Природа и причины российских кризисов

Выбор русской литературы не случаен. Во времена Джона Локка и Адама Смита экономическая мысль в России еще практически отсутствовала, но в середине 19 века западные идеи уже проникли в Россию, и их оценкой занялись не только экономисты, но и писатели. В частности, как уже отмечалось, Федор Михайлович Достоевский критиковал импортируемые в страну идеи именно за то, в чем сейчас упрекают современную экономическую теорию: за отсутствие учета природы человека.

В России природа человека проявилась особенно заметно. Особенности российской действительности я начал изучать еще в 90-х годах прошлого века, когда стал финансовым обозревателем в газете «Белорусский рынок». Меня тогда интересовали вложения в акции российских предприятий, и я пытался понять, как будет развиваться российская экономика. Задача оказалась не из простых, единственное, что было ясно, так это то, что российские реформаторы чуть ли не все делают не так, как следует, и это явно неслучайно.

Можно вспомнить знаменитое изречение председателя правительства России в начале 90-х годов прошлого века Виктора Степановича Черномырдина: «хотели, как лучше, а получилось как всегда», произнесенное им 6 августа 1993 года по поводу денежной реформы, проведенной в том же году. Сказано хорошо, хотя такой способ действий, когда ставятся хорошие цели, но при их осуществлении получается черт знает что, как мне кажется, не является национальной особенностью России. Но в России эта проблема изучена, пожалуй, лучше, чем в других странах.

Левша подковал блоху, после чего она не смогла танцевать

Стоит вспомнить опубликованный в 1883 году рассказ русского писателя Николая Семеновича Лескова о Левше («Левша. Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе»).

Суть этого произведения в следующем. Когда император России Александр Павлович посетил Англию, там решили его удивить и преподнесли в подарок маленькую стальную заводную блоху, которая могла танцевать. Русский царь за подарок отдал миллион рублей, а затем еще за орех, предназначенный для хранения блохи, заплатил 5 тыс. рублей. Надо отметить, что этот орех англичане ему не подарили, то есть, отдавая в подарок блоху, они хотели заработать на упаковке, не рассчитывая на дар царя.

Блоха была царю не нужна, и о ней на некоторое время благополучно забыли. Но следующий царь – Николай Павлович – нашел ее и решил сам удивить англичан, поручив тульским мастерам, среди которых был и Левша, что-нибудь сделать с ней этакое.

Тульские мастера после долгих раздумий решили блоху подковать. Левша сделал самую тонкую работу – выковал гвоздики, которыми подковки были прибиты к ногам блохи. Правда, блоха с подковками уже не смогла танцевать, но тульских мастеров это не остановило. Не смутила такая мелочь и Николая Павловича, который обрадовался мастерству русских умельцев и отослал блоху вместе с Левшой в Англию, чтобы удивить англичан. Те действительно удивились, хотя как они восприняли тот факт, что блоха больше не могла танцевать, Николай Семенович Лесков, к сожалению, не написал. Он, похоже, тоже не обратил внимания на такую мелочь.

Левша в Англии, как и царь Николай Павлович, заработать на гвоздиках и подковках не стремился, но подглядел, что англичане не чистят ружья кирпичом, отчего те служат дольше, чем в России. Впечатленный этим наблюдением, Левша вернулся на родину, где попытался донести до начальства то, как важно перестать чистить кирпичом ружья. Но сделать ему это не удалось, и главный герой вскорости умер. А Крымскую войну Россия из-за плохих ружей проиграла.

В таком изложении сказа о Левше наглядно видны две особенности поведения героев повествования. Во-первых, ни тульские мастера, ни царь нисколько не стремились сделать так, чтобы блоха могла танцевать. Их целью было удивить англичан своими достижениями, остальное их же мало беспокоило. Во-вторых, не стремились они и заработать деньги. То есть, они вели себя совсем не так, как англичане. И явно не вписывались в ту модель общества, которая использована Адамом Смитом при открытии его закона о невидимой руке, направляющей индивидуальный эгоизм на обогащение общества. Царь и тульские мастера хотели только удивить англичан, тогда как англичане, кроме стремления удивить царя, хотели еще сделать функционирующую вещь и заработать на этом.

Алексей Леонидович Кудрин копил резервы вместо использования средств на развитие страны

Люди, похожие на Левшу, есть и в наше время. Характерный пример современного Левши в России – это, как я думаю, бывший министр финансов страны Алексей Леонидович Кудрин.

Как и Левша, он мастер своего дела. Да и о благе России печется также искренне. И есть у него свои достижения, аналогичные гвоздикам и подковкам русских мастеров. Это, без сомнения, созданный, во многом благодаря усилиям экс-министра Стабилизационный фонд, в который Россия направила часть получаемых от экспорта энергоносителей доходов, вместо того, чтобы тратить эти деньги.

Гвоздики и подковки хороши. Но вот беда – финансы России, то бишь блоха, мастерски подкованная Алексеем Кудриным, еле шевелит ногами. Чего стоит одно воровство: в ноябре 2012 года тогдашний глава Счетной палаты России Сергей Вадимович Степашин сообщил, что ежегодно из бюджетных средств, выделенных на государственные закупки, похищается 1 трлн. RUB, что составляет примерно 14-ю часть консолидированного бюджета России (Алексей Кудрин был отправлен в отставку в сентябре 2011 года). Кроме того, из-за уклонения от налогов бюджет России не добирает огромные средства. Пенсионная реформа до сих пор в каком-то неопределенном состоянии.

Стабилизационный фонд повис на бюджете страны тяжким грузом, напоминая подковки на ногах блохи: пенсионеры в стране еле сводили концы с концами, российская наука осталась почти без денег, и многие ученые подались на заработки за рубеж, а колоссальные средства находились за рубежом, практически не принося дохода стране. Джон Локк и Адам Смит явно не одобрили бы действия российского министра финансов, они считал, что государство должно защищать собственность людей, а не копить собственное богатство как какие-то сокровища.

Есть и другое, несколько комичное сходство между Левшой и Алексеем Кудриным. Это участие в их судьбе англичан. Они в свое время оценили мастерство Левши, не ускользнуло от их внимания и мастерство российского министра финансов.

В 2004-м году Алексей Кудрин посетил Лондон, где британский журнал «The Banker» признал его победителем в двух категориях: «Мировой министр финансов года» и «Министр финансов года стран Европы». В журнале отметили заслуги Алексея Кудрина в его твердой и предусмотрительной фискальной политике, упомянув и Стабилизационный фонд. На фоне этих мастерски выполненных гвоздиков и подковок тот факт, что бюджетная система России работает из рук вон плохо, остался без внимания, как и во время посещения Англии Левшой никто не обратил внимания на то, что подкованная блоха уже не танцует (по крайней мере, Лесков об этом не написал).

Более того, как и Левша, Алексей Леонидович Кудрин печется о благе России. Когда он работал министром финансов, то постоянно давал советы о том, как надо управлять страной. Точь-в-точь как Левша, который вместо того, чтобы придумать что-то, способное помочь блохе танцевать даже с подковками, увлекся проблемой чисткой ружей. Левшу это до добра не довело, да и Алексей Кудрин в конце концов был уволен за свою склонность к советам.

Сходство с Левшой экс-министр финансов России сохранил и после отставки со своего поста. Алексей Кудрин в настоящее время заметная фигура в России, но борется он не с проблемами бюджетной сферы, а за развитие гражданского общества, и продолжает давать советы о том, как надо обустроить Россию. Если Левша, побывав в Англии, обнаружил, что там не чистят ружья кирпичом, то Алексей Кудрин увидел там хорошо развитое гражданское общество и решил, что такое надо создать и в России.

Тут важно подчеркнуть, что речь идет не о правоте или неправоте экс-министра финансов. Так, в случае с гражданским обществом Алексей Кудрин прав, пожалуй, на все 100%, оно необходимо России, как прав был и Левша в деле с чисткой ружей. Но это нисколько не отменяет того факта, что непосредственно вверенные Алексею Кудрину дела бюджета в то время, когда он был министром финансов, обстояли как-то неправильно: у государства деньги были, а у людей – нет. А ведь мог же Алексей Кудрин, наверное, решить наиболее острые проблемы бюджета. Но не дошли до этого руки, так же как и Левша как-то не подумал, что подковать блоху стоило так, чтобы она смогла танцевать.

Вот она – особенность некоторых российских управленцев и бизнесменов, которая непосредственно влияет на экономику страны, препятствуя развитию экономики стране. Они увлекаются отдельными идеями, но не замечают стоящих перед ними задач в целом и не стремятся решать многие проблемы, которые должны решать в силу занимаемого ими места в обществе. То есть стремятся делать то, что хотят, а не то, что им надо делать. В результате и получается, что чиновников много, все они что-то делают, а толку мало, так как решением множества проблем в стране, которыми чиновники должны были бы заниматься в силу их служебных обязанностей, никто не занимается.

Алан Гринспен избавил США от очередного экономического кризиса, вызвав еще более сильный кризис

Впрочем, не стоит думать, что люди типа Левши живут только в России. За рубежом их тоже хватает. Характерный пример – Алан Гринспен. Он, бесспорно, мастер своего дела. Те годы, когда он руководил ФРС являются одними из самых благополучных в экономическом отношении в истории этой страны. При нем в США не было кризисов, а финансовый сектор экономики просто расцвел. Это достижения.

Но, как выяснилось позже, Алан Гринспен не устранял причины мелких кризисов, а просто отодвигал их на будущее, что привело к накоплению негативных эффектов в обществе и вызвало крупный кризис, только позже. То есть, Алан Гринспен действовал как типичный Левша, добиваясь выдающегося результата в одном, не замечая того, что заваливает другое дело, которое относилось к его прямым служебным обязанностям.

Кроме того, есть еще одна особенность, которая объединяет Алана Гринспена, Левшу и Алексея Кудрина. Американского финансиста тоже заметили и оценили англичане. Королева Великобритании Елизавета II в 2002 году произвела американца в рыцари, наградив Орденом Британской Империи за вклад в обеспечение стабильности мировой экономики. История любит пошутить.

В качестве еще одного примера человека типа Левши можно назвать и настоящего англичанина – Шерлока Холмса. Он достиг совершенства в мастерстве сыщика, все же остальные традиционные социальные функции его мало волновали, в частности, он не стремился завести семью или заработать капитал.

Сейчас Шерлока Холмса иногда называют социопатом, но, по-моему, это неправильная идентификация. Социопатами принято считать людей, ведущих асоциальный образ жизни и лишенных лояльного отношения к окружающим. Такая характеристика никоим образом к Шерлоку Холмсу не подходит. Он, действительно, сознательно пренебрегал некоторыми социальными нормами, но к окружающим людям относится с уважением, и в целом чтил их права, чего социопаты не делают.

Левшу отличает особенность не психики, а разума, степени адекватности его поведения законам и традициям, принятым в обществе. Левша просто не думает о том, что блоху надо починить, не понимая или не считая нужным задумываться о том, зачем она нужна. Левша не знает или не придает значения тому, что человеку необходимо зарабатывать деньги для достижения личного успеха. Точно так же Алексей Кудрин не знал или не придавал значения некоторым обязанностям министра финансов, а Алан Гринспен не хотел делать то, что следовало бы сделать главе центрального банка страны, из идеологических соображений.

То есть отличительное качество Левши характеризует его разумность, но не с точки зрения владения определенным знанием или быстроты мышления, а с точки зрения степени адекватности его действий и намерений определенным социальным функциям. Намерения Левши этим функциям не соответствует, то есть речь идет о некоторой социальной неадекватности.

Если с Левшой это, по-моему, очевидно, то утверждение, допустим, о том, что знания экс-главы ФРС о социальных функциях не соответствуют действительности, могут показаться преувеличением, ведь Алан Гринспен сделал весьма успешную карьеру, и даже стал британским рыцарем. Однако если взять Левшу в том периоде его истории, когда он оказался в Англии, то можно было бы прийти к выводу, что и он тоже успешный человек, еще бы – обласкан властью своей и чужой страны, имеет выгодные деловые предложения.

Более того, Алан Гринспен сам выдал свою неадекватность, сказав, как уже упоминалось, «Если вам кажется, что я выразился ясно, значит, вы меня неправильно поняли». Это, конечно, шутка, но не стоит забывать, что говоря это, Алан Гринспен работал не ведущим юмористической программы на телевидении, а главой ФРС, от действий которой зависит экономика огромной страны и благосостояние множества людей, что совсем не шутка. И неясность его выражений означает непонимание им ответственности, которая связана с занимаемым им постом.

Представьте доктора, который с улыбкой говорил бы своим новым пациентам что-то вроде: «если кто-то из моих пациентов сказал, что он выздоровел, значит, я его не долечил». Такому доктору не стоит лечить людей.

Но американский финансист явно не понимал своей ответственности как государственного чиновника перед народом, и воспринимал жизнь как некоторую игру. На это указывает и название его книги «Age of Turbulence: Adventures in a New World». Чувствуется этакая шаловливость, как будто подросток попал в мир взрослых, впервые сходил в стрип-бар, и увлеченно рассказывает приятелям о том, какие странности происходят там. Редактор или переводчик его книги на русский язык, скорее всего, это несоответствие действий Алана Гринспена его должности уловил. Поэтому, возможно, и не стал использовать буквальный перевод заголовка «Век турбулентности: приключения в новом мире», заменив его более солидным «Эпоха потрясений. Проблемы и перспективы мировой финансовой системы». Перевод, конечно, неточный, на мой взгляд, надо было оставить вариант самого автора, но зато он приводит в соответствие личность автора и его должность.

Как видим, обсуждая особенности русского мастера Левши, мы обнаружили причину изменения заголовка при переводе книги Алана Гринспена на русский язык. Все имеет свою причину и не происходит просто так, и если знать, что искать, эту причину можно найти.

Основа свободы: версия Джона Локка

Подведем итог изучению людей типа Левши. Мы обнаружили, что вовсе не все взрослые и вполне успешные люди настолько разумны, что понимают, чего от них требует общество, то есть какие функции они должны выполнять, занимая в обществе определенное место (должность или положение). Некоторые люди даже не знают, что им надо было бы зарабатывать деньги хотя бы для обеспечения своих детей, не говоря уж о том, чтобы вкладывать средства на рынке. То есть они явно не вписываются в модель Адама Смита, использованную им при открытии закона общественной пользы эгоизма. Не все люди ведут себя разумно по отношению к тем вещам, которые важны для обогащения народов.

Тут надо еще раз подчеркнуть, что в данном случае речь идет о разумности не как владении определенным знанием или быстроте мышления, а о понимании и знании писанных и неписанных законов социальной организации общества, то есть о некотором виде социальной адекватности, точнее, неадекватности.

Именно подобную разумность выделил Джон Локк в свой книге «Два трактата о государственном правлении». Он считал, что такое качество человека является основой его свободы: «свобода человека и свобода поступать по его собственной воле основываются на том, что он обладает разумом, который в состоянии научить его тому закону, по которому он должен собой управлять, и дать ему понять, в какой степени у него остается свобода его собственной воли».

Джон Локк полагал, что формирование социальной адекватности человека (в указанном смысле) происходит по мере взросления: «Сами государства обращают на это внимание и допускают, что существует время, когда люди должны начать поступать как свободные люди, и потому до этого срока не требуют от них ни присяги, ни клятвы на верность, ни какого-либо публичного признания или заявления о повиновении правительству своих стран».

Действительно, можно сказать, что Левша – это человек, который не повзрослел при достижении им возраста, когда он формально стал взрослым. Джон Локк полагал, что все люди, за исключением психически больных, становятся взрослыми при достижении ими некоторого возраста. Пример Левши в его разных современных воплощениях показывает, что есть люди, которые сохраняют элементы сознания подростка (в рассмотренном смысле) до глубокой старости, будучи при этом совершенно здоровыми психически.

Завершая описание данной особенности личности человека, стоит подчеркнуть, что она не является каким-то дефектом. Многие достойные люди были похожи на Левшу. Они не наносят вреда обществу, если не занимают положение, требующее выполнения функций, о которых они не имеют представления или которые считают бесполезными. То есть, лесковскому Левше не надо было поручать ремонтировать блоху или же надо было дать ему поручение, чтобы он сохранил ее прыгучесть, а затем уж давал волю своей фантазии. А Алану Гринспену с его взглядами на свободу финансистов не надо было возглавлять ФРС.

Подобный вариант использования людей типа Левши в бизнесе предлагал русский предприниматель Александр Васильевич Чичкин. Он считал, что таланты, которые, как правило, беспечны и из-за этого терпят крах в бизнесе, должны быть взяты под опеку людьми, умеющими вести бизнес. Мнение заслуживает внимания, и к нему мы вернемся чуть позже.

Итак, мы разобрались с тем, как обстоят дела с разумностью человека, проявляющейся в виде социальной адекватности. Остались еще два качества людей, по которым они могут не вписываться в модель Адама Смита. Они тоже, как и указанная разумность, уже исследованы. Об одном из этих качеств, а именно – об отношении к способам приобретения богатства и его использования написана книга, с которой знакомы, как я думаю, почти все образованные люди, особенно в России. Она называется «Преступление и наказание», автор – Федор Михайлович Достоевский.

Этот роман был опубликован в 1866 году, через 90 лет после выхода в свет книги о богатстве народов Адама Смита. Его научные идеи постепенно трансформировались в идеологию капитализма, которой противостояла идеология социализма.

Распространяющиеся в европейских и странах, в том числе и в России, новые экономические идеи Федор Михайлович не одобрил и доверил их критику в книге студенту Дмитрию Прокофьевичу Разумихину. В беседе с другим студентом – Родионом Романовичем Раскольниковым – Разумихин очень эмоционально высказался в адрес неназванных им авторов, отметив сразу два недостатка в их взглядах на общество.

Во-первых, как и Кеннет Рогофф в наши дни, Разумихин указал на увлеченность экономистов оторванными от жизни (от природы человека и истории развития общества) моделями: «Я тебе книжки ихние покажу: все у них потому, что „среда заела“, – и ничего больше! Любимая фраза! Отсюда прямо, что если общество устроить нормально, то разом и все преступления исчезнут, так как не для чего будет протестовать, и все в один миг станут праведными. Натура не берется в расчет, натура изгоняется, натуры не полагается! У них не человечество, развившись историческим, живым путем до конца, само собою обратится наконец в нормальное общество, а, напротив, социальная система, выйдя из какой-нибудь математической головы, тотчас же и устроит все человечество и в один миг сделает его праведным и безгрешным, раньше всякого живого процесса, без всякого исторического и живого пути! Оттого-то они так инстинктивно и не любят историю: „безобразия одни в ней да глупости“ – и все одною только глупостью объясняется! Оттого так и не любят живого процесса жизни: не надо живой души»!