Ожидание женщины. Том 1. Александр

Глава I

Никого. Тихо и пусто. Впрочем, как всегда.

Удивляться нечему. Напротив, странно было бы встретить толпу людей ранним июньским утром, да ещё и в субботу. И где — на окраине Женевы, в бассейне элитного фитнес-центра, стоимость клубной карты которого сопоставима с годовым бюджетом среднестатистической семьи. Позволить себе такие расходы может либо миллиардер, либо на редкость щедрый сумасброд. К родителям Майи, презентовавшим карту вип-клиента не только обожаемой дочери, но и её «подруге поневоле», оба определения подходили как нельзя лучше.

Впрочем, с долей иронии призналась себе Таня, ей-то, этой самой подруге, жаловаться не на что. На занятия с персональным тренером она всё равно не ходила, несмотря на то, что статус «особого гостя» позволял формировать расписание целиком и полностью по собственному желанию. «Тренировки будут организованы в любое удобное для вас время», — дудки, не дождётесь. Времени, удобного для самоистязания на тренажёрах под аккомпанемент мрачных мыслей о несовершенстве собственного тела, на её взгляд, просто не существовало.

Другое дело бассейн. Воду Таня обожала во всех её проявлениях, будь то озеро, ванна, фонтан, ручей или дождь. Она была родственной её душе стихией. Больше того, кажется, именно ей позволялось без труда чувствовать и впитывать магию, силу, великую тайну воды, которая существовала с начала времён и хранила в себе непостижимый объём информации. Самые лучшие идеи без труда приходили в голову именно в воде. Здесь можно было расслабиться и хотя бы на короткое время перестать сражаться с миром.

Если бы Таня не позволила себе и этим утром отключить голову, отдаться на волю неспешных потоков, практически не шевелясь, раствориться в ласкающих струях, возможно, ничего бы не случилось. Но магия водного простора взяла верх над привычной бдительностью: убедившись, что Майя увлечённо преодолевает дистанцию в темпе, больше подходящем для тренировки перед мировым первенством, Таня глубоко вздохнула и закрыла глаза. Мир наполнился тишиной и покоем. Вода обволакивала, смывала все беды прошлого, исподволь очищая разум. Время, потенциальные опасности и реальные проблемы перестали существовать Ровно до той секунды, когда безмолвие, царящее в бассейне, взорвалось шквалом внезапных громких звуков.

Быстрые шаги. Резкие окрики. Грохот, приближающаяся какофония голосов. Расширившимися от накатившей паники глазами Таня успела увидеть бегущих в сторону бассейна мужчин, одетых в тёмную форму. В руках у них было оружие.

Неимоверным усилием оторвав собственные ноги от плитки на дне бассейна, Таня максимально быстро добралась до застывшей в воде Майи и инстинктивно закрыла её собой. Мысли о террористах и о том, что щит из её тела вряд ли спасёт подругу, молодая женщина постаралась вытеснить из сознания. Но им на смену устремились другие зрительные образы, ничуть не менее кровавые.

За спиной она услышала всхлип, и почти сразу Майя судорожно вцепилась ледяными пальцами ей в предплечье. Накрыв дрожащую ладошку своей рукой, Таня попыталась найти слова, чтобы как-то успокоить близкую к обмороку подругу. Однако сказать ничего не успела — в поле зрения появился ещё один мужчина. Бритоголовый, широкоплечий и безоружный, он производил более мощное и угрожающее впечатление, чем все бойцы, застывшие по периметру бассейна с автоматами наперевес, вместе взятые. Мужчина двигался странной походкой: плавно и в то же время почти молниеносно.

— Уберите оружие.

В негромком, но безусловном приказе прозвучали явные нотки недовольства. Переглядываясь, захватчики один за другим подчинились. Их командир тем временем подошёл к воде и присел на корточки, разглядывая двух девушек, застывших, как статуи.

— Так-так, и кто же у нас тут?

Голос по-прежнему был напитан недовольством, однако его хозяин не спешил отдавать дальнейшие приказы своим людям. Он неторопливо и беззастенчиво изучал стоящую ближе к нему Таню, которой вопиющая нескромность этого взгляда помогла наконец-то преодолеть испуг и разозлиться.

— Какого чёрта здесь происходит? — раздельно и очень чётко спросила она, встречаясь взглядом с арктическим холодом в глазах мужчины. Он нахмурился, собираясь ответить, но в это время дверь открылась и в заполненное помещение вошёл высокий худощавый брюнет в пушистом белом халате, который дико смотрелся на фоне десятка упакованных в камуфляж военных.

— В чём дело? — с явным недоумением поинтересовался он. — Рэй, ты с охраной не переборщил? Тут же нет никого!

— Ну, не то чтобы совсем никого — протянул бритоголовый (очевидно, именно его звали Рэй) и поднялся на ноги. — Вот две юные леди, одна из которых, похоже, уже дошла до точки кипения, так что поторопись в бассейн — вода вот-вот испарится. А судя по молниям, которые мечут её глаза, охрана тебе очень даже пригодится.

Откровенная насмешка в голосе и подчёркнутое пренебрежение ударили по нервам сильнее, чем недавно пережитый страх. Несправедливая обида всегда ранила Таню, несмотря на годами отточенное умение владеть собой, и оставалась своего рода эмоциональной ахиллесовой пятой. Девушка постаралась дышать как можно медленнее, стараясь справиться с подступающими к глазам слезами. Помощь пришла неожиданно, в буквальном смысле из-за спины.

— В сложившейся ситуации ваши слова не только неуместны, но и просто жестоки.

Звонкий голос Майи, умноженный акустикой, своей внезапной силой заставил всех вздрогнуть. Высоко подняв голову, она вышла вперёд, напоминая своей безупречной осанкой и тонкой фигуркой натянутый лук. Кто-то из мужчин в форме тихо присвистнул — облитое слегка загорелой кожей безупречное тело юной девушки в ярком бикини выглядело действительно заманчиво. Только двое мужчин, как по команде, нахмурились: бритоголовый раздражённо махнул рукой охранникам, и они, ни слова не говоря, моментально убрались из поля зрения, а брюнет подошёл ближе.

— Простите, я не совсем понимаю, что случилось. Мои телохранители вас чем-то расстроили? — он выглядел неуверенно, но говорил, похоже, искренне.

— Расстроили? О нет, что вы! Они нас до смерти перепугали! — невзирая на то, что сила была явно не на их стороне, Майя держалась с достоинством особы королевской крови. — Мы намеренно пришли сюда пораньше, чтобы поплавать в одиночестве, но вашей охране, по всей вероятности, чуждо уважение к правам других людей. Иначе ума не приложу, как объяснить, что толпа громил с автоматами без стука ворвалась в бассейн и держала нас под прицелом.

Завершив обвинительную речь, девушка с упрёком воззрилась на худощавого мужчину. Он смутился, после чего, в свою очередь, перевёл рассерженный взгляд на Рэя.

— Без спецэффектов нельзя было обойтись? Я в раздевалке провёл от силы десять минут, а вы за это время успели развить бурную деятельность с далеко идущими последствиями, — похоже, он на самом деле был разочарован, и мужчина, которому был адресован выговор, это почувствовал, но, в отличие от своего патрона, остался невозмутим.

— Во-первых, это не мои люди. За их гиперактивность и чрезмерное усердие скажи спасибо своему партнёру, который навязал нам этих охранников в качестве благодарности за подписанный контракт. Во-вторых, «до смерти» — явное преувеличение. Обе купальщицы, сам видишь, живы и, насколько я могу судить (выразительный, очень живой взгляд прошёлся преимущественно по фигуре Тани — её щеки вспыхнули), вполне здоровы, так что выплата компенсации за причинение физического и морального вреда тебе не грозит.

Вынести подобное отношение Таня не смогла. Если жизнь её чему-то и научила, так это необходимости давать отпор хамам, кем бы они ни были.

— Насколько вы можете судить... Действительно — насколько? Вы врач? Невропатолог? Кардиолог, может быть, или, на худой конец, психотерапевт? «Вполне здоровы», — какое тонкое наблюдение, профессура аплодирует, рыдая. А если шок от вашей выходки скажется позже, об этом вы не подумали? — с каждым словом Таня злилась всё сильнее. — Или ваша единственная забота — хранить босса от разного рода неприятностей, как реальных, так и выдуманных, просто так, на всякий случай, ведь безопасность превыше всего? На прочих людей плевать? В таком случае флаг вам в руки. Или для пущей уверенности лучше гранатомёт?

Взгляд мужчины, ставшего эпицентром её прорвавшегося наружу бешенства, заледенел ещё больше, скулы напряглись, и Таня поняла, что, будь они здесь вдвоём, словесной перепалкой дело бы не закончилось. Причём вряд ли исход дела мог сложиться в её пользу — схлынувший после пережитого эмоционального всплеска адреналин оставил вместо себя слабость и обострившееся чувство одиночества. Поэтому, пока силы ещё оставались, Таня сочла за лучшее как можно скорее убраться отсюда. Потянув подругу за руку, она направилась к бортику.

Выбравшись из воды, девушки закутались в халаты (Майя — неторопливо, Таня — максимально стремительно, пытаясь с помощью плотной ткани создать хоть какую-то защиту от буравящего спину взгляда) и направились к выходу.

— Подождите! — брюнет обогнал их, закрывая собой дверной проём. — Могу я что-то сделать для вас? Пожалуйста! Мне жаль, что из-за нашего вторжения ваш день оказался испорчен. И вдруг на самом деле будут отсроченные последствия шока? Может быть, отвезти вас к врачу или домой?

Неподдельное раскаяние на лице этого мужчины, достаточно молодого и в целом симпатичного, могло смягчить сердце любой женщины. Таня оказалась единственным исключением. По-прежнему крепко держа подругу за руку, она коротко качнула головой.

— Единственное, что вы можете сейчас сделать, это уйти с дороги.

Уверенно отстранив брюнета со своего пути, молодая женщина вывела Майю в раздевалку и с нескрываемым облегчением заперла за собой дверь. Ноги практически её не держали. С трудом девушка заставила себя переодеться и кое-как высушила волосы, отмечая краем глаза непривычную задумчивость подруги, которая тоже машинально проделала необходимые манипуляции с причёской и одеждой. Собрав сумки, девушки разблокировали замок и вышли в вестибюль. Через панорамное окно было видно припаркованную прямо напротив центрального входа ярко-красную машину Майи.

— Сможешь сесть за руль? — с сомнением спросила Таня.

Девушка кивнула.

— Не самое разумное решение, — раздался низкий голос, и его хозяин внезапно оказался на шаг впереди подруг. — Я вас отвезу.

— Ну конечно, как же самого умного да не спросили? — сарказм давался Тане легко, особенно по отношению к тем, кто рискнул её разозлить, так что сейчас она была во всеоружии — силуэт Рэя, стоящего у выхода, женщина узнала моментально. — Что же вы долгом службы так явно пренебрегаете: оставили драгоценного патрона в столь опасном месте под охраной всего-то десятка вооружённых головорезов?

Игнорируя заслоняющего дверь мужчину, Таня потянулась к ручке, желая как можно скорее добраться до дома и запереться на все замки. А ведь ещё предстоял разговор с Майкиным отцом Женщина мысленно застонала от досады — перспектива была мрачной, но никуда не денешься: лучше позвонить самой, иначе информация просочится по другим каналам, и тогда скандала не миновать.

Мысль о грозящих неприятностях заставила на миг отвлечься от реальности, и этого хватило, чтобы её запястье стальной хваткой сжали чужие пальцы.

Инстинктивная попытка освободить руку была проигнорирована — неумолимый захват причинял боль, и Таня перестала вырываться. Подняв голову, она встретилась взглядом с тем, кому противостояла. Серая с тонким ободком прозрачной голубизны радужка (так вот откуда взялась ассоциация с арктическими льдами-холодами) приковала её, как магнитом. Прочесть то, что скрывали чужие глаза, с первой попытки не удалось, но Таня продолжала смотреть — ей отчего-то показалось безумно важным открыть секрет, который таился в глубине зеркала души, если, конечно, душа к этой груде мышц вообще прилагалась.

Захваченная неожиданным ощущением, девушка не обратила внимания на то, что мужская ладонь уже не сжимает её запястье так сильно, как раньше. При этом взгляда Рэй не отвёл, хотя длительность паузы давно вышла за рамки уместного молчания двух посторонних, вцепившихся друг в друга глазами, людей.

Ни убийственный яд в голосе, ни явное презрение, написанное на миловидном лице, не заставили бы Рэя уступить. Но вдруг на самом дне выразительных зеленовато-карих глаз полыхнуло нечто, не поддающееся рациональному объяснению. Это нечто заставило его замереть, задуматься и, помедлив, разжать пальцы.

Глава II

До квартиры, которую родители купили Майе по случаю поступления в университет и где с благословения и по настоянию щедрых дарителей подруги уже второй год проживали вместе, они добрались быстро. Погружённая в себя Майя вела машину аккуратно, пробок с учётом раннего времени не было, так что уже через полчаса расстояние между дорогим клубом в пригороде и не менее дорогим пентхаусом в центре мегаполиса осталось позади.

Презентовать единственной дочери стандартные апартаменты или демократичную студию владельцы заводов, газет, пароходов, а также отельного, ресторанного, модельного (и далее по списку) бизнеса, понятное дело, не могли. Как и позволить своей наследнице, пусть и достигшей формально совершеннолетия, но все ещё слишком юной для самостоятельной жизни, существовать без присмотра. Предложенные заботливыми родственниками варианты экономок, водителей, телохранителей, секретарей и компаньонок Майя отвергла с решительностью, не оставившей оппонентам ни единого шанса настоять на своём. Поэтому родители рьяно ухватились за абсурдную, на первый взгляд, идею дочери пожить совместно с однокурсницей, которая по счастливой случайности была значительно старше и могла присмотреть за Майей.

Говоря по правде, разница в возрасте у них действительно была существенная: 30-летняя Таня, преодолевшая множество жизненных перипетий, большинство из которых можно смело занести в колонку со знаком «минус», временами чувствовала себя на несколько поколений старше 19-летней Майи, чьё существование всегда было подобно участи вишенки на торте, единственная задача которой — служить совершенным венцом идеального произведения искусства, коим являлся мир её родителей.

Не то чтобы у Тани было много времени на размышления о несоответствии их возраста и жизненных сценариев — кроме учёбы, она работала в одной из городских газет, а также писала статьи на заказ. Зарабатывать себе на жизнь девушка стремилась с тех пор, как начала жить отдельно от родителей. Эта тяга усиливалась по мере покорения новых профессиональных (и, что греха таить, возрастных тоже) рубежей. И хотя платить за квартиру она вполне могла самостоятельно, устоять перед умоляющим взглядом Майи, с первых дней совместной учёбы записавшей Таню в список друзей под номером один и не пожелавшей разнообразить его другими цифрами, у женщины не вышло.

Тип личности юной подопечной для человека с аналитическим умом, каким Таня себя считала, был новым и таил в себе кладезь исследовательских возможностей. Прежде всего, Майя в полном соответствии с законами добрых сказок была необыкновенно хороша. Истинная принцесса. Мечта фотографа, художника, поэта и эстета.

Всё, что может собрать в образе своего идеала мечтательный среднестатистический европеец, щедрая природа соединила в одном женском лице. Выразительные губы с чётким, прихотливо очерченным контуром. Правильный точёный нос, который мог стать основой капитала везучей топ-модели. Глаза — погибель, а не глаза: большие, редкого насыщенно-голубого, почти синего оттенка, обрамлённые длинными чёрными ресницами и подчёркнутые безупречно изогнутыми бровями. Вкупе с блестящими тёмными волосами, оформленными гениальным стилистом в небрежный «боб» с густой лохматой чёлкой, эта женская головка могла украсить любой шедевр.

Решив не останавливаться на полпути, природа создала совершенное тело под стать лицу. Длинная шея, тонкая талия, стройные, безупречной формы ноги — отвести от девушки взгляд смог бы разве что слепой.

Сейчас, узнав это чудо природы лучше, Таня с толикой стыда вспоминала, как в первый день знакомства между делом небрежно уточнила у однокурсницы, является ли выдающийся цвет глаз подарком сказочной феи или модным в нынешнем году трендом мира оптических иллюзий. Вопреки ожиданиям, наследница одного из лидеров списка Forbes высокомерием не облила. Напротив, вдруг что-то решив для себя, она улыбнулась — ямочки на щеках усиливали и без того сногсшибательный эффект её внешности, а Майе захотелось завоевать расположение незнакомки — и тепло сказала: «У меня мамины глаза — она настоящая красавица, мне просто повезло с генами».

Такого самокритичного ответа Таня не ожидала. Жизненный опыт подсказывал ей, что красотка, оказавшаяся в составе её потока, должна была являться рекламным образцом дорогого пластического хирурга или же объектом многомиллионных инвестиций участвующего в гонке статусов олигарха, однако привычный алгоритм на этот раз дал сбой. Майя природную красоту не скрывала, но и не стремилась выставить напоказ. Лидерских позиций в новом коллективе девушка не искала, круг общения не расширяла, более того, вежливо пресекала любые попытки однокурсников к сближению. Большинство студентов эту позицию приняли спокойно, и только компания самопровозглашённых заводил — уверенные в своей неотразимости мальчики-мажоры и парочка девиц с завышенной самооценкой — сдавать позиций не желала.

Уязвлённые невниманием со стороны заманчивого объекта, они раскопали в сети информацию об активах и сфере влияния предков Майи в нескольких поколениях, нашли несколько её детских фото и пару более поздних интервью. Однако голый азарт без аналитической оценки ситуации сослужил хакерам плохую службу: вместо того, чтобы осознать глубину разделявшей их миры пропасти и успокоиться, они активизировали натиск. Майка день за днём пыталась игнорировать навязчивое внимание, но было очевидно: сама по себе проблема не исчезнет, а как решить её радикально, девушка не могла придумать.

Кульминацией преследования стало наступление «поклонников» единым фронтом: после окончания лекций девушку буквально взяли в кольцо, не давая пройти к автомобилю. Растерявшись, Майка не знала, что делать. Звать на помощь среди бела дня на парковке перед университетом? Глупо. Позволить увести себя от машины, стоящей в нескольких метрах от хозяйки? Абсурд. Девушка попыталась вырваться из окружения, но её грубо толкнули обратно.

— Детка, ты нас обижаешь

Манерно растягивая слова, к ней приблизился светловолосый юнец, благоухающий элитным парфюмом. Аромат, видимо для большего эффекта, был использован в двойном количестве, отчего изначально гармоничная композиция нот воспринималась как попытка газовой атаки. Вспомнить имя бездумного потребителя унисекс-новинки Майка, как ни старалась, не смогла, а он, тем временем, подошёл ближе и кончиком пальца подцепил лацкан её любимого клетчатого пиджака. Девушка сморщила нос и попыталась отступить, но натолкнулась на стену тел за спиной и замерла, как кролик перед удавом.

— К тебе со всей душой, а ты нос воротишь. Я сколько раз предлагал: «Пойдём, покурим». Нет, ты не хочешь. Девчонки за шмотками пробежаться собирались, тебя приглашали. А ты что? Опять: «Не хочу». Пацаны на обед звали, но ты, конечно, уже пообедала. Зайка моя, так дело не пойдёт. Хорошие девочки должны вести себя вежливо.

Масляные глазки обшарили фигурку загнанной в угол жертвы. Блондин облизнул губы в предвкушении: фантазии о том, что именно он совсем скоро сделает с заносчивой красоткой, наконец-то оказавшейся в его власти, вызвали интенсивный отток крови от мозга в нижнюю половину туловища. От предвкушения рот наполнился слюной.

— Дайте пройти.

Майка развернулась в отчаянной попытке разорвать кольцо и оказалась лицом к лицу с остальными агрессорами. Жующие челюсти ухмылялись, вызывая ассоциации с гигантским крокодилом. Макияж девушек казался боевой раскраской дикарей-каннибалов. Между тем воспользовавшийся ситуацией блондин прижался к Майкиной спине и провёл носом по растрёпанным прядям волос, укрывающим шею.

Девушку передёрнуло от отвращения. Чувство беспомощности, уже ставшее однажды причиной катастрофы, вернулось и привычно поработило сознание. Рациональное мышление отключилось. Смеющиеся вокруг люди начали сливаться в размытое пятно, в ушах зазвенело, липкая холодная испарина покрыла тело, сигнализируя о начинающейся панической атаке. Будь что будет. Майка сдалась и обречённо закрыла глаза.

— Что, цирк уехал, а клоунов не взяли?

Спокойный голос, раздавшийся где-то в стороне, прозвучал как гром среди ясного неба. Довольное ржание разом стихло. Девушка с трудом подняла тяжёлые, словно налитые свинцом веки, и обнаружила, что пространство вокруг перестало быть враждебным: обращённые к ней теперь уже затылки недавних хозяев жизни излучали физически ощутимую неуверенность. Замершие тела — тоже.

Причина немой сцены объяснилась моментально: рядом с компанией зарвавшихся юнцов стояла Таня. Майя хорошо помнила её имя, хотя учёба началась всего несколько дней назад, и большинство однокурсников оставались безымянными лицами. Но эта высокая молодая женщина, такая спокойная и уверенная, приковала внимание с первого взгляда. И вот теперь именно её появление помогло разогнать кошмар, выбраться из которого самостоятельно Майке оказалось не под силу. Снова

У правой ноги Тани, отчётливо рыча, сидела крупная немецкая овчарка. Правильная поза напрягшегося зверя свидетельствовала о том, что он безупречно выдрессирован, однако пёс был явно недоволен поведением людей и готов по первому сигналу броситься на них. Потенциальные жертвы, похоже, это осознавали — ни один из Майкиных мучителей не рискнул пошевелиться.

— Они тебе тоже не нравятся, верно, Локи? Хороший мальчик! — Таня непринуждённо потрепала собаку по голове и медленно отстегнула поводок. – И вкус у тебя хороший. Хочешь заняться перевоспитанием?

Овчарка, словно отвечая на слова женщины, громко залаяла. В рядах незадачливых агрессоров произошла спонтанная перегруппировка — каждый пытался спрятаться за чужие спины. Таня фыркнула.

— Какие храбрецы, однако! Ты ведь ещё не обедал, дружок? Готов пробежаться за добычей?

Таня снова погладила пса, ответившего ей рычанием. Шерсть на его загривке вздыбилась, уши прижались к голове — озвученное предложение о погоне зверь явно воспринял как руководство к действию и готов был реализовать его со всем возможным энтузиазмом. Девушка убрала руку и перевела не сулящий ничего хорошего взгляд на компанию, которая, оценив обстановку, в ужасе отступила.

— На старт! Внимание!

Не дожидаясь продолжения, растерявшие боевой задор хулиганы разом пустились наутёк, расталкивая друг друга локтями и сбивая с ног.

— Марш!

Майка огляделась. Парковка опустела — обидчиков и след простыл. Таня присела на корточки и заглянула в глаза спокойно сидящей на месте овчарки. Взгляд её был умным, а выучка — безупречной. На такого приятеля можно положиться. Майке внезапно пришла в голову мысль, что и ей не мешало бы завести собаку. Даже странно, как она раньше об этом не подумала.

— Это твой?

Майя рискнула приблизиться, указывая подбородком на пса.

— Нет, — ответила молодая женщина, выпрямляясь. — Мы с Локи только сегодня познакомились. Его хозяин согласился дать мне интервью: знаешь, у собаководов, особенно начинающих, всегда много вопросов к профессиональным кинологам. Пол, хозяин Локи, занимается воспитанием щенков служебных пород. А наш герой — Таня с явным удовольствием почесала собаку за ухом — его лучший ученик.

— А почему он не стал преследовать убегающих, когда ты сказала: «Марш»?

Таня засмеялась, легко и совсем не обидно.

— Потому что команды «марш» в собачьем лексиконе не существует. Для Локи это слово — пустой звук, но твоим не в меру настойчивым «друзьям» мы об этом говорить не будем.

— Выходит, ты здесь случайно оказалась?

— Мы договорились встретиться на парковке: Пол и Локи живут за городом, оттуда удобнее добраться сюда на машине. Они приехали, потом Пол пошёл за сигаретами, а мы с Локи остались его ждать.

— Мне повезло, что так всё сложилось. Не представляю, что могло бы произойти, не появись ты поблизости. Вернее, очень хорошо представляю.