В поисках ушедших богов – 1

Глава 1

– Видишь, кирпичи чуть отличаются от соседних? – Павел ткнул пальцем в освещённое место на тёмно-красной стене

– Брось, тебе просто кажется, – Олег скептически взглянул в указанном направлении. – Вероятно, здесь циркуляция воздуха чуть лучше, вот они и светлее.

Два чёрных копателя стояли в туннеле одного из давно заброшенных подземных сооружений Калининграда и раздумывали о том, в какое из двух ответвлений им направиться. Сильные светодиодные фонари с минуту беспорядочно скользили по сводчатым стенам, пока один из приятелей не заметил что-то странное.

– Причём тут воздух? – недоумевал Павел. – Я о форме говорю. Взгляни, – вот длинные кирпичи, они старые, а вот короткие, более поздние. Форма изменялась на протяжении столетий в сторону уменьшения.

Олег всего второй раз был в старых немецких подземельях, и его опыта явно не хватало для того, чтобы замечать все нюансы. Неволей пришлось согласиться с приятелем, хотя особой разницы он не увидел. Короткие кирпичи или длинные… да какая разница? Пока Павел пытался простучать странную кладку, его напарник позволил себе затянуться сигаретой, хотя и убеждал всех знакомых, да и себя лично, что давно завязал, и с наслаждением принялся выпускать кольца дыма.

Всё началось год назад, когда из-за ковида двадцатисемилетний Олег Игумнов потерял работу. Небольшая мебельная фирмочка, где он работал, закрылась, не выдержав несколько месяцев простоя и почти моментального падения спроса на кухонные модули. Молодой человек работал кладовщиком и особенно не переживал о случившемся, так как надеялся, что всегда может устроиться куда-то ещё. Но внезапно оказалось, что люди без особых умений мало кому нужны, кроме муниципальных служб, конечно, где всегда требуются руки, умеющие подметать асфальт и стричь газоны.

Из нахлынувшей депрессии безработного Олега вытащило сообщение в социальной сети от бывшего однокурсника, который, как оказалось, уже давно занимался диггерством. Причина интереса банальна, – его приятеля подкосила всемирная инфекция, и срочно потребовался адекватный напарник, пусть и неумелый, но способный в случае чего хотя бы аптечку подать или в МЧС позвонить.

Олег и раньше интересовался изучением всяких там подземных коммуникаций и посещал разные сайты, где диггеры выкладывают хвастливые видеоролики со своими странствованиями. Молодого человека, как и многих других, интересовали найденные исследователями предметы, назначение которых было зачастую не понятно. А ещё больше его интересовала стоимость, за которую эти вещи находили своего покупателя. Да и чисто за компанию он мог порассуждать о разных исторических загадках.

Когда однокурсник Пашка написал ему в социальной сети и спросил, интересуется ли он историей Второй Мировой и мечтал ли когда-нибудь найти железный крест, то Олег понял, что его размеренная жизнь может круто измениться. Конечно, чуть позже Павел несколько разочаровался в выборе спутника, но время поджимало, и пришлось ехать в Белоруссию с этим неподготовленным человеком. Железный крест Олег, конечно, не нашёл, но пару немецких кокард и колечко с «мёртвой головой» заимел. Необычное приключение понравилось бывшему кладовщику и, преодолев несильное сопротивление товарища, смог напроситься во вторую вылазку.

Павел где-то прознал о заваленном входе в одну подземную калининградскую коммуникацию и ему нужна рабсила. Олег хоть и не производил впечатление человека, родившегося с лопатой в руках, но был надёжным, что иногда значит больше, чем физическая сила, хотя и последняя немаловажна, поскольку приходится таскать довольно нелёгкое оборудование в виде металлоискателей, мотков троса, лопат и прочего.

Вот и сейчас, когда Павел решил, что надо попытаться разобрать кирпичи, поскольку за стеной явно была пустота, пригодились взятые ломик и монтировка. Колотили диггеры стену попеременно, и когда кладка начала поддаваться, первый кирпич покинул своё место, а за ним и второй. Посветив в образовавшуюся дыру, названную Олегом в шутку технологическим отверстием, парни действительно увидели какую-то полость. С удвоенной силой они принялись за дальнейшую работу и примерно через час выдолбили проход, в который можно было пролезть, если очень постараться.

Первым пошёл, конечно же, Пашка, на всякий случай обвязавшись тросом. Его приятель не выпускал верёвку из рук и приготовился в случае сигнала вытаскивать напарника обратно. Обошлось. Через пару минут Павел стал принимать рюкзаки и оборудование, а потом и самого Олега. Внутри было так же темно, как и в самом туннеле. Хорошо хоть никаких посторонних противных запахов не ощущалось. Оглядевшись, Олег пришёл к выводу, что они находятся в каком-то довольно узком коридоре. Осторожно прощупывая пол, стены и потолок молодые люди двинулись по проходу, даже не подумав обсудить какие-то дальнейшие действия.

Коридор оказался не очень широким, и оба парня терялись в догадках, куда он может вести. Наконец показалась металлическая дверь, подобная той, что Олег видел за время прохождения службы в отдельной роте ПВО. Точно такие же герметичные двери закрывали вход в подземный пункт управления. К их радости, дверь была приоткрыта. За ней находился небольшой проход, ещё одна такая же открытая дверь, а далее – пыльное помещение метров пять на десять, в котором за паутиной и кучей каких-то полуистлевших бумаг стоял ещё крепкий деревянный стол. Пара стульев валялась рядом… и всё. Больше ничего в комнате не обнаружилось. Хотя нет, на стене висел длинный металлический карниз с тяжёлой портьерой.

Парни переглянулись и нерешительно шагнули к стене. За тканью показалась пустая ниша. Разочарование усилилось, и Олег уже собрался идти обратно, но голос Павла остановил:

– Смотри, какие странные балки.

– Где?

– Да вот, по периметру ниши.

Действительно, с четырёх сторон неглубокой ниши виднелись длинные каменные блоки, похожие на творение рук античных мастеров, поскольку были украшены растительным орнаментом. На левом вертикальном блоке, в полутора метрах от пола имелось выпуклое изображение ладони. Приятели недоуменно переглянулись.

– Я до ковида собирался в Турцию отправиться и примкнуть к экспедиции альтернативных историков-археологов, – вспомнил Олег. – Вот они в своих видеороликах часто подобные орнаменты показывали.

– Нет, это, скорее, камин, – стал спорить Павел. – Вот только у каминов имеется дымоход, а здесь сплошная стена.

– Его могли и заложить. В старых квартирах Петербурга имеется множество заложенных каминов.

– Смотри, на камнях виднеются какие-то стекляшки, – ткнул парень во что-то отбрасывающее свет. – И они огранены.

– Может, это немцы сделали? Фашисты проводили множество секретных экспериментов, и они даже в Антарктиде имели свои военные базы, – Олег собрался пересказывать краткое содержание передач РЕН-ТВ,

– Не фашисты, а национал-социалисты, – оборвал едва начавшееся словоблудие Павел. – Фашистами были итальянцы, а немцы – социалистами, что очень не нравилось Сталину, и он приказал называть родственное идеологическое учение фашистским.

Олег промолчал. Он готов простить своему приятелю многое, но всегда считал, что подобные речи ведут только антисоветчики, в лучшем случае, и русофобы, в худшем. Спорить в десятке метров под землёй о правильности именования тех, с кем воевали прадеды, он не считал необходимым. Вот выйдут наверх и за кружкой чая с коньяком снова начнут горячо дискутировать о том, чего не видели своими глазами.

– Идём обратно?

– Да, давай, – неожиданно легко согласился Павел.

Это немного удивило Олега, который уже привык к тому, что его приятель готов обстучать каждый подозрительный кирпич в поисках возможного тайника. Тот понял мысли товарища и пояснил:

– Продолжим идти по туннелю, и, если ничего не найдём стоящего, вернёмся сюда.

– Окей!

Олег понимал, что тратить время в этой пустой комнате будет довольно неразумно, если впереди их могут ожидать более интересные дела. Парни перебрались через узкий проход и снова встали перед дилеммой: выбрать правое или левое ответвление.

– Думаю, надо соблюдать правило правой руки, – решил Павел, как старший член их команды. – Не удивлюсь, если мы, вдоволь прошляясь, окажемся на этом же самом месте.

Делать нечего. Олег закинул на плечи лямки рюкзака, взял инструмент и потащился за Пашкой, который нёс только свой рюкзак. Обязанности каждого члена их небольшой команды были определены ещё в самом начале совместной деятельности, и ныть, что один тащит тяжести, а второй – лишь командует, смысла нет.

Под ногами неприятно чавкала жижа. Хорошо ещё крыс не видно и не слышно. Шагов через пятьдесят прямо в стене снова показалась гермодверь. Но она, к сожалению, была заперта и, как парни не старались, вскрыть её не представлялось никакой возможности.

– Как же национал-социалистические вооружённые немецкие рабочие открывали эту дверь?

– Вероятно, только изнутри, – Павел сделал вид, что не заметил явную подколку. – Наверное, здесь когда-то был телефон, по которому они и связывались с теми, кто находился за дверью.

Против такого предположения Олег не нашёл что возразить. Он был новичком, а Павел уже лет пять занимался поиском материальных следов Второй Мировой войны. Причём, с большой выгодой для себя, как это следовало из нечастых откровений, которыми делился заплетающимся языком после очередной кружки коньяка с чаем. Через пять минут парни, медленно продвигающиеся вперёд, заприметили ещё несколько подобных дверей, и лишь одна из них оказалась настежь открытой.

– Плохой знак, – после недолгого стояния перед открывшимся проходом произнёс Павел. – Не удивлюсь, если через эту дверь пошли несколько лет назад.

– Почему? – наивно спросил Олег.

– Потому что за ней ничего не нашли и решили продажей информации об этом подземелье хоть как-то возместить потраченные в экспедицию деньги. Но всё-равно, надо проверить, тем более, я дальше вижу тупик, и нам придётся возвращаться.

Как Павел и предположил, ничего интересного в комнатах, располагающихся за дверью, не обнаружилось. Лишь такие же деревянные столы и стулья. Даже портьер никаких не было видно. Приятели потратили немало времени, простукивая стены, но ничего так и не нашли. Разочарованные, они двинулись обратно в сторону развилки. Выбрав теперь левый проход, горе-диггеры пошли было по нему, но почти сразу наткнулись на завал, разобрать который вряд ли смог бы и стройбат.

– Ну что же, возвращаемся к камину и всё там простучим, – зло решил Павел. – Я десять тысяч отдал за карту и всё коту под хвост!

Олег решил никак не реагировать на эти слова, поскольку знал, – его приятель всегда становился чрезмерно нервным, когда понимал, что сильно лоханулся, но когда до Павла доходило, что его ещё и поимели, то он просто зверел.

Обратно возвращались молча. Один подсчитывал прямые убытки, а второй – пролетевшую, как фанера над Парижем, прибыль. Согласно их уговору, все расходы на поездку оплачивал Павел, но и долю добычи брал себе львиную. Вот и пробитый ими проход. Пришлось снова залезать и перетаскивать снаряжение.

Как обычно, Олегу досталась левая часть стены, поскольку Пашка, когда был в хорошем расположении духа, часто шутил на тему их имён, как бы намекающим, что Олег – левый, а Павел – правый. Но вот именно сейчас бывший кладовщик не имел ничего против, поскольку его часть стен по длине была короче, если выбрать границей странный камин. Чтобы не мешать друг другу, Павел прошёл в комнату и начал двигаться в обратную сторону, внимательно простукивая чуть ли не каждую пядь стены. Олег, которому тоже были нужны деньги, прислушивался к отзвуку не менее внимательно.

Стоит ли удивляться, что от ритмичных звуков в закрытом помещении у Олега разболелась голова, и он умудрился сильно содрать с ладони кожу, зацепившись за какой-то незаметный гвоздь.

– Замотай бинтом, – посоветовал Павел, подошедший получше послушать ненормативную лексику, – а то ещё заражение будет.

– Ерунда, – легкомысленно отозвался приятель. – На мне всё заживает, как на собаке. Да и осталось простучать-то всего немного, пару метров.

– Ну-ну, – только и ответил на это умудрённый опытом диггер.

Говоря о паре метров. Олег порядком расслабился, и лишь для виду немного поколотил по стене. Ясно, что здесь никаких тайных полостей нет и находки, если и будут найдены, то не в этот раз.

Задумавшись о грядущем безденежье, Олег опёрся раненой ладонью о камин… Яркий луч от налобного фонаря превратился в какое-то расплывчатое сияние… Парню показалось, что полупрозрачные стёкла, которые были вставлены в камни, вспыхнули, и всё тело тряхнуло как от удара током…

***

Когда Олег очнулся, то понял, что лежит на чём-то твёрдом и голова сильно гудит, как от удара киянкой. Откуда он это знает? Как-то на работе проходил мимо одного длиннорукого сборщика мебели, а тот зачем-то размашисто замахнулся перед очередным ударом по кухонному модулю и попал своим резиновым молоточком кладовщику почти по макушке. Прозвучало много матов, стонов и причитаний, но их директор сделал морду кирпичом и отказался оплачивать те дни, которые Олег вынужден был отлёживаться дома, вместо того, чтобы сразу идти в травмпункт. Кстати… именно директор и отговорил его от оформления официального больничного, типа «на тебе всё заживает, как на собаке».

Странно, но Олег не слышал никаких звуков, а ведь рядом должен быть Павел. Попытки повернуть голову привели лишь к тому, что в другой стороне завиделся дневной свет. Откуда он взялся? Здесь же подземелье и до выхода на поверхность идти метров двести.

Тупая боль прошла быстро, и Олег понял, что большинство неприятных ощущений он сам себе надумал просто из-за тупой боли в голове, но тело было целым, и только поцарапанная ладонь саднила. Парень приподнялся, чуть покачиваясь, и потянулся за фонариком, слетевшим с головы. Тот валялся в метрах трёх и светил в пустоту. Олег надел его снова и почти сразу нашёл поблизости рюкзак. Как он тут оказался? Ведь был на плечах. Ладно, надо выбираться, идя на свет, хотя всё это довольно странно. Может Павлу удалось найти какой-то проход с прямым выходом наверх? Сомнительно, но возможно. Олег брёл пошатываясь, и не узнавал прежнее подземелье. Вперёд! Наружу, к цивилизации… а со всем остальным он разберётся позже вместе с приятелем.

Наружа тоже показалась странной, – лес и ничего более. Должны же быть поля, а невдалеке довоенные немецкие дома. Может, это другой выход? И где Павел? Олег громко позвал приятеля, но он не отзывался. Пришлось возвращаться в подземелье и снова кричать. Лишь эхо было ему в ответ. Ушёл за помощью? Но скорая по лесу не ездит. И главный вопрос: куда идти?

Олег достал смартфон и заметил, что метки-палочки, показывающие уровень приёма, отсутствуют. Час от часу не легче. Вот тебе и цивилизация, вот тебе и конец первой четверти двадцать первого века! Как будто во времена СССР попал. Нет, он знал, конечно, что Калининградская область не самый развитый регион РФ, но не настолько же, чтобы рядом с крупным городом были зоны, где напрочь отсутствует мобильная связь. Надо оглядеться и искать путь к городу самостоятельно. Ну а потом можно и с Павлом созвониться. Подземелье, куда они спускались, вроде бы, находился южнее Калининграда. Окей, значит надо держать путь на север, тем более, что дальше реки со странным названием случайно пройти не получится.

Лес не был густым и просматривался довольно на приличном расстоянии, но Олега всё равно что-то напрягало. А вот что именно, он никак не мог понять, пока не достал из рюкзака шоколадный батончик и, расправившись с ним за несколько укусов, засунул обёртку в задний карман. Точно! В лесу чисто. Нет ни бутылок, ни фантиков, никаких покрышек и строительного мусора, которые люди, взахлёб рассказывающие в социальных сетях о чистой Европе, нисколько не рефлексируя оставляют в российском лесу. Неужели здесь, в окружении стран Евросоюза, живут люди, которые научились не мусорить, вместо того, чтобы во всех своих неприглядных поступках обвинять власть? Хорошо, если так.

Парень прошёл часа два, пока до него не стало доходить: или он идёт не туда, или Калининград находится не в том направлении, какое было выбрано. Хмм… отмахнувшись от занудной мысли, что это одно и то же, Олег продолжил движение. В любом случае он должен куда-то да выйти, поскольку тут везде дороги, и надо очень постараться, чтобы после четырёх-пяти часов не наткнуться хоть на какую-нибудь.

Дорога нашлась примерно через час. Парень даже присвистнул, когда увидел её. Да, раньше он довольно скептически воспринимал написанное в соцсетях о немецком качестве, но сейчас был вынужден признать, что выложенная камнем дорога неплохо сохранилась, хотя её обочины и сильно заросли кустарником. Выбрав западное направление, – там Балтийское море, – успокоившийся Олег зашагал, посвистывая популярный мотив.

Что свист в русской культуре является плохой приметой, парень вспомнил позже, когда из-за кустов вышли бомжи с палками в руках и перегородили ему путь.

Глава 2

Олег хоть всегда и относился к бомжам с некоторым сочувствием, но предпочитал никак с ними не пересекаться в обыденной жизни. Сейчас же эти лица без определённого места жительства могли пригодиться в качестве источника полезной информации.

– Мужики, – весело обратился к бородачам Олег, – куда ведёт эта дорога?

Те недоуменно посмотрели друг на друга, и покрепче перехватили палки. Парню вдруг вспомнились рассказы отца об армии. В его части служило много литовцев, и те довольно болезненно воспринимали слово мужик, в качестве обращения. Оказалось, что для них это было неким оскорблением типа деревенщина.

– Я не хотел вас обидеть, – поднял Олег обе руки в качестве примирительного жеста. – Я просто хочу узнать, как быстрее добраться до Калининграда. Это, ведь, Калининградская область или я случайно перешёл границу?

Бородачи остановились и снова переглянулись. Обменявшись словами на неизвестном языке, они продолжили приближаться. Когда между ними и Олегом осталось метров пять, парень потянулся рукой к фомке, выглядывающей из полурастёгнутого рюкзака.

– Не шалите! – как можно жестче произнёс заблудившийся диггер. – Проблемы не нужны никому.

Последние слоги он почти прокричал, делая замах и шаг в сторону, пропуская первого и ударяя по рёбрам второго. Затем ещё пару шагов в сторону, полуоборот с одновременным ударом гвоздодёра в живот того, кто уже успел развернуться. Пока третий стоял и шевелил извилинами в попытках осознать изменившийся расклад, Олег ткнул его острым концом в грудь.

Парень не был качком и не занимался единоборствами, а просто со страху делал то, что не раз видел в различных фильмах. Удивительно, но это у него получилось. Оглянувшись и не заметив никаких новых лиц, Олег бросил взгляд на корчившихся на дороге людей, ругающихся на незнакомом языке. Этот язык был похож на литовский, поскольку слова иногда заканчивались на звук с, да и польское пшеканье замечено не было. Где он оказался? Литва? Латвия?

Бомжи упорно не хотели говорить по-русски, хотя всем известно, что несмотря на русофобию прибалты сразу вспоминают великий и могучий когда это становится им выгодно. Сейчас же ситуация именно такая. Олег даже пару раз сделал ложный замах фомкой, в надежде услышать хоть русский мат. Нет, его определённо не понимали.

Оставив незадачливых хулиганов самим залечивать свои раны, парень пошёл дальше, лишь изредка оглядываясь, но бомжи не предпринимали никаких попыток его догнать и вскоре исчезли из виду. Заметив, что один из концов гвоздодёра заляпан кровью, парень вытер её о траву и больше не выпускал друга всех автолюбителей и взломщиков из своих рук.

Прошло часа три, если верить смартфону, который упорно не видел вышки мобильной связи. Олег подустал и снова перекусил шоколадным батончиком. Потом вытащил из рюкзака все вещи и провёл ревизию. У него были: фомка, фонарь, смартфон, пять шоколадных батончиков, упаковка жевательной резинки, запасные носки, футболка, упаковка медицинских перчаток, несколько шариковых ручек и карандашей, блокнот, небольшая бутылочка минералки, бейсболка, как бы швейцарский складной нож, алюминиевые ложка и вилка, упаковка антибактериальных салфеток, пара тканевых платков, йод, бинт, бактерицидный лейкопластырь, набор необходимых от разных дорожных неприятностей таблеток, кошелёк с банковскими картами, бумажными и металлическими деньгами, пачка презервативов. А вот небольшого ломика не было. Вероятно, он выпал из рук при падении.

Олег хмыкнул и убрал всё обратно. В карманах брюк и куртки была обнаружена всякая ерунда, которая обычно скапливается у каждого человека, не испытывающего необходимость избавляться от мелких вещей. Передохнув минут пятнадцать, парень ещё раз посмотрел на смартфон и увидел, что заряда осталось 54%. Подумав, Олег перевёл его в ультраэкономичный режим, автоматически отключив многочисленные приложения и оставив лишь звонилку. На экране высветилось сообщение: заряда хватит на 46 часов 5 минут. Отлично! За это время он всю Калининградскую область вдоль государственной границы обойдёт.

Через два часа лес резко закончился, и показалось поле, за которым виднелись строения. Ура, цивилизация! Парень прибавил шагу и через четверть часа чуть не вбежал в деревушку, но тут же остановился. Местные дома совершенно не походили на те привычные, которые он видел-перевидел в Ленинградской области. От немцев осталось, наверное. Странно только, что нигде не видно автомобилей или хотя бы мотоциклов и велосипедов. Да и на домах не заметно ни антенн, ни спутниковых тарелок. Даже столбов с электрическими проводами нигде не видать. Куда он попал?

– Здравствуйте! – как можно дружелюбнее обратился Олег к стоявшей у побелённого дома беременной женщине. – Скажите, где-нибудь поблизости есть автобусная остановка или железнодорожная станция?

Ответа он не дождался, так как женщина просто повернулась и вошла в дом. «Недружелюбный тут народец, однако. Странно, ведь немцев отсюда вывезли сразу после войны», – подумал парень и обомлел. На пересечении двух дорог он увидел небольшой псевдоантичный храм, как это было понятно по небольшим камням, из которых он был возведён, а рядом с ним красовалась статуя Зевса, в полтора человеческих роста! То, что это именно Зевс-Громовержец, а не Геракл или Посейдон какой-нибудь, Олег понял сразу, – недаром же он раз в три года посещает Эрмитаж, дабы друзьям в социальных сетях утвердительно отвечать на вопрос «Ходит ли он по музеям?»

Да, без сомнения, это олимпийский бог. Вот и длинная палка у него в одной руке и нечто похожее на молнию в другой, а в ногах сидит какая-то птица. Ну да, это был орёл, тот самый, который выклёвывал печень у Прометея за то, что титан подарил людям огонь. Но Олег поразился даже не тому, что в какой-то деревеньке, пусть и имеющей вполне картинный европейский вид, перед которым обычно любят фотографироваться туристы, имеется такая статуя, а тому, что она была раскрашена цветными красками. Причём, это не позорное вандальное граффити, а вполне добротная работа, хоть местами и выцветшая.

Перед статуей стояла старушка и о чём-то с ней говорила. Парень прислушался. Опять неизвестный язык. Блин! Да это же латынь! В старых советских фильмах и спектаклях врачи и разного рода шарлатаны говорили примерно так же, акцентируя внимание на конечный звук с. Олег ущипнул бы себя, но уставшая рука, до сих пор держащая гвоздодёр, явно давала знать, – он не спит. Оглянувшись, парень заметил в оконных проёмах ближайших домов лица, внимательно смотрящих на него. Он не сразу понял, что во всём этом не то и лишь присмотревшись, осознал, – в окнах не было стёкол.

Казавшаяся пустой деревня на самом деле не была безжизненной. Вот улицу пересёк табун подростков, не обративших на Олега никакого внимания, затем мимо проехала грубовато сделанная телега, запряженная лошадью с довольно толстыми ногами, и ею правил мужчина в странной одежде, больше похожей на тунику, чем на известные немецкие шорты, рубашку и гольфы.

От переизбытка необъяснимой информации Олег начал снова ощущать сильную головную боль, и пришлось усесться на скамейку, находившуюся поблизости от беседки. Достав цитрамон, парень запил таблетку водой и решил немного отдохнуть, а заодно и получше рассмотреть окружающий его маскарад.

Деревенька оказалась небольшой, и народ в ней реально жил, а не изображал трудолюбивых крестьян и беспечных селянок. Во-первых, видны некоторые дома, нуждающиеся в серьёзном ремонте, что недопустимо в традиционных туристических местах. Во-вторых, одежда большинства людей была довольно грязноватой, как и их руки-ноги. В-третьих, на пыльных дорогах лежало довольно много коровьего навоза. В-четвёртых, дети. Почти все кинофильмы про Средневековье не учитывают то, что в те времена по улицам ходило немалое количество беременных женщин и детей. Противозачаточных средств не было же!