Развод. Дракон меня не отпустит

Глава 4

— Что?!

Я села в постели, отбрасывая одеяло. Сердце гулко ударило в груди.

— Леди Лорейн, — повторила Тильда, дрожа. — Ее нашли в покоях час назад. Она… она мертва.

— Как?

— Не знаю, госпожа. Говорят… говорят, ее убили. Стража уже перекрыла дворец. Никого не выпускают и не впускают.

Я встала. Ноги держали плохо, в голове шумело. Вчера ночью я видела Лорейн живой. Она разговаривала с лордом Сайгером. Потом пила какую-то темную жидкость из флакона. А теперь она мертва.

И я — единственная, кто знает о той сцене.

— Помоги одеться, — обернулась к Тильде. — Быстро.

Она затянула шнуровку на сером платье — строгом, закрытом. Я даже не посмотрела в зеркало. Мысли крутились вокруг одного, кто убил Лорейн? И почему сейчас?

Я почти выбежала в коридор, спотыкаясь о подол длинной юбки.

Дворец бурлил. Слуги жались к стенам. Стражники в черных мундирах перекликались. Пахло гарью — как будто где-то жгли травы.

Я дошла до восточного крыла, но дорогу преградили двое стражей.

— Вход запрещен, леди Сайгер.

— Я жена лорда инквизитора. Я имею право.

— Приказ лорда Сайгера, — отрезал стражник. — Никого не пускать.

Я стиснула зубы.

— Где лорд Сайгер?

— В южном крыле. В зале допросов.

Я развернулась и пошла к южному крылу.

Зал допросов находился в подвальном этаже. Здесь было еще холоднее, чем во дворце. Каменные стены покрыты инеем. Факелы горели синим пламенем. Дыма не было. Горели от магии. Пол был выложен черными плитами с серебряными прожилками.

Я спустилась по лестнице и вошла в зал.

Лорд Сайгер стоял в центре, скрестив руки на груди. Вокруг него — трое инквизиторов в серых мундирах. На стенах висели цепи. В углу стояла дыба. Рядом — столик с инструментами. Металлическими. Острыми. Покрытыми темными пятнами.

— …следов взлома нет. Яд. Быстродействующий, — докладывал один из инквизиторов. — Она умерла во сне. Не мучилась.

— Состав яда? — голос лорда Сайгера казался невозмутимо спокойным.

— Неизвестный. Алхимики работают. Но есть кое-что еще. На ее ладони — знак.

— Какой?

— Такой же, как на теле жрицы. Древний знак.

Я вздрогнула.

Лорд Сайгер заметил меня. Его янтарные глаза сузились.

— Что ты здесь делаешь?

— Я слышала о смерти леди Лорейн, — ответила, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я могу помочь.

— Помочь? — Он изогнул бровь. — Чем?

— Я знаю то, что может быть важно.

Инквизиторы переглянулись. Лорд Сайгер подошел ко мне — ближе, чем требовалось.

— Говори.

— Вчера ночью, — начала осторожно, — я была в восточном крыле. Я видела леди Лорейн. Она разговаривала с вами. Потом вы ушли. А она…

— Ты следила за мной? — перебил он. В голосе появилась сталь.

— Я пыталась понять, что случилось с… со мной. С прежней мной. Я хотела поговорить с леди Лорейн, но не решилась.

— И что ты видела?

— Она взяла флакон с какой-то темной жидкостью, — быстро вымолвила. — И выпила. А перед этим сказала: «Если метка ожила, у нас проблема». И еще она сказала: «Что ж, Мариэль». Будто обращалась ко мне.

Лорд Сайгер молчал. Его лицо было непроницаемым. Но я видела, как дрогнули желваки на скулах.

— Флакон, — он изогнул бровь. — Какой он был?

— Маленький. Серебряный. С красным камнем на пробке.

Он повернулся к одному из инквизиторов.

— Обыщите ее покои. Флакон с красным камнем.

Тот кивнул и вышел. Лорд Сайгер снова посмотрел на меня.

— Это все, что ты видела?

— Еще там был человек в сером балахоне. Он схватил меня за руку, когда я уходила. Сказал, что по дворцу ходят опасные тени.

Инквизиторы замерли.

— Человек в сером? — переспросил один из них. — Как он выглядел?

— Я не видела лица. Только губы и подбородок.

Лорд Сайгер долго смотрел на меня. В его глазах плясали золотые искры.

— Иди в свои покои, — сказал он наконец. — И не выходи, пока я не разрешу.

— Но я…

— Иди.

Я открыла рот, чтобы возразить, но тут в зал вошел инквизитор. Тот самый, которого посылали за флаконом.

— Лорд Сайгер, — произнес он. — Флакон найден. В покоях леди Сайгер. Под ее кроватью.

Внутри у меня все оборвалось.

Лорд Сайгер медленно повернулся ко мне.

— В твоих покоях, — повторил он.

— Я не знаю, как он там оказался, — сказала я. — Клянусь. Я не убивала ее. Вы же слышите ложь. Слышите?

Он смотрел на меня. Долго. Слишком долго.

— Я слышу, — произнес он, будто даже с разочарованием. — Ты не лжешь.

— Тогда…

— Но это ничего не доказывает. Ты могла нанять кого-то. Могла использовать магию. Могла стереть собственную память.

— Зачем? Зачем мне это?

— Чтобы избежать обвинения, — мужчина шагнул ближе. — Два дня назад ты пыталась убить Лорейн. Вчера она мертва. Флакон с ядом — в твоих покоях. У тебя нет памяти. Очень удобно, не находишь?

— Я…

— Ты останешься под стражей, — перебил он. — До тех пор, пока я не выясню правду.

— Вы не можете запереть меня.

— Могу. — Его голос стал тихим, почти шепотом. — Я — Верховный инквизитор Империи. Здесь мои законы.

Он кивнул стражникам. Меня схватили за руки.

— Отведите ее в восточную башню, — приказал он. — И поставьте охрану у дверей и под окнами. С ней останется только горничная.

Меня повели прочь из зала. Я обернулась.

— Я докажу! — выкрикнула, сжимая ладони в кулаки. — Я докажу, что невиновна!

Он стоял посреди зала допросов, окруженный синим пламенем факелов. Красивый. Холодный. Безжалостный.

И в этот момент я снова почувствовала это. Клеймо на груди запульсировало теплом. И эмоции — его эмоции — ворвались в меня.

Он не верил в мою виновность.

Но он боялся. Боялся чего-то, чего я не понимала.

Связь оборвалась.

Меня вывели в коридор.

Глава 5

Восточная башня оказалась вовсе не темницей.

Круглая комната на верхнем этаже. Высокие стрельчатые окна. Камин, в котором уже горел огонь. Кровать с балдахином. Стол с книгами. Кресло.

Золотая клетка.

Тильду привели через час. Она была бледная, заплаканная, но целая.

— Госпожа… — Она бросилась ко мне. — Они сказали… сказали, что вы…

— Я никого не убивала, — сказала твердо. — Но кто-то пытается меня подставить. И у него получается.

Тильда всхлипнула.

— Что же делать?

— Думать.

Я села в кресло у камина. Огонь плясал, отбрасывая тени на каменные стены.

Давай разберемся.

Первое, прежняя Мариэль напала на Лорейн. Зачем? Что ею двигало — ревность или что-то еще?

Второе, Мариэль потеряла сознание. Очнулась — я. В ее теле. С ее памятью, которая исчезла.

Третье, в ту же ночь Лорейн убита. Яд — в моих покоях. Знак — на ее ладони. Такой же, как на теле убитой жрицы.

Четвертое, брачная метка ожила. Почему? Что изменилось?

Пятое, Лорейн что-то знала. Она сказала: «Если метка ожила, у нас проблема». «У нас». С кем она говорила? Кто этот «мы»?

И шестое, человек в сером балахоне. Он был во дворце. Он схватил меня. И он исчез.

Я встала. Подошла к окну. За стеклом расстилался зимний город. Белые крыши, черные шпили, серое небо. Где-то далеко — шпиль храма Света. Того самого, где убили жрицу.

— Тильда, — обернулась к ней. — Что ты знаешь о Древних?

Горничная вздрогнула.

— О ком?

— О Древних. Тех, кому поклонялись до Войны Пепла.

— Госпожа, — прошептала Тильда, — это запретное знание. За такие разговоры инквизиция может…

— Я и так под арестом. Рассказывай.

Она колебалась. Потом подошла ближе, опустилась на колени у камина и заговорила тихо-тихо.

— Древние — это те, кто правил миром до людей и драконов. Говорят, они были как боги. Огромные. Страшные. Они создали магию и кровь мира. А потом случилась Война Пепла. Драконы и люди объединились и уничтожили Древних. Почти всех. Но некоторые уснули. В руинах. Глубоко под землей.

— И есть те, кто им поклоняется?

— Да. Их называют Пробужденными. Они верят, что Древние вернутся. И принесут новую эру. Инквизиция охотится на них уже сотни лет.

— Знак,— я потерла кончиками пальце виски. — Ты знаешь, как он выглядит?

Тильда кивнула. Взяла уголек из камина и нарисовала на каменном полу символ. Спираль. Треугольник. И круг, пересеченный линией.

Точно такой же был на ладони Лорейн.

— Это знак Спящего, — ответила она — Так его называют Пробужденные. Говорят, он призывает Древнего.

Значит, Лорейн была Пробужденной. Или кто-то сделал так, чтобы так казалось. А жрица из храма Света? Ее убили с таким же знаком. Что связывало их?

Я посмотрела на огонь. Мысли крутились все быстрее.

Что, если прежняя Мариэль напала на Лорейн не из ревности? Что, если она что-то узнала? Что-то опасное? Что-то, из-за чего ее нужно было убрать?

Но как? Она ведь напала сама. Ее видели свидетели. Или…

— В тот вечер, когда Мариэль напала на Лорейн. Ты видела ее до этого? — спросила ее.

— Да. Я помогала ей одеваться.

— Как она выглядела? Как себя вела?

Тильда задумалась.

— Она была странная. Очень нервная. У нее дрожали руки. И глаза… У нее были странные глаза. Как будто она не совсем понимала, где находится.

— Она пила что-нибудь? Ела?

— Да. Перед этим ей принесли ужин. И чай.

— Кто принес?

— Не знаю. Обычно приносят с кухни.

— А в тот раз?

Тильда нахмурилась.

— Я не видела. Я выходила за лентами для волос. А когда вернулась, поднос уже стоял на столе.

Вот оно.

Если в еду или чай добавили что-то — наркотик, зелье подчинения, — прежняя Мариэль могла действовать не по своей воле. Ее могли заставить напасть на Лорейн. А потом, когда она потеряла сознание, ее принесли в спальню и оставили умирать.

Но вместо этого в ее теле очнулась я.

И теперь тот, кто это подстроил, пытается убрать меня.

В коридоре послышались шаги. Тяжелые. Уверенные.

Лорд Сайгер.

Дверь отворилась. Он стоял на пороге — все в том же черном мундире, но теперь без плаща. Золотые волосы распущены, падают на плечи. В глазах — усталость.

— Оставь нас, — сказал он Тильде.

Та выскользнула за дверь.

Мы остались вдвоем.

— Я допросил слуг, — сказал он. — Всех, кто был в восточном крыле вчера ночью. Никто не видел человека в сером.

— Я видела.

— Я знаю. — Он подошел ближе. — Поэтому я здесь. Расскажи мне еще раз. Подробно. Все, что ты помнишь.

— Зачем? — меня аж передернуло. — Вы мне не верите. Вы считаете меня убийцей.

— Я считаю, что ты — самое странное, что случилось в этом дворце за последние два года.

Он остановился в метре от меня. Смотрел сверху вниз. Жар исходил от него волнами.

— Рассказывай.

Я замялась. Но все же рассказала. Все, что видела и слышала. Разговор Лорейн с ним. Флакон. Человека в сером. Его слова. Его исчезновение.

Лорд Сайгер слушал молча. Когда я закончила, он долго стоял, глядя в огонь.

— Человек в сером балахоне, — произнес он наконец. — Это может быть кто-то из Ордена Теней.

— Кто это?

— Древний орден убийц. Они служат Пробужденным. Умеют скрываться в тенях. Исчезать. Если они здесь, во дворце…

Он замолчал.

— Иди сюда, — вдруг сказал он.

— Что?

— Подойди.

Я колебалась. Он протянул руку — и я сама не понимая, почему, шагнула к нему.

Он положил ладонь мне на плечо — туда, где под тканью платья пульсировала брачная метка.

— Закрой глаза, — сказал он.

Я закрыла. Его пальцы были горячими. Почти обжигали.

— А теперь вспомни человека в сером. Все, что можешь. Его запах. Его голос. Его руки.

Я попыталась. Запах… да, был запах. Сырой земли. И еще — сладковатый, как ладан. Голос — сухой, шелестящий. И руки… когда он схватил меня, я почувствовала что-то твердое. Кольцо.

— У него было кольцо, — сказала я. — На правой руке. Холодное. Металлическое.

Лорд Сайгер убрал ладонь. Я открыла глаза.

— Что это было?

— Связь через метку, — сказал он. — Она усиливает восприятие. Твои воспоминания стали ярче.

— Значит, метка действительно работает?

— Похоже на то.

Он смотрел на меня. Долго. Испытующе.

— В тебе что-то изменилось, — сказал он наконец. — Прежняя Мариэль никогда не стала бы рисковать собой, чтобы помочь мне. Прежняя Мариэль думала только о себе.

— Может быть, она просто не знала, как по-другому, — сказала я тихо.

Он моргнул.

— О чем ты?

— Тильда рассказала мне, — сказала я. — О ее жизни. О том, что она была никому не нужной дочерью. Разменной монетой. Ее выдали замуж за человека, который даже не смотрел на нее

— У нас был политический брак.

— Я знаю. Но она, — я указала на свое тело, — она была живым человеком. Со своими чувствами. Со своей болью. Вы когда-нибудь говорили с ней? Просто говорили?

Он молчал.

— Вы хотя бы раз спросили, чего она хочет?

— У меня не было времени на…

— На жену? — перебила я. — На женщину, с которой вас связала клятва? Которую вы обещали защищать?

Я не знаю, откуда взялись эти слова. Может быть, это говорила прежняя Мариэль. Может быть, ее боль все еще жила в этом теле.

Лорд Сайгер смотрел прямо, резал тяжелым взглядом.

— Ждешь от меня извинений? Признания неправоты? — спросил он глухо. — Я должен был… но это уже неважно. Сейчас важно другое, — он осекся, на скулах дернулись желваки. — Кто-то пытается тебя убить. И я не знаю, кто. Но я выясню.

— Зачем вам это? — я дернулась, — Разве вам не все равно?

Он шагнул ближе. Теперь нас разделяло всего несколько сантиметров. Его жар окутывал меня как плащ.

— Потому что брачная метка ожила, — сказал он. — А это значит, что ты — моя истинная пара. И я не позволю никому причинить тебе вред.

Затем он круто развернулся и вышел.

Я осталась стоять, прижав ладонь к груди. Клеймо пульсировало. И где-то на границе сознания я чувствовала его эмоции.

Он не лгал…

***

Следующие три дня прошли для в заточении.

Меня держали в башне, но теперь это было не наказание, а защита. Так сказал лорд Сайгер.

Тильда приносила еду и новости. Инквизиторы допрашивали слуг. Искали следы яда. Изучали знак на ладони Лорейн. Обыскивали дворец в поисках человека в сером.

Ничего.

Тот, кто убил Лорейн, исчез, словно растворился в тенях.

На четвертый день лорд Сайгер пришел снова. Он выглядел уставшим. Под глазами залегли тени. Золотые волосы были собраны в небрежный узел.

— Мы нашли кое-что, — сказал он с порога.

— Что?

— Секретный ход. В стене восточного крыла. Он вел прямо в покои Лорейн.

— И?

— Его использовали недавно. Очень недавно. Мы нашли следы.

— Человек в сером?

— Возможно. — Он прошелся по комнате. — Но есть кое-что еще. В тайнике Лорейн обнаружили письма. Зашифрованные. Мои криптографы работают над ними. Но одно уже расшифровали.

Он достал из-за пазухи сложенный лист бумаги.

— Хочешь прочитать?

— Если позволите.

Я взяла письмо. Бумага была плотной, дорогой, с водяным знаком в виде спирали — того самого знака Пробужденных. Почерк был мелким, убористым.

«Сестра,

Ты была права. Метка не должна проснуться. Если это произойдет, наш план рухнет. Женщина должна умереть до следующего полнолуния. Иначе Спящий не пробудится.

Р.S. Инквизитор ничего не знает. Продолжай играть свою роль».

Закончив читать, подняла глаза на лорда Сайгера.

— Сестра?

— У Лорейн не было сестры, — Лорд Сайгер пожал плечами. — По крайней мере, официально.

— Значит, это кодовое имя. Или…

— Или она была не той, за кого себя выдавала.

Я перечитала письмо. «Метка не должна проснуться». Значит, Лорейн действительно знала о брачной метке. Знала, что она должна молчать. И когда метка ожила, она поняла — план под угрозой.

Снова подняла глаза на Сайгера.

— Кто такой Спящий?

Он помрачнел.

— Древний. Один из тех, кто не был уничтожен. Он спит под землей, где-то на севере, в руинах Каэр-Нагот. Пробужденные верят, что если принести в жертву потомка древнего рода, Спящий проснется.

— Потомка древнего рода?

— Да. Того, в ком течет кровь первых драконов.

Я покосилась на него.

— Вас?

— Меня. — Он усмехнулся, криво, без веселья. — Или тебя.

— Меня?!

— Ты из рода Альтор. А Альторы, как и Сайгеры, — потомки первых драконов. Именно поэтому был заключен наш брак. Чтобы объединить две ветви крови. Так хотел император.

Внутри у меня похолодело.

— Значит, брак был нужен, чтобы…

— Чтобы создать самую сильную драконью кровь, — закончил он. — Император рассчитывал, что у нас родится ребенок. Наследник, который будет сильнее всех драконов империи. Но ничего не вышло. Метка молчала. Брак остался фиктивным.

— А теперь метка ожила.

— Да. И если Пробужденные узнают об этом… — Лорд Сайгер замолчал.

— Что?

— Они захотят использовать нас. Или убить.

Я опустилась в кресло. Вся эта история становилась все более запутанной. Я оказалась в теле женщины, которая была частью какого-то древнего пророчества. Женщины, которую пытались убить — и пытаются до сих пор.

— Что будем делать? — спросила тихо.

Лорд Сайгер посмотрел на меня. В его янтарных глазах мелькнуло что-то неожиданное, похожее на уважение.

— «Мы»? — переспросил он.

— Мы. Я в этом замешана не меньше вашего. И я хочу узнать правду. О прежней Мариэль. О Лорейн. О том, что на самом деле происходит.

Он помолчал.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Завтра мы отправляемся на север. В руины Каэр-Нагот. Нужно выяснить, что задумали Пробужденные, пока не стало слишком поздно.

— Мы — это вы и инквизиторы?

— Мы, — он сделал паузу, — это ты и я.

Я уставилась на него.

— Вы берете меня с собой?

— Ты — единственная, кого Пробужденные хотят убить. Если ты останешься здесь, тебя убьют. Если поедешь со мной — у тебя будет шанс.

— А если меня убьют в дороге?

— Не убьют. Я буду рядом.

Он сказал это так просто. Так уверенно. И в этот момент я поняла, этот мужчина, этот холодный безжалостный инквизитор — он действительно будет меня защищать.

Не потому что я его жена.

А потому, что брачная метка ожила.

И драконы не отдают свою пару. Никому.

Глава 6

Мне выдали дорожный костюм — теплый, из плотной шерсти, с меховой оторочкой. Плащ с капюшоном. Сапоги на толстой подошве. Тильда плакала, собирая мои вещи. Она хотела поехать со мной, но лорд Сайгер запретил. Слишком опасно.

Нас ждали во дворе. Трое инквизиторов в серых плащах. Лорд Сайгер — в черном, верхом на огромном вороном жеребце. Рядом — гнедая кобыла для меня. И заводные лошади с поклажей.

— Умеешь ездить верхом? — спросил лорд Сайгер.

— Не знаю. Не помню.

Он подошел и помог мне сесть в седло. Его руки были горячими даже через перчаток. Тело вспомнило само — ноги сами нашли стремена, спина выпрямилась. Прежняя Мариэль явно умела ездить.

— Хорошо, — сказал он. — Держись рядом.

Мы выехали из ворот. Город только просыпался. На пустынных улицах редкие прохожие жались к стенам, пропуская инквизиторский отряд. Над крышами висел дым от печей. Где-то звонил колокол храма Света.

Я бросила последний взгляд на дворец — серую громаду с острыми башнями. Там, в восточном крыле осталось тело Лорейн. И неразгаданные тайны.

Мы ехали весь день.

Зимняя дорога была трудной. Снег то сыпал крупными хлопьями, то переставал, обнажая черные стволы деревьев. Мы проезжали мимо замерзших полей, мимо деревень, где крестьяне кланялись до земли, завидя инквизиторов. Мимо брошенных замков, чернеющих на холмах пустыми окнами.

Лорд Сайгер почти не разговаривал со мной. Ехал впереди, прямой как копье. Иногда перебрасывался короткими фразами с инквизиторами. Но я чувствовала его присутствие постоянно — через метку. Она пульсировала теплом и я знала, он думает обо мне. Или по крайней мере помнит.

К вечеру мы остановились на ночлег. Постоялый двор на перекрестке дорог — низкое здание с толстыми стенами и маленькими окнами. Хозяин, завидев инквизиторов, побледнел и засуетился, выделяя лучшие комнаты.

Мне досталась маленькая каморка под крышей. Узкая кровать. Стол со свечой. Замерзшее окно.

Я сидела на кровати и смотрела на огонек свечи. Все это было похоже на сон. Чужая жизнь, чужое тело, чужая опасность. И мужчина с глазами дракона, который чувствует каждую мою эмоцию.

В дверь постучали.

— Войдите.

Лорд Сайгер вошел, пригнувшись в низком дверном проеме. В руках у него была чашка с дымящимся напитком.

— Травяной отвар, — он протянул мне чашку. — От усталости.

— Спасибо.

Я взяла чашку. Наши пальцы соприкоснулись. Клеймо на груди отозвалось теплой волной.

Он сел на стул напротив. Свеча бросала тени на его лицо.

— Завтра будем в Серых Холмах, — сказал он. — Там может быть опасно. Это пограничные земли. Разбойники, дезертиры, может и Пробужденные.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.