Размороженный. Книга 1. Cooldown

Глава 2

Капсулой оказался довольно громоздкий, хоть и высокотехнологичный агрегат весом под тонну. Смотрелся он посреди пыльной квартирки, где мне предстояло жить, словно прилетевший с другой планеты корабль пришельцев, пусть и крохотных. Самое смешное – на капсулу формой аппарат походил меньше всего –  скорее, на утопленную в массивный постамент колбу, под пробку наполненную мутной жидкостью.

Пока молчаливые (и, что самое страшное, трезвые) техники устанавливали и настраивали аппаратуру, Георгий предложил им не мешаться и посидеть внизу, в прохладном салоне его роскошного автомобиля. Пусть на улице понемногу смеркалось, но духота вокруг стояла страшная. Август, как-никак.

От выданной мне инвалидной каталки я категорически отказался, прохромав положенное от лифта до парковки расстояние самостоятельно. Получалось из ног вон плохо – конечности предательски дрожали и не слушались, три раза я чуть не грохнулся. И если кое-как ковылять ещё получалось, то мелкая моторика оказалась уже за гранью моих мечтаний. Да и в целом мышцы выглядели не впечатляюще – шутка ли, двадцать семь килограммов потерял!

Одно хорошо: ни малейшего шрама от пули не осталось, но чтобы я не слишком радовался, на теле появилось несколько сугубо армейских татуировок. Всего лишь ради маскировки.

Хоть меня после возвращения с того света и так узнать было проблематично, но внешность всё равно подкорректировали – нос выправили, скулы заострили, изменили форму ушей и ещё кое-чего по мелочи. Чёртовы перестраховщики! Я, когда себя в первый раз в отражении увидел, едва подавил в себе желание кого-нибудь убить. До красавца мне было и раньше далеко, но сейчас я вообще походил на какого-то хмыря из уголовной хроники. Единственное, что не тронули, – глаза, пусть они и были одной из главных примет для опознания.

Гетерохромия на мне оторвалась по полной программе: левый глаз светло-голубой, а вот правый – тёмно-карий, причём не полностью. У него, как на круговой диаграмме для презентаций, есть участок процентов в сорок чисто-зелёной радужки. Такое не каждый день увидишь, но, к счастью, чёртовы параноики не стали мне ничего выкалывать. Наверное, понимали, что тогда точно недосчитаются кого-нибудь в штате. Обошлись линзами.

Георгий взмахом ладони распахнул пассажирскую дверь автомобиля и помог мне устроиться на мягком кожаном сиденье. Мой куратор вообще проявлял неслыханную заботу: подробно отвечал на малейшие вопросы, инструктировал только по существу и вёл себя максимально дружелюбно. Будто именно его дочь я спас двадцать четыре года назад. Странно.

– Это стандартный пакет обслуживания для нового агента, или просто мне так повезло? – не выдержав, спросил я.

– Знаешь, Клим… – Георгий вполне искренне вздохнул. – За последнее время ты – единственный, кто не стал устраивать истерику, а это очень утомительно. Хотя все эти угрожающие пометки в твоём личном деле утверждали, что передо мной – форменный псих. Ты очень быстро приспосабливаешься, даже как-то пугающе быстро. Я уверен: с первым заданием у тебя не возникнет проблем,  а, значит, и мне это зачтётся.

– Это ж каким дегенератом надо быть, чтобы провалить банальную регистрацию в игре! – хмыкнул я. – Неделя мне ни к чему, пары  дней для освоения хватит.

– Не спеши, для начала просто освойся, чтобы не наломать дров в будущем. Заодно наши специалисты посмотрят, насколько хорошо действует твоя легенда. Внимательно ознакомься с досье и старайся не выпадать из образа.

– Кстати, о легенде. У меня вопрос:  зачем вообще заморачиваться с разморозкой не пойми кого, если можно просто изменить личность ваших людей?

– Если бы всё было именно так… – Георгий покачал головой. – Идентификационный чип невозможно подделать или заменить. Человек этого попросту не переживёт. Но без такой ультимативной гарантии защиты никто не стал бы их вводить.

– И как же я тогда стал Кириллом Демченко?

– У тебя чипа вообще не было, так что одноразовая трансплантация прошла без фатальных осложнений. Морпех Демченко действительно существовал до недавнего времени, проведя в коме около пяти лет. Так что привыкай к новому имени, его теперь тебе в любом случае до самой смерти носить.

– Смешно.

Мы немного помолчали.

– Квартира тоже его? – наконец, спросил я, кивнув в сторону старенькой восьмиэтажки.

– Нет, ты снял её на выплаченное пособие, после того как пришёл в себя. Капсулу тоже выделил ВМФ, обычную. Вот только ты, не будь дураком, выторговал себе модель получше, с мощным медицинским блоком. Естественно, не за просто так. Если хорошенько покопаться, то даже можно отыскать следы твоей взятки, так что с этой стороны всё чисто.

– Меня сильно будут проверять?

– Если обратишь на себя внимание серьёзных кланов, то да.

– А не боишься, что я расскажу им правду или, того хуже,  сдам вас властям?

– Кого это «нас»? – почти весело уточнил Георгий. – Ты даже названия нашей организации не знаешь. Нападение на игроков уже далеко не новость, и вычислить, кого охраняли именно мы, довольно сложно. Доказать же нашу причастность  невозможно в принципе. А вот себе ты однозначно навредишь. Поверь, здесь выходец из прошлого задаром никому не нужен, и в лучшем случае ты останешься обычным инвалидом, без средств к существованию. Я бы не стал даже на такой исход надеяться. Ну, а государство тебя может лишь заново похоронить. Пусть твои выходки и остались в далёком прошлом, про них никто не забыл. Плюс присвоение чужой личности –  это вообще покушение на святая святых нынешнего общества. Такое не прощается. Все безропотно носят чип ровно до того момента, пока точно уверены, что их личные данные в безопасности.

– Получается, вы – мои самые лучшие друзья?

– Нет. Но мы в отличие от остальных заинтересованы в твоих услугах. Справишься – и можешь жить себе припеваючи, здоровым и при деньгах.

«А скорее – с пулей в голове», – мысленно закончил я за него. Не верилось мне в счастливый конец, но, с другой стороны, вот что мне сейчас терять?

За прошедшие две недели с нашего знакомства  я так и не смог окончательно решить для себя, что же делать дальше. Там, в прошлой жизни, всё было предельно ясно: потеряв последние «тормоза», я выкашивал уродов, сколько успею. Естественно, долго так продолжаться не могло –  чай, не в сказке живём. Пусть в народе меня любили, но власти открыли на «линчевателя» настоящую охоту. Потом случилось «дело Кукловода», где пришлось выбирать между сохранением тайны или жизнью девочки, и я без колебаний выбрал второе.

И вот меня убили.

А вместо долгожданного воссоединения с семьёй я сейчас сижу в нафаршированном электроникой автомобиле и обсуждаю особенности моей будущей работы. И хорошо бы, задание было серьёзным, а так буду просто-напросто… Играть. В пьяном угаре такое не привидится.

Открывшееся будущее откровенно и беспощадно разочаровывало.

Взять тот же автомобиль. Да, красивый, стильный, корпус футуристический – сразу и не поймёшь, что это «Мерседес», но, кроме электромотора под капотом, отличий не так уж и много. По воздуху, естественно, он не летал. А дороги, кстати, как были раздолбанными, отъедь чуть от центра, так и остались. Заметно прибавилось высоток, а вот пешеходов – наоборот. Безлюдно как-то, хотя на каждом свободном клочке асфальта стоит машина.

Самой главной особенностью новой эпохи стало, пожалуй, обилие голограмм. Они виднелись повсюду, куда ни посмотри. И если внизу, на обочине, они в основном носили информационный характер, то чуть выше шли сплошь рекламные. Чистая визуальная вакханалия.

Из высоток выглядывали модно одетые гигантские девушки, мелькали разные бренды –  как знакомые, так и нет, да так часто, что порой полностью закрывали небо. Разве что тени от них не имелось. Этим они и отличались от реальных объектов.

Над нами как раз величественно проплывала огромная бутылка «Колы», с которой неожиданно слетела пробка размером с «Мерседес» Георгия. Красно-чёрная ёмкость накренилась, и с небес на нас ринулся тёмный пузырящийся поток. Выглядело это столь натурально, что я невольно вздрогнул, но фантомная жидкость, не достигнув какой-то пары метров до земли, бесследно исчезла.

Что ж, разумно, а то так и аварию недолго спровоцировать. Или инфаркт.

Большинство водителей, как я понял, предпочитало довериться автопилоту и ехать, как в личном такси, но хватало и тех, кто до сих пор пользовался рулём и педалями. У кого модель откровенно устаревшая, а кто просто любил агрессивную езду. Мы же сюда будто на диване мягком приехали. Но не без ностальгического укола в сердце я проводил взглядом протарахтевшую мимо старенькую «десятку», обильно чадившую выхлопной трубой.

Георгия же детище нашего родного автопрома заставило только скривиться:

– Да когда же их всех с дорог уберут… Утилизация же есть!

– Меня тоже, по идее, нужно списывать, – напомнил я.

– Нет, Клим, у тебя теперь новая жизнь. Надеюсь, старые привычки ты оставишь в прошлом.

– Я ж психопат.

– Поверь, когда окунёшься в игру, почувствуешь себя нормальным.

– Вот этого я и боюсь…

У Георгия едва слышно завибрировали безумно дорогие, даже на первый взгляд, часы.

– Всё, тебе пора. Вся информация хранится у тебя на жёстком диске. Ознакомься сегодня, потому что завтра, с первым твоим заходом в игру, она удалится навсегда. В будущем внимательно обдумывай каждый свой поисковый запрос. И… Ладно, жди меня не через неделю, а послезавтра. Обсудим планы на будущее.

– Да кстати… – Я осмотрел внутреннюю поверхность двери, но ручки так и не обнаружил. – Что за игра-то? Надеюсь, не принцесс из лап драконов спасать?

– Космос, – лаконично отозвался Георгий, выпуская меня наружу. – Сейчас это самый популярный жанр.

– Зашибись! Всю жизнь мечтал туда слетать!

– Не ты один…

Мой куратор терпеливо дождался, пока я выкарабкаюсь наружу, и, шурша колёсами, плавно вырулил с парковки на дорогу.

Мне же осталось лишь выдвинуть современные медицинские костыли из креплений на предплечьях и поковылять к своему новому жилищу. Благо, покидать его в ближайшее время не требовалось: Георгий объяснил, как заказывать доставку прямо на дом. Оказалось, это довольно популярная нынче услуга, самостоятельно мало кто готовит.

Итак, по порядку. Первым делом нужно тщательно ознакомиться с досье бедолаги-морпеха, раз уж невольно забрал его личность. Может, у него дела какие незавершённые, будет мне потом при встрече претензии высказывать. Затем – краткий курс истории, чего я там такого пропустил за четверть века. И, наконец, регистрация в игре. Затягивать с этим не надо – Георгий ясно дал понять, что чем раньше я окажусь в капсуле, тем быстрей запустится процесс лечения.

Конечно, с одной стороны, здорово придумали – отвлекать игрой тяжело больного человека, а вот с другой… Сидеть там сутками вполне здоровым людям –  это ли не клиника? Покорять виртуальный космос вместо настоящего…

Замерев на пороге перед гостеприимно распахнувшимися створками, считавшими информацию с моего чипа, я поднял лицо к небу и негромко произнёс:

– Прости нас, Юра, мы действительно всё прос…ли…

Будто в ответ, темнеющий небосклон пересекла яркая искорка метеора. Уж чего-чего, а я её запросто отличил от успевших надоесть иллюзий.

Глава 3

Только перед самым погружением в виртуальность я вспомнил, что забыл самое главное – посмотреть, во что же, собственно, мне предстоит играть. Ну да, меня ждала виртуальная реальность, судя по описанию – неотличимая от реала. Ага, как же!

Просто за всем этим занимательным чтением и просмотром видеороликов мозги грозили натурально вскипеть. Тут не до игр было. На ознакомление с жизненно необходимой информацией мне отводились целая ночь и почти всё утро, так что даже сон был отодвинут далеко на «потом». Естественно, этого времени не хватило.

Чувствовал себя я, как девочка Лилу в «Пятом элементе», на голову которой разом свалилась вся непростая история человечества. Столько событий, столько имён… И пусть я прошёлся по самым верхам, количество новых фактов не поддавалось осмыслению. Сам виноват: не оценил колоссальный размер задания, вот и вынужден был заходить в виртуальность, не имея ни малейшего понятия о том, что мне там вообще предстоит. Так что, кроме немного странного названия для космического симулятора – «Новые горизонты», о самой игре я ничего не разузнал. Единственное, на что я мог чётко ориентироваться, так это время отбывания «трудовой повинности». Для восстановления повреждённой нервной системы требовалось проводить в капсуле не менее шести-восьми часов в сутки – чокнуться можно! Но на этом Роберт Эдуардович настаивал особо, так что на сон перед встречей с куратором оставалось совсем немного.

Да, об изобретении самих капсул тоже довелось читать –  куда же без этого? Строились они на базе квантовых компьютеров, которые связывались друг с другом квантовой же сетью. Странно, но её бесперебойную работу обеспечивали всего пара десятков спутников и огромное количество ретрансляторов по всему миру. Больше же ничего в ближнем космосе не летало. Ни станций, ни телескопов, ни прочих аппаратов. Сразу напрашивался вопрос: отчего так?

Ответ оказался простым и горьким: нынешняя орбита Земли была настолько забита мусором, что держать там людей и технику стало неоправданным риском. Началось всё с того, что рядом пронеслась какая-то шальная комета –  пусть и мимо Земли, но в опасной близости. Наша планета разминулась с незваной космической гостьей, но, к сожалению, зацепила её пышный хвост, который та насобирала по всей Галактике. Большинство камней и льда бесследно сгорели в атмосфере, но какая-то часть успела осесть на орбите и разнесла в фарш большинство из того, что там на тот момент вращалось. Пошла цепная реакция: чем больше разрушалось объектов, тем больше прибавлялось опасных осколков. Хорошо, хоть космонавты почти все успели эвакуироваться.

Теперь в любой момент в аппарат могло что-нибудь врезаться на сумасшедшей скорости, поэтому жизнь даже обычных мелких спутников не превышала месяца. И это с постоянной корректировкой траектории движения.

Были свёрнуты все космические программы, расформированы центры по подготовке космонавтов. Я читал и не верил своим глазам! Естественно, большая часть мусора рано или поздно должна была упасть вниз и сгореть, но на естественную очистку околоземного пространства до приемлемых величин должно уйти не меньше тридцати лет. И вместо того чтобы решать проблему сообща, пытаясь ускорить процесс, государства вовсю осваивали новые технологии передачи данных через квантовые ретрансляторы.

Ой, что-то человечество не туда свернуло…

Похоже, с воцарением виртуальной реальности всем стало глубоко до фонаря, что творится с нашей планетой. Зачем грезить несбыточной мечтой стать космонавтом, если можешь уже сразу после запуска игры надеть скафандр без всяких там медкомиссий и прочего? О волшебниках и эльфах  вообще упоминать не стоит. Виртуальная реальность неотвратимо вытесняла обыденность, а без голограмм люди уже не представляли свою жизнь. Они реально были уже везде –  от придорожных забегаловок до кабинетов высоких начальников. Только церковь заняла агрессивную позицию.

Даже в моей не самой продвинутой квартирке имелась куча всяких гаджетов – чего стоил один только компьютер, который  и компьютером-то уже и не назовёшь. Ни тебе системного блока, ни экрана как такового. Любое изображение просто висело в воздухе и масштабировалось, как тебе вздумается.

Я взглянул на голографические часы, которые неумолимо отмеряли оставшееся у меня время, выругался и принялся неуклюже раздеваться, досматривая очередной информационный ролик. В тягучий коллоидный гель вирткапсулы предписывалось нырять голышом, но хотя бы  никакие штекеры в затылок при этом не втыкались, как в той же «Матрице». Похоже, вся жидкость и являлась одним сплошным передатчиком нервных импульсов.

Специально для инвалидов в наборе имелась миниатюрная погрузочная платформа, которой пришлось воспользовался, скрипя зубами. Достала уже собственная беспомощность, но деваться некуда. Ещё радоваться надо: останься компьютерная периферия такой же, как четверть века назад, сидеть мне до сих пор над второй страницей текста, а так любая информация выводилась прямо перед глазами по первому же зову. Ужас как удобно!

Платформа плавно опустила меня на дно хрустального гроба, который тут же начал подкачивать уровень тёплого геля, стоило только крышке встать в пазы. Стоп, а дышать я чем здесь должен?!

Но практически сразу же лица коснулась прохладная маска, вроде кислородной, намертво пристав к коже. Я сделал осторожный вздох. Вроде, нормально, пусть воздух и оказался с кисловатым привкусом. Гель, между тем, достиг глазных впадин, и веки пришлось закрывать. Какое-то время я лежал одиноким маринованным огурцом в банке, пока уши непонятно как расслышали приятный женский голос:

– Производится калибровка оборудования. Просим вас подождать.

«Да куда ж я денусь-то с подводной лодки!» – хотел было ответить, да не успел.

Внезапно крышка агрегата снова пришла в движение, да не одна, а вместе с одной из стенок. Жидкость, получившая свободу, ринулась наружу, унеся меня с собой, словно смытую в унитаз аквариумную рыбку. Я нелепо взмахнул руками, пытаясь хоть за что-то зацепиться, но внутренняя поверхность была гладкая, как яичная скорлупа. Меня вынесло и немного поволокло по гладкому полу, пока жидкость не выдохлась и не растеклась по помещению окончательно.

Откашливаясь и протирая глаза, в которых отчётливо щипало, я попытался на ощупь прикинуть, сильно ли затопил соседей снизу. Странно, но гель в колбе, вроде бы, был погуще, кончики пальцев ощущали практически обычную воду. Да и поверхность пола слишком уж гладкая…

– Добро пожаловать на космическую станцию «Глория-14»!

Всё тот же мелодичный женский голос, но почти без интонаций –  таким только новые тампоны рекламировать. Чертыхнувшись, я окончательно проморгался и увидел, что нахожусь вовсе не в своей квартире, а в небольшом пустом помещении с металлическими стенами, начищенными до матового блеска. Ни пятнышка коррозии!

По привычке, выработанной в гостях у Георгия и его таинственной организации, я первым делом поискал глазами дверной проём. Он обнаружился за спиной, закрытый массивной створкой с крохотным смотровым окошком. Уже лучше.

Плохо было то, что кроме меня и пустой капсулы не было никого. Последняя несколько видоизменилась, походя теперь больше на стеклянное веретено, но мне сейчас было не до этого.  Опять голоса в голове? Мы это уже проходили, спасибо, мне не понравилось.

– Вас приветствует бортовая система обслуживания. Пожалуйста, идентифицируйтесь.

Я проигнорировал просьбу, изо всех сил ущипнув себя. Вроде, больно, но положенного покраснения не наблюдалось, и вряд ли стоило ждать появления синяка. Одновременно с этим я отметил, что на теле из одежды вообще ничего, но главное – конечности снова слушались, как родные! Только сейчас я понял, как мне осточертело чувствовать себя Франкенштейном, сшитым из кусков разной плоти.

– Пожалуйста, идентифицируйтесь.

Упорству бесплотного голоса оставалось только позавидовать. Что она там про себя говорила – бортовая система какой-то там станции? Значит, я действительно в игре. Обалдеть!

– Кирилл Демченко, – представился я, поднимаясь с мокрой лужи, в которой сидел, на ноги.

– Данный никнейм занят. Напоминаю: вы можете использовать название вашей глобальной учётной записи либо придумать собственный уникальный никнейм.

Понятно, глобальная – это для всех игр разом. Что-то такое я краем глаза зацепил, когда просматривал файл о сетевой глобализации. Надеюсь, эта компьютерная болванка в курсе моих данных.

– Напомни, какая у меня учётная запись?

– Демчонок-два-ноль-ноль-три.

– И я могу взять такое имя?!

– Да. Но вынуждена предупредить, что отменить это решение будет нельзя. Смена никнейма неизбежно приведёт к потере всего достигнутого вами прогресса.

– Да уж…

– Могу предложить вам воспользоваться генератором имён. Просто задайте параметры.

Я задумался. То ли случайно, то ли в шутку, но для меня подобрали личность с теми же инициалами, к которым я привык. Если выберу привычную последовательность букв, никто и не заподозрит ничего.

– Ка-Дэ!

– Извините, никнейм должен состоять не менее чем из пяти букв.

– Да твою же…

Я растёр виски. Что вообще творится? Вместо того чтобы вовсю осваивать новое поле деятельности, я тут на пороге застрял! Надо срочно придумать что-то игровое, не вызывающее вопросов, и двигаться дальше.

– Блин, не знаю! Киллдрагон? Кулдаун?

– Данные никнеймы заняты.

А на что я, собственно надеялся? Все мало-мальски игровые словосочетания давно уже выбраны. Интересно было другое: два последних варианта зажглись перед глазами в объёмной проекции. Причём написаны они были кириллицей, пусть и с красным ореолом вокруг букв. Чуть ниже вылезло контекстное меню и полупрозрачная клавиатура. В отличие от голограмм в реальности на прикосновения она отзывалась – пальцы вполне отчётливо ощущали сопротивление. Разве что привычных щелчков не слышно, а так печаталось без особых проблем.

Видимо, игра оценила мои умственные способности и решила максимально упростить мне выбор, сделав его более наглядным.

«Киллдрагон» я, подумав, всё же стёр. Красиво, но сеттинг не тот.

А вот с «Кулдауном» решил немного повозиться. Парочка знакомых игроманов, услыхав мой позывной «КД», принимала меня за своего, спутав его именно с этим термином. Как раз тогда стали появляться массовые онлайн-РПГ – тот же; весь мир будто с ума сошёл. Сам я практически не играл, не до того было. Детдом, затем армия…

Не появись на гражданке те самые знакомые-геймеры –  максимум, косынку бы освоил. А вот сейчас, пусть скупые знания, но пригодились.  Спасибо вам, ребята, успели приучить к хорошему!

Итак, «Кулдаун». Ни постановка пробела или тире, ни добавление лишней «л» эффекта не дали. Заглавные буквы вместо строчных тоже успеха не принесли. Не один я такой умный.

Пытаясь вернуть правильное количество «л», с непривычки ввёл буквы не в том порядке. Хотел было снова стереть, но неожиданно услышал:

– Никнейм принят. Пожалуйста, подтвердите свой выбор.

Вместо клавиатуры перед взором зажглись две прямоугольные кнопки – «Да» и «Нет», только руку протяни. Я перечитал получившуюся случайно словесную абракадабру, хмыкнул и нажал «Да».

– Добро пожаловать на станцию «Глория-14», Куладун! Идентификация успешно пройдена.

Злорадно расхохотавшись, я направился в гостеприимно распахнувшийся проём.

Глава 4

Следующее помещение напомнило декорации какого-то полузабытого фантастического фильма – пол устилала мозаика из крупных гексов, а одна из стен была просто до потолка завешана разномастным оружием в магнитных креплениях. Куча пистолетов-пулемётов, винтовок, даже парочка ручных пулемётов имелась в наличии. Естественно, модели были мне незнакомы, да и дизайн у большинства оказался очень уж футуристическим. По бокам от импровизированного стеллажа, будто почётный караул, торчала парочка безликих манекенов с пистолетами в руках – мужской и женский. Одеты они были в необычные облегающие оранжево-синие комбинезоны со встроенными простыми наколенниками и налокотниками. Почему-то от их внешнего  вида сразу же повеяло фантастикой восьмидесятых-девяностых. Будто в детство окунулся.

Я хотел было подойти и пощупать всё своими руками, но неожиданно натолкнулся на невидимую стену, напополам рассекавшую помещение. Единственное, чего удалось добиться, – это вызвать поясняющий текст, выскочивший в полупрозрачной рамке, стоило только задержать взгляд на одном из манекенов чуть дольше положенного.

Дроид, уровень 1.

И, как бы, всё. Понятно, что это не элемент архитектуры, и стоят они здесь не просто так, но пока их функция была мне непонятна. Особой угрозы от истуканов не исходило, так как оба состояли из самого обычного на вид пластика. Досадно лишь, что они-то одетые, а я до сих пор нет.

Тем временем бортовая система снова подала мелодичный, но безжизненный голос:

– Прошу вас определиться с внешним видом и выбрать себе специальность.

Я с трудом оторвался от разглядывания оружия через невидимый барьер и обнаружил, что часть противоположной стены представляла собой огромное зеркало во весь рост. В его отражении на меня уставился крепкий молодой человек с узким лицом и хищным носом, черноволосый и темноглазый, с высокими надбровными дугами. Внешность опасная, и вместе с тем – притягательная. Этакий современный Казанова. Девушки наверняка от такого сочетания приходили в дикий восторг.