Три богатыря. Не смешите мои подковы! Большие приключения коня Юлия

Пролог

Давным-давно жил да был на Руси конь. Молва о нём гремела по всему Киеву, да кое-где за его пределами. Славился он не породой своей и не трудолюбием – тут уж нечем было ему похвастать. Зато умел этот конь по-людски говорить и умом был не обделён. Ибо в юности жил он при монастыре и все-все книги там перечитал: по грамматике, математике и другим наукам. Особенно полюбилась ему история, так что он даже имя себе выбрал в честь великого римского императора – Гай Юлий Цезарь. По счастливой случайности оказался он однажды при дворе Князя Киевского. Тот был великим охотником до диковинок всяких, вот и взял чудо-коня к себе в услужение. Домик выделил, содержание назначил и привечал всячески. Можно сказать, дружен с ним был.

И вот как-то раз приснился Юлию сон тревожный. Как будто попал он ночью в тёмный лес. Меж деревьев туман стелется, да совы вдалеке ухают. Хоть и страшно одному в чаще, но поручено ему было дров нарубить. Вот и деревце подходящее. Достал конь топор, примерился. И вдруг услышал за спиной шорох. Обернулся – никого. Уж снова за топор взялся, и тут у дерева, которое он срубить хотел, оскал появился зверский. Разинуло дерево пасть и потянуло к нему иссохшие ветки – вот-вот сцапает. Юлий пустился бежать. Но лес не хотел его отпускать. Тут уж каждый дуб, каждая сосна на него накинулись. В ноги впились сучья корявые, в рот шишка попала. Юлий в ужасе закричал и… проснулся в комнатке своей с подушкой на морде.

Не сразу конь в себя пришёл после сновидения, но, оглядевшись, вздохнул с облегчением. Чего дома бояться? Кругом всё своё, родное: у окна мягкая постель, вдоль стен полки с книгами, а в очаге огонь догорает. Собрал он с пола раскиданные подушки и опрокинул в себя целую кадку воды. Но вдруг заметил, как за окном тень промелькнула. Призадумался Юлий. Кто это ночью по городу бродит, пока весь честной народ десятый сон досматривает? Вестимо, неладное что-то творится.

Выглянул Юлий за дверь и успел увидеть, как фигура в плаще за угол завернула. Сон тяжёлый тому виною или природная любознательность коня, но решил он проследить за таинственным путником. Стараясь не цокать копытами по брусчатке, шёл Юлий за ним через весь город. Наконец подозрительный незнакомец остановился у землянки, что на отшибе притулилась. Воровато оглянувшись, он юркнул за дверь. Юлий подошёл вплотную и навострил уши. Внутри послышались тихие голоса.

– Фух! Принёс? – спросил кто-то припозднившегося гостя.

– Не томи, – поторопил второй.

А дальше ни слова было не разобрать. Видать, заговорщики от двери отошли. Заинтригованный Юлий быстро забрался на крышу землянки и сунул голову прямо в трубу. Хоть и была она забита сажей, а всё же слышно стало гораздо лучше. И даже что-то разглядеть удалось. Стояли в комнатушке трое. И Юлий хорошо знал каждого из них. Один толстый с лысой головой – его Антипом звали. Второй плечистый с бородой окладистой – это Касьян. Третий тощий и высокий – Ануфрий. Всё это были ближайшие соратники Князя Киевского, лица его доверенные. Что же привело их ночью в такое место?

Ануфрий развернул на столе свиток. Это была карта Киева со всеми окрестностями.

– Вот, – сказал Ануфрий. – Целый день в штабе срисовывал.

– Будет так: за тобой левый берег, – прохрипел Антип, водя ножом по карте, – за мной правый.

– Что с дружиной? – спросил Ануфрий.

– Дружина поддерживает, – коротко ответил Антип.

– А я? Я что, по-вашему, не в счёт? – возмутился Касьян.

– Хм, – призадумался Антип. – Тебе самое дорогое. Киев! Сдюжишь?

– С князем… – громко начал Касьян, но Антип закрыл ему рот рукой.

Юлий тихо ахнул. Неужели заговор против самого Князя?

– С Князем проблем не будет, – закончил Касьян, понизив голос.

И тогда Антип уточнил:

– А с конём?

– С конём проще, – хитро сощурился Касьян. – Обстругать его рубаночком, да и всё.

Юлий не мог поверить своим ушам. Обстругать рубаночком? Его?! Что же это творится?

Глава 1

А и славный народ на Руси живёт. С петухами встаёт, день-деньской рук не покладает. В хозяйстве порядок ладит, сеет, веет, гнёт, куёт, честным трудом аппетит нагуливает. Вот и теперь, едва рассвело, как весь люд на улицы Киева высыпал. Мужики в поля отправились, а жёны их по хозяйству хлопотать начали.

Не сидел и Князь сложа руки. С самого утра уж был он на ногах, заботился о делах государственных: задумчиво глядел в окно и сладко зевал. За этим и застал его писарь, который пришёл к правителю со списком намеченных дел.

– Князь-батюшка, – с поклоном протараторил он, – трапезный лист, утвердить надобно.

– Всё сам, всё сам, – вздохнул Князь, усаживаясь за стол.

– Ты про что, светлейший? – удивился писарь.

– А про то. Юбилей у кого?

– У тебя, душа земель русских.

– То-то и оно! Неужто я сам хлопотать должен? – возмутился государь. – Пригласительные, меню всякие… – Он подписал бумаги и погрузился в раздумья. – А вот как? Родственников с боярами или отдельно? Ты бы как посадил?

– Я бы, я бы, князь-батюшка… – замялся слуга.

– Вот и правильно, – не дослушав, перебил его Князь, – нехорошо смешивать. Разговоры всякие пойдут. Тётка моя, княгиня Черниговская, опять вспомнит, как я на горшке уснул. А я всё-таки уважаемый человек. Князь!

На этих словах в приёмный зал вбежал Юлий – весь в мыле, грива дыбом, глаза горят. Первым делом он затворил дверь и тщательно запер её на все засовы.

– Князь! Князь! – закричал он. – Я такое узнал!

– Снова опаздываешь, – нахмурился правитель.

Юлий, не обращая внимания на укор, подбежал к окну и задёрнул шторы. Потом кинулся к государю, замотал его шарфом до самого носа и нахлобучил сверху широкополую шляпу.

– Замаскируйся! Нам конец!

– Ты мне зубы не заговаривай, – начал кипятиться Князь. – Я тебя предупреждал?

– Светлейший! – опешил конь.

– А ты опять опоздал.

– Да дай ты мне хоть слово сказать! – взмолился Юлий.

– Ну-ка, покличь сюда Ануфрия, – обратился Князь к писарю. – Да розги пусть захватит.

Тот молча побежал выполнять приказание.

– Так, да? – пригорюнился Юлий. – Ладно! И пожалуйста. – Тут он забрался под рабочий стол Князя и начал осматривать его снизу. – Только они всё в тайне держат. Понятно?

– Чего? – удивился Князь.

– А того! – Конь выбрался из-под стола и со всех сторон изучил портрет Князя на стене. – Скоро действовать начнут! Вот чего! Их-то, их кто остановит, а?

– Кого их? – не понял Князь.

– Не вели казнить, государь, – неуверенно пробормотал писарь, вернувшийся в зал.

– Ну? – обернулся к нему Князь.

– Так нет их, – развёл руками слуга.

– Что я говорил?! – воскликнул Юлий.

– Да кого нет? – окончательно разозлился Князь.

– Боярина Ануфрия. Вчерась в Чернигов отбыли-с, – пояснил писарь.

– Ну… Тогда Касьяна позови.

Писарь поклонился и отправился выполнять новое поручение.

– Ты как хочешь, государь, а я за охраной пошёл, – сказал конь и решительно двинулся к двери.

– Постой, что за тайна? Может, я уже знаю давно?

– Про тебя я не расслышал. А меня точно на живодёрню! – проговорил Юлий, едва сдерживая слёзы. – Коня, говорит, обстругать, уши обрезать и на живодёрню.

Тут Юлий уже не выдержал, упал на пол и разрыдался.

– Не вели казнить, – прервал стенания коня вернувшийся писарь. – Боярин Касьян приболели… Поветрие.

– Хм… – призадумался правитель. – А с Антипом что? Тоже нет?

Писарь растерянно молчал.

– Где все? – топнул ногой Князь.

– Всё! – ахнул Юлий. – Опоздали!

И конь тут же лишился чувств.

Князь подбежал к нему и надавал пощечин, чтобы в себя привести.

– А ну, говори, что знаешь! – потребовал он.

Очнувшийся Юлий пробормотал:

– Я читал в одной книжке, что за час до убийства во дворце становится пусто.

– Не может быть, – обомлел Князь. – Измена! Дружину сюда!

Писарь молча бросился в ноги к Князю.

– И дружины нет? – изумился государь.

– На дружескую помощь послана князю Переяславскому по твоему светлейшему приказу. Бумага имеется. С подписью. Вот! – слуга достал из кармана кафтана свиток и подал Князю.

Тот развернул документ и быстро пробежал глазами. Действительно, дружина отправлена на подмогу, а сам указ подписан его рукою.

Как ни ломал голову Князь, а приказа такого не припомнил. Знамо дело! Ибо дружина службу не в Переяславле несла, а рядом совсем, под Киевом. И заняты они были совсем не делом ратным. Приказ им был дан пилить и строгать. А зачем, служивые и сами не знали. Солдатское дело простое: воевода сказал, они исполнили. А что же начальник их? Он, кажется, тоже в сговор вступил. Прогуливался по строительной площадке с Антипом, да на его вопросы отвечал покладисто.

– Дружине всего знать не обязательно, – наказал Антип. – Ясно тебе?

– Молчу, это самое…

Тут подошли они к служивому, который доски обтёсывал. И так он усердно трудился, что всё вокруг стружкой засыпано было.

– Каким образом отходы утилизируете? – деловито осведомился боярин.

– Так… Это самое… – замялся воевода. – Во вторичное производство.

– Это как? – удивился Антип.

– Так, это самое, на истопку баньки. Дружине.

Боярин обратился к дружиннику, орудовавшему рубанком:

– Так! Вы, любезный, стружку-то потоньше снимайте. – Антип взялся за инструмент и попытался показать, как надо, а затем важно добавил: – Я, как говорится, стандарты знаю. Сам художественную школу окончил.

– Слушаюсь, – растерянно ответил служивый.

– И смотри мне! Чтобы всё по плану! – Антип угрожающе взял воеводу за грудки. – Не то – ты меня знаешь.

Во дворце тем временем царила паника. Юлий рыдал, а Князь всё читал и перечитывал свой указ. Как могли его советники документ государственный подделать? Неужели прав был Юлий, и во дворце смута начиналась?

– Немедля дружину обратно в Киев вернуть! – велел правитель, окончательно потеряв самообладание.

– Так ведь… – замямлил писарь.

– Не «такай» мне! – возмутился Князь. – Приказ государя!

– Не волнуйся, князь-батюшка, – примирительно сказал писарь, пятясь к выходу. – Через неделю тут будет.

Князь ахнул:

– Через неделю?

– А раньше никак? – вклинился Юлий.

Ответа не последовало. Писарь в ужасе выбежал из приёмной, громко захлопнув за собой дверь. Князь с Юлием испуганно переглянулись.

– Да, ловко они, – покачал головой конь. – И дружину подальше выслали…

– Я пропал! – Князь схватился за сердце. Представил государь, как хватают его под белы рученьки и в темницу кидают. И гнить ему там до самой кончины.

– Что же делать? – в панике обратился он к Юлию.

Конь задумчиво почесал копытом затылок.

– Ах! Княже! Что же это мы! – Он бросился к висящей на стене картине с изображением трёх богатырей и расцеловал её. – У нас же богатыри есть!

Князь сперва обрадовался, но тут же сник. Богатырей-то не было в Киеве…

Глава 2

Три богатыря в то время по княжескому приказу на порогах находились. Было им дано задание изловить лихого пирата Потаню, от которого купцам честным жизни не стало.

Снарядили они ладью и отправились искать корабль разбойничий. Алёша с Добрыней на вёслах сидели, а Илья стоял у руля и вдаль глядел. Так и вышли в открытое море. Вскоре заметил Илья у самого горизонта судно под чёрным парусом.

– Братцы, не достанем, ближе нужно, – покачал головой богатырь.

– Подналяжем! – скомандовал Добрыня.

Они с Алёшей начали грести с тройным усердием. Ладья послушно заскользила в нужном направлении. Не прошло и нескольких минут, как богатыри догнали пиратов.

– Ага, – кивнул Илья.

Он взял якорь на длинном канате, размахнулся как следует и забросил его на пиратский корабль. Якорь зацепился за борт судна. Тогда богатыри уже втроём взялись за канат и что было сил потянули на себя.

– И раз, – подбадривали они друг друга. – И раз, и раз, и раз!

Корабль замедлил ход, а потом и вовсе поплыл назад, медленно приближаясь к ладье. Разбойники заметили неладное, побросали свои дела и сгрудились на палубе. Окно капитанской каюты отворилось, и из него высунулся крупный пират с лихими усищами.

Увидев капитана, Илья достал рупор и крикнул:

– Эй, Потаня! Принять вправо, остановиться!

Предводитель морских разбойников, казалось, совсем не испугался. Он обернулся и скомандовал:

– Давай, робяты!

Ещё секунда – и в окне появилась диковинная пушка, напоминающая медную трубу. Пират прицелился и стрельнул в богатырей огненным залпом.

– Ложись, – крикнул Илья, падая на дно лодки.

Добрыня тут же последовал его примеру. Но менее опытный в ратном деле Алёша остался растерянно стоять. Тогда Илья дёрнул его за руку и повалил рядом.

– Греческий огонь, – пояснил он.

Тут последовал второй выстрел, и ладью охватило пламя. Алёша бросился его тушить, но тщетно. Погасить горючую смесь было практически невозможно, пока она сама не догорит. Даже вода ей была нипочём – она растекалась по поверхности моря, продолжая полыхать.

– В воду! – скомандовал Илья, и все трое попрыгали за борт.

Вскоре от ладьи остался только пепел, покачивающийся на волнах. А пиратский корабль уходил прочь. Пришлось богатырям вплавь возвращаться на берег. Хорошо, в этот день море было спокойно, так что вскоре молодцы благополучно выбрались на ближайший пляж.

– Неплохо день начался, – хохотнул Илья и выловил свой шлем из воды. – Поработали, искупались.

Товарищи шутку не оценили. Добрыня прыгал на одной ноге, чтобы вытрясти воду из уха, а Алёша выжимал насквозь промокшую одежду.

Илья наблюдал за удаляющимся кораблём. Прикинув их примерный маршрут, богатырь решил, что пиратов ещё можно нагнать. Дальше вдоль берега виднелась гряда скал, которая выдавалась далеко в море. За ней, видимо, находилось устье реки. Туда-то и плыли пираты. Илья коротко кивнул товарищам, и все трое бросились в погоню.

Береговая линия оказалась извилистой. По пути к цели богатырям пришлось преодолеть несколько обрывов и взобраться по отвесной скале. Но до нужного места они добрались вовремя. Корабль как раз приближался к устью. Богатыри прижались к земле на краю обрыва, чтобы их не заметил враг. Илья сказал:

– Здесь их дождёмся.

– А почём ты знаешь, что они здесь поплывут? – спросил Алёша. – Примета какая?

Илья хохотнул:

– Да какая примета? Просто им деваться больше некуда.

Вдруг послышалась музыка. Все трое обернулись. По дороге, что была позади богатырей, шёл цыганский табор: несколько лошадок тащили повозки, а за ними с песнями и танцами шли женщины в цветастых платьях и мужчины с гитарами.

– Братцы, смотрите, цыгане, – удивился младший из богатырей. – Вот здорово!

Он даже приподнялся и задёргал плечами в такт музыке.

– Не отвлекайся, Алёша, – осадил его Добрыня. Тут он заметил, что корабль пиратов уже практически зашёл в устье. – Ага! Вот и они.

– Ну держись, Потаня! Я тебе покажу греческий огонь! – потрясывая кулаком в воздухе, пригрозил Алёша.

– Так, братцы, по моей команде сигаем вниз, – наказал Илья.

В этот момент странных путников на краю обрыва заметил цыганский мальчишка. Паренёк тихонько подбежал к Алёше и одним ловким движением стянул с него сапоги. Возмущённый молодец хотел ринуться следом, но в этот момент Илья скомандовал:

– Пошли!

Двое богатырей мигом спрыгнули в воду. А вот Алёша замешкался. Обидно ему было без сапог остаться, но и дело бросать нельзя. С досадой махнул он рукой и прыгнул вслед за товарищами. Да только запнулся, полетел кубарем и зацепился кольчугой за сучок росшего из скалы деревца.

Повиснув над водой и беспомощно размахивая руками, он закричал вслед богатырям:

– Илья! Добрыня! Стойте! Эй! Не начинайте, меня подождите! Братцы!

Но товарищи его боевые были уже далеко. Не заметили они, что младший из них по неловкости своей впросак попал. Делать нечего, надо было как-то самому выбираться. Алёша ухватился было за другую ветку, чтобы подтянуться и освободить себя, как вдруг почувствовал, что она шевелится. Это оказалась змея! Она угрожающе зашипела, но Алёшу таким было не напугать.

– Представляешь, без меня начали, – расстроенно сказал он змее.

Потом перекинул её через сучок, словно обычную верёвку, ловко перекувырнулся и плюхнулся в воду.

Глава 3

– Негодяи! Подлецы! Мерзавцы! – грозно выкрикивал Князь, меряя шагами свой рабочий кабинет. – Подняли руку на…

– Ну, ещё не подняли, – перебил его Юлий.

Он в это время копался в сундуке и доставал из него средства маскировки: накидки, шляпы, парики, очки и даже накладные усы.

– А? – не понял государь.

– Ну, ещё не подняли руку, говорю, – спокойно пояснил конь, нахлобучивая на голову белоснежный парик с буклями. – Но скоро поднимут.

Вне себя от возмущения Князь схватил невесть откуда взявшийся железный меч и начал размахивать им в воздухе. Юлий предусмотрительно отскочил в сторону, чтобы не стать случайной жертвой разгорячённого правителя.

– Да мы! Да мы! – кричал Князь. – Знаешь, что мы…

Тут он замахнулся слишком сильно: меч выскользнул из его руки и грохнулся прямо ему на ногу.

– Здесь пересидим, – тихо закончил правитель, потирая ушибленное место.

– Нет-нет-нет! Надо срочно богатырей вызывать, – взмолился Юлий.

– Да как? На пороги неделю скакать, не меньше, – покачал головой Князь.

– Не знаю как, но нужно, – не сдавался конь.

Князь задумчиво почесал затылок.

– О! – сказал он наконец. – Я, кажется, придумал! Ты скачешь за богатырями. А я пока…

Государь подошёл к сундуку, выкинул из него все вещи и забрался внутрь. И даже крышку захлопнул!

– Нет, нет! Светлейший, ты что? – Юлий попытался открыть сундук, но Князь крепко держал крышку изнутри. – Как же можно тебя здесь одного бросить? К тому же я… Это… Лодыжку подрастянул. И за неделю точно не обернусь.

– Иди отсюда, – прошипел Князь из сундука.

– Считай, две недели положить нужно. А то и три, – размышлял Юлий. – Или даже четыре. А ты два месяца здесь не протянешь.

Князь чуть приоткрыл крышку и удивлённо выглянул в щель.

– Вот кто, к примеру, тебе пищу готовить будет? – продолжал Юлий.

– Почему два месяца? – нахмурился Князь, высунув голову.

– Ну это я так, образно, – неопределённо махнул копытом Юлий. – Округляю.

– А… – протянул Князь, а потом жалостливо посетовал: – Эх, вот ты про еду заговорил, а мне и вправду есть захотелось.

Вылез он из сундука, направился к рабочему столу – и давай в ящиках копаться! Наконец удручённо вздохнул:

– Нет ничего… – Но тут нащупал Князь полупустой мешочек. – А нет, вот что-то! Фисташки. Солёные!

Князь высыпал себе в рот горстку орехов.

– О! Обожаю фисташки! – обрадовался Юлий, сунул морду в мешочек и разом всё слопал.

Вдруг в замке скрипнул ключ. Оба встревоженно обернулись на дверь.

– Ой, мама! – пискнул конь. – Началось.

Не помня себя от страха, они одним прыжком преодолели расстояние до окна, вскочили на подоконник и выбрались на карниз, что опоясывал дворец с внешней стороны.

А в дверь тем временем прошла старушка. В руках у неё было ведро со шваброй. Тихонько напевая себе под нос, она принялась со всей тщательностью скрести пол.

– Нет, ты слышишь? – тихо спросил Князь, что есть сил вжимаясь спиной в стену, чтобы не сорваться вниз. – Они ещё и поют. Ну, погодите! Доберусь я до вас, – пригрозил правитель, потрясая кулаком.

Было ясно: вернуться тем же путём не получится. Поэтому Князь и конь осторожными шажками двинулись вдоль стены. Надеялись, что смогут добраться до следующего окна и таким образом ускользнут от заговорщиков.

– Юлий, а он крепкий? – спросил Князь, проверяя деревянный карниз носком.

– Да крепкий, конечно, – беззаботно кивнул Юлий. – Наши делали без единого гвоздя. Вот, смотри!

Он слегка подпрыгнул, чтобы продемонстрировать надёжность работы киевских зодчих. И хотя построен был дворец действительно на славу, рассохшееся от времени дерево предательски треснуло, и доски посыпались на землю. Та же печальная участь могла ждать и самих беглецов, но Юлий успел ухватиться за подоконник, а Князь – за его задние копыта.

Услышав шум, старушка подбежала к окну. Выглянула наружу и ахнула.

– Напугал, князь-батюшка! Ты чего? Подышать вышел? Заходи сюды быстрей. Я уж почти всё прибрала. Ты мне мешать-то не будешь.

Князь нервно рассмеялся и посмотрел на Юлия.

– Да это ж уборщица, она у меня здесь каждый божий день убирает. А ты? «Началось-началось»… Тьфу! Паникёр.

Он вскарабкался по спине коня и с помощью доброй женщины выбрался на подоконник. Огляделся и всё же с опаской уточнил:

– А здесь больше нет никого?

Придумал-таки Князь, как богатырей в Киев вернуть. Для таких случаев голубиная почта была на Руси. Правда, чтобы срочную телеграмму на пороги отправить, надобно было до отделения связи дойти. После непродолжительного совета с единственным, кому во дворце можно было верить – с Юлием, то есть, – решил государь к помощи слуг не прибегать, а отправиться туда лично. Князя замаскировали под уборщицу. Добрая женщина отдала ему свой платок, швабру и ведро. А Юлий прикинулся графом заморским: парик с буклями дополнил камзолом, который накинул на спину наподобие попоны.

Ну, с богом! Юлий выглянул за дверь княжеского кабинета. Удостоверившись, что горизонт чист, он дал знак государю. На цыпочках они двинулись по коридору, то и дело оглядываясь. Из-за поворота вышел повар. Он толкал перед собой столик на колёсиках, уставленный тарелками и чашками. Князь тут же сделал вид, что моет пол, а Юлий погрузился в созерцание картины, висевшей на стене. Бросив на странную парочку удивлённый взгляд, повар прошёл мимо. Когда опасность миновала, Князь с Юлием опрометью кинулись к выходу из дворца. Уже на крыльце они встретили княжеского писаря. Ни слова ему не сказав, беглецы перемахнули через перила лестницы и схоронились в кустах.

Когда оба отдышались и успокоили нервы, опасное путешествие продолжилось. Украдкой беглецы пробирались по извилистым городским улочкам, пока не вышли на торговую площадь. Здесь и находилась голубиная почта. В небольшой будке теснились клетки с птицами, а белокурый отрок через окошко принимал послания.

Князь, поплотнее закутавшись в платок, растолкал очередь и заглянул внутрь.

– Как это… – замялся государь. – Срочное!

Он просунул в окошко свиток с посланием.

– Молния, – подсказал Юлий.

Князь кивнул:

– Да, молния. Богатырям на пороги. А это тоже молния! – Он достал второй свиток. – В Переяславль дружине.

– С вас семьдесят пять копеек, – сообщил почтальон, забирая послания.

– Чего?! Как это? – обомлел Князь и шепнул Юлию: – У тебя деньги есть?

Конь мотнул головой. Повисла неловкая пауза. Из очереди закричали:

– Женщина с конём! Или плати или проваливай.

По толпе пронёсся ропот:

– Не задерживай!

– Бабуля! Людей держишь!

– Плати уже давай!

Князю с Юлием ничего больше не оставалось, как убраться подобру-поздорову.

Они бесцельно бродили по Киеву, не зная, что дальше предпринять.

– А может, Горыныча попросить? – предложил Юлий.

– В отпуск Горыныч улетел. В Тибет направился.

– Нет, ну как это? Неужто ни копейки нету? – недоумевал конь.

Князь в ответ только вздохнул и пригорюнился.

– А давай у людей попросим? – нашёлся Юлий.

– Ты в своём уме? – возмутился правитель. – Я Князь! И побираться не стану.

Но пару минут спустя Князь с Юлием уже стояли у дороги с ведром, которое прихватили из дворца. Улица была пустынна, если не считать древней старушки с палочкой. Проходя мимо, она покопалась в кармане и бросила страдальцам монетку. Стоило ей исчезнуть из вида, как Князь тут же полез в ведро проверять улов.

– Что? Всего две копейки? – с разочарованием протянул он. – Да за кого они меня принимают?!

– Заработать мы не можем, красть не умеем, – размышлял вслух Юлий. – Значит, эти деньги нужно просто выиграть.

– В «гуси-лебеди»? – оживился Князь.

Но Юлий не совсем это имел в виду.

– М-да, игра не твой конёк, – покачал он головой, забирая у Князя наличность. – А сам я не играю – слишком везучий. Фатально всех обыгрываю, даже стыдно.