- -
- 100%
- +
Часть I. Империя.
Пролог
– Нет! Санни, нет, прошу, остановись, – босоногая женщина в одной рубашке бежала по коридору замка. – Стой же, она ни в чём не виновата! Она не моя дочь!
Узкий каменный коридор упирался в крутую лестницу. Сил преследовать его у неё больше не было, ноги не держали, она осела на пол.
Тот, за кем она бежала, обернулся.
– Знаешь, а это даже хорошо, что ты тут, она сдохнет прямо на твоих глазах! Скатится с этой самой лестницы и сломает себе шею. Как тебе? Я никогда не верил, что это дочь твоей прислуги. Лживая тварь!
– Санни, ты не посмеешь…
– Не посмею? Я? – он подошёл к ней. – А знаешь ли ты, моя дорогая, что случилось с твоим первым ублюдком?
– Дани? При чём тут он? Я не понимаю… О боги, боги… нет! Нет, ты же не мог…
– Не мог?! Ну конечно, ты же думаешь, всё, что я могу это смотреть, как ты рожаешь чужих детей, кивать, улыбаться, и говорить тебе «да, дорогая». Так ведь?
– Где он? Отвечай! Где Дани?!
– Ты ведь тогда так расстроилась, дорогая, что с горя даже почти сказала мне да. Но нет, он тебя отговорил и осчастливил вторым ублюдком и даже удачно выдал замуж. Зря я тебя тогда пожалел, надо было избавиться и от второго. Мужа-то ты долго не оплакивала. Ты же даже не спала с ним, признайся. Он был вам очень удобен. Думаешь, нашла ещё одного послушного дурачка?
– Где. Мой. Сын. Отвечай.
– Так нету, нету больше твоего Дани, дорогая. Уже и костей-то не осталось, сколько лет ведь прошло.
– Что ты с ним сделал?
– Скормил собачкам, моим милым верным собачкам. Ты ведь знаешь, как я их люблю. Для них всё самое лучшее. Ты могла бы у них поучиться, жена, – он улыбнулся. – И ты же не думаешь, что твой такой удобный муж совершенно случайно наткнулся на нож в том переулке? Нет?
Она посмотрела в его глаза и вздрогнула. Как она могла быть так слепа? И ведь она сама согласилась стать женой этого безумца. Зачем он решил ей это всё рассказать? Неужели не понимает, что она не простит?
– Скажи, ты ведь лжёшь мне?
– Ну что ты дорогая, к чему? Ни благодарности, ни верности от тебя не дождаться, знаешь, ты хуже собак. Поэтому ты сегодня умрёшь. Ты уже умерла. В родах. И ты и твой новый ублюдок. Ты, может, уже и имя ему придумала? Это ты зря. Ты ведь сейчас так слаба, а твоего любимого никогда нет с тобой рядом. Он тебе не поможет. Но я обязательно выслушаю его соболезнования, когда он приедет на твои похороны.
– Будь ты проклят!
– Кстати, давно хотел это сделать, – он подошёл к женщине, ухватил за длинные светлые волосы, вздёрнул на ноги и ударил в живот, кровь заструилась по её ногам, подол рубашки покрылся алыми пятнами, она молча упала.
– Отойди от неё.
Он обернулся, на лестнице стояла девочка.
– Ну вот, дорогая, а ты говоришь не твоя. Так ведь копия мамы, что внешне, что характер. Дочь прислуги, а туда же, командовать собралась, – он взглянул на жену. – Что такое? Что ты там лепечешь? А! Я понял, ты хочешь сказать «беги»? Ну что, малышка, поиграем? Беги, мамочку нельзя расстраивать, надо слушаться.
– Я сказала, отойди от неё, – вновь заговорила девочка.
– А то что? – рассмеялся он. – Что ты мне сделаешь?
– Тронешь её ещё раз, я тебя убью.
– Да? Ну давай, – он вздёрнул женщину на ноги и снова ударил в живот, на этот раз она закричала.
Раскат грома был внезапным, на улице потемнело, ветер ворвался в башню и распахнул дверь. Девочка шагнула вниз, перед ней плыл крохотный лиловый шар, издавая лёгкий треск.
– Ну и что это такое, что ещё за ерунда? – отмахнулся он от шара.
Шар куда-то исчез, но какая-то непонятная сила приподняла его, скрутила, болью отдаваясь в каждой части тела. Он ещё успел подумать, что теперь так легко маленькая тварь не умрёт, а потом новая боль ворвалась в него, взрываясь ослепительным светом. И Санни не стало.
Глава I. Магистр
Замок Шелл возвышался серой холодной неприступной стеной. Пики сторожевых башен обрамляли его со всех сторон. Одна из них обвалилась наполовину и чернела остатками стен в лучах заходящего солнца.
Войн в Империи не было со времён Чёрной зимы, и теперь так не строили, – клятва верности императору не предполагала измены. Собственная кровь убивала того, кто решал предать, и потомки королей Медины были верны Эсгерландам, хотели они того или нет.
– Здесь?
– Да. Уже почти прибыли, дерр, только на холм…
– Останови.
Джей натянул поводья, кибитка остановилась перед мостом. Магистр спрыгнул с козел и подошёл к реке.
Время шло, солнце почти скрылось, а магистр так и стоял. Кобыла, запряжённая в кибитку, расфыркалась, и Джей мог понять её нетерпение, – она почуяла запах жилья и надеялась на свою порцию овса, свежей воды и отдыха. Сам он тоже был непрочь поужинать, да и туча над замком грозила дождём.
Джею было не по статусу обращаться первым и перед поездкой его предупредили, что пренебрежение правилами могло стать последней ошибкой в его жизни. Прозрачный намёк на то, почему он был переведён в Империю и разжалован.
То, что глава Внешней разведки Ордена Теней тех, кто не исполнял его приказы, или «исполнял, но не так» не жаловал и шутить не любил, он теперь знал. Но магистр стоял, хмуря брови и глядя не то на замок, не то на нависшую над ним тучу, уже слишком долго. А о чём тут было думать? До замка рукой подать.
Да и, может, глава просто не хотел, чтобы Джей своей болтовнёй докучал дерру? Ведь не убьёт же он его в самом деле за один вопрос?
Он взглянул на первую луну, что наметилась посреди неба, и подошёл к магистру.
– Дерр Хант? Так что, едем?
– Нет, – теперь чёрные глаза смотрели прямо на него, и Джей ощутил, как катится капля пота по его спине под этим взглядом, – ночуем здесь, в замке меня ждут завтра.
Нет, шутить дерр Дэрин не любил, а магистр так и простоял всю ночь. Джей тоже не сомкнул глаз. Спать теперь рядом с этим существом ему было страшно. Говорили, пределы Хадды тот покидать не любил, и Джей Нейтан был уже рад переводу в Империю. Меньше шансов ещё раз пересечься с магистром.Почему вообще глава отправил именно его? Надеялся, что Джей не вернётся из этой поездки? Да нет, тогда не предупредил бы, понял он. Стало быть, воспитывал.
А что, если бы магистр его убил? А тогда у дерра Дэрина стало бы одним проблемным эмиссаром меньше, – ответ напрашивался сам собой.
Глава II. Хельвиг
Кибитка катилась по тракту, лес сменился степями, небо хмурилось, и ветер рисовал на траве волны.
Спутник Хельвиг, одетый в тунику, бриджи и высокие сапоги, спал прямо на дощатом полу, согнув ногу в колене и подложив плащ под голову, хотя, может, просто делал вид, что спит, не желая разговаривать.
Хельвиг полулежала на широком топчане, что занимал переднюю часть кибитки, и смотрела на унылый пейзаж. Того гляди дождь пойдёт. Скоро ли Хантарин?
Она с досадой пнула крохотную лиловую подушку с золотой бахромой, и та свалилась на магистра. Дерр Амер Хант даже не пошевелился. Всё-таки спит. А теперь и с комфортом, у него уже есть подушка.
Она считала, что нет ничего хуже монастыря, и просила богов не допустить этого? Смешно. Как можно было быть настолько наивной? Матери своей она не знала, отца не помнила, магии ей не досталось. Уже, в общем, и так было понятно, что к любимцам богов леди Хельвиг не относилась. А теперь ещё и это.
Сейчас она уже завидовала храмовникам, те, по крайней мере, имели возможность отказаться от службы. Да хоть бы и травницей была! Уж на жизнь бы себе заработала. Какой такой позор от этого роду? Что, никто не женился бы на Талли? Или на леди пальцем бы стали показывать? Ну так потерпела бы. Хельвиг-то её как-то терпела, хотя часто мечтала о том, как она вдруг проснётся одним чудесным утром, а леди нет. Исчезла.
Соорудив себе гнездо из пёстрых покрывал, она мысленно прокручивала в голове вчерашний день. А что ей теперь оставалось? Подушками в магистра кидаться? Началось всё с того, что к ней подкралась леди-змея.
– Хельвиг, дорогая!
Хельвиг вздрогнула. Вряд ли она обходилась леди настолько дорого, что об этом надо было постоянно напоминать. Как вообще её отца угораздило взять за себя эту змею? Она бы с радостью предложила той не называть её «дорогой» и отойти от неё. Но ведь леди так себя не ведут. Это недостойно. Надо быть вежливой.
– Да, мадам?
Леди Ас’Шелл поймала её на выходе в парк.
– Не думай, что я тебе не желаю добра…
Хельвиг всегда завидовала артистизму леди. Вот как это у неё выходило? Серые, обычно тускло-ледяные глаза, сейчас прямо излучали улыбку и свет, золотистые, слегка небрежные локоны добавляли изящества образу – хоть садись и картину пиши, но каждый раз, стоило той приблизиться, ей казалось, что вокруг неё свивает кольца змея. Сейчас ещё за плечи приобнимет…
–…я понимаю, как тебе не терпится покинуть дом, завести друзей, получить образование, – все юные леди этого хотят. Уж мне ли, как матери, этого не знать, Талли, бедняжка, с утра ни себе ни другим места не находит. А с её отъездом тебе станет совсем одиноко.
Хельвиг не любила прикосновений, а особенно прикосновений мадам. Сегодня идея одиночества казалась ей особенно привлекательной. Необитаемый остров бы подошёл, она как раз читала книгу про такой и завидовала… Не отвлекаться! Её реплика. Сама по себе леди не исчезнет. А Хельвиг на острове не окажется. Увы.
– Мадам, я не в обиде, кто меня примет в Эштолльскую Академию без магии?
– Ну что ты дорогая, – сочувственно прошелестело рядом с её ухом, – не надо ставить на себе крест. Я уже обо всём договорилась, есть очень достойное место, которое с радостью тебя примет.
«Боги Хаддегардские! Только не в монастырь!» – она вздрогнула, вспомнив лица отшельниц с болотных остров. Прошлогодняя поездка туда в компании леди Амалии и Талли была незабываема. А комары! Пришлось варить зелья от гнуса на костре, поскольку на кухню благородных леди отшельницы не пускали. Талли фыркала, что она их позорит, но зелье брала. Пить кровь леди комары отказывались, и Хельвиг их прекрасно понимала: не каждый сможет питаться концентратом яда.
– Не грусти, дорогая. Сегодня мы проводим Талли, а завтра прибудет их законный представитель, и ты обо всём узнаешь, пусть это будет сюрприз.
– Благодарю, мадам, – ответила за Хельвиг та её часть, что исполняла роль леди.
– Не стоит дорогая, кто ещё позаботится о тебе после смерти моего дорогого супруга? Он дал тебе жизнь, наше имя и это мой долг. И не забудь собраться, дорогая.
– Да, мадам.
Удостоив её напоследок царственным кивком, леди Амалия Aс’Шелл удалилась в сторону, противоположную эпицентру криков и сборов.
Хельвиг вышла на крыльцо, захлопнула дверь и села на ступени. Сказать ей, что леди сидеть в пыли не положено, здесь было некому, хвала богам. И тут было тихо.
Прогулка, впрочем, не задалась. Погода стремительно портилась, налетел ветер, и крупные капли дождя погнали её обратно в замок.
Семейный обед обещал быть затишьем посреди сборов, но, едва ступив в трапезную, леди Хельвиг Ас’Шелл поняла, что покоя сегодня не будет нигде, – Талли что-то не поделила с наследником рода.
– Вельмар! Стой! Отдай сейчас же! – раскрасневшаяся злая Талли, как бы сказала это мадам Амалия, вела себя недостойно. Хельвиг и не подозревала, что та может бегать так быстро.
– Ай! Викертс, да если бы не вы, я бы уже его поймала! – притопнула ножкой Талли и остановилась перевести дух.
Конечно, побегай в платье, да ещё и без привычки, хмыкнула мысленно Хельвиг. Выглядела та после погони воинственно: рыжие кудри растрепались, щёки полыхали румянцем, голубые глаза сверкали. Что вообще он мог у неё взять? Да ещё такого, что она хотела вернуть сама, а не пошла жаловаться леди? Вельмар обежал вокруг стола и остановился поближе к выходу. Похоже, нацелился улизнуть из трапезной.
– Эштон, держи его!
Талли загоняла жертву по всем правилам, но дерр Эштон явно симпатизировал своей маленькой копии и только молча краснел от с трудом сдерживаемого смеха. Оба брата, хоть и от разных отцов, были изумительно похожи и внешне и характером.
Охота на будущего главу рода оказалась популярной и она сама едва успела отпрянуть назад, – Викертс бросился наперерез и попытался ухватить своего подопечного за шиворот, но запнулся и упал, едва не сбив с ног и её и Талли.
И где только леди его нашла? Теперь Эштон хохотал уже в голос. Она аккуратно обошла Викертса и вздохнула. Конечно, подрастающему главе рода требовался кто-то, кто хоть отчасти заменил бы ему отца. И был бы примером для подражания в их женском царстве. Но чему он научится у этого гувернёра?
Сбежать у Вельмара не вышло: в дверях трапезной стояла мадам змея.
– Довольно! Прекратите и встаньте! Викертс, ваша обязанность воспитывать и подавать правильный пример, вы ведёте себя недостойно! – шипение леди Амалии принесло тишину.
– Прошу простить моё неподобающее поведение, леди Aс’Шелл, – промямлил тот, поднялся и сел рядом с приведённым к порядку Вельмаром.
Хельвиг на всякий случай уселась подальше и от Талли, и от Викертса
– Вельмар, дорогой, что ты взял у сестры? – продолжила леди.
– Мама, он отрезал у меня прядь волос! – долго молчать леди Талли Ас’Шелл не умела.
– Боги Хаддегардские! Что за безобразные шутки? Вельмар?
Сероглазый наследник рода посопел и неохотно выдал:
– Но это не для шутки, это для эксперимента.
– Милый мой, а что за эксперимент? – вкрадчиво поинтересовалась леди.
– Магический, мне нужен волос мага огня, я буду делать артефакт, – и в какой-то нехорошей тишине, повисшей в трапезной, юное дарование добавило:
– Но одного волоса не хватит, сразу, может, и не выйдет. А лучше бы ещё и кровь…
У входа в трапезную раздался грохот упавшего подноса с посудой, вскрик прислуги и недовольный голос дворецкого. Похоже, десерта сегодня не будет.
Она не верила своим ушам. Это в их-то доме, где после смерти отца слово «магия» хуже чумного мора и Чёрной зимы, вместе взятых? Вообще, она про такое читала, в политике это называлось «мятеж». Хельвиг переглянулась с Эштоном, и они с уважением посмотрели на младшенького. Обе тётушки округлили глаза и приоткрыли рты, теперь они напоминали пару нахохленных рыжих сов, застигнутых врасплох дневным светом.
Хельвиг хихикнула. Леди Хельвиг сделала вид, что закашлялась. Сёстры бывшего главы семейства, Ксандера Ас’Шелла, надо проявлять уважение. Талли поддавалась дрессировке плохо. Точнее, никак.
– Мама! – завизжала она. – Мама, забери, у него мои волосы! Ах, ты, мелкий гад! – Талли вскочила.
– Прекратите немедленно! Талли, дорогая, где твои манеры? Сядь и всегда помни о том, что ты леди. – у леди Амалии явно сдали нервы и лицо пошло пятнами. – Вельмар, это переходит все границы! Понимаешь? Все! Стыдись! Ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать, как это опасно, практиковать магию, не имея знаний. А брать чужое – недостойно. Сейчас же подай мне все срезанные у Талли волосы.
– Но мама! Она же не чужая, значит, ничего чужого я не брал! Я уже большой и я только…
– Дорогой! Нельзя говорить о присутствующих в третьем лице. Ты обидел сестру и ведёшь себя грубо! И не вздумай спорить, мало было смерти вашего отца?
На этом инцидент себя исчерпал. Вельмар понуро вздохнул, взъерошил светлый ёршик волос и уступил в неравной борьбе. Талли получила назад свой локон. Хоть бы она уже поскорей уехала!
Не видать бы им этой академии, но приказ какого-то предка нынешнего императора не оставил мадам выбора. Все маги первого сословия должны были пройти полный курс обучения. Как прямой отказ, так и уклонение приравнивались к бунту против власти и карали за это не только главу рода, но и всех до последнего, входящего в род.
Эштон, сын леди Амалии от первого брака, не имел древней крови, но его дара и родового имени хватало, чтобы получить место адепта. А неотвратимость обучения Талли склонила леди к тому, чтобы отправить туда сначала Эштона, который уже три года как, жил и учился в Эштолле.
Для магов бесплатно. Красиво звучало? Да, но были, как водится, нюансы: выпускникам следовало пять лет отслужить во славу Империи. Бесплатно. В Эштолль стремились всё равно, – других академий магии в Империи не водилось. Можно было, конечно, внести плату за обучение, и не служить. Хельвиг всегда интересовал вопрос, кто мог себе позволить платить столько? Даже за их замок столько было не выручить. Она интересовалась.
Ну что там, впрочем. Её-то в столичной академии точно не ждали.
Извинившись, Хельвиг получила от леди дозволение уйти пораньше, чтобы собраться. Голова раскалывалась. Даже дымчатый кухонный кот, которого мало что могло вывести из состояния царственной лени, коей он имел обыкновение предаваться в послеобеденное время на подоконнике, сбежал в её комнату. Пушистый брат по несчастью забрался ей на плечо и запускал коготки в волосы – боль отступала. «Ты моё спасение, Хаш», – мысленно поблагодарила она его. Кот затарахтел громче, будто услышал.Дождь закончился, Эштон и Талли погрузились в экипаж, Вельмар сопел, ерошил волосы и явно не желал присутствовать на проводах. Леди отдала последние распоряжения кучеру, Хельвиг кивнула в ответ на улыбку Эштона.– Ну ты тут не скучай, сестрёнка, а что магии у тебя нет, может, и неплохо. По крайней мере, Вельмар тебе косы ночью не отрежет, – с улыбкой сказала Талли.– Удачи на новом месте, дорогая, всегда помни о том, что ты леди, – с улыбкой ответила Хельвиг, Талли покраснела от злости и забралась в карету. До леди-змеи маленькой змейке было ещё расти и расти. Экипаж тронулся под кашель дерра Эштона. Всё-таки это случилось. Они уехали.Ночью она долго не могла заснуть. Нет, раньше она, со своим сомнительным происхождением – бастард от неизвестной матери, – отец так никому и не сказал о ней ни слова, и внешностью, – незаметная и неяркая, никогда не завидовала Талли. Она явно пошла не в отца, – ей достались пышные пепельного окраса косы, и обычные серые глаза.Талли слегка презирала Хельвиг за сомнительный статус, Хельвиг её – за взбалмошность и поверхностность. Они жили в одном доме, но в параллельных мирах. Хельвиг не понимала, почему мачеха никогда не настаивала на том, чтобы она воспитывалась вместе с Талли, которую обучала гувернантка: сама она после первого года занятий предпочла замковую библиотеку. О чём и сообщила покрывшейся от этого заявления красными пятнами леди. Та всегда забавно краснела, когда злилась.Впрочем, Хельвиг с удовольствием посещала уроки рисунка и живописи, – их с Талли обучал старенький бородатый мастер, которого наняла леди Aс’Шелл. Талли осваивала модные литературные новинки, Хельвиг – мёртвый хаддегардский язык, – свитки древних скрывали столько тайн!Талли играла на клавесине, танцевала и пела, Хельвиг носилась по лесам и полям, катаясь верхом без седла, растила редкие травы и варила зелья. Её всё устраивало. Но Талли младше на год и вот Хельвиг тут, а Талли едет в Академию магии. Магии, которая ей не нужна. Но досталась она вся ей, от их отца, а Хельвиг – ни капельки. Вельмар унаследовал свою магию грёз от леди Амалии, как и её старший сын – Эштон.Даже будь жив отец, она была бы здесь чужой. Мысль пришла неожиданно. Не успев её как следует обдумать, она провалилась в сон. И снились ей почему-то горы.
– Здравствуйте, прошу простить за опоздание, – на завтрак она пришла поздно, – все уже приступили к еде. Странно, но в её адрес не прозвучало ни слова упрёка ни от тётушек, ни от мадам. И хотя погода с утра хмурилась, леди Амалия была обворожительна в кремовых кружевах и сияла словно полуденное солнце.
А между леди и Вельмаром сидел молодой мужчина с бронзовой от неместного загара кожей, правильными чертами лица, широкими прямыми бровями и небольшим росчерком шрама через правую. Чёрные волосы были забраны в низкий хвост. Мягкая туника цвета льна из тонкой, необычного плетения ткани обрисовывала фигуру воина. Пальцы украшали замысловатые кольца. В правом ухе поблёскивала странная серьга, – точка в форме ромба и три изогнутые запятые. Хельвиг машинально коснулась своей серёжки – её память об отце.
– Хельвиг, милая, познакомься, это магистр Амер Хант, он приехал сопроводить тебя к месту обучения, – вкрадчивый голос леди прервал затянувшуюся паузу.
– Юная леди, – вставший при её появлении магистр поприветствовал Хельвиг коротким наклоном головы, остановив на ней изучающий взгляд тёмных глаз. Посмотрев на магистра, поднялся Вельмар, а за ними и Викертс.
– Рада знакомству, магистр, – смутилась Хельвиг и поспешно села. Мужчины тоже опустились на свои места. – Прошу извинить моё нетерпение и любопытство, но я ещё вчера лишилась и сна, и аппетита, – я очень хочу знать, что именно и где я буду изучать.
Тётушки окунули нарушительницу этикета в молчаливое неодобрение. «Да, да, я знаю, леди себя так не ведут», – мысленно ответила она. Магистр бросил короткий взгляд на леди Aс’Шелл, однако та что-то внимательно рассматривала за окном. Хельвиг тоже посмотрела в окно, но там ничего нового не было. – Ну всё-таки, поесть стоит, – рассмеялся магистр, – обещаю, я всё расскажу сразу после завтрака.
Получасовая пытка завтраком завершилась, они прошли в кабинет леди Амалии. Леди опять молчала, слово взял магистр:
– Хельвиг, начну, пожалуй, с того, что представлюсь полностью. Я – дерр Амер Хант, магистр Ордена Теней. Слышала ли ты что-нибудь о Тенях?
– Думаю, нет, – я встречалась с упоминанием Теней только в древних манускриптах, это легенды старого мира. Но те Тени не объединялись в Орден.
– Не совсем так, – ответил магистр, – да, их называли Тени, сами же они называли себя странницами, на древнем – Хагге. Или Хадда – Орденом Теней.
– Но, как же так, магистр? – она озадаченно взглянула на дерра. – Я читала, что Тени ещё две тысячи лет назад покинули Хаддегард, это магия древних, она не сохранилась в нашем мире. Кроме того, все они были женщинами, – скептически взглянув на магистра, добавила она.
– Нет, Хельвиг, магия теней не покинула Хаддегард, хотя мало кто из непосвящённых об этом знает. Но служителями Ордена теперь становятся почти обычные люди – мужчины и женщины. Есть только два условия для принятия в Орден – отсутствие магии и древняя кровь.
Отсутствие магии и древняя кровь. Это как раз про неё. Хельвиг вздрогнула, поёжилась и почувствовала, как кожа покрылась мурашками – на улице похолодало, а окна были приоткрыты.
– Простите, магистр, но чем же занимается Орден? – спросила она. – Тени не были людьми, – их название, Хагге, имеет более точный перевод с древнего, чем странницы. Это – «ходящие в тенях». Ходящие в тенях были хранительницами баланса, они могли мгновенно оказаться где угодно, перемещаясь тенями. Могли отдать теням того, на кого пал выбор, и тем прервать цикл жизни избранного.
– Красивая формулировка, – усмехнулся дерр Амер Хант, – что ж, с транспортом, действительно, есть сложности. Но имена избранных всё также появляются на Стене теней.
Хельвиг в изумлении смотрела на магистра. Получалось, магия теней действительно всё ещё была в Хаддегарде. Как же так? А почему же тогда и куда исчезли странницы? А главное, как служители могли отправить избранных к теням?
– И что служители Ордена делают с избранными? – тихо спросила она.
– Прерывают их цикл жизни, – ответил он ей её же словами.
– Как?
– Яд, кинжал, несчастный случай на море, тени должны получить своё, – пожал плечами магистр Ордена Теней. Мы не можем допустить второй Чёрной зимы. Люди могут её не пережить.
Хельвиг посмотрела в окно, небо почернело, низкие грозовые тучи нависли над парком и наступило странное затишье, как это бывает перед бурей.
– Вы предлагаете мне присоединиться к Ордену? – внезапно осипшим голосом уточнила Хельвиг.
– О, дорогая, я боюсь, у тебя нет выбора, – прошелестела с улыбкой леди, касаясь её плеча изящной рукой в пене кремово-карамельного кружева.
Хельвиг молча перевела взгляд на магистра.
– Боюсь, леди Aс’Шелл права, – кивнул Амер Хант. На мгновение ей показалось, что в его почти чёрных глазах промелькнуло сочувствие.
Она подняла взгляд на леди Амалию. Значит, сюрприз?
– Мадам… – Хельвиг сама от себя не ожидала такой смеси холодного спокойствия и ярости, которая сейчас как игристое вино растекалась по венам, пощипывала кончики пальцев и призывала прихлопнуть леди как зловредное насекомое, —…скажите, мадам, а вам не кажется, что стабильное отсутствие яда в вашем утреннем кофе, как ничто доказывает тот факт, что я от природы не склонна к убийствам?
Гроза разразилась внезапно, раскат грома прозвучал, казалось, прямо над крышей старого замка, первые крупные капли порывом ветра швырнуло в проём приоткрытого окна, стекла в раме звякнули. В воздухе запахло грозой, раздалось лёгкое потрескивание, и леди Aс’Шелл ахнула, – в окно завораживающе медленно вплывал слепяще-яркий лиловый шар. Шара хотелось коснуться. Хельвиг уставилась на шар, поднялась с кресла и, словно в каком-то трансе, протянула к нему руку.