Бастард рода демонов. Аристократ

Пролог

Махамайя Ранза была взбешена, разъярена… но в то же время подавлена. Лишь воспитание и выдержка позволили ей во время Ареопага не выдать клокочущие в груди чувства – ещё не хватало показывать свою слабость главам других кланов, и без того считающих клан Махамайя слабым.

Самые важные Осевые Аристократы обсуждали прямо сейчас будущее миров, однако Ранза слушала вполуха:

– Нужно как можно скорее отыскать других лидеров Чёрной Инквизиции, – сдержанно произнёс Тюр Одинсон. – И отомстить им.

Стук. Рядом с могучей фигурой бога появилась и голограмма Эрлиона Зерия:

– Поддерживаю. Они должны понести наказание. Наш же долг – не дать им закончить начатое Элигором Люцифером.

Молодая богиня взглянула на деда того, кто отказался становиться её мужем. Эрлион говорил сдержанно. Выглядел спокойным. Однако время от времени недобро щурил глаза. Ранзе казалось, что глава клана Зерий не особо заинтересован в том, чтобы видеть Илью в своём клане, однако это не отменяет того факта, что выбор Ильи ошеломил Эрлиона.

Но не так сильно, как Генрея Крокомота. Сколько бы Махамайя ни смотрела в сторону Артефактора, могучий демон сидел, повесив нос. Иногда что-то шептал одними губами, будто размышлял вслух. Вот кому сейчас действительно не было дела до Ареопага.

«Почему, Илья?» – раз за разом всплывал один и тот же вопрос в голове Ранзы. Она могла бы понять, если бы бастард рода демонов принял предложение своего отца. Такое действительно не перебить, и единственное, на что осталось надеяться – на влияние Крокомота и Инниарлы Зерий, а также на отсутствие каких-либо отношений между Ильёй и Кезефом. Махамайя знала, что её предложение Илье не такое роскошное, и, тем не менее, Ранза предложила максимум из того, что могла.

«Вряд ли эта мерзкая Венера пообещала ему больше! Так почему же? Неужели действительно запудрила мозги? А он и рад…»

Действительно, получив герб от Председателя, Илья покинул главный зал Башни Совета под ручку со своей избранницей.

«Проклятая вертихвостка даже не осталась на Ареопаг! – злилась Ранза. – Показала, что Илья ей важнее собрания глав кланов? Оставила вместо себя свою дочь, такую же»

Махамайя, сжав зубы, мельком глянула на Диту Венер. Наследница клана Венер была чуть младше Ранзы, а внешне напоминала свою мать, вот только уступала ей в размерах форм и росте, что, по мнению Махамайи, добавляло девушке утончённости. Если бы Дита не явилась на Ареопаг в «голом» платье, как делала её мать, Ранза, возможно, даже не считала бы её вульгарной. А так…

«Бесстыжие бабы! Ну, явно же здесь какой-то подвох! Эта Тюран ему в матери годится! Хотя, надо признать, выглядит тварь гораздо моложе своих лет…»

– …Так найдите их с помощью Ока Истины! Чего тянуть-то?! – услышала Ранза голос Ладимира Перуна. Несмотря на собственные переживания, молодая богиня помнила, что она глава клана. Да, обсуждаемый вопрос на самом деле мало интересовал её в данный момент, но, тем не менее, мозг девушки фиксировал основные тезисы, звучащие на Ареопаге.

Внезапно Ранза поняла, что тишина отчего-то затянулась. Затем с разных концов зала начал звучать удивлённый шёпот. Наконец-то раздался стук, слово взял Абалим Михаил:

– К сожалению, такой возможности у нас нет. Возможно, то, что вы сейчас услышите, скомпрометирует Орден Великой Инквизиции в ваших глазах. Однако прошу учитывать, что Око хранилось в самом защищённом нашем хранилище: десять поясов магии плюс два дежурных Грандмагистра, готовых в любой момент связаться со мной.

Стук.

– И, несмотря на это, у вас, как я понял, прямо из-под носа увели редчайший Артефакт, ради которого пришлось отправлять экспедицию во Фронтир? – лениво проговорил Левьер Бегемот. – Вы там совсем мышей не ловите?

Стук.

– Око действительно украдено?! – проревел Ладимир. – Кем?! Кто-то одолел двух Грандмастеров до того, как там появились вы, Господин Абалим? Или же с Грандмастерами всё в порядке? Давно украли? – Перун говорил напористо и громко, однако, как обычно, умудрялся соблюдать нормы приличия. Ранза поняла, что у этого бога уже появились какие-то подозрения, однако он их не высказывает, ибо любое неосторожное слово, брошенное на Ареопаге, может развязать войну между кланами.

– Инцидент произошёл позапрошлой ночью, – напряжённо проговорил Гроссмейстер. – Как вы и предположили, Господин Перун, с Грандмагистрами всё в порядке. Они заметили пропажу, лишь когда сработала сигнализация, спровоцированная датчиком веса. То есть в ту секунду, когда Око исчезло со своего постамента. Хотя на записях с видеокамер этот момент не запечатлён из-за фильтров.

– У вас вор ещё и фильтры успел поставить? А-ха-ха!!! – расхохотался Бегемот. – Может, он ещё и кофейку выпил в столовой? И служебным туалетом воспользовался? При всём уважении, Господин Абалим, Великая Инквизиция слишком уж много ошибок допустила в последнее время. Может быть, после того, как мы примем решение запретить Чёрную Инквизицию, стоит поднять аналогичный вопрос в отношении Великой?

После выступления Левьера Ранза подумала одновременно о двух вещах. Во-первых, не зря считают демонов самыми рисковыми из Старших Рас. Особенно демонов, которые чувствуют за собой силу. Бегемот вновь сидит рядом с Кезефом. То же место, что на прошлом Ареопаге занимала Тюран Венер, неожиданно оказалось занято Пикколо Патолсом. Торговый партнёр клана Махамайя решил завязать дружбу с новоявленным главой клана Люцифер?

Ранза на мгновенье поморщилась, представив, что эти трое (а может, их будет ещё больше) объединятся в военный альянс. Спрятала эту мысль подальше, переключилась на другую: хоть любое неудачное слово на Ареопаге может привести к войне, не стоит считать глав кланов прямолинейными кровожадными идиотами. Если война тебе не выгодна, ты приложишь все усилия для того, чтобы сгладить конфликт и сохранить лицо. Тот же Орден Великой Инквизиции не воюет с кланами (по крайней мере, в открытую), а значит, можно кидать камни в огород Гроссмейстера, чем только что и занимался Левьер.

Стук. В центре зала появилось изображение Агни Гаруды:

– Господин Бегемот, – спокойно произнёс он, – на правах Председателя я рекомендовал бы вам сейчас не поднимать вопрос о доверии к Ордену Великой Инквизиции. Вклад Господина Абалима в обеспечение безопасности во всей Рурк-Поркской Оси Миров неоспорим.

– Ну, раз уж вы просите, – развёл мясистыми руками в стороны Левьер и стукнул по столешнице, убирая своё изображение из центра зала.

– Господин Абалим, – продолжил Агни, как и прежде, сидевший по соседству с Ранзой, – вам удалось выйти на след похитителей?

– Да, – коротко ответил Архангел, однако после нескольких секунд молчания добавил: – Но я не хотел бы делиться промежуточными итогами расследования по понятным причинам.

Стук. И вновь рожа Бегемота. Ранза, немного отвлёкшись от личных переживаний, поймала себя на мысли, что Левьер пребывает в прекрасном расположении духа:

– Не желаете демонстрировать общественности грязное бельё Ордена?

Стук, в центре зала появилась голограмма Рахмиэля Михаила. Глава клана Михаил был хмур:

– Полагаю, Господин Гроссмейстер, как и положено благородному Аристократу, не желает случайно подставить под удар невиновных.

Отвечать что-либо старшему брату Абалима Бегемот не стал, лишь несколько раз кивнул огромной головой. Обсуждение же плавно вернулось в изначальное русло: главным вопросом, стоящим перед Ареопагом, до сих пор оставался «что делать со сбежавшими лидерами Чёрной Инквизиции». Ведь получилось так, что сдались в плен лишь мелкие пешки. Сканирование их памяти и мощные ментальные техники дознания истины не дали результата – нельзя ведь извлечь то, чего нет. Потому и остаётся лишь продолжать исследовать архивы Ордена, и, конечно же, их замки со всеми содержащимися внутри предметами, надеясь уловить остаточный след.

– Эх… вот бы лафа была, если б можно было просто ентого Элигора из мёртвых поднять и заставить всё рассказать! – во время обсуждения малоопытный глава клана Дрорин Бубьенщит забылся и ляпнул глупость. В открытую над ним никто не стал смеяться, однако косых взглядов гном удостоился.

– Согласен, Господин Бубьенщит, было бы действительно славно, – на правах Председателя решил поддержать гнома Гаруда. – Конечно же, мы попытаемся временно оживить его или извлечь воспоминая напрямую из мозга, однако вероятность успеха крайне мала. К сожалению.

– Да знаю я, – вздохнул гном, – защиты, будь они неладны…

Ранза, как и другие главы, прекрасно знала, что представители особо сильных родов с младенчества ставят мощные ментальные блоки в мозгу своих детей. Да, полностью защититься от ментального контроля невозможно, но с помощью блоков получается скрыть наиболее ценную информацию о роде и клане, а также предотвратить «добычу» любых знаний из мёртвого мозга или насильственное воскрешение в качестве куклы.

– А может, это… – внезапно заговорил Дрорин. – Господин Люцифер поможет обойти его клановый блок? – довольно искренне улыбаясь, он посмотрел сперва на Председателя, а затем и на Кезефа.

Стук. В центре зала появилась голограмма демона, лишь несколько часов назад ставшего главой своего клана:

– С радостью бы, Господин Бубьенщит, – лучезарно улыбнулся Кезеф. – Но нет. Перед тем, как передать тело дядюшки Комиссии по делу Чёрной Инквизиции, я с помощью специалистов моего клана честно пытался достать из его черепушки хоть сколько-нибудь ценную информацию. К сожалению, ничего не вышло. Одних наших сил не хватило, чтобы взломать наш же блок – мой дед чересчур скрупулёзно подходил к вопросу ментальной защиты.

– Так может, это, ну… объединить силы? – гном довольно потешно хлопнул глазами. Ранзе показалось, что кто-то вздохнул, сочувствуя наивности Дрорина. Всё-таки, раз уж никто из твоих предков не руководил кланом, в одиночку сложно обучиться этому мастерству – хватает тонкостей, понять которые проще, имея за спиной опыт поколений.

– Прошу прощения, Господин Бубьенщит, – усмехнулся Кезеф, – но даже ради общего дела я не стану показывать кому-то защитные схемы моего клана.

В этом вопросе Махамайя, как и подавляющее большинство присутствующих, поддерживала Люцифера. А ещё Ранза заметила, что Кезеф даже не пытается выглядеть расстроенным смертью своего отца и ведёт себя как обычно.

Неожиданно Махамайя поймала себя на вполне очевидной мысли. Ей даже стало стыдно, что только сейчас подумала об этом. Как же хорошо устроился новоявленный глава клана Люцифер! Око пропало, а Элигор мёртв. Даже при большом желании никто не сможет увидеть момент кончины прошлого главы клана.

Глава 1. Венера

Я никогда не испытывал недостатка в женской ласке. Едва я вошёл в тот возраст, когда всерьёз начинаешь интересоваться противоположным полом, всегда находил себе пару. Редко среди сверстниц – обычно среди тех, кто был немного постарше, так как молоденькие девочки отталкивали своей глупостью.

Внутри черепной коробки гулял ветер. Я осознавал, что стал практически рабом этой баб… дамы! Очаровательной, прекрасной и дико сексуальной женщины.

Сжал кулаки так, что костяшки побелели, и медленно выдохнул. Чёрт возьми, сегодня я стал Осевым Аристократом, а из-за неё вся торжественность момента пошла прахом. Стоя в центре зала, я смотрел, как Председатель, сухой ушастый старик, вертел в руках сияющий коралловым светом диск. Председатель приложил этот особый камень к моему сердцу и лбу. Диск медленно изменил форму – вытянулся, приобрёл заострённые углы и стал похож на треугольный щит.

Сияние погасло, и я увидел свою гербовую эмблему – драконоподобного демона-хомяка. Иначе и не назовёшь это странное существо с изогнутыми рогами, драконьим хвостом, нетопыриными крыльями и лапами, напоминающими мою правую руку до того, как дядя Гена «прикрыл» её татуировкой.

– Это грызун? – удивлённо спросил кто-то из присутствующих. – На гербе зверь бастардов? Как такое может быть?

– Это создание не похоже ни на одного известного мне грызуна, – задумчиво ответил Председатель, передав мне треугольный герб, размерами не превышающий обычный альбомный лист. – Всем известно, что эмблема вновь созданного герба есть внутренняя суть вновь появившегося Осевого Аристократа.

Если бы мои мысли не были заняты прекрасной Венерой, возможно, я бы дольше размышлял на тему, почему «моя внутренняя суть» – хомяк. А так разок обратился к чуйке. Судя по всему, из-за того, что мы слишком сильно сблизились с Юрой.

Чёрт возьми, ну сколько можно заставлять меня ждать? Где моя невеста? Моя красавица, моя Тюранушка…

А!!! Я не могу долго думать о чём-то или ком-то, кроме неё.

Раздражённо ударил кулаком по мягкой перине и, тяжело дыша, уставился на дверь. Она велела приготовиться и ждать её в постели, что я и делаю, изнывая от желания.

Я посмотрел на кулак, сконцентрировал в нём немного праны и вдарил себе по челюсти. Голова откинулась назад. Немного отпустило…

Благодаря чуйке я понял, что происходящее со мной – не магия. Точнее, магия, но не совсем… Ох, блин, даже сейчас мысли путаются…

В общем, Родовая способность Венер, условно говоря – разгонять по максимуму свои феромоны и направлять весь этот букет на конкретную особь. Причём эффект сохраняется, даже если Тюран нет рядом. В итоге я всё время хочу её. И именно её – остальные барышни вообще не вызывают никакого желания.

Ранза пугала тем, что может с помощью своих способностей подчинить мой мозг (а через него и тело). Тюран же делает с точностью до наоборот. Едва она вошла в переговорную в замке дяди Гены, я только что язык не высунул и хвостом не завилял. Я был её целью. Правда, краем глаза отметил, что и Арнольд с Горландом, и даже немножечко Кимира глядели на богиню с явным желанием в глазах. Видимо, из-за того, что Тюран находилась слишком близко, моя троица случайно попала под «обстрел».

– Почему все хотят заполучить тебя, Илья? – томно пропела Венера в тот раз.

– В основном, из-за моей Индивидуальной способности, – сразу же ответил я, надеясь порадовать её.

– И какова же она? Твоя Индивидуальная способность?

Вчера я всё рассказал Тюран. А сегодня заявил перед Осевыми Аристократами, что стану её мужем-подкаблучником, приняв предложение матрилинейного брака. Эта сучар… прекраснейшее создание явно заинтересовалась моей чуйкой. Я прям уверен, что нужен ей для чего-то более важного, чем помочь принять решение, в какой валюте хранить клановые сбережения. Думая об этом, вспомнил Сета с его «Вершиной Мира» и «игрушечными» разноцветными шариками. Способность подсказывает, что нечто подобное интересует и мою невесту.

Невесту… едрить её! Как же эта шма… обворожительная красавица на глазах у Осевых Аристократов повела меня из зала. Ещё пообещала им выслать приглашения на свадьбу, когда мы определимся с датой. Чтоб она сдохла раньше! Но только после сегодняшней ночи…

Дверь комнаты начала отворяться. Сердце бешено заколотилось, дыхание участилось, я приподнялся на левом локте… И через пару секунд увидел её – свою обворожительную богиню. Она игриво улыбнулась, прикрыла за собой дверь, потянула шелковую завязку халатика…

Я не выдержал и, откинув в сторону одеяло, совершенно нагой рванул к ней. Знал, что дальше будет только хуже, но никак не мог противиться животным инстинктам…

Часа два, если не больше, мы предавались страстным утехам. Демон и богиня, да ещё и при поддержке Родовой Способности Венеры и моей Индивидуальной (отлично подходящей для того, чтобы понять, что конкретно нравится той или иной женщине) – это просто убойная смесь!

Я знал, что Тюран не играет, не кривит душой. Она действительно наслаждается процессом. В этом её суть! Чёртова нимфоманка…

Когда я проснулся, Венеры рядом не было. Лёжа на кровати, прислушался к собственным ощущениям. Хм… после ночи с богиней мне стало физически легче, животные инстинкты теперь чуть меньше давят на мозг. Однако появилось другое. Хочется повторить. Снова и снова. Это чувство не просто зародилось, оно уже успело пустить корни и дать побеги. Сверился с чуйкой. Да, с каждым часом желание будет усиливаться – эдакий коктейль из концентрированной похоти. Желание получить сам факт близости с Тюран, излить сексуальную энергию и повторно испытать те же захватывающие ощущения, что испытал этой ночью. С уверенностью могу сказать, что ни одна человеческая женщина не сравнится в постели с богиней любви, ведь именно под этим «титулом» представительниц рода Венер знали на Земле.

Из-за всех этих размышлений мне стало тошно. Чувствую себя грязным, оплёванным и мерзким. Как ни крути, Родовая Способность моей обольстительной невесты ужасна. Не спорю, во всех мирах найдётся предостаточно мужчин, желающих оказаться на моём месте. Ну а что? Ничего особо решать не надо – лишь делай то, что велит самая красивая и сексуальная женщина во всей Оси, а пока ты находишься под действием её феромонов, иначе для тебя и быть не может. Кроме того, вряд ли тебе придётся физически трудиться – твоя пассия как-никак глава клана, будешь жить в роскоши и сытости, каждый день занимаясь с ней диким… жарким… горяч…

Я опять ударил себя кулаком в челюсть. Как же меня это бесит, а! Это насколько же гадкая её Способность? Ведь сейчас я страдаю не из-за того, что мне насильно промыли мозги и заставили думать о Тюран, нет! Я страдаю из-за собственного тела! Из-за физических особенностей! Потому что молод, потому что всё в порядке с гормонами. Потому что я демон, в конце концов! Земные легенды говорят, что демоны подвержены страстям. И это правда! Чем сильнее я становлюсь, чем больше у меня ёки, тем красочнее я вижу и ощущаю миры. Вкус битвы становится слаще, вина – ярче, ну а женщины… особенно такие, как Тюран…

Зарычав, я схватился за виски. Уселся на кровати, затем резко встал. Сконцентрировав прану, обратился к чуйке, в очередной раз пытаясь найти способ избавиться от наваждения.

Самый простой, прямой, как лом – принять. Перестать пытаться сбросить оковы и стать послушной игрушкой Венеры. Тогда станет легче. Да, постоянное желание останется, но оно будет не столь острым. Ведь сейчас оно усиливается из-за моего «отрицания»: когда ты чего-то хочешь, но отговариваешь себя, ищешь причины, почему нужно отказаться от своего желания, оно ещё сильнее терзает тебя. Когда же причин отказываться нет, и ты сам разрешил себе взять то, чего жаждешь, жить становится проще. Ведь барьеры исчезли, и ты можешь получить желаемое в любой момент.

Естественно, такой путь не по мне. Нужно искать другие варианты. Вряд ли Стражи способны помочь, а вот кое-кто более опытный и Древний вполне может сгодиться.

Материализовав с помощью кольца-оруженосца катану, я крепко сжал её в руках и предельно чётко сформулировал мысль:

«Кэррилэр, привет! Нужна твоя помощь!»

Он не ответил. Я подождал немного и произнёс вслух:

– Нужно поговорить, мой друг.

Тот же результат. С ним всё в порядке? Определённо. Значит, проблема в другом. Во мне? Верно…

Дракон меня игнорирует. Чёртова ящерица!

Спокойно… Разберусь с ним позже, когда мозги встанут на место.

Несколько секунд я молча смотрел на катану, всё ещё пытаясь связаться с Банкой. Мысли путались, то и дело в голове всплывал образ обнажённой Тюран. Как же сильно это меня бесило…

Что делать?.. Мне нужно как-то подчинить своё тело! Отвлечь его! Отвлечь тело? Это возможно?..

Вот я идиот! Я же уже несколько раз сбивал своё похотливое желание банальной физической болью! Мозги совсем заплыли, раз раньше не додумался эту боль усилить!

Выхватив меч из ножен, я полоснул остриём левую руку от плеча до локтя. Резал так, чтобы разошлась кожа…

– А-а-у… – прохрипел я.

Больно…

С помощью праны я сдерживал кровотечение, но специально не гасил боль. Вот теперь мне не до утех. Нужно срочно одеваться!

Я облачился в облегающие коричневые брюки и надел клетчатый приталенный пиджак на голое тело, на шею повесил бабочку – этот наряд мне вчера выдали по приказу Тюран.

Убрав меч в межпространственный карман, я залез в слипоны, вышел в гостиную своих покоев, а из неё и в коридор. Воровато огляделся и поспешил к лестнице.

– Господин Илья! – эльфийка-служанка в коротеньком платьице, увидев меня, сперва вытянулась по струнке, а затем поклонилась так низко, что в вырезе платья я увидел почти всю её грудь. В очередной раз отметил, что плевать мне на чужие прелести. Нужны только прелести моей невесты! Чтоб ей пусто было, красотке ослепительной. Убью это сучку! Если мозги в кучу соберу и смогу придумать, как справиться с Грандмастером. – Госпожа Тюран велела подать вам завтрак, когда проснётесь, – продолжала тем временем говорить эльфийка.

– Подай в общую гостиную, скоро буду, – отмахнулся я, и не думая сбавлять шаг.

По пути к выходу из особняка я столкнулся с ещё несколькими слугами. Оказавшись на улице, поздоровался с двумя эльфами-садовниками, препирающимися из-за того, какой тон придать сегодня бутонам роз: молочно-белый или нежно-кремовый.

Немного поплутал по аллейкам, но, наконец, оказался на нужной. Сконцентрировав в ступнях прану, я ускорился.

Точно поезд метро, я нёсся по мощёной дорожке мимо высоких деревьев. Через несколько секунд впереди показались длинные двухэтажные дома с красивыми барельефами на фасадах. Вокруг каждого были разбиты живописные палисадники, огороженные декоративными коваными оградками. Отчасти эта картина напоминала вид элитного коттеджного посёлка.

Один из домиков привлекал внимание больше других, он будто бы являлся центром композиции, и вокруг него не было ни души. В то время как вокруг других кипела жизнь: возле одного бородатые гномы и гномихи принимали грязевые ванны под открытым небом, возле другого орки с орчанками пьянствовали в беседке, возле третьего эльфы и эльфийки поливали клумбы, возле четвёртого люди играли в бадминтон. Возле остальных домиков можно было увидеть и межрасовые компании. Идиллия. Вот только кто-нибудь нет-нет, да и посмотрит в сторону пустого участка.

Если подумать, я первый раз вижу подобный посёлок клановых слуг. Все эти разумные – Дружинники и Стражи Осевых Аристократов. Ничего удивительного в том, что они живут возле особняка своих Господ, нет.

Сопровождаемый внимательными взглядами местных жителей, я подошёл к калитке безлюдного участка. Она оказалась не заперта, и я вошёл на территорию. Уверенно прошествовал по дорожке и, поднявшись на крыльцо, потянулся пальцем к кнопке звонка.

Нажать не успел – дверь распахнулась, и я увидел на пороге Адду. Она смотрела на меня припухшими покрасневшими глазами, не решаясь произнести хоть слово.

– Илья! Хвала Небу! Рад тебя видеть! – воскликнул Арнольд, отодвинув сестру в сторону и позволив мне войти внутрь.

– Ну, как ты? – спросила Кимира. Прищурившись, она будто бы пыталась разглядеть что-то на моём лице.

– Отвратительно, – ответил я, прикрыв за собой дверь.

Адда неожиданно вздрогнула, повела носом и уставилась на мою левую руку.

– Ты ранен? – выпалила оборотень, подавшись вперёд и потянувшись к пуговицам моего пиджака. – Нужно осмотреть рану, срочно!

– Илья, что случилось? – насторожилась Кимира.

Внезапно в голове всплыли особо горячие сцены минувшей ночи, я застонал и опёрся спиной на дверь.

– Тебе плохо? Ты странно выглядишь, – проговорила волшебница. – Чёртова Венера, что она с тобой сделала? Если даже я чуть на неё не накинулась, когда она просто прошла мимо, что же испытываешь ты? Ведь она явно на тебя нацелена была, а я сразу не сообразила… Прости, это наш косяк…

Кимира что-то щебетала, а я почувствовал, как стало чуть легче дышать – ловкие пальцы Адды быстро расстегнули пуговицы тесного пиджака.

– Горланд… дай соль… – выдавил я, но супруг-телохранитель замешкался, с недоумением глядя на меня. – Живо! – пришлось на него рявкнуть.

Тем временем оборотень стянула с меня пиджак.

– Кто это сделал? – недобро прорычал Арнольд. Как и девушки, он смотрел на мою глубокую рану.

– Я… Адда… не надо… – я схватил правой рукой за запястье целительницу, уже хотевшую заняться лечением моей раны.

– Но почему? Зачем? – не поняла она.

Горланд вернулся из кухни и, подойдя ко мне, протянул солонку.

Как же прекрасна моя Тюран… какая красивая, обворожительная, желанная… Нужно скорее вернуться в особняк, вдруг она уже дома. И тогда…

– Дай сюда! – я вырвал солонку из рук волшебника, сорвал крышку и, прекратив удерживать кровотечение с помощью праны, засыпал соль в глубокую рану. Как раз в алый жёлоб, образовавшийся из-за разошедшейся в разные стороны кожи. – А-А-А-А!!! – заревел я во всю глотку.

– Илья! – оборотень, похоже, вновь кинулась ко мне, но почему-то не стала прикасаться. Зажмурившись, я орал от боли и не видел, что делают другие. Мой мозг лишь фиксировал обрывки их фраз: