Чумичка

То, что Сашка не понравилась деду, который встречал ее во дворе, она, хоть и была маленькая еще, но сразу это поняла.

Дед, смотрел на нее не очень приветливо и почему-то назвал ее чудным словом Чумичка.

Сашка не понимала, что это значит, ей тогда было-то всего четыре года, но после этого к деду относилась настороженно и чуток побаивалась его.

А вот бабушка сразу обняла Сашку и тихо заплакала причитая:

– Бедный ты наш, ребятенок!

Почему бедный, Сашка тоже не понимала, она обняла бабушку и прижалась к ней.

Так в семье Семена и Марфы появилась внучка Сашка, или Чумичка, как ее окрестил Семен.

Вообще-то, в семье Семена было двое детей, сын Иван и дочь Вера.

Сын Иван рос, и никаких проблем с ним у родителей никогда не было.

Учился он с охотой и успевал по всем предметам. Помогал дома отцу и Семен, глядя на мужавшего Ивана, радовался, какой у него растет хороший помощник.

Иван окончил школу и поехал в город, где выучившись на механика, вернулся домой в деревню, женился, взял в жены хорошую девушку из соседнего села. Поговорив с родителями, переехал к жене жить в ее дом, потому что там была у нее больная мать и брат, на много младше ее, за которым нужен был глаз да глаз, да и мужское воспитание ему тоже не повредило.

А потом в семье Ивана родился, сын, которого назвали в честь деда тоже Семеном.

Деды были рады за Ивана, что у него все так хорошо сложилось в жизни.

А вот с Верой все было немного сложнее.

Вера в противоположность Ивану росла непутевой, так про нее недовольно качая головой, говорил Семен.

Вера росла красивой девкой, видимо, пошла вся в отца.

Высокая, стройная, с большими серыми глазами и копной русых волос, заплетенных в длинную косу.

В пятнадцать лет за ней уже табуном ходили деревенские парни.

– Ох, Верка! Довертишь ты хвостом! – сердито говорил Семен, – прищемят его тебе когда-нибудь!

Вера только отмахивалась и весело смеялась на отцовские слова.

После окончания школы, Вера, как говорил Семен, «усвистала в город» учиться на швею. Во всяком случае, она так сказала родителям, и вот уже долгое время они понятия не имели, где она и что с ней.

В первый год обучения она еще писала родителям коротенькие письма, а потом совсем пропала.

Семен даже хотел уже попросить Ивана съездить в город и узнать, как там «эта непутевая», но тут от нее вдруг пришло, то последнее письмо, где Вера сообщала, что у нее все нормально, и что она скоро приедет. На этом все и успокоились.

– Непутевая дочка у нас выросла, – сердито говорил Семен жене, а та только тяжело вздыхала и вытирала набежавшую слезу.

Какая бы она не была, но она же, была их дочь и у нее, как у любой матери, всегда болело сердце за Веру.

– Ты старый не говори так! – сказала она ему тихо, – какая бы она не была, но она наша дочь!

Дед хмурил брови, и махнув рукой, уходил во двор, где долго курил и думал свои думки.

Но время шло, а Вера все не приезжала.

Марфа совсем извелась, а Семен ходил и сердито смотрел на жену и, видимо, стараясь успокоить, то ли себя, то ли Марфу, ворчал:

– Да что ей сделатся-то? Чего ты тут сырость разводишь? Она у нас вона какая, «сорви голова», – он сильнее хмурился, недовольно качал головой и тихо ворчал, – ох и не путевая …

Каким бы сердитым и суровым не был Семен, но он по своему переживал за дочь, стараясь не показывать это Марфе.

Время шло, а от Веры так и не было никаких вестей.

Сашка свалилась на голову дедов как-то внезапно.

Однажды утром к их дому подкатил легковой автомобиль, и оттуда вышла очень официальная дама в строгом черном костюме и белой блузке с ярко накрашенными губами.

– Это кого ж еще к нам принесло, прям с утра? – щурясь и всматриваясь к нежданным гостям, проворчал Семен, – никак Верка наша, чего натворила?!

– Да тьфу на тебя! – испуганно сказала Марфа и поспешно пошла к воротам.

Дама оказалась представителем отдела попечительства из города.

– Скажите, Вера Семеновна Грачева, это ваша дочь? – спросила она, строго глядя на Семена и Марфу.

– Ну да, выходит, что, наша! – ответил Семен, – а чего такое то?!

– Вы понимаете, мы вот на вокзале нашли маленькую девочку! – женщина сделала нажим на слово «маленькая девочка» и многозначительно замолчала.

Деды удивленно переглянулись и опять уставились на даму.

После паузы дама продолжила:

– Так вот! В кармане курточки, в которой была эта девочка, мы нашли записку и документы на ее имя! Там был указаны фамилия, имя, отчество ее матери, и было написано, чтобы девочку отправили именно Вам, ее родителям! Мы вот поискали и нашли ваш адрес! – она опять строго посмотрела на дедов.

– А что за записка то? А сама-то Верка где? – спросил Семен.

Дама открыла папку и достала кусок тетрадного листочка в клеточку и протянула ему.

Семен взял его и прищурившись прочел.

« Александра Яковлевна Грачева, ее мама Вера Семеновна Грачева, живет в деревне Глухаревка. Отдайте девочку ее родителям»

Причем почерк был явно не Верин, а какой-то корявый, вроде как писал старый человек.

Семен недоуменно посмотрел на даму и вернул ей записку.

– Ну.. вроде как про нас речь,.. – сказал он.

– Вот я и приехала узнать, может Ваша дочь у Вас тут дома? –сказала дама, – ну мало ли… ребенок не нужен, вот она и оставила его…

– Да нуу.!!! Не может такого быть… чтобы Верка и бросила…! – сердито сказал Семен, -да и нету ее, у нас! Мы, вообще, ее почитай уже лет шесть или семь дома не видели! Правда , как-то приходила писулька от нее, но она написала, что у нее все хорошо, что она работает и чтобы мы не волновались и как только будет возможность она приедет! Правда, вот приехать, так и не приехала! – Семен почему-то сердито глянул на жену. А та стояла и молчала. – так чего от нас-то надо? – спросил он у дамы.

– Мы приехали узнать, можем ли мы передать Вам ребенка? Посмотреть на Вас и на условия проживания и, за одно, спросить, будете ли вы забирать девочку? Если нет, то мы будем оформлять документы и отправлять ее в детский дом!

– Зачем же в этот дом?! – испуганно заговорила Марфа, – дитё же! Как она там-то? Нет, нет! Вы смотрите, у нас хороший дом и комната отдельная есть, Верина!

Семен с Марфой были не настолько уж и старыми, как это казалось на первый взгляд, просто выглядели, может не так респектабельно, как их сверстники в городе, деревенская жизнь она ведь накладывает свой отпечаток на людей. Да еще окладистая борода Семена добавляла ему годов. А Марфа в своем темно-синем платочке и морщинками вокруг глаз, которые у деревенских женщин появляются очень рано от работы на солнышке, тоже ее не молодили. Да и изработанные руки, которые Марфа постоянно прятала под фартук, тоже делали свое дело. Ну не было на них маникюра и вены вон как вздулись от работы.

А так Семену на тот момент было немного за шестьдесят, а Марфа была моложе его на пять лет.

Семен женился на Марфе после того, как его жена тихо умерла дома от сильной простуды и он, остался вдовцом в тридцать два года, и без детей.

Похоронил жену, погоревал, да начал присматривать себе другую жену. Ну не век же ему горевать и жить бобылем, да и деток ему сильно хотелось, чтобы в доме детский смех был слышен, и пахло пирогами.

Семену про Марфу, рассказала его соседка, бабка Маша, так звали девушку, которая жила в соседней деревне .

– Ты сынок не смотри, что она не красавица, она девка добрая, хозяйственная! Вон после смерти матери уже второй год одна живет, а в доме прям красота и порядок и в огороде всегда все ухожено! Рукодельница и вяжет и прядет! Главное, что замужем не была! Ребятенков тебе народит! Чего мотыляться то в бобылях!? Так что ты поезжай, приглядись! С лица воды не пить, а вот с доброй душой долго жить!

И он поехал, вроде как, и по делам, ну и, за одно, посмотреть на претендентку в жены.

Удивительно, но, несмотря на описание бабки Маши, про не очень красивую Марфу, Семену она приглянулась.

Марфа была хоть и не красавица, но не лишена миловидности.

Семен увидел скромную, аккуратную девушку в беленьком платочке и милой улыбкой на лице.

– И чего баба Маша сочиняла? Хорошая девка! – подумал тогда Семен.

Через неделю он приехал к ней свататься.

Вообще-то, Марфа знала Семена, он частенько приезжал к ним в деревню, потому как, был механиком и его приглашали чинить технику в коровнике, где она работала, так что видеть она его видела и про его горе знала, бабы нашептали, и сильно жалела, что вот, такой мужик, а остался один.

Он ей внешне очень даже нравился.

Высокий, симпатичный, деловой, но она и подумать не могла, что он, когда-то вот обратит на нее внимание. В деревне и у Семена, да и у них, было полно красивых баб, которым Марфа была явно не соперница.

Когда в дом Марфы пришел Семен, в парадном костюме, то она даже как-то растерялась от неожиданности.

Вот уж кого-кого, а его, она никак не ожидала увидеть у себя в доме.

День был воскресный, она стояла около печки и пекла блины.

Семен зашел в дом.

– Доброго дня хозяюшка! – сказал он, – гостей примешь?

– Да проходите, пожалуйста! – Марфа растерянно смотрела на него, – мы гостям завсегда рады!

– Ну вот, и ладно! – Семен прошел к столу, сел на табурет и замолчал.

– Чай с блинами .. угоститесь? – спросила Марфа слегка краснея.

– Чай это, конечно, хорошо… – Семен как-то замялся, – ты вот присядь ка, разговор у меня к тебе!

Марфа вытерла руки о полотенце, и сев за стол, выжидательно смотрела на немного смущающегося Семена.

– Я чего пришел-то? Ходить вокруг да около не буду! Выходи за меня замуж… думаю, ты знаешь, что я вдовый, детишек у меня нет, а хотелось бы…. да и хозяйку в дом мне надо, чай не пацан какой одному проживать…не ловко как-то… так что вот! – он глянул на совсем раскрасневшуюся Марфу.

Такого поворота дел она вообще не ожидала.

– Ты не сумлевайся! – опять начал Семен, видя, что Марфа засмущалась совсем, – ты мне очень даже нравишься, ну а я… тут уж тебе решать.. как скажешь, так вот и будет…

И Марфа согласилась.

Они сходили в Сельсовет, расписались и Семен перевез Марфу к себе в дом.

У Семена дом был добротный, сам строился в надежде, что у него будет большая семья, да и, животины был полон двор.

Дом Марфы продали, а на вырученные деньги купили двух поросят и новое пальто Марфе.

Когда Марфа забеременела, то Семен, прям, летал от счастья.

Родился сын Иван, а потом, через три года появилась и Вера.

Теперь у Семена с Марфой была полнокровная семья, и они оба были счастливы.

Чтобы продемонстрировать свой дом Семен пригласил даму внутрь, где та придирчиво обошла комнату, которая раньше принадлежала Вере.

Комната была светлая, на стене висел ковер с оленями, аккуратно заправленная кровать красивым покрывалом и вязаной накидкой на подушках. Около окна стоял стол, за которым занималась когда-то Вера. На стене висели полки с книгами и на подоконнике стояли горшки с цветами.

– Ну что ж, все замечательно, – сказала дама и вопросительно посмотрела на Семена, – ну так что? Будете забирать девочку?

– Дык куда ж деваться, раз наша!? – сказал Семен.

– Тогда, Вам необходимо поехать со мной, чтобы оформить все бумаги и не забудьте паспорт! – и она пошла на выход.

– Вот же… – сокрушено как-то сказал Семен и пошел переодеваться. Поезда в город для него, это было целое событие.

Пока Семен одевался, Марфа пригласила даму попить чай с пирогами. Та ломаться не стала, и Марфа накрыла на стол. Потом и водителя позвали угоститься.

Как раз в это время в дом зашел Иван, он обещал помочь Семену подлатать крышу на сарае

– Добрый день! – сказал он, войдя в дом и увидев незнакомых людей, – что случилось?

Марфа быстро объяснила ему все о вдруг появившейся внучке, и Иван сказал, что поедет с отцом, чтобы там помочь ему с бумагами.

– Я брат Веры, так сказать, тоже родня! – опередил ее Иван, улыбаясь, – там же опеку нужно будет оформлять, так что, если что, я могу оформить на себя, ребенок же не виноват, что его бросила непутевая мать, а раз уж наш, то мы его не бросим!

– Это очень хорошо, – сказала дама, – только документы возьмите с собой.

Иван сгонял на своем мотоцикле обратно к себе домой за документами и через полчаса вернулся.

– Светланка, жена моя, сказала, чтобы вез всех, воспитаем! Так что поехали!

Он вместе с Семеном и дамой уехали в город

После оформления всех документов, через неделю Иван привез Сашку к Семену в дом.

– Ну что, забираю, или что? – спросил он отца.

– Пущай у нас живет, тебе что, своих там мало, что ли? Вон Светланке скоро второго рожать! Да Семка еще мал! Вам там не до нее будет! Оставляй. справимся! Вас же вырОстили, и с этой справимся!

Иван поставил сумку, с какими-то вещами.

– Это тут ее все! Пригодится! – сказал он и ушел домой.

Девочке было года четыре, она была худенькая, маленькая, как мышонок, с копной кудрявых черных волос и огромными черно-угольными глазами на худеньком смуглом личике.

– С цыганом, что ль согрешила? – пробурчал недовольно Семен, разглядывая девочку, – Чумичка какая-то!

– Прекрати дед! – прошептала Марфа и протянула руки к девочке, которая стояла и испуганно смотрела на них, – иди ко мне моя хорошая! Иди! Как тебя зовут?

– Саша, – еле слышно сказала девочка и шагнула к Марфе.

– Сашенька! Какое красивое имя! – Марфа гладила Сашку по кудрявой голове, – что ж ты такая худенькая то?! Ну пойдем, я тебе покажу твою комнатку, ты там теперь будешь жить! – она взяла девочку за руку, и подхватив сумку, повела ее в дом.

Семен нахмурил брови и сел на скамью.

– Мдааа! Вот уж точно непутевая вышла у нас дочь!– пробурчал он и задымил папиросой.

В тот день, когда мужики укати в город Марфа полезла в чулан и достала оттуда большую коробку с Вериными игрушкам.

– Вот и пригодились, – улыбаясь, сказала она, вытаскивая из нее кукол, зайцев, собачек, – вот мы вас сейчас вымоем, вытрясем и будете вы опять радовать девчушку!

После приведения всех в надлежащий порядок, она усадила игрушки в кресло, которое стояло в комнате Веры и в комнате стало веселее. Все говорило о том, что здесь скоро появится новая хозяйка всего этого богатства.

Марфа привела Сашку теперь уже в ее комнату.

– Ну вот! Теперь это будет твоя комнатка! – сказала она, ставя на пол сумку.

– Вот, прям моя? – удивленно спросила Саша, и сразу побежала к креслу, где ей весело улыбались игрушки, – и это тоже мое? Вот прям мое??

– Твое твое! Ты давай тут пока похозяйничай, а пойду на стол накрывать, обедать будем! – улыбаясь, сказала Марфа и пошла на кухню.

– Вот бы мама видела, как тут хорошо, – сказала тихо Саша,– игрушек, скока много… – она села в кресло прижала к себе большую куклу и грустно уставилась в окно.

Семен, покурив, пошел в дом, было время обеда.

– Ну что, обедать-то будем сегодня? – сердито спросил он, – а Чумичка наша где?

– Семен! Ну ты прям как маленький! Саша ее зовут! Чего ты!? – сердито сказала Марфа, – садись, я тебя покормлю, а потом и Сашеньку!

– Неча разделять! – сказал Семен, – раз уж обед, то пущай все садятся за один стол!

– Да не шуми ты так! Громкий какой! Сейчас, значит, и ее приведу! – сказала Марфа и укоризненно посмотрела на него, – взрослый мужик, дед уже, а все брындишь! Она причем здесь? Она ребенок!

– Ладно, мне тут! – Семен как-то смягчил тон, поняв, что перегнул чуток, – веди уже.. есть пора!

В это время, пока они между собой затеяли эту словесную перепалку, в дверях появилась Сашка.

– И чего ругаться-то? – сказала она, совсем по взрослому, – мама говорила, что ругаются только плохие люди!

– Ты поглянь ка! – возмущенно сказал Семен, – это ж когда она тебе тако говорила?

– Это, когда мы у бабушки жили, – сказала серьезно Сашка, забираясь на стул, – там дядька плохой приходил, и бабушка сказала, что он плохой, потому что ругается!

– Во как, мать! – Семен удивленно смотрел на внучку, – и где теперь эта бабушка? И мать твоя где?

– Бабушки уже нет, – Сашка как-то тяжело вздохнула, – тетенька сказала, что она теперь на небе, – она опять тяжело вздохнула, – а мама уехала далеко, но она сказала, что обязательно вернется за мной! Чего ты деда?!

– Да я то ничего.. – Семен тоже как-то тяжело вздохнул, – когда вот только она вернется?

– Скоро.. – сказала Сашка и посмотрела на него своими огромными глазами.

– Ты вот мне скажи, чего ты такая худющая то? – Семен смотрел на, не по-детски, серьезное лицо Сашки.

– Это деда я кашу не ела, – ответила Сашка, – мне так бабушка говорила, кто кашу не ест, тот плохо растет! А я кашу не люблю!

Марфа сердито посмотрела на Семена.

– Хватит тебе уже! Ешь вон давай и дай ребенку поесть! Чего с расспросами привязался?! – она поставила перед Сашкой тарелку с борщом и положила кусок хлеба, – кушай моя хорошая! Борщ то любишь? Ничего! Были бы косточки, мясо оно нарастет!

– Ты как мама говоришь! – улыбнулась Сашка, – а можно я в суп хлебушек покрошу, так вкуснее?! Мы с мамой всегда так супик кушали, так сытнее!

– О Господи! Да, конечно, моя хорошая! Мамка твоя так тоже любила кушать! – Марфа вдруг отвернулась и спешно вытерла слезы.

– Баба, ты чего плакаешь? Мама скоро приедет! – сказала Сашка, – а вон к нам кто-то идет.

– Да где ты видишь? – удивленно спросил Семен.

– Я не видю я знаю – сказала Сашка, старательно отламывая кусочки хлеба и бросая в тарелку..

И точно, через пару минут в дом вошел местный участковый Петр Иванович.

– Доброго здоровьишка! – сказал он, снимая фуражку и вытирая платком лоб, – приятного вам аппетиту! Семен, айда ка, выйди, поговорить нужно!

Семен кашлянул и пошел на выход.

– Чего ты Петро? Чо случилось, что ль? – спросил он участкового.

– Да я чо пришел-то, ориентировка мне пришла на Веру, в розыск ее объявили, так что если чего узнаешь, ты мне скажи! А это, я так понял, дочка ее, что ль?

– Ну да! Вот забрали! – кивнул Семен, – а я чего тебе скажу, если сам не знаю ничего!

– Ну, это я так, для порядка тебе сказал, а то вдруг, письмо какое придет или еще чего! Так что ты мне просигнализируй! – он попрощался и ушел.

– Во же, морока-то! – сердито сказал Семен, и пошел обратно в дом.

– Чего он? – тихо спросила Марфа.

– А он маму ищет, только зачем? Она сама приедет, – сказала Сашка, уплетая борщ.

– Ты ешь вона, а не разговаривай коли тебя не спрашивают! – сердито сказал Семен, садясь за стол, – прям все она знает.. – и тут он удивленно посмотрел на девочку, – а ты откель знаешь, чего Петро приходил?

Сашка недоуменно посмотрела на деда. И пожала плечами

– Не знаю… просто знаю и все…

Как не пыжился Семен, но однажды все-таки сдался, видя как Сашка, боязливо смотрит на него.

Сидел он как-то во дворе и отдыхал после работы в сарае, и тут мимо него бегом проскочила Сашка.

– Ну кась подь сюды! – позвал он ее.

Сашка остановилась и испуганно посмотрела не деда, но подошла.

– Ты толи боишься меня? – спросил он.

– А чего ты деда обзываешься и меня Чумичкой называешь? – глядя на него своими огромными глазами, спросила она.

Дед хмыкнул в бороду.

– Так это не обзывалка! Это я так, любя!

– Ага! Все равно не понятно! – сказала Сашка, – мне бабушка сказала, что чумичка, это вон половник, которым борщ наливают! Я что на половник похожа?

Дед рассмеялся.

– Ну это в хозяйстве так, а вот когда человека так называют, то значит, что он чумазый! У нас в семье все белобрысые, а ты вона какая темненькая вся, да и смуглявая, вот я и назвал тебя так! Так что это не обзывалка, а просто так, из-за того что ты такая вот темненькая!

– Правда? – Сашка удивленно смотрела на него.

Дед обнял Сашку и чмокнул в щечку.

– Конечно, правда! Чумичка ты моя! – он погладил ее по кудрявой голове, – ты вот мне скажи, когда твоя мамка-то непутевая приедет, а то мы все извелись уже, ожидая ее!?

– Я деда сама не знаю, – тяжело вздохнула Сашка, – просто знаю, что приедет и все! Мне так бабушка сказала!

– Так это бабушка тебя на вокзал отвела, а не мама, что ли?

– Неее, соседка наша Оля!! Ей бабушка сказала! Мама тогда уже уехала, ночью!

– Во как! Сбежала, что ли? – дед удивленно смотрел на Сашку.

– Я не знаю, – грустно сказала Сашка.

– Ну ладно! Вот вернется твоя мамка, и мы ее спросим! Беги, играй!

С этого дня Сашка стала больше бегать за дедом.

Они вместе ходили то на огород, то в сарай, то на речку.

– Чего это ты такого сказал ей, что она так переменилась? – улыбаясь, спросила Марфа мужа.

– А вот! Это наш с ней секрет! – улыбнулся Семен.

Прошел год.

Сашка обжилась в доме.

Она поправилась, и у нее появился легкий румянец на щечках, но, все равно, оставалась такой же тоненькой и хрупкой.

– Видать, в отцовскую породу пошла, – решил Семен.

Саша росла послушным ребенком, любознательным и веселым.

Вместе с Марфой начала учить алфавит, помогала ей по домашним делам. Вечерами они с Марфой сидели рядышком, и Сашка усердно пыталась научиться вязать носок.

– Ничего, моя хорошая! Все получится! Главное захотеть! – улыбаясь, говорила ей Марфа, когда у Сашки не все получалось.

– Тут баба прям вон, как сложно все, нитка никак не хочет в петельку попадать! – сердито морщила лоб Сашка, – у тебя прям быстро получается, а у меня нитка какая-то вредная!

Марфа смеялась и Семен, глядя на это все, тоже прятал улыбку в бороде.

Семья Ивана Сашку тоже приняли хорошо.

Летом, когда они приходили в гости к дедам, то Сашка с Семеном-младшим дружно играли вместе, бегали по двору, догоняя кота, и вместе помогали деду в огороде.

Хотя они и были одногодками, но внешне были абсолютно разные.

Семен был белобрысым, белокожим крепышом, а Сашка была тоненькая, смугляшка с темными кудрявыми волосами, которые Марфа кое-как умудрялась собрать в два хвостика и завязать на них ленточки.

–Вот и скажи, что они родня! Сроду и не подумаешь! – смеясь, говорил Иван, глядя на них.

Самое интересное было то, что Сашка всегда наперед знала, когда Семена приведут к дедам.

– Откель знаешь-то? – удивленно спрашивал Семен, когда Сашка ему говорила, что вот завтра, придет дядя Иван с Семкой.

– Деда, я не знаю…., вот просто знаю, что придут! – улыбаясь, говорила Сашка, глядя на него своими черными как ночь глазами.

И на следующее утро, действительно, появлялся Иван с Семкой и просил, чтобы он побыл пару дней у них, потому что ему нужно свозить Светланку с дочкой в город в больницу, ну или просто потому, что Семка сам захотел в дедушке с бабушкой.

Дед хитро улыбался и подмигивал Сашке.

– Ох, видать, наша Чумичка не так проста, – думал он, глядя на нее, – что-то в ней не так!? Вот правда, что? Не ведомо! Где же Верка-то наша?! Хоть бы, и правда, вернулась!

Прошло два года, и Сашка уже готовилась идти в школу.

– Ну вот ты как подросла-то, а то все как мышонок была! – улыбаясь сказал Семен глядя на вытянувшуюся Сашку, которая мерила школьную форму, которую Иван привез ей из города, – прям взрослая вон какая!

Сашка крутилась перед зеркалом и счастливо улыбалась.

– Правда же деда, красиво?

– Очень! Прям, принцесса! Еще бабушка вон банты приладит к твоим кучеряшкам, ну все тогда! Будешь самая красивая первоклашка!

Сашка от удовольствия и дедовских слов вся зарумянилась.

Потом вдруг как-то стала серьезной и немного испуганно посмотрела на него.

– Деда, завтра мама приедет, – сказала она.

Семен удивленно посмотрел на Сашку.

– Откель знаешь?

– Ну деда! – Сашка села на стул и почему то потерла лоб, – я же говорила тебе, что не знаю откуда… просто знаю и все!

– Маать, иди ка сюда! – позвал Семен, – слышь, чего ребятенок говорит?! Вроде как завтра Верка приедет!

Марфа вышла из Сашкиной комнаты, где гладила белье и удивленно посмотрела на Сашку.

– Доченька, это правда?

– Да бабуль, я знаю, что завтра! – Саша нахмурилась, – у меня голова кружится!

– Так! Пойдем ка, ляжешь! – Марфа захлопотала около внучки.

Через минут пятнадцать у Сашки все прошло, но Марфа потом весь день тревожно приглядывала за ней.

Вечером, когда они ложились спать, она все вздыхала.

– Ой, что-то с ней не так!

– А я тебе говорил! – сказал Семен, – ну вот Верка приедет, надеюсь, все нам объяснит!

– Да хоть бы уж появилась, прям вся душа, изболелась! – вздохнула Марфа, – почитай уже лет десять не видели! Как она? Ой, Господи! – она вытерла слезы.