Вальс Бостон

Глава 1

Бамс! И любимое блюдо из китайского фарфора, последнее из сервиза, что привез дед из Маньчжурии в 1945 году, разбилось вдребезги. «Как так оно выскочило у меня из рук! Вот я растяпа!» - думала Света, собирая веником осколки с пола в кухне. Она старательно подметала пол, пока не уперлась в бархатные домашние туфельки на невысоком каблучке, застывшие на пороге. «Она так тихо подошла», - мелькнуло в голове у Светланы. Она выпрямилась, молча ссыпала содержимое совка в мусорный контейнер и повернулась лицом к матери. «Мама», - прошептала одними губами, со страхом глядя на высокую стройную женщину в китайском шелковом цветастом халате, стоящую в проеме кухни. Изольда Павловна Тихонова всегда держала спину ровно, в свои шестьдесят, она выглядела как минимум на десять лет моложе.

- Посуда бьется к счастью, - просто сказала она, развернулась и вышла с кухни.

«Черт, черт, черт, - выругалась Светлана. – Так себе утро началось!» - сокрушенно вздохнула и побежала в коридор одеваться. Угольно-черный плащ, яркий цветастый платок, высокие, под самое колено сапоги, сумка, зонт, - кажется, ничего не забыла. Света схватила ключи с угловой полки на шкафу в коридоре, и те тут же выскочили из рук, звонко брякнув об пол.

«Что же у меня сегодня все из рук валится!?», - вздохнула Светлана, подняла ключи и выскользнула в коридор, защелкнув замок на входной двери.

Старенький лифт, дребезжа, спускался вниз. «Только бы не застрял, только бы не застрял», - как мантру, повторяла про себя Светлана и облегченно выдохнула, когда, наконец, тяжелая громадина остановилась. Она распахнула железные заслонки и выскочила на улицу из подъезда. С неба сыпал дождь. Сентябрь в этом году выдался дождливым и хмурым.

Теперь под зонтиком добежать до остановки, дождаться маршрутки, десять минут езды, и вот она ненавистная работа.

Когда Светлана вылезла из маршрутки, остановилась, поправив скособоченный в давке плащ, сделала первый шаг, правый каблук сапога неприятно цокнул, скользнув по омытой дождем брусчатке. Досадно. Света чуть не упала, но крыльями махать некогда, и она быстрым шагом пошла по тротуару в сторону высокого офисного здания – очередной безвкусной громадины из стекла и бетона, которых в последнее время много стало появляться в городе. В том числе и благодаря конторе, где Светлана Сергеевна Тихонова работала бухгалтером-расчетчиком вот уже десять лет. По дороге каблук то и дело соскальзывал, и Света старалась идти как можно ровнее: не хватало еще брякнуться в лужу. И все же когда уже сделала шаг на первую ступеньку, предатель-каблук опять соскользнул, и Света, нелепо взмахнув руками, стала заваливаться в сторону. В этот момент чья-то твердая рука подхватила ее сзади за талию, не дав упасть.

- Да что за день сегодня такой! – в сердцах выдохнула Света, а сзади услышала насмешливый мужской голос.

- Осторожнее, девушка, так и упасть недолго.

Света подняла голову, процедив сквозь зубы слова благодарности, и тишину разрезал радостный возглас.

- Светка Тихонова, ты ли это? Вот это да! Какими судьбами?

Светлана вгляделась в лицо своего спасителя: высокий крепкий мужчина, карие глаза, прямой нос, короткая модная стрижка - знакомое лицо. Момент узнавания!

- Толя Заварзин? Откуда ты здесь! – Света радостно улыбнулась. Она никак не ожидала встретить в это утро своего однокурсника. – Говорили, ты в Питере. А ты вот!

- Был в Питере, теперь вернулся на родину. А ты тут как?

- Я тут работаю уже десять лет в «Громаде» бухгалтером-расчетчиком.

- Бухгалтером? – удивился Анатолий, - ты же была талантливым экономистом, что с тобой случилось?

Света хмыкнула в ответ:

- Случилась дочь, - пожала плечами молодая женщина. Анатолий понимающе закивал головой. Народу в офис торопилось много, и на них, застывших на ступеньках, уже давно заинтересованно поглядывали. Света бросила взгляд на часы.

- Слушай, Толя, через пять минут рабочий день начнется, а у нас главбухша – зверь. За пять минут опоздания может лишить премии.

- Да, точно, рабочий день же.У тебя номер телефона сменился?

- Нет.

- Тогда я позвоню тебе, может, встретимся, поговорим как-нибудь вечером.

- Почему нет, - согласилась Светлана, взяв за рукав мужчину, искренне сказала, – мне было приятно тебя увидеть. Пока. Звони, - и шагнула за стеклянную вертушку дверей.

Поднимаясь на лифте на свой 7 этаж, Света улыбалась. «Толя Заварзин, надо же. Столько лет прошло, и он здесь. Все такой же красавчик. Надо будет ребятам позвонить, вот они обрадуются

Поднявшись к себе в бухгалтерию, Светлана в последнюю минуту влетела в кабинет и наткнулась на сердитый взгляд главбухши. Кабинет Нины Петровны как всегда с утра был открыт: она любила наблюдать за тем, кто и во сколько пришел. Света, слава Богу, оказалась не последней. Раздеваясь у шкафа, она повесила на плечики плащ, стянула сапоги и перевернула каблуком вверх. «Так и есть, набойка слетела, - с досадой поморщилась Светлана, - то-то каблук все время скользил. Придется в ремонт отдавать. Черт, это последние добрые сапоги, а на новые денег нет». Еще раз озадаченно осмотрев каблук, Светлана Сергеевна убрала сапоги в шкаф, нырнула в удобные лодочки и села на свое место, включая компьютер.

День пошел своим чередом. Скоро зарплата, сотрудников в конторе много, работы, соответственно, тоже. А через час в кабинет бухгалтерии вошли трое мужчин: генеральный, его зам. и… Толя Заварзин. Они прошли в кабинет главбухши, поначалу ненадолго закрыв дверь, а затем дверь распахнулась, и вышедший на порог генеральный в сопровождении других официальных лиц торжественно объявил:

- Представляю вам нового коммерческого директора нашей компании – Анатолий Михайлович Заварзин. Прошу любить и жаловать!

При этих словах бровь Светланы удивленно поднялась, она взглянула на Толю, а тот слегка моргнул глазом:то ли подмигнул, то ли он у него дернулся от нервов, Светлана так и не поняла. Главбухша попросила Викулю –кадровичку - оформить вновь прибывшего, а потом все лишние вышли из кабинета, и день потянулся томительно и серо, как зарядивший сентябрьский дождь за окном.

Толя еще раз забегал в кабинет, принес документы Викуле. «Красивый, холеный, одет с иголочки и Викулю нашу очаровал. Он всегда производил неотразимое впечатление на женщин, бабник был страшный», - машинально отметила про себя Света, слыша, как по-птичьи заворковала кадровичка.

А в обеденный перерыв, когда девчонки собрались в столовке, Викуля томным голосом сообщала коллегам секретную информацию.

- Девочки, он разведен, 39 лет, детей нет, алиментов тоже, приехал из Москвы. Такой красавчик! – томно вздохнула Викуля.

Светлана не удержалась от шпильки:

- Ага, он всегда таким был. Ни одной юбки на курсе не пропускал, бабник страшный, - за столом воцарилась пауза, и все уставились на нее. – Ну что вы так смотрите? Мы учились с ним вместе, он мой однокурсник.

- Точно, он же наш ИнЖэкв УПИ окончил, как я не подумала, - воскликнула Викуля, - и что, каким он был? Расскажи.

- Душа компании, на гитаре играл, пел прекрасно. Девчонки все в него влюблялись, - улыбаясь, вспоминала Светлана.

- А ты? – нервно дернулась Викуля.

- А я влюбилась в его друга, - вздохнула Светлана, - на свою голову.

Девчонки помолчали.

- И что теперь? – спросила Викуля, - он тебе, наверное, повышение организует по старой памяти, - не смогла скрыть сарказма в голосе Викуля.

- Какое повышение, Вика? Ты лучше всех знаешь, что вакансий у нас в конторе нет, а потом столько лет прошло, узнал, и то хорошо.

- Ну да, ну да, - задумчиво глядя на коллегу, согласилась Викуля.

А в конце рабочего дня, когда Светлана, сняв очки и зажмурившись, устало растирала переносицу и терла глаза, стирая остатки косметики, раздался телефонный звонок. Машинально скользнув по зеленой кнопке вверх, она услышала в трубке знакомый голос.

- Спускайся вниз, Светка, рабочий день уже окончен, я тебя жду на стоянке.

Света не успела ничего ответить, а собеседник уже сбросил звонок.

Света огляделась: кабинет опустел, только Нина Петровна еще возилась, собирая сумку.

- Чего сидишь, Тихонова? За сверхурочные платить не буду, - проворчала она, натягивая плащ на свою монументальную фигуру.

- Да я уже, Нина Петровна. Вот думаю, куда сапоги в ремонт отдать, утром по дороге набойка отлетела.

- О, - сочувственно закивала головой главбухша, - тут на Гагарина за углом есть срочный ремонт обуви, могут прямо при тебе сделать.

- Правда? Спасибо, Нина Петровна, - благодарно воскликнула Светлана, - а где на Гагарина, адрес не помните?

- Адрес точно не знаю, не скажу, но тут недалеко. До конца улицы дойдешь, повернешь направо, на Гагарина, второй дом от угла, все по нашей стороне, дорогу переходить не надо. Вот в дальнем торце и есть мастерская то ли «Башмачок», то ли «Каблучок», не помню. В подвальчик спуститься надо.

- Вы так меня выручили, Нина Петровна! – искренне сказала Света.

- Да, ладно, что уж там, - махнула рукой главбухша и медленно поплыла вдоль по коридору.

Светлана закрыла кабинет, спустилась на лифте вниз, вышла на улицу, раскрыла зонт и пошла в указанном главбухшей направлении. Но не успела сделать и пары шагов, как сзади ее схватили за локоть.

- Тихонова, ты глухая что ли? Я тебе сигналю, кричу, а ты и ухом не ведешь! – возмущался Заварзин.

- Ой, Толя, я и забыла, - виновато улыбнулась Светлана.

- Пойдем, отвезу тебя домой, - потянул за рукав мужчина.

- Так, я не домой, - ответила молодая женщина и, заметив, как нахмурился Анатолий, пояснила, - у меня утром набойка у каблука отлетела, а Нина Петровна посоветовала мне мастерскую здесь неподалеку, говорит, прямо при мне сделать могут. Лицо мужчины посветлело. Он улыбнулся.

- Так, тем более подвезу. Ты утром шла, оскальзываясь, а сейчас и вовсе мокро. Пошли, пошли, - мужчина галантно подставил локоть.

И Светлана, вздохнув, уцепилась за него. Они подошли к большому черному внедорожнику, и Анатолий, пикнув сигналкой на брелоке, открыл переднюю дверь.

- Вау! – восхитилась Светлана, - это твой?Красавец какой?

- Ну, конечно! – похвастался Анатолий, - купил вМоскве. Залезай, давай, а то совсем вымокнем.

Светлана сложила зонт, неуклюже влезла на сиденье, Анатолий захлопнул дверь, обойдя машину, быстро запрыгнул на водительское сиденье и вставил ключ в зажигание. В салоне заиграла приятная музыка. Мужчина повернул заслонки обогревателя, и на Светлану подул теплый воздух.

- Сейчас согреешься и обсохнешь. - Переключив экран бортового компьютерананавигатор, спросил, - где там твой ремонт обуви?

- Нина Петровна сказала, на Гагарина, второй дом от угла с дальнего торца.

Заварзин на несколько минут затих, набирая в айфоне искомую комбинацию слов. Вскоре навигатор выстроил маршрут.

- Ну, поехали, - сказал он, и машина, точно корабль, плавно тронулась с места.

Сапожник в мастерской оказался понятливым дядькой. Забрал сапоги, попросил полчаса подождать, даже выдал одноразовые тапочки, чтобы удобнее было сидеть, записал номер телефона и сказал, что позвонит, как будет готово.

- Может, в машине подождем? – спросил Анатолий.

- А как я? – указав руками на тапочки, спросила Светлана.

Мужчина хмыкнул, легко подхватил ее на руки и поднялся по ступеням на выход из подвала.

- Ох, и мелкая ты, - хмыкнул Анатолий, - как мышка.

Открыв дверь, усадил женщину на сиденье, а потом и сам сел в машину. Какое-то время они молчали, улыбаясь каждый о своем, а затем Светлана сказала:

- Ну, рассказывай, где тебя носило все эти семнадцать лет, бродяга? – она рукой растормошила его мокрые волосы, и мужчина улыбнулся.

- Да, где только не носило, - задумчиво сказал он, - сначала в Питере работал, потом в Новосибирске, потом в Москву перебрался - так и мотался по стране, а теперь вот домой вернулся, потянуло.

- Что разведен, знаю. Викулька всю твою подноготную выложила, - хихикнула Света.

- Не сомневаюсь. Таким палец дай, всю руку заглотят, - хмыкнул Анатолий. - А ты сама как?

- А что я. После института сразу дочь родила. Сейчас Кристинке 16 лет, в 10 класс пошла. А я вот здесь. Экономисты тогда не очень были нужны, а мне ребенка кормить надо было да маму содержать, она тогда болела.

- Дочь Сашкина? – спросил мужчина.

- Да.

- Вот гаденыш! – ругнулся Анатолий. – Судя по тому, что ты Тихонова, замуж он тебя не позвал?

- Нет, - вздохнула Света, - зачем я ему. Отец тогда уже заграницу свалил. У меня ни связей, ни имени.

- А про дочь-то хоть знает?

- Знает, конечно. Как только про беременность свою ему сказала, как отрезал: нам нужно карьеру делать, какие дети! Только я его не послушала и сделала по-своему. А его с тех пор и не видела. Да, нам он и не нужен.

Еще немного помолчали.

- Как там Изольда Павловна? Помнишь, как она нас на третьем курсе из твоей комнаты выставила? Как вошла, даже слова не сказала, только глянула так, что нас как ветром сдуло. Настоящая Снежная королева, взглядом могла заморозить.

Они засмеялись, вспоминая студенческие будни.

- Мама, она и сейчас такая же. Я ее до сих пор боюсь! Ей летом 60 исполнилось, но спину по-прежнему держит прямо.

- Ты говорила, она болела?

- Да, когда отец в начале двухтысячных сбежал заграницу, деда арестовали, а после он умер от инфаркта. Там какая-то мутная история была с офшорами. Через год отец документы на развод прислал. Вот она и слегла - сердце. А потом, когда Кристя родилась, вообще не до болячек стало. Ничего, поправилась, но мы стараемся ее не огорчать. Все-таки с сердцем не шутят. Если бы не она.

- А замуж снова не вышла?

- Какое там? Ты бы ее видел, сам же сказал, Снежная королева! Всех кавалеров отморозила. Так и живем втроем в бабьем царстве.

- Там же, на Ленина?

- Да, как удалось квартиру дедушкину сохранить, до сих пор удивляюсь. К нам столько раз приставали. Все соседи уже сменились ни по разу, а мы самые стойкие. Мама уперлась, ни в какую, а теперь даже рады. Такую квартиру, как у нас, сейчас просто так не купишь.

Светлана с дочерью и мамой проживала в двухуровневой квартире на улице Ленина. Эти дома строили пленные немцы в 1946 году. Хотя здания и старые, но планировка самая что ни на есть лучшая! Сейчас такие квартиры дороже новостроек стоят, да еще в самом центре.

Телефон тревожно зазвенел. Светлана выслушала, ответила: «Хорошо», - и повернулась к Анатолию.

- Все, готово!

- Сиди, я сам принесу, - ответил мужчина, - давай квитанцию. Настаивать было глупо, как и топать в подвал в тапочках, и Светлана осталась в машине. Через несколько минут Анатолий вышел, держа в руках ее сапоги, открыл дверцу, развернул женщину к себе лицом, сдернул одноразовые тапочки и стал надевать ей на ноги сапоги. Светлана так растерялась, что даже возмутиться не смогла, покорно подставляя то одну, то другую ногу.

- Ну что, Золушка, - улыбнулся Анатолий, - поехали домой, - сказал мужчина, заводя двигатель.

Они быстро доехали до дома Светланы. Возникла неловкая пауза.

- Зайдешь? – спросила женщина, - с мамой поздороваешься. Ужином тебя накормлю, – предложила.

- Нет, давай в другой раз, - отказался Анатолий. – Да, кстати, я наших ребят обзвонил, всех пригласил на дачу в эту субботу. Тебя тоже жду и отказа не приму.

- Хорошо, - согласилась Света. – Да, Толя, девчонки в офисе хотя и знают, что мы с тобой учились вместе, но не стоит афишировать наше давнее знакомство, - предупредила Света. – В нашем серпентарии мне спокойно работать не дадут и так уже спрашивают, когда ждать моего повышения.

- А тебя надо повысить? – спросил Анатолий.

- Спасибо, Анатолий Михайлович, обойдусь как-нибудь! – усмехнулась Светлана и расправила плечи, вышла из машины и вошла в подъезд.

Зайдя в квартиру, Светлана устало присела на тумбу и принялась стягивать сапоги, глубоко задумавшись, вспоминая неожиданное и теплое внимание Заварзина.

- Что так долго? – спросила Изольда Павловна дочь, и Светлана вздрогнула.

- Ой, мама, ты меня напугала!Что так подкрадываешься?

- А ты чего это вздрагиваешь? - не укрылось от матери задумчивое лицо дочери. А та повела плечами, словно стряхивая наваждение, и ответила на первый вопрос.

- У меня сегодня утром по дороге на работу набойка у сапога слетела, вот я и ходила в ремонт. Нина Петровна посоветовала. Неподалеку от нашего офиса - срочный ремонт, делают прямо при тебе, вот и пришлось ждать.

- Позвонить ты не могла или хотя бы SMS прислать? Я же волнуюсь, - упрекнула мать.

- Задумалась, мама, извини,– повинилась дочь, повесила плащ на плечики и прошла в комнату. Переоделась в домашние теплые спортивные штаны и растянутый старый свитер. Отопление еще не включили, и в доме было прохладно.

- Помнишь Толю Заварзина с нашего курса? – спросила Светлана, моя руки в ванной.

- Это тот, который друг твоего Александра, что ли? – презрительно фыркнула мать.

- Ну да, он, - согласилась Света, - он наш новый коммерческий директор. Сегодня генеральный представлял. – Все это Света говорила, разогревая суп в микроволновке, накрывая на стол, - Кристя дома?

- Дома. У себя наверху торчит, опять, наверное, наушниками своими уши заткнула, не докричишься! – сокрушенно вздохнула Изольда Павловна.

Светлана продолжала машинально резать хлеб, выкладывая его на тарелочку. Достала вторую тарелку, в которую налила еще порцию супа, и вновь сунула его в микроволновку. Мать ни о чем не спрашивала домашних, все было как всегда, вот только вид задумавшейся Светланы напрягал.

- Что случилось, Света? Это как-то связано с вашим новым коммерческим? – осторожно спросила Изольда.

- Толя меня в субботу к себе на дачу пригласил, у них был дачный участок на Уктусе, помнишь? Он весь наш выпуск собирает.

Изольда Павловна вгляделась в лицо дочери, но не заметила ни волнения, ни страха.

- И этот Александр там тоже будет? – уточнила мать.

- Не знаю, мама, мне все равно, - устало отозвалась дочь. – Я его 17 лет не видела и не слышала. Чего уж теперь-то, давно перегорело все. А вот ребят бы повидала, давно не встречались, – а потом, словно прислушиваясь, крикнула, - Кристя! Кристина! Иди ужинать! - Не услышав даже намека на шевеление со второго этажа, сокрушенно покачала головой, - точно в наушниках!

- Сиди, - махнула рукой Изольда Павловна, - я сама схожу, а то ты с ног валишься!

Светлана виновато улыбнулась.

Стук каблучков по лестнице вверх, быстрый перестук шагов вниз, и в кухню влетела Кристя. Стройная темноволосая девушка неполных 17 лет. Волосы Кристи были забраны в высокий хвост, открывая длинную тоненькую шейку. Кристя с шести лет занималась бальными танцами, была призером всероссийских соревнований, два года назад получила звание КМС. Гордая осанка, длинные ножки, плавные движения рук – все в этой девушке притягивало к себе внимание. Светлана с гордостью посмотрела на дочь.

- Садись ужинать, - кивнула на стул мать, и Кристя пристроилась на стул, по привычке задрав одно колено.

- Как в школе? – спросила мать.

Девушка пожала плечами:

- Все как всегда. Мам, у нас соревнования в субботу - первенство региона.

- В эту субботу? – уточнила мать.

- Ну да.Ты будешь?

- Как всегда, - улыбнулась Светлана и вздохнула.

Изольда Павловна ужинала молча, не издавая ни звука, только сердито посматривала на внучку. Когда женщины поели, Кристина взвилась и с криком: «Я чай пить не буду!» унеслась к себе на второй этаж.

- Светлана, - начала Изольда Павловна, - у меня к тебе одна просьба. Выручи меня, пожалуйста.

- Конечно, мам, в чем дело?

- Я на завтра записывалась на маникюр, еще месяц назад, кстати, а сегодня Галина Семеновна позвонила. Галина Семеновна - мамина подруга.Между прочим, доктор наук, профессор. Она все время по командировкам мотается, но, когда приезжает, обязательно маме звонит. Ты же понимаешь, при ее графике, мы не часто с ней можем встречаться, так что у меня не получится. Сходи за меня завтра, чтобы время не пропадало, а?

Светлана изумленно вскинула брови.

- Мам, ну какой маникюр? Я уже сто лет его не делала.

- Вот и сходишь! Раз в сто лет! - отрезала мать. – Сделаешь себе что-нибудь офисное, френч, например, никто не обратит внимания, зато ручки будут ухоженные. Завтра в 18.00 в «Шатуш», и не возражай, это недалеко от тебя. Туда за месяц вперед народ записывается, а ты нос воротишь. Сходишь, я сказала! – припечатала Изольда и, развернувшись на каблуках, вышла из кухни.

Светлана взглянула на свои руки, вздохнула и пошла мыть посуду.

Глава 2

«Светка Тихонова. Надо же. Ничуть не изменилась. Все такая же красавица», - думал Анатолий Заварзин, машинально крутя баранку своего LandCruiser.

Он был влюблен в Свету с первого курса. Они столкнулись тогда на выходе из аудитории, она еще учебник уронила. Стрельнула в него сердито своими огромными серыми глазищами, и Толя пропал! Маленькая хрупкая с роскошной гривой пшеничного цвета волос, Света как будто и не замечала его. А еще Толя восхищался ее умом: сложнейшие задачки как орешки щелкала. Все расчеты ребята давали ей перепроверять, знали, если есть ошибка, Тихонова всегда найдет, исправит, поможет! А потом она влюбилась в его друга Сашку Истомина. У них был бурный роман на четвертом курсе. Все ждали, что они поженятся к окончанию института. Толя тогда отступил в сторону, как говорится, уступил другу. Потом был диплом, ГОСы, выпуск, и все они разлетелись в разные стороны. Заварзин уехал в Питер и был уверен, что друг счастливо женат на Светлане. А оказалось, что она так и осталась одна, да еще родила от него дочь. Первой мыслью было набить морду Истомину. А потом Толя решил, не его это дело. Мало ли что там у них произошло. Хмыкнул, вспомнив свой неудачный брак.

Он женился 10 лет назад. Маринка была дочерью его начальника. Красивая брюнетка, грудь 4 размера – все мужики ему завидовали. Он тогда работал инженером-проектировщиком, а шеф сделал его начальником отдела. Ему казалось, он любит ее. Поначалу все шло хорошо: она влюблена в него была, как кошка, встречала с работы, на шею вешалась. Только вот работать она никогда не работала - папина дочка. Избалованная до чертиков: фитнесс, клубы, рестораны, бутики. Вскоре оказалось, что у них кроме постели нет ничего общего, даже поговорить не о чем. Через три года он стал уже коммерческим директором в фирме ее отца. Тесть старательно продвигал своего зятя. Единственное, на чем он настаивал –внуки. Но детей Маринка не хотела, жила в свое удовольствие. А потом оказалось, что она и вовсе сделала от него аборт. Простить этого Анатолий ей не мог. Честно поговорил с тестем. Тот поначалу его уговаривал, ругался, даже угрожал, а потом отправил в Новосибирск, где открывался филиал его фирмы. Заварзин там ушел на новое место работы и начал все сначала. А с женой развелся. Его брак продлился всего 4 года. Ну не мог он ради карьеры переступить через себя. «Вот Истомин бы не сомневался», - мелькнула мысль у Анатолия после рассказа Светланы. А вот он. Когда казалось, что любил, движение вверх по карьерной лестнице было приятным бонусом, тем более что его профессиональные качества ценили и до романа с дочерью начальника. А когда все закончилось, он понял, что не хочет зависеть от чьих-то капризов. И хорошо, что детей у них с Мариной не получилось. А потом была Москва, новая работа, новые перспективы, новые женщины… Год назад заболел отец. Он перевез его к себе, устроил в лучшую клинику. Не жалел денег. Потом были операции, химия, еще раз химия, и сердце отца все-таки не выдержало. Он перевез его тело в Екатеринбург, а после похорон вынужден был остаться дома. Мама не захотела уезжать из родного города, а одну он не мог ее оставить. Вот так Анатолий и оставил Москву в прошлом.