Гордость спецназа

Глава 1

Август 2001 года. Загородное поместье в ближнем Подмосковье.

Вечерело. Солнце скрылось за горизонт, и сразу же с озера, к которому спускалась территория поместья, повеяло свежестью приближающейся осени. Но было тепло!

Сидевшие в отдельной обширной беседке хозяин поместья, банкир, председатель правления коммерческого банка «Авангард» Марк Рудольфович Шеленгер, полковник одного из управлений центрального аппарата ФСБ Юрий Сергеевич Кедров и Хоза Умаров – владелец сети автосалонов и охранной фирмы «Кондор», активист движения «Чеченцы против войны», ожидали прибытия еще двух человек. А именно, бывшего полковника КГБ, в свое время руководителя специального подразделения Комитета по ликвидации неугодных интересам Союза лиц, скрывающихся за границей, ныне пенсионера, Леонида Максимовича Максимова. И бывшего заместителя директора одного из секретных заводов по переработке цветных металлов Игоря Владимировича Басманова.

В беседке стоял накрытый стол.

Сотрудники ресторана «Весна» достойно выполнили заказ. Дорогой коньяк, настоящее французское вино для Шеленгера, не переносившего более крепкие напитки, копченая осетрина, салаты всех мастей, фрукты. Безупречная сервировка. Недалеко у мангала молодой человек из обслуги банкира на малом огне поддерживал сочный шашлык из свежей баранины и свинины. Баранина для Хозы, который, как истинный мусульманин, не признавал мясо свиньи. Что, однако, совершенно не мешало ему нарушать другой закон шариата, вдоволь накачивать себя крепкими спиртными напитками.

Максимов с Басмановым прибыли на машине бывшего комитетчика. Застолье началось. Все проголодались, и первые десять минут продолжался молчаливый ужин. Оторвавшись наконец от пищи, солидные люди в строгих костюмах покинули беседку. Прошли к озеру.

– Красотища-то какая! – воскликнул Басманов. – И это под самой Москвой. Своя, русская! Эх! Еще бы стог свежескошенного сена и молодушку, доярочку, от которой пахнет не какой-то там «Шанелью», а молоком, парным молоком!

Все рассмеялись. Шеленгер похлопал старого товарища по плечу:

– Ты, Игорь Владимирович, седьмой десяток разменял, а все туда же, в стог к молодушке! Молодец, орел!

– А по мне, – вставил слово Максимов, – нет ничего лучше тихого уголка где-нибудь в Австрийских Альпах. Было дело, работали мы там! Горы красоты необыкновенной!

Его тут же перебил Хоза с присущим ему темпераментом:

– О чем ты говоришь, Леня? Что такое какие-то там Альпы по сравнению с Кавказом? Тоже мне нашел в Европе горы!

Чеченца остановил хозяин поместья, Шеленгер.

Получив сообщение, что беседку привели в порядок, он сказал:

– Хоза! Друзья! Прошу всех в беседку!

Люди вернулись к столу, на котором сейчас стояли чашки дымящегося кофе. Насладившись крепким напитком, гости откинулись в плетеных креслах, готовые к разговору. Отпустив молодого человека, унесшего с собой кофейный прибор, и оглядев гостей, Марк Рудольфович Шеленгер начал:

– Господа! Приступим к делу, о котором мы давно и долго думали. Дальше ждать не имеет смысла. Тем более сейчас складывается подходящая для проведения операции, которую, с вашего позволения, я назову акцией «Богатое наследство», обстановка. Интересующий нас объект получил крупный государственный заказ, для выполнения которого ему потребуется около года. Полковника Кедрова, нашего дорогого Юрия Сергеевича, не без некоторого давления с моей стороны на определенные круги во власти в ближайшее время переведут в новую, секретную силовую структуру. Федеральную службу по борьбе с терроризмом!

Шеленгер сделал паузу. Кедров удивленно смотрел на банкира. Марк Рудольфович спросил полковника ФСБ:

– Удивлен, Юра? Я специально берег этот сюрприз для тебя на сегодняшний вечер. Завтра или послезавтра тебе объявят приказ о новом назначении. Кстати, Юрий Сергеевич, приказ предусматривает перевод с одновременным присвоением очередного звания. А что у нас, вернее, у вас идет за полковником? Я плохо разбираюсь в военных и специальных чинах и званиях.

Кедров тихо проговорил:

– Следующим званием является… генерал-майор! …Вы не шутите, Марк Рудольфович?

Шеленгер словно пронзил будущего генерала холодным взглядом своих бесцветных глаз:

– Юра, тебе, как и всем остальным, пора бы уже привыкнуть к тому, что я никогда не шучу! Просто не умею этого делать. Но торжествовать будем позже, вернемся к теме. Я просил тебя подобрать человека из чеченцев, которого можно будет использовать в деле! Ты сделал это?

– Конечно, Марк Рудольфович. Как вы никогда не шутите, так и я всегда выполняю то, что мне поручают.

Банкир закурил сигару, поднялся с кресла, опустил жалюзи, включив свет. Сумерки плотно опустились на землю. Подойдя к Кедрову, спросил:

– И что это за человек?

– Вообще-то я подобрал двоих. Оба из группировки, задержанной с поличным при попытке совершения террористического акта на одном из вокзалов. ФСБ на этот раз сработала выше всяких похвал.

Шеленгер поднял указательный палец:

– Неприлично, Юра, хвалить самого себя! Дальше?

Кедров встал, выложил из кейса, стоящего в углу, две обычные канцелярские папки.

– Вот их досье, ознакомьтесь! Лично меня больше заинтересовал Мурза Баркаев!

Бывший полковник КГБ, профессиональный диверсант, Максимов взял одно досье, оставив другой документ, бумаги на Баркаева для Шеленгера.

Оба внимательно прочитали содержимое досье, обменялись ими, а после ознакомления передали Хозе и Басманову. Когда те положили документы на стол, банкир обвел всех взглядом.

– Что скажете, господа заговорщики?

Мнения присутствующих совпали с выбором Кедрова. Банкир также согласился с тем, что этот дерзкий, бесстрашный и безжалостный в прошлых делах арестант Баркаев более подходит для выполнения миссии, решающей исход всей операции.

Шеленгер обратился к Кедрову:

– Надо вытащить этого Мурзу из изолятора конторы. Это, Юра, трудно будет сделать?

– Непросто! Всю группировку содержат на секретном объекте, который штурмом не возьмешь. Но все же провести акцию освобождения можно. Я уже думал об этом. При одном условии, что ваши специалисты, Марк Рудольфович, помогут сделать кое-какие документы, а Хоза обеспечит выполнение акции, предоставив отборных, хорошо оснащенных специальным оружием, шестерых бойцов на двух иномарках, плюс джип с двумя «профи».

Банкир распорядился:

– Подготовь подробный план, Юрий Сергеевич! Согласуй его с Леонидом Максимовичем, ему не впервой проворачивать такие дела! Ну а тебе, Хоза, подобрать нужных людей! Найдутся в твоей фирме проверенные профессионалы запрашиваемого Кедровым уровня?

Хоза ответил уверенно:

– За меня не волнуйтесь! Если надо, сам на захват пойду, но задачу выполню.

– Итак, – подвел итог Шеленгер, – начинаем операцию «Богатое наследство» с освобождения Мурзы Баркаева. Этим первым этапом Кедров руководит. Насчет нужных документов… Юра, доставь образцы или сделай подробное описание бумаг, которые тебе потребуются! Максимову принять участие в отработке плана освобождения чеченца, Хозе подготовить людей и технику! Окончательный вариант действий – мне на утверждение. Общее руководство операции, как и ее финансирование, думаю, будет справедливо возложить на меня! У кого-нибудь есть особое мнение? Мы должны достичь согласия сейчас, чтобы в дальнейшем ничего не менять.

Голос подал лишь Игорь Владимирович Басманов, и то не по существу обсуждаемого вопроса:

– А что делать мне? Все каким-то образом задействованы в деле, только я оказался вроде как лишним!

– Не переживай, Игорь Владимирович, и твое время придет! Так что по организационному вопросу? Есть у кого особое мнение?

Особого мнения ни у кого не было. Боссом предстоящей операции единодушно признали Шеленгера.

Совещание на этом закончили.

Выпили за успех начинаемого дела, заодно и на посошок. Проводив каждого из гостей, банкир прошел к себе в кабинет.

Сел за стол, задумался. Операция затеяна сложная, многоходовая, опасная. Важно подобрать человека для действий в Чечне. Ошибиться в нем – значит, сразу же загубить дело, сулящее его участникам многомиллионный куш.

Причем не в рублях, даже не в долларах или евро, а в том, что никогда, ни при каких обстоятельствах не потеряет своей ценности.

В выборе нужного человека старый, хитрый банкир не ошибся, поставив на Мурзу Баркаева, о чем тот, в этот вечер сидя в одиночке секретного изолятора, даже не подозревал.

Прошло трое суток. План, представленный Кедровым, которого, как и обещал Шеленгер, перевели в Службу по борьбе с терроризмом, назначив куратором по Чечне и присвоив генеральское звание, был утвержден. Он вступил в силу.

Камера Мурзы Баркаева открылась в 4-00. Мгновенно проснувшийся арестант увидел, как к нему вошли трое надзирателей. Но не из числа тех, кто постоянно выводил его на допросы. Это были неизвестные люди. Дубинками они быстро подняли чеченца, вызвав у того взрыв ярости. Баркаев не стерпел побоев, бросился на охрану. Но это была не обычная охрана, это был специальный конвой особого подразделения ФСБ. Крепкие ребята в черной форме быстро усмирили чеченца, вытащив его за бороду, скованного по рукам и ногам, в проход между камерами. Резкий удар в переносицу свалил Мурзу на пол. Снизу, взглядом сразу заплывших глаз, Баркаев видел, как из соседних камер вывели еще пятерых его соплеменников. Таких же, как он, избитых.

Арестантам не дали даже самим выйти на улицу, их вытащили за наручники и забросили, словно дрова, в поданный прямо к дверям автозак. Солдаты-контрактники закрыли дверь фургона, доложив по внутренней связи о готовности к транспортировке преступников. Прапорщик, начальник конвоя, расписался, где надо, сел на место старшего машины, и фургон выехал с территории секретного объекта. Начальник изолятора положил оформленный по всем правилам приказ о передаче арестантов следственному управлению МВД и задумался, где разместить на отдых конвойную группу специального подразделения ФСБ, которой вечером предстояло лично доставить на Лубянку еще нескольких заключенных. Никому и в голову не пришло, что приказ чистой воды липа. Документы, образцы которых были взяты с собой из управления ФСБ после сдачи должности уже генералом новой секретной Службы, Кедровым, готовили профессионалы Шеленгера. Банк «Авангард» уже год как выбрасывал в оборот мелкие партии поддельных купюр различных валют. И еще ни разу продукция банка нигде не засветилась! Ни в России, ни при прохождении на Запад! И это при том контроле, который принят за рубежом. А пакет фиктивной документации для передачи заключенных из одного СИЗО в другой – не работа, а так, разминка для стажеров.

В результате Мурза Баркаев и его пятеро подельников оказались в автозаке.

Автофургон «ГАЗ-3307» вышел на лесную асфальтированную дорогу. Машине предстояло пройти сорок километров – именно это расстояние разделяло секретный объект с Бутыркой, куда должен был срочно доставлен спецконтингент, находящийся внутри фургона.

Прапорщик чертыхался, жалуясь водителю-сержанту:

– Ну не мудистика, Вась? Нашли время катать сбатарей по ночам!

Сбатари – одно из названий преступников, обычно воров. Начальник конвоя не был посвящен, что за «воров» ему поручили для перевозки, да и какая для него была разница? Он продолжал:

– Дня им мало, под утро подавай! Тридцать седьмой год, что ли? Эх, Россия, все по-прежнему через жопу делается! И никакая демократия ничего не изменит.

– А как надо, прапорщик? – спросил водитель.

– По уму надо, вот как! На хрена для погрузки абреков спецконвой на объект бросили? Что, местные стрельщики не управились бы с делом? Да как два пальца об асфальт! Нет, спецназ пригнали! Не понимаю! У нас начальство сначала что-то делает и только потом думает, а надо было это делать?

Не прав был прапорщик. На этот раз, правда, не его начальством, а другими лицами все было продумано до мелочей.

На двадцатом километре пустынной трассы со встречной полосы движения ударил дальний свет фар стремительно приближающегося автомобиля. Такой же свет ослепил водителя и прапорщика через зеркала заднего вида.

– Что за твою мать? Эти козлы еще откуда взялись? И одновременно? Свет не переключают? А ну-ка, Василий, вруби переднему фару! Прямо в рожу!

Но было поздно что-либо врубать. Огни встречного транспорта перешли на правую, по которой двигался фургон, полосу. И заморгали, явно требуя остановки автозака. Что было строго запрещено инструкцией! Но к моргающим фарам добавился пульсирующий свет красно-синих проблесковых маячков! Прапорщик удивился:

– Менты, что ли? Или фээсбэшники решили вернуть фургон?

– Свяжись с дежурным, прапорщик, спроси, что делать? Объясни непонятку!

Он сорвал с панели рацию, но передать что-либо в эфир не успел.

Сверкающая огнями легковая машина явно шла на таран. Водитель автозака, не выдержав, принял на обочину и резко остановился. Так резко, что из рук прапорщика упала рация и застряла между сидений, а он сам чуть не въехал физиономией в лобовое стекло!

Между тем из остановившегося напротив «Форда» с сигнальной мачтой на крыше, водитель которого отключил все огни, включая и габариты, вышли трое в камуфлированной форме. В руках у них было малогабаритное, невиданное ранее прапорщиком и сержантом оружие. Машина, слепящая автозак сзади, также остановилась, выключив огни. Из нее тоже вышли трое мужчин с таким же оружием.

И тут прапорщик понял, что это ловушка.

Он отдал последний в своей жизни приказ:

– Сержант, автоматы к бою!

Военнослужащие конвоя не успели ничего сделать.

Пули из трех бесшумных пистолетов-пулеметов «бизон-3» разорвали их тела. На асфальт мелкими кусками посыпалось стекло. Внутренности кабины обагрились.

Напрасно из фургона сержант вызывал начальника конвоя.

Люди из задней машины подошли к автозаку. Один из них осмотрел дверь, приказал второму напарнику встать у нее, третьему указал место за спиной. Тот, зная, что ему предстоит сделать, взвел свой «бизон».

Первый, он же старший, достал бронебойный пистолет «гюрза», сделал несколько выстрелов, пули от которых насквозь пробили и запоры двери, и тела двух конвоиров, ранив их. Второй из тройки рванул дверь. Та распахнулась. Старший отошел в сторону, третий выпустил в отсек охраны половину боезапаса в тридцать патронов. Конвой был уничтожен, люди из задней машины поднялись в фургон. Отстрелив запоры клетки, освободили от оков чеченцев. Командир тройки работал молча, отдав единственную команду арестантам:

– По одному выходи!

Пока террористы, размяв затекшие конечности, с трудом, абсолютно ничего не понимая, покидали расстрелянный автозак, к стоящей сзади иномарке подъехал джип.

Тот, кто стрелял из «гюрзы», приказал:

– Баркаев в переднюю машину, остальных чеченов в джип! Быстро!

Убедившись в исполнении приказа, командир второй тройки подошел к джипу. К нему вышел молодой парень:

– Шор, ты в порядке?

– В полном.

– Вези арестантов к болоту, решишь с ними вопрос там! Затем свяжись со мной, я скажу, что делать дальше.

– Понял, выполняю!

Тот, кого назвали Шором, сел на место переднего пассажира, оглянулся на притихших бывших арестантов, подмигнул им, но ничего не сказал. Достал из-под сидения автомат «ВАЛ», положив на его место «бизон», приказал водителю:

– На объект!

Тот молча развернул джип, чтобы метров через сто свернуть на лесную грунтовую дорогу.

Один из чеченцев наконец решился спросить:

– Брат, а брат? Ты нас спасать пришла?

Обернувшись, Шор ответил:

– А что, незаметно?

– Ага! Спасиба, да? А куда едем? К Али? Или Аслану?

– Куда надо, туда и едем! Вас вытащили из петли? Вытащили! Так что помолчи, а? Надоел, в натуре, твой чурбанский базар! Понял меня?

Водитель указал на березу возле пустынного места, где, как казалось, находилось заросшее травой поле, а на самом деле раскинулась топь Большого болота.

Шор понимающе кивнул головой, приказав:

– У березы останови, отолью!

Чеченцы встрепенулись.

– Ай! Я тоже хочу, и он, и он!

Шор повернулся к разговорчивому арестанту:

– Без моей команды никому из джипа ни шагу!

Джип остановился у березы, метрах в пяти от начала глубокой топи. Место проверенное. Не один мазурик ушел туда! Даже «семерку» как-то по случаю притопили здесь.

Болото, как прожорливый монстр, принимало все и всех!

Справив нужду, Шор приказал чеченцам выйти из джипа:

– Так, братва нерусская! Вдоль берега, в шеренгу по одному! Отлить и в тачку!

Чеченцы выстроились в ряд.

Они не успели расстегнуть ширинки своих арестантских роб, как в затылки им ударил автомат «ВАЛ».

Шору понадобились считаные секунды, чтобы расстрелять пятерых, таких же, как он, бандитов.

Сделав по контрольному выстрелу, хотя в этом не было никакой необходимости, Шор подозвал к себе водителя джипа:

– Давай, Толя, перебросаем их подальше! Неси болотные сапоги!

Натянув их, Шор и водитель затащили трупы чеченцев в болото. Немного перестарались. С большим трудом сами выбрались из грязной жижи. Болоту было все равно, кого принимать, живых или мертвых. Сняв сапоги, положив в них по камню для тяжести, забросили специальную обувь следом за трупами.

Начался дождь.

Бандиты, они же сотрудники охранной фирмы «Кондор», сели в джип.

Шор вызвал по сотовому Умарова:

– Хоза! На связи Шор!

– Говори!

– Свою задачу выполнили!

– Возвращайтесь в офис, и отдыхать. Джип на стоянку, под мойку!

Шор закурил, откинувшись на спинку джипа. Вспомнил об автомате «ВАЛ». Он подлежал уничтожению! «Бизоны» были официально зарегистрированы в фирме, не без содействия новоиспеченного генерала секретной службы Кедрова. А вот «ВАЛ» – улика, от которой надо избавиться! Но выходить под дождь не хотелось. Шор попросил сделать это водителя. Тот молча вышел из джипа, зашвырнул автомат в черную воду.

Теперь они были чисты, и можно ехать в город.

Как только джип с чеченскими «освобожденными» арестантами, которые должны были вскоре отправиться на встречу с Аллахом, развернулся, к старшему второй тройки подошел человек из машины, остановившей автозак.

– Вроде все нормально, Вениамин?

– Нормально! Баркаев у тебя?

– Сидит в «Форде».

– Снимай сигнальную мачту и двигай к Хозе. Он скажет, что делать. Я закончу с автозаком, и в усадьбу Шеленгера. Если Умаров спросит обо мне, так и скажи, убыл на охраняемый объект.

– Понял, Веня. Погнал я.

– Давай. Да поаккуратней с чеченом. Он себе на уме и может выкинуть любую подлянку. Осторожней с ним будь.

«Форд» развернулся и все по той же пустынной дороге рванул в сторону МКАД.

Вениамин, он же Питон, подозвал к себе подельников, приказал им:

– Ребята, мины и канистры в автозак. Бензин в кабину, мины повсюду. Смотрите, как закончите минирование, таймеры взрывных устройств на три минуты. Начали!

Парни в камуфлированной форме быстро выполнили приказ начальника. Убедившись, что все сделано, как надо, главарь второй тройки бросил:

– В тачку и уходим! Курс на объект! Вперед!

Спустя секунды «Октавия» прошла мимо заминированного автозака и понеслась так же, как и «Форд», в сторону Москвы.

Они отъехали от места акции километра на три, когда сзади раздался мощный взрыв. Спецфургон разнесло на мелкие фрагменты.

Питон достал свой сотовый телефон, нашел в его памяти нужный номер, включил сигнал вызова.

Ответил Шеленгер.

– Да?

– Это Питон. Дело сделано. Еду к вам.

– Объект?

– Повезли к Хозе.

– Добро. Пусть пообщаются земляки! Возвращайтесь.

Через сорок минут в усадьбу Шеленгера въехала «Шкода». Она встала в гараже. Тот, кого называли Питон, и его подельники отправились в комнату отдыха караула, который нанимал в охранной фирме «Кондор» банкир Шеленгер. Упав на кровати, они уснули крепким, без сновидений, сном. И спали спокойно. Убивать им было не впервой. Это была их работа, за которую хорошо платили. В России теперь как? Человек человеку – волк. А в стае выживает и имеет лучший кусок сильнейший. Таков закон природы и, с недавнего времени, страны, которая забрела в глубокую криминальную пропасть.

«Форд», свободно прошедший пост ГИБДД на Волгоградском проспекте, у «Макдоналдса» развернулся. Пересек проспект и пошел дальше. У двухэтажного, отделанного по последней моде здания охранной фирмы «Кондор» остановился. Затем въехал во двор.

Ничего не соображавшего, но готового к отражению любой агрессии, Мурзу Баркаева провели на второй этаж.

Там, в своем кабинете, его встретил Хоза Умаров.

Он радушно развел руки, стоя за своим столом:

– Рад тебя видеть, земляк! Ну, как тебе на свободе?

– Привет, земляк! Я свободен?

– Как гордый орел в своем парящем над вершинами гор полете!

Мурза хитро посмотрев на Хозу, спросил:

– И все это за просто так? За спасибо?

Хоза усмехнулся:

– Конечно, нет! Но для тебя эта свобода может оказаться земным раем, если будешь делать то, что от тебя потребуется! Или… страшным адом, в противном случае.

Мурза понимающе покачал головой:

– И ты еще говоришь, что я свободен, как гордый орел? Куда вы дели остальных моих собратьев? Кому так понадобился Мурза Баркаев, что из-за него проводят целую операцию по освобождению из секретного изолятора ФСБ? И, наконец, как мне называть тебя, спаситель?

Умаров поморщился:

– Сколько вопросов и все – лишние! Я бы мог вообще не говорить с тобой, но ты – горец, а значит, свой человек. Я отвечу на твои вопросы, но будет неплохо, если ты прекратишь задавать их. Тот, к кому мы с тобой днем поедем в гости, очень не любит, когда ему задают вопросы, хотя сам большой любитель делать это! Итак, ответ на первый вопрос: пятеро твоих подельников отпущены на свободу. Как им удастся скрыться, их проблемы. Нам нужен только ты. Ответ на второй вопрос ты узнаешь позже, в гостях. А меня можешь называть просто – Хоза. Все? Ты узнал, что хотел узнать? И учел предупреждения насчет своего поведения?

– Учел!

– Ай, молодец, да? Ты все больше нравишься мне, Мурза!

В глазах Баркаева мелькнул холодный блеск острого клинка:

– Никогда больше, Хоза, не говори так. Я тебе не баба и не пидор, за такой базар можно и головы лишиться!

Но и Хоза умел быть жестким:

– Не забывайся, брат! Здесь тебе не зона и не следственный изолятор, ты прекрасно понял, что я хотел сказать! И не надо пальцевать! С теми людьми, к которым ты попал, а фактически освободившими тебя от смерти, это, выражаясь твоим жаргоном, не канает! Понял меня, Мурза Баркаев?

– Я все понял!

– Хорошо!

Хоза вызвал к себе помощника:

– Халиль, сделай так, чтобы этот человек помылся, побрился, досыта покушал, хорошо отдохнул в чистой постели. Подъем ему в 15-00 ровно. И одежду новую, приличную ему приготовь. Выполняй!

Помощник, повернувшись к Мурзе, приказал:

– Следуй за мной!

– Да, – остановил Баркаева Хоза, – не вздумай попытаться бежать. Во-первых, от своей удачи бегут только дураки, во-вторых, тебе это не удастся, только погубишь себя и свою жену Эльзу, которая сейчас в Урус-Мартане, у своей родни, носит под сердцем твоего ребенка! Все, идите!

Мурза вновь яростно стрельнул своими змеиными глазами. Но покорно последовал за помощником своего «освободителя».

Как только они вышли, Хоза связался с Шеленгером:

– Босс? Объект у меня.

– Как он?

– Как дикий зверь.

– Это то, что надо. У тебя там есть кто из особо провинившихся, от которого ты был бы не прочь избавиться?

– Да нет! Таких вроде, слава Аллаху, пока нет!

– Найди! Или со стороны прихвати какого-нибудь бомжа!

– Хочешь повязать Мурзу кровью?

– Ты догадливый, Хоза! Только вот спрашивать об этом не надо было бы!

– Я понял, босс!

– Значит, так! В 16-00 я жду твоего дикого абрека вместе с потенциальной жертвой. Все! Меня больше не беспокоить, надо выспаться. Это вы можете весь день проваляться в постели, у меня же правление в одиннадцать часов.

Связь отключилась. Хоза ушел к себе. Вскоре и он прилег. Ночь вымотала всех участников предыдущих событий.

Глава 2

В пятнадцать часов Мурзу подняли.

Подняли тогда, когда он видел во сне Эльзу, с которой сидел на огромном валуне, а внизу неистовствовала горная река. Они сидели, обнявшись, гадая, кто станет их первенцем. Мурзе хотелось мальчика, сына, продолжателя рода, Эльзе, напротив, девочку, помощницу в хозяйстве. Обширном, богатом хозяйстве, которое подарил ему сон. Он спросил у жены:

– Тебе не холодно?

На что неожиданно Эльза ответила грубым мужским голосом: