Чуктор и Гектор. Рассказы

АННОТАЦИЯ

Гисторическое написание «Чуктор и Гектор», посвященное жизни незаслуженно забытого гисторией царевича Чуктора, героя Торфянской войны и двоюродного брата знаменитого героя Троянской войны царевича Гектора.

Написание состоит из пролога, трех глав и двух снов героев повествования. Пролог и Сны героев хоть и входят в состав написания наравне с главами, но при этом не относятся к сюжетной линии основного повествования, и являются, по сути, отдельными рассказами.

Все персонажи романа, все описанные происшествия, названия племен и народов, географические названия, а также философские и религиозные доктрины являются абсолютно вымышленными и любое совпадение с реальностью является исключительно случайным.

Книгу не рекомендуется читать лицам:

– не достигшим совершеннолетнего возраста;

– обладающим повышенным свойством моральной, религиозной, нравственной, политической, кулинарной, алкогольной, психической или еще какой оскорбимости;

– а также не имеющим здорового чувства юмора!

ПРОЛОГ

Где-то в солнечной провинции Анатолия – в граде Бизантус на берегу Эвксинского Понта – в алтаре храма Святой Софии Ротаруской за столиком, заваленным различными папирусами и пергаментами, сидели грустный и несколько помятый Зевс и весьма собою довольный Машиах.

– Ну, что же… – сказал Зевс, отложив в сторону перо, которым только что подписал папирус. – Пора, однако, мне на пенсию. Устал я… Решил, вот, передать бразды Верховного бога тебе. А что – ты молодой, количество твоих адептов весьма выросло за четыреста лет. Думаю, справишься. Лет на пару тысяч тебя хватит. Как сам считаешь?..

– Думаю, правильное решение. – надменно ответил Машиах. – Я, знаешь ли, в силу того, что являюсь начинающим богом, весьма амбициозен. Думаю, пол Ойкумены точно подомну под себя. Прошло ваше время – время локальных богишек. Потому мы и придумали для вас новый термин – поганые язычники. Грядет глобализация… Новые технологии воздействия на массы, понимаешь ли…

– Я тут тебе инструкцию набросал – как быть богом. Возьми вот… Почитай на досуге…

– Да нахрена мне твоя инструкция! Сам знаю – что и как… Мне, как богу, хоть и трудно, но я не жалуюсь…

– Эх, молодежь… Чую, ты со своим максимализмом и амбициями много дров наломаешь. Не многие выдерживали проверку абсолютной божественной властью – скатывались до кровавых богов-диктаторов… В отличие от нас – демократических богов, близких народу.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, сам посуди… Я хоть и был верховным богом, но все же являлся демократом, а потому и делегировал многие полномочия иным богам, полубогам, титанам и иным мифическим существам. Ты же, как я погляжу, метишь именно в диктаторы – быть единственным богом с абсолютной властью. Диктатура же всегда приводит к кровавым событиям. Да и заканчивают диктаторы рано или поздно, но весьма плачевно. Ох, чую, ввергнешь ты Ойкумену в Мрачное Средневековье и религиозные войны!.. В мое время были войны, но отнюдь не из религиозных соображений, а, к примеру, из-за баб, как Троянская война… Во славу же твоего имени будут умерщвлены миллионы…

– Поздно, батенька… Ты уже подписал отречение…

– Ну а как не подписать?.. Ты же уже своими рейдерскими захватами отжал у меня почти всю паству… Базилевса подкупил обещаниями вечной жизни… Храмы наши разрушаешь… Гонения на демократических богов устраиваешь… Юпитера тоже вон заставил отречение подписать…

– Ничего личного – просто бизнес… А в бизнесе, сам знаешь, без отжатий, поглощений, банкротств, рейдерских захватов – никак нельзя… Да ты и сам к власти пришел в результате переворота. Сверг же ты своего папашу и остальных титанов. Так?.. А уж после этого ты привел к власти своих родственников олимпийских богов… Семейственность развел… Кстати, а Кроносовские титаны как у власти оказались? Не помнишь? Они хорошо постарались архивы почистить – уже даже не найдешь того, что было до них… а теперь вот и ваша очередь прошла. Так что, извини… Бизнес и ничего личного… Впрочем, если хочешь, могу пристроить тебя к себе. Будешь Архалтелом, назначу тебя Небесным Смотрящим за Элладой… А?.. Только смотри – контролировать буду строго! Чуть что не так, то мигом объявлю еретиком. А дальше сам знаешь – подвал, пытки инквизиции и на костер!..

– Да нет уж… Я демократ…

– В оппозицию пойдешь? Смотри – я с оппозицией играть в бирюльки не собираюсь. На костер – и все дела!

– Нет… Я – горец. А горцу не гоже принимать традиции пустынников. Отправлюсь лучше в горы Тибе-Тау. Кстати, Будда давненько уже звал на Кай-Лашу – на курсы повышения квалификации богов. Туда ты не доберешься – я это знаю точно.

– Ну, смотри сам… Я предупредил…

Выйдя на улицу, Зевс решил напоследок прогуляться по улицам Бизантуса. С грустью в сердце смотрел Зевс на то, как адепты Машиаха разрушали храмы, воздвигнутые в честь самого Зевса и его богов-демократов. Смотрел, как разрушали статуи, театры, колизеи, жгли библиотеки, скалывали чудесные фрески и мозаики, а его оставшихся немногочисленных сторонников волокли на костер. Конечно же, все это совершалось во славу нового Верховного Бога и под лозунгами человеколюбия, всепрощения, любви, добра и мира. Не в силах глядеть на это крушение собственной жизни, Зевс вызвал последнего оставшегося в живых после машиахских погромов почтового орла, на коем и отправился в горы Тибе-Тау…

ГЛАВА 1

Многие знают Гектора – героя Троянской войны, воспетого многими древнегреческими поэтами и сказителями. О Гекторе слагают эпосы, снимают фильмы – сей муж, славный своими ратными подвигами, навсегда останется в памяти человечества. Однако, мало кто знает, что у Гектора был внебрачный брат Чуктор, чья жизнь, не менее наполненная подвигами, оказалась в тени его великого брата, в результате чего Чуктор был несправедливо забыт историей. Что же, попробуем восполнить сей пробел и расскажем нашему читателю о жизни забытого героя, несмотря на то, что древние эпосы дошли до наших времен не полностью, и многие ценные свидетельства о жизни Чуктора были необратимо утеряны. Многие летописи, кои хранились в катакомбах древних монастырей, к сожалению, пришли в негодность – отсырели в потопах, сгорели в пожарах, были изгрызены беспощадными крысами. Немногие оставшиеся рукописи были преданы огню Священной Реквизиции или навсегда сокрыты в потайных библиотеках Ватика Анского. Поэтому, сведения о жизни Чуктора приходилось собирать по крупицам, тщательно отсеивая домыслы и сберегая, как зеницу ока, те немногие данные, что удалось найти.

Итак, мы расскажем нашему читателю те немногие факты, что и удалось найти.

Родился Чуктор во времена античные, и точная дата его рождения нам не известна. Родился же Чуктор, как сообщает эллинский поэт Птеродакл, в древнем городе Торфян, что был столицей Торфянского царства, кое располагалось где-то в Малой Азиции, в обширной провинции Анатолия на берегу Эвксинского понта. Гистория, к сожалению, не сохранила точного местонахождения Торфяна, а современная археология до сих пор не обнаружила руины города, а посему историки сомневаются в том, что данный город существовал в действительности. Однако, мы можем с уверенность сказать, что сам факт существования Анатолии и Понта Эвксинского научно доказаны, а потому в существовании и самого Торфяна нам сомневаться не приходится. Вопрос лишь только во времени. Торфян был известен одним из Восьми Чудес света – в Торфяне находилась висячая плантация Кан-на-биса Семитки Ираиды, привлекавшая в Торфян многочисленных паломников. Однако, в результате того, что в Эуропике и Омереге Кан-на-бис был признан бесовской травой и предан гонениям, историкам было предписано забыть о висячей плантации Семитки Ираиды, а потому количество Чудес Света было сокращено до семи, а сама плантация была предана забвению, и любые упоминания об оной, как и о самой Семитке Ираиде, были нещадно уничтожены Священной Реквизицией, а потому нынче никому совсем ничего неизвестно об этом Чуде Света, некогда славившемся на всю Ойкумену.

Эллинский сказитель Гемор в своей недошедшей до нас величайшей поэме «Двое» сообщал, что матерью Чуктора была торфянская царица Лабутена, которая родила Чуктора от троянского царя Препуция. Однажды, как сообщал Гемор, троянский царь Препуций посетил с дипломатическим визитом город Торфян, которым правила несравненная Лабутена. По случаю приезда царя Препуция был дан роскошный пир, на который, как сообщает, латтский историк Страпон, прибыли даже цари из Бога-Дадусса и Джаляб-Абада – царь-мулларь персский Ксерокс IV и царь-деспотарь ассурский Сектым Палисад III. Однако, так уж получилось, что в это же время, как говорится в неизвестных источниках, в Торфяне гостил странствующий буддийский монах Квазимода-сан, который и открыл царице Лабутене таинство куба перегонного, производящего субстанцию магическую Аль-Кохоль, из коей путем алхимическим производился эликсир жизни, прозываемый у свирепых кельтов странным словом «ишке бяху», а у благородных богов Олимпа – амброзией.

Так это было или не так – мы того точно знать не можем, но, когда отведал царь троянский Препуций ишке-бяху, помутился рассудок его да так, что и не понял Препуций, как оказался в опочивальне царицы Торфяна. Соблазнила Лабутена Препуция, воспользовавшись его помутнением, и надругалась над его девственностью непорочной, без спросу приняв семя оного в свое лоно. Через девять, как и полагается, месяцев родился у царицы Лабутены сын, коему и было дано имя Чуктор. Царь Препуций же, лишившись девственности непорочной, преисполнился позора и печали, и от стыда решил лишить себя жизни, бросившись под рейсовую пассажирскую колесницу, а царство свое Троянское передал брату своему Приаму, у которого от жены его Гекубы был славный сын Гектор. Таким образом, и стал царевич Чуктор внебрачным двоюродным братом царевича Гектора.

Когда Чуктору было два года, сообщает святой евангелист Макарий Телятский, в Торфяне выступал цирк бродячих кентавров под руководством братьев-кентавров Запаханных, прибывших из далекой и неведомой Скифии, что лежала к югу от Гипербореи, где царила вечная зима и свирепствовали снежные бураны. В один из солнечных дней, когда ничто не предвещало беды, пошла царица Лабутена с малолетним Чуктором в цирк – посмотреть на представление кентавров да на поединки заезжих гладиаторов афролаттов Кассиуса Марселуса и Майкуса Тайского. Тщетно торфянская жрица-предсказательница Массандра взывала к царице Лабутене – не ходить в цирк, а пойти в храм бога Пистона и воздать оному жертвоприношения, но… Но нет пророка в своем отечестве, а потому и случилось все так, как и случилось. Увидав славного белокурого мальчугана, коим был, как вы догадались, Чуктор, бродячие кентавры, недолго думая, украли мальчика и ускакали с ним в свою неведомую Скифию. Опечалившись исчезновению сына, царица Лабутена отправила в погоню за кентаврами кавалерийскую алу. Однако, отправившаяся в погоню ала исчезла без следа. Дервиши Бога-Дадусса и нынче утверждают в приватных беседах, что та ала заблудилась и пропала в Иехудском Шестиугольнике, переместившись в перпендикулярный мир. Так это или не так – мы того сегодня совершенно не знаем, да и не входит сие изыскание в тему нашего сего повествования.

На этом сведения о детстве Чуктора обрываются, и в следующий раз мы находи нашего героя уже возмужавшим – через много лет Чуктор, чьим воспитателем был кентавр по имени Агрофак, предстал перед нами уже искусным воином, как сообщает кривичский сказитель и летописец Бодун. Агрофак учил Чуктора владению мечом, луком, копьем, булавой и иными орудиями воинскими. Преподавал Агрофак Чуктору и философию. Долгими ночами спорили ученик и учитель о философии Пифагора и Платона, Канта и Шопенгауэра, доходя даже до учения Фрейда, Юнга и стихов Агнии Барто. Обучал Агрофак своего питомца и хорею с ямбом, а также такому магическому действию, прозываемому у кентавров мухоморокурением, от коего рассудку открывались все сферы небесные, все мистерии тайные и чакры с третьим глазом. Возмужав и освоив искусство воинское да философию с мухоморокурением, Чуктор решил покинуть кентавров, воспитавших его, и, оседлав своего благородного учителя кентавра Агрофака, отправился в дальний путь – икать дорогу домой, в царство Торфяна.

Лишь только собрался Чуктор в дорогу, как вышел ему на встречу невесть куда взявшийся волхв и бродячий монах Квазимода-сан, от коего разило перегаром ишке-бяху. «Так и так», – сказал Квазимода-сан, – Но примешь ты смерть от коня своего…» «Иди ты, пьянь подзаборная!..» – ответствовал ему Чуктор и, двинув волхва палицей по лбу, двинулся дальше. Зря он это сделал. Многие не слушают предсказания мудрых волхвов, кусая потом локти и грызя колени. Но, как мы уже с вами знаем, нет пророка в своем отечестве. Как бы там ни было, но поскакал Чуктор на юг – в сторону Каукасусса – и, наконец-то, прибыл в землю колхов.

СОН ГЕКТОРА

И приснился Гектору странный сон…

Снилось Гектору, что он прибыл в колонию Танаис, что стояла в устье одноименной реки на берегу Меотиды. Гектор прибыл в Танаис в составе фаланги специального назначения, в которой являлся начальником штаба. Фаланге спецназначения было поручено ответственное задание – высадившись в Танаисе, произвести рекогносцировку местности, найти вход в Тартар и взять его под охрану. Фаланга Гектора расположилась полевым лагерем в полудне пути от Танаиса, и гоплиты были заняты обустройством лагеря, как были атакованы сарматами. Конечно же, гоплиты спецназа быстро разгромили воевавших без всякого строя сарматов, причем Гектор самолично зарубил около двадцати врагов.

После боя, пока гоплиты восстанавливали лагерь, Гектор переоделся в гражданский хитон с медной фибулой, надел новомодные латтские сандалии – с ремешками до колена, и отправился в ближайшее скифское поселение в надежде прикупить кувшинчик амброзии. Конечно, скифская боярышниковая амброзия не шла ни в какое сравнение с эллинской метаксой, но выбора не было. Решив срезать путь через небольшой лесок, Гектор спустился в овраг, наполненный странным туманом. Выбравшись из оврага, Гектор почуял, что что-то не так, но не мог понять – что. Вдруг в кустах раздался шорох. «Сарматы!» – настороженно подумал Гектор, но из кустов на встречу Гектору вышел странного вида человек. Одет он был странную зелёную одежду, а на голове была не менее странного вида шапка голубого цвета.

– Передаст, что ли? – увидев Гектора, закричал на незнакомом языке странный человек в голубой шапке. – Надел, как платье, простынь с брошкой да бабские босоножки и приключений ищешь? Считай, что уже нашёл!

С этими словами незнакомец с грозным видом пошел на Гектора. Гектор ничего не понял из сказанного, но потом осознал, что в словах странного незнакомца было одно известное ему слово, хотя и произнесенное со странным акцентом. Это было слово «педераст». Гектор знал – кто такие передасты, знал, что их еще называли голубыми и геями, и что ходили те голубые геи на гей-парады.

«Это передаст! – догадался Гектор. – Он же сразу сказал – кто он. Тем более – голубой, судя по шапке. А брошек-то сколько на грудь нацепил – видать, почти все у Тиффани скупил! И шапка у него явно форменная. Ясен пень, с гей-парада идет».

В это время незнакомец подошёл к Гектору и замахнулся для удара. Однако, незнакомец не учёл, что Гектор был опытнейшим воином, а потому и отправился незнакомец в глубокий нокаут лежать на землю. Тут Гектор от греха подальше решил скорее удалиться. Пришлось опять через овраг со странным туманом проходить.

С другой стороны оврага тоже все было как-то не так. «Колдовской туман, – думал Гектор, – не иначе, как Танатос мутит». Тут раздался топот копыт, и Гектор на всякий случай подобрал увесистую корягу, похожую на булаву. Вскоре на поляну галопом влетело странное существо – на одну половину человек, на другую – лошадь, и на чистом эллинском языке произнесло:

– Приветствую тебя, о Гектор!

– Ты кто? – ошарашенно спросил Гектор.

– Кто… кто… – ответило, передразниваясь, существо. – Конь из Таврии. Агрофак меня зовут.

– Кентавр? – переспросил Гектор. – Где я? Что тут вообще происходит? Туман какой-то странный…

Пришлось Агрофаку разъяснить неразумному эллину, что туман тот не простой, что, выбравшись из тумана, всякий оказывается на том же самом месте, но в другое время, кое может отстоять на сотни, а то и тысячи лет. Поведал Гектор Агрофаку свою историю, что не может отыскать ни скифского поселения, ни лагерь своей фаланги спецназначения. Сжалившись над Гектором, Агрофак решил ему помочь.

– Меня тут один Йогин Баба Али научил одной хитрой штуковине – мухоморокурение называется. Берёшь трубку, закладываешь мухоморокурительной смеси, поджигаешь огнивом, куришь и… И сразу попадаешь туда, куда хочешь. Главное – хорошо представить то место, куда хочешь попасть. Испробуешь?

– Ну, что поделать… Давай, поджигай свою трубку Бабы Яги…

Агрофак забил смесь в трубку, поджёг, затянулся сам, блаженно улыбаясь, и передал трубку Гектору, который с опаской принял из рук кентавра сей предмет, ибо опасался всего колдовского. После первой же затяжки у Гектора все в голове поплыло, а разум замутился, что Гектор не успел даже представить лагерь своей фаланги спецназначения. И вдруг оказался Гектор в каком-то странном помещении. Голову нещадно мутило, левый глаз заплыл от сильного удара, а руки были закованы в странной конструкции кандалы. Тут Гектора вырвало. Тошнило… Видать, не то смесь еще действовала, не то получил потрясение мозга – ведь кто-то же его хорошо отделал. Когда разум боле-менее прояснился, Гектор понял, что находится в весьма небольшой темнице за дверью, сделанной из металлических прутьев, сломать которые было не под силу даже силачу Гектору. В этот момент к решетчатой двери подошли два человека в странной черной форме.

– Вот, товарищ капитан, – сказал на неизвестном Гектору языке один из людей в черной форме. – Наркомана поймали. Видно, обкурился в сауне, вот и бегал в одной простыне по Азову. При попытке задержания оказал сопротивление и покалечил взвод ОМОНа. Но мы ему тоже не хило (слово запипикано цензурой) надавали…

– Оформляй его, – сказал второй человек. – И пробей по базе… Заодно повесим на него пару-тройку «висяков»…

В этот момент тошнота накатила с новой силой, и Гектор потерял сознание. Очнувшись, Гектор обнаружил себя лежащим крепко связанным на какой-то повозке, которая тряслась по ухабам, доставляя Гектору неудобство. Рядом с повозкой на лошадях скакали вооружённые мечами и луками полуголые девицы.

«Амазонки! – догадался Гектор. – Это жопа!»

Гектор из книг эллинского историка Мимокакла хорошо знал, что амазонки были весьма воинственным женским племенем, состоявшим из изгнанных некогда с острова Лесбос самых активных мужененавистниц. Встреча с амазонками ничем хорошим для мужчины не сулила. Обычно амазонки оскопляли мужчин и использовали их в качестве рабов. Некоторых неоскопленных мужчин амазонки держали взаперти и в поясах верности, используя оных для себя в качестве племенного скота. Так что, ничего хорошего Гектор от этой встречи не ожидал.

Вдруг повозка остановилась. Сквозь строй расступившихся амазонок к повозке подъехала грозная воительница, в которой Гектор – по описаниям Мимокакла – узнал царицу амазонок Ипполиту. Царица оглядела Гектора, задумалась и, поглаживая себя по роскошной груди, которую не могла скрыть даже тяжелая кольчуга, вынесла вердикт:

– Ну, рабов и племенного скота у нас сейчас вполне хватает. А этот, глядите, какой красавец – какие у него бицепсы! – сразу видать, что боец весьма опытный. Давайте-ка сделаем ему операцию по перемене пола. Будет одной из нас. Нам как раз опытные бойцыни не помешают.

Предложение царицы было воспринято амазонками на «ура». Гектор же от представления такой участи совсем опечалился, потеряв дар речи.

– Не унывай, – сказала Ипполита Гектору, ласково глядя на него, – это не больно. Вжик – и нету у тебя срамных уд. Потом пара-тройка операций, попьешь снадобья гормональные, и будет тебя от женщины не отличить. Будешь теперь Гектория. Я и сама, честно сказать, в прошлом была мужчиной. Ипполитом звали. Теперь даже вспоминать противно, что была мужчиной. Слава Зевсу, что тогда Женя Лукашин Надю у меня отбил… А ведь я была даже предводителем дворянства и лицом, приближенным к самому Цезарю! Но теперь это в противном прошлом. Так что, дорогуша, мужайся… То есть, я хотела сказать, женчайся! Обещаю – сиськи тебе сделаем классные, как у Семенович! А хочешь попку, как у Кардашьян?.. Мне вот, гляди, какую сделали…

Улыбнувшись будущей Гектории и уже явно представляя, как будет с ней предаваться лесбийским утехам, Ипполита махнула рукой, и к повозке подъехали амазонки-знахарки, которые стали готовиться к первой операции по превращению Гектора в женщину. Одна из знахарок стала раскладывать хирургические инструменты – скальпели, зажимы, ватные тампоны, спирт для дезинфекции, кровоотсос и – самый страшный инструмент – эмаскулятор. Вторая знахарка, стянув с Гектора хитон (от чего остальные амазонки, с интересом наблюдавшие за кастрацией, густо покраснели), достала помазок с бритвой и, разведя мыльную пену, побрила срамные уды Гектора. Изловчившись и кое-как вытянув шею, Гектор в последний раз посмотрел на то, что было ему так дорого. Третья знахарка достала керамический флакончик и, со словами «Выпей вот, это настойка опия для анестезии», вылила содержимое флакончика Гектору в рот. От настойки опия в голове Гектора вспыхнули разноцветные круги, все завертелось, понеслось куда-то в даль, и Гектор потерял сознание.