Допра. Книга 1. Мечи Нейгаруса
- -
- 100%
- +
Рэткэш – древняя популярная игра. До того, как я оказался в Допре, никогда о ней не слышал. На первый взгляд она простая, но отлично тренирует объёмное мышление, развивает умение «Логика», и, по какой-то неясной причине, ей же можно прокачивать «Ментальную Силу». Суть игры заключается в следующем. Генерируется большая голографическая сфера. Она визуально делится на свою зону и зону противника. В центре сферы появляется отрезок размером одна седьмая диаметра общего шара. Двое, выбрав для себя игровой цвет, встают с противоположных сторон от этого игрового поля и вытягивают в пространстве простейшую геометрическую фигуру.
Первый игрок ограничен размером исходной линии. Он цепляется за отрезок и тянет середину так, чтобы получился треугольник. Ни одна из его сторон не должна превышать длины исходной линии. Но это контролируется игровой механикой, и больше положенного вытянуть всё равно не удастся. Меньше можно. Как правило, игроки выдвигают первый треугольник на максимальный размер, потому что дальше ходы буду зависеть от самой длинной его стороны.
Получившаяся геометрическая фигура отображается как прозрачное стёклышко, окрашенное в «цвет игрока» его создавшего. Следующий ход соперника строго привязан к плоскости выбранного треугольника. У игрока есть два варианта, либо одна поверхность фигуры, либо другая. Точка помещается на таком удалении от плоскости треугольника, которое не превышает самую длинную её сторону. Получает прозрачный тетраэдр цвета игрока, вытянувшего его из треугольника. Ход снова передаётся.
Теперь первый располагает четырьмя плоскостями тетраэдра. Игрок выделяет наиболее удобный для стратегии треугольник и из него выдвигает новый тетраэдр, который окрашивается в соответствующий цвет. У его противника получается уже шесть плоскостей на выбор.
Цель игры заключатся в том, чтобы от центра к границе сферы через пространство противника построить тоннель своего цвета, и одновременно не позволить оппоненту опередить себя. В Глобсис из бестиария можно выбрать анимированное существо, которое через дополненную реальность будет передвигаться по строящемуся тоннелю и даже конфликтовать со зверьком противника. Это сделано для большего веселья. Игра заканчивается тогда, когда первая анимированная фигурка через построенный ход выбирается из сферы игрового поля.
Сейчас по проложенному Шрамом тоннелю ползала маленькая дракайна. Приятель впервые выбрал это существо, видимо, как напоминание о неудавшейся охоте. Арес своим тетраэдром заблокировал одну сторону прохода, и Шраму пришлось выводить от тоннеля ответвление резко вниз. Дракайна провалилась в новый появившийся объём с эффектным шлепком, начала извиваться, зашипела, и её привлекательное личико превратилось в сморщенную старушечью маску.
– Терпи, Натаха, сейчас мы этого одноглазого поймаем в ловушку, – Шрам вытянул вершину своего тетраэдра от плоскости тоннеля Ареса, отрезав существу противника удобный путь к краю сферы.
Механик для себя выбрал ванахальба – разновидность одноглазых леших. В бестиарии говорилось, что они злобные лесные духи, которые сбивают с дороги путников, заставляя долго плутать. Подражая эху, могут завести в болото или непроходимую чащу. Принимая облик седых старцев, они иногда пасут стада диких животных. Однако путнику, сумевшему заключить с ними договор, обеспечена особая удача в охоте.
Ванахальбе, названному Аресом Ванькой, действие Шрама не понравилось. Слепой старец грозно щелкнул хлыстом, встал на четвереньки, и, трансформировав голову в волчью морду, гулко завыл. Стенки тоннеля завибрировали, и импульс передался всем построенным фигурам. Дракайна забилась в угол одного из тетраэдров и испугано зашипела.
– Чего ты тут за кемпинг построил? – возмутился Арес, вытягивая следующий угол объёма, получившийся чересчур острым, – Как теперь моему Ваньке протиснуться через эту узкую «задницу»? Наставил палаток… Прямо какой-то дракайновский публичный дом.
– Я вижу, ты знаешь толк в таких палатках, – загоготал Шрам.
– Понятно, где ты пропадал все эти часы. На седых потянуло?
– Так, ямный пень, они ж самые верные. А сзади все бабы одинаковые. И вообще, завидуй, молча, – хмыкнул Арес.
Игру прервала ворвавшаяся в кают-компанию навигатор. На ней уже был тёмно-синий декольтированный комбинезон, скрывающий изгибы её тела даже ещё меньше, чем то коротенькое платьице. Заряна, видимо принявшая близко к сердцу укол Ареса по поводу её недавнего внешнего вида, переоделась, хотя притягивать к себе взгляд меньше не стала. Девушка возмущенно осмотрела присутствующих и упёрла руки в бока.
– И ещё говорите, что у женщин логика странная?! У самих-то мозги где?! Макс! Я тебя на командном мостике уже сорок минут жду! Мы взлетим сегодня, или нет?! Ты говорил, что торопишься!
От возмущенной громкой тирады Заряны фигурки Рэткэша вывалились из своих тоннелей, шлёпнулись на дно сферы и сцепились в драке. Дракайна ударила волка-старца, а тот поймал пастью старуху за хвост, раскрутил и далеко от себя отбросил. Парни покосились на девушку.
– Ну, нафига ты так кричишь, – пробасил Шрам, достал рукой мини-дракайну и усадил в коридор своего цвета.
– Ей бы только кайф сломать, – Арес проделал ту же манипуляцию со своей фигуркой.
– Минут через двадцать стартуем, – ответил я на вопрос навигатора. – Лекс в Глобсис копается.
Бровь Заряны возмущенно поползла вверх.
– Афигеть! Меня отдыхать ты не отпустил, а Биту с системой играться можно! – вспылила девушка.
– Он делает это по моей просьбе, – пояснил я Заряне.
– А сказать не мог, что старт откладывается? Я тебя вообще-то жду! – упрекнула меня навигатор.
– Ну, прости, не подумал, – только конфликта теперь не хватает.
Девушка, похоже, не собиралась мгновенно менять гнев на милость. Она вошла в сферу Рэткэша, и под недовольные возгласы парней развеяла голографацию, замахав руками.
– Кайфоломка, – буркнул Шрам.
– Кофемолка! – добавил Арес. – Какого пня ты это сделала?! Я же почти выиграл!
– Вам всё равно играть не на что. Забыли про долг алхимикам? – строго напомнила девушка.
– Да мы на интерес, – пояснил Шрам, – Заодно скиллы покачать, есличо.
– На интерес поиграете в гипере, готовьтесь к старту, – заявила навигатор.
– Ты предлагаешь нам пользоваться устаревшим голографатором корабля? – возмутился Шрам. – Так там даже Натахи не будет. Не интересно без неё.
– И умения не качаются, – заметил Арес.
– Вы дети, что ли? Мы скоро стартуем! Потерпите пару суток! – накинулась на парней Заряна, а затем обратилась ко мне: – Макс, я жду тебя на командном мостике. И не советую дальше нервировать уставшую девушку.
– Вот фурия сухогрузная, – буркнул Арес, когда навигатор вышла.
Я швырнул стакан с оставшимся напитком в деатомизатор и сверился с мини-картой. Лекс и Лили находились на прежних местах. Решил последовать совету Заряны и «не нервировать девушку», поэтому направился на командный мостик.
Навигатор стояла спиной ко входу и недовольно пристукивала каблучком, скрестив на груди руки. Я подошёл к ней сзади, обнял и поцеловал в шею.
– Не дуйся, – прошептал я девушке в ухо. – Я не со зла. Сейчас стартуем, и все отправятся отдыхать. Первая вахта моя.
Девушка развернулась ко мне лицом и обвила руками шею. Её серые миндалевидные глаза наполнила грусть:
– Макс, ты должен что-нибудь придумать. Не поступай так с нами… Не лишай нас корабля…
Я знал, почему Заряна психует больше всех. Сценарий, в который придётся вернуться девушке, очень неприятный, и мне её искренне жаль. Но от поводка Ареллы страшно хотелось освободиться. Теперь вот и самому на какое-то время придётся вернуться в сюжет, пока не придумаю, где достать новый звездолёт. На старте я попал в полукриминальную группировку охотников за головами, и пока Духовная Мать неписей не сделала мне заманчивое на первый взгляд предложение, был вынужден иногда заниматься не самыми приятными делами.
Сейчас я потребляю «Праны» в два раза меньше, и мог бы оставить девушку с собой на то время, пока не найду выход из ситуации, но вряд ли она захочет. С охотниками за головами у неё связана нехорошая история, и встреча с ними для Заряны ещё более нежелательная, чем возвращение в сценарий. Я вздохнул, отстранив от себя навигатора.
– Какой у нас маршрут? – перевел я тему беседы, усаживаясь на место первого пилота. Девушка устроилась в кресле рядом.
– До межпространственных врат в системе Аджэон через Бэта-слой (коэффициент сжатия пространства 33,47) двадцать три целых восемь сотых часа, дальше из системы Хонос снова через Бету тридцать пять целых одна сотая часа до системы Ауйдон. Общее время в пути пятьдесят восемь целых девять сотых часа. Успеваешь?
– Да, – сверился я с таймером обратного отсчета, – Приблизительно двадцать восемь часов остаётся в запасе.
Через десять минут я вызвал Лекса по громкой связи корабля. Хакеру почти ничего не удалось узнать о потенциальном покупателе телепортационных кристаллов. Единственное, что сумел выяснить парень, что это игрок расы людей, и вся информация по нему зашифрована. Ладно. Придётся разбираться на месте. Я проверил систему корабля, запустил стартовые двигатели, отрегулировал компенсатор перегрузок ускорения и объявил пятиминутную готовность. Заряна устало посмотрела на меня и грустно произнесла:
– Я не хочу обратно в сценарий…
Глава 4. Сделка
Пространство смешения двух галактик. Сектор игровой зоны С-27-32. Космопорт Кайрон-7.
Перелёт до системы Ауйдон прошёл практически спокойно. Правда, мы едва не попали в гиперпространственный шторм, но сработало средство раннего предупреждения. Это устройство – Селери́т Ло́куса – специальный навигационный прибор, позволяющий отслеживать изменение угловых координат и коэффициента сжатия пространства. Как раз резкую смену и искривление последнего и зафиксировал прибор. Такое явление способно нанести кораблю значительный вред, или даже спровоцировать его выпадение из гипера.
Заряна скорректировала маршрут. Чтобы обойти опасную зону, нам пришлось на время вынырнуть в первый Альфа-слой, имеющий меньший коэффициент сжатия. В результате до планетарной системы Ауйдон мы добрались с отставанием от графика на пятнадцать часов.
Обычно космические путешественники ориентировались на стандартное время. Это удобно, поскольку обитаемые земли галактики делали оборот вокруг своей оси с разной скоростью. Вот галактические расы и приняли решение вывести среднеарифметический показатель этих периодов. Таким образом, вышло двадцать шесть часов. Стандартные или галактические сутки не привязывались к смене дня и ночи никакой земли и были чисто номинальным значением. Сейчас по данному исчислению времени 25 часов 03 минуты, а на земле Кайрон, в том месте, где находится поместье Фузроу, вечер.
Корвет «Сумеречная виверна» приближался к крупному космопорту, состоящему из ста шестидесяти девяти секторов. Они выглядят как продолговатые секции, разорванным кольцом расположенные по орбите земли Кайрон, которая входила в состав планетарной системы с двумя солнцами. Вокруг красного карлика Метрид и жёлто-белой звезды Ауйдон вращалось двадцать девять земель, одиннадцать из которых обитаемы. Неписями здесь была организована нейтральная территория, на которую не распространяются законы Центрального Содружества. Сюда частенько забредают космические бродяги, скрываясь от «железной» руки наместника бывшей Анталайской Империи.
Заряна сидела рядом со мной в глубоком чёрном кресле второго пилота. На её мраморно-бледном лице читалось отчаяние, а серебряный блеск глаз заметно потускнел. За время перелёта друзья ещё несколько раз поднимали вопрос о моём квесте, надеясь, что я передумаю его сливать. Но, собственно говоря, что они теряли? Да, временно всем придется вернуться в сценарии, однако, я заверил, что гоняю в голове несколько идей, где достать кредиты на новый звездолёт.
– Неписи тут что, вечеринку устраивают? – прокомментировала образовавшуюся у космопорта пробку Заряна.
– Не знаю, – ответил я навигатору, управляя корветом в ручном режиме. – И желания узнать не имею.
В мониторы мы наблюдали крупное скопление подлетающих к Кайрону-7 кораблей, различающихся по форме, размерам и опознавательным знакам на бортах. Больше всего мелькали громоздкие сигароподобные звездолёты гаргов с огромной голубой птицей на борту. Это пернатое существо имело женское лицо человеческой расы, а раскинутые в стороны крылья, заменяющие ей руки, я бы сравнил с орлиными. Сами гарги – очень дружелюбная раса. Им в значительной степени симпатизируют неписи, а вот наместник бывшей Анталайской Империи, действующий глава Центрального Содружества, Зейлуна Чамри, сильно недолюбливает этих горилоподобных синекожих гуманоидов.
Да и не удивительно. Альтернативщики, изучающие по их словам настоящую историю ещё недавно великой Империи, утверждают, когда наместник затеял государственный переворот, гарги выступили на стороне истинных правителей. Тридцать планетарных систем погрузились в гражданскую войну, в результате которой мощное государство разделилось.
Теперь Центральное Содружество состояло из десяти планетарных систем. Остальные существовали либо отдельно, либо собирались в альянсы по две-три. В новообразованном государстве неоднократно слышались призывы к объединению и возвращению былого величия Анталайской Империи. Наместнику это оказалось неинтересным, поэтому подстрекателей вылавливали и публично казнили.
И все же, как бы Зейлуна Чамри не относился к гаргам, он вынужден был ограничиться всего лишь их депортацией за пределы Центрального Содружества. Раса «синекожих» являлась единственным поставщиком сока каргихиди́льи. Эти растения умеют выращивать только гарги. Его сок идет на производство специального препарата, который в простонародье окрестили «Шнырь». Им в Содружестве снабжалась армия. Будь я на Ярило-3, то назвал бы «Шнырь» природным амфетамином.
Препарат улучшал настроение, повышал внимание и способность к концентрации. При его употреблении появлялось чувство уверенности и комфорта. «Шнырь» повышал двигательную и речевую активность, работоспособность, снижал сонливость и аппетит. Воздействие на организм сока каргихиди́льи, обработанного специальным образом, связано с выбросом дофамина, норадреналина и серотонина как в центральной, так и в периферической нервных системах. Необработанная же выжимка каргихиди́льи действовала просто как лёгкий наркотик. Нужно ли упоминать, что производство, торговля и применение данного препарата, также как и неочищенного сырья, из которого он изготовлялся, жёстко контролировались всеми правительствами, а также коалицией объединённых рас – КОР?
Мы провисели в третьем эшелоне, ожидая посадки, почти два часа. Нет ничего хуже, когда сильно торопишься. Это бесит до безумия. Арес, временами заглядывавший на командный мостик, угрюмо сопел, делая намёки на то, что я неразумно поступаю.
До сброса моего прогресса, с учётом отставания от графика из-за гипершторма, оставалось примерно одиннадцать часов. Я планировал продать кристаллы до того, как отправлюсь к Фузроу, и выходило, что времени теперь совсем в обрез. Придётся отказаться от идеи Шрама «устроить прощальную вечеринку в кабаке». Да и как корабль вышел из гипера, я получил три сообщения в личном кабинете на бирже наёмников от покупателя. Он уже семь часов с экспертами и гарантами сделки ожидал меня в баре «Вертуга».
На контрольно-пропускном пункте диспетчер попросил идентифицировать себя. Я приложил к винтажному корабельному сканеру, расположенному на приборной панели, капитанский ключ-карту. Зелёный световой луч пробежался по плоскому предмету, считывая зашифрованные данные, и бортовой компьютер передал мою персональную информацию и сведения о корабле диспетчеру. Я обозначил целью визита торговлю и сообщил, что пробудем в системе примерно двое суток. С моего баланса списалось сорок три кредита. Наконец, прозвучал разрешающий движение сигнал, и поступила инструкция следовать через маневровую шахту по световым указателям к небольшому ангару номер 52/8-Б.
Едва «Сумеречную виверну» закрепили гравитационными фиксаторами, вооруженная охрана космопорта потребовала пустить их на звездолет для досмотра.
– Странно всё это, Братишка, – прокомментировал Арес требование охраны.
Но я и сам видел, что ситуация не стандартная. Сердце ёкнуло в предчувствии чего-то нехорошего, однако выбора не было, и я открыл вход в шлюзовой отсек.
– Будьте наготове, – тихо предупредил я Ареса.
Четыре вооруженные бластерами толпаря, одетых в белые скафандровые комбинезоны с красно-жёлтыми нашивками на форменном обмундировании, проследовали на корвет.
– Кто тут старший? – не поздоровавшись, нахально поинтересовался самый низкий и пузатый, всем видом давая понять, что он представляет закон.
Ясно. Предводитель обозначился. Толпари вообще не слишком жаловали игроков, которые, по правде сказать, такое отношение заслужили. Некоторые доприйцы вели себя по-свински. Они часто называли толпарей «второсортниками» и всячески насмехались над ними только за то, что у тех не получалось войти в игру. Из-за подобных гнидарасов у порядочных игроков часто возникали проблемы
– Дружественного космоса! – поприветствовал я незнакомцев, – Я капитан звездолета. Макс Айм. В чем дело?
– Господин Айм, – откуда-то снизу донесся голос пузатого, игнорируя мой вопрос. – Прикажите экипажу построится здесь.
– Хотелось бы знать, с чем связан ваш визит на мое судно? – я и не думал уступать этому колобку.
Командир охранников брезгливо окинул меня взглядом снизу вверх и демонстративно положил ладонь на рукоять бластера, прикрепленного на поясной кобуре. Толпарианец криво ухмыльнулся, но, заметив, как рядом со мной возникли двое здоровенных мужиков, один с молотом на плече, а другой весь покрытый отвратительными шрамами, что само по себе вызывало страх, быстро убрал руку с оружия. Видимо, не желая конфликтовать и не имея полномочий без оснований причинять физический вред посетителям космопорта, охранник решил не нарываться и удостоил мой вопрос ответом:
– Ничего особенного. Усиление мер безопасности, – ответил предводитель и махнул рукой своей группе.
Его подчиненные рассредоточились по корвету, заглядывая в каждую каюту, перетряхивая личные вещи команды. Понятно. Этот лихой командир стражи собрался под маской исполнения служебного долга поживиться за счет имущества экипажа. Я слышал такие истории, и, зачастую, стражам правопорядка редко давали отпор. Возможно, на других кораблях толпарианцу «в погонах» и сошло бы с рук подобное самоуправство, но только не здесь.
– Уважаемый, – снова обратился я к командиру охраны, – хочу напомнить Вам, что по закону «О вольных капитанах», действующему на территориях, принадлежащих Единым, никто не имеет права досматривать космический корабль без разрешения его капитана, за исключением случаев, когда он сам, или член его команды подозревается в совершении преступления. Имеются ли у вас достаточные основания считать, что кто-то из нас нарушил ваши законы? В противном случае прошу прекратить досмотр моего корвета, а также представиться по форме и предъявить ваши документы. В ближайшие часы у меня назначена встреча с господином Фузроу, и мне необходимо знать ваши имена, чтобы подать правителю земли Кайрон жалобу на незаконные действия охраны космопорта.
Моя речь словно пощечина отрезвила ушлого охранника. Лицо главаря побледнело и вытянулось, стерев нахальное выражение. Толпарианец тут же скомандовал в нагрудный коммуникатор подчиненным прекратить досмотр судна и вернуться к нему, а затем заплетающимся языком трусливо ответил:
– Капрал Левис, вооруженные силы Кайрона. Направлены в космопорт для усиления мер безопасности, – охранник достал электронную карту-удостоверение военнослужащего и предъявил мне. – Я прошу прощения за это недоразумение. Недавно прилетела одна из четырех Духовных Матерей Единых. Все на ушах стоят. Прошла информация, что неолуддиты готовят на Ареллу покушение. Мы ищем лиц, незаконно прибывших в космопорт, сейчас у всех постоянно проверяются документы. Это обязательная процедура. Без нее мы не позволяем сходить с кораблей.
«Внимание! Авторитет повышен до восьмидесяти двух. Популярность повышена до ста восемнадцати»– я краем глаза заметил строки, блеснувшие за спиной капрала на сияющей стальным светом стенке корабля.
Забавно. Похоже, на толпарианца произвело впечатление моё знакомство с Фузроу. И почему я раньше не прокачивал эти характеристики подобным образом? Может стоит сделать совместную галографию с правителем Кайрона и показывать её каждому встречному? Эта мысль меня развеселила. Я почувствовал, что уголок губ медленно пополз вверх. Левис, увидев, как изменилось моё настроение, принял это за хороший знак и судорожно выдохнул.
– Разумеется. Вы можете проверить наши документы, капрал, – ответил я главе группы охраны, и первым протянул руку ладонью вверх.
Левис провел над ней коммуникатором со встроенным сканером, изучил отобразившуюся на его экране информацию и удовлетворенно кивнул. Такая же процедура была проделана ещё пять раз с остальными членами экипажа.
Не обнаружив ничего подозрительного, капрал стандартно предупредил, что всё имеющееся у команды оружие должно либо остаться на корабле, либо быть спрятанным в инвентарь. Затем пожелал нам дружественного космоса и удалился вместе с подчинёнными.
Моя команда уже находилась в коридоре корабля. Друзья косформировали скафандры в режим «ноль», то есть выбрали стандартную форму чёрного цвета. Прямо траурная процессия. Не хватает только катафалка. Необходимость одевать в космопорту шлем отсутствовала. Все собравшиеся вопросительно смотрели на меня. Видимо, ожидают распоряжений по привычке. Тянуть дальше нельзя. И так отставал от графика. Через биржу наёмников в личку мне снова написал покупатель, предупредив, что если я не появлюсь в течение получаса, сделка отменяется. Я заверил его, что уже прибыл на Кайрон-7 и просил немного потерпеть.
– Вы слышали охрану. Прячьте оружие, собирайте свои вещи, – я опустил глаза, не желая встречаться с друзьями взглядом.
– Да всё давно собрано, Братишка, – хмуро буркнул мне друг. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…
– Мы уже обсуждали это, Арес. Не начинай снова, – я холодно посмотрел ему в глаза, тот стал ещё мрачнее и отвел от меня разочарованный взгляд.
В этот раз «моя совесть» не мог дать правильный совет, так как не знал истинной причины принятого мной решения. По скафандру «Медведя» пробежала красная надпись:
«Внимание! Авторитет снижен до восьмидесяти одного!»
Нда… Рейтинги – это такая штуковина, которую предсказать довольно сложно. Сейчас у меня активны четыре позиции:
1. Авторитет – 81
2. Популярность – 118
3. Опасность – 5%
4. Репутация – 97%
Самыми важными для доприйца являлись два последних. Рейтинг «Опасности» у меня открылся в начале игры с нуля процентов. Моей стартовой локацией оказалась база охотников за головами. Квесты, которые приходилось выполнять, сами по себе не несли угрозы окружающим, но вот лидер нашего клана был полным отморозком, проявлявшим неоправданную жестокость. Поршень, так его зовут, заставлял причинять жертвам боль даже тогда, когда в этом не было никакой необходимости. Причем, если ты отказался выполнять приказ, тебя били свои же. Ну а если вдруг ты превышал необходимую оборону, и случайно убивал агрессора, за это система так же могла повысить твой уровень «Опасности». Только набрав семьдесят три процента по этому показателю, я узнал, что доводить до сотни его нельзя, иначе Допра признаёт игрока угрозой и высылает на его уничтожение группу зачистки. Понизить рейтинг опасности можно, совершая полезные действия, идущие на благо толпарям и игрокам.
Рейтинг «Репутация» показывает уровень лояльности неписей к игроку. На старте она у всех новичков максимальная и снижается из-за проваленных квестов или отказов от ранее принятых. Своего рода неустойка. Кроме того, за грубое отношение к неписям система так же могла понизить этот рейтинг. Увеличивается же Репутация при сдаче успешно выполненных квестов. Опасно, когда этот показатель полностью уходит в ноль. Тогда даже в стартовых сценариях неписи отказываются выдавать задания, а это значит, что игрок перестаёт зарабатывать луксы, и, соответственно, теряет доступ к «Пране». До меня доходили истории, когда доприйцы, не сумев поднять «Репутацию» с нуля, промышляли разбоем, вымогая у порядочных игроков луксы и «Прану». Но участь их всё равно печальна. Своими действиями игроки накручивали счетчик рейтинга угрозы, и за ними отправляли группу зачистки. Таким образом система якобы поддерживала равновесие в Допре. Совершил зло – искупи его добром.
«Авторитет» вообще зависел от субъективного отношения окружающих к игроку, и если тот не оправдывал ожидания толпы, чем-то разочаровывал, сразу снижался. Очки этого рейтинга давали возможность влиять на мнения игроков и толпарей. Если игроку необходимо настоять на своём мнении или убедить в чём-то собеседника, то он делает это, используя баллы авторитета. Но я редко применял их на близких мне людях. На мой взгляд, влияние на мнение друзей при помощи авторитета сродни принуждению. Да и система придерживается того же мнения, повышая за такие действия рейтинг «Опасности», хоть и не значительно.