Женщина, я не танцую

Глава 1

– Хорош бухтеть, куда были «горячие» путевки, туда и взял. – Стас беззлобно ткнул друга под ребра. – Море – оно и в Африке море. Пляж, девочки, солнце… Не выделывайся!

– Достала твоя Турция, каждый раз одно и то же.

Хмурый Костя сильнее надвинул соломенную шляпу на лоб, всем видом демонстрируя недовольство.

– Нормальные предъявы. Ты когда последний раз дальше своей мастерской нос высовывал?

Только Костя собрался расписать последние перемещения по миру, как Стас добавил:

– Рабочие поездки не в счет!

– Я в Италию хотел, – махнул рукой на друга Костя. – Там интеллектуальный досуг, выставки, мероприятия. А у турок только в отеле бухать, вот и все развлечения.

Стас расплылся в довольной улыбке:

– Прекрасный план, собираюсь неукоснительно следовать ему и тебе советую. Все, не порть мне предвкушение от отпуска! Смотри какие девчули.

Костя все же приоткрыл один глаз и окинул взглядом зал аэропорта. Ровные ряды пластиковых сидений, разномастная публика, в основном семейные. Много детей. Мужчина мысленно простонал, уже предвидя, как несколько часов придется выслушивать их вопли. Знойных красоток поблизости не обнаружилось.

– Вижу тетку с тремя подбородками и мелкого пацана, который так и просит, чтобы ему дали по шее.

– Вот! – воздел палец к потолку Стас. – Твоя беда в том, что ты видишь все в мрачных тонах.

– Как художник, чья последняя выставка называлась «Феерия цвета», я весьма польщен, – фыркнул Костя.

Его друг проигнорировал реплику и продолжил, улыбаясь от уха до уха:

– Лично я обозреваю прекрасные виды на попку стройной барышни, которая что-то ищет в чемодане, глянь правее пацана.

Правее действительно обнаружился женский зад, вполне себе аккуратный, но ничем особенно не выдающийся. Рядом переминалась с ноги на ногу бледная девица в очках, что-то самозабвенно высматривающая в планшете.

– Не вижу ничего достойного внимания. – Костя снова закрыл глаз.

– Ну и сиди тут, как сыч. – Стас поднялся и расправил брюки. – Я пошел в дьюти-фри: если мне и дальше предстоит любоваться на твою кислую морду, то надо подготовиться.

– Иди-иди, алкаш, – пробубнил в след другу Костя, затем крикнул: – На меня тоже возьми.

Вздохнул. Турция так Турция, придется пить.

– Алена, я у кого спрашиваю? – Женя перетрясала вещи в поисках обезболивающего.

Такое свинство: долгожданный отдых начался не с радостного возбуждения, а с головной боли. Еще и «полк красноармейцев» приперся не ко времени, и теперь противно ныла поясница. Девушка была на волосок от того, чтобы кого-нибудь придушить. Все не так, и это бесило. Она ненавидела, когда ожидания не совпадали с реальностью.

– М?.. Да-да.

– Что «да-да»? Ты же за аптечку отвечала!

– Угу, демон отвечал, – пробормотала Алена, не отрываясь от экрана планшета.

Ее пальцы ловко набирали текст, мысль летела, и батальная сцена во главе с ну очень пафосным и не по-детски темным демоном подходила к концу.

– Алена-а-а, епрст! Я сейчас сама обернусь демоном и пожру тебя с потрохами, – прорычала Женя. – Ты можешь оторваться от своей писанины хоть на время? Людям нужен отдых, даже таким ненормальным как ты.

Угрожающие нотки в голосе подруги пробились в увлекательный мир фантазий Алены. Она со вздохом нажала «сохранить документ», после чего посмотрела на Женю.

– Прости, отвлеклась. Ты что-то сказала?

– Дай сюда! – сверкая очами, Женя вцепилась в планшет. – Я его выкину, иначе от тебя совсем никакого толка.

– Ну, Женька, успокойся, я немного увлеклась. Так что ты говорила?

– Таблетки где?

– Ой, – Алена округлила глаза, – кажется, я их забыла.

– Мо-ло-дец! На тебе всего-то и было, что об аптечке позаботиться. – Женя хищно покосилась на ненавистный гаджет, с которым у подруги сложился односторонний, но очень пылкий роман.

– И я ее собрала, – возмутилась Алена, – все честь по чести, между прочим. На зависть любому туристу.

– Угу, и где она? – ядовито поинтересовалась Женя.

Алена стушевалась и вздохнула:

– На кухне, на барной стойке… осталась.

– Шикарная новость! Спасибо себя там на стойке не забыла.

– Знаешь что? Я вообще-то никуда не собиралась, и согласилась на море, чтобы никто не дергал, и можно было бы писать в свое удовольствие. О чем тебя и предупредила.

– Ты себя в зеркале видела, немочь бледная? Под глазами мешки, в которые орехи можно складывать про запас, ничего вокруг не замечаешь. На упырей своих скоро похожа станешь.

– У меня не только вампиры, – обиделась за любимых героев Алена. – Персов много, да и мои интересы одним фэнтези не ограничиваются, если что.

Женя пропустила мимо ушей негодование безумного автора и закончила мысль:

– Тебе надо выспаться как следует и сменить обстановку. Я все понимаю, но ты уже загоняешься. Ален, в реальный мир тоже надо выныривать, хотя бы за свежими эмоциями.

С последними доводами Алена нехотя согласилась и покорно вложила драгоценный планшет в протянутую руку подруги.

– Вот и умница, – ласково, будто разговаривая с человеком не от мира сего, похвалила Женя.

Быстро спрятала к себе в сумку дьявольское техногенное искушение. В последнее время она действительно начала опасаться за здоровье подруги.

– Но ведь еще сорок минут до вылета, – заметила Алена. Сидеть без дела в набитом «коллегами по отпуску» зале ожидания ей не улыбалось.

– Раз лечиться по твоей милости я не могу, придется напиться и веселиться. – Алена недоверчиво посмотрела на Женю. – Да шучу я, шучу. Пошли перекусим, иногда это тоже помогает от головной боли. Ну и в дьютик само собой, это святое.

Полет оказался утомительным, атмосфера накалялась, нервные клетки митинговали, требуя лучших условий труда. Когда самолет не потряхивало, спинку Костиного кресла настырно пинал тот самый, сразу не понравившийся ему еще в аэропорту, пацан. И ведь вроде не такой уж и мелкий, должен понимать, что творит. На фальшивые увещевания маман ребенок реагировал полнейшим игнором. Костя медленно закипал. Зато Стас, приняв на грудь для настроения, широко улыбался бортпроводницам и заигрывал с девахой через проход.

– Да вы что? Как интересно! Так и сказал? Ну, это он погорячился. Лично я нахожу вашу прическу весьма оригинальной, – заливался соловьем друг.

Костя поморщился: кто может повестись на такую чушь? Парень чуть наклонился и посмотрел на кого в этот раз пали лучи внимания Стаса. Нечто без явной гендерной принадлежности с выбритыми висками и вихром ярко-алых прядей по центру сверкало пирсингованными бровями и кольцом в носу.

Свят-свят! Костя смерил оценивающим взглядом друга – под градусом, конечно, но не настолько же. В этот момент паренек сзади в очередной раз смачно съездил ногой по его креслу. Костя стиснул зубы и полез в ручную кладь за ромом. До посадки оставался еще час.

– Я в туалет хочу, – пожаловалась Алена, с неудовольствием разглядывая длинную очередь.

– Так иди. В чем проблема?

– Не могу. Не могу я, когда знаю, что за дверью пасется толпа, мне стремно. И вообще, там мерзко.

– Тогда терпи.

– Уже нет сил.

Женя закатила глаза. С одной стороны она сочувствовала подруге, которой не повезло с жирным тараканом, отвечающим за такие вот щекотливые моменты. Сколько Женя помнила Алену, в общественных местах у той всегда возникали проблемы подобного толка. С другой – ну ведь бред же считать, что кому-то есть дело до того, чем ты занимаешься в туалете. Тем более они здесь никого не знают.

– Иди пока не поздно, потом хуже будет. Уж давай как-нибудь, напрягись.

– Я подожду, пока все разойдутся.

– Ну-ну, удачи, – Женя демонстративно уткнулась в книгу.

Алена еще немного потерзалась и, не выдержав, поплелась выполнять позорную необходимость.

По пути она столкнулась со стюардессой, которая запретила ей включать планшет, та лучилась наигранным счастьем. Над Аленой, в противовес, еще больше сгустились тучи. Море, зелень и тепло она любила, но часы перелета до рая, как и все в жизни, компенсировались адски неудобными сидениями, отвратительными соседями и прочее-прочее.

Девушка мечтательно прикрыла веки: круто, наверное, летать первым классом. Может быть, когда-нибудь она напишет бестселлер, прославится, по ее книгам снимут фильмы, будут ставить пьесы в театрах… И тогда прощайте ненавистные чартерные рейсы! Мадам Ковалева отныне летает с удобствами.

– Вы последняя? – неопрятный мужчина с поросячьими глазками нагло ворвался в честолюбивые мечты Алены и разрушил флер их очарования.

Она недоуменно на него покосилась: в таком узком проходе, где все стояли линеечкой, разве не очевидно, кто последний?

– Да, – буркнула Алена и от нечего делать стала разглядывать пассажиров.

Если раньше она видела лишь затылки, то теперь могла рассмотреть в подробностях, например, всех тех отчаянных мамаш, которые везли с собой грудничков, вносящих изрядную долю негатива в путешествие на пыточном рейсе. Далее ее внимание привлек рыжий мужчина, прикладывающийся к горлу бутылки. Разглядеть, что именно он хлещет, девушка не смогла в силу своего не особо острого зрения, но не сомневалась в крепости напитка. Алена скривилась: фу позорище, не могут до отеля дотерпеть. Благодаря таким вот соотечественникам потом на посадке у местных складывается негативное впечатление об «облико морале» русского туриста. Стыдно за своих и неприятно.

Тут внимание Алены привлекла белокурая девчушка, похожая на ангелочка. Малышка заметила интерес посторонней тети и широко улыбнулась. Поскольку она сидела довольно близко, то Алена смогла разобрать крупную надпись на ее кофте «Under Angel Wings». Девушка вернула ребенку улыбку. Неуемная фантазия Алены тут же расправила собственные крылья, рисуя сюжет новой истории.

В ней будет борьба крылатых существ – двух извечных противоборствующих сторон за жизнь летящих на борту самолета пассажиров. И пока многие из них занимаются какой-то ерундой, а то и откровенно пьянствуют – Алена вновь кинула быстрый взгляд на рыжего парня, – в небесной канцелярии отстаивают каждую душу.

И снова бесцеремонно врываясь в мысли девушки, прозвучал надтреснутый голос стоящего позади нее мужчины:

– Что-то очередь вообще не двигается! Надо было в хвост идти. Что можно там делать так долго?

Алена мысленно сплюнула на пол. Вот из-за таких товарищей она и не может нормально расслабиться за закрытыми дверями, всеми фибрами ощущая, как ей дышат в спину. В отличие от дядьки девушка отлично представляла мытарства бедолаги, которого все ожидали. Но таких понимающих, как она, было мало, по очереди побежала рябь из ропщущих. Алена, насколько могла, отодвинулась от сопящего ей в затылок мужчины и вновь посмотрела на рыжего.

Вот напасть: взгляд сам собой постоянно натыкался именно на него. Возможно, дело было в цвете волос, выделяющемся на фоне остальных, а может, в ковбойской шляпе, которой он периодически обмахивался. И в чем прикол пить в одиночестве? Одно дело за компанию, а так… Девушка подперла кулаком щеку и отрешилась от окружающей действительности, планируя следующий эпизод в своей эпической саге.

Тем временем в приснопамятной тесной кабинке повышенного внимания состоялся весьма странный диалог:

– Воу-воу, какая ты резвая, осторожнее с ним.

– Всегда хотела сделать это в полете.

– Сумасшедшая… м-м-м… так-так, продолжай, мне нравится.

– А так?

– О, да-а-а… Стой, это еще что?

Через короткую паузу, разбавляемую учащенным дыханием и тихими протяжными стонами, прозвучало:

– Штанга… А ты уверен, что именно сейчас хочешь слышать мои ответы?

– Эм, просто неожиданные ощущения. Хотя, знаешь, в этом что-то есть.

Женский смешок перебил настойчивый стук в дверь.

– Вот черт, приспичило же кому-то.

– Подождут! Я еще никогда не была так близка к исполнению своей давней фантазии.

– И то верно. Только давай как-то потрадиционнее разместимся? Там-то у тебя сюрпризов не имеется?

– Так скорее проверь, – провокационно подбодрил томный голос.

– Оу, ого… Это будет непросто.

– Обожаю трудности, с ними гораздо интереснее.

– Ну да, адреналинчик мне в помощь.

– М… а-а-ах, видишь, совсем не страшно. Потрогай ее.

– Детка, да ты огонь, – тихий хриплый мужской шепот, разбавил женские вздохи.

– Тс-с-с, не отвлекайся.

– Девушка, а девушка, можно с вами познакомиться? – Рядом с Женей на пустующее кресло плюхнулся небритый мужик неопределенной национальности.

Она даже задержалась с ответом, размышляя, что за странная смесь восточного разреза глаз, орлиного носа и бледной, как у Аленкиных вурдалаков, кожи, с которой сливались белесые брови, ресницы и остальная растительность соответственно.

Мужчина принял молчание за положительный ответ и продолжил:

– Меня Иннокентий зовут, можно просто Кеша.

Женя с трудом не расхохоталась, живо вспомнив блудного попугая. Какого черта ему надо? Пусть и с запозданием, но все же ее голову озарила светлая мысль.

– Кеша, – она снова подавила смешок, – проходите мимо, а.

– Ой, какая строгая женщина.

– Меньше минуты назад была девушкой, – машинально заметила Женя и, глядя на похабную ухмылку собеседника, ядовито добавила: – к концу разговора состарюсь и превращусь в бабушку. Ступайте, Кеша.

– А может?..

– Не может, – отрезала Женя, – не интересует.

Иннокентий повздыхал для приличия, почесал уже явно наметившееся пузцо и убрался восвояси. Женя облегченно вздохнула и с завистью посмотрела на безмятежно дремлющую у иллюминатора пожилую женщину: вот бы тоже с такой легкостью отрубиться и открыть глаза перед посадкой. Головная боль поутихла, но до конца не прошла, отравляя Жене и без того неприятные часы перелета.

– Нет, ну народ вообще с ума посходил! – возмущенный голос подруги, вывел Женю из задумчивости. – Ты прикинь, какая пошлая банальность – секс в туалете. Да фу, – Алену передернуло, – ничем не брезгуют.

– Новая идея посетила, пока очередь ждала? – усмехнулась Женя. – Учти, такой сюжет заезжен до дыр.

– Если бы! Стоим мы, значит, кто-то уже вовсю негодует, а оттуда парень с девушкой выходят.

– Ого, я думала, такое ток в кино бывает. Во всяком случае, уж точно не на наших ветхих чартерах.

– Оказывается, не только в кино. Ты бы их видела: морды кирпичом, даже не покраснели. Пока все рты разевали от неожиданности, они шмыг на места, и типа ничего не было.

– Та ладно, может, он ей волосы держал, пока ее тошнило, – подколола Женя иной раз до отвращения чистоплотную подругу.

– Ха-ха, смешно. Продолжай, и меня саму сейчас на тебя вывернет, будешь знать.

– Да успокойся уже, подумаешь – событие. Захотелось людям нервишки пощекотать. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы остальных не терроризировало. Каждый сходит с ума так, как ему нравится.

– Еще скажи: терпимее надо быть и все такое.

– Не скажу. И кстати, о терпимости: ты до заветной цели-то добралась?

Алена поникла.

– Добралась.

– И?

– Что «и»? Сама догадайся с трех раз, я тебе только что историю рассказала. И так-то тяжко, а после такого, как я там? Еще и под дверями сопят.

– Ясно, – вздохнула Женя, – значит, придется задержаться в аэропорту Анталии чуть дольше. Бедолага ты моя горемычная.

Алена фыркнула и уткнулась в прикупленный заранее журнальчик – нужно отключить мозги от этого бедлама. На обложке тему модных купальников ядовитым цветом перебивала рубрика «Отношения»: Давай до свидания, или восемь способов уйти красиво после случайного секса. Алена зажмурилась и пролистала вперед, остановившись на безобидной рекламе косметики. Однако в голове девушки крутились обрывки мыслей, не позволяя сосредоточиться на чтении. Приключений Алена не искала, но если они найдут ее сами, какой выбор она сделает?

Стас уселся в кресло с видом сытого кота, которому удалась шалость, разве что не мяукнул. Костя с долей отвращения посмотрел на лучащегося довольством друга. Экономист фигов! Спасибо за «горящие путевки» и полные штаны сопутствующего экстрима от путешествия, как в былые времена, когда каждая копейка на счету. А еще авантюрист! Приспичило ему, видите ли, окунуться в позабытые ощущения.

Лично Костя ни капли по прошлому не ностальгировал, он что тогда любил комфорт, что сейчас. И давно уже летал по миру бизнес-классом, благо финансы позволяли. Если бы не этот… весельчак, он бы сейчас с удобствами приближался к родине любимых мэтров: Габбиани, Боттичелли, гениальный да Винчи. Флоренция – колыбель искусства живописи эпохи Возрождения, и променять сие великолепие на однообразный отдых в оккупированном своими же соотечественниками курортном городишке…

Костя сделал еще один глоток рома и вздохнул. Если быть откровенным с самим собой, то в отпуск он отправился исключительно благодаря Стасу, и по идее на безрыбье и рак вроде ничего. Друг давно пилил Костю за ненормированные уходы в работу, когда тот мог сутками не выходить из мастерской, отрешившись от всего мира. И тут буквально пару дней назад в его квартиру влетел окрыленный сумасшедшей идеей Стас и чуть ли не к стенке припер, уговаривая бросить все и смотаться на море.

Надо отдать должное, этот змей-искуситель умел убеждать. Самые безумные, запоминающиеся и, чего душой кривить, лучшие моменты Костиной жизни были так или иначе связаны с «дурным» влиянием Стаса. Так было в детстве, так продолжалось и до сих пор. Ловить момент – самый прокачанный скил его друга. Пока сам Костя еще только думал, взвешивая «за» и «против», Стас уже уверенно хватался за предложенное судьбой. И что самое удивительное: всегда выходил «сухим» из любой ситуации. Наверное, с этим даром нужно родиться.

Но Костя особо не философствовал, он давно привык к неуемной энергии друга и его склонности к приключениям. Иной раз даже позволял втягивать себя в пучину безбашенного веселья. Вот как сейчас. Парень хмыкнул, ощущая как веселье вокруг него так и плещет, рискуя утопить неосторожно приблизившихся. Боже, это был самый паршивый полет за последние лет пять, не меньше. И если начало такое многообещающее, что же ждет дальше?

– Человек-туча, тебе еще не надоело хандрить? Есть опасность, что на тебе даже футболка скоро вылиняет, не выдержав такого убойного пессимизма.

– Да иди ты, – огрызнулся Костя, – у нас есть неисчерпаемый источник твоего оптимизма, поделишься с моей футболкой, если что.

– Не вопрос, – хохотнул Стас, отобрал бутылку у друга и тоже приложился к горлышку. – Но я бы тебе советовал черпать вдохновение не у меня, а оглядеться по сторонам и найти себе музу по вкусу.

– Щаз же, вот прям тут и кинулся искать, – Костя размял затекшую шею. – Будет он меня еще учить, куда за вдохновением обращаться. Лучше просвети, где можно так долго шляться в замкнутом изолированном пространстве размером с коробку из-под телевизора? Я уж думал в спасательную экспедицию отправляться.

– Ты несправедлив к габаритам этого судна, – с довольной улыбкой заметил Стас. – Я бы просветил, да ты же кудахтать начнешь, как заправская квочка.

– Стесняюсь даже предположить, – выгнул бровь Костя. – Ты вломился в кабину капитана и предложил ему выпить на брудершафт?

– Все гораздо скромнее, но мне нравится ход твоих мыслей. Как-нибудь в другой раз попробую нечто подобное: приятелей среди пилотов у меня пока нет.

– О, тогда предупреди заранее. Не желаю оказаться на том же самолете, что и ты.

– Даже не надейся! Я отведу тебе какую-нибудь почетную миссию.

– Хорош зубы заговаривать. Колись давай, чего исполнил? Нас же не примут под белы рученьки при посадке, ась? Ну, что еще придумать? – Костя собрал складками кожу на лбу. – Играл в карты на раздевание со стюардессой?

– Почти, – подмигнул Стас. – Только это уже было пару лет назад, а вот перепиха в воздухе мне тогда так и не досталось.

– Да блин, ты серьезно?! Сдурел совсем?

– Началось, – ничуть не усовестившийся Стас, глотнул рома. – Я ж говорил: будешь махать крыльями и кудахтать.

– Стас, ну че как маленький, честное слово. Захотелось, пошел взял. Границы-то должны быть какие-то.

Стас подмигнул девушке через проход и помахал телефоном.

– Не ори так громко, вдруг даме станет неловко, – понизив голос, попросил он.

Костя поперхнулся ромом. Пока он откашливался и утирал выступившие на глаза слезы, Стас невозмутимо набивал что-то в сотовом.

– Ты с вот этим… этой, хм… короче, дамой, да? – прошипел Костя, восстановив дыхание.

– Еще тише, – посоветовал Стас, не отрывая взгляда от экрана. – Компрометируешь меня без зазрения совести, не пали контору.

– Да охренеть с вас можно, нашлись стеснительные, – Костя сбавил звук еще на полтона. – Она же выглядит как смерть хиппи, причем неопределенной ориентации.

– Ну все, уймись! Нормально там все с ориентацией и даже очень. Будто ты не знаешь, что внешность – дело десятое, и вообще, экзотика, бро. Так что завидуй молча.

Костя хмыкнул и еще раз украдкой взглянул на неформалку. Она надвинула на глаза маску, вставила наушники и плевать хотела как на общественное, так и на частное Костино мнение.

– Было бы чему завидовать, смотри в штанах экзотику домой не привези.

Стас скривился.

– Не ссы, не первый год замужем. Все под контролем. Хотя, – мужчина задумался, – обращаясь с металлическими предметами, нужно соблюдать повышенную осторожность.

Недальновидно прихлебнувший спиртного Костя подавился второй раз. Сопоставить экстерьер любительницы экстрима и слова друга труда не составило, он все понял верно.

– Да ты издеваешься?!

Стас хитро сверкнул глазами и отрицательно покачал головой.

– Прикинь, да? И скажу я тебе, – он с наслаждением потянулся, – в жизни надо попробовать все.

– В гробу я такое видел и в белых тапках.

– Можно и в гробу. Найдем тебе бледную готку, будешь ее на кладбище выгуливать. Дружище, все что угодно, лишь бы ты улыбался.

Костя улыбнулся. Недобро так, предостерегающе. Стас поднял руки и прикинулся малышом-лемуром из «Мадагаскара». Костя отгородился от мира шляпой и попытался уснуть.

Глава 2

Звук от аплодисментов капитану, ставших уже традицией, разбегающимися зайчиками проскакал по креслам и полкам, отразился от ручной клади и затих в складках плотных портьер, отгораживающих салон от хозяйственных закутков. Все, кто летел на борту самолета, независимо от статуса и личных фобий облегченно выдохнули. Даже дети, которым надоело доставать взрослых. Пассажиры хотели свободы.

– Не понимаю этого действа, – надула губы Алена. – Он же все равно не услышит, да и слишком рано начинают. Пока самолет затормозит, еще сто раз что-то непредвиденное случиться может.

– Оптимистка моя, спасибо, что напомнила. – Женя, в отличие от подруги, не видела ничего странного в выражении благодарности пилотам. – Капитану бортпроводницы расскажут, ему приятно будет. Тебе сложно, что ли? И потом, думаю, многие просто стресс снимают таким образом, типа: «ура, я еще живой».

– Не сложно, – пожала плечами Алена, с улыбкой рассматривая в иллюминатор посадочную полосу и выжженное солнцем поле.

Красоты в пейзаже не наблюдалось, тем не менее в душе девушки уютным клубочком свернулась радость, щекоча усами предвкушения. Скоро-скоро они окунутся в лазурное море, услышат его ласкающую слух песнь, а горячий ветер растопит мерзлую корку будней родного края.

Организационные моменты прошли без сучка и задоринки. Выводок туристов бодро просеменил в сторону таможенного контроля, затем также слаженно дождался выдачи багажа и, окрыленный близостью к долгожданному кусочку рая, двинулся к стойкам со скучающими гидами туроператоров. Алена с Женей толкаться со всеми не спешили: пока первая договаривалась со своим организмом, вторая – караулила сумки и от нечего делать разглядывала все подряд. Ее внимание привлекли двое мужчин, задержавшихся у опустевшей ленты транспортера. Женя прислушалась.

– Да забей, на разбирательства еще кучу времени убьем, а смысл? – Парень в соломенной ковбойской шляпе похлопал приятеля по плечу. – Купим тебе новый.

Второй мужчина сокрушенно разглядывал чемодан, выглядевший так, словно его рота солдат кирзовыми сапогами пинала: весь в царапинах и вмятинах страдалец вызывал сочувствие.

– Он и был новый. – Хозяин имущества задумчиво провел пальцем по некогда блестящему, лакированному боку чемодана. – Все твой пасмурный настрой виноват, не иначе. Притянул к нам неприятности!

Его приятель рассмеялся. Похоже, пасмурный настрой испарился вместе с потускневшей улыбкой друга.

– Это для равновесия, – не стал спорить он. – Не одному мне страдать. Серьезно, пошли, а то еще и до отеля самим добираться придется. Плюнь! Обидно, конечно, но не трагедия. Прикинь, его бы вообще потеряли?