать:вдруг усну и не услышутвоего звонка, –ты войдешь ко мне неслышно,и твоя рукана горячий лоб мой ляжет,и, к губам припав,мне твоё дыханье скажет:«Как я был не прав…».2004Засуха
Невыносимая жара –расплавленное солнцена землю с самого утракипящей лавой льётся.Изнемогающий ручейв лесную тень стремится,от обжигающих лучейсреди корней укрыться;стрекозы, крылышки сложив,над травами не вьются…«О, небо, сжалься и скажи:когда дожди прольются?»И небо бледное в ответ:«Спроси у ветра лучше:мне над дождями воли нет:он собирает тучи».А ветер мимо: «Подожди, –летит и споткнётся, –когда тебя зальют дожди,ещё попросишь солнца.Так ливни, грозы далеко! –пока туда слетаю…да и тащить их нелегко.Когда вернусь – не знаю».Земля вздохнула тяжело:«Устала я дымиться, –пожаром столько изб пожгло, –прошу поторопиться».Лето 2010«Ты не будил во мне волненье…»
Ты не будил во мне волненье,не разжигал огонь страстей,не по тебе в груди томленьев бессоньях плачущих ночей.Спокойны, тихи наши встречии расставанья не грустны, –не ты мои ласкаешь плечи,не ты в мои приходишь сны.Так отчего же утром серым,когда не хочет солнце греть,хочу, укрывшись тёплым пледом,с тобою рядом посидеть.Лето 2001«Сколько я восходов повстречала…»
Сколько я восходов повстречала,сколько я закатов проводила,сколько музыки услышано мной было,сколько я стихов перечитала.Все мои восходы и закатыдруг от друга сильно отличались,но как щедро все они старалисьвсё отдать, чем сказочно богаты.Музыка по-разному ласкала,каждый раз тревожила иначе,и в её веселии, и в плачевсё я находила, что искала.Разное стихи мне говорили,на мои вопросы отвечали,мне свои восторги и печали,совершенно разные, дарили.И не мне в душе таить обиду,что ночами тёмными рыдала:всё мне, что имела, отдавалажизнь, моя, суровая лишь с виду.Новые закаты и восходы,музыка, стихов любимых томикзащитят души непрочный домикот любой житейской непогоды.«Ты помнишь ноябрь далёкий…»
Ты помнишь ноябрь далёкий,на этот очень похожий?За окном фонарь одинокийкивал головой прохожим,осенняя ночь сулилапервую злую метель,а наша любовь стелилабелое нам на постель.1973 –1983Преображенское кладбище
1
Надежды, сомнения,тревоги, волнения,ночей маету,свечи венчальные,улыбки печальные,разлук пустоту,взгляды счастливые,мысли тоскливые –надёжно хранит,подаренный детками,усыпанный веткамихолодный гранит.2
Холмики, веночки, пирамидки,деревянные, чугунные заборчики –с фотографий шлют застывшие улыбкинелюбимые, любимые покойнички.«Понимаю: за то нехорошее…»
«Понимаю: за то нехорошее,что в душе тяжким гнётом лежит,навсегда к её ранам присохшее,извини, что мой голос дрожит,у тебя мне прощенья не вымолитьи придётся сполна заплатить,дай хоть слово последнее вымолвить, –я попробую всё объяснить».Но судьба, усмехнувшись невесело,рот заткнула истлевшим тряпьёми табличку на душу повесила:«Непригодна для счастья – на слом».«Полная луна…»
Полная лунасмотрит мне в окно.Я сижу однаи уже давно –жду твоих шаговтак знакомый звук.Нет на свете слов,что спасут от мук –ни заумных нет,ни простых, в слезах.В полнолунных мнене прочесть глазах:не умею я:незнакомый шрифт.Темнотой объяттихо дремлет лифт.«Ты не очень высок и не очень красив…»
Ты не очень высок и не очень красив,но она не глядит на красавцев:ей бы только – улыбок чудесных твоих,ей бы только – твоих нежных пальцев,ей бы только –твой взгляд, синий-синий, поймать,только б голос услышать твой милый,ей бы только, что любишь её ты, узнать,не такой уж высокий, красивый.Вечный двигатель
Бессонница перед глазамицветные картинки меняет, –как в темноте кинозала,твой образ любимый мелькает,счастливый такой, смеющийся,ещё радостней, чем тогда,с экрана ко мне несущийсясквозь прожитые мной года.А вот закрывается дверь,кадр –за смазанным серым кадром,и смотреть не могу, поверь:я ослепнуть была бы рада,да памяти вечный двигатель,увы, невозможно выключить.«Когда нам за сорок, боимся старенья…»
Когда нам за сорок, боимся старенья, –всё думаем: как с этим жить? –так старости, брезжащей, давят мученья,что в пору от страха завыть.Но старость – не возраст, а что-то другое:усталость не тела – души.Пусть тело, негибкое, немолодое,диагнозы нехороши,но если осталось к чему-то стремленье,желание думать, творить, –мечтающим не угрожает старенье,и тем, кто способен любить.«Как не хочу я просыпаться…»
Как не хочу я просыпатьсяи в этот мир унылый,из снов счастливых возвращаться,где был со мной мой милый, –где обнимал мня так жарко,что плечи сладко ныли;где солнце так светило ярко,так сини дали были,и где у нас над головамицвела сирень так пышно;где осыпал меня словами,которых здесь не слышно,и нет его улыбок нежных,что душу мне ласкали,не сини, здесь, и не безбрежны,а серы, тесны дали.Здесь мне не хочется смеяться,здесь я грущу, тоскую…Зачем те сны так часто снятся,мне, про любовь былую?Зачем опять меня волнуют, –заставив сердце рваться,картины прошлого рисуют,с которым не расстаться?«Сердце бьётся за жизнь…»
Сердце бьётся за жизньдо последнего нашего вздоха, –бьётся так, что дрожит,ударяясь о ребра, душа.Позади остановка во лжи –впереди, освещённая плохо,в неизвестность дорога лежит,может, там будет жизнь хороша?«Как я рада птицы пенью…»
Как я рада птицы пеньюи ромашкам на лугах,речки тихому теченью,серым уткам в камышахи тропинке, в зной награда,сквозь жасминные кусты –одному совсем не рада:что так часто снишься ты.Просыпаясь, понимаю:это счастье лишь во сне, –я опять тебя теряю, –лучше б ты не снился мне.«Что ты стонешь так, моя…»
«Что ты стонешь так, мояодинокая?Что за боль тебя – душа –рвёт жестокая?Что в комочек ледянойты сжимаешься?От кручинушки какойплачешь, маешься?» –«От разлуки стала яодинокою, –хромоножкой стала я,кривобокою.Будем вместе горевать –– пригорёвывать,дни и ночи коротатьда порёвывать». –«А давай-ка я твоюножку вылечуи без палочки ходитьлаской выучу,и бочок другой, прямой,дай приделаю, –заживём, душа, с тобойжизнью белою.А та, чёрная, тогдапохоронится,и её тоска-беданам не вспомнится.Стоит только пожелать –всё изменится:дни дождливые опятьсолнцем сменятся».«По ночам крошки прошлого мысли клюют…»
По ночам крошки прошлого мысли клюют,птичьей стайкой к кормушке слетаясьи толкая друг друга, молчат – не поют,ухватить свою крошку стараясь.Та кормушка не выглядит слишком большой,но кормёжка в ней не убывает:память столько бросает им щедрой рукой:всем насытиться крошек хватает.«Я жду, дорогой, – до сих пор…»
Я жду, дорогой, – до сих поржду звука твоих шагов,спешащих ко мне через двор,так жду всего нескольких слов,сидя у телефона:«Я приду через пару часов,не уходи из дома», –жду твоего тепла,памятью только греясь,жду, как всегда ждала,ни на что не надеясь.«Говорят: слезами не поможешь…»
Говорят: слезами не поможешь;а зачем же горю помогать,если ты и так уже не можешь:ни смотреть, ни думать, ни дышать.Как же дальше жить себя заставить?Есть противоядье от него:можешь душу бедную избавить,вытравив улыбками его.И освободившееся местоснова радость светлая займёт,и в душе опять наступит лето,сжавшись, пустоглазое уйдёт:горе не живёт в садах цветущихи в сердцах, от радости поющих.«И солнце, и ветер, и брызги в лицо…»
И солнце, и ветер, и брызги в лицо, –на палец ещё не надето кольцо, –за быстрой «Казанкой»[1] на лыжах несусь,по лилиям белым, и звонко смеюсь.Темно и пронзительный ветер в лицо, –и с пальца давно уже снято кольцо, –иду, вспоминая, сквозь стынущий двор:ту лодку, те брызги и лилий ковёр,и Волги притоку – чудесную Созь,легко вспоминая, без боли и слёз.Тропинку к подъезду совсем замело,а мне, к удивленью, тепло и светло,как будто двор солнцем – тéм солнцем залит.Пусть память тот день навсегда сохранит.«Я отчаянно просила…»
Я отчаянно просилаот меня не уходить,говорила: «Как любила:никому так не любить!»Но любовь не стала слушать,нацепила пальтецои, заткнув руками уши,убежала на крыльцо,а с него сквозь сад опавший,через поле, через лес…Навсегда вдали пропавшейслед, её, во мгле исчез.«Вода стоит отвесною стеной…»
Вода стоит отвесною стеной,и стёрта обезумевшей грозойграница между небом и землёй,и молнии сверкают где-то рядом,трещат суки, обломанные градом,и кажется свершившееся адом.С горячечным ознобом в мокром телеты прячешься под лапы старой елии замираешь там, живая еле,рукой замёрзшей истово крестясь,Царю небесному отчаянно молясь,чтоб эта буря поскорее унялась.Закрыв полуослепшие глаза, –где капля дождевая, где слеза, –ты ждёшь, когда закончится гроза;и гром гремит всё тише, тише, –и вот уже его не слышишь,и снова полной грудью дышишь.Сквозь лапы ели солнце блещет,и сердце радостно трепещет,что по щекам вода не хлещет.В душе отвыли страха волки,и нежно гладишь ты иголкитебя укрывшей старой ёлки.Конаковоиюль 1975«Жизнь обещала не скупиться…»
Жизнь обещала не скупитьсяна доброту и красоту;душа – доверчивая птицавсё набирала высоту.Паря в лазурном поднебесьи,свободно крылья распустив,лила на землю чудной песниобворожительный мотив.Но небеса вдруг почернели,наплыли тучи, грянул гром, –от бури, той, живая елезакувыркалась под дождёми стала падать с неба птица,а град по крылышкам хлестал,им не давая распрямиться,и ветер перья обрывал.На пестрой грудке крови пятна,а вместо пенья хриплый стон, –упавшей, стало ей понятно,что мир обманами силен.Но птица так летать хотела, –была сильнее непогод, –что поднялась и полетела,и не один летает год.Пусть небеса порой чернеют,и хлещет дождь, и гром гремит,над птицей воли не имеюттой непогоды злые дни.И ничего, что песни тишеи в крыльях перья не ярки, –теперь она гораздо вышепарит обманам вопреки.«Когда признаний не хватает…»
Когда признаний не хватает,когда тепла недостаёт, –она: печалится, страдает,весёлых песен не поёт.Но скажут ей с нежнейшей ласкойодно заветное словцо,и снова жизнь чудесной сказкой, –опять румянится лицо.Любимых женщин берегите,не заставляйте их грустить,слова признаний им дарите,и будут вам они дарить:счастливых глаз очарованье,улыбок чудных красоту,свои ответные признаньяи нежных ручек теплоту.«Если б я родилась…»
Если б я родилась,но такой, что была, –ещё раз, только раз, –я б иначе жила:как две радужки глаз,я бы так береглакаждый день, каждый час,что судьба мне даларядом быть и любитьни за что – просто так;я б не стала корить,что в квартире бардак,что приходится житьна такие грошии обиды копитьгде-то в дебрях души,не писала б стихов,в полнолуньях спалаи другого из сновне звала, не ждала,злую боль дневниковв жаркой печке сожгла –горьких не было б слов:«Жизнь не так прожила».«Ими преданной, списанной в прошлое…»
Ими преданной, списанной в прошлое,опустившая плечи ушлаи приют по следам запорошенныму печали в каморке нашла.И колышится занавесь ветхаяв помутневшем проёме окна, –в ночь глядит их любовь недопетаятак ни ей, ни ему не нужна.«Просто не знаю что делать…»
Просто не знаю что делать,просто не знаю как быть, –может, пойти пообедать?Сытой-то радостней жить.Или, наевшись снотворных,сном беспробудным уснуть,чтоб не встречать заострённыхвзглядов, пронзающих грудь;чтобы не слышать злой голос,бедные уши заткнуть,непонимания ворох,скомкав, в чулан запихнуть?А может, всё бросив, уехать?Ох как мне сейчас не до смеха.«Подвинься, я лягу с тобой…»
Подвинься, я лягу с тобой, –усталые ноги так ноют, –погладь мою спину рукойи, когда я глаза закрою,подставь мне своё плечо,я в него уткнусь головою,и станет мне так тепло,и ласка твоя успокоит.«Так мечтала об этом подарке…»
Так мечтала об этом подарке:я в Сокольники еду гулять –буду в старом заснеженном паркео тебе вспоминать, вспоминать…И обняв, как тебя обнимала,и целуя кленок молодой,вспомню я, как тебя целовалав этом парке под ранней звездой.Вспомню всё из далёкого лета,но без слёз, без жестокой тоски:голос, взгляд шоколадного цвета,нежный трепет любимой руки…И, забыв все свои огорченья,вспомнив твой удивительный смех,я – в подарок себе – в день рожденьястану самой счастливой из всех.06 декабря 1996Ложь
Её слова – жестокая игрушка,грозящая немыслимой бедой:они всего лишь айсберга макушка, –погибель притаилась под водой.И не одно доверие утонет,и не одна поникнет голова,и не одна душа в слезах застонет,приняв за правду лживые слова.«Достигая, я себя так утомила…»
Достигая, я себя так утомила:всё спешила, всё боялась опоздать.Из достигнутого многое немило,и не надо было вовсе достигать.Но тогда, поверьте, искренне считалаи уверена была на сотню сот:это тó – чего мне так недоставало,без чего душа грустит, а не поёт.А теперь уже не те приоритеты,и желания давно уже не те, –научите дуру мудрые поэты:чтоб достигнуть, как приблизиться к мечте?Сил физических осталось маловато,а душевные и вовсе на нуле:я не та уже, какой была когда-то:еле ползаю по матушке-Земле.Но как прежде также манят достиженья, –научите, дайте главное постичь, –принимаются любые предложенья,как желаемого взять… да и достичь.«Счастье скомканным листком…»
Счастье скомканным листкомполучилось,будто в зеркале кривомотразилось:там, где радость глаз была,впадина;а улыбка где цвела –вмятина.Тот комочек теребя,долго выла:«Как кручинушка тебяисказила!»«Как придумано и кем…»
Как придумано и кемэто горькое «зачем»?и больное «почему?»Вряд ли я когда пойму,почему так получилосьи зачем произошло?Миг… и всё переменилось:всё завяло, что цвело;что горело, вдруг остыло;горьким стал воды глоток,и погасло, что светило;почему живой истокв пересохший превратился?где та чистая вода?и зачем тот миг случился,разлучивший навсегда?«Сколько в поле травинок…»
Сколько в поле травинок –столько горьких слезинокпо тебе пролила.Сколько раз говорила:что давно разлюбила –столько раз солгала.Столько вёсен отпело,сколько зим пролетело; –а тебя не забыть.Сколько дней – столько ночек –за годочком годочекпродолжаю любить.«Как быстро вешними дождями…»
Как быстро вешними дождямис земли смываются снега –ещё быстрей, прощаясь с нами,покинет лето берега,те: на которых расцветало,бросало в землю семена…И вот уже листва опала,и вот уже пуржит зима.Как быстро дни летят, недели,а годы… те ещё быстрей:поспали люди и поели,и вот уж вечность у дверей.Всё повторит круговороти только жизнь нам не вернёт.«Я жду, – а вдруг в ночи бессонной…»
Я жду, – а вдруг в ночи бессонной,а может быть, в разгаре днятвой голос в трубке телефоннойна этот свет вернет меня.* * *Так устала ждать,что едва дышу.Хватит пропадать,позвони – прошу.Нечего сказать?Ладно, не звони, –буду дальше ждать,извини.* * *Впору волком подраненным выть,серой выпью болотной кричать –у кого бы узнать, расспросить:«Как живое так может молчать?»