В петле времени. Тайны прошлых жизней — 2

© Татьяна Дмитриевна Голицына, 2026

ISBN 978-5-0070-1993-4 (т. 2)

ISBN 978-5-0070-1994-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Вечерний Каир бурлил разноцветной толпой жителей и путешественников. На нас надвигался шум многолюдной процессии. Это было странное зрелище. Дети несли факелы, мужчины с полуобнаженными торсами, размахивая саблями, исторгали странные гортанные крики и шли в такт мелодии фанфар и барабанного боя. За ними шли певицы и танцовщицы, одетые в шелковые полосатые платья, им аккомпанировали цимбалы и кастаньеты. Лица девушек были раскрашены на манер древнеегипетских цариц, а руки украшены птичьими перьями. Кто-то в нашей толпе зрителей сказал, что сегодня праздник Изиды. «Так вот почему руки женщин украшены перьями. Жрицы Изиды?» — подумал я.

Неожиданно мне в глаза ударил солнечный луч заходящего солнца, и я невольно прикрыл веки. А когда разлепил их, то заметил девушку… красивую… просто необычайной красоты. Она внимательно смотрела на меня, потом стыдливо прикрыла лицо вуалью так, что остались только глаза, словно влажные черные маслины, слегка прикрытые длинными пушистыми ресницами.

Я уже не замечал ни борцов, ни танцовщиц, всё вокруг меня словно растворилось в легкой дымке, а звуки барабанов и фанфар слышались откуда то издалека. Мне снова брызнул в глаза солнечный луч, я опять опустил веки, а когда открыл их, девушки уже не было в том месте, где она стояла. На том месте стоял молодой араб и в упор изучал меня.

— Проклятие! Куда она подевалась — пробормотал я.

— Кто? Кого ты ищешь? — шепнула Эльза, восхищенно наблюдая за полуобнаженными мужчинами. Их мощные торсы, густо намазанные пальмовым маслом, производили сильное впечатление.

Внезапно в толпе образовалась брешь, и я вновь увидел ту красавицу. Наши взгляды встретились. Девушка повернулась и пошла прочь. Я поспешил следом. Девушка двигалась спокойной походкой, и мужчины словно расступались перед ней. А за ее спиной толпа смыкалась вновь. Мне приходилось пропихиваться сквозь эту толпу в попытке приблизиться к этой красотке. Девица уводила меня всё дальше, в какое-то мгновение она оглянулась, словно проверяя, иду ли я за ней, не потерял ли ее след, и нырнула в узкий грязный проулок. Этот проулок казался пустынным, и только старая женщина, похожая на цыганку, сидела у двери маленькой хижины. Красавица куда-то подевалась. Я углубился в переплетения грязных извилистых улочек, уже пробираясь сквозь толпу в лохмотьях и своры собак, пару раз упирался в тупик, и вновь возвращался. Остановившись, стал размышлять, куда это я вообще попал, и что за толпы оборванцев кишат на этой улице. Резко темнело. В Египте ночь наступает почти сразу, так что найти дорогу на освещенную улицу мне пришлось почти на ощупь.

Здесь меня встретили встревоженные Эльза с Сергеем.

— Ну и куда ты запропастился, с ума сошел, гулять по этим лабиринтам?

— Я гнался за мечтой… призрачным наваждением — устало произнес я.

— За той девицей? — спросил Сергей.

— Ты заметил, да? Она не девица — обиженно парировал я.

— Так вон она, стоит на другой стороне улицы, и смотрит на нас.

Я обомлел, и внезапно, словно завороженный, рванул в ее сторону. Но мне опять преградил дорогу тот самый молодой араб. Он что-то кричал гортанным голосом, размахивал руками передо мной. Внезапно замолчал, сунул мне в руку какой-то предмет, и был таков. Девушка тоже исчезла.

Уже в гостинице мы рассматривали этот странный предмет. Вошел Клаус. Мы познакомились с ним на свадьбе Эльзы. Этому, странному на вид человеку, адмирал поручил сопровождать нас в Египет. По крайней мере, мы так считали, что адмирал поручил. Это потом мы уже узнали, что всё было наоборот, Это Клаус выбрал нас и оплатил путешествие, это он был нашим попечителем и надежной охраной от всех перипетий и неприятностей. Но сейчас мы еще этого не знали.

Странный этот Клаус. Высокий, худой, с внимательным, пронзительным взглядом темных глаз. Неизменно в легком черном бархатном плаще и черной бархатной же шляпе. Его появление на публике вызывало странное смятение среди людей. На улицах Каира толпа арабов разом замолкала и испуганно расступалась перед ним. Он же вышагивал гордо, не обращая ни на кого внимания. Мне было трудно понять этого человека, словно легкая дымка невероятной тайны скрывала его.

— Что вы так заинтересованно рассматриваете?

— Да вот, какой-то араб всучил Максиму этот амулет, Глаз Гора — Сергей подал амулет Клаусу.

— Это не Глаз Гора, это Око Ра. Взгляните, здесь нет слезы, текущей из глаза, в виде завитка. Глаз покоится на ладье, и венчает его крылатый диск. Это Ра плывет по Нилу в своей золотой ладье.

— И что значит этот амулет?

— Сдается мне, эта штучка открывает одну дверь, в лабиринтах пирамид. Это ключ. И всучили его вам не просто так. Вы еще окажетесь перед этой дверью. А сейчас мы с вами поедем, вернее, поплывем на праздник в честь Изиды.

Наш кораблик поздно вечером причалил к небольшому острову на Ниле. Полная луна медленно и величественно восходила, освещая своим серебряным светом большой зал с колоннами, в который вели ступени прямо от воды. Бесчисленное количество яхт и лодок причалили к ступеням, чтобы их пассажиры приняли участие в празднестве в честь Богини Луны. Многочисленные светильники мерцали огнями под звуки флейт.

Мы прошли в центральный зал, где вокруг святилища танцевала группа девушек. В длинных изящных белых платьях, перехваченных темно-синим поясом под грудью, они медленно и грациозно обходили алтарь в центре зала. Притопывая, девушки сотрясали серебряными цепочками в такт перестука кастаньет, а на ремешках их сандалий звенели маленькие колокольчики.

Мое внимание привлекла одна девушка среди танцовщиц. Что-то знакомое мелькнуло в ее облике. Скромно опустив голову, она мягко и воздушно скользила по кругу. Внезапно раздался бой барабанов, распахнулись массивные ворота, и в зал хлынул поток света полностью взошедшей луны.

Луна осветила лицо девушки, она вздрогнула и подняла глаза на меня. Я сразу узнал ее, та незнакомка, что я безотчетно преследовал среди толпы на улицах Каира. Покраснев, красавица стыдливо потупила взор.

Эти глаза, этот взгляд сразу проник в мою душу, и заполонил все мое существо. Внезапно танцовщицы с быстротой птицы устремились к выходу и исчезли за колонами. Я приподнялся на цыпочки, чтобы разглядеть, куда они упорхнули, а из моего сердца словно опять исчезала мечта. С трудом пробившись сквозь толпу, мы с друзьями устремились на свою яхту, чтобы быстрее отплыть, пока не началась толкучка из лодок и корабликов.

Образ молодой жрицы преследовал меня, ее яркий взгляд, полный нежности, все время стоял передо мною, ее улыбка не выходила из моей головы. Поглощенный этими мыслями, я даже не заметил, как перед нами появились пирамиды, и на вершине одной из них словно восседала полная луна. В этом лунном свете я заметил, как женская фигурка выпорхнула из тени и скрылась в стене пирамиды. В это время Клаус предложил нам сойти на берег. Интересно, он направился в ту же сторону к пирамиде, и мы послушно последовали за ним.

— Друзья мои, сейчас мы войдем с вами в тайный ход пирамиды, куда не всех пускают. Но нас пропустят. Прошу не пугаться, ваш путь будет безопасен, но нелегок. Приготовьтесь к трудностям в испытании, в конце которых ждут вас Великие жрецы, владеющие тайной Изумрудной Скрижали.

— Как все пафосно, — сказал Сергей — загадка Изумрудной Скрижали до сих пор не разгадана, и неизвестно еще, есть ли она на самом деле.

— Вот вам и предстоит это узнать. Не все проходят полностью испытания, Орфей дважды пытался, и не смог, за что и поплатился своей прекрасной Эвридикой. Я должен предупредить вас. Сначала вы пройдете четыре испытания на физическую выносливость…

— А Орфей тут каким боком — перебила его Эльза.

— А таким боком, — вмешался я в разговор, — тот, кто пройдет все испытания, остается среди Великих учителей, тот, кто не пройдет последнее, самое сложное испытание, отпускается в людской мир. Обладая большими тайными знаниями, полученными в пирамидах от Великих Жрецов, он имеет право нести их людям. Так Моисей и Христос не прошли это последнее испытание, они были отпущены в мир и создали великие религии. Сильно подозреваю, что Моисей нагло спёр у жрецов пресловутый Ковчег. И фараон преследовал его со своим войском не потому, что хотел вернуть евреев в Египет, он хотел вернуть украденную реликвию его страны — Ковчег.

— Что это за сложное испытание такое?

— Вот там и узнаете.

Я знал, как-то, лет пятнадцать назад, мне попалась книга одного путешественника по Востоку. Он подробно описал эти посвящения в пирамидах.

— Что-то я не горю желанием остаться с Великими Жрецами, чтобы навсегда покинуть этот мир, удалиться от мирской жизни, и в уединении наслаждаться великими мудростями — задумчиво промолвил Сергей.

Клаус улыбнулся: — А вы, а в частности и ты, Максим, вряд ли их пройдете полностью. Но вам стоит попытаться. Вот Орфей попытался, ничего не вышло, зато ему дали право организовать школу. О знаменитых орфиках, надеюсь, ты слышал, школа орфиков?

— А почему он поплатился Эвридикой? — спросила Лида.

— А потому, — тут снова встрял уже я, — что жрецы были тоже не дураки. Эвридика слыла красавицей, и жрецы сделали ставку на нее. Им ведь нужны жрицы Изиды. Вот, когда Орфей сорвался с лестницы на одном испытании, он потребовал от жрецов разрешения повторить. А те, хитроделанные, разрешили, но поставили условие, не пройдешь снова, Эвридика останется у нас навсегда. Орфей снова сорвался с лестницы, и Эвридика осталась в храме Изиды. Тогда Орфей, создавая свою школу, придумал сказочку о смерти своей любимой, чтобы скрыть свой позор, как он торганул красавицей женой.

— О! тебе оказывается многое известно — рассмеялся Клаус, — тем лучше, будешь по пути инструктировать друзей. С Максом вы не пропадете — обратился он уже к моим друзьям.

— Так вы с нами не пойдете, значит — в моем голосе прозвучали язвительные нотки.

— Нет, но я буду ждать вас в определенном месте. Надеюсь, вы благополучно оттуда выберетесь.

— Спасибо, успокоили — в голосе Сергея тоже звучал сарказм.

Глава 2

Мы прошли через портал и спустились в пирамиду. У подножия лестницы, мы оказались в проходе. Я сразу сказал, что пойду первым, за мной девушки, а Сергей будет замыкающим.

— Ребята не паниковать, максимально не пугаться, слушаться моих команд. Да, я читал когда-то в одной книге об этих лабиринтах, так что кое-какое представление имею о том, что нас ждет. Главное, обувь у всех удобная, одежда мягкая, не стесняющая в движениях. В общем, одеты все по форме. Девочки, соберите максимально полностью свои волосы, и плотнее натяните свои кепочки на головы. Ну, выдохнули и вперед. Ступаем осторожно и аккуратно.

Ступаем…, это я погорячился. Мы буквально пробирались в темноте по извилинам сужающегося коридора, вот уже начали ползти на четвереньках, а конца коридора и не предвиделось. Эльза расчихалась от пыли, глаза у всех слезились. Мы уже готовы были отчаяться в тщетности предприятия, как коридор внезапно расширился, что позволило нам выпрямиться в рост. Коридор вывел нас в просторную галерею, в конце которой маячил отблеск света. Тусклый свет масляной лампы едва освещал живописные сцены жизни далеких богов. Удивительно, но краски на стенах были яркими, словно писаны совсем недавно. Сергей, ничтоже сумняшеся, позаимствовал этот единственный масляный светильник.

Мы осторожно продвигались в полумраке. Жара становилась нестерпима, словно мы спускаемся к центру земли. Пот застилал наши глаза. Я старался ступать очень осторожно, внимательно ощупывая ногами путь. Где-то здесь может оказаться колодец, и я просто свалюсь в него, увлекая за собой своих друзей.

Мои ожидания не были напрасны, моя нога, после твердой почвы, повисла в воздухе.

— Внимание, перед нами колодец.

— И что дальше? Это западня? — Сергей, из-за спин девчонок, вытянул вперед руку с лампой.

— Дна не видно, но вдоль стены есть выступ, так понимаю, нам по нему надо осторожно, прижимаясь к стене, обойти эту дыру.

— А если кто из нас свалится? — шептала Лида.

— Уйми дрожь в коленках, не свалишься.

— Ты как всегда галантен Максим, нет, чтоб поддержать, морально.

— Будем надеяться, что найдем проход в стене.

Я прижался к стене, и мелко перебирая ногами, двигался вправо, за мной, тяжело дыша, семенили ребята. Хорошо, что темно, хотя бы никто из нас не видит эту зияющую дыру перед собой, черную и непостижимую.

— Мне кажется, или мы спускаемся вниз, как по спирали? — сдавленно шепнула Эльза.

— Не кажется, точно спускаемся. Не бормочи, это отвлекает. Не хотелось бы шарахнуться вниз, а то может и костей не соберем.

Шарахнуться не получится, мы спустились в яму. Сергей приподнял повыше лампу, уже едва мерцавшую, и нам удалось увидеть железные решетчатые ворота. Пробовали отворить их, нет, не получается. Тогда я решил приподнять решетку. О, чудо, ворота легко поднялись.

Но, не успели пройти за ворота, как они со страшным грохотом опустились, и эхо этого грома гулко прокатилось по катакомбам. Все вздрогнули и замерли.

Снова перед нами появилась лестница с крутыми каменными ступенями, ведущими вниз, мы осторожно спустились по ней и вошли в освещенную факелами галерею.

— О, да будет свет — воскликнула Эльза, осматривая расписные колоны, в вершине каждой пылали факелы, — кто-то поддерживает здесь огонь

— Сейчас вам будет достаточно огня — мрачно произнес я.

— Откуда? Посмотри вон там, не то аллея, не то сад, и небо звездное. Да мы вышли из катакомб, мы на воздухе! Ура! — воскликнула счастливая Эльза.

— Здорово! Лампа уже гаснет, фитиль закончился — воодушевленно вторил ей Сергей.

Я сосредоточенно молчал, и Лида, хорошо зная эту мою черту, с опаской смотрела в глубину сада. И оказался прав, со всех сторон, всех углов, выползали змеи и пауки. Огромные пауки. Угрожающе шевеля своими щупальцами, стремительно двигались в нашу сторону. Агрессивно раскрывая свои капюшоны и разевая мерзкие пасти, извивались змеи, падая на нас с потолка. Страх пронизывал нас, стремительно захватывая души. Ужас и отчаянье я видел на лицах своих друзей. Девчонки визжали, Сергей схватил факел со стены и, размахивая им, старался отогнать тварей. А их количество всё увеличивалось, они лезли со всех щелей, падали откуда то сверху, твари уже вились у наших ног. Я обомлел, о таком испытании мне не было известно.

— Максим, — слегка придушенно прошептала Лида. Огромная змея полностью обвивала ее тело. Кольца медленно сжимались, переливаясь черными масляными полосами. Из-за переплетения колец торчала отвратительная морда гадины, ее глаза злобно сверкали. Когда я сдернул факел со стены, змеюка молниеносно распустила свои кольца, в которых держала Лиду, и яростно прыгнула на меня. Но удар, нанесенный мною по голове рептилии был безошибочным. Гадина скорчилась в конвульсиях, и внезапно словно растаяла на земле.

— Эй — меня внезапно осенило, — это иллюзия! Их нет! Уберите свой страх, уберите страх! Их нет!

— Ай! — Воскликнула Эльза. Змея прыгнула на нее и раскрыла свою пасть прямо перед лицом Эльзы. Гипнотическим взглядом своих зеленых глаз, тварь насмешливо уперлась в глаза Эльзы, почти касаясь своим раздвоенным языком ее губ.

Невероятно! Эльза вдруг, также глядя в глаза змеюке, спокойно взяла ее за горло и швырнула на землю. И… змея исчезла, растаяла в воздухе! Я оказался прав, это иллюзия. Нас испытывали на страх. Наши собственные страхи лезли к нам в виде этих гадов.

— Тьфу! — плюнул Сергей, — тьфу на вас, — добавил уже спокойнее.

Наши страх и паника медленно отступали, а вместе с ними исчезали гады. Через несколько минут их уже не было вокруг нас. Все медленно переводили дух.

— Как ты догадался?

— Увидел как змеюка словно растаяла на земле. Хотя, может их сюда специально насобирали? Но смерти путешественников не входят в планы здешних жрецов, наоборот, для них это экстремальное происшествие, если такое случается.

— А такое все-таки случается, — мрачно парировал Сергей, — хорошенькая перспектива, умереть от собственного страха.

— Такое даже в жизни часто случается, люди чаще умирают не от онкозаболевания, а от страха осознания такой болезни. И страх начинает жрать человека быстрее, чем разрастается опухоль.

Мы еще потоптались немного на месте, осторожно оглядываясь по сторонам. Наконец, умиротворяющий вид сада нас окончательно успокоил. И Эльза, почти приплясывая, устремилась вперед.

— Эльза, не спеши — я дернул ее за руку, — мы же договорились, я впереди, вы в середине.

— Ты думаешь, еще не всё?

— Я не думаю, я знаю.

И решительно отодвинув девушку, шагнул вперед. Я уже видел вдалеке отблеск пламени. Когда мы подошли ближе, пламя сильнее взметнулось над деревьями. Оно взметнулось разом, как высоко, так и широко во все стороны.

Перед нами горело всё. Тростник, сосны, пальмы, и языки пламени как огненные змеи, быстро перекидывались с ветки на ветку, охватывая дерево за деревом, и искры летели во все стороны. Пламя уже бушевало, гудело, и новые вспышки сопровождались звуками взрыва.

— Мешкать нельзя! Нам туда, прямо! — прокричал я сквозь страшный гул.

— Но там огонь, смотри, искры и горящие ветки уже засыпали всю дорожку!

— А больше некуда! Назад дороги нет! Держитесь друзья! Без паники, вперед!

И мы рванули вперед. Мгновенно, как будто огонь только этого и ждал, со всех сторон еще большими вспышками загорались деревья, ветки трещали, и осыпали нас снопами искр. Деревья словно подступали к нам ближе, соединяя свои горящие кроны над нашими головами со всех сторон, бросались в нас горящими головнями, плевались огненными искрами. Девчонки хватали свои волосы, и яростно заталкивали их под кепки, вскрикивали, получая ожоги. Мы с Сергеем мужественно терпели.

Внезапно перед нами открылся проход, как только мы шагнули туда, за нами снова с грохотом опустилась решетка. Едва переводя дух, все с ужасом смотрели, как уже весь лес, полностью, полыхал в диком огне.

— Да уж, испытаньице! — зудел Сергей, — вполне могли сгореть там, дотла, до кучки пепла.

— У меня ожоги на руках — хныкала Лида.

— Не сгорели бы — чеканя слова, одернула Сергея Эльза, — страх гонит вперед. Здоровый страх, не паника.

— Врядли сгорели бы. Замучаются для каждого испытания лес сажать. Сдается мне, это металлические конструкции, полная имитация деревьев. Обмазаны горючими смесями, типа бенгальских огней.

— Хороши бенгальские огни, ну очень уж большие, целые головни отлетали.

— Так, готовьтесь к следующему. Землю, воздух и огонь мы прошли. Осталась вода. Слушайте и запоминайте. Когда появится лестница, ни в коем случае, слышите, ни в коем случае! Не хватайтесь за ступеньки. Они будут обламываться, и вы свалитесь опять в воду. Хватайтесь за вертикальные палки и держитесь хоть зубами. А когда появится кольцо, хватайтесь за него и висните на локтях. Поняли? Не пальцами, не руками, а перекидывайте локоть через обруч. Запомнили? И главное, не паниковать. Ну, выдохнули и вперед. Лида, Лида, ну что такое, что за слезы? Соберись, всё получится.

— Я плохо плаваю — всхлипнула Лида.

— Я буду рядом — попробовал ободрить ее, а сам подумал: — «бедная девочка, натерпится ужасов, напрасно я потащил ее с собою».

И затаив дыхание, мы поспешили вперед. Тропинка заставила нас свернуть, и повела вниз, в темное пространство. Потоки холодного воздуха обдували нас сначала ласково, затем воздух стал холоднее. До нас доносились странные голоса, не то крики людей, не то их вопли. Мы вошли в огромную пещеру, и перед нами ревел бурлящий поток, стремительно несшийся мимо нас, яростные взрывы смеха и людские крики смешивались с грохотом темной, почти черной, воды.

Глава 3

Это было страшно, но мужество взяло верх. Деваться некуда, мы прыгнули в эти черные страшные волны. Словно почувствовав это, поток вдруг еще громче заревел, и волны закрутились вокруг нас водоворотом.

— Куда нас несет? — прокричал Сергей.

— Ай! Что-то здоровое и склизкое трется об меня — верещала Эльза.

— Я сейчас захлебнусь! Макс! Да руку! Дай руку! — истошно кричала Лида.

Время для нас потеряло счет, мы безуспешно боролись с потоком, стремительно несшим нас в неизвестность. Но странным образом нас не растащило в разные стороны. Мы все барахтались рядом друг с дружкой. Лида безумными глазами смотрела на меня. В этих глазах я читал ужас, охвативший ее. Ее силы уже были на исходе.

Внезапно, сверху, в ярком свете, к нам стала опускаться блестящая лестница.

— Вот она! — прокричал я, стараясь перекрыть этим криком гул воды — не хватайтесь за ступени!

Лида конечно же сразу схватилась за ступеньку, и тут же рухнула в воду. Я схватил ее подмышки и подсадил. Наконец она стала соображать. Вцепившись в вертикальную опору, Лида прижалась к ней щекой и в изнеможении повисла безжизненной плетью, не давая мне ни сантиметра для спасения.

Эльза легко, для своего веса, вспорхнула на другую вертикальную перекладину, да еще и умудрилась помочь Сергею, подтащив его за шиворот. Вот что делает настоящая любовь.

Лестница при этом уже поднималась вверх, сильно раскачиваясь из стороны в сторону. Я не никак не мог поймать и ухватиться хоть за малый кончик вертикальной перекладины. Лестница, поднимаясь, ускользала из моих рук, а водоворот, закручиваясь, оттаскивал меня от мига спасения

— Макс! — заорала Эльза.

Мне ничего не оставалось делать, как схватить Лиду за ногу одной рукой, другой за перекладину. Лида чуть не сорвалась, и в безумстве начала лягаться. Но я уже подтянулся и крепко держался за поручень. И тут лестница вдруг стала опускать снова в воду.

— Это что? Нас много? Лестница не может подняться?

В это мгновение сверкнула молния, и в облаке появилось огромное медное кольцо.

— Кольцо! Хватайтесь и висните на нем, как я сказал! — ухватив кольцо, я подтянул его к нам.

Эльза с Сергеем тоже подтянули его и повисли на нем, перекинув руки через обруч.

— Лида, ну же, оторвись от лестницы! Смотри кольцо отходит!

Девушка, обняв поручень лестницы, словно была в беспамятстве. Я отпустил кольцо, схватился за поручень, размахнулся и врезал ей по заднице.

Сергей тянул ко мне руку, чтобы помочь не упустить кольцо. Я обхватил Лиду вместе с поручнем ногами, и с помощью Сергея подтянул кольцо. Лида словно приросла к лестнице.

— Я сейчас брошу тебя здесь! — прорычал я — считаю до двух! Раз! — и больно ущипнул ее.

— Ааа! — истошно заорала Лида, и как мартышка скакнула к кольцу.

— Дура! — зло рявкнула на нее Эльза.

Но мы уже все благополучно висели на кольце.

Наши мучения на этом не кончились. Кольцо, раскачиваясь, увеличивало амплитуду, внезапно, словно буря обрушилась на нас, и вихревым потоком закрутило, завертело так, что мы уже ничего не видели. Нас кружило как в центрифуге космонавтов.

— Меня сейчас стошнит! — снова завопила Лида.

— Сейчас всех стошнит! — кто из нас ответил? Неужели у кого-то рот мог говорить. Все были на грани обморока.

Шторм также внезапно стих, как и появился, наше кружение в воздухе постепенно останавливалось, и кольцо плавно опускалось. Вдруг оно резко качнулось, обруч разъединился, и мы разом рухнули на траву.

Лида отползла к кусту, ее безобразно рвало. Все бессильно валялись на земле. Тут меня охватило смутное безотчетное беспокойство. Я стал шарить по карманам, и извлек оттуда два безжизненных тельца своих фетчей.

Бедные мои помощники, они всё это время спасали меня, и обессиленные от растраченной почти полностью энергии, умирали у меня на глазах. Фифа черным пятном распластался на траве, но дышал. А вот Фофа лежал, едва приоткрыв ротик и закатив глазки.