Социально-психологический капитал личности в поликультурном обществе
- -
- 100%
- +
Феноменологию, отражающую эффекты нормального функционирования личностного потенциала или его недостаточности, в разных подходах в психологии обозначали по-разному: воля, сила Эго, внутренняя опора, локус контроля, ориентация на действие и т. д. (Косырев, 2011). Лучше всего, по мнению Д. А. Леонтьева, ему соответствует понятие «жизнестойкости», введенное в психологию представителем экзистенциальной персонологии С. Мадди (Леонтьев, 2002). Мадди определяет жизнестойкость не как личностное качество, а как систему установок или убеждений субъекта (Maddi, 1998). Существуют частные формы личностного потенциала, например, «личностный адаптационный потенциал». Личностный адаптационный потенциал (ЛАП) рассматривается как системное свойство, заключающееся в способности личности адаптироваться к условиям окружающей среды. Чем выше уровень развития данного свойства, тем к более экстремальным условиям социальной и природной среды может приспособиться человек (Маклаков, 2001). В числе характеристик, образующих ядро адаптационных возможностей личности, выделяют высокий уровень эмоциональной устойчивости, низкий уровень тревожности, адекватную самооценку личности, высокий уровень развития волевой регуляции, систему установок и смысложизненных ориентаций личности, высокий уровень морально-нравственной ответственности личности и др. (Харина, 2008).
Ресурсный подход в социальной психологии. В социальной психологии ресурсный подход часто реализуется в процессе организационно-психологических исследований. Это происходит в связи с тем, что в числе главнейших ресурсов организации признаны сотрудники с их личностным потенциалом, а также потенциалом их взаимодействия (Barney, 1991).
В работах Б. Ф. Ломова (Ломов, 1972) используется понятие «групповой потенциал», но без детальной проработки. В любой группе существует определенный уровень активности и инициативы членов, что дает, по выражению Б. Ломова, «потенциал группы». Как указывает Б. Ф. Ломов, потенциал групповой продуктивности реализуется через присутствие других людей в коллективе. При присутствии других людей повышается активность, мотивация, контроль выполнения задачи. Наиболее глубоко понятие «потенциал коллектива» проработано в исследованиях А. Н. Лутошкина (Лутошкин, 1979, 1988). А. Н. Лутошкин пишет об использовании дополнительных возможностей человеческого фактора коллективов путем реализации так называемых «потенциалов коллектива». С. А. Багрецов с коллегами определяют социальный потенциал коллектива следующим образом: «Социальный потенциал коллектива может быть определен как количественная оценка его социального развития, а именно – процесса содержа тельного обогащения межличностных отношений в группе целями и задачами ее деятельности, их общественной сущностью» (цит. по: Михальский, 2001, с. 56). Социальный потенциал коллективов определяется, прежде всего, личностным потенциалом его членов. Однако потенциал коллектива не является суммой личностных потенциалов. В результате складывающихся деловых и межличностных отношений у членов коллектива возникает синергетический эффект индивидуальных личностных потенциалов.
С. А. Багрецов и др. выделяют следую щие характеристики социального потенциала коллектива, оказывающие наибольшее влияние на продуктивность группы и поддающиеся развитию в процессе деятельности: способность к самоорганизации; профессиональная компетентность; мотивация к деятельности; мораль, нравственные нормы; чувство коллективизма. А. Б. Золотов рассматривает социально-психологический потенциал коллектива с несколько другой стороны, а именно как совокупность социально-психологических факторов, существующую в единстве актуального и возможного состояний, которые определяют возникновение дополнительных сил коллектива (см.: Михальский, 2001, с. 57–61).
А. Л. Журавлев (2005) использует понятие «социально-психологические резервы» применительно к трудовым коллективам. Социально-психологические резервы делятся А. Л. Журавлевым на две группы (Журавлев, 2005, с. 404). Первая группа – резервы совершенствования социально-психологических явлений в трудовом коллективе: оптимизация взаимоотношений и социально-психологического климата в коллективе; совершенствование структуры отношений в коллективе под влиянием различных форм организации труда; формирование отношений к трудовой деятельности с помощью применения коэффициента трудового вклада; оптимизация процесса адаптации рабочих в коллективе. Вторая группа: развитие самоуправления на уровне предприятия и на уровне коллективов; подбор и формирование личности руководителя, способного эффективно руководить трудовым коллективом; учет психологических особенностей отношения исполнителей к руководителю; дифференцированное формирование стилей руководства. Социально-психологические резервы очень важны и имеют ряд функций: отражательная, диагностическая, резервирующая, регуляторная, адаптационная.
А. Л. Журавлев отмечает, что социально-психологические резервы есть результат не сложения, а именно интеграции индивидуальных резервов. При этом одним из характерных механизмов формирования социально-психологических резервов является механизм их аккумуляции, т. е. процесс постепенного накопления регуляторных возможностей различных социально-психологических феноменов, относящихся к категории резервов (Журавлев, 2005, с. 405–406).
Таким образом, каждый вид ресурсов обладает способностью к сохранению и накоплению, различные виды ресурсов характеризуются взаимным влиянием. Социально-психологический капитал является именно ресурсом, не резервом. Данное понятие по своему содержанию гораздо ýже и конкретнее, чем понятие социально-психологических резервов.
Подведем основные итоги данной главы монографии. В главе рассматривался ресурсный подход в психологии. Анализ показал, что все виды психологических ресурсов можно разделить на три категории: когнитивные, личностные и социально-психологические.
Когнитивные, или психологические, ресурсы имеют довольно долгую историю изучения. В качестве психологических ресурсов индивида рассматриваются: энергетическая емкость центральных познавательных механизмов (А. А. Ухтомский), психофизиологические возможности человека (Г. М. Зараковский, Д. Канеман), функциональный потенциал, обеспечивающий высокий уровень реализации его активности (В. А. Бодров), мощность множества связанных когнитивных элементов, которое отвечает за активное создание многомерных моделей реальности в процессе решения задач разного уровня сложности (В. Н. Дружинин).
Личностные ресурсы – это жизненные ценности, которые образуют потенциал для совладания с неблагоприятными жизненными событиями (К. Муздыбаев), разнообразные свойства, черты, установки личности, регулирующие поведение в сложных жизненных ситуациях.
Социально-психологические ресурсы. Основной сферой использования ресурсного подхода в социальной психологии является психология коллективов и рабочих групп. В рамках данного направления исследований в качестве ресурсов рассматриваются: уровень активности и инициативы членов группы (Б. Ф. Ломов), процесс содержательного обогащения межличностных отношений в группе целями и задачами ее деятельности (С. А. Багрецов), оптимизация взаимоотношений и социально-психологического климата в коллективе, совершенствование структуры отношений в коллективе под влиянием различных форм организации труда, оптимизация процесса адаптации рабочих в коллективе, развитие самоуправления на уровне предприятия и на уровне коллективов, подбор и формирование личности руководителя, способного эффективно руководить трудовым коллективом; учет психологических особенностей отношения исполнителей к руководителю (А. Л. Журавлев).
Однако при этом психологические ресурсы больших социальных групп в социальной психологии не рассматривались. Также не рассматривались индивидуальные социально-психологические ресурсы, позволяющие человеку достигать высокого уровня адаптации и благополучия в больших социальных группах.
Когда речь идет о социальной среде, в которой человек адаптируется, с которой он вынужден совладать, им будут использоваться различные виды ресурсов, в том числе и социально-психологические. Содержание социально-психологических ресурсов составляют определенные виды социально-психологических отношений личности.
1.2. Рассмотрение социально-психологических отношений с точки зрения ресурсного подхода
Анализируя явление, которое близко к явлению социально-психологического капитала – социальный капитал – П. Н. Шихирев отмечал, что с психологический точки зрения социальный капитал предсталяет собой отношение к отношению (Шихирев, 2003б). Понятие «социально-психологическое отношение» является базовым для анализа феномена социально-психологического капитала личности. Социально-психологический капитал личности представляет собой систему определенных социально-психологических отношений личности, которые являются одним из ее психологических ресурсов. Рассмотрим теоретические основания этого положения.
Выдающийся отечественный психолог С. Л. Рубинштейн писал: «Отношение к другому человеку, к людям составляет основную ткань человеческой жизни, ее сердцевину. Сердце человека все соткано из его человеческих отношений к другим людям; то, чего оно «стоит целиком», определяется тем, к каким человеческим отношениям человек стремится, какие отношения к людям, к другому человеку он способен устанавливать. Психологический анализ человеческой жизни, направленный на раскрытие отношений к другим людям, составляет ядро подлинно жизненной психологии» (Рубинштейн, 1957, с. 263). Область изучения отношений между людьми включает в себя широкий круг психологических явлений: что один человек думает и чувствует по отношению к другому человеку, как он его воспринимает, каких поступков и мыслей он от него ожидает, как реагирует на поступки другого (Heider, 1958).
Отношения личности являются основными сторонами психической жизни человека наряду с психическими процессами, свойствами, состояниями (Мясищев, 2011, с. 16). В наиболее широком смысле под отношениями понимается «целостная система индивидуальных, избирательных, сознательных связей личности с разными сторонами объективной действительности, включающая три взаимосвязанных компонента: отношение человека к людям, к себе, к предметам внешнего мира» (Куницына и др., 2002, с. 194).
В мировой науке достаточно долго доминировал философский подход к изучению отношений, уходящий своими корнями в философию Аристотеля. Однако, начиная с 1880-х годов, появилось довольно много новых направлений в изучении отношений (см.: Vangelisti, Perlam, 2006, p. 13). Например, З. Фрейд писал о роли родительско-детских отношений в развитии личности. У. Джеймс рассматривал Я-концепцию личности как продукт ее отношений с другими. Э. Дюркгейм делал акцент на социальной организации и аномии. Достаточно большое количество исследований с 1960-х и по 1990-е годы за рубежом было посвящено изучению факторов установления дружеских отношений, аттракции, характеристик людей, вступающих в дружеские отношения (Vangelisti, Perlam, 2006, p. 13).
Рассмотрение исследований отношений в зарубежной психологии показывает, что по сравнению с отечественной психологией зарубежные исследования являются более конкретными по своей сути. Отечественные исследования отношений носят более обобщенный, более глубинный теоретико-философский характер и нацелены на то, чтобы найти общие закономерности построения психологических отношений в различных сферах жизни, а также на генерализацию отношений личности на ее жизнь в целом. Зарубежные работы, как правило, касаются рассмотрения конкретных видов отношений личности, конкретных следствий этих отношений для жизни, а также изучения роли конкретных факторов (в том числе физиологических), в построении личностью ее отношений с окружающими.
Психологические отношения. Основу отечественной теории психологических отношений заложили В. М. Бехтерев, Н. Я. Грот, А. Ф. Лазуский, М. Я. Басов, В. Н. Мясищев, С. Л. Рубинштейн, К. К. Платонов. Современное состояние этой области науки представляют работы А. А. Бодалева, А. Л. Журавлева, В. П. Познякова, И. Р. Сушкова.
Понятие «отношение» использовалось В. М. Бехтеревым при попытке синтеза двух систем психологического знания – субъективного и объективного исследовании психики (Левченко, 2003). В. М. Бехтерев дополнил понятие «отношение» характеристикой «активное» и показал, что организм не только приспосабливается к среде, существует другой вид его связи со средой – он может изменять внешние условия в соответствии с внутренними (Левченко, 2003). Способность влиять на внешнюю среду, изменять ее делает отношения ресурсом, который может быть использован для адаптации к среде, ее изменения в процессе адаптации. Ресурсом отношения стали для человека на определенном этапе развития социума и культуры.
А. Ф. Лазурский, предпринимая попытку создать новый вариант психологии, допускал существование в ядре психики механизмов, образованных способностями и их взаимными связями, работа этих механизмов и определяет все проявления психики. Система взаимных связей образует целое психическое – нервно-психическую организацию. Эти внутренние связи проецируются вовне, в отношения между наблюдаемыми проявлениями и внешними обстоятельствами (см.: Левченко, 2003). Работу таких внутренних, скрытых механизмов Лазурский называл «эндопсихикой». Кроме нее также выделялась «экзопсихика», т. е. отношения личности к среде. «Однако идея отношений личности к среде не стала у Лазурского предметом специальной дальнейшей разработки, осталась подчиненной цели исследования эндопсихики…» (цит. по: Левченко, 2003, с. 143). Социально-психологический капитал личности ближе к понятию экзопсихики. Он принадлежит личности, однако содержательно представляет собой ресурс отношений личности к социальной среде.
В концепции М. Я. Басова отношение является характеристикой связей внутри психики. В его работах оно играет роль методологического принципа отношения организма к среде. Особенность трактовки М. Я. Басовым данного принципа состоит в понимании отношения как взаимоотношения в процессе деятельности (см.: Левченко, 2003).
Наиболее развитая теория отношений содержится в трудах В. Н. Мясищева, который не только поставил проблему отношений в качестве самостоятельной для психологии, но и описал многозначность данного термина, систематизировал и обобщил признаки отношений, выделил и эмпирически изучил различные виды отношений. В работах В. Н. Мясищева отношение рассматривается как:
– связь субъекта и объекта;
– как интегральная позиция субъекта;
– как предмет психологии, поскольку психическое определено как система отношений;
– как одна из категорий психологии, наряду с процессами, состояниями, свойствами личности;
– как явление, обозначающее конкретную проблематику или специальный раздел психологии, включающий изучение целей, стремлений, тенденций, интересов, оценок, идеалов, потребностей, убеждений (см.: Левченко, 2003, с. 223).
В. Н. Мясищев обозначает понятием «отношения» латентное состояние, которое определяет основанный на прошлом опыте характер действия или переживания человека по поводу каких-либо обстоятельств. В развитом плане отношения человека характеризуются их сознательностью, выраженной избирательностью и сложностью. «Установки» можно рассматривать как неосознанные отношения, а «отношения» как осознанные установки» (Мясищев, 2011, с. 109). Однако установки и отношения, согласно В. Н. Мясищеву, различаются. В чем состоит их различие? «Установка характеризуется готовностью. Что касается отношения, то его как образование характеризует избирательность, тяготение или отталкивание» (Мясищев, 2011, с. 118). Кроме того, эмоция является обязательным компонентом отношения. Без эмоции нет отношения, это будет уже безразличие (Мясищев, 2011, с. 119).
Системный подход к изучению отношений, в частности, межгрупповых отношений, успешно развивался в работах И. Р. Сушкова (Сушков, 2008), который под системой понимает «множество элементов, взаимодействующих на основе определенного отношения, делающего структуру данного множества необходимым и достаточным условием появления новой вещи (качества) как элемента иного множества» (Сушков, 2008, с. 49). Применение системного подхода к психологии отношений позволило прийти к выводу, что между субъектами жизнедеятельности существуют не просто отношения, а именно взаимоотношения. Особенно данное положение соответствует коллективным субъектам жизнедеятельности – различным социальным группам.
Психологические отношения субъектов экономической деятельности в условиях изменения форм собственности на средства производства рассматривались В. П. Позняковым. Эмпирическое исследование позволило получить несколько важных результатов (Позняков, 2002):
а) психологические отношения субъектов экономической деятельности, отражая объективные экономические условия, в первую очередь отношения собственности на средства производства, являются результатами изменения этих условий;
б) изменение организационно-экономических условий деятельности оказывало влияние на изменение приверженности группе; в результате повышалась выраженность таких качеств, как сотрудничество, взаимопомощь, взаимная требовательность, ответственность, значимость партнерских отношений, готовность защищать интересы своего коллектива;
в) было показано, что психологические отношения субъектов экономической деятельности связаны с предпочтением форм собственности и видов экономической деятельности; психологические отношения выступают важными факторами, определяющими выбор формы собственности и уровень деловой активности субъектов.
Результаты исследований В. П. Познякова создают одно из оснований для предположения о том, что психологические отношения оказывают влияние на экономическое поведение личности.
Социально-психологические отношения. В. П. Позняков классифицировал отношения личности на психологические отношения личности, межличностные отношения, внутригрупповые отношения, межгрупповые отношения (Позняков, 2000, с. 22). Н. Н. Обозов рассматривает психологические отношения в одном ряду с различными формами общественных отношений, такими, как производственные, политические, правовые и т. д. (см.: Сушков, 1999, с. 152). С точки зрения И. Р. Сушкова, термин «психологические отношения» является более общим в сравнении с так называемыми «деловыми» и межличностными отношениями. Определяя место понятия «межгрупповые отношения» в этой системе, И. Р. Сушков считает, что здесь мы сталкиваемся с проблемой, поскольку эти отношения не относятся ни к общественным, ни к межличностным. Для решения данной проблемы И. Р. Сушков предлагает использовать понятия «социально-психологические отношения» и «взаимоотношения». С помощью понятия «взаимоотношения» характеризуются психологические отношения между группами, а с помощью понятия «социально-психологические отношения» – отношения между индивидом и общностью (Сушков, 1999, с. 158).
Понятие «социально-психологические отношения», с моей точки зрения, наиболее точно отражают содержание социально-психологического капитала личности в поликультурном обществе, суть которого именно в отношениях между индивидом и общностью. Термин «социально-психологические отношения» является подходящим для обозначения психологических отношений, возникающих между людьми в процессе совместной жизнедеятельности (Журавлев, Позняков, 2012), т. е. в том числе и в рамках одного общества. Одно из первых упоминаний данного понятия содержится в работе Е. В. Шороховой с соавт. (Шорохова и др., 1977), отмечавших неразрывную связь социально-психологических отношений с общественными и детерминированность общественными условиями жизнедеятельности людей.
Явление социально-психологического капитала содержательно раскрывается в особенностях социально-психологических отношений между личностью и группой. И. Р. Сушков рассматривает отношения между личностью и группой с точки зрения системного подхода как взаимодействие системы и ее элемента. Такого рода отношения он называет «взаимоотношения личностей и групп» и определяет их следующим образом: «Это социально-психологические отношения субъектов друг к другу как к элементам социальной системы, в которую они входят. Другими словами, это оценка субъектами социально-психологических отношений в соответствии с восприятием ими меры вклада в сохранение и развитие единства социальной системы, идентичность» (Сушков, 2008, с. 112). Социальная система, согласно И. Р. Сушкову, характеризуется наличием межиндивидуальных, межгрупповых связей, которые делают возможным обмен социально-психологическими отношениями (Сушков, 2008, с. 115).
Тот факт, что отношениями можно обмениваться, делает целесообразным их рассмотрение в качестве ресурса. Кроме того, как справедливо отмечают А. Л. Журавлев и В. П. Позняков, важное преимущество в использовании термина «психологические отношения» по сравнению с термином «социальные установки» и «аттитюды» состоит в том, что понятие психологических отношений наиболее адекватно представлениям о психике человека, развиваемым в русле субъектно-деятельностного подхода. С позиции субъектно-деятельностного подхода основными признаками субъектности и субъекта являются сознательность, избирательность, целостность и активность. Все эти признаки также присущи феномену психологических отношений (Журавлев, Позняков, 2012, с. 61).
Таким образом, для характеристики содержания того ресурса личности, который рассматривается в данной монографии, будет использоваться термин «социально-психологические отношения».
Социально-психологические отношения как ресурс личности. Важность социально-психологических отношений в жизни человека невозможно переоценить. Согласно М. Аргайлу (Argyle, 2001), отношения имеют большое влияние на счастье и другие аспекты благополучия и, возможно, являются его главной причиной. Огромное количество литературных данных подтверждает сильную связь отношений между людьми с их счастьем и благополучием (Argyle, 2001; Diener, Seligman, 2002; Myers et al., 1992). Например, люди, находящиеся в близких отношениях, имеют более высокий уровень физического, ментального и эмоционального качества жизни, а также более адаптивные копинговые реакции на стресс (Myers et al., 1992). Все это указывает на то, что позитивные по своей валентности отношения проявляют свойство ресурса – они улучшают адаптацию, здоровье, делают людей более успешными и благополучными. Для многих людей с ограниченными возможностями природа межличностных отношений, через которые они получают необходимую поддержку, определяет уровень их благополучия и воспринимаемого равенства с обыкновенными людьми.
Помимо эмоционального и физического благополучия, социальная поддержка и отношения, в которых присутствует привязанность, вносят важный вклад в познавательную активность и развитие у взрослых людей на протяжении жизни. Фини и Ван Влит, основываясь на полученных ими данных, утверждают, что развитие людей в любом возрасте идет через привязанность к другим (Feeney, van Vleet, 2010).
Согласно теории привязанности Дж. Боулби (Bowlby, 2008), поиск и предоставление поддержки являются проявлением врожденной регуляторной системы, называемой поведенческой системой, которая возникла в процессе эволюции. В теории привязанности поведение, связанное с поиском поддержки, управляется поведенческой системой привязанности, которая руководит процессом отбора, активации и завершения поведения, направленного на получение защиты и поддержки от более взрослых, сильных и мудрых «других» (чаще всего в этой роли выступают родители). Однако данная система работает не только в детстве, но и в течение всей жизни. Роль объектов привязанности часто занимают сверстники, а также учителя, научные руководители в академической среде, группы, институты и т. д. Наличие таких привязанностей (с друзьями, с родственниками), с моей точки зрения, входит в ресурс социально-психологических отношений личности, поскольку привязанности оказывают ей поддержку и способствуют ее развитию.
Начало исследований социальной поддержки принято отсчитывать с 1970-х годов (Vangelisti, 2009). Все исследователи по-разному определяли социальную поддержку, но во всех этих определениях было общее: социальные отношения могут смягчить воздействие стресса на здоровье и повысить благополучие людей, т. е. играть роль психологического ресурса для преодоления трудностей. Изучалось, как отношения между людьми могут поддерживать их физическое и ментальное здоровье, однако разные исследователи продолжали определять и изучать социальную поддержку по-разному, не сводя ее к единой концепции.
Исследования социальной поддержки могут быть разделены на три направления (Burleson, MacGeorge, 2002).