Дитя пустоши 3. Книга третья. Возвращение Богов

Глава 1 Возвращение чудовищ

Большой зал снова был полон до отказа. Я вышла на сцену, где расположился главред Алекс со своей командой. Пришёл доктор Грибов, почтил своим присутствием, уселся за массивный стол рядом с Нютой и раскрыл блокнот. Рекс и Павлин уже писали текст будущей статьи, строчили в потрёпанных блокнотах. Нюта делала зарисовки карандашом.

Я ждала, пока в зале наступила тишина, взглядом выхватывая знакомые лица, понимая, что сегодня меня воспринимали совершенно по-другому. После происшествия с нападением зомби горожане поняли, что я не просто опасный мутант или странная личность, вообразившая себя мессией. Я – защита от чумы, спасение, и от меня зависит будущее. Была б я человеком, возможно, меня одолевали бы совершенно иные чувства. Тщеславие не было свойством моего характера, моей основной задачей давно стали спасение человечества и восстановление мира на земле. Хотя одной со всеми масштабными проблемами приходилось трудно справляться. Я была рада помощи, что оказал мне Вергилий, да и другие люди, ставшие друзьями.

Сегодня я стояла на сцене, уже не чувствуя, что мне необходимо достучаться до сердец людей, они слушали меня, внимали. И теперь стало гораздо легче объяснять то, что прежде жители Снежного города воспринимали в штыки, со страхом, всё больше погружаясь в неверие.

Я попросила Оксану привести Диану. Она первая излечилась от вируса. Освободилась от проклятия наноботов. Неизвестный вирус или чья-то злая воля наградили большую часть человечества чумой нового вида.

– Я понимаю, что ты не хочешь привлекать к себе внимание, но люди должны видеть и понимать, на что способна вакцина, – обратилась я для начала к Диане.

Женщина, опустив голову, смутилась под взглядом людей. Они начинали осознавать, что начало положено, и теперь появилась надежда, и есть возможность побороть не только страх, но и излечить заражённых. Теперь можно надеяться на будущее, которое никто не отнимет, и оно не станет мрачным финалом заката цивилизации.

– Я многое позабыла за время, пока была больна, – начала Диана. Голос выздоровевшей женщины сначала казался тихим, дрожащим, но видя, что люди слушали её, набирал силу. – Я помню, что жила в лагере падших и была носителем вируса. Падшие ненавидят здоровых, наша ненависть взаимное чувство, потому что люди из моего лагеря понимают – мы обречены. Презрение к серым, красным, зелёным впитывается с малых лет и внушается нашим детям. Так мы смогли выжить и стать сильнее. В городах существовать легче, а в лесу нам так же, как и вам, приходилось отбиваться от зомби. Только кое-что изменилось недавно. – Она посмотрела на меня, и от её откровения по коже пробежали мурашки.

– Не бойся, Диана, здесь нет чужаков, и ты можешь обо всём рассказать, – я коснулась её руки.

– Есть люди, которые не падшие, но и не ходячие мертвецы. Они научились управлять ими, они велят старейшинам моего клана приводить людей, чтобы их обращали, пополняли армию живых мертвецов. Никогда ещё зомби не действовали организованно. Не знаю, чего хотят эти люди. Мёртвые подчиняются их вожаку и женщине… Они, – она ненадолго замолчала, сдерживая слёзы, – они забрали моего сына. Теперь я не знаю, что с ним. Твой сын, – она повернулась к Оксане, – это был твой сын, который говорил с ним, и не боялся его даже после того, как мой мальчик обратился.

По залу прокатился шум, а потом Юра, пробираясь сквозь толпу, выскочил на сцену.

– Я не хотел говорить маме, но Лёша хоть и был падшим, он ничем не отличался от нас. Он такой же, как и я, а значит, и другие люди могут быть нормальными, и они не хотят убивать тех, кто не заражён!

– Спасибо, Юра, – Диана обняла мальчика, еле сдерживая слёзы. – То, что Арии удалось вылечить меня, кажется чудом, и теперь, я надеюсь, у неё получится отыскать моего сына. Пора остановить людей, которых вы называете Лесными угольщиками. Я уверена, что эту заразу принесли они. И, возможно, ждали, пока соберётся достаточно большая армия мертвецов.

– Только я не понимаю, – главред Вестника Снежного города встал из-за стола, – для чего кому-то превращать всех в зомби? Для чего живым людям делать всё возможное, чтобы человечество превратилось в армию из разлагающейся плоти?

– С помощью наноботов они подлатают износившиеся тела, – вставила я. – У меня есть одна мысль, но она кажется настолько невероятной, что я сама с трудом верю в неё.

– О чём ты думаешь, Ария? – спросил меня Вергилий, поднимаясь с кресла и подходя к сцене.

– Я боюсь ошибиться, и мне страшно говорить об этом. Мои слова могут посеять панику. – Я понизила голос почти до шёпота. – В зомби-апокалипсисе замешаны машины. Теперь мне многое стало более очевидным.

– Машины? – Вергилий приподнял брови. – Но отчего ты подумала об этом?

– Обыкновенному человеку не под силу управлять зомби, без технологий это сделать невозможно. Сейчас человечество не обладает подобными знаниями…

Я услышала, как открылась дверь. Подняла глаза к выходу в задней части зала, куда вошли трое мужчин. Люди оборачивались и смотрели на чужаков, которые, казалось, не представляли опасности.

В какое-то мгновение сердце пронзило знакомое чувство, словно я вернулась на много лет назад.

Мужчины медленно пробирались к сцене, я знала, что они пришли ко мне издалека. Тот, что двигался первым, с тёмной бородой, был высоким и казался достаточно молодым, хотя в это время его стало бы трудно называть так. Если ты перешагнул тридцатилетний рубеж, это говорит о двух вещах – либо ты отсиживался в городе, выполняя важную работу, или же ты отлично можешь выживать в любых условиях и справляться с врагами. Мне было сложно разглядеть его лицо, но почему-то оно казалось мне очень знакомым.

Двое других его спутников не произвели на меня подобного впечатления. Один, который слишком молод, ранен, хотя держался. Я была уверена, что он и без моей помощи справится с болью, причиняющей беспокойство от недавно сломанных рёбер.

Второй был ростом с первого парня, и его лицо так же заросло бородой стального цвета. Что-то в нём был странное и в то же время знакомое. Как это непонятно, рассуждала я про себя. Отчего два человека показались мне знакомыми, хотя я видела их впервые? И если от одного исходил свет, взгляд другого, хоть и казался обычным, походил на волчий, мужчина словно скрывал камень в руке, и мне впервые за долгие годы стало не по себе. Нет, страшно мне не было, я научилась бороться со страхами.

Собравшиеся люди не проронили ни слова. Сначала они перешёптывались, а потом уже просто наблюдали за чужаками и за мной. Вергилий, обернувшись, вгляделся в лица незнакомцев, и тот, который шёл первым, протянул ему смятый свёрток.

– Нам удалось добраться, Вергилий. Мы не знакомы, и многое произошло за время нашего пути. Будет не так просто ответить на интересующие вас вопросы.

– Ты Кот? – спросил Вергилий, рассматривая свёрток.

– Можно и так сказать. – Макс выдохнул и посмотрел на меня. Я чуть не заплакала. Сколько раз я представляла нашу встречу. Сейчас она произошла внезапно, но я почему-то ощущала боль в его сердце, что он не может мне сказать что-то очень важное.

– Здравствуй, Ария, – Макс поднялся на сцену, и я обняла его, понимая, что случилось самое страшное и мои предчувствия верны. Максу не обязательно было что-то скрывать, я могла обо всём узнать, просто коснувшись его пальцами. Этого не учли ни Сиру, ни вероломная Эльвира, правительница Мечети.

– Дай, я рассмотрю тебя, – улыбнулась я, касаясь его щёк, – ты стал таким взрослым, Макс. Сейчас я должна вернуться к людям, они ждут. Они надеются, что получат ответы и, знаешь, я, мы снова спасём этот мир. Ты веришь мне?

– Да, – Макс казался каким-то отстранённым, и я понимала, отчего так происходит.

– Не волнуйся, с ней всё будет хорошо. – Наши глаза встретились, и я увидела всё, что должна была, и всё, чего была лишена многие годы вынужденной разлуки.

Я повернулась к залу, раскинула руки, словно хотела этим жестом показать, как мне дорог каждый:

– Пришли посланцы с территории Равнины! Мы давно ждали их. И теперь я хочу познакомить вас с этими мужественными людьми! – Я знала, что мне придётся так сказать, хотя сейчас было одно желание – поскорее убраться, закрыться в лаборатории и обдумать, как помочь спасти Машу. Я не была знакома с ней, но отчётливо увидела её образ в глазах Макса, как и то, что он многие годы обманывал себя, жил жизнью словно другого человека, забыл своё прошлое. Как это больно. И почему меня не оказалось в тот момент рядом?

– Меня зовут Макс, – он помахал руками собравшимся в зале.

– Серёга, а это мой брат Дэн, – зелёный, приложив руку к груди, поклонился. – Мы пришли, чтобы помочь закончить работу над лекарством!

По залу пронёсся одобрительный возглас.

– Мы немного устали, путь был длинным. – Макс взял меня за руку, и я почувствовала, как его ладонь стала влажной от волнения. – Поэтому нам необходимо поговорить с Арией как можно быстрее.

– У нас есть кое-какие вопросы на повестке дня, – поднявшись с кресла,

Вергилий обратился к жителям города. – Скоро окончится зима, и необходимо задуматься о том, как мы будем восстанавливать разрушенное недавним нашествием зомби тепличное хозяйство.

– Да, и я бы хотел внести одно предложение по поводу моей новой установки по выработке электроэнергии! – выкрикнул из зала Лерка Хлам.

– С удовольствием послушаем тебя, Валерий. – Вергилий неспешно поднялся по ступеням на сцену. – А пока у нас несколько вопросов, которые мы должны обсудить. Первый из них, как я и сказал раньше, тепличное хозяйство. Второй – укрепление стены и ворот, несколько мастеров предложили интересные идеи. Всё это замечательно, но у нас снова упирается вопрос в электроэнергию, которая пока недоступна из-за разрушения ближайшей гидроэлектростанции. Её можно восстановить, и я уже отобрал добровольцев для ремонтных работ. Путь может оказаться в один конец. Сейчас наиглавнейшей задачей для нашего города остаётся разработка вакцины и её транспортировка в другие города не только Загорья, но и Равнины. С наступлением весны нас может снова захлестнуть половодье, и необходимо прочистить отводные каналы…

Я уже не слышала, о чём говорил Вергилий, быстро двигаясь к выходу. Макс, Серёга и Дэн, который, к сожалению, уже не был человеком, шли за мной. Теперь возникал вопрос, как поговорить с Максом, не привлекая внимания шпиона Сиру. О боже, Сиру жив! Странное чувство кольнуло внутри, обжигая, пугая. В то же время я вспомнила, как растила этого мальчика, как любила его, учила жить так, чтобы он стал человечнее. Что в то время сломалось в нём? Воспоминания о плене и жестоком отношении жителей города, травле людей губернатора заставили поморщиться от боли. Как будто это случилось вчера, хотя прошло так много времени, эта рана никогда не заживала в моём сердце.

– Куда мы идём? – поинтересовался Дэн. Я чувствовала, что это спрашивал Сиру, и знала, что Дэн стал его глазами и ушами, его орудием, чтобы расправиться со мной. С одной стороны многое сейчас встало на свои места. Теперь мне стало ясно, что машины вновь одержали победу. Ничего нет невозможного. Мы справимся, как всегда… Но если что-то случится с Машей? Я не могла, не хотела допустить, чтобы её использовали и сделали новую мать, которая начнёт производить на свет жутких монстров. Что же делать, как обмануть Сиру, судьбу и тех, что мешал воцариться миру на несчастной истерзанной планете?

Холодный ветер вместе со снежным вихрем заставил поёжиться. Я захлопнула дверь и направилась в сторону своего жилища. Теперь мне не нужны были свидетели. Кроме всего прочего, я подумала ещё о том, сколько всего предстоит сделать жителям, и как хрупок мир. Даже если не останется ни одного зомби, и машины снова потерпят поражение, люди так устроены, что никогда не будут довольны сложившимся положением вещей. Почему же так? Возможно, из-за этого машины решили уничтожить человечество, чтобы положить конец распрям? Но забирая у людей выбор, чем они были лучше их, разве были они правильнее?

– Макс, я даже не догадывалась, что встречу тебя! – Я обняла его снова, теперь с большей нежностью, чувствуя, как мальчик давно стал мужчиной и сколько боли и разочарований он пережил.

Я зажгла лампы. Сейчас в лаборатории не было электричества, работники динамо-машин были на собрании, и я в чём-то радовалась этому. Не хотела, чтобы Сиру увидел, чего я смогла добиться. Хотя Фермер и другой зомби, услышав мой голос, зашевелились в клетках.

Дэн подошел к одной из них, чем вызвал беспокойство обоих мертвецов: Фермер начал расхаживать по клетке взад-вперёд, а второй, которому я ещё не дала имени, вцепился в прутья, оскаливая рот с обкусанными губами.

– Оставь их, Сиру, – мягко попросила я Дэна, назвав именем бывшего подопечного, давая понять, что я не растеряла своих способностей.

Дэн повернулся, наши глаза встретились, и во взгляде мужчины я узнала Сиру. У него были человеческие глаза, но выражение лица стало очень знакомым.

– Ты не против, если я буду к тебе обращаться по имени, мой мальчик?

– Нет, – выдавил из себя Дэн.

– Умерь ярость, мне известно обо всём, и я не хочу скрывать от тебя, что твои планы не смогут разрушить начатое дело, как и жизнь невинной девушки, которую ты держишь в заложниках.

– Ты же знаешь, что её ждет? – с издёвкой спросил Дэн, склонив голову на бок и принюхиваясь.

– Да, – горько уронила я, ощущая, как трудно мне даются эти слова. – Мы могли бы сделать так, чтобы все остались довольны, но ты сам сделал выбор. Тогда, много лет назад, помнишь?

– Ты всегда была, и будешь оставаться белой тварью! – Дэн внезапно схватил меня за горло, прижимая к прутьям клетки. Фермер начал рычать, но не пытаясь схватить меня. Он мог это сделать, но достаточно долгое общение со мной сделало его более послушным. – Ты не человек, но снова помогаешь этим людишкам!

– Прости, Сиру, но это мой выбор, – с трудом, но я отвела его руку в сторону, всё-таки Дэн был всего лишь человеком, а не сверхсуществом, созданным с помощью машин. У него было сознание Сиру, но не сила и способности. Он не мог читать мысли, и это могло помочь всем нам.

– Ты делаешь выбор за Макса? – усмехнувшись, спросил Дэн.

– Нет, я не решаю за него. У меня будет к тебе предложение сотрудничества.

Дэн непонимающе вскинул брови. Да, его явно удивили мои слова, хотя на самом деле я не знала, как поступить, и поэтому лихорадочно соображала, как найти выход из сложившейся ситуации.

– И что ты можешь предложить, отступница? – голос Сиру и его усмешка так и прорывались сквозь речь Дэна.

– Я приду к тебе сама, Сиру, и тогда ты поклянёшься, что отпустишь девчонку. Сейчас не то место и время, чтобы ворошить прошлое. Но если ты обманешь меня, то придётся отказаться и от этих условий. Сейчас в моих руках судьба будущего, и, как это не было бы печально, я готова пожертвовать одной жизнью, чтобы спасти всех.

Дэн рассмеялся, скрестив руки на груди:

– Всех никогда не получается спасти, и теперь, когда нам известно о том, что ты всё-таки сумела сделать вакцину, тебе останется только одно – ты должна понимать это, ну, если у тебя ещё хватит смелости прийти ко мне. Мои послушные куклы расправятся с тобой.

– Хорошо, Сиру, – кивнула я, зная, что остановить зомби для меня не составит труда.

– Ария, не делай этого, – вмешался Макс, – Маша… Мы не должны ценой её жизни погубить всё, к чему шли столько времени.

– Время, – я положила руку на плечо мужчины, который для меня оставался всё ещё тем самым пятнадцатилетним Максом. – Оно имеет свойство изменяться. Помнишь «Сферу»?

Макс, нахмурившись, кивнул, не понимая, почему я сейчас говорю о том необычном корабле, с помощью которого можно было передвигаться в любом пространстве.

– Постой, а разве «Сфера» существует, разве этот летательный аппарат может выдержать время, которое минуло с тех пор?

– О чём это вы? – Серега, не понимая ничего, чувствовал себя как иностранец без переводчика.

– Я потом расскажу тебе, – бросил ему Макс. Сейчас у него не было желания что-то объяснять. Тем более, когда через Дэна Сиру находился здесь, рядом, в этой комнате.

Я знала, что смогу отыскать «Сферу», если вернусь в то место, где нашли меня жители Снежного города. Именно на ней я отправилась в путешествие, веря, что скоро вернусь обратно. Но что-то случилось, я не могла вспомнить, что же произошло? И отчего я застряла в горах, в пещере, на несколько лет, впав, точно животное, в спячку.

Не обошлось ли здесь без Сиру и его приспешников, сколько их? Я пыталась думать быстрее, опережая мысли кровожадной твари, устроившей зомби-апокалипсис. Он не должен догадаться, что я уверена в своей силе, для него я должна показаться напуганной и согласной на все условия… Нет, не жертвой, надо выручить Машу, но что это за подземелье, о котором говорил Макс?

– Мне нужны гарантии! – я с вызовом посмотрела в тёмные глаза Дэна, видя в них того, кого вырастила собственными руками.

– Никаких гарантий, Ария!

– Ну, что ж, – выдохнула я, – отправляйтесь спать, день был тяжёлым. Завтра к вечеру ты отведёшь меня к Сиру.

– Ария, – Макс коснулся моей руки, мы долго смотрели в глаза друг друга, и мне показалось, он понял, что бояться за меня не стоит, я обязательно справлюсь со всеми препятствиями сама.

Мне оставался единственный выход – вернуться в горы. Сейчас всё завалено снегом. Мне придётся постараться, чтобы возвратиться к завтрашнему вечеру. Сейчас ничто не должно задержать меня. В отдыхе я не нуждалась, и, покормив своих «питомцев», решила забежать к Оксане. Собрание уже закончилось, и надо было предупредить надёжного человека, что меня не будет до завтрашнего вечера.

– Разве ты успеешь, Ария? – Оксана покачала головой. – И что мне сказать, если спросят?

– Сообщи, что я провожу важный эксперимент и чтобы мне не мешали, – не задумываясь, ответила я. – Так, думаю, будет лучше всего.

– Согласна, – кивнула Оксана. – Но вдруг с тобой что-нибудь случится?

– Всё будет хорошо. Ходячих я покормила, и от них не будет много шума.

– Божечки, я как представлю, что ты оставишь нас, пусть и ненадолго, то мне становится жутко, – всхлипнула Оксана. Я обняла её, поглаживая по спине, обещая, что обязательно вернусь.

Длинный балахон мешал передвигаться, поэтому я скинула его, оставив Оксане на временное хранение. Она с удивлением разглядывала моё голое тело, мало похожее на человеческое.

– Не смотри так, я бы хотела стать похожей на вас, но больше не получается. Раньше я имела глаза, покрытые чёрной пленкой, и абсолютно лысую голову. Я не знаю, что стало причиной изменений, может, просто какая-то ошибка моих наноботов, об этом история промолчала.

Я снова обняла Оксану и быстрым шагом направилась к двери.

Времени оставалось мало, и мне необходимо было торопиться. Я вспомнила прошлое, как могла быстро нестись по пустоши, разгоняясь, как автомобили, которые в то время ездили на вонючем топливе. Одним махом я метнулась к стене, взобралась по ней. Никто не заметил меня, я стала тенью. Радовало, что я не потеряла прежних навыков.

Отталкиваясь ногами, которые стали подобием задних лап, делая выпады на руки, я неслась, следуя встроенному в памяти компасу, зная, в какой стороне горы.

Ночь и скорость скрывали меня от блуждающих хищников и зомби, которые никогда не смыкали глаз. Они охотились, как любые другие плотоядные, и было бы удивительным, если бы я не натолкнулась хотя бы на одного.

У меня не было времени на сражение, когда путь вывел на стадо ходячих. Их оказалось много, около сотни точно, и они были на редкость агрессивными, видимо, давно не получали пищи.

Против моих острых, словно иглы, зубов их гнилушкам было сложно устоять. Только вкус крови у мертвяков был мерзкий, да и как иначе могло быть у зловонных трупов.

Растерзав несколько особей, я понеслась вперёд. Зомби пытались схватить меня, но поплатились руками, я не церемонилась. Всех не излечишь, не спасёшь. Прошлое снова врывалось, как будто ещё вчера я охотилась, только в то время это были люди, живые люди, и кровь их манила и пахла сладко.

Чувствуя, что испорченные частички пытаются проникнуть внутрь вместе со следами крови и плоти мертвецов, я знала, что справлюсь в любом случае, и продолжала бежать.

Снег через некоторое время вычистил кожу, я снова стала незаметной, двигаясь между сугробами, точно белая тень, мчащаяся к горам.

Холода я не чувствовала, хотя иногда проваливалась в сугробы чуть ли не по шею, выбиралась и искала более удобный путь. Потом решила, что могу отлично перескакивать с одного дерева на другое, вцепляясь длинными пальцами с когтями в древесную плоть. Сосны здесь высокие, и если взобраться повыше, можно увидеть горные вершины.

Жаль, что весь лес в снегу. Моя интуиция ни разу не подводила. Я мчалась всю ночь, надеясь, что путь назад станет короче.

Натолкнулась на лагерь падших. Они приняли меня за какое-то животное, для острастки я порычала с дерева, они спрятались в палатках, а я понеслась дальше.

Да, думаю, Диана была в чём-то права, и причина взаимной ненависти крылась со времён возникновения вируса человеческого бешенства. Здоровые люди создали для себя новых противников. Страх заставлял их совершать ошибку. Они боялись распространения инфекции и сделали падших третьей стороной конфликта. Это закончилось постоянными набегами носителей вируса. Теперь падшие стали настоящей проблемой, и их можно было бы опасаться даже больше, чем неповоротливых и тупых зомби.

Хотя не все зомби походили на кусок ходячей гниющей плоти, некоторые из них отличались сообразительностью, и скорее всего именно они принимали на себя роль вожака стаи.

Скалы, покрытые растительностью, утопали в снегу. Я пыталась представить, каким был лес без снега. Это облегчало бег. Прежде жёсткая кожа на руках давно стала мягче. Давно я не бегала подобным образом, точно животное, на четырёх лапах. Под утро, когда я взобралась на каменистый выступ, чтобы передохнуть, то почувствовала боль в ладонях.

Я огляделась по сторонам. Солнечный свет осветил лицо, и я подставила его лучам, вдыхая полной грудью морозный воздух. Бледное предрассветное небо раскинулось над головой, и ощущение свободы не покидало. Здесь я могла быть в своей стихии, но это сейчас. Я знала, что через какое-то время снова начну скучать по людям.

Потом осмотрелась, поднимаясь выше, принюхалась, и поняла, что пещера где-то здесь. Солнце помогло каким-то образом отыскать её. Его лучи проникали внутрь сложенных в огромные пласты скал и, войдя внутрь, я теперь с точностью могла сказать, что не ошиблась.

Отлично. Я была уверена, что найду эту пещеру, и мои способности, в отличие от людских, очень помогали мне. Интересно, подумала я, каким сейчас стал Сиру, как вообще он смог вернуться. Этот вопрос не давал мне покоя. Я вспомнила слова Макса в день гибели Сиру, что надо было его останки предать земле, однако сослалась на обычаи белых дев оставлять тело на погребение природе.

Что же пошло не так, как он смог воскреснуть, и кто помог ему? Макс что-то знал, но я не успела всё разглядеть, для полного погружения в сознание мальчика, который давно стал взрослым, не хватало времени.

Я начала обходить пещеру, камень за камнем, пытаясь вспомнить, как попала сюда и где могла оставить «Сферу». Приняв форму сгустка, летающая машина могла просочиться сквозь трещину вниз и тогда, возможно, стать недоступной.

Солнце отлично помогало мне светом, но я так и не могла ничего отыскать, не желая верить, что зря проделала такой длинный путь. Через некоторое время, когда светило поднимется выше, пещера погрузится во мрак и поиски усложнятся. До времени, когда я должна была вернуться, оставалось около семи часов. Где же мне искать её, не уставала я задаваться вопросом, пытаясь вспомнить, как можно активировать «Сферу».

Приложив руку к холодным камням, я почувствовала облегчение, боль понемногу утихала. Регенерация делала своё дело, а потом я услышала дыхание «Сферы».

– Я знаю, ты здесь, – я попыталась связаться с её разумом. Много лет назад я уже делала это, когда нашла последнюю умную машину на Земле.