- -
- 100%
- +
© Татьяна Арлен, 2025
ISBN 978-5-0068-5858-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ГЛАВА 1. Кофе, кофемашины и коварство понедельника
Небольшое, но притягательное кафе, уютно расположившееся напротив исполинской и мрачной башни, известной местным жителям как Колосс (поскольку «Ужасная Высоченная Штука» уже была занята), манило прохожих ароматом свежесваренного кофе, который был способен заставить даже самые унылые сердца биться быстрее. Заведение с многообещающим названием «Горячий Апельсин» давно завоевало репутацию сердца квартала, хотя некоторые утверждали, что это скорее «протез сердца».
По вечерам здесь собирались шумные компании, мечтавшие о великих приключениях, которые, как правило, заканчивались либо в неудачном поединке с местным воинственно настроенным к окружающим бурундуком, либо в бессмысленных спорах о том, кто из компании был бы в состоянии победить дракона, если бы тот, конечно, не был просто аллюзией на их собственные амбиции.
Утром служащие с лицами, которые могли бы служить образцами для картины «Утро после свистопляски», спешили заправиться кофе, стремясь восполнить запасы бодрости, которые, как они подозревали, были украдены у них в ночи зловещими силами или, что более вероятно, безжалостным ритмом жизни.
Заведение славилось не только потрясающим кофе, но и знаменитым чаем, способным вылечить насморк, скуку и даже самую сильную головную боль.
Алтея Штормобрист, обладательница острого взгляда и развитой привычки замечать странности, устроилась за своим любимым столиком. За ним она могла не только выполнять ежедневный ритуал – медленно потягивать черный, как ночь, кофе, но и незаметно наблюдать за толпой спешащих на работу служащих, что стремились в Колосс. Хотя формально Алтея не была обязана следить за окружающей обстановкой, она следила.
В кафетерии царила обычная атмосфера: посетители занимались различными делами, от чтения газет до ведения деловых переговоров, которые, как правило, сводились к обмену фразами, полными пафоса и пустоты.
Но одинокий молодой человек, нервно комкавший салфетку в руках, выбивался из общей картины.
Алтея, будучи профессиональным специалистом в распознавании магии, имела привычку обращать внимание на детали. Сейчас ее взгляд привлекли беспокойные движения рук молодого человека. Он комкал салфетку, складывая ее в треугольники.
Алтея посмотрела на часы – оставалось двадцать минут до начала рабочей недели. Понедельник всегда начинался одинаково: куча дел, вопросы пресс-секретаря шефа Реджилины Павловны и головная боль, вызванная процессом под названием «бюрократическая машина». Парень в темном плаще и с пятнистым портфелем, вероятно, испытывал те же симптомы.
«Или просто нервничает перед важной встречей», – утешила себя Алтея, представляя бедолагу на кухне, лихорадочно ищущего ключи и счет-машину.
Однако, когда парень нервно сложил дрожащие пальцы и шепотом произнес заклинание-прошение, которое явно подразумевало: «Да пребудет со мной госпожа Случайность», у Алтеи возникло ощущение, что здесь что-то не чисто.
Правила сотрудника третьего класса (к которым относились специалисты по распознаванию магии), гласящие: «В случае обнаружения отклонений от общепринятого стандарта реальности следует уведомить руководство, составить акт и сдать на хранение», принудили Алтею присмотреться к парню.
«Проклятые инструкции…», – проворчала она про себя, вспоминая учебные занятия по «Антидемонизму» и «Истории демонов Западной Переселении»: «Хоть бы раз на практике показали!».
Невзирая на утреннюю раздражительность, Алтея поднялась, оставив недопитый кофе, и последовала за молодым человеком, вышедшим из кафе и направившимся к монументальному зданию с кучей вывесок. Одна из них, изрядно выцветшая, гласила: «Б..РО АВРАЛЬНЫХ..АГИЧЕСКИХ СЛУЧАЙНОСТЕЙ, 3 этаж». Две буквы были украдены много лет назад, а лингвисты до сих пор не могли согласовать цвет для новых.
«У каждого свои маленькие радости, – философски заметила Алтея, прячась за колонной здания, пока незнакомец проходил через сканирующую арку. – У меня – приглядывать за странными личностями».
На посту охраны стоял Левизион. Он был известен вечным энтузиазмом и отличным отношением к любому посетителю. Когда странный парень подошел к посту, Левизион приветливо пожал ему руку, едва не стряхнув с большого пальца кольцо с символикой гильдии Путеводителей. Незнакомец назвал имя – Джейк Молотов и пояснил, что прибыл по неотложному делу.
«Мысли мои самые плохие, неужели и правда Демоны Запада?», – гадала Алтея, выходя из укрытия и направляясь в кабинет. Ей еще ни разу не удавалось вживую увидеть бесноватого.
Шагая по мраморной лестнице, Алтея задумалась о том, что левизиевская магическая система безопасности никогда не срабатывала, когда ей следовало бы, и наоборот – всегда реагировала на людей, знающих, как обойти ее запросто.
Если бы система безопасности работала нормально, она бы срабатывала еще до того, как Левизион успевал почистить зубы.
«Я бы поменяла систему на новые кофеварки для сотрудников, хоть какая-то польза была бы», – добавила про себя Алтея, с улыбкой вспоминая недавний инцидент с пресс-секретарем Реджилиной Павловной, провалившейся в исключительно глубокую яму со змеемангустами из-за очередного сбоя в системе.
Придя в просторный офис, где преобладал запах полыни и сушеных листьев подорожника, Алтея устало сбросила пальто и подошла к рабочему месту. Листы бумаги валялись в привычном беспорядке, заставляя ее поморщиться. На верхнем листочке от руки кривыми буквами значилось напоминание: «ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОДЛИННОСТИ АРТЕФАКТА №327/IV/VII».
«Снова забыла позвонить в отдел экспертизы!», – хлопнула себя по лбу Алтея, вспоминая строгий взгляд начальника отдела артефактов, профессора Елисея Вольфрамовича.
Аппарат на столе зазвонил сам, отвлекая от мысли об очередном выговоре. Алтея раздраженно схватила трубку.
– Алтея Фикусовна, слышишь? У тебя посетитель, – скрипучий голос Реджилины Павловны, чья миссия состояла в том, чтобы ежедневно раздражать всех сотрудников бюро, был слышен не столько из трубки, сколько сквозь толстые бетонные стены. Это не просто женщина, это секретная оруженосица шефа, повелительница красной ручки и величайший враг всякого работника. – Потеряшка. Очень нервный. Место размещения – третья переговорная.
– Третья?! – Возмутилась Алтея, зная, что в той комнате отсутствовали стулья нормального размера, запах оставлял желать лучшего, а вдобавок периодически лопалась лампочка. – Но почему не вторая?
– Вторая занята бухгалтерией, – отрезала Реджилина и бросила трубку.
Излишне раздраженно постучав костяшками пальцев по дереву, Алтея встала, решительно открыла дверь и направилась в комнату, которую местные окрестили как «третья пыточная».
Одинокая лампочка светила с перебоями, создавая мрачные тени на стенах.
На стуле восседал тот самый нервный парень, которого Алтея приметила утром в кафе. Он явно испытывал сильное волнение, сжимая кулаки и водя пальцами по крышке стола.
– Приветствую, – машинально произнесла Алтея, делая неловкий шаг. А вдруг все-таки бесноватый? – Ваш проблема?
– Мен-ня з-з-зовут Джак-к-кс. М-м-м-м-оего б-брата Ф-ф-фатир, – заикаясь произнес парень, судорожно глотая воздух. – Он ис-ис-ис-чез месяц назад.
Алтея закатила глаза и выдохнула. Не одержимый. Всего лишь очередной родственник потеряшки, которого поглотил город. Отщепенье славился этой привычкой – похищать людей.
Однажды у Алтеи пропал профессор. Это было давно, еще на втором курсе обучения в Академии. Девушка до сих пор вспоминала поисковые отряды, отправленные на поиски архимага Гладиуса. Три семестра, сотни часов, потраченных на поиски, множество истраченных артефактов… Архимаг как в воду канул.
– Успокойтесь, пожалуйста. Сделайте вдох и выдох, – Алтея присела на стул, по размеру больше подходящий ребенку трех лет.
– Никто не может помочь, стража отказалась заниматься делом, соседи делают вид, что не знают, что произошло. Помогите, прошу, – успокоившись, сбивчиво заговорил парень.
Это мог оказаться один из легких случаев, когда ей удастся обнаружить потеряшку в одном из домов на Площади роз. Примет заявление, найдет пропажу, составит отчет – шеф будет доволен.
– Покажите документы, – попросила она, вытянув руку.
Джакс передал ей папку с фотографиями и письмами уполномоченных органов. Алтея отметила качество печати и убедилась, что показания посетителя соответствуют действительности.
– Почему вы пришли именно к нам? – Полюбопытствовала она, рассматривая фотографию пропавшего брата.
– Потому что Фатир всегда утверждал, что бюро случайностей – единственный источник надежды для тех, у кого ее не осталось, – ответил Джакс, тяжело дыша. – Сказал, что надо идти сюда, когда стража не справляется со своей работой.
«Вероятно, его брат обладал уникальным даром убеждения» – подумала Алтея, поворачивая фотографию.
– Когда вы видели его в последний раз?
– Ровно месяц назад, – уточнил Джакс. – Мы гуляли на площади Красных роз, разговаривали, прошлись по нескольким барам.
– Была ли какая-то перемена в поведении брата? Может, он выглядел иначе?
– Нет, – качнул головой Джакс. – Нормальный вечер, привычные пять единиц черничной вытяжки, дружеская болтовня. Последний раз видел его уходящим на Улицу Всего-по-немногу.
Алтея положила папку на стол.
– Ваше дело взято к рассмотрению, – сообщила она. – Оставайтесь на связи.
– Вы найдете моего брата? – Робко уточнил Джакс, вставая.
– Сделаем все возможное, – твердо ответила Алтея, стараясь придать голосу уверенность матерого специалиста.
Дело намечалось на пол дня работы.
Парень молча кивнул и выбежал из комнаты, оставив девушку смотреть ему вслед.
Вернувшись в офис, Алтея бросила папку на стол и устало прислонилась к стене.
В этот момент ее взгляд упал на перекидной календарь, где крупными буквами было написано: «СЕГОДНЯ ПОНЕДЕЛЬНИК. ВСЕ БУДЕТ ПЛОХО».
«Тогда лучше выпить еще кофе», – решила Алтея, направляясь к кофеварке, которая нехотя заработала, издавая мерзкий шипящий звук.
Секунду спустя бесомашина издевательски выплюнула струйку кипятка, выпустив облако пара, похожее на маленькое сиреневое чудище. Алтея задумчиво наблюдала, как пар конденсируется в капли на потолке, и они падают обратно в машину.
– Проклятая техника, – пробормотала она, хватая трубку аппарата и набирая номер отдела экспертизы артефактов. – Пусть сегодня произойдет чудо, и артефакт №327 окажется настоящей сенсацией.
Но благие надежды на понедельник рассыпались, как карточный домик, когда в кабинет вошел Виктор Старшеумович, старший напарник Алтеи. Вообще его должность называлась слишком длинно – старший главный ответственный за обучение младших специалистов по управлению миграцией аномалий и применению артефактов низкой ценности отдела Разнообразных поручений. Алтея предпочитала называть его Вик. И надеялась, что сегодня им не предстояло встретиться.
Высокий и щуплый, с круглыми очками на крючковатом носу, он выглядел так, будто проснулся минуту назад.
– Алтея, моя лучшая ученица, – произнес он, потягиваясь.
– Я твоя единственная ученица, – хмуро ответила девушка.
– Как спалось? – Его ноздри расширялись и уменьшались. – Заварила кофе? Душа моя!
Вик, шаркая ногами, побрел к бесомашине. То есть кофемашине.
– У меня дело с утра нарисовалось, Вик. После обеда пойду поищу потеряшку.
– И кто же? – Наставник наклонился над варевом, что извергала машина.
Все же безопаснее было бы дойти до кафе, но чего стоит жизнь без риска?
– Человек, Фатир Молотов, не обнаружен стражей.
– Хмм, значит, несчастный житель Отщепенья надеется на чудо, – заметил Вик, переливая кофе в ярко-желтую кружку. – Знаешь, Тея, в юности я занимался этими вопросами. Всегда говорил своим ученикам: если демоны Западных Земель похищают жителя, значит, он заслужил.
Алтея содрогнулась от вида густеющего на глазах кофе и открыла рот, чтобы задать разумный вопрос:
– А что, если это не бесы?
Стоит отметить, что бесы в Отщепенье – не вымысел. Они изредка сбегали из Преисподней, чтобы прикупить ценных бумаг или сделать ставку на то, когда мир полетит к чертям. Правда Главный Всех Главных того мира быстро находил пропажу, отчего деловая вылазка беса обычно длилась не дольше трех дней.
– Бесы, не бесы, а работа есть работа, – благодушно улыбнулся Вик. – Кстати, помнишь тот интересный артефакт, который ты относила к экпертизникам? Они закончили и хотят поговорить с тобой.
Алтея посмотрела на потолок, где лепнина над кофемашиной потрескалась и теперь напоминала бородавчатый гриб. «Судьба дала тебе шанс, – говорила мама Алтее, – пользуйся моментом, пока наставник чем-то занят, и улизни». Девушка не любила, когда Вик пускался в пространные рассказы о минувших годах. Он мог начать с утра, а дорассказать лишь к концу следующего дня.
Алтея встала и побрела в лабораторию, чтобы узнать про артефакт. Кабинет, где проводили экспертизы, походил на пещеру с множеством банок, бутылок и пузырьков. Они выглядели как образцы неудавшихся экспериментов для очистки канализационных труб.
– Результаты по артефакту №327? – Спросила Алтея у первого попавшегося специалиста, что сидел в защитной маске и смешивал два раствора. Соединившись, они преобразовались в вулкан пены всех цветов радуги. Алтея отпрыгнула в сторону, чтобы избежать соприкосновения раствора и ботинок.
– К несчастью, никакой особенной практической пользы, – донеслось за маской. У специалиста разочарованно опустились плечи, когда кислотная жижа проела его перчатки. – Самая обычная фокусирующая линза независимости.
– И что она делает? – Алтея сделала еще пару шагов назад, подальше от бурлящей кислоты, что начала стекать на пол.
– В основном от кошмаров избавляет. Но зачем нужен артефакт, когда подобное простым заклинанием лечится, верно? Тем более побочные эффекты имеются – вместо кошмаров мозг может начать идеи генерировать. А кому такое во сне надо?
После короткого перерыва на обед у Алтеи вновь зазвонил аппарат.
– Слушаю, – пробормотала она, глядя на то, как очки Вика понемногу съезжали по носу, когда тот всхрапывал.
– Алтея Фикусовна, – прозвучал знакомый до боли голос Реджилины Павловны. – Шеф желает видеть вас у себя в кабинете. Немедленно.
– Зачем? – Нахмурилась Алтея.
– Потому что понедельник, – сухо ответила Реджилина. – Этого достаточно.
Тяжело вздохнув, Алтея направилась к кабинету шефа. Огромная деревянная дверь цвета солнца была открыта, и Алтея увидела профессора. Галактион Юрьевич восседал за огромным письменным столом, а стены за его спиной венчали карты звездного неба и схематичные изображения артефактов.
– О, Алтея, – приветливо улыбнулся шеф. – Входите, входите.
– Доброе утро, профессор, – сказала Алтея, усаживаясь в удобное кресло. Второе и последнее во всем бюро.
– Что скажете о деле Джакса Молотова? – Спросил шеф, листая документы.
– Типичный случай исчезновения, – пожала плечами Алтея. – Обычно стража справляется с такими вещами.
– Но вы приняли дело, – отметил профессор. – Причем без согласования наставника. Значит, считаете его достойным времени бюро?
«Считаю, что за него мне поставят галочку», – подумала Алтея, но произнесла другое.
– Оно входит в сферу наших компетенций. Хочу убедиться, что все в порядке.
– Компетенций, значит, – хмыкнул Галактион Юрьевич. – Тогда нам стоит обсудить другие проблемы. Уровень успешно выполненных поручений вашего отдела упал на двадцать процентов, отчеты задерживаются, а затраты бюджета превышают запланированные суммы.
Алтея представила себе мир, в котором все документы сами собой уничтожаются в мусорном ведре, и кивнула шефу, стараясь выглядеть серьезно.
– Да, шеф, понимаю, – согласилась она, стараясь не выдать незаинтересованности.
– Нам нужно повысить производительность, сократить расходы и улучшить статистику, – продолжил Галактион Юрьевич, сверкая глазами. Он всегда так делал, когда злился. – Я рассчитываю на вас, Алтея. Вы были лучшей на моем курсе Науки правильного занесения магических фактов в отчеты. Так что я не ожидаю от вашей работы ничего, кроме идеального выполнения.
– Разумеется, шеф, – кивнула она, зная, что мужчина ожидал стандартных гарантий и обязательств. А выволочка – это так, для проформы.
– А теперь, о последнем инциденте, – добавил Галактион Юрьевич, кладя папку на стол. – Почему вы не смогли обеспечить непутешествие профессора Вандерштейна?
Алтея напряглась, вспоминая историю профессора Вандерштейна, который, вопреки всем правилам и наставлениям, объявил о решении отправиться в путешествие на остров Заблуждения и перестал выходить на связь.
– Увы, шеф. Разве я могу перечить профессору? – Призналась она, прекрасно понимая, что ее ответ не понравится руководителю. – К тому же, путешественники не являются частью моей работы.
Галактион Юрьевич нахмурился, сдвинув брови и посмотрев исподлобья.
– Это входит в работу отдела Разнообразных поручений, Алтея, – произнес он, откидываясь в кресле. – Если вам не удастся раскрыть дело потеряшки или вернуть Вандерштейна, считаю необходимым уведомить, что вашу кандидатскую совет Высших Магистров магии и Оккультных наук сочтет неподобающей времени.
Алтея тяжело вздохнула. Шеф вернулся к документам, взмахивая ладонью – знак, что подчиненный может быть свободен. Вернувшись в кабинет, она открыла ящик стола и извлекла папку с документами по случаю путешествия профессора Вандерштейна. Оставив ее на столе, чтобы разобраться на следующее утро, Алтея отправилась на Площадь Роз.
ГЛАВА 2. Площадь Роз и славный контингент Отщепенья
Алтея шла по вымощенной брусчаткой улице. Она чувствовала, как лучи послеобеденного раскаленного солнца обжигали лицо словно невидимый кузнец, решивший, что именно сейчас – самое время для закалки. Отщепенье признавало лишь крайности: с утра дожди вперемешку с градом, после обеда испепеляющие лучи, а к ночи вполне мог пойти снег.
Девушка со злостью натянула на голову шляпу, что похитила у спящего Вика как настоящая шляпная преступница. Которых, к слову, помещали под арест минимум на три недели.
«Кандидатскую мою не примут, ага, желторотики! Пусть только попробуют!», – думала она.
Алтея была своего рода темным пятном на репутации всех Штормобристов. Первой родившейся без магии в роду, что насчитывал сотни примечательных магов и славился хитроумными разрешателями всех неразрешимостей Отщепенья. Разумно предположить, что мама и папа Штормобристы не обрадовались, когда получили письмо из Всея Академии Волшебства с описанием вступительного испытания, которое Алтея благополучно провалила. Однако мама-Штормобрист входила в почетнейший совет Высших Магистров магии и потянула за податливые нити оказанных услуг, благодаря чему Алтее позволили обучаться в Академии.
Безрадостно проведенные тринадцать лет, которые обычные маги посвящали таинствам изучения практической магии, позволили безмагийной Алтее углубиться в теоретические познания. Ее куратор и единственный маг, что относился беспристрастно (также известный как Галактион Юрьевич), принял девушку в бюро и даже создал целый отдел, в котором она и влачила жалкое существование последние два года.
Дорога привела Алтею к центру площади, где жизнь бурлила, словно суп в кастрюле, и все вокруг напоминало нечто вроде карнавала, но без конфет и радости. Алтея с интересом наблюдала за толпой: студенты, спешащие с занятий, бизнесмены, заказывающие черничные вытяжки и отложившие бумаги подальше, художники, что выставляли свои полотна прямо на тротуар.
Первым делом Алтея заглянула в небольшой бар, уютно устроившийся на первом этаже высокого покосившегося кирпичного здания, которое, казалось, вот-вот упадет, если хоть одному кирпичику взбредет такая мысль. Внутри запахи хлеба и кофе сменялись ароматами жареного мяса, специй и черники. За барной стойкой стоял крупный мужчина с густой рыжей бородой и широким лицом, который одним взглядом мог заставить овец пастись, а кофемашины работать исправно.
– Мне кофе, пожалуйста, – улыбнулась Алтея, усаживаясь на свободный стул.
Бармен внимательно посмотрел на нее, задержав внимание на значке, что был приколот на груди, откашлялся и пробормотал:
– Вы по поводу пропавшего человека? Стража была здесь трижды. Исчезновения – дело обычное. Люди пропадают чаще, чем я теряю свои тапочки. С тем же успехом можете поискать пропавшего в Синих горах.
Алтея вздохнула, понимая, что бармен явно раздражен назойливым вниманием стражи. Эти олухи всегда вели себя излишне громко и важно, разгоняя приличных клиентов.
К несчастью, и ее бюро, не смотря на все усилия Галактиона Юрьевича, не считалось авторитетным среди жителей Отщепенья. Для начала, маги, хоть и составляли большую часть населения города, славились буйным нравом и постоянной потребностью устраивать неприятности. Часть волшебников трудилась в бюро, другая – в комитете по Созданию, Использованию и Уничтожению Тайных Абракадабр, или, сокращенно, С.У.И.Т.А.
И вот на службу в этом С. У. И.Т.А принимались лишь отличившиеся в учебе и магии, тогда как Б. А. М.С. принимал любого троечника.
– Я ищу любые зацепки, которые пропустила стража, – мягко сказала Алтея, нервно теребя значок. Чуть погодя опомнилась и достала из сумки фотографию. – Мы ведь говорим об одном и том же пропавшем?
Бармен снова кашлянул и пожал плечами, продолжая протирать стаканы, считая это занятие важнее, чем нормальные ответы на вопросы.
– Людям нравится исчезать. Городу это нравится. Зачем бороться с законами природы?
Поняв, что ничего не добьется, Алтея забрала снимок и вышла на улицу, безошибочно определяя, что этот понедельник решил вдоволь над ней поиздеваться. Переходя на другую сторону улицы, она услышала чей-то оклик.
– Эй, дамочка, не хотите заказать портрет?
Рядом с Алтеей возник мужчина с широкими синими лентами в длинных волосах и корзинкой с кистями и красками на плече.
Мужчину звали Элларион, и он продавал свои работы на этой улице уже сорок лет.
– Покупайте картины, – широко улыбнувшись и обнажив пожелтевшие зубы, произнес Элларион. – Без любви жизнь пуста, а без искусства – тем более.
Алтея достала снимок Фатира и показала мужчине.
– Месяц назад этого человека видели тут в последний раз. Знаете что-нибудь об этом?
Элларион вздохнул и отвернулся.
– Нет. Не желаю иметь дел с бюро.
Художник похромал прочь, решив, что никакой выручки от Алтеи не получит.
Алтея обошла еще несколько магазинчиков, где продавцы давали уклончивые ответы или вообще отказывались говорить. В кондитерской ей предложили купить пирожки с абрикосами, а когда она едва заикнулась о пропавшем, посмотрели на нее, будто она зашла купить кусок черствого хлеба. В сувенирной лавке заявили, что могут продать карты с точными координатами местонахождения любой исчезнувшей вещи, но только если Алтея не будет против заплатить целое состояние.
Оставалось последнее место, на которое у Алтеи были самые большие надежды. Улица Всего-по-немногу. С детства родители призывали Алтею не приближаться к красным домам, но сегодня, как ни крути, того требовала служба.
Улица прославилась после того, как ее заняла Гильдия Увеселений. Они могли предложить страждущим все, о чем те только могли подумать. За исключением услуг физического характера.
Переборов неуверенность и опасения, девушка свернула за сувенирную лавку и оказалась на злосчастной улице в четыре дома. Дорогу перегородил рекламный щит. «ВСЯК, КТО ИЩЕТ УВЕСЕЛЕНЬЯ, ПРИВЕТСТВУЕТСЯ».
По спине Алтеи табуном пробежала свора недовольных мурашек. Судорожно выдохнув, девушка решительным шагом направилась вперед. Многого и не нужно – поговорить с представительницей Гильдии Увеселений.
Не смотря на дневное время, эта улица всегда имела посетителей. Алтея обогнула мужчину, весело болтающего с дамой в аквамариновой тоге с картами в руках, и направилась к той, что одиноко подпирала красную стену.
На ходу вытаскивая фотокарточку, Алтея начала разговор за два шага.
– Приветствую Гильдию Увеселений, – Алтея остановилась и вытянула руку с фотографией. – Вам знаком этот мужчина?
Женщина разгладила бирюзовую ткань на бедре и внимательно посмотрела на фото. Затем, лукаво улыбнувшись, на Алтею.
– Фатир, – она мечтательно закатила глаза. – Давненько его прекрасные глаза не любовались моей красотой.
– Когда вы в последний раз его видели?
Алтея буравила взглядом женщину, не опуская подрагивающей руки.