Секретный агент

– Да, да, эти!

Бандит с бородавкой на щеке воскликнул:

– Эй, пташки! О чем щебечете?

Андрей ответил спокойно, повернувшись к бандитам:

– Да о вас разговариваем, уроды!

Подобной наглости молодчики не ожидали.

Тот, с бородавкой, крикнул:

– Че?!! Ты че вякнул, фраер задроченный?

Второй предложил:

– Сделай этого мудака, Боров! А ты, сучка, – он повернулся к Людмиле, – быстро собралась. Поедем, покувыркаемся!

Андрей вздохнул:

– Так, ребятки, у меня к вам встречное предложение. Вы по-хорошему возвращаете деньги, что взяли из кассы, извиняетесь перед менеджером с девушкой и проваливаете отсюда! Проваливаете так, чтобы я больше ваших идиотских морд не видел!

Бандит с бородавкой побледнел:

– Ах ты, сука позорная! Ну, бля, щас ты у меня свалишь… прямиком в могилу.

Видимо, некогда изучивший на уровне начальной подготовки рукопашного боя несколько элементарных приемов отморозок, сблизившись с Сургиным, сделав полуоборот, выбросил правую ногу вперед, метя в голову борзому мужику. Андрей ждал чего-то подобного, поэтому отстранил голову, перехватил ступню нападающего и, резко вывернув ее, оттолкнул бандита от себя. Тот с воплем упал на пол. Его подельник отшатнулся в сторону. Глаза его налились кровью. Он кинулся на Андрея. Но наткнулся на прямой удар в челюсть, который не только остановил порыв бандита, но опрокинул того к столам.

Андрей повернулся к официантке.

Она стояла за стойкой, изумленно глядя на Сургина, прикрыв рот ладошкой. Как и бандиты, девушка явно не ожидала, что всегда такой мирный и доброжелательный хозяин кафе сумеет оказать достойное сопротивление молодым здоровым парням, от одного вида которых ей становилось не по себе. Майор спросил:

– Люда! Кто взял деньги?

Она молча указала на бритоголового с бородавкой на щеке.

– Ясно! Второй вопрос: кто клиента бил?

Людмила продолжала указывать на Борова, как назвал одного из молодчиков его подельник.

– Очень хорошо! И вопрос третий: кто Романа нашего обидел и к тебе приставал?

На этот раз официантка заговорила:

– Рому ударил второй, он же и меня лапал, а бородавочник этот, – она бросила брезгливый взгляд на бандита, схватившегося обеими руками за вывихнутую ступню и корчившегося от боли, – ржал, как жеребец!

– Угу! Что ж, доведем разговор с «гостями» до логического завершения.

Андрей посмотрел на бородавочника, затем перевел взгляд на его подельника. Тот оклемался от нападения и вертел головой, пытаясь окончательно прийти в себя, уже сидя на полу.

Сургин двинулся к нему.

Увидев приближающегося мужика, парень вскочил на ноги, его качнуло в сторону, но он сумел изобразить что-то, отдаленно напоминающее боевую стойку боксера. Сургин указал на него пальцем:

– Так это ты, шакал, ударил моего товарища?

Бандит не нашел ничего другого, как пробормотать:

– Ты труп, мужик!

Андрей усмехнулся, но тут же повысил голос:

– Не слышу ответа!

– Ну, я, и че? Мало ему, козлу? Ничего, добавлю!

– Ты еще и к девушке приставал?

Молодчик подпрыгнул:

– Я один хер оттрахаю эту блядь! А затем тебя, педрила!

Сургин изобразил крайнее удивление:

– Да что ты? И чего ждешь? Вон девочка, за прилавком, я перед тобой! Давай, побалуйся концом!

Пораженный то ли наркотиком, то ли спиртным, мозг бандита не в состоянии был реально оценивать ситуацию, и молодчик вновь рванулся на майора спецназа. Андрей отбил замах руки ничего не соображавшего бандита и тут же провел серию ударов – кулаком в грудь, правой ногой в пах, левой снизу в челюсть. Парень, охнув, рухнул примерно туда же, откуда начал свой бестолковый выпад, потеряв сознание.

Людмила вскрикнула.

Сургин повернулся к ней:

– Так, девонька, за Романа и тебя расчет получен, осталось рассчитать бородавочника.

Боров, став свидетелем жестокой расправы над подельником, попытался отползти к спасительным дверям. Он не прополз и половины пути, как над ним встал Сургин.

Андрей спросил бандита:

– Деньги взял?

Тот промямлил:

– Да! Щас отдам!

– Давай!

Боров вытащил смятую горсть банкнот. Хотел отсчитать три тысячи, но майор вырвал у него все деньги. Положил в карман три купюры по тысяче рублей, остальные бросил в физиономию бандита.

Присел перед ним на корточки:

– Ну и что мне с тобой делать?

– Отпусти!

– Да? А может, милицию вызвать? Да оформить как попытку ограбления кафе? Хотя, почему попытку. Как ограбление и провести. Судя по наколкам, – Андрей указал на вытатуированный на безымянном пальце квадрат из четырех точек, с пятой посередине, – с зоной ты уже успел познакомиться и знаешь, на сколько потянет ограбление! К тому же групповое, с учетом первой судимости! Лет на девять-десять, не меньше. Так?

Бандит угрюмо молчал.

Андрей закурил, выпустил струю дыма вверх, продолжив:

– Так! Вот только не в моих правилах прибегать к услугам ментов! Я предпочитаю решать свои проблемы сам.

Напряжение в покрасневших глазах Борова сменилось надеждой, чтобы тут же перерасти в животный страх, вызванный действиями этого странного мужчины.

А действия Андрея заключались в том, что он, выдернув из-под ремня пистолет, начал накручивать на него глушитель, извлеченный из кармана куртки. Превращая «ПМ» в оружие киллера – наемного убийцы!

Парень, заикаясь, спросил:

– Ты… ты… что хочешь сделать?

Но получил в ответ короткое:

– Заткнись!

Закончив манипуляции с пистолетом, Сургин повернул голову к стойке, попросив официантку:

– Люда! Пригласи Романа в зал!

Девушка метнулась в подсобку. Оттуда сразу же появился менеджер:

– Да, Андрей Семенович?

Сургин подмигнул ему, спросив:

– Рома, у нас за зданием канаву еще не засыпали?

Недавно от Дворца спорта коммунальные службы прорыли глубокую канаву и заменили какие-то трубы, так что о существовании ее бандиты не знать не могли, потому что днем или при свете ее было хорошо видно. А если и не знали, это не имело особого значения.

Мовенко ответил:

– Нет еще!

– А лопаты у нас есть?

– Откуда?

– Ладно, придется вызывать наших мальчиков с инструментом. Ты позвони, Рома, Грачу, пусть подъедет с бригадой сюда.

Бандит, побледнев, произнес:

– Ты чего задумал, в натуре? А?

Усмехнувшись, Андрей объяснил:

– Я говорил, что привык решать проблемы сам? Говорил! Вот и решу проблему, возникшую с вашим появлением. А проще говоря, завалю вас, козлов, да в канаве похороню!

– Не надо! Слышь, не надо!

Боров готов был сорваться в истерику.

Это не входило в планы Сургина, успокаивай потом этого ублюдка. А если от страха и кайфа крышу у него снесет? Нет, пора сдать назад:

– Что, жить хочешь?

– Да, да, хочу! Не убивай, шеф, а? Клянусь, ты нас больше не увидишь. А хочешь, работать на тебя будем?

Андрей постучал стволом глушителя по бритой голове бандита:

– Мне, урод, безмозглые ослы не нужны! Значит, просишь не убивать?

– Да, прошу!

Сургин повернулся к стойке:

– Люда передай Роме отбой! Не нужен Грач!

Девушка, вступив в игру, послушно ответила:

– Хорошо, хозяин!

И вышла в подсобку, куда удалился менеджер «выполнять» указания шефа.

Майор убрал пистолет.

Вернулся Мовенко:

– Люда передала отбой, Андрей Семенович!

– Правильно! Займись тем, что валяется под столом. Окати его водой, чтобы очнулся.

– Понял!

Вскоре Роман подвел шатающегося бандита к подельнику.

Андрей спросил его:

– Как кличут?

– Шар!

– Вот что, Шар! Забирай своего товарища по несчастью, и чтобы через десять минут я ни вас, ни вашу сраную «Ауди» здесь не видел! Увижу – вам кранты. Понял, Шар?

– Понял!

– Валите!

Шар нагнулся над Боровом и взял того под мышки, но Андрей, что-то вспомнив, приказал:

– А ну постой! Отпусти его!

Шар бросил тело подельника.

В глазах Борова вспыхнул страх. Неужели мужик передумал и сейчас достанет «пушку»?

Но Андрей больше не собирался демонстрировать оружие. Он, размахнувшись, резким движением ноги нанес удар Борову по ребрам. Раздался хруст, и новый вопль огласил сумрачное помещение кафе.

– Это тебе, скот, за парня, которого ты ударил ни за что!

И, повернувшись к Шару, сказал:

– А теперь десять минут, время пошло! Не успеете слинять, не обессудьте! Пошли вон, придурки!

Бандиты уложились в семь минут. В 0.34 «Ауди» отошла от кафе. Андрей взглянул на своих работников:

– Пришлось нам сегодня задержаться! Но ничего не поделаешь, обстоятельства.

Роман с Людмилой смотрели на Андрея с нескрываемым восхищением. Особо заметно оно было у девушки. Она произнесла:

– Ну, вы и дали, Андрей Семенович! Никогда бы не подумала, что вы можете так драться! Это ж надо, двух амбалов, как щенят неразумных! Класс! Учись, Роман, вот что значит настоящий мужчина.

Менеджер согласился:

– Да! Работа отменная. Я из подсобки смотрел. Вы профессионал, Андрей Семенович! Если не секрет, где вас всему этому научили?

Сургин ответил:

– В армии, Рома! Вот ты откосил от службы, спрятавшись в университете, а зря! Послужил бы два года в десанте, так сегодня сам безо всяких напрягов разделал бы эти дутые туши! Но… закончили об этом! Быстренько наводим порядок, и я развезу вас по домам.

Менеджер с официанткой принялись расставлять столы и стулья. Андрей изъял из коробки сумму, которую Людмила успела спрятать до появления отморозков.

В 1.00 они закрыли кафе. Отвезя молодых людей, Сургин поставил «Ниссан» на стоянку возле дома и в 1.40 зашел в свою квартиру № 23 по адресу: улица Адмирала Кузнецова, 10.

После душа без пяти два он уже находился в постели.

Однако в эту ночь уснуть ему не пришлось!

В 2.10 пропищала сигналом вызова специальная станция спутниковой связи – последнее новшество отечественной электроники. Станция представляла собой плато, которое монтировалось в обычные сотовые телефоны. И мобильник, обычный «Эрикссон R-600», мог выполнять как свое прямое предназначение, так и служить мощным импульсным закодированным средством специальной связи, сигналы которой невозможно было ни перехватить, ни, естественно, расшифровать. Прибор Н-2, как он именовался в арсенале спецслужб, имел кроме всего прочего и собственный постановщик внешних помех. Что позволяло вести разговоры в прослушивающемся помещении или под прицелом дистанционной «прослушки». Н-2 искажал голос и превращал человеческую речь в набор бессмысленных, запутанных и непонятных слов в радиусе пяти метров от абонента. Это был хороший прибор, внешне, как уже сказано, практически ничем не отличающийся от сотового телефона.

Итак, в 2.10 раздался сигнал вызова на специальной станции. И вызывать Сургина мог всего один человек – генерал-лейтенант Потапов.

Андрей, достав мобильник и включив в режиме станции, ответил:

– Слушаю вас, Николай Викторович!

– Я разбудил тебя, Андрей?

– Правильнее сказать, не дали уснуть.

– Однако, поздно ты ложишься! Ночную жизнь ведешь, господин Сургин?

– А что остается делать, если вы под мое прикрытие использовали кафе, закрывающееся в полночь?

– Тебя не устраивает этот вариант? Могу предложить легенду нищего независимого журналиста. Та же свобода перемещения и действий с некоторыми ограничениями в финансовом плане!

Андрей рассмеялся:

– Нет, Николай Викторович, пусть все остается так, как есть!

– Пусть остается! Но я, как ты понимаешь, вызвал тебя не для того, чтобы узнать, успешно ли развивается твой бизнес.

– Это мне ясно!

– А ясно, так слушай! И внимательно запоминай, что тебе предстоит…

Генерал, видимо, посмотрел на часы:

– … предстоит сделать через 2 часа 13 минут!

– Слушаю и запоминаю!

Потапов начал ставить первую после имитации гибели Андрея задачу, которую тот должен был выполнить в качестве секретного агента:

– О деле по фирме «Драг Ви» в Междуреченске ты слышал?

– Слушаю иногда в машине радио.

– Это хорошо! Так вот, по делу генерального директора этой компании неожиданно объявился чрезвычайно ценный свидетель обвинения. Это женщина, 30 лет от роду, некая Новикова Маргарита Владимировна, бывшая личная помощница Витинского Петра Петровича – генерального директора «Драг Ви». Генеральной прокуратурой решено доставить свидетеля в Москву. И сейчас госпожа Новикова, скорее всего, спокойно спящая под охраной двух офицеров МВД в купе № 4 вагона № 6 поезда «Челябинск – Москва», приближается к Переславлю. И все бы ничего, но некоторые финансовые воротилы и их покровители, чиновники достаточно высокого уровня, просто не могут допустить появления на процессе этого свидетеля. А посему ими запланирована акция захвата Новиковой где-то в районе Голутвина или Воскресенска. Ты же должен похитить уважаемую Маргариту Владимировну раньше, в Переславле.

Андрей прервал генерала:

– Позвольте вопрос, Николай Викторович?

– Спрашивай.

– Вопрос такой. Почему госпожу Новикову пытаются похитить, а не ликвидировать? Чего проще? Нет свидетеля, нет проблемы!

– Это так, но Маргарита Владимировна, насколько мне известно, приняла какие-то меры предосторожности. В подробности я не вдавался, но ей удалось обезопасить себя от выстрела киллера. А вообще, Сургин, это нас не касается! Ты должен похитить женщину во время стоянки поезда в Переславле и доставить сначала к себе домой, а затем на одну из конспиративных точек, которую определим позже. Как и дальнейшую задачу по свидетелю! Захват осуществить с применением газа, иного способа успешного проведения акции я не вижу, не нанеся здоровью офицеров охраны существенного вреда. Но обстановку оценишь на месте, и сам примешь решение, как конкретно отработать задачу! Поезд следует строго по расписанию, а значит, подойдет к вокзалу юго-восточного направления славного города Переславля в 4.25 и встанет на четвертом пути второй платформы. В это же время к вокзалу подойдет состав, следующий на Астрахань, он займет первый путь. Стоянка поезда «Челябинск – Москва» – двадцать минут. За это время ты должен провести акцию! Вопросы?

Андрей проговорил:

– Да, напрягли вы меня по полной программе! А главное вовремя, когда на подготовку остается всего два часа, за которые еще надо добраться до вокзала и произвести рекогносцировку состояния путей на станции.

Генерал проигнорировал реплику своего секретного агента:

– Я спросил, есть у тебя вопросы по заданию? Ответа так и не услышал. Из чего делаю заключение, что тебе, майор, все предельно ясно!

– Минуту, генерал! Не торопитесь. Вопросы у меня есть.

– Слушаю.

– Первый…

– Первый ты уже задал, Андрей!

– Хорошо! Второй вопрос. Исходя из того, что противник планирует захват свидетеля в Московской области, в районе Голутвина или Воскресенска, мы должны обезопасить охрану после проведения своей акции. До указанных населенных пунктов по железной дороге чуть более часа езды, «Удар» же действует при стандартной концентрации три часа. А преступная штурмовая группа вряд ли будет работать, как я, в щадящем режиме. Ее бойцы скорее для начала расстреляют беспомощных офицеров, а уж потом обнаружат отсутствие объекта захвата. И ребята погибнут, усыпленные мной, лишенные малейшей возможности защищаться.

Генерал произнес:

– Это не вопрос, но я отвечу так. Ты прав! Мы просто обязаны обезопасить сотрудников МВД, вернее, ты обязан сделать это. А уж как, решай сам. В данном случае я полностью полагаюсь на твой, Андрюша, профессионализм!

– Хороший ответ, а главное, не лишенный логики. С этим понятно. Следующий вопрос: каковы возможности группировки, заинтересованной в перехвате свидетеля, в том числе ее штурмовой группы? Ведь мы не можем быть уверены, что наши пути не пересекутся в Переславле. Противник так же способен внести изменения в ранее отработанный план!

И вновь голос Потапова звучал размеренно и спокойно:

– Возможности верхов группировки сопоставимы с моими возможностями, если не масштабнее. А вот насчет штурмовой группы информации не имею. Но не думаю, что состав ее будет больше трех человек. Даже двух. Единственно, непосредственные исполнители акции с той стороны гарантированно будут иметь поддержку извне. Тебе же работать в одиночку. Но ты и есть одиночка!

– Ясно! Теперь о том, как мне вести себя с женщиной, если ее похищение, конечно, пройдет гладко! Ведь она начнет задавать много вопросов. И если усомнится в наших истинных намерениях, то не исключено, что попытается скрыться. Женщины коварны, особенно такие, какой вы представили мне Новикову! И против нее я ничего не смогу сделать.

Генерал ненадолго задумался, затем произнес:

– Вот что, Сургин! Вопрос ты поднял действительно важный. Маргариту Владимировну можно успокоить, не раскрывая себя. Для этого достаточно назвать ей фамилию Шалимова.

– А кто такой этот Шалимов?

– Следователь. Вернее, бывший следователь Междуреченской прокуратуры. Он был первый человек из прокуратуры, к которому она обратилась с предложением дать показания против Витинского. Видимо, Маргарита Владимировна каким-то образом раньше знала Шалимова, раз пошла к нему! И именно он предал огласке то, о чем раньше все умалчивали. Новикова не ошиблась в нем, значит, что-то их связывало. Наобум, сам понимаешь, в таких случаях не поступают!

– А почему бывшего следователя? Его что, отстранили от ведения дела?

– Да, майор, отстранили. В подъезде собственного дома двумя пулями из «ТТ» в голову!

– Ясно! Значит, Шалимов!

– Да, Шалимов Сергей Дмитриевич! Постарайся представить себя продолжателем его дела.

– Легко сказать! Ну, ладно. Что-нибудь придумаю.

– В принципе, ты ей можешь говорить что угодно и представляться кем угодно, все равно ничего она проверить не сможет. Надо, чтобы Новикова поверила тебе!

Андрей вздохнул:

– А вот с этим, я имею в виду опыт общения со слабым полом, у меня напряги!

– Вот и наберешься опыта заодно! У тебя все?

– Последнее! Вы не сказали ни слова о докладе по результатам проведения акции.

– Я вызову тебя на связь сам и тогда, когда посчитаю нужным сделать это! Ты же выходишь на меня только в случае появления экстремальной, нештатной ситуации. Так что работай, Москит! Надеюсь, немного затянувшийся период отстоя несильно повлиял на твои уникальные боевые качества?

Сургин заверил:

– Не повлиял! Я готов к выполнению любой задачи!

– Рад слышать это, хотя другого ответа и не допускал. Узнаю тебя, Андрюша!

– Спасибо, Николай Викторович! До связи!

– До связи, майор!

Станция отключилась, оповестив об этом Андрея слабым щелчком. Теперь аппарат включился в режим сотового телефона.

Андрей посмотрел на часы: 2.35.

Первым делом нужно добраться до вокзала. И уже там определиться по акции.

Быстро оделся и уложил в спортивную сумку баллон с газом «Удар», замаскированный под термос, респиратор, защищающий только дыхательные органы, упакованный в блок сигарет, ключ от вагонных дверей, завернутый в зонт, который лег в сумку так, для отвода глаз, два шприц-тюбика с препаратом, нейтрализующим действие газа уже через полчаса после его применения. Так что охране спать под наркозом долго не придется, и к Голутвину они уже обнаружат пропажу свидетеля, поднимут шум, тем самым, ни о чем не подозревая, сорвут акцию, в которой им отводится роль жертв. На всякий случай бросил в сумку еще баллончик с газом для зажигалки. Это – если придется ароматизировать не обладающий запахом «Удар». В подстраховку к шприц-тюбикам. Вонь от бытового газа заставит проводника разбудить охрану. Ну, а меры маскировки рассчитаны на наряд милиции линейного отделения внутренних дел на транспорте. Эти ребята сейчас частенько проверяют пассажиров с их баулами, и не только кавказцев. Пистолет Андрей вложил в подплечную кобуру, которую закрыл курткой. Экипировавшись, он вышел из дома, но пошел не к стоянке, где оставил «Ниссан», а повернул за угол дома, на улицу Адмирала Кузнецова, и быстрым шагом направился к стадиону «Нефтяник», где в гараже стояла его вторая машина – «девятка» темного цвета.

Проехав по улице Кузнецова и далее по проспекту Победы, сразу за железнодорожным мостом Сургин свернул налево. От железнодорожных путей дорогу, или улицу Кольцевую, отделяла кирпичная стена, имевшая в нескольких местах широкие проломы. Напротив одного из них, прямо за остановкой общественного транспорта, Андрей остановился. Из окошка «девятки» ему хорошо было видно здание вокзала. Здесь и следует оставить машину. Место глуховатое, в это время безлюдное. Да и шестой вагон поезда «Челябинск – Москва» должен встать где-то рядом – или напротив вокзала, или чуть правее, если смотреть со стороны забора. Нормально. От платформы, где остановится состав, до пролома каких-то метров пятьдесят. Надо надеяться, госпожа Новикова весит не центнер с лишним, так как от поезда до машины ее придется тащить на себе. Положительным фактором является почти одновременное прибытие в Переславль и поезда из Москвы. Он встанет на первом пути и прикует к себе внимание наряда милиции. Это хорошо! Теперь порядок действий в вагоне. В нем два проводника. В это время работает один, второй спит. На станции он должен выйти на платформу и находиться там все время стоянки. Следовательно, на двадцать минут вагон останется без присмотра изнутри. И даже в туалет никто не выйдет, зная, что на таких стоянках тот попросту закрывается. Пассажиры, что ехали до Переславля? Таковые могут оказаться, но они выйдут в тамбур еще до остановки состава. Что ж, если не объявится противник, то Андрею вполне по силам выполнить первую часть задания. Вот что последует потом?.. Но об этом он будет думать, когда вернется домой! А сейчас пора прогуляться по вокзалу, предварительно купив билет на электричку до Садовой, что отходит от тупика в 5.10. Это опять-таки для ментов. На вокзале осмотреться. Если штурмовую группу неизвестной Андрею, но мощной и серьезной, по данным Потапова, группировки перебросят в Переславль либо для проведения акции здесь, либо… стоп! Погоди, погоди, Андрюша, как же ты раньше об этом не подумал?

Ведь от Переславля до Москвы поезд поедет без остановок. И если остановить его, находясь внутри, можно, то вот заскочить на ходу в состав нельзя! А что сие означает? То, что купе со свидетельницей либо уже находится под контролем штурмовой группы бандитов, назовем их так, либо она, эта группа, сядет на поезд здесь, в Переславле. И вычислить ее будет трудно, ибо она может представлять собой как троицу дюжих молодцов, так и неприметную семейную пару, и даже, возможно, с ребенком! Исходить следует из худшего варианта – Новикову с охраной уже пасут. Тогда во время стоянки штурмовики будут отслеживать всех садящихся в поезд и… подходы к нему с обратной от платформы стороны. А посему незаметным майору к составу с тыла не выйти. В результате, впустив в состав, эти ребятки хлестанут в него из бесшумного оружия. Труп выбросить они смогут где угодно. Следовательно, он должен войти в состав как пассажир! Одиночка особого внимания не привлечет. Значит, надо срочно отправляться за билетом, и никаких электричек.

Андрей вылез из машины и направился через проем в стене к ближайшей платформе. Пройдя по ней влево, спустился в подземный переход, по нему вышел к вокзалу. Здесь его и остановил милицейский патруль. До прибытия поезда оставалось полчаса, и майору пришлось применить все свои артистические способности, дабы убедить никуда не спешащих милиционеров отпустить его. Они отпустили, но сумку проверили. Хорошо, что не подвергли личному досмотру. Иначе с пистолетом возникли бы проблемы. Хотя от ментов Сургин мог отвязаться и быстро. На такой случай у него имелось удостоверение сотрудника Центрального аппарата ФСБ. Но показывать его – значит светиться, а кто даст гарантии, что Андрею не придется еще раз иметь дело с милицией? И тогда, когда прикрываться корочкой ФСБ будет крайне нежелательно? Поэтому сейчас он постарался обойтись силой убеждения. В кассовый зал вошел за пятнадцать минут до прибытия поезда «Челябинск – Москва». К счастью, билеты в продаже были, и даже в купейный вагон, в восьмой. С билетом Андрей вышел на перрон и поспешил перейти через первый путь до появления состава на Астрахань. На второй платформе встал, отдышался, закурил. Внимательно осмотрел людей, вышедших вместе с ним к челябинскому поезду. Никто из них на террористов не походил. Но если бы террористы или бандиты как-то внешне выдавали себя, то и бороться с ними было бы значительно легче.

Неожиданно на пятый путь вышел товарный состав. Шел он медленно, и тащил его маневровый тепловоз. Значит, поставит товарняк где-то в пределах станции. Где именно? Он, как назло, остановился прямо напротив вокзала, перекрыв путь к пролому в стене, за которым стояла «девятка» майора. Это обстоятельство еще больше усложнило ситуацию. Но, может, маневровый тепловоз до окончания стоянки пассажирских поездов уберет товарный состав? В ином случае придется уходить вдоль поезда. Хотя при наличии контроля над свидетелем ему все равно прямой путь к машине отрезан. Ладно, об этом потом! Сначала надо вытащить госпожу Новикову на пути. А дальше видно будет. Все зависит от того, как быстро Андрей сумеет провернуть акцию в вагоне и купе!