Древний. Предыстория. Книга десятая. Смутные опасения

Миры и войны Сергея Тармашева

Фотография автора –Татьяна Либерман

Художник –Николай Ковалёв

Книга является литературно-художественным изданием, содержит вымышленные события и факты. Мнение автора может не совпадать с мнением издательства.

© Тармашев С.С., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Время Тара

165 000 лет назад, четырёхмерный слой Вселенной, эпицентр пространства высоких энергий, Галактика Даария, система звезды Ваора, планета-океан Вадар.

Застывшее в зените светило пылало посреди безоблачного неба, заливая лишённую берегов океанскую гладь ярким летним светом. Под мощными потоками солнечных лучей водяная бесконечность сияла нежно-голубыми оттенками и просматривалась на глубину в несколько километров, из-за чего идущая в полутора тысячах метров ниже уровня поверхности стая исполинских китов казалась косяком небольших рыбёшек поблизости. Идеальная прозрачность океанических вод обуславливалась столь же идеальной их чистотой, являющейся предметом гордости и неусыпных забот Родов – обитателей Вадара.

Магистр Инэйк устремил взор сквозь раскинувшуюся вокруг водную толщу. Коэффициенты чистоты и сбалансированности водных масс Вадара самые высокие во всей Галактике Даария. С течением миллиардов лет название родной планеты стало именем нарицательным, и повсеместно распространённые водные Купели, в которых каста Жизнь Рекущих проводит профилактические процедуры личных энергоконтуров Сияющих, давным-давно носят аналогичное название. Инэйк усилил активность собственного энергоконтура, изменяя количественное поступление биоэнергии на Кристалл Силовой Установки яхты. Идеально круглая серебристая капля снизила скорость хода, одновременно сжимая радиус силовых полей до минимального значения. Магистр поднял яхту к поверхности океана, перешёл на дельфиний ход и помчался сквозь водную бесконечность, то выныривая из воды, то погружаясь вновь.

Приглашение поиграть не осталось незамеченным, и долго ждать не пришлось. Спустя две части прямо по курсу показалась дельфинья стая, спешащая на сближение, и вскоре вокруг яхты забурлила весёлая чехарда. Эти дельфины являлись одной из нескольких сотен стай, обитающих вокруг родного града Инэйка, посему его яхту знали ещё с рождения и часто сопровождали её во время прогулок и кастовых деяний. Сегодня Магистр проводил плановый осмотр труднодоступного подводного грота на глубине в шестьдесят восемь километров, дельфины столь глубоко погружаться не любили и потому компанию составлять не стали. Однако теперь старые друзья с удовольствием навёрстывали упущенное. Инэйк помчался наперегонки, вырываясь на полкорпуса вперёд, и сымитировал весёлый дельфиний крик. Стая ответила тем же, и игра в догонялки мгновенно набрала серьёзный темп.

Эта порода дельфинов гринда отличалась максимальной скоростью движения в водной среде и конкурентов в данном показателе не имела. Догнать, а тем более обогнать находящихся в родной стихии дельфинов способна только техника Сияющих, и дельфиньи стаи любили помериться силами с человеческими яхтами. Доверие у морских обитателей к Сияющим было абсолютным, ибо множество водных живых форм имели своим домом подводные части плавучих градов и за миллиарды лет в генетике животных укрепилась информация о том, что Сияющие – это существа, к которым можно обратиться за помощью, если попадёшь в беду.

Даже океанические хищники за столько эпох обрели генетическую память, вынуждающую их обходить Сияющих стороной, не проявляя агрессии. Конечно, дикий зверь – это дикий зверь, и всё может случиться по-разному, но любой Сияющий, будь то обитатель таёжных чащоб или плавучих океанических градов, с малых лет обучается органичному сосуществованию с природой, на том зиждется Небесная Раса Сияния Света. На веку Инэйка не раз бывало, что израненный в междоусобной схватке или во время буйства природной катастрофы морской хищник, истекая кровью, приплывал к побережью града фактически в предсмертном состоянии, ведомый последней надеждой выжить. В подобных случаях Целители всегда исцеляли умирающего хищника, каким бы опасным он ни был, ибо информация о спасении откладывается в сознании зверя. С течением поколений память об исцелении накапливается в генах животного, и даже самые свирепые хищники начинают инстинктивно отказываться от атаки на тех, кто может спасти тебе жизнь в тот миг, когда всё против тебя.

Звезду Ваору цивилизация Сияющих открыла в незапамятные времена, в те безгранично далёкие лета, когда молодая Небесная Раса Сияния Света осваивала свою материнскую галактику. В сравнении с нынешними возможностями Сияющих то время можно смело назвать первыми космическими шагами, хотя сам по себе уровень прогресса тех лет совсем уж примитивным не был. Между Арконом и Ваорой простирается добрая половина Галактики Даария, это миллиарды звёзд, путешествовать среди которых в те стародавние времена Предки умели вполне уверенно. На орбитах Ваоры обнаружилось несколько десятков крупноразмерных космических тел, среди которых была живая планета-гигант, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся полностью покрытой океаном.

Ни островов, ни тем более материков на поверхности обнаруженной Земли-океана не имелось. Более того, глубина водной толщи в минимуме была в районе пяти-шести километров, максимальные же значения кое-где значительно превышали отметку в сто километров, и это без учёта подземных гротов, имеющихся в придонных основаниях подводных горных массивов. В ту пору заселение Вадара было признано нецелесообразным ввиду недостаточно совершенных технологий освоения Мирового океана, и колонизация оной Земли была отложена до лучших времён.

Настали таковые спустя миллион лет, когда количество планет-океанов, найденных в родной галактике, стало более-менее заметным. В древних архивах сохранена информация о том, как принималось решение о начале исследований, призванных разработать методику заселения полностью водных Земель. Решением этой задачи занялся триумвират из каст Творцов, Венедов и Жизнь Рекущих. Причём основные научные усилия первоначально были развиты на другой океанической Земле, географически находившейся ближе к Асгарду, но именно на Вадаре произошли первые научные прорывы. Впоследствии Вадар стал эталоном научно-технических решений в данной области, распространившихся на всё пространство Сияющих.

Именно на океанических Землях наука Сияющих создала и отточила до совершенства технологию создания плавучих градов, которые с тех пор имеются едва ли не в каждом более-менее крупном океане любой Земли Небесной Расы Сияния Света. Плавучий град – это всегда уникальное сооружение, двух одинаковых плавградов не существует, ибо каждый из них создаётся в рамках окружающей биосферы с учётом мельчайших её особенностей: животный мир, состав вод, характеристики атмосферы, параметры гравитации, местная подводная флора, поведение океана и сотни прочих деталей.

Жизнерадостная погоня достигла прямой видимости плавучего града Инэйка, и Магистр позволил стае обогнать яхту. Довольные дельфины вновь разразились весёлыми победными криками, и Жизнь Рекущий поднял яхту над уровнем моря, завивая воздушный вираж. Дельфинья стая немедленно повторила пируэт, выныривая из воды с завидной синхронностью, и умчалась по своим делам к подводному массиву града. Инэйк набрал высоту и окинул взглядом распростёршийся внизу гигантский плавучий остров. Гриндъявик не являлся столицей Вадара и не был самым древним из местных плавучих градов, однако размерами своими оным не уступал. Исполинская платформа диаметром в тысячу сто тридцать километров и толщиной более двадцати километров с высоты птичьего полёта выглядела затейливой изысканной мозаикой, собранной из множества красно-жёлтых, зелёных, голубых и белых сегментов.

В центре плавучего острова располагался сам Гриндъявик, пересечённый морскими каналами, словно замысловатой голубой паутинкой. Чем дальше от застроенного мегалитами центра, тем сильнее городские сегменты утопали в зелени белоснежных берёзовых рощ и тенистых дубрав исполинской высоты, простирающихся далеко за периметр града и упирающихся в разноцветье полей и нежную зелень луговых просторов. Равнинные сектора занимали порядка трети всей площади острова и упирались в сплошную зону широколиственных лесов, под сенью которых можно заметить бесчисленную россыпь родовых усадеб.

На Вадаре не существует холодных зим, бескрайняя и бесконечная океаническая толща за лето аккумулирует огромное количество тепла, что исключает образование устойчивой толщи льда на поверхности океана при отрицательных температурах воздуха. Даже в самых холодных участках планеты ледяной покров не держится долго, так как студёными заморозки на этой планете никак не назвать. Ниже минус десяти морозов на Вадаре не бывает. Зато бывают вполне всамделишные снегопады, сменяющие собой летние тропические ливни. Зимой наземные водные каналы Гриндъявика покрываются ледяным панцирем, и один такой снегопад, не прекращающийся неделю, запросто способен засыпать град пятиметровыми сугробами, к вящей радости снежноволосой детворы. Но зима здесь коротка, и большую часть времени на Вадаре тепло или жарко. Поэтому большая площадь поверхности древесных листьев служит отличными зонтиками для обитателей острова, основное количество которых проживает в лесных секторах.

Лесные массивы Гриндъявика не доходят до береговой линии полтора десятка километров и упираются в скальный обод, опоясывающий плавучий остров по всему периметру. Изрезанные суровыми фьордами скалы имеют существенную высоту, являясь барьером для штормовой волны и ураганных ветров, и заодно надёжным убежищем для водоплавающей морской птицы. Изначально на Вадаре птиц не существовало, но с появлением плавучих градов появились и они, ибо в биоценозе лесов и равнин, требующих для своего здоровья наличия множества видов насекомых, без птиц никуда.

Несколько частей Инэйк любовался Родиной, вид на которую ему никогда не наскучивал, после чего повёл яхту на снижение. На подлёте к кастовому дворцу Жизнь Рекущих Кристалл Связи Магистра сформировал в его сознании образ входящего сообщения, и Инэйк ответил на вызов своей супруги:

– Да, солнышко моё, я тебя слушаю.

– Любимый, ты уже в курсе последних событий?! – Глаза Бьорк цвета звёздного огня ярко сияли, сбрасывая излишки биоэнергии, сгенерированные взволнованным энергоконтуром Даарийской красавицы.

– Судя по твоему состоянию – нет, – Инэйк невольно улыбнулся.

Их супружескому союзу недавно исполнилось восемьдесят лет, но слияние Бьорк и Инэйка было столь идеальным, что оба они не ощущали череды прожитых лет. Которые пронеслись настолько незаметно, что никто из них даже не заметил сию круглую дату. Если бы не пара тысяч поздравлений от самых близких родичей, напомнивших о том, что со дня их свадьбы минуло восемь десятилетий, ни Инэйк, ни Бьорк точно не вспомнили бы об этом. Их совместная жизнь и без того насыщена событиями и кастовыми деяниями. Собственно, во время исполнения кастового Удела они и познакомились. Случилось это восемьдесят три лета назад в ходе выполнения коррекции популяции актиний, обитающих на внешних подводных поверхностях основания родного града.

Многокилометровая толща плавучего острова, снаружи кажущаяся простой и понятной, в действительности являлась сложнейшим симбиозом живых биологических структур. Каркасом основной несущей плоскости являлись корни деревьев уникальных пород, созданных кастой Творцов специально для данной цели. Растущие на поверхности древесные стволы были как две капли воды похожи на обычные сухопутные дубы, берёзы и прочее. Но их корневая система обладала мощными диаметрами, повышенной гибкостью, прочностью и многокилометровой протяжённостью. Что позволяло корням миллионов деревьев сплетаться в сплошной ком и образовывать сложную сеть с уникальными показателями гибкости, прочности и самовосстановления. За многие сотни лет, потребовавшихся когда-то для создания плавучего острова, древесная корневая сеть образовала мощное основание – воедино сплетённый с лабиринтом гидротехнических полостей сложный фундамент толщиной в два десятка километров.

В процессе регулирования корневой платформы кастой Венедов был создан и изготовлен специальный грунтовый наполнитель, коим Венеды заполнили межкорневое пространство, образовав почвенный слой, что позволило в итоге высевать на острове растительность. Растительность плавучего острова всегда создаётся для каждой планеты-океана заново, с учётом климатических и прочих особенностей. После стабилизации почвенного слоя, установки скального обода и выращивания стартовых лесов остров начал заселяться первыми сухопутными обитателями.

Для управления морским ходом плавграда, а также удобства океанских животных, встречающих на своём пути тысячекилометровую громаду острова, в его основании имеется сеть мощных подводных каналов, пересекающих корневой массив насквозь. Через данные каналы часто ходят стаи рыб и морских животных и осуществляется выброс водяного потока, предназначающегося для руления, ускорения и замедления движения острова, а также компенсационных воздействий на штормовую волну. Внутренние поверхности каналов идеально чисты, что вынуждает рыбьи косяки не задерживаться в лишённых пищи подводных тоннелях. Зато внешние поверхности подводной части плавучего острова – это рай для всевозможной морской живности, от кораллов и актиний до морских черепах и величественных мант. Корневое основание периметра давным-давно скрылось под разноцветной коралловой толщей, каждый сектор которой был заселён строго выверенными популяциями тех или иных морских видов. Полный набор которых объединён в идеально рассчитанную пищевую пирамиду, правильное функционирование которой и позволяет добиваться идеальной чистоты водного массива.

В ту памятную пору Инэйк ещё не был Магистром, но в свои двадцать восемь уже являлся хорошим специалистом, перспективы которого отмечали Асы касты. Поэтому, приступив к плановым действиям в целевой колонии актиний, он поначалу воспринял назначение себе в помощницы пятнадцатилетней дочери Рода-Побратима как незначительную помеху. Сильно мешать она не будет, не для того явилась, но теперь придётся отвлекаться на то, чтобы передавать юной дочери кастовые знания, что замедлит темпы научных деяний.

Поэтому в первый день работы он особо не вникал в особенности её энергоконтура и сохранял повышенную серьёзность, дабы у юной дочери не возникло желания много болтать вместо того, чтобы осваивать кастовый Удел. Она в свою очередь тоже демонстрировала сосредоточение на научных деяниях, тем более что для неё это было первое по-настоящему серьёзное кастовое задание. Этот подход Инэйку понравился, и через несколько дней он стал давать ученице больше профессиональных тонкостей. Дочь Рода-Побратима проявила похвальную тягу к знаниям, и все остались довольны.

Однако спустя неделю она неожиданно привиделась Инэйку во сне, и он серьёзно обеспокоился этим моментом, всё же его ученица показалась ему слишком юна. Наутро он отправился за советом к Хранителям, и те пристально изучили энергопотоки обоих. Высокая степень совместимости обнаружилась сразу же, потом обнаружилась стопроцентная вероятность идеального слияния, так всё и выяснилось. Хранители особо указали на тот факт, что юная ученица являлась дочерью Рода-Побратима, проживающего на другом плавучем острове в противоположном полушарии. В обычном жизненном ритме они с Инэйком встретились бы ещё очень не скоро, если встретились бы вообще. Но недавно каста Жизнь Рекущих объявила набор желающих на мероприятия по обмену опытом между различными градами, и юная ученица сама пожелала приехать в Гриндъявик. Потому что несколько раз видела себя во сне посреди этого плавучего острова.

С того момента нашедшие друг друга половинки не расставались. Спустя половину лета они обменялись свадебными кольцами, ещё через два лета сыграли свадьбу. До образования супружеского союза оба трудились на ниве кастового Удела в лесах плавучего острова, и юной жене отлично удавались биоэнергетические манипуляции с берёзами. Инэйк любил разглядывать свою половинку, тщательно выравнивающую шероховатости в древесных волокнах живых деревьев, и находил, что его возлюбленная смотрится рядом с берёзами очень органично: столь же стройная, беленькая и добрая. В итоге юная жена очень быстро получила от него новое имя – Бьорк[1] – коим и именуется до сих пор.

Теперь у них пятнадцать детей, семь пар двойняшек и дочь, рождённая в Священное Лето. Все уже взрослые, каждый состоит в супружеском союзе и проживает в собственном тереме, отдельно от отчего. Родительские хлопоты давно остались позади, и Инэйк с Бьорк занимаются кастовым Уделом. Обычно они трудятся в паре, но сегодня каста устраивала какой-то важный Совет, расписание которого пересекалось с расписанием научных деяний в глубоководных районах, и Бьорк осталась на суше, дабы оба они не пропустили что-нибудь интересное. И, судя по пылающим от волнения глазам супруги, что-то интересное на Совете действительно произошло.

– Так что же стряслось? – Инэйк с доброй улыбкой смотрел на свою половинку.

Жизненный цикл Сияющих входит в фазу старения в среднем за один-два Круга Лет до смены мерного тела, им обоим до этого ещё очень далеко, и его супруга по-прежнему молода, прекрасна и желанна. Её красота приняла оттенки зрелости, свойственной женщинам Сияющих, родившим всех своих детей, и в этом есть собственный, индивидуальный шарм, который особенно чутко ощущает супруг. Связь между половинками со временем становится всё сильней, и Инэйк чувствовал её с каждым Кругом Лет всё отчётливей. Энергоконтур Бьорк уже не перепутать с незамужней женой или юной дочерью Расы, но на этом основные отличия заканчивались, и разглядывать свою прекрасную половинку Инэйк любил всё так же, как восемьдесят лет назад.

– Ммм… – промурлыкала Бьорк, полуприкрывая глаза. – Обожаю этот взгляд! Сколько тебя ждать?

– Пару частей, – Инэйк заговорщицки прыснул, – я уже захожу на посадку. Но мне показалось, что ты что-то хотела сообщить?

– Ты отвлекаешь меня от серьёзных мыслей этим взглядом, так нечестно! – запротестовала супруга. – Лети быстрее! Я пока расскажу тебе новости! Каста собирает научную экспедицию в систему Ярило! Объявлен набор специалистов по адаптации лесного фонда к несвойственным условиям существования!

– Система Ярило? – Инэйк нахмурился, напрягая глубинную память. – Это где?

– Это система Эксперимента! – подсказала Бьорк.

– Эксперимента? – Ещё сильней озадачился Инэйк, срочно разворачивая в глубинной памяти давно сокрытый информационный массив. – Да, вижу… – Магистр вслушался в раскрывающийся поток образов: – Мир Пограничная, галактика у самого Рубежа, блуждающая солнечная система, Эксперимент максимального уровня сложности, попытка выработать иммунитет к пространству четырнадцати энергонов…

Инэйк сделал паузу, несколько мгновений обрабатывая изобилие данных, и уважительно кивнул:

– Там живут невероятные храбрецы! Я бы так не смог…

– Экспедиция направляется на одну из их обитаемых Земель, дабы засеять её настоящими лесами вместо травянистых джунглей! – подхватила Бьорк. – Представляешь?! Вырастить древесный лес на целой планете, которая к этому не приспособлена!

– Там есть океаны, значит, по нашей части деяния найдутся, – заинтересованно произнёс Магистр. – Опыт создания плавучих островов может пригодиться. Ты записала нас в состав экспедиции?

– Я подала заявки в Совет касты немедленно. Там очередь из трёх с половиной миллиардов желающих, но каста отдаёт приоритет специалистам с максимально профильным опытом. Поэтому заявки с нашей Земли идут с приоритетом.

– Отличная новость! – одобрил Инэйк, приземляя яхту на верхней плоскости домашней усадьбы. – Ты молодец, солнышко моё, быстро среагировала. Очень хочется не упустить возможность сотворить для Расы что-то по-настоящему великое! Интересно, удастся ли нам пройти столь высокий конкурс… Когда будут составлены списки претендентов?

– Совет касты выделил сорок суток на создание реестра допущенных к экспедиции специалистов. За это время все, кто подал заявку, должны пройти профессиональное тестирование. – Бьорк обворожительно улыбнулась: – Я чувствую твоё присутствие! Тебя не было слишком долго, я успела соскучиться!

Спустя девять суток Совет Касты Жизнь Рекущих Вадара вызвал Магистра Инэйка с супругой для сдачи экзамена на предмет соответствия целям предстоящей экспедиции. Испытания они выдержали достойно, что вызвало похвалу Асов касты.

– Ты продемонстрировал высокий уровень профессиональной квалификации, Магистр Инэйк, – изрёк один из Истинных Асов-экзаменаторов по итогам сдачи всего объёма тестов. – Особенно в области адаптации древесных видов, что подтверждает правильность твоего имянаречения[2]. Посему каста направляет тебя в Мир Пограничной, в систему звезды Тара, к месту сбора экспедиции.

– Разве высадка лесов предстоит не в системе Ярило? – удивился Магистр.

– В системе Ярило, – подтвердил Истинный Ас. – На Земле Мидгард, если конкретно. Но формироваться экспедиция будет в системе Тары. Там вам предстоит вникнуть в детали предстоящих деяний и изучить всю сопутствующую информацию. У вас будет два лета на подготовку. Посему собирайтесь и отправляйтесь к месту сбора, координаты я тебе только что отправил.

Путь в систему Ярило меньше получаса, что изрядно удивило Инэйка и Бьорк, ожидавших длительных скольжений по гипертрассам и множества перемещений по галактикам от одних врат ноль-перехода до других. Всё-таки пересечь предстоит, ни много ни мало, половину всей территории пространства высоких энергий, а это громадные расстояния. Однако всё оказалось одновременно проще и сложней. Проще потому, что для участников экспедиции могучие Асы зажгли ноль-переход из системы Ваоры прямо к Асгарду. А Асгард, как оказалось, был связан прямым ноль-пространственным мостом с системой Ярило. Сложность же заключалась в том, что мост этот был односторонним и находился в абсолютном ведении воинской касты, посему активировать его могли только воины.

Суровый боевой Ас пронзил Магистра с супругой пристальным взором, жёстким, словно узконаправленное излучение тахионного резца, назначил их яхте точку ожидания на дальней орбите Асгарда и велел ждать сигнала. Несколько частей воины согласовывали действия с гарнизоном системы Ярило, потом в полумиллионе километров от яхты Инэйка и Бьорк всколыхнулась бездонная чернота ноль-перехода. Воинская каста прислала разрешающий сигнал, яхта скользнула в подрагивающее чернильное зеркало и мгновенно оказалась на самом краю пространства высоких энергий.

– Вот это да! – Бьорк с удивлением внимала общему энергопотоку окружающего космоса. – Да здесь жизнь кипит на порядок сильнее, чем в нашей системе! Сколько тут Тёмных! Никогда раньше не видела их вживую. А крохотное солнышко-то как сияет – и не скажешь, что рыжий карлик. Жжёт от души!

– С солнцем местным обитателям однозначно повезло. – Инэйк внимательно разглядывал прилегающую к светилу часть гравитационного колодца местной звезды. – Уровень биоизлучений этого светила на порядок выше стандартов, присущих звёздам подобного класса. Огромная редкость. Недаром здесь сразу пять живых Земель. Не помню, где ещё есть столько же. Где-то, конечно, есть… Но уж точно без такого громадного транспортного узла.

– Здесь красиво… – задумчиво протянула Бьорк. – Даже жаль, что мы тут транзитом. Мне уже не терпится начать здесь трудиться!

Система Ярило действительно выглядела очень красиво и ещё более экзотично. Маленькое, но ослепительно пылающее солнце щедро заливало теплом сразу пять живых планет, крохотными голубыми шариками плывущих по его ближним орбитам. Сами по себе Земли действительно были крохотными, если сложить их воедино, то образовавшаяся планета всё равно будет раза в три меньше Вадара, но суть не в том. Солнце, обрамлённое ожерельем из пяти голубых жемчужин, – это невероятно редкое и столь же прекрасное зрелище торжества жизни посреди ледяной безжизненности космоса.

Впрочем, безжизненной систему Ярило не назовёшь никак. Если ближняя орбита светила, включающая в себя пятёрку живых Земель, была испещрена крохотными ниточками ближнемагистральных транспортных потоков, то его дальняя орбита представляла собой сложный транзитный узел. Несколько десятков ноль-переходов, размещённых согласно строго рассчитанной архитектуре Древа Перемещений, соединялись друг с другом густой сетью маршевых коридоров, по которым непрерывными потоками шли тысячи всевозможных космических кораблей различных Рас и цивилизаций.