Испытать силу демона

Содержание цикла «Пой для меня, моя сирена»:

Книга 1. Подарить душу демону

Книга 2. Испытать силу демона

Книга 3. Обрести любовь демона

Глава 1

Алинро дышала, как загнанный зверь, сдерживая прорывающийся наружу стон от болезненных ударов деревянного шеста. С каждой новой пропущенной подсечкой или тычком в ребра молчать становилось сложнее. Очень хотелось упасть на землю и притвориться мертвой, но разочаровывать любимого наставника не хотелось. Да и зная его скверный характер, поступить подобным образом было бы верхом глупости. Добровольно дать ему повод глумиться над собой? Лучше она поцелует каракатицу!

Девочка чуть не до крови закусила губу, когда, отвлекшись, схлопотала больше обидный, чем в действительности причинивший неудобства удар по мягкому месту. Мало ей бабули, которая до сих пор может проучить ее хворостиной, как маленькую. Изверги! А ведь ей уже целых двенадцать лет. Ну почти. Господин Ангуст в этом возрасте бороздил морские просторы, напросившись юнгой на торговое судно.

– Соберись! – рыкнул Фенрир, ловко уходя от ее не слишком быстрого выпада. – Двигаешься, как объевшаяся рыбы чайка.

Досада и негодование придали Алинро сил и потеснили посторонние мысли. Высшие, настанет ли тот день, когда она сможет навалять этому бесконечно язвительному демону, от которого похвалы дождешься, как снега летом? Тут она, конечно, приукрасила, все же Фенечка иногда и хвалил, но тролль подери, как же редко! Будто ему это денег стоит – сухарь. Или демон, что почти равнозначно, если судить по Рангару, тоже той еще черствой булке.

Фенрир с удовольствием отметил вспышку обжигающей синевы во взгляде вредной козявки после обидных слов. Так-то лучше! Злость ей только на пользу. Хотя злость, используемая бездумно, скорее приведет к поражению. Но это они отработали, и мелкая умела не впадать в бестолковую ярость, отключая мозги. Она вообще редко ими не пользовалась к преогромному удовольствию асурендра. Наоборот, чаще приходилось мысленно просить Высшие силы, чтобы неиссякаемый поток ее идей и хитроумных выходок пересох и дал им с Рангаром вздохнуть спокойно.

Фенрир уже не так сильно корил Ладу за недосмотр за внучкой, прекрасно понимая, что уследить за ней практически нереально. Если не торчать возле синеглазки сутками напролет, не отлучаясь ни на минуту. Аля могла найти приключений на свой беспокойный зад практически на ровном месте. Взять хотя бы ее последнюю дурацкую идею забраться на утес и проверить на крепость нервы Фенрира.

Это потом он выяснил, что поганка отлично видела его приближение и специально караулила, чтобы с разбегу, раскинув руки, прыгнуть в пропасть. Там, внизу, шумели волны, разбиваясь об острые камни. На тот момент, матерясь и всем сердцем желая успеть ее поймать, чтобы лично прибить, демон судорожно плел заклинание «Сети», одновременно с этим сокращая расстояние до сумасшедшей подопечной.

– Я знала, что ты не дашь упасть! – просияла тогда Аля, сдувая с глаза выгоревшую каштановую прядь.

Перекошенное от гнева лицо демона ничуть не помешало малышке подарить ему жемчужную улыбку, в которой не осталось места для отработки хулиганских плевков. Он ей, конечно, задал трепку и загонял так, что отбил всю охоту к идиотским проверкам на несколько месяцев вперед. Но сколько вампира не пои древесным соком, он все равно будет хотеть крови. Так и это исчадие с вечно разбитыми коленями, кажется, уже ничто не исправит.

– Опять ночью бабкины книги читала? – выбив из рук Али шест, недовольно поинтересовался Фенрир.

Девочка мысленно порадовалась концу тренировки, но вида не подала. Состроила самый честный взгляд, как бы невзначай потирая места ушибов, и совершенно искренне ответила:

– А вот и нет!

Если Фенечка называет Ладу «бабкой» – это верный признак его раздражения, в таком случае лучше не провоцировать и прикинуться паинькой. Бабулины книги она и вправду не трогала. Но и не собиралась упоминать, что до рассвета засиделась над принесенной Рангаром повестью о приключениях неунывающего летучего мышонка, который на самом деле оказался запертым во второй ипостаси мальчишкой-вампиром. Манерный демон проспорил ей желание, и Аля под предлогом практики официального языка Подземного Царства выпросила у него нечто поинтереснее учебников.

Фенрир проследил за тем, как хитрая лисица морщится от расцветающих на теле синяков, и безапелляционным тоном заявил:

– Пять раз бегом до твоего любимого, – это слово он произнес особенно едко, – утеса, и обратно. Не уложишься – будешь учить новую главу по истории. На чем ты там остановилась? Ах да, Человеческая интервенция в Гномьем Королевстве.

– Ты разве не полечишь? – жалостно похлопала ресницами Алинро.

– Потерпишь, – скрестил на груди руки асурендр и, вскинув бровь, напомнил: – Время пошло.

– Но как же?.. Ты же…

– Шесть раз, – не моргнув, перебил Фенрир.

– Демон! – сжимая кулаки, прошипела Аля.

В следующую минуту он уже наблюдал ее удаляющуюся спину. И хоть асурендр не сомневался, что в настоящий момент ему придумывают самые неожиданные сравнения и характеристики, все равно улыбался.

– У тебя даже часов нет! Откуда тебе знать, что я не успела? – возмущенно бурчала Алинро, мало-помалу выравнивая дыхание после пробежки.

– Ты сомневаешься в моем внутреннем хронометре? – холодно уточнил Фенрир, держа ладони над согнутой спиной девочки.

И хотя она чувствовала даже без прикосновений исходящее от его рук тепло, от интонаций в голосе непроизвольно поежилась. Демон щелкнул пальцем по ее острой лопатке.

– Не дергайся.

Аля вздохнула и, сама не понимая, какая напасть тянет ее за язык, все же тихонечко прошептала:

– Точность твоего хронометра не исключает возможности сжулить.

– Продолжишь пыхтеть и огрызаться, в следующий раз побежишь дистанцию в два раза больше сегодняшней, – продемонстрировал прекрасный слух ее наставник.

Аля закусила щеку, чтобы смолчать. В случае с бабулей и Фенриром, угрозы, как правило, были более чем реальны. На их фоне даже Рангар с вечно снисходительным видом казался душкой. Он хотя бы не имел привычки ее стращать. Нет, поначалу Алинро его в самом деле побаивалась, явственно ощущая, что по-эльфийски прекрасный демон с удовольствием придушил бы ее и прикопал под ближайшим камнем.

Со временем искреннее желание малышки подружиться с мужчиной, которому навязали ее общество, все же увенчалось успехом. Неприступное сердце Рангара хоть и чуть-чуть, но дрогнуло. В отличие от Фенрира, он проводил с Алинро намного больше времени. И хотя они уже неплохо ладили, к Фенечке она была привязана гораздо сильнее. Последнего Аля всегда ждала с замиранием сердца и безумно радовалась его редким и непредсказуемым появлениям, оставляющим каждый раз в душе бурю эмоций и впечатлений.

Пользуясь тем, что наставник не видит, девочка растянула губы в довольной улыбке.

– Разворачивайся, – приказал демон.

Аля подставила впалый живот с заметным следом от удара шестом справа на отчетливо проступающих ребрах.

– Что ж ты доходяга такая? – продолжая магичить над девочкой, задал риторический вопрос Фенрир. – Позвонки пересчитать можно. Чувствую себя последним монстром.

Плутовка хихикнула. Эти вздохи она слышала регулярно, а еще о том, что ей нужны мышцы и с подобными задатками только веер в руках держать и платочком обмахиваться. Тем не менее это не мешало Фенриру гонять ее до седьмого пота, а в свое отсутствие поручать издевательства Рангару. И все они прекрасно знали, что ест Алинро если не на равных с мужчинами, то уж явно больше, чем положено одной маленькой, тщедушной на вид девочке. И куда только все помещается, и когда будет прок?

Подчиняясь безмолвному взгляду демона, Аля закатала штанины и хихикнула еще раз, разглядывая свои костлявые коленки – главное оружие в рукопашной схватке с местными мальчишками. Неожиданное такое, коварное и дюже действенное. Не с шестом же разгуливать, в самом деле. Между прочим, с ней уже давно считаются все ребята ее возраста и даже несколько старших. Последним достижением она гордилась больше всего. Теперь вопрос о совместных играх в пиратов и разбойников у нее не возникал: Алю охотно брали в команду. Правда, гадкий Феня, выслушав о ее Самом Главном Успехе не то что не похвалил или порадовался, вообще никак не откомментировал столь значимое для девочки событие. Еще и посмотрел так снисходительно-насмешливо… Одно слово – демон.

– Все сводить не буду, – потушив свечение ладоней, уведомил Фенрир. – Если бы не Лада, так все бы на тебе и оставил. Глядишь, в другой раз о блоках проворнее вспоминать начнешь.

Алинро потерла слегка ноющее плечо, но возражать не стала. За прошедшее время Фенрир научил ее стойко переносить боль. Хотя она сильно подозревала, что особо демон не зверствовал, учитывая возраст подопечной. Но и того, что он выдумывал, ей хватало сполна. Самое обидное: Фенрир в любой момент мог ее вылечить, не давая бабуле повода для лишних вопросов. Вот так Аля и мучилась, собирая шишки и синяки, щедро раздаваемые строгим учителем. К чему ее беречь, когда потом раз – и как новенькая, ну почти. Девочка снова вздохнула.

– Не кисни, – хмыкнул Фенрир. – У меня для тебя кое-что есть.

Алинро встрепенулась и заблестела бездонными глазищами. О! О-о-о, и все-таки Фенрир самый лучший! Она ни на секунду не сомневалась, с чем связано это его «кое-что». Ведь у нее в этом месяце день рождения, а Фенрир делать подарки умел. Уж на что Аля была мастерица на выдумки, но идеи вредного демона превосходили ее самые смелые предположения.

Девочка припомнила свой первый и единственный юбилей – десять лет. Накануне она сильно заболела и слегла с жаром и лихорадкой. Фенрир мог не появляться месяцами, а мог приходить и каждую неделю, в тот раз его долго не было. Зато когда пришел, Аля, которой под чутким надзором бабушки стало уже намного лучше, горестно поделилась с «не другом» своими печалями. Ведь обидно целый год ждать праздника, такую важную дату, и все пропустить, потому что «надо беречься», «нельзя вставать» и прочее-прочее.

Демон сначала не очень понял, о чем толкует ребенок: оказалось, они к своему возрасту относятся гораздо пренебрежительнее. Потом все же проникся и устроил для нее незабываемое иллюзорное представление прямо в комнате, показывая и рассказывая об интересных местах, где он побывал, и о разных чудищах, которые водятся в мирах Триквестра. А вечером бабуленька все же сжалилась, и после горького лекарства Але достался огромный и вкусный кусок торта. Половину от него она честно спрятала для Фенрира, пообещавшего навестить девочку на следующий день.

В одиннадцать лет он про ее день рождения тоже вспомнил.

– И-и-и? – не вытерпев, подала голос Алинро.

Судя по хитрой улыбке Фенрира, продолжительное молчание после многообещающих слов было умышленным.

– И все, – развел он руками как ни в чем не бывало. – Придет время – узнаешь. Просто сказал, чтобы ты тут не вздыхала, как неупокоенное кладбище.

– Ах ты… – Аля вовремя зажала себе рот руками.

– Ну-ну, продолжай. – В глазах Фенрира вспыхнули алые огоньки.

Мужчина подался вперед, нависая над сидящей на плоском камне девочкой подобно скале.

– П-п-прелесть, – пискнула Алинро. Затем расправила плечи и обезоруживающе улыбнулась: – Ты самая настоящая прелесть!

«Настоящая прелесть» скептически скривилась, давая понять, что ни разу не поверила, но угольки на дне зрачков демона заметно побледнели. Алинро выдохнула, мысленно коря себя за несдержанность. Общение с Фенриром – это как прогулка по топкому болоту: никогда не знаешь, какой твой следующий шаг станет ошибкой. Дело осложнялось тем, что кое-какие вольности он Алинро позволял и не всегда пресекал ее дерзость. Поскольку виделись они далеко не каждый день, воспоминания о том, как чревато забываться с этим непостижимым демоном, успевали притупиться.

С тем же Рангаром Але было проще. Она давно поняла, чего не стоит делать в его присутствии, и в их более-менее ровных отношениях не возникало проблем. Зато и настолько сильных эмоций рядом с ним она не испытывала.

– Ладно, айда сюда. Теперь моя очередь выполнять обязательства, – переводя тему в мирное русло, похлопала по камню рядом с собой девочка и подвинулась.

Эту часть их встреч она любила больше всего. Тем печальнее было то, что Фенрир крайне редко соглашался давать себя приласкать. Вредина! Иногда мотивировал отсутствием времени или неподходящим настроением, а иногда и вовсе по одному его взгляду становилось ясно, что лучше бы Але не лезть со своими дитячьими предложениями погладить его по головке. Вот только Алинро Листар свои права знает! От нее одними прожигающими гляделками не отвертишься. Сделка есть сделка, и она собиралась свою часть договора выполнять безукоризненно. Тем более, лично Алинро сие действо доставляло много удовольствия и тихой радости.

Вот и сейчас она привычно предложила демону располагаться. Откажется – сам виноват, а она твердо уверена в пользе минуток нежности для суровых мужчин. На губах девчушки расцвела плутоватая улыбочка: ну точно, да он, поди, просто стесняется признавать очевидное. У нее на языке вертелись слова о том, чтобы Фенрир не смущался, она никому не расскажет, никто их не увидит. Однако Аля вовремя отвесила себе мысленную затрещину: после такого его точно не заманишь к себе в лапки. Нет уж, порой молчание – золото.

Фенрир закатил глаза и в который раз попросил у Высших терпения. Та непосредственность, с которой синеглазка с ним обращалась, никуда не исчезла. Его храбрый одуванчик подрос, но так и остался упрямой малышкой, когда-то с жаром убеждавшей его в неспособности мужчин о себе позаботиться и в необходимости обнимашек даже таким крутым демонам, как он. С чего она поставила его на пьедестал в иерархии силы, Фенрир не знал, он никогда не рассказывал ей о своем положении. Но и не отрицать же!

В конце концов, что хотел, то и получил: говорить, будто ему не нравилось проводить время с синеглазкой, он не собирался. Глупо врать себе. Фенрир наслаждался подобием транса, куда его погружала Аля, запуская пальцы в волосы и окутывая мелодичным голосом в кокон удовольствия. Последний вызывал расслабленность и умиротворение, подобно результату практик мастеров телесных наслаждений. Асурендру довелось как-то побывать на востоке Объединенных Земель: девушки там в совершенстве владели искусством управления телом путем прикосновений.

Всего два раза Фенрир утратил контроль над обстановкой в такие минуты общения с Алинро. К слову, он так и не понял, от чего это зависело. В остальное время демон продолжал удерживать ситуацию, что не мешало ему получать приятные ощущения от легких касаний, не имеющих никакого другого подтекста, кроме как заботы о нем, и успокаивающего, словно плеск волн, тихого голоса. В отличие от упомянутых девиц, Аля будто его душу ласкала, согревала и щедро делилась своим светом и чистотой. Он понимал, что не достоин и не заслужил подобного дара, но не мог отказаться. Слишком необходимы они оказались для ненаследного асурендра.

Фенрир старался не злоупотреблять, но случались дни, когда, если бы не вмешательство синеглазки, он просто-напросто пошел бы убивать. Она помогала ему вдыхать полной грудью, очищая от едкого, разрушающего запаха родного мира, где порою концентрация мерзости и отвратительности бытия, доступная живым и мыслящим существам, превышала все разумные нормы. И теперь, глядя на хитро поблескивающие сапфиры в обрамлении пушистых ресниц, он решил не разочаровывать мелкую. Знал, что ей не меньше, чем ему самому, нравится проводить вместе время вне занятий и слушать шум моря.

Двум столь разным созданиям, объединенным любовью к бескрайним синим просторам, даже погода не мешала приходить на берег, когда вздумается. Замерзнуть или промокнуть им не грозило: Аля знала множество замечательных укрытий, а Фенрир отлично владел магией. Зато стихия была прекрасна в любом своем проявлении: хмурила ли потемневшие серые воды с ароматными шапками пены; сердилась ли, обрушивая недовольство на побережье и облизывая просоленные камни, медленно изменяя их в угоду собственным желаниям; или игриво плескалась, слепя взор переливами бликов на лазурном, будто праздничном одеянии. Шторм или штиль царили в душе у переменчивой стихии, странный демон и такая же девочка всегда с улыбкой смотрели на горизонт.

Глава 2

Сегодня было тепло. Лето подходило к концу, но природа еще дышала ласковым ветром и купалась в согревающих лучах солнца. Фенрир закатал рукава, подвернул штанины и сдался на милость рыжей искусительницы, пристроив голову у нее на коленях. Алинро мысленно сплясала нечто, должное означать победу и восторг, и отчего госпоже Трудан с любовью к чудовищно унылым танцам, коим она упорно обучала и Алю, обязательно понадобились бы успокоительные капли.

Этот разудалой танец Алинро показали мальчишки. Они частенько отирались в квартале, где женщины продавали свое внимание за деньги. Ребята расколупали краску на одном из окон и подглядели выступление местных цыпочек, как называли работниц увеселительного заведения «Мокрый гусь и три туза» все матросы и сами парни. Судя по тому, как они бурно потом обсуждали увиденное, глупо хихикали и передразнивали особо запомнившиеся движения, танец произвел на мальчишек сильное впечатление.

Конечно, Аля не могла не поинтересоваться: да что же в нем такого особенного?!

Сарин – один из старших ребят, который на фоне остальных всегда выделялся ростом и шириной плеч, и меньше всех в свое время доставал Алинро, за что она была ему благодарна и считала поумнее остальных. Так вот, Сарин, в отличие от друзей, не стал со смешками задирать нос, а даже показал основные элементы танца. Ничего шибко примечательного, как выяснилось, в нем не было: знай закидывай ноги повыше, да скачи как блоха.

Аля с легкостью повторила увиденное, за что удостоилась одобрительных кивков ребят и оттопыренных вверх больших пальцев. Правда, в конце они все же сошлись во мнении, что чего-то малышке Листар не хватает, а Лаир – щуплый мальчишка из ее класса – заявил, что цыпочкой ей не стать. За что и схлопотал от разъяренной Али по уху. На самом деле она и сама не знала, что больше ее разозлило: выказанные сомнения или сомнительное сравнение. Так или иначе, остальные его поддержали, а Сарин попросил никому этот танец не исполнять.

На недоуменный вопрос «почему?» парень замялся, покраснел и произнес туманное: «Лучше не надо и все». Больше Аля от него не смогла добиться ни слова. Вот вроде на два года старше, а не далеко от остальных ушел, пожимая плечами, пришла тогда к выводу Алинро. Зато теперь ей стало очень любопытно, что бы сказал Фенрир, покажи она ему этот веселый, но отчего-то запрещенный танец.

Наверняка бы одобрил. Демон никогда не обременял себя всякими глупостями насчет принятых в обществе норм и правил поведения, чем снискал в глазах Алинро еще больше признания. Девочка, может, и воплотила бы в жизнь задумку, но вовремя вспомнила, что она в штанах, и со вздохом отложила идею до более подходящего момента.

– Опять вздыхаешь? – откликнулся Фенрир, закидывая руки за голову. – Что на этот раз? – он перешел на свой родной язык.

Аля навострила уши. В принципе, она уже неплохо понимала речь выходцев из Нижнего Мира на слух, похуже пока говорила сама, читала сносно, а вот писала с ошибками. Ну ничего, до восемнадцати еще есть время отточить знания до совершенства.

– Мне кажется, бабушка что-то подозревает, – не сильно покривила душой Алинро. Это ее действительно беспокоило.

Асурендр усмехнулся: подозревает – слабо сказано. Судя по докладам Рангара, ведьма решительно настроена выяснить, что за странности творятся в ее доме и с ее внучкой. Пока что совместными усилиями удавалось водить ее за нос и не давать Ладе повода пустить в ход серьезные средства, привлекая помощь ковена. Смутные подозрения и досадное ощущение паранойи – это одно, а подтвержденный факт вмешательства демонов в жизнь Листар – совсем другое.

– Было бы удивительно, если бы наоборот, – лениво отозвался Фенрир, прикрыв глаза. – Лада не производит впечатления глупой женщины.

– Вы знакомы? – изумилась Алинро.

Губы асурендра тронула кривая усмешка.

– Думаешь, я не навел о ней справок?

Девочка смущенно прикусила язык: вот же глупость сморозила. И тут же воспользовалась откровением Фенрира.

– Ты слишком свободно чувствуешь себя на территории Империи для рядового жителя смежного мира. Я права или мои выводы верны?

Демон, не разлепляя век, щелкнул Алю по носу.

– Я права или очень права, – насмешливо передразнил. – Твоей самоуверенностью можно только восхититься!

– Что? – растерялась Алинро, продолжая хитро переплетать волосы асурендра.

– Ты сказала «выводы верны» вместо «ошибочны», – снизошел до объяснения Фенрир.

– М-м-м… – протянула девочка, соображая, стоит ли настаивать на том, что она сказала ровно то, что собиралась, или признать оплошность.

В первом случае выходило, будто она и впрямь излишне самоуверенна, а во втором… не хотелось выглядеть в глазах Фенрира неучем. Придется потратить вечер на внеплановое занятие по языку и перестать отвечать Рангару на имперском. Впрочем, обвести вокруг пальца наставника и друга, как она упорно про себя его называла, не так-то просто. Если не признаться сейчас, он обязательно начнет проверять и в итоге все равно подловит на ошибке. Поэтому вредничать и усложнять себе жизнь не имело смысла.

– Верно, мне еще есть чему поучиться, – покладисто согласилась Аля. – Так к правильным ли выводам я пришла? – вкрадчиво уточнила хитрюга, перестроив фразу.

Фенрир и бровью не повел, хотя мысленно скривился: маневр отвлечь ее и сбить с темы не увенчался успехом. Козявка ловила информацию буквально из воздуха: на секунду расслабишься, и во вскользь оброненной фразе Аля обязательно заметит что-то для себя любопытное. Асурендр не переставал удивляться ее внимательности и умению быстро анализировать услышанное.

– Допустим, – уклончиво ответил он.

– Значит ли это?..

– Это значит лишь то, что у меня есть полезные связи.

– Ага, – как можно беспечнее откликнулась девочка, – такие полезные, что господин Трудан на прошлой неделе в разговоре с женой восхищался тем, как безопасно стало на наших улицах. Мол, даже в той части города, куда раньше после заката приличному человеку и носу высунуть было нельзя, чтобы не нарваться на неприятности.

Фенрир приоткрыл глаз и скосил его на бессовестную девчонку, имеющую наглость делать в его присутствии столь недвусмысленные намеки. Алинро умышленно смотрела куда угодно, только не на демона, и вообще являла собой средоточие безмятежности.

– Понятия не имею, о чем ты, – увильнул от темы асурендр.

Аля хмыкнула и спустя некоторое время украдкой взглянула на лицо Фенрира. Свое она прятала за прядями волос, которые беспрестанно трепал ветер. Демон, казалось, уснул. Алинро залюбовалась четким изгибом бровей, чистотой кожи и крошечной морщинкой от упрямо поджатых губ. Даже светлый шрам на скуле ему шел, добавляя неуловимого шарма, тем более он был практически не заметен.

Зато благодаря этому «украшению» становилось сложнее обмануться в характере ее ни разу не друга. Прямой росчерк от острого лезвия словно бы напоминал: не смотри на внешность, она обманчива, и за красивыми, правильными, аристократическими чертами скрывается опасное существо, вполне способное причинить вред. Вот только Алинро совершенно не беспокоили подобные мелочи, ей Фенрир вредить точно не будет.

Почему? Еще бы она знала. Просто чувствовала, ни на мгновение не сомневаясь в своей правоте. В какой-то книге Аля вычитала безумно понравившуюся фразу: «Друзей нужно выбирать не умом, а сердцем». Именно сердце ей и говорило, что как бы ни был зол демон, как бы ни сыпал проклятиями и ни наказывал, рядом с ним для нее самое безопасное место во всех мирах Триквестра.

– Почему бы тебе не признаться? – прошептала она, набравшись смелости.

– В чем? – тут же откликнулся «спящий» Фенрир, который прекрасно видел, что синеглазка его изучает.

– В том, что это не наших стражей заслуга. Рангару стало некогда присматривать за мной и контролировать, куда я хожу. Гораздо проще устранить первоначальную причину проблемы, ведь так?

– Мне вот интересно: к чему ты клонишь или чего добиваешься? – ровным голосом уточнил Фенрир, не подтверждая ее догадки, но и не отрицая.

– Все просто: если это твоих рук дело, значит, ты действительно кто-то влиятельный в своем мире. Потому что границы Империи закрыты и гостям ведут учет Смотрящие, они же и не позволяют им нарушать закон и безнаказанно делать все, что взбредет в голову.