Музыкальные инструменты Средневековой Руси

© Нарышкины Татьяна и Валерий, 2023

ISBN 978-5-0060-0253-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Народные инструменты всегда развиваются. Некоторые из них теряют свою привлекательность для следующих поколений, другие вытесняются более известными и классическими аналогами. И все же интерес к древним, порой исчезнувших из обихода народа, инструментам, в последние годы не угасает. Появляются мастера, пытающиеся воссоздать инструменты, на которых играли предки, и исполнители, стремящиеся научиться играть на таких инструментах. Однако очень часто они сталкиваются с тем, что традиции игры на некоторых инструментах не сохранились или почти утеряны. Однако и то, что сохраняется, нередко отождествляется с музыкой 19 – 20 веков, и вряд ли могли быть исполнены в предшествующие века – время бытования и расцвета того или иного инструмента. И все же в настоящее время существует большая потребность в материалах, связанных с традиционной инструментальной культурой русского народа.

Современные фольклорные коллективы, в большинстве своем, стараются сохранить и возродить песенную культуру, в той или иной степени до сих пор бытующую в деревнях среди носителей традиции. Приоритет песенного репертуара вполне объясним: фольклористы занимаются этнографическим сбором и исполнением зафиксированного ими материала. Инструментальная же культура в деревнях, в основном, находится в забытьи, что делает практически невозможным сделать запись традиционного наигрыша в условиях естественного бытования. А те наигрыши, что существуют, играются на гармошках и баянах. Если в составе русских коллективов европейской части присутствуют кугиклы, калюки, владимирские рожки и скрипки, то в большинстве других ансамблей если и используются другие инструменты (как то гудок или варган), то исполнение не выходит за рамки традиционного наигрыша (Подгорной или Кадрили).

Тем не менее, в целях этнопросвещения, репертуарного обогащения и разнообразия деятельности коллективов традиционной музыки необходимо уделять внимание национальным инструментам, представляющим древнерусский период развития народной музыкальной культуры. В большинстве своем к 20 веку древнерусские инструменты исчезли из быта. Значит необходимо предпринять усилия по реконструкции как самих инструментов, так и исполняющихся на них наигрышей, опираясь на самые различные источники: археологические памятники, нарративные свидетельства, сохранившиеся изображения, экспедиционные находки, музейные экспонаты, а также культуру соседних народов, у которых во всю бытуют аналоги русских археологических инструментов.

***

Инструменты прошли сложнейшую эволюцию от простейших ударных и духовых, до струнных, обладающих сложными конструктивными особенностями. История возникновения русских народных инструментов уходит в далекое прошлое. Различные миниатюры рукописных книг, лубочные картинки, иконографические материалы и фрески свидетельствуют о разнообразии музыкального инструментария наших предков. Обнаруженные археологами древние музыкальные инструменты являются подлинными вещественными доказательствами бытования их на Руси. Однако без звучания их со сцены, эти инструменты так и останутся музейным экспонатом. Поэтому необходимо их восстанавливать, реконструировать, совершенствовать, поскольку все, что не развивается, в конце концов погибает. Кроме того, желательно вводить древнерусские инструменты в систему обучения, активнее использовать их в практике творческих коллективов в целях популяризации. При этом освоение этих инструментов должно основываться не на академической системе, базирующейся на нотной передаче материала, а на обучении по слуху, когда познание инструмента происходит путем копирования мастера, а затем и обретения собственного мастерства.

Данная книга ставит своей целью систематизацию сведений о древнерусских музыкальных инструментах. Хочется показать возможные пути их использования в деятельности ансамблей. Для достижения поставленной цели ставятся следующие задачи:

– Осветить историю и пути изучения древнерусских инструментов, попытаться обосновать необходимость их использования в современной музыкальной практике.

– Систематизировать древнерусский музыкальный инструментарий по видам и кратко охарактеризовать инструменты, репрезентирующие выделенные группы.

– Представить технологию изготовления и реконструкцию некоторых национальных инструментов.

– Собрать воедино хотя бы небольшой пласт устного народного, а также профессионального творчества, с упоминанием древнерусских инструментов.

– Описать ряд способов освоения музыкальных инструментов, используя не наработки академической школы, а традиционные виды, основанные на подражании и обучения у мастеров.

Методологическую базу исследования составили труды по музыкальной органологии таких авторов, как: Беляевский В. П., Бычков В., Васильев Ю. и Широков А., Вертков К., Благодатов Г. и Язовицкая Э., Винивитин А. М., Ефремов Б. С., Изотов А. А., Имханицкий М. И., Мехнецов А. М., Новосельский А., Павлоцкая Н. Э., Петрова Т., Поветкин В. И., Полякова А. В., Рохлина А. М., Чардынцев В. С., Шишигин С. С. Также при написании книги использовалась фольклорно-этнографическая литература, исследования, посвященные древнерусской истории, культуре и мифологии, статьи по музыкальной археологии, методические пособия по обучению игре на некоторых инструментах и организации деятельности фольклорных ансамблей.

В работе применялись следующие методы:

– систематизация сведений из научных, методических публикаций, периодических изданий и интернет-ресурсов;

– адаптация метода заимствования технологии изготовления инструментов разных национальных традиций;

– представление авторского опыта по созданию инструментальных наигрышей разного типа;

– нотирование инструментальных и вокально-инструментальных импровизаций.

Практическая ценность книги состоит в описании технологических процессов изготовления и реконструкции ударных, духовых и струнных народных инструментов фольклорной традиции; в выявлении методических подходов к обучению игре на древнерусских инструментах в сольной, инструментально-ансамблевой и аккомпанирующей практике; в воссоздании этапов сочинения, импровизации, разучивании наигрышей. Результаты работы могут заинтересовать руководителей и участников фольклорных коллективов, а также органологов (органология – наука о музыкальных инструментах и их классификациях), специализирующихся на изучении и реконструкции древнерусского музыкального инструментария.

Глава 1

История изучения древнерусских музыкальных инструментов

Неизвестно точно, когда, как и где появились первые музыкальные инструменты. Пожалуй, самой первой музыкой можно назвать стук камня по камню, поэтому древнейшими принято считать группу ударных инструментов. Ведь наши предки, древние охотники и собиратели, тратили много времени на создание орудий труда, чаще всего каменных, реже костяных или деревянных. И ничего удивительного, если молодой ученик древнего мастера, вдруг решив пошалить, постучал по камню какой-нибудь ритм. Именно так большинство исследователей объясняют появление инструментальной музыки. Постепенно музыкальное искусство развивалось: возникло множество инструментов – костяные свистки и свирели, кожаные и берестяные трещетки, наполненные мелкими камушками, охотничьи и, возможно, ритуальные рога. А на наскальных рисунках появляются изображения первых барабанов и шаманов с бубнами.

Но, поскольку многие из этих инструментов делались из недолговечных материалов, они не сохранились и превратились за прошедшие века в пыль. Однако кое-что сохраняется в земле и находится археологами. Так, в Украине в 1908 году была обнаружена стоянка древнего человека, возрастом 20 тыс. лет. Там были найдены кости мамонта, дополнительно обработанные, покрытые орнаментом и раскрашенные в различные цвета. Рядом обнаружились «колотушки из бивня, которыми стучали по костям. По следам на поверхности исследователи нашли участки, где стучали колотушками, вызывая звук. Эти инструменты звучат и теперь, что дало возможность определить положение инструментов при игре. Ансамбль состоял из 6—7 человек» [2, с. 210].

Практически все археологи, культурологи и антропологи, изучающие быт древних людей, сходятся во мнении, что музыкальные инструменты имели для них, прежде всего, сакральную ценность – то есть «по предположениям исследователей, песенное и инструментальное искусство тех лет развивалось в тесной взаимосвязи. Возможно, обрядовое песнопение способствовало рождению инструментов с установлением их музыкального строя» [5, с. 9]. Так, для кроманьонца свирель, скорее всего, была не просто предметом для развлечения себя и окружающих, а средством общения с духом существа, частью которого некогда была эта костяная трубка. А барабаны и бубны использовались колдунами и шаманами для введения в состояние транса и общения с предками. Подобные эпизоды можно увидеть в наскальных рисунках, скульптурах, а так же у малых народов России, африканских и индейских племен, в особенностях буддийской религии Тибета и т. д.

В древности становление и изменение музыкальной культуры во многом было обусловлено характером жизнедеятельности племен и хозяйственно-культурным типом. Так, предки современных славян в связи с развитием сельского хозяйства и скотоводства стали использовать свирели и рога, а с образованием крупных родовых поселков появилась нужда в отдельном роде занятий – военном деле, где так же использовались рога и барабаны. В военном деле инструменты играли роль устрашения, изображения мощи войска, а также введения воинов в соответствующее боевое состояние, о чем сохранилось немало упоминаний в более поздних памятниках древнерусской литературы: «Звенит слава по всей земле Русской: в Москве кони ржут, трубы трубят в Коломне, бубны бьют в Серпухове, стоят знамена русские у Дона великого на берегу» [16, с. 191]. А по количеству ударных (в летописях «бубны») и духовых инструментов нередко вели счет войскам. Так, в описании междоусобицы Новгорода с Владимиром в 1216 г. указывается, что первый выставил в поле 60 труб, а второй 40 труб и 40 бубнов, а в «Сказании о Мамаевом побоище» описывается начало битвы, где «начаша гласы трубные от обоих стран сниматися».

О существовании инструментальной культуры у ранних славян (а возможно, что и у их предков – праславян) свидетельствует ряд общих и схожих названий инструментов, таких как свирель, пищаль, дуда, струна, смычек (смык), варган и др. Это наследие впоследствии редко развивалось самостоятельно, а чаще под влиянием соседних финно-угорских, тюркских и европейских народов. К сожалению, нет источников, подробно и полно описывающих разнообразие музыкального инструментария славян, в частности, в Древней Руси. Исследователи 18—19 веков в большинстве случаев кратко описывали бытующий инструментарий, а также составляли список некогда существовавших инструментов, основываясь на художественных изображениях, летописных сводах и документах, связанных с гонениями скоморохов в 15—17 вв.

Изучение любого древнерусского музыкального инструмента должно складываться «из нескольких относительно самостоятельных линий развития, которые в существующих работах не всегда отделены одна от другой:

а) история инструмента на Руси, выглядевшего, по мнению одних ученых, заносным, чужеземным, а по убеждению других все-таки существовавшего на Руси давно, задолго до образования общерусского государства;

б) этимология названия инструмента, его появление и соотношение с названиями в других странах;

в) история инструментальной музыки, о которой удается извлечь меньше всего сведений (только из некоторых дошедших до нас косвенных данных);

г) история изучения данного инструмента, начавшаяся в 19 в.» [61].

Лишь с середины 20 века работа по изучению народного музыкального инструментария стала вестись одновременно в нескольких направлениях. Оно включало в себя не только исследование всех доступных материалов, но также восстановление и реконструкцию инструментов с введением в современную музыкальную культуру. Основными источниками исследований в настоящее время являются:

– Извлечения из летописей и административно-духовной литературы 11 – 17 вв.

– Упоминания музыкальных инструментов и музыкальной терминологии в словарях 16 – 19вв.

– Выписки из документов, связанных с гонением скоморохов в 15—17вв.

– Свидетельство иностранцев 6 – 18 вв.

– Русские письменные источники 18 – 19вв.

– Археологические свидетельства, обновляющиеся каждый год.

– Изобразительный ряд (фрески, летописи, картины).

– Экспедиционные материалы.

Немного остановимся на каждом из этих пунктов:

1. Извлечения из летописей и административно-духовной литературы 11 – 17 вв. – это упоминания об инструментах в письменных источниках, называемых памятниками древнерусской литературы. Например, в «Задонщине» есть такие строки о гуслях: «Вспомним давние времена, восхвалим Бояна вещего, искусного гусляра в Киеве. Тот ведь вещий Боян, перебирая быстрыми своими перстами живые струны, пел русским князям славы (…) Я же помяну рязанца Софония и восхвалю песнями, под звонкий наигрыш гуслей, нашего великого князя Дмитрия Ивановича» [16, с. 191]. А вот отрывок из «Моления Даниила Заточника»: «Вострубим, как в златокованые трубы, во все силы ума своего, и заиграем в серебряные органы гордости своею мудростью. Восстань, слава моя, восстань в псалтыри и в гуслях» [16, с. 99].

2. Упоминания о музыкальных инструментах изредка также попадается в словарях 16 – 19вв. Так, в «Словаре церковно-славянского и русского языка» за 1847 г. есть упоминания о гуслях, гудке и бубне: «Гусли (гуслей, гусель) – музыкальное орудие. Гусляръ – играющий на гусляхъ; Гудокъ – музыкальное орудие наподобие скрипки о трехъ струнах. Гудьба, гудение, гудеть – играть на гудке, издавать гулъ или протяжный звукъ, играть нескладно на струнном орудии. Гудочник, гудец – музыкантъ, играющий на струнном орудии, гудке» [44, с.301, 303]. «Бубенъ – музыкальное орудие в роде литавры; овальное обтянутое кожею орудие, въ которое Шаманы бьютъ во время колдования. Бубенщикъ – бьющий в бубенъ» [44, с. 86].

3. Выписки из церковных документов, связанных с гонением скоморохов в 15 – 17вв. – это, наверное, самый обширный источник упоминаний не только самих скоморохов, но и их инструментов. Считается, что некогда «в традиционной повседневной и праздничной жизни принимали участие все члены общины. Это было сотворчество, в котором не было зрителей и исполнителей. Все умели петь, плясать, играть на различных музыкальных инструментах. Постепенно среди них стали выделяться самые талантливые» [34, с. 86].

«По предположениям исследователей, в Киевской Руси были известны следующие музыкальные инструменты:

– деревянные трубы и рога (духовые ратные и охотничьи);

– колокольчики, глиняные свистульки (обрядовые);

– кугиклы или русская флейта Пана, состоящая из нескольких скрепленных между собой камышовых трубочек разной длины (духовой обрядовый);

– гусли (струнный);

– сопель и свирель (духовые);

– било (ударный сигнальный и обрядовый)» [5, с. 10],

– а так же гудок, варган, бубны и барабаны.

Нередко инструменты одухотворялись. Им приписывались волшебные и чудодейственные свойства, что нашло свое отражение в устном творчестве, и дошло до наших дней в сказках, бывальщинах, былинах и т. д. Обычно упоминаются чудесные рога, вызывающие своими звуками многочисленную рать, гусли-самогуды, заставляющие плясать леса и горы, либо наводящие волшебный сон, обличительная дудка или свирель, сделанная из надмогильного тростника или из кости злодейски убитых юноши и девушки. На гуслях звончатых играет не только всем известный купец Садко, но и богатыри Добрыня Никитич, Чудило Пленкович, Соловей Будимирович и Ставр Годинович.

«Введенное в 988 году по приказу Владимира христианство застает на Руси весьма развитую музыкальную культуру. Как многочисленные письменные источники, так и археологические данные говорят о весьма широком распространении гуслей» и других инструментов [43, с. 99]. С этого времени, то есть с 10 – 11 вв., музыкальная культура Руси делится на два направления, развивающихся параллельно – народная (бытовая, «мирская», нередко преследуемая) и церковная музыка.

Церковная музыка создавалась для исполнения в церкви на службах, а также пения монахов за работой и в кельях. Последователи новой веры сразу разделили также и инструментальную культуру. Так, уже в поучениях 11 века народные гусли, свирели и сопели противопоставлялись «богоугодным» инструментам, описанным в Псалтыри царя Давида – трубам, псалтири, кимвалам, органам. Писалось, что народные инструменты собирали бесов, трубы – воинов на войну, а молитва – ангелов.

Народная музыка сопровождала жизнь простых людей (крестьян, поселян, городских жителей) на семейных и обрядовых праздниках. То есть она звучала на улице, в домах, на ярмарках, в кабаках, на кладбищах и т. д. Яркими представителями этой музыкальной жизни были скоморохи – первые русские артисты. Они совмещали в себе музыкантов, дрессировщиков, акробатов и актеров. На протяжении нескольких веков ведутся споры об их происхождении, о временных рамках их деятельности, репертуаре, профессиональной специализации, а также значении терминов, с ними связанными.

Считается, что скоморохи разделялись на две группы. Первые представляли собой крестьян, которые занимались земледелием или ремеслом, и были приписаны к одному посаду. Они назывались «оседлыми» и играли лишь в праздники для увеселения односельчан. Вторая группа – «походные» или «гулящие» скоморохи. Это были профессиональные актеры и музыканты, занимающиеся только своим ремеслом. Исследователь А. Фаминцин разделяет их на придворных и бродячих (простонародных). Первые жили при княжеских и царских дворах, вторые же «передвигались большими группами, переходя из села в село, из города в город, и были непременными участниками праздников, гуляний, свадеб и обрядов» [5, с. 20]. Об этом, среди прочих источников, есть занимательное упоминание в «Стоглаве»: «Вопрос №16: В мирских свадьбах играют глумотворцы и органики, и смехотворцы, и гусельники и бесовские песни поют. И как к церкви венчатися поедут, священник со крестом едет, а перед ним со всеми теми играми бесовскими рыщут, а священницы им о том не возбраняют. И о том ответ: К венчанию ко святым божиим церквам скоморохом и глумцом пред свадьбою не ходити и о том священником таким запрещати» [12, с. 35].

Скоморохи веселили людей не только игрой на музыкальных инструментах и песнями, но и разыгрывали сценические представления, которые порой несли на себе печать древней мифологии. Позднее самыми распространенными из них стали медвежьи потехи и жанровые сценки с участием Петрушки, с элементами юмора и сатиры. Эти странствующие певцы-сказители могли одновременно быть актерами, певцами, драматургами, композиторами, поэтами, танцорами, а также мастерами и изготовителями музыкальных инструментов. Аналоги наших скоморохов были и в других странах. «В Древней Греции их называли аэдами или рапсодами, в Германии – шпильманами, во Франции – жонглерами, в Англии – бардами и менестрелями и т. д. Их искусство было близким и понятным любому человеку, оно было живым, искренним и очень эмоциональным» [34, с. 86].

Несмотря на любовь простого народа к искусству скоморохов, их представлениям и музыке, церковь всячески преследовала музыкантов, ссылая в дальние волости, а инструменты уничтожая. И если в 11 – 12 вв. запрещающие указы, в основном, распространялись на землях, принадлежащих церкви: «у которого сотского въ его сотной выйдутъ скомороха… взяти пени десять рублевъ, а скомороха, или волхва, или бабу ворожею, бивъ да ограбивъ да выбити изъ волости вонъ; а прохожихъ скомороховъ въ волость не пущать…» [1], то уже при Иване Грозном митрополит требует у царя расправы со скоморохами, и тот «вынужден согласиться, хотя, любя скоморошью забаву, так и не сдержит слова» [43, с. 104].

Апогей и расцвет скоморошества относят к 16 веку, и тогда же из многосторонних артистов, которых ранее в книгах обозначали как «скоморохи», стали выделяться узконаправленные «специальности», что говорит об усложнении инструментария и исполнительства, росте мастерства изготовителей и исполнителей. Тогда вместо общего названия – скоморохи, стали наиболее употребляемыми определения вида деятельности музыканта – домрачи, гусляры или гусельники, гудочники, сопельники и т. д. В 1570 году была создана Государева Потешная палата, куда пригласили лучших представителей скоморошьего искусства и музыкальных мастеров, которые изготовляли музыкальные инструменты: гудки, домры, гусли, сурны, волынки, накры и барабаны, а в больших городах открылись домерные ряды, где продавались инструменты (в основном, домры) и принадлежности к ним (металлические струны). Любимыми инструментами скоморохов считались гусли, сопели, парные свирели, трубы, гудки, волынки и бубны, а также скрипка, домра и колесная лира, появление которых на Руси относят к 16 в.

В 17 же веке скоморохи все чаще упоминаются в церковной литературе как пособники дьявола, подлежащие полному уничтожению, и при царствовании Алексея Михайловича Романова, когда церковь активно поддержало государство, скоморохи почти полностью исчезают. Вначале царь принимается за «искоренение зла» в Москве, самым печально известным событием которого является «казнь народных инструментов» в 1648 году, когда 5 обозов музыкальных инструментов было свезено за Москву-реку и там сожжено. А затем государь принялся за окраины. Вот выписка из «Грамоты царя Алексея Михайловича воеводе Т. Ф. Бутурлину в Белгород об исправлении нравов и уничтожении суеверия» от 20 декабря 1648 г.: «А где объявятся домры и сурны, и гудки, и гусли, и хари и всякие гудебные бесовские сосуды, и ты б те бесовские велел вынимать и, изломав те бесовские игры, велел жечь» [12, с. 65].

Именно тогда, при первых Романовых, церковь одерживает победу в этом вопросе, после чего скоморошество так и не смогло оправиться. Скоморохи и мастера гудошного дела преследовались и ссылались на Север и в Сибирь, где иногда они пытались возрождать традиции скоморошьего дела. В 17 в. еще изредка попадаются упоминания об инструментах. Так, в выписке из древних монашеских уставов, где описывается происшествие в 1719 г. в Александро-Свирском монастыре (около Петербурга): «Где живут монастырские дьячки и по службам работники и у них явилось вино и табак да у них же скомрашеские игры, чего во святых обителях не водитца, гусли, гудки, волынки, домры, балалайки, свирели, карты и шахматы и то все вынято, и оные дьячки и работники те свои скомрашеские игры по нашему приказу разбивали сами о камень перед всею братию» [12, с. 420].

Окончательно же исчезли скоморохи во времена правления Петра 1, когда «с изменениями в общественной жизни России важное место в музыкальной культуре занимают новые, европейского образца, формы музыкально-творческой деятельности», такие как оркестровая и ансамблевая инструментальная музыка, музыкальный театр и т. д. [29, с. 14].

Основной причиной осуждений и гонений на скоморохов принято считать языческую направленность их творчества, однако, скорее всего, причиной этому явилось непринятие церковью не просто музыкального скоморошьего искусства, а всего «смехотворного» празднословия, куда вошла сама народная культура с ее песнями, играми, чувственными развлечениями, включающими элементы языческой культуры. Проповедовав монашеский аскетизм, как образ жизни, таким образом официальная церковная власть встала на борьбу со скоморошеством, как с явлением народной праздничной культуры, сконцентрировавшей в себе идею господства материально-телесного, что не соответствовало христианскому мировоззрению.

4. Весьма интересным источником знаний об инструментах представляются записки иностранных путешественников и историков 6 (7) – 18 вв., где изредка упоминаются скоморохи и древнерусские инструменты. Так, самое первое известие о них относится к концу 6 – началу 7 вв.: «Византийский историк Феофилакт Симокката упоминает о трех безоружных славянах, бродивших по румынской территории с кифарами (видимо, он имеет в виду гусли или цитры). Когда император спросил их, откуда они родом, они ответили, что они – склавены, пришедшие с Западного океана (Балтийского моря)» [14, с. 131]. А в 10 веке встречаются упоминания о том, что в Византии, при дворе императора Константина Багрянородного, славяне служили музыкантами.