Счастье пахнет тобой
- -
- 100%
- +
«Как же матушка любила…»
причитаниеКак же матушка любила:ленты в косы мне вплетала,я у ней в шелках ходила,раскрасавицею стала.По полям – лугам гуляя,василёчки собиралаи, венки из них сплетая,о большой любви мечтала.Для того ли, матушка,ты меня любила,для того ли, милая,как цветок, расстила, –чтобы в омут стылый,горюшка испив,бросилась с обрыва,косы распустив?чтобы очи ясныемне закрыла мгла?чтобы я несчастнаяв омуте спала?чтобы дна глубокогохолод дал забытьмне его, жестокого,без кого не жить?«Луна за тучами хоронится…»
Луна за тучами хоронится,осинка голая от холода дрожит.Меня весёлое сторонится, –печальное навстречу мне бежит.И разойтись не получается:куда не поверну – печаль одна.И мне давно уже не чается,что из-за туч покажется луна,и звёздочки серебряными искрамина бархате небесном заблестят,и, озарённый радостными мыслями,из грустного, весёлым станет взгляд.«Наконец любовь проснулась…»
Наконец любовь проснулась,очень грустно улыбнуласьи сказала: «Ухожу!Понимаю: надоела:я спала, а ты болела…и ещё тебе скажу:зря ты столько лет терпела,всё стыдилась да робелазаглянуть в мои глаза,ведь, наверное, хотела –от чего же не посмела?»И ответила ей я:«Это – истинная правда:разбудить была бы рада,но, увы, не получилось.Я трясла тебя за плечи,по ночам палила свечи,всё равно не добудилась».Та печально рассмеялась:«Видно плохо ты старалась,чтоб от сна я ожила».И расстались мы с любовью,обменявшись нашей болью:я свою ей отдала,а её – себе взяла.«Гладкий, чистый лист вложи в конверт…»
Гладкий, чистый лист вложи в конверт,в мой почтовый ящик опусти, –пусть на белоснежном строчек нет,есть, зато, тепло твоей руки.Вскрою тот, без адреса, конверт,и в подъезде станет так светло, –пусть на нём отсутствует ответ,есть теперь руки моей тепло.Я сложу причудливо листок,и, расправив белые крыла,вылетит в окошко голубок,и согреют землю два тепла.«Как страшно, до смерти любя…»
Как страшно, до смерти любя,надежду хоронить;как горько дальше без тебя,по счастью прошлому скорбя,на этом свете житьи радость в саван обряжать,умершую с тоски,и дни былые вспоминать,от невозвратности стонатьу омута реки,сквозь слёзы горькие смотретьна водную спираль,не ждать, не звать, душой болетьи ничего уж не хотеть –так страшно и так жаль.«Я закрою эту книгу и дочитывать не буду…»
Я закрою эту книгу и дочитывать не буду:у неё конец печальный:равнодушный взгляд прощальный,это видно по всему.Я закрою эту книгу, что прочитано забудуи упрячу в угол дальний,чтоб её сюжет страдальныйне попался никому.«Туман и слякоть за окном…»
Туман и слякоть за окном,а перед ним уют домашний,а на душе тоска о том,что не вернётся день вчерашний.И ничего не изменить,не переделать, не исправить…и надо как-то дальше житьуговорить себя – заставить.И снова верить, снова ждать,с утра надеясь, до заката,себя ночами убеждать,что эта боль пройдёт когда-то,что эта горькая бедане навсегда… не навсегда.«Я вернусь через год…»
Я вернусь через годили, может быть, два, –обязательно, милый, вернусь:ты посмотришь в окно, –снегопад, снегопад, –это я в тихом танце кружусь;по весне расцветётнезабудка в саду –это я, дорогой, – это я;рассмеясь обоймётветерок на лету –это я обнимаю тебя.«Когда наступит время уходить…»
Когда наступит время уходитьтуда: куда не страшно опоздать,не страшно что-то важное забытьи в спешке лихорадочно искатьбилет на поезд или самолёт,со скорбно-чёрной датой отправленья,туда, где неизвестность только ждёттвоей души, бессмертной, появленья,кому –«Люблю…»: – прошепчешь тихо ты,кусая губы непослушные?какой своей несбывшейся мечтыглаза увидишь равнодушные?и, горько сожалея о былом,ты будешь у кого просить прощеньяза тот полёт со сломанным крыломи за свои поспешные решенья?«Ты так радовал меня…»
Ты так радовал меняярким светом,что горел в твоих глазахдавним летом.А теперь стоит зима, –как ты?.. где ты?..На вопросы, те, самадам ответы.У тебя своё житьёи заботы;не к тебе меня ведётжизнь с работы,не тебе варю едуи стираю,не тебе свою бедудоверяю.Не меня ты ждёшь теперьи встречаешь,открывая настежь дверь,обнимаешь;соловьи не нам поют,сон тревожа:не для нас с тобой уютсчастья ложа.Мне не видно глаз твоих,слов не слышно,а тебе давно моих:так уж вышло.Будто в разных временахобитаем,мы друг к другу только в снахприлетаем.«От прокуренной ночи бессонья…»
От прокуренной ночи бессоньяубежать бы сейчас из Москвык изумрудным задумчивым волнамокеана калужской травыи к извилистой тихой речушке,где на дне под прозрачной водойпритаились цветные ракушки,где не пахнет жестокой бедой,где под синим, безоблачным небомна губах вкус разлуки больнойбез следа растворится, как не был,и покинет глаза жгучий зной,где оттает душа, улыбнётсяпод лучами калужского солнца.«Я не люблю тебя, – я больше не люблю…»
Я не люблю тебя, – я больше не люблю, –жестокой болью заплатив за расставанье,бессонницей не маясь, крепко сплюи от тоски не прерывается дыханье,и сердце бьётся ровно и спокойно:ночами, по утрам, в теченье дня;надеждам благодарна, что достойноони покинули уставшую меня,ошибок не наделала ненужных,пытаясь прошлое счастливое вернуть,и от рыданий, хриплых и натужных,теперь моя не рвётся больше грудь,в улыбке горькой губы не кривлю:«Ну где же ты?.. Я так тебя люблю».«За окном, холодным, тьма…»
За окном, холодным, тьма, –валит снег.За окном февраль… зима…нет и нет, –ярких солнечных лучейнет тепла.Чередой пустых ночейвсё ждала, –всё надеялась: придёшь,как заря,из зимы в июль возьмёшь…только зря.«Сквозь трещину в асфальте пробивается…»
Городским ромашкам
Сквозь трещину в асфальте пробиваетсяедва заметный сморщенный росток –подставить солнцу вешнему пытаетсяещё не развернувшийся листок.Ему бы заливной цветущий лугс порхающей в небесной сини пташкой,тогда бы в окружении подруграсцвёл он раскрасавицей-ромашкой.И можно было б, тем цветком любуясь,дыханье затаив, слегка волнуясь,погладить лепесточки осторожнои загадать желанье было б можно; –а здесь ненужный, места не нашедший,растоптан будет, так и не расцветший.«Утро раннее в окно…»
Утро раннее в окнольётся синей речкой.Нарисую лишь однона листке словечко:начинается на «эл»,буквой «ю» кончается –кто хоть раз его пропел,тот до счастья долетели не возвращается.«Как это стряслось?..»
Как это стряслось?Так чёрство и просто:с губы сорвалось…и чёрная пропасть,да так глубока,что дна-то не видно,и так широка:обратно не прыгнуть.Я здесь, а ты там, –не встретятся руки,не слить больше намсердец наших стуки.И всё безнадёжно,так до смерти просто:сойтись невозможно:пропасть – есть пропасть.«Когда вдруг хлопнет дверь от сквозняка…»
Когда вдруг хлопнет дверь от сквозняка,ты съёжишься, предчувствуя несчастье;ну а потом поймёшь наверняка:осенний ветер принял в том участье.Когда же голос, милый, дорогой,став холодней клинка дамасской стали,да-да, тот самый голос – не другой,произнеся: «Теперь чужими стали», –тот самый голос, ласковый вчера, –понять не можешь, как это случилось:вонзился в кожу около ребра,где бьётся сердце, а точнее, билось.Февраль 2014«Берёзы, дубы и осины…»
Берёзы, дубы и осины –дремучий калужский лес,с кустами душистой малиныи соснами до небес.Замшелых стволов буреломы –и замирает душа,и ищет тропиночку к дому,волнуясь и трепеща.Но я ухожу всё дальшев тенистых ветвей благодать, –ты снимешь мою усталость,поможешь мне сильной стать,спасёшь от тоски ползучейи облегчишь мой крест:я верю тебе, могучий,дремучий калужский лес.ДетчиноПробка
На природу не пуская,в созданный затор,красным глазом не моргая,смотрит светофор.Два других перегорели,чёрт бы их побрал, –красный дышит еле-еле:не моргать устал.Не спешит регулировщик:где-то пиво пьёт;жрёт электрик щи у тёщи, –пробкин хвост растёт.К «Мерседесу» «Лада» жмётся,к ней «КамАЗ» прилип,об него «Субару» трётся,а пузатый джипчешет свой потёртый бамперо мою «Оку»,и теснит «Копейку» «Хаммер»,с вмятиной в боку.Та, на наглого чихая,в сторону глядити, позиций не сдавая,на своём стоит.На асфальт летят окурки,смачные плевки;с дам сползают штукатурки,импортной, куски;над машинами отборныйрусский мат кружит,и в отсутствии уборнойпотный злой мужик,женщин в краску загоняя, –лопнет же и всё!.. –мочевой опорожняя,льёт на колесо.Холод страха спину дёрнул,в душу мне проник:как бы мой пузырь не лопнул:я же не мужик.От чудовищного знояплавится асфальт;мой несчастный череп ноет,будто сняли скальп;нос потёк, хоть не простужен,слёзы льют из глаз –не платок сейчас мне нужен,а противогаз.Ну когда же рассосётсятачек череда?!Впечатленье создаётся:пробка навсегда!В сумках вина закипают,тухнут шашлыки –зря хозяев поджидаютдачки у реки.Бесконечный хвост пугает:загустел затор;ну когда же заморгаетчёртов светофор!2010 Киевское шоссеКакого цвета поцелуй
Тот поцелуй стал нежно розовым,когда коснулся первый лучзари румяной новорожденнойполуоткрытых милых губ.Был поцелуй небес синей,шатром высоким отражённыйв глазах возлюбленной твоей,таких сияющих, бездонных.Когда же солнышком лучистымвдруг осветились пряди кос,тот поцелуй стал золотистымпод золотым венцом волос.«Истерзало душное сомненье…»
Истерзало душное сомненье:тó ли мною принято решенье?Издавая тяжкое хрипенье,вместо очарованного пенья,на диван упало настроенье, –срочно надо что-то предпринять,чтоб его, сердешного, поднять.Может, скушать баночку вареньяс килограммом сдобного печенья?И исчезнет душное сомненье:тó ли мною принято решенье,и, вскочив на ножки, настроениемне весёлым голосом споёт:«Верное решение твоё!»«Я заросшею тропинкой…»
Я заросшею тропинкойпо душе своей бреду –под трепещущей осинкойотыскать свою беду.Как та выглядит, не знаю –на поганку непохожа –по тоске её узнаю,что морщинит сердца кожу,да по запаху разлукиувядающих цветов,да по хриплым крикам мукив гнёздах филинов и сов.«Горевала, горевала…»
Горевала, горевалаи, в конце концов, усталагореватьи рыдать я перестала,и под нос тихонько сталанапевать:про дарёные платочки,про душистые цветочкина лугу…И улыбка появилась,и надежда засветилась,что смогу,я, забыть ту осень, милый,и далёкий вечер, стылый,октября.Подожду ещё немножко,посмотрю из тьмы в окошко –там заря.«От горькой тоски ты устала?..»
От горькой тоски ты устала?Ну что ж, посиди, отдохнии радость, что на пол упала,силёнки собрав, подними,омой родниковой водицей,с улыбкой взгляни на неё,и радостью тут же простится,что ты уронила её.«Жизнь прекрасна, удивительна…»
Жизнь прекрасна, удивительнаи таких чудес полна!Пусть порой течёт томительнои бывает зла она,часто хмурится и киснет,как её не тормоши,и плечом безвольно виснет,и гнетёт в ночной тиши.От неё мы ждём ударов:иногда так сильно бьёт,но как щедры те подарки,что с улыбкой нам даёт.Храм Христа спасителя
Там, где плавалида резвилися,стены славныевозносилися, –там, где люд нырялв муть поганую,гордый храм стоялв пору давнюю.На святой приход,по Россеюшке,собирал народпо копеечке.Над землёю стон:о пяти главахбыл разрушен они повержен в прах.И на Русь пошлисилы тёмные,деревеньки жгли,разорённые.Не видал народхуже бедушек:не жалел тот сброддаже детушек.С той чумной ордойеле сладили,напряглись спиной,жизнь наладили.Не боясь беды,яму вырыли,много тонн водыв неё вылили.Ты, народ, молись,да в других местах, –здесь же веселисьмужики в трусах.На Россею прутсилы тёмные,деревеньки мрутразорённые.Не мычат в хлевах,тех, коровушки:перерезанывсе Бурёнушки;не родят полябелый хлебушек –не накормит матьмалых детушек.Стал народ страдатьпо Россеюшке, –стал опять сбиратьпо копеечке.Новый храм стоит –возвышается,да душа болит –надрывается:не заменит онтот, намоленный, –по Россее стонза тот, взорванный.«Всё бывает и всё случается…»
Всё бывает и всё случается,обретается и теряется,прерывается, продолжается,начинается и кончается.Всё случается и бывает:в мае снег на поля выпадает,в январе землю дождь поливает,и пустыню фонтан пробивает.Всё бывает и всё случается,всё случается и бывает,только прошлое не возвращается,и мёртвое не оживает.«Дикий мёд на губах…»
Дикий мёд на губах,а в глазах лихая удаль!Как носил на руках,целовал мои, ты, кудри;как шептал мне слова,от которых замиралаи, живая едва,этот мёд я целовала.Но на взгляд карий, твой,туча скуки набежала, –помню всё, милый мой:как с улыбкой провожалая тебя до дверей,как без памяти лежалая, потом, много дней,как разлуки золасерым инеем упалаи на губы легла,и дышать мне не давала.Счастья прерван полёт –не начать его сначала.«Дикий мёд! Дикий мёд!..»: –птицей раненной кричала.«Ох, зачем, зачем сказал…»
Ох, зачем, зачем сказал:«Мной любима ты!» –голос ласковый позвалв райские сады.О решетки сердце билось,чтоб к тебе лететь,но темница не открылась:взаперти сидетья его приговориладо скончанья лет, –не тревожь его, мой милый,не мани на свет.Ночной звонок
Однажды глушь ночи бессоннойнарушил громкий, резкий звук:«Алло!.. – но в трубке телефоннойэфира треск и сердца стук. –Ты кто, мне в полночь позвонивший,не побоявшись разбудить –знакомый давний, вдруг решившийсо мной за жизнь поговорить?Быть может, странник ты бездомныйи, кров уютный не найдя,в холодной будке телефонной,защиту ищешь от дождя?А может, ты избранник божийи призван снять меня с креста,смыть кровь с моей зудящей кожии оживить мои уста?Возможно, номер мой случайнотобой был набран – от тоски?» –в ответ недолгое молчанье,потом… короткие гудки.Немая ночь чернела жуткоза переплётами окна,и на рычаг упала трубка,и снова я совсем одна.16 октября 2006«Я не вернусь…»
Я не вернусь,и ты не возвращайся;не отзовусь,и ты не отзывайся;не напишу,и ты мне не пиши; –а боль уйдёт,исчезнет из души.Мне всё равнокогда произойдёт:пройдёт пять лет,а может, сто пройдёт,и я пойму:осталась, – не ушла, –я не умру:я раньше умерла.«В каких краях далёких…»
В каких краях далёкихя побывала в снах:там сосны так высоки,в нетоптаных лесах;там зверь давал мне лапу,а птица пела так,что я снимала шляпуи плакала в кулак.Разлук там не случалось,средь этой красотывсё сразу получалось,сбывались все мечты.В лазури с облаками,как вешний день светла,придуманная снамичудесной жизнь была.И наяву лесамибродила долго я,и сладкими слезамиомыта жизнь моя,и горькими омыта, –глаза от слёз красны, –но, тó, что пережито,на сказочные сны, –прошу меня понять, –я не хочу менять.«Где-то по России…»
Где-то по Россиискорый поезд мчится, –лечь пораньше хочется,чтоб скорей уснуть.Пусть вагончик синиймне во сне приснится, –пусть чуть-чуть корочестанет, к встрече, путь.2001Детчино«Когда в твоей руке…»
Когда в твоей рукемоя рука лежит,и на твоём вискеот нежности дрожити бьётся тоненькая вена,я начинаю задыхатьсяи сердце не могу унять,и не могу с рукой расстаться:мне так не хочется терятьтвоей ладони плена.«Говорят: что молчание – золото…»
Говорят: что молчание – золото;но, поверь, мне не надо егобессловесного, стылого холода:Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
«Казанка» – моторная лодка.