МАРИШКИНО КОЛЕЧКО

Домик на краю леса

А сейчас я расскажу вам сказку. Усаживайтесь поудобнее, наливайте себе чай с малиновым вареньем и слушайте.

Жили мы тогда всей семьей на краю леса в уютном деревянном домике с печкой. Когда случилась эта история мне было лет пять, не более. Это потом мы в город переехали, школа, новые впечатления, и деревенская жизнь потихоньку стала забываться. Но сейчас, когда у меня у самого внучата, вспоминается мне мое раннее детство. Днем я гулял на лесной опушке, а по ночам мне совсем не хотелось спать и я прислушивался к крикам совы и шорохам леса. Перед сном ко мне в комнатку заходила любимая бабушка, пожелать спокойной ночи. И она, приговаривая, целовала меня в макушку:

- Баю-бай, поскорее засыпай. Если не будешь слушать старших и не спать по ночам, за тобой придет Бабайка и утащит тебя к себе на болото. Но когда за бабушкой закрывалась дверь, я меньше всего думал о сне. А бабайка мне и вовсе не был страшен: окна и двери на запоре. И как же он сможет ко мне войти? И даже когда кто-то скребся в окно я не пугался и глядя на тёмный лес, мечтал оказаться на вершине сосны, чтобы можно было дотянуться до звёзд рукой.

А однажды я собственными глазами увидел Бабайку, он заглянул в мое окно и тряся чёрной бородой погрозил скрюченным костлявым пальцем. Но я только посмеялся и скорчив в ответ смешную рожицу, занавесил окно.

Признаюсь, я был не самым послушным ребёнком: шалил, убегал, проказничал. Но меня очень любили и потому мне все сходило с рук.

И вот, одной особенно темной ночью, когда лежа в кровати с открытыми глазами я продумывал новые проказы, на меня неожиданно навалилась необъяснимая тяжесть, да так, что я даже пошевелиться не мог. А у моих ног стоял тот противный черный старик, которому я давеча корчил рожицы. Старик нахмурил бровь, а затем накрыв меня с головой одеялом, подхватил на руки. И я почувствовал,что как будто лечу по воздуху с неимоверной скоростью. Затем я ощутил запах тины и сбросив с себя одеяло, огляделся по сторонам. Я находился в подводной пещере вместе с такими же мальчишками как и я сам.

- За что вы сюда попали? – спросил я мальчишек.

- Я не слушался маму и гонял по двору петуха. – вздохнул мальчишка, сидящий напротив меня.

- А я дергал сестренку за косички, - признался вихрастый мальчишка.

- Ну а я выбил стекло в окошке у соседа, - расплакался веснушчатый мальчишка, кулачком размазывая текущие по щекам слезинки.

Надо же, подумал я, а ведь я тоже это все проделывал и не только это. Только бы вернуться домой, ни за что больше не буду огорчать маму.

Сидеть в тесной пещере было совсем не весело: пахло болотом и к нам то и дело заглядывали любопытные лягушки. И тут появился Бабайка:

-Ну что ребятушки, будете ещё озорничать?

- Хотим к маме, - хором прокричали мы.

Утром солнечный лучик пробежался по моему лицу и я догадался, что нахожусь в своей кроватке. Но ещё не успев открыть глаза, я услыхал над ухом шепот:

- Если ты и дальше будешь продолжать безобразничать и не спать по ночам, то опять окажешься у меня на болоте и уже навсегда.

Как только я встал, то сразу побежал умываться, а потом уткнувшись в мамины колени попросил у неё прощение за все-все. А после подошёл к дедушке и предложил свою помощь по дому. С тех пор я стал помогать старшим по хозяйству, а к вечеру так уставал, что сразу засыпал и Бабайка больше ко мне не заглядывал.

Заброшенная усадьба

Хрустнула под ногами ветка и мы с моим приятелем Витькой дружно переглянулись. Раздвинув ветви сирени мы засмотрелись на представшую нашему взору усадьбу. Почему-то о ней мы никогда не слыхали, хотя уже не первое лето проводили в деревушке.

- Странно, - прошептал Витька, - неужели здесь никто не живет?

Усадьба выглядела совершенно заброшенной, утопая в зелени она казалась воротами в какую-то иную жизнь, о которой мы и понятия не имели. Обойдя на приличном расстоянии усадьбу и убедившись, что присутствие каких-либо жильцов не наблюдается, мы робко поднялись по ступенькам и взялись за ручку массивной двери, оказавшейся не запертой. В прихожей было темно и пыльно, только тоненький лучик света пробивался сквозь щель в портьере. Обойдя комнаты мы замерли около одной из картин. На ней на фоне усадьбы была изображена молодая пара. Причем, если молодой человек в пол оборота был обращён к своей спутнице, то девушка смело смотрела прямо на нас. Но не это нас поразило, а то, что картина, в отличие от других предметов в комнате, не была покрыта пылью и выглядела так, как-будто её только что написали. Оглядевшись, мы поднялись на второй этаж по широкой деревянной лестнице и убедившись, что и там никого нет, решили, что это будет наше тайное убежище и о нём мы никому и никогда не проболтаемся. Возвращаясь домой мы условились сбежать из дома через окно, как только домашние заснут, и вернуться в усадьбу. Ещё на подходе к усадьбе нас взяла оторопь: а вдруг это нам все привиделось и никакой усадьбы нет и в помине. Но тем не менее мы двинулись в путь. Подойдя к усадьбе Витька указал мне на окно второго этажа. В окне, освещаемом луной, угадывался женский силуэт. Но не будем же мы бояться, какой-то девчонки? И взявшись за руки мы направились в сторону усадьбы. Как и днем, дверь была открыта. Но как только мы вошли, дверь с силой захлопнулась и со страху мы бросились обратно, но быстро поняли, что дверь каким-то непонятным образом оказалась заперта.

-Эх, жаль, не взяли ни спичек, ни фонарика. – расстроенно произнёс Витька, -придется раззранавесить окна чтобы хоть что-нибудь разглядеть. Если мы не сможем отсюда выбраться, то нас никто и никогда не найдет, ведь нас не знают где искать. И мы на ощупь добрались до одного из окон. Кто-то над ухом тяжело вздохнул.

- Витька, чего вздыхаешь?

-Все нормально, я нащупал занавеску и сейчас запущу в комнату лунный свет. – услыхал я из другого конца комнаты Витькин голос. И так я был напуган, а тут стало совсем не по себе.

И вдруг мы оба услышали стук каблучков, ведущий на второй этаж и удаляющейся женский смех.

- Выпустите нас, мы больше вас не потревожим, не вернемся в усадьбу и никому ничего не скажем. – клятвенно пообещали мы, решив, что с нами шутки шутит Ячична – дух заброшенных домов, о котором нам рассказывали бабушки.

Неожиданно по комнате пробежался непонятно откуда взявшийся ветер, всколыхнул портьеры и отворил дверь. Мы опрометью бросились наружу и сверкая пятками понеслись в сторону деревни.

На протяжении всего лета это происшествие стало для нас общим секретом. Витька утверждал, что когда он убегал, то обернулся и увидел в дверях девушку с картины. И мы ещё долго с упоением обсуждали детали ночного приключения. Следующее лето мы с Витькой отдыхали на море: он на Балтийском, а я на Каспийском.

А со временем деревенька опустела, жители разъехались и даже лето предпочитают проводить на курортах. И деревенька, как и усадьба оказалась заброшенной.

С Витькой мы продолжили нашу дружбу, но даже будучи взрослыми ни разу не обмолвились про заброшенную усадьбу ни друг другу, ни кому-либо ещё. Тебе я рассказываю первому, мой дневник.

Эхо горных дорог

Эхо поселилось меж двух соляных гор. Оно хорошо помнило момент своего рождения, когда ответило на кем-то брошенный камень. Но вот сколько веков прошло с тех пор даже эхо не смогло бы ответить. А сколько воспоминаний, встреч и расставаний помнило эхо!

В горы приходили и усталые путники, и возлюбленные, которым судьба уготовила разлуку, и за солью животные и люди. Иногда в гости к эху залетал поболтать и поделиться новостями ветерок. Но рано или поздно все покидали эхо. Эхо звало, кричало, шептало, швыряло в догонку камни. Но путники все равно уходили горными дорогами за горизонт. А эхо продолжало хранить в своем убежище воспоминаний голоса тех, кого когда-либо слышало. Голоса всплывали в памяти, не давая покоя. И от этого становилось грустно и одиноко.

Особенно эху запомнился один юноша, измученный и усталый, пробравшийся в горы и спрятавшийся от преследования лихих людей. И эхо притаилось, чтобы не выдать юношу. А вот его всегда предупреждало, когда замечало приближение людей и юноша успевал укрыться. Но и он, окрепнув ушел не обернувшись. Эхо тоскливо заскрипело. И до сих пор, встречая на дороге путника, заглядывало тому в лицо в надежде увидеть знакомые черты. И возможно, он еще сюда вернется. Но в одно эхо безоговорочно верило, что юноше уготована интересная и счастливая судьба.

Переселение

Где-то в глубине гор обживалось племя крошечных домовых, величиной с локоток, прибывших снизу, где располагалось поселение людей.

Раньше домовые проживали в домах, чаще по одному, а то и по два, бодрствовали исключительно по ночам, назначая друг другу встречи под утро и обсуждая, как успели набедокурить за ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.