В нашем бестиарии - 1. Суженая для дракона

ГЛАВА3

На следующий день на работу я отправилась в дурном настроении. Всю ночь мне снилось, как мрачные ребята с автоматами палят по маленькому несчастному дракончику.

Я приходила на работу за два часа за открытия. Переодевалась, потом готовила, разводила или просто отмеряла зелья, которые было необходимо добавлять бестиям в корм. Относила все это на кухню, а потом проходила по клеткам и вольерам, проверяла магический фон и, если необходимо, пополняла его.

Сегодня все были нервными, оглядывались, ожидая появления столичного мага. Время приближалось к открытию, а его все не было.

Мы не знали, открываться нам или нет. Маг не появился, не позвонил и, казалось, что вчерашний день всем просто примерещился. У всех, после вчерашней проверки бестий, было ощущение, что Лот Валидович устроит проверки и в других местах. В ветеринарном кабинете, алхимической лаборатории, на кухне, складе. Но от мага не было ни слуху, ни духу. А посетители уже осаждали ворота. Было много возмущенных туристов, которым не удалось вчера попасть внутрь. Эмуарль Армурович достал визитку и принялся названивать столичному гостю.

— Не отвечает, — через некоторое время просветил он всех интересующихся. — Открываем! Под мою ответственность. Явится, тогда решим, что делать. Пусть проверяет вместе с посетителями.

Маг появился вечером после закрытия. С ним шел один из смотрителей, несущий объемный, но не тяжелый сверток. Те, кому не нужно было оставаться после закрытия для ухода за питомцами, уже одевались и собирались.

Лот Валидович вежливо поздоровался.

— Рад, что застал. Мне пришлось отлучиться. Вчера ваши слова меня смутили и навели на идею. Для лучшей адаптации, я привез подстилку из норы самки. Пусть самец сначала привыкнет к ее запаху. И у вашего дракона нужно что-то взять, отвезти ей.

Размещать пошли ветеринар, чтобы проконтролировать ситуацию, я, нагруженный смотритель, сам инициатор эксперимента и директор, как самый главный.

Жиробас начал орать и топорщить спинные гребни, как только мы оказались в достаточной близости, чтобы до дракона ветер донес чужой запах. Стоило подойти ближе, и Жиробас вовсе взбесился. Стал биться о прутья клетки, реветь и хлопать крыльями. Он старался просунуть лапу через прутья и подцепить предмет с ненавистным запахом.

— Давайте уберем источник раздражения, пока животное себе не навредило! — потребовал директор.

Маг сделал знак смотрителю отойти. Жиробас чуть успокоился.

— Да, пожалуй, помещать объект с запахом прямо в клетку не стоит. Разместим его на некотором расстоянии.

— Вы слышите, что я говорю?! Это опасно для животного!

— Да перестаньте. Немного позлится и успокоится. У вас есть какое-нибудь успокоительное? — обратился Лот Валидович к ветеринару.

— Есть. Только оно в суспензии. Я не полезу сейчас к дракону в клетку, чтобы его напоить.

— Неужели нет никаких дротиков, ружья, стреляющего шприцами с сонным зельем?

— Это же скальный дракон, а не собака. У него из арбалета не во всех местах чешуя пробивается, а вы шприцы предлагаете использовать.

— А вы что предлагаете?

— Я предлагаю оставить дракона в покое. Задумывают глупости всякие, а животное страдает, — ветеринар наш был мужчиной суровым. Столичный маг для него авторитетом не являлся.

Лот Валидович изрядно разозлился.

— Если вы не можете выполнять свои обязанности, я вам покажу, как это делается! Несите свою суспензию!

— Что вы хотите делать? — насторожился директор. Он не хотел подвергать дракона еще большему стрессу.

— Хочу обездвижить эту тварь, пока ваш ветеринар, — слово «ветеринар» он произнес с изрядным подколом, — будет поить его успокоительным.

— Постойте, — я заметила стоявшего вдалеке сторожа, не решавшегося приблизиться, в руке тот держал небольшой желтый эмалированный бидончик. — Давайте оставим подстилку на некотором отдалении. Я думаю, что дракон сам успокоится. Незачем применять сильнодействующие лекарственные средства, они же могут повлиять на здоровье животного и на его дальнейшее потомство.

Мужчины осознали, что они ссорились в моем присутствии, и устыдились.

— Вы правы, Роза. Вашими устами глаголет истина, — проговорил маг. — Сделаем так, как вы сказали.

Сверток прикрепили к небольшой ограде, ограничивающей доступ к клетке с драконом. Здесь он не будет мешаться посетителям, и Жиробас не сможет до него дотянуться.

Директор тоже заметил сторожа и прихватил мага под руку.

— Пойдемте, Лот Валидович, нам с Вами нужно обсудить некоторые моменты.

— Что же, пойдемте. Роза, Вы не с нами? — маг заметил, что я не иду.

— Нет, у меня еще дела. Позвольте с сами попрощаться. Вы завтра еще посетите нас?

— Нет, Эмуарль Армурович будет сообщать мне о скорости адаптации.

Странно, а как же наблюдение? Всякие научные заметки. Со статьями я не решилась лезть. Вот приедет в другой раз маг, может настроение получше будет.

Я подождала пока директор с магом отойдут подальше и махнула рукой сторожу.

— Здрасте. А что же тут происходит? Что это хотят с Жиробасенькой сделать?

— Дурь всякая происходит! — высказался ветеринар, рассматривая все еще мечущегося дракона.

— Афрон Картович, вы как всегда слишком прямолинейны.

— Не нравится мне этот ухарь. Мутный какой-то. К нам когда древесных шундриков исследовать приезжали, так профессор был с целой сворой помощников. С измерительной аппаратурой всякой. Паслись тут днями и ночами, записи делали на все что только могли. А этому директор наш должен делать записи об эксперименте.

— Может, он начнет, когда самку привезут, — предположила я.

Ветеринар махнул рукой. А потом осмотрел сторожа и особенно его желтый бидончик.

— Это то, о чем я думаю?

Старик ощутимо смутился.

— Так хоть чем-то голубчика порадовать. А что, не надо?

— Уууу, — отвлек нас от разговора жалобный звук. Это дракон привлекал внимание любимца и жаловался ему.

—Да, пожалуй, лишним не будет. Как раз послужит успокоительным. Только не увлекайтесь, чтобы он огонь выдыхать не начал. А то спалит объект раздражения, — Афрон Картович кивнул на тюк с подстилкой. — Гость наш забыл про то, что хотел взять для самки какую-нибудь вещь. Надо приготовить, вдруг вспомнит.

— Это я мигом! — всполошился сторож. — У Жиробасеньки в норе солома подстелена, можно в мешок набрать.

Так и сделали.

Мешок отнесли в здание администрации и поставили рядом со столом директора, вот ему завтра сюрприз будет.

Потом я переоделась и собралась домой. Афрон Картович стоял на улице и явно дожидался меня.

— Прекрасный вечер, не правда ли? — начал ветеринар.

— Да, погода нынешней осенью на удивление хорошая, — вместе мы двинулись к выходу.

Возле клетки с жар-птицами я остановилась и стала рыться в сумке в поисках карамелек, которыми хотела угостить птиц еще утром.

Две огнистые красавицы насторожились, потом выбрались из гнезд и спорхнули на пол клетки. Оперение, как вчера и предсказывал смотритель, у птиц изрядно поредело. А возле клетки стояла пара ведер с водой и одно с песком.

Красивые головки с острыми длинными клювами и изящным хохолком пытались пролезть через решетку.

— Балуешь ты их, Розочка.

— После того, как у них вчера детей пересчитать пытались, им можно.

Я разворачивала карамельки и протягивала то одной, то другой птице. Те исчезали в золоченых клювах с изрядной быстротой.

Феникс в соседней клетке обиженно застрекотал. Пришлось и с ним поделиться. Этот карамельки не любил, но из вредности всегда требовал свою долю.

— Думаешь в этот раз кто-нибудь вылупится у них?

— Не знаю, я еще яйца не смотрела. А что, заказ есть?

— Ну, у нас очередь уже на птенца-гибрида. После того, как по центральному телевидению покарали репортаж из королевского бестиария о нашем Розанчике, так не только из бестиариев запросы идут, но и от частников.

— А они понимают всю ответственность? Бестия с неизвестными свойствами. Неизвестно, что птенец унаследует от матери, а что от отца. Это Розанчик такой получился. Не самовозгорается, не воспламеняет все вокруг, ручной, ласковый, красивый. А Рубинчик, которого зарртийцы купили? Самовоспламеняется раз в десятидневье, и еще и с огненным оперением.

— Да, но претензий они не предъявляют. У них на каждое самовоспламенение целые толпы народа ходят смотреть. Обычные-то фениксы раз в тридцать-пятьдесят лет самовоспламеняются. Еще на скорлупу заявки от алхимиков. Не говоря уж об ухарях, которые хотят свежие яйца.

Интересно, зачем им свежие яйца? Какие-то новые рецепты зелий что ли изобрести хотят?

Птицы выманили у меня все сладости и вернулись в гнезда, высиживать потомство. Феникс взлетел на насест и принялся чиститься.

Мы направились к выходу, прошли мимо дракона. Тот лежал на полу клетки и лакал из миски, наслаждаясь каждым глоточком. Сторож сидел снаружи, на приступочке и гладил просунутый через прутья решетки драконий хвост.

— Не хочешь прогуляться после работы? — спросил Афрон Картович.

Я покосилась на него. Ветеринар наш невысок ростом, ниже меня почти на голову, худощав, но жилист, силен и бесспорно мужественен. Светлые волосы всегда пострижены коротким ежиком, зато под носом густые, длинные, широкие усы, чуть темнее, чем волосы на голове. В целом же он мне чем-то напоминал морскую выдру. Может, этими усами как раз, а может, небольшими темными глазками, или округлыми чуть оттопыренными ушами.

Приглашение я принимать не спешила, было оно не первым, еще больше, чем своим профессионализмом, Афрон Картович славился любовью к противоположному полу. Несмотря на наличие супруги, не пропустил ни одно юбки в своем окружении. Исключением стала разве что наша бухгалтер, женщина строгая и неприступная. Впрочем, Картовича это не остановило бы, не будь она супругой директора. А Эмуарля Армуровича ветеринар побаивался и уважал. Директор имел обманчиво плюшевую внешность, но за свое постоять умел.

Мы подошли к воротам, вышли через боковую калиточку за территорию.

— Извините, Афрон Картович. Мне домой нужно. Мама ждет.

Ветеринар не стал настаивать, кивнул мне, приподняв неизменную коричневую кожаную кепку-восьмиклинку, и отправился в сторону, противоположную той, в которой находился мой дом.

ГЛАВА4

На следующее утро я проспала, так что побежала на работу, едва умывшись и не позавтракав. У ворот меня встречало необычное зрелище: стояли две припаркованные полицейские машины, а возле входа виднелись и сами полицейские. Один из них держал в руках планшетку с бумагой, разговаривал с директором и что-то записывал. Эту композицию окружала целая толпа народа, человек двадцать. Некоторые пришли в домашней одежде, поверх которой были накинуты теплые вещи.

Сердце защемило от дурных предчувствий. Сразу припомнился вчерашний кошмар с расстрелянным драконом. Я пробилась сквозь толпу к директору.

— Что случилось?!

Полицейский остановил меня, уткнув ручку в грудь.

— Вы кто, госпожа?

— Это госпожа Роза Фиррт, наша штатная ведьма.

Сотрудник полиции тут же убрал от меня ручку и «незаметно» обтер кончик о штаны.

— Здравствуй, Розочка, — поприветствовал меня директор.

— Так что случилось? Здравствуйте.

— Злостное нарушение общественного порядка, — пояснил полицейский.

И тут же загомонила вся толпа, особенно выделялась маленькая пожилая женщина с всклокоченными седыми волосами. Она явилась в цветастом байковом халате, поверх которого надела синяя дутая курточка.

— Это просто безобразие! Ваши твари все время ночью кричат! Я просыпаюсь! Но сегодня вообще всю ночь!!! Я всю ночь не сомкнула глаз! А у меня ответственная работа! Я медсестра в больнице! Как я буду работать в таком состоянии?!

Вся толпа ей поддакивала, потом вылез худой высокий господин в роговых очках черном костюме.

— Я давно подписи собираю, чтобы перенести бестиарий за черту города! Сколько можно терпеть шум по ночам?! И постоянный неприятный запах?!

Это меня возмутило до глубины души.

— У нас все бестии прекрасно ухожены! В бестиарии нет никакого запаха! И я не понимаю, какие крики, какой шум?! Бестиарий окружает ночью звуконепроницаемый купол! Он автоматически активизируется в десять часов вечера!

Я тяжело дышала, глядя на замолчавших людей.

— Розочка, — директор тронул меня за руку. — Идите на рабочее место. Я решу проблему, не переживайте.

Я кивнула и пошла в ворота. За моей спиной зашушукались.

— Видели? Видели, как она на меня смотрела?! — говорил тощий господин в черном. — Явно порчу наслала!

Дальше слушать я не стала, понеслась мимо вольеров и клеток в алхимическую лабораторию. Потом резко остановилась и повернула туда, где стояла магическая установка звуконепроницаемого купола. Находилась она в центре, недалеко от дракона. Жиробас, который, видимо, и трепал жителям окрестных домов нервы, благополучно отсыпался в своей норе.

Установка походила на куб размером один на один дисс из серого пористого камня. Это была внешняя оболочка, внутри пряталась сложная, магическая начинка. Окружала установку колоколообразная декоративная, но прочная решетка, запертая на замок. Ключи были у директора и старшего смотрителя. Внешне все выглядело целым и невредимым. Для более точной диагностики следовало вызвать мага-техника из обслуживающей компании, чтобы он вскрыл корпус и проверил начинку.

Я потрогала замочек пальцем, ничего особенного, кроме холода металла, не почувствовала.

— Что делаете, госпожа Фиррт? — раздался сзади голос полицейского. Я резко обернулась. Оказывается, подошли полицейские в сопровождении директора, с ними также были господин в черном и пожилая госпожа в цветастом халате. — Прячете следы магического воздействия на купол?

— Проверяю, все ли в порядке.

— И как?

— Внешне ничего не заметно.

— Я сейчас позвоню магу-технику? Он скажет точнее, — заметил Армурович.

Директор отправился в здание администрации дозваниваться до офиса сервисной службы. А я все-таки дошла до алхимической лаборатории — работу никто не отменял.

Отмерив все необходимое, я отметила все зелья, которые нужно дозаказать. Что-то не сложное, не требующее длительного вываривания, я делала сама, а что-то мы покупали в алхимической лавке. Собрав все склянки, направилась на кухню.

Повар для бестий и двое дежурных смотрителей уже вовсю трудились.

— Роза, ты что-то припозднилась сегодня, — улыбнулся повар, отвлекаясь от нарезания яблок.

Повар наш был самым настоящим и раньше работал в столовой при мебельной фабрике, но Эмуарль Армурович его сманил к нам. Звали повара Вент, а отчество он не называл. Внешность имел хоть и симпатичную, но уж больно потешную: светло-русые волосы, вьющиеся мелким бесом, на работе, впрочем, спрятанные под платок, курносый нос с веснушками, большой улыбчивый рот, оттопыренные уши, живые, подвижные брови и ямочки на щеках. Глядя на Вента, невозможно было не улыбнуться, тем более, он всегда строил забавные гримасы. Вот с кем я с удовольствием сходила бы погулять. Но меня не звали. Повар выгуливал аптекаршу из аптеки в торговом центре.

— Так получилось, — я выгрузила склянки на стол.

Сегодняшние помощники повара отвесили зерно и добавили в него принесенную мной добавку из костной и кровяной муки, а также витаминов и небольшого количества грибов и мха из Вечного леса. Это завтрак для перитонов.

Повар же докрошил яблоки, сложил в миску, туда же плюхнул творога и горсть пшеницы.

— Золотую пыль жар-птицам уже не добавляем? — поинтересовался Вент, не найдя нужной склянки.

— Нет. Они уже не несутся, а высиживают.

Тут приехали еще два смотрителя с тележкой за готовыми блюдами.

— Представляете! У нас полный парк полиции! — возбужденно начал рассказывать один из них, но вдруг заметил меня.

Смотрители не относили меня к своей компании, впрочем, я тоже с ними почти не общалась, а по именам знала только тех, кто давно работал.

Парни быстро загрузили тележку мисками, судками и ведрами и укатили.

Ушла и я. Нужно было проверить магический фон в клетках и вольерах.

Пока я выполняла свои обязанности, подъехал маг-техник.

Вся компания теперь стояла возле открытого артефакта. Не сумев преодолеть любопытство, я направилась туда.

Магом-техником в компании «Артефакт-Вектор» работал парень, который учился в том же колледже, что и я, только на шесть лет младше. Знакомы мы были еще с тех времен, так что, вынырнув из недр установки, он улыбнулся, заметив меня и помахал рукой.

Старший из полицейских, тот, что с планшеткой, заметив это, подозрительно нахмурился.

— Ну что тут? — поинтересовалась я.

И ответил Ирош мне:

— Мощность снижена почти в три раза. Конечно, звуки будут проходить.

Господин в черном торжествующе улыбнулся, но заметив мой взгляд, улыбку стер и потупился.

— И давно это? — спросил полицейский. — Это произошло из-за неисправности или кто-то намеренно снизил мощность?

— Второе, — Ирош вытер руки салфеткой. — Но крышку не вскрывали. Следов воздействия нет.

— Как это тогда возможно? Кто-то мог его открыть кроме вас?

— Нет. Отпирающий артефакт только у меня. А как давно, я не знаю, но я делаю в бестиарии профилактическую проверку раз в пять дней. А раз в десятидневье меняю магические кристаллы. Установка мощная, они быстро разряжаются.

— Так что так могло повлиять на артефакт, если его не открывали?

Маг-техник пожал плечами.

— Не знаю, какой-то другой артефакт, большей мощности. Какое-нибудь магическое существо, но здесь нет таких сильных.

— А дракон? — полицейский ткнул кончиком ручки в направлении Жиробаса, выглядывающего из норы.

— А дракон у нас вообще не магический, — пояснил директор.

— И что делать теперь с заявлением о нарушении общественного порядка? Установка звуконепроницаемого купола есть, но сейчас она неисправна. И как часто она бывает в таком состоянии пониженной мощности?

— Это в первый раз! Я могу предоставить отчеты обо всех осмотрах! — возмущенно заявил Ирош.

— А маг сильный мог? — спросила я.

— Ну, — потянул парень. — Ну, это уровень не ниже, — он задумался и почесал в затылке, — восьмого точно. Семерка уже не потянет, а восьмой может быть. Да у нас и нет такого в городе.

— А какой уровень у господина Эрремуса? — спросила я директора.

— Не знаю, — пожал плечами Эмуарль Армурович. — Я обычно у магов при знакомстве не спрашиваю их уровень магии.

— А кто это господин Эрремус?

— Маг из столицы. Будет нашего дракона со своей самкой скрещивать.

Все вновь посмотрели на Жиробаса. Тот попятился и убрался в нору от такого внимания.

— Господин директор, — к Армуровичу подошел старший смотритель. — Мы будем открываться или нет? Там очередь перед воротами.

— Открывайте! А мы, господа, договорим с вами в администрации.

Я со всеми не пошла, меня заинтересовало кое-что другое. К будочке возле ворот шел сторож, он, видимо, хотел забрать свои вещи и пойти домой. На полной скорости я рванула к нему. Сторож — единственный, кто точно знает, что здесь было ночью.

— Ларон Палиевич! Постойте!

Посетители провожали удивленными взглядами несущуюся куда-то ведьму.

Я добежала до сторожа и выдохнула, пытаясь отдышаться.

— Что, Розочка?

— Вы домой?

— Да. Пойду.

— Вы сильно торопитесь?

— Да нет. Заходи, — он приглашающе махнул рукой, зазывая к себе. — Чайку хочешь? С пряниками!

— С удовольствием! — искренне сказала я.

Есть хотелось ужасно.

Мы вдвоем с трудом уместились внутри сторожки. Я сразу забилась на табуретку в углу возле маленького круглого столика, а сторож принялся хозяйничать. Включил чайник, достал пачку с чайными пакетиками и вазочку с пряниками, покрытыми глянцевой глазурью и украшенными разноцветной посыпкой. Сладко запахло выпечкой и пряностями. Чайник закипел и в воздухе разлился аромат мяты от заваренных пакетиков.