Жизнь и удовольствия Вениамина Перильцева

Далее, проанализировав КОВы каждого удовольствия, сделал вывод о том, что 25% респондентов довольны базисному благополучию – 1 группа. Большинство экспертов (около 50%) предпочитают эмоциональные удовольствия – 2 группа. А более четверти участников отдают предпочтение интеллектуальным позитивным эмоциям – 3 группа.

Со мной, признаться, такое бывает нечасто, но здесь логика исследований оказалась верной. Так как неплохо сочеталась с западными исследованиями, проведенными в девяти странах с привлечением многих тысяч участников. В нем был сделан следующий вывод: большинство людей(более 50% в каждой стране) предпочитают счастливую жизнь, определяющей чертой которой является эмоциональные удовольствия. Но около четверти участников отдают предпочтение базисному благополучию. А небольшое и тем не менее значительное количество людей(около 15% в каждой стране) предпочитают вести насыщенную и разнообразную жизнь, полную нового опыта и впечатлений.

Разница в показателях, по моему мнению, объяснялась сроками проведения исследований. Цифровизация общества, повальное увлечение интеллектуальными и компьютерными играми, квестами привели к увеличению роли в ответах петербургских респондентов удовольствий третьей группы.

На основании этих исследований я вывел формулу счастья H(Happiness) за определенный промежуток времени(t – месяц к примеру):

H(t) = 0,25хB(t) + 0,5хE(t) + 0,25хI(t),

где B(t)=∑k𝑖xY𝑖, 𝑖=1,…,n – (Basis) – сумма удовольствий, связанные с удовлетворением базисных потребностей существования;

E(t)=∑k𝑖xY𝑖 – (Emotion) – сумма эмоциональных удовольствий;

I(t)=∑k𝑖xY𝑖 – (Intellect) – сумма умственных удовольствий.

Числено измеряемая формула счастья позволила мне соотнести полученный результат в следующие периоды эмоционального состояния человека:

1. Не самый приятный, безрадостный период в жизни.

2. Жизнь могла бы быть намного интереснее и содержательнее, чем есть.

3. Период позитивного самоощущения, положительного благополучия и радости.

4. Период внутренней гармонии между духом, душой и телом с ощущением того, что жизнь прекрасна, полна смысла и достижений.

Также я вывел перлы счастия, названые пафосно(ох, уж эта журналистская тяга к известности!) по первым четырем буквам моей росписи и следующие из созданной практической Хэпинэстики. Теории, структурная основа которой сочетает в себе практики достижения счастья посредством математики – универсальном языке закономерностей и пресуппозиции, практические изыскания которой требуют упорядочивания критериев и дальнейших разработок в экспертной области. Я прекрасно понимал, что эта теория дискуссионна, ее нельзя считать отлитой в бронзу и это только начало, но вместе с этим – шаг в верном направлении. Оценить всю природу соответствующего эмоционального переживания возможно лишь в том случае, когда множественные измерительные инструменты сходятся в показаниях. А традиционно психология как практика и эмпирический опыт уделяет верному измерению гораздо меньше внимания по сравнению с другими науками. Все-таки прав, старина Менделеев, утверждая: «что наука начинается с тех пор, как начинают измерять».

Вот эти перлы!

Перл 1. Основное очевидное свойство формулы заключается в том, что человек несчастен, потому что он сам этого не хочет! Так как он всегда может выбрать из таблицы какие-то незначительные, простые удовольствия, чтобы быстро изменить свое эмоциональное состояние. Маленькое удовольствие запускает большое, то есть одно хорошее развитие ситуации вызывает другое. Они, в свою очередь, улучшают настроение. И он стремится «следовать за удовольствием» – сосредотачиваться на том, что заставляет его чувствовать себя хорошо, и делать на это упор, получая еще больше удовольствий. В такие моменты жизнь начинает играть новыми красками, удача улыбается на каждом углу и всё становится ярче. Человек чувствует себя, как и в то время, когда был моложе , когда он только познавал мир. Он ощущает, что растет, у него словно появляются крылья.

Перл 2. Зафиксировать, что послужило причинами для ощущения чувства полета и полноты бытия. Не стоит надеятся на свою память, необходимо сосчитать свои счастливые дары по формуле, когда жизнь бьет ключом и ветер дует во все паруса, занося их в журнал удовольствий. Не забывая при этом, чтобы все дары суммировались. Зафиксированный максимум счастья поможет получить информацию об общем эмоциональном состоянии в будущем и разделить его на четыре указанные выше периода эмоционального состояния человека.

Перл 3. Учитывая большое разнообразие возможностей и удовольствий, не стоит ждать счастья, сидя дома, а нужно искать его новые проявления. Молодость с огромной способностью восхищаться, удивляться и любопытствовать полна счастья, потому что молодые полны энергией и только познают жизнь. Получение знаний и навыков может быть приятным, если – это посещение новых мест, опробование новых блюд, прослушивание новых музыкальных произведений и т.п. Все новое способствует приобретению ранее неизвестного опыта, что в свою очередь улучшает настроение. Человек становится веселее, энергичнее и будет больше желать продолжения.

Перл 4. Счастье следует понимать как цель, которую каждый должен достичь посредством работы над собой. Человек может улучшить свое настроение, только работая над своими привычками. Вредные повседневные привычки, о влиянии которых он не задумывается, отнимают массу времени, энергии и денег. Например, бездумное пролистывание ленты соцсетей. Человеку нужны здоровые повседневные привычки, позволяющие эффективно использовать свои ресурсы. Счастливая жизнь сводится к тому, чтобы упорядочить все мельчайшие аспекты ежедневных практик, которые помогут человеку создавать или укреплять отношения, развиваться и становиться мудрее.

Перл 5. Планирование удовольствия имеет ряд преимуществ: так человек сможет качественнее провести время в предвкушении удовольствия и наслаждаться происходящим он начнет еще до того, как его получит. Предшествующее ощущение счастья тем сильнее, чем дольше оно длится. Ожидание – это значительная часть удовольствия. К сожалению, даже самое сильное удовольствие моментально растворяется, когда оно происходит. К примеру, удовольствие от материальных покупок. Поэтому имеет смысл выбирать удовольствия, позволяющие наполнить жизнь новым опытом и впечатлениями, потому что мозг человека дольше к ним привыкает.

Перл 6. Даже мимолетная влюбленность к объекту, достойному любви, математически выше, чем идеальное любовное свидание. Поэтому человек должен работать над своей сексуальностью и стремиться стать приятными и позитивными, то есть тем, кто достоин любви. Для достижения максимального удовольствия необходимо принять во внимание, и возможно кого-то это удивит, что без влюбленности, восприятие любви становится не таким ярким и полным, а в некоторых случаях даже невозможно пробудить любовь.

Перл 7. У исчисляемых удовольствий согласно формуле есть еще одно важное свойство: их можно сравнивать. На самом деле не имеет значения характер действия, если оно приносит положительные эмоции. Редкость удовольствия – в эмоциональном плане – не самое главное. Определенный объем малых удовольствий – в сумме количественно одно, но большое удовольствие. Ведь в итоге человек также ощущает комфорт и благополучие. Радость от частого взаимодействия с животными, природой, водой, солнцем могут заменить в совокупности довольно редкие сильные удовольствия: вдохновение, карьерный успех, радость творчества.

Перл 8. Формула счастья применима для всех, так как все люди одинаковы и разницы в эмоциональных состояниях людей почти не существует. Многое из того, что испытывается человеком – это то, что, как он думает, он испытывает в одиночку, и что никто другой так не чувствует, но на самом деле это гораздо более распространено, чем ему кажется.

Перл 9. Разделение эмоционального состояния человека на определенные, идущие друг за другом периоды позволяет развиваться интеллектуально. Развитие становится лестницей, ступени которой расположены равномерно друг от друга. И эти периоды у всех людей абсолютно соответственны. Ощущение счастья возникает в процессе перехода из одного периода в следующий. С приходом нового периода в жизни мир этим человеком начинает восприниматься все более ясно и правильно.

***

Я добавил в измеряемые параметры своего тела – уровень счастья. Измерять его решил раз в месяц, подобно индексу массы тела. Свой индивидуальный максимум рассчитал по воспоминаниям о своем первом зарубежном отпуске. Те десять дней в июне вместили в себя многое: настоящее путешествие, влюбленность и любовное свидание. Просчитав весь месяц, включая поездку, в сумме у меня получилось 324.

Трудно в этом признаться, к своим двадцати семи годам я ни разу не состоял в отношениях с девушками. Но, как и все молодые люди, я многократно, но, к сожалению, безответно влюблялся. Для меня – обыкновенного парня с светло–каштановыми волосами, зачесанными назад, в ту пору женщина была – диковинной страной, которую не всегда легко понять, причем не только из-за того, что касается политики игнорирования, но и из-за политики манипулирования и как следствие доминирования.

Я, как безнадежный романтик, в поисках своей второй половинки безумно хотел в кого-то влюбиться, но меня и не собирались подпускать к «телу». Девушки давали мне бой везде. Они съедали меня на завтрак в метро, обедали мной в универе и на ужине на вечеринках я добивался только их отрыжки. Череда разочарований, неудач в отношениях, которые даже не успели начаться, сделали меня еще более требовательным, нетерпимым и не склонным к авантюрам. В универе, как и в школе, все свободное время я налегал на учебу, полагая, что отличные оценки позволят мне в будущем найти хорошую работу, а личная жизнь… когда-то там сама наладится. В итоге, я как бы закрылся, ушел в себя. Зачем строить отношения, когда все они заканчиваются одинаково? А с таким настроем трудно найти что-то интересное. В тот отпуск на Кипре мне повезло: «интересное» само меня нашло. Запредельно повезло. До блаженства. До головокружительной эйфории.

Жаркий день в начале лета в Лимасоле. Как был прекрасен этот сонный город утром: безлюдные пляжи; густой воздух, пропитанный южным солнцем, солью и йодом; сине-зеленая поверхность моря. Редкие, расслабленные люди на пляжах, наполненные воздухом отдыха. Для полного счастья отдыхающим не хватало удовольствия от купания. Морская вода в это время года была прохладная. Купались в море только русские, спортсмены и местные «моржи». По утрам все это было мне на руку, все-таки я еще стеснялся своего вида. Тогда я был большим, бочкотелым, грузным парнем, так похожим на медведя. В тот день при помощи разрезанной наполовину 5–литровой пластиковой бутыли я ловил морских ежей. Вытащив на пляж самого большого из них, стал рассматривать этого уродца и не заметил подошедшую девушку.

– Я тоже люблю купаться и рассматривать в маске рыб и подводных гадов… Меня Нина зовут, – представилась она и протянула мне руку.

Чуть ниже среднего роста, точеная фигура и немного смуглая от загара кожа. Золотистое сияние пшеничных волос усиливало привлекательность словно нарисованного лица с веснушками на чуть вздернутом носу. Огромные зеленовато–серые глаза, отороченные густыми темными ресницами без грамма косметики. Сама естество и юность. Я застыл от её красоты и совсем не мог пошевелиться. Хорошо, что успел надеть тёмные очки и она не увидела, как мои глаза повылазили из орбит. Мимолетная, как разряд молнии, пронеслась в голове мысль: «Что интересно она во мне нашла? Наверняка она подошла ко мне, приняв за кого-то другого». Я несмело протянул ей руку в ответ, внутренне напрягшись. Возможно поэтому рукопожатие было совсем невесомое. Наши пальцы едва соприкоснулись.

– Пойдёте купаться? – спросила она, присев рядом на песок так запросто, будто мы пришли вместе.

– Я только что вышел из воды. Она сегодня немного прохладная, впрочем как и вчера. Меня кстати Вениамином зовут.

Нина улыбнулась и ответила:

– Приятно познакомится с тобой, Вениамин.

– Спасибо. И мне тоже, Нина.

Она стала рассматривать ежа. Я пересказал ей то, о чем недавно узнал о них в интернете. Предупредил, что здесь их так много, что греки даже ведут борьбу с ними. Но безуспешно. Запросто можно наступить на одного из них и поранить ногу. Оценив твердость игл, Нина согласилась:

– Да, опасные гады. Говорят у них вкусная икра.

– Не знаю… Если надо, то вдвоем можно за час поймать десятка два… Один ловит… Другой, рядом, складывает улов, например, в пакет. Могу также узнать как и с чем их есть.

– Да. Нет. Это я так, к слову сказала. Я и не собиралась их есть.

– Я, честно говоря, тоже,– я облегченно выдохнул, избавившись от давящей перспективы думать над дегустацией ёжиков. – Мне здесь больше нравится то, что кукурузу и редиску киприоты заправляют нежным сливочным маслом.

– Редис с маслом, не пробовала. Ой, я кажется опаздываю на завтрак, приду сюда после четырех. Вы придете?

– Да.., приду, – я даже слегка расхрабрился: – После моря приглашаю попробовать местное мезе. Тут недалеко есть симпатичный ресторанчик, – но тут же и ужаснулся:«Зачем сказал?.. Сейчас она меня пошлет! Так тебе и надо. Не подставляйся».

– Только с одним условием, что плавать мы будем вместе, – она повернулась, демонстрируя ровные округлые ягодицы, и стала быстро удаляться.

Следующие несколько часов провёл словно в тумане, не было и пяти минут чтобы я не подумал о ней. До обеда, гуляя по старинным улочкам Лимасола, проигрывая в голове утреннюю встречу, я размышлял о том, что влюблен. С первого взгляда. После обеда я не мог найти себе места. «Не ходи, не нужно тебе туда! Нужно отдыхать, без нервов и лишних переживаний. Сколько у тебя уже было незаконченных драм»,– крутились мысли в моей голове. Но фантазии, эротическое воображение пересилили голос разума. Я пришел ровно в четыре часа на то же самое место. Конечно там никого не было. Я даже почувствовал облегчение, но и сразу за ним разочарование от того, что не увижу Нину. «Купаться без неё не буду, подожду», – решил я и начал маяться, совсем не зная куда себя деть. Позагорал полчаса. Никого. Может оно и к лучшему. Успокоившись, я стал уже подрёмывать, но услышал чьи-то шаги возле своего уха. Приподнял голову. От солнца в глазах у меня поплыли круги, и я с трудом смог разглядеть кто это был.

– Привет ловцам ёжиков, – Нина улыбнулась во весь строй зубов, представляя на загорелом лице их белизну и прямизну.

– Привет. Я уже не ждал, что увижу тебя снова, – от неожиданности, весьма откровенно ответил я и смутился.

Она была одета в короткий белый сарафан на тонких бретельках и высокие греческие сандалии. В руке у неё была плетёная сумочка, которую она сразу же приземлила на серый, вулканический песок. Подул теплый ветер, её сарафан всколыхнулся и оголил безупречную фигуру чуть выше бикини. И я уже в который раз выпучил глаза в немом изумлении: миф оживал на глазах! Она не стала укрощать платье, как Мэрилин Монро, а быстрым движением рук сняла сарафан через голову. Это слетающее с Нины белое платье показалось мне необыкновенно сексуальным арт–символом 21 века. Постелив рядом нежно–желтое полотенце, Нина опять улыбнулась и, ничего не ответив, легла.

Потом мы долго плавали, почти обнявшись, и отплывая всё дальше и дальше, ныряли в масках, загорали. Мне нравилось смотреть, как с её пшеничных волос стекает вода. Как прозрачная капля грациозно скользя по шее останавливалась в ключице, светясь, будто жемчужина, набирая лучи уходящего солнца. Устав после такого активного отдыха, да и замерзнув, а ещё проголодавшись, направились в ближайший ресторан, чтобы поесть и хоть немного согреться.

За столиком на террасе время тоже прошло неплохо. Тихо, спокойно за разговорами об интересных местах Кипра. Ожидая заказ, наблюдали за греками, занимающихся своим любимым делом: парами прогуливаются по набережной, смотрят людей и показывают себя; вечно улыбающиеся женщины при встречах обмениваются поцелуями и критически осматривают туалеты друг друга; смуглолицые, вертлявые мужчины, разговаривая, много курят и пожимают плечами.

Мы мило потешались над официантом, который носил мезе до тех пор, пока на столе не образовалась четырехъярусная пирамида из стальных тарелок. На Кипре еда – это удовольствие. Здесь очень важно что ты ешь и пьешь, но не менее важно, как ты это делаешь. Греки никуда не спешат, они сосредоточены на том, что едят, им нравится сидеть за столом, общаться, потягивая «Каберне-Совиньон». Кулинарию здесь уважают, к ней относятся как к искусству. Мы поддались местной традиции и не спеша съели первый ярус яств, запивая вином, но так и не успели за разговорами попробовать всех рыб Средиземноморья. Кофе здесь был крепче, местный воздух пах по другому, словно состоял из особо чистого кислорода и еще удивительное ощущение простора от вида на море. Его подсвеченная уличным освещением поверхность медленно и плавно поднималась и опускалась вместе с ленивыми волнами, переливаясь то в одну сторону, то в другую.

Между нами быстро установились теплые доверительные отношения. Ее округлое лицо с нежными веснушками покрылось прелестным румянцем от вина, так шедшим к ее пышным рыжеватым волосам. Нина даже рассказала мне о своих страхах. Она немного побаивалась серьезных отношений и брака. Тревожась тем, что всё закончится скандальным разводом, как у её родителей. По мере взросления эта боязнь усиливалась. Этот страх ощущался ею как предчувствие. Начиная отношения, она до сих пор ни разу не смогла представить дальнейшие совместные счастливые годы. Вместо этого она ощущала ужас, беспомощность перед неминуемым концом любого союза.

К своим неполным ещё двадцати годам Нина успела уже и от матери съехать, чтобы не мешать той налаживать личную жизнь. После школы, окончив курсы флористов, она работала в цветочном магазине. На Кипре впечатлений она уже набралась, а в одиночестве от дефицита общения несколько заскучала. Нина активно познавала мир и пользовалась популярностью у парней, при этом воспринимала мимолетность отношений как должное. Она особо не обременяла себя сложными или длительными отношениями и считала, что нужно время, чтобы сначала набраться опыта и только после этого искать своё сокровище. И, как она подумала, знакомство с тихим, скромным, молчаливым интровертом, так похожим на подростка, внесет разнообразие в оставшиеся дни пребывания в этом южном городке.

Днем мы с экскурсией или вдвоем осматривали знаменитые достопримечательности, живописные места. Съездили в турецкую часть Кипра. Я успевал работать, много фотографируя профессиональным аппаратом понравившиеся места – непременно с Ниной в центре. Сделал несколько ее фотографий, весьма удачных. Как и всем красивым девушкам, ей это очень понравилось. А поздним вечером мы купались в немного прогревшемся за день море и, вдоволь наплававшись, наперегонки, без сил падали на серый песок, не испытывая неловкости от случайного прикосновения к полуобнаженным телам друг друга.

После купания, взявшись за руки, мы гуляли по длинной набережной вечернего Лимасола, дыша пропитавшим его запахом остывающего морского воздуха с вплетенными в него ароматами кофе, вареной кукурузы, острой еды и специй или сидели на берегу моря.

Вначале мне было неловко от мысли: «Ей возможно стыдно идти со мной рядом. Здесь полно интересных людей, производящих более сильное впечатление, чем я», особенно, когда молодые греки сворачивали шеи и долго провожали её заинтересованными взглядами. Позже я понял… Я постепенно начал это понимать, когда мы подолгу говорили обо всем, делились впечатлениями подобно давно знакомым людям, истосковавшимся по общению после долгой разлуки. Надо признать – больше говорила Нина, а я внимательно слушал. Сложно в это поверить: как Нина вообще смогла продержаться пол-отпуска без собеседника?

Я тоже был предельно откровенен с ней и для меня это был необычный формат общения с девушкой. Если оглянуться назад, наши отношения складывались примерно так: со стороны Нины – это была скорее покровительственная дружба, с моей – восхищение перед её внутренней свободой и смелостью, позволяющей проявлять инициативу, так для себя я определил её поведение. И красотой, которую всегда боготворил в людях.

Я хотел быть похожим на Нину: таким независимым, таким свободным. В том, чтобы в девятнадцать лет выбраться в большой мир и окунуться в холодное море жизни, было что-то романтическое, но мысль об этом казалась мне пугающей. Это означало, что мне пришлось бы оставить в прошлом привычные согревающие ценности. А другой жизни, кроме как с матерью, я не знал.

Нина уезжала на два дня раньше. Я с болью чувствовал её отъезд, и что нужно будет найти слова, чтобы с ней попрощаться. И… объясниться! «Это было на берегу моря, в первый вечер нашего знакомства. Ночь была чудесна: теплый бархат небес, желтый ломтик луны, сияние звезд. И вдруг показалось, откуда-то сверху легкий соленый ветерок с моря принес ангела. Я точно знал, что ангел был там, и море, и я, и звезды, и луна видели его. Этим ангелом была ты! Теперь ты – посланец с небес. Ангел во плоти. А нам, заурядным обывателям, следует дорожить удачей, если повезет встретить ангела, подарившего им свою красоту», – я мучительно подбирал слова, чтобы рассказать Нине о своих чувствах.

Я прекрасно понимал, что женщины, предпочитают смелых мужчин, которые решительно выражают свою любовь. Но проявляя инициативу, тот, кто делает первый шаг, отдает себя в руки другому человеку. Отказ может иметь негативные последствия. Я боялся страданий, забывая о том, что ничего идеального не существует. Сколько раз я чувствовал себя «маленьким и незначительным» после того, как меня с порога отвергла девушка. Может быть, с её стороны это лишь мимолетное увлечение в отпуске, а может, всё перерастёт в серьезные отношения, превратив жизнь в нескончаемую череду счастливых моментов. «Кто знает? А вдруг?..» – осторожно подала голос «последняя надежда» в моей голове, которая почему-то никак не могла спокойно умереть. От одной только этой мысли я чувствовал непередаваемое воодушевление. Меня бросало в дрожь от мысли о высшей любви, которая накрывает целиком и полностью.

Мы пришли на любимый пляж в последний раз и легли, отдавшись спокойствию. Я мог бы прийти на наше место и на другой день, но я берег тот пляж, яркой звездой горящий в моей памяти, каким оставил его с Ниной именно в этот день. После прощального купания я проводил Нину до номера.

– У меня типовой номер. Хочешь зайти?

Я активно закивал головой, заходя в него как-то несмело, опустив глаза.

Номер оказался похож на мой: маленькая прихожая, телевизор, большой шкаф с зеркалом, санузел с душевой кабиной, двуспальная кровать. Вначале она, потом и я приняли душ, дабы смыть с себя соль. Выйдя после душа я застал Нину с завязанным на груди полотенцем, наклонившуюся вниз, чтобы убрать туфли в шкаф. Полотенце не смогло утаить розовую полоску трусиков, до предела натянытых на двух окружностях, о которых можно было только мечтать. Меня бросило в жар от интереса к ее попе. Хотя, что в этом такого? Я живой человек и могу обращать внимание на такие вещи. Или она просто не считала меня за мужчину?

Нина как будто опомнилась, резко развернулась ко мне лицом и отдернула полотенце почти до колен. На ее губах застыла смущенная улыбка. Она заглянула мне в глаза, видимо, чтобы проверить, обратил ли я внимание на эту оплошность или нет. Узел полотенца на груди медленно развязался. У меня дух захватило – Нина полностью обнаженная, предстала во всей своей красе…

Она была великолепна: округлые пропорции равных по охвату груди и бедер, тонкая талия, плоский живот, грудь – второго размера с грудными наконечниками цвета кофе с молоком, длинная шея, приподнятые на затылке пышные волосы. Когда я смотрел на нее, у меня возникла только одна мысль: «Ангел! Она так похожа на ангела!» Ах, как пьянило, обжигало, манило выражение покорности, согласия на ее светлом лице. Лучше любого вина, наркотика, оно сводило с ума, заставляло почувствовать себя сильным, способным дарить радость. Я ощущал в организме изысканный трепет, как будто что-то проникало в него и вот-вот должно было оттуда выпорхнуть. Но уже через секунду меня бросило в жар от стыда, потому что чувства, которые вызывала картина в зеркале шкафа, никак не соответствовали кукольной красоте девушки. Я был намного выше и крупнее Нины, дебильная чёлка после душа спадала до бровей, оторопелые глаза, припухшие губы, сваливающийся живот.

– У тебя красивые ключицы, – смутившись, сказал я ни к месту тем тоном, каким обычно говорят другую фразу.

Она шагнула ко мне. Я напрягся, почувствовав, как ее рука скользнула по моей груди.

– Я знаю. Спасибо, – ответила она, приподнявшись на цыпочки, и легко, очень осторожно поцеловала в шею.

Я, вместо слов, едва касаясь губами, просто поцеловал её в ключицу. От неё так приятно пахло чистотой и цветами, а ее прикосновения были нежными и осторожными. Нина придвинулась еще ближе, обняла меня, той же рукой задернула штору на окне и сокровенным полушёпотом сказала: