Египетские мистерии — 3. Ключи Анубиса

ЧТО НЕ ЕСТЬ КЛАСС Б — ВАЖНОЕ ОТГРАНИЧЕНИЕ

И сразу нужно отгородить эту категорию от того, что часто в неё ошибочно записывают. Класс Б — это НЕ всё, что снаружи выглядит страшно или ненормально. У новичков типичный соблазн — увидеть в любом маньяке, в любом массовом убийце, в любом душевнобольном с агрессией Апопа. Это ошибка, и она приводит к плохой работе.

Большинство душевнобольных с агрессивным поведением — это НЕ Апоп-проводники. Это Сет через сломанный инструмент. Шизофреник с параноидным бредом, маниакальная фаза с агрессией, деменция с приступами, психотический эпизод под веществами — у этих людей Иб не съеден, у них сломан мозг как инструмент. Мотив есть, и он человеческий (страх, защита, ревность, отчаяние) — он просто проходит через неисправный аппарат и снаружи выглядит бредом. Когда такой человек выходит из эпизода (медикаменты, ремиссия), он часто в ужасе от содеянного, помнит, плачет, иногда сам себя убивает от того, что сделал. У Апоп-проводника такого ужаса нет — есть только потребность повторить. Это диагностический признак, и он работает.

Психопаты (антисоциальное расстройство личности) — тоже не Апоп. Их Иб работает, просто узко: эмпатия и угрызения совести ослаблены или отсутствуют. У них есть конкретные цели — деньги, власть, статус, доминирование, секс, контроль. Большинство психопатов вообще не убийцы; они топ-менеджеры с разрушительным стилем, политики, мошенники, абьюзеры в семье. Это Сет с поломанной частью эмпатии, не Апоп. Если психопат становится убийцей с конкретными целями (устранить конкурента, убить жену ради страховки) — это Сет с поломанной частью плюс убийство, не Апоп. В Апопа психопат может соскользнуть, но не сразу и не автоматически.

Серийные убийцы делятся на два подтипа, и это деление важно держать в голове. Те, у кого есть конкретный профиль жертв (определённый возраст, пол, профессия, социальная категория) и есть навязчивая страсть, направленная на этот тип, — это Сет в очень тёмной, патологически концентрированной форме. У них есть «лицо», с ними можно вести диалог; это подтверждается биографиями известных случаев — с Чикатило беседовали и получали ответы по существу, с Банди беседовали и он давал интервью на ясной голове, с многими другими тоже. Это не Апоп, это Сет одержимости. Те же, у кого профиль жертв размыт и главным стало уничтожение как самоценность процесса, без облегчения после, только с нарастающей потребностью повторить, с укорачивающимися интервалами между, — вот это уже Апоп- проводники. Граница между подтипами и есть та самая точка соскальзывания, о которой сейчас пойдёт речь.

Бытовые тираны, абьюзеры, домашние насильники — чистый Сет. Доминирование, контроль, страх, сорванная страсть, ревность, обесценивание. Никакого Апопа. Работа с этой категорией — это работа защиты жертв и противостояния носителю, не отгнание.

Массовые убийства в психотическом состоянии — обычно Сет через сломанный инструмент. Бредовая система мотивов, искажённая, но человеческая по структуре («они хотели меня убить, я опередил», «они посланцы дьявола, я должен их остановить» и тому подобное). Тонкий случай — когда сама душевная болезнь является симптомом атаки Хекет-Исфет или (очень редко) Апопа на ослабленный инструмент. Тогда снаружи это «психоз», а изнутри — открытая дверь. Различить трудно, и для новичка я этот случай оставляю как осторожное упоминание: бывает, но не записывайте сюда подряд всех душевнобольных. Большинство — медицина, не духовка.

Главное практическое правило в этой зоне: ЖРЕЦ НЕ ДИАГНОСТ. Он не работает с DSM-5 или МКБ-11, он работает с тонкими признаками. И самое важное — не путать медицинский диагноз с духовным статусом.

— Шизофреник в психозе — медицинский случай. Жрец рядом поддерживает близких, поддерживает самого больного как человека со сломанным инструментом, не лезет с формулами против Апопа в зону, которая ему не принадлежит.

— Психопат-абьюзер — социальный случай. Жрец помогает жертвам и их каналам, не пытается «изгнать беса» из абьюзера, потому что беса там нет, есть только сломанная эмпатия.

— Серийный убийца с конкретным профилем — это работа следствия и в духовном плане Сет одержимости. Жрец работает с убитыми и их близкими.

— Серийный убийца в стадии чистого Апоп-проводника, и массовый расстрел со случайной выборкой жертв и пустыми глазами медиатора, — только это зона работы по протоколу Апопа: не сближаться, не пытаться понять, работать с последствиями.

Если жрец это различение держит — он не превратится в искателя демонов в каждом пациенте психиатрии и не пропустит реального Апопа, прикинувшегося идеологическим активистом или психически больным. Различение делает работу точной.

ПЕРЕХОД МЕЖДУ КЛАССАМИ. СОСКАЛЬЗЫВАНИЕ

Это самое важное во всей картине, и я хочу, чтобы вы это запомнили на уровне инстинкта. Сет-практик не рождается Апоп-проводником. Но он может им стать. Это происходит постепенно, и это типичная траектория опытных тёмных.

Выглядит так:

— практик начинает с конкретных целей: убрать конкурента, заработать, установить контроль над клиенткой, наказать обидчика, сделать карьеру через тёмную помощь;

— по мере углубления исчезают границы между «своими» и «чужими»; сначала «убирает» только заказанных, потом — «заодно ещё одного, который мешает», потом — «всех, кто рядом и под раздачу»;

— в какой-то момент исчезает мотив; уже не «получить выгоду», а «разрушать, потому что это естественное состояние»;

— Иб разъедается, замещается контуром Апопа;

— снаружи практик может ещё долго выглядеть как раньше — может даже продолжать брать деньги, иметь клиентов, поддерживать имидж; но изнутри он уже Апоп-проводник, и его работа идёт уже не по целевой модели, а по уничтожительной.

Большая часть проявлений зла, которые в истории остались как «нечто запредельное», — это именно практики Класса А, соскользнувшие в Класс Б. Не «прирождённое чудовище», а профессионал тёмной стороны, переступивший точку невозврата.

Жрец, столкнувшийся с практиком на ранней стадии соскальзывания, теоретически может ещё встать преградой — иногда буквально предложив ему альтернативу: суд, признание, переход. Это очень опасная работа, и я её здесь подробно разбирать не буду. Главное — уметь различить стадию. Если у практика ещё есть конкретные цели и узнаваемая мотивация — Класс А, работа возможна по стандартной защитной модели. Если конкретики уже нет, остался только функционал уничтожения — Класс Б, работа только отгонная, без иллюзий.

ИТОГОВАЯ КАРТА

Чтобы у вас в голове сложилась цельная схема, дам её прямо в виде структуры:

МААТ (порядок)

│

│ ← жрецы Маат, в т.ч. жрец Анубиса

│

СЕТ (Хаос в составе Маат)

Запомните пропорцию: Класса А — много, Класса Б — мало, но Класс Б опаснее в разы, и именно из-за неумения различать на нём чаще всего гибнут жрецы.

И последнее, на что хочу обратить внимание. После смерти Хекет-Исфет тоже разделяются. Те, кто были Классом А (тёмные маги с конкретной мотивацией), часто перешагивают в Акхет и становятся Мутами-практиками — продолжают свою тёмную работу посмертно. Это та самая категория, которую я уже упоминал в типологии Мутов: Мут-хезер, ищущий работодателя, плотные шипящие, оппортунисты в местах концентрации смерти. С ними жрец работает обычными методами Анубисовой школы. Те же, кто были Классом Б (Апоп-проводники), как правило, в Акхете не задерживаются: их забирает Аммат на суде, или они уходят в более глубокие слои Дуата как пища Апопа. Если задержались — это уже не «Мут с тёмной практикой», это локальный канал Апопа в Акхете, и работа с ним не психопомпическая, а боевая отгонная. Это редко, но бывает.

МОЖНО — ДЕРЖАТЬ СВОЙ ПОРОГ, НЕ ЗАЧИЩАЯ ЧУЖОЙ

Жрец не отвечает за всю площадку. Он отвечает за порог, у которого стоит. Если попытается отвечать за всё — провалит то, за что отвечает на самом деле.

Это очень анубианское правило, и оно работает буквально. Если у тела бабушки идёт работа, а соседи в подъезде орут, — вы держите комнату, а не подъезд. Если в чужом городе массовое захоронение, которое явно требует работы, а у вас сейчас нет на это сил или полномочий, — вы делаете то, что можете на своём пороге, и не тащите на себя то, что не унесёте.

Сразу важная оговорка, чтобы это правило не превратилось в запрет на масштаб. Объём работы, который жрец может взять, определяется не «должностью» и не книгой, а его собственной силой. У одного хватит сил только на одну комнату — и это его правильный порог. У другого хватит на подъезд. У третьего — на весь некрополь, на весь район, на весь город. У некоторых, как показывает история и собственная практика крупных служителей, — и больше. Это не от наглости, это от наработанного канала и накопленной Хеки. Анубис не запрещает масштаб — он запрещает геройство, то есть работу за пределами своих реальных возможностей. Если ты можешь взять весь некрополь и берёшь его по уму, спокойно, на своих ногах — ты в Маат. Если ты не можешь, но берёшь, потому что «надо же кому-то» — ты вне Маат, и это рано или поздно тебя сложит.

Поэтому правило точное звучит не «не бери много», а «бери ровно столько, сколько реально удержишь». Самооценка должна быть честной в обе стороны: и не преуменьшать свои силы из ложной скромности, и не преувеличивать из страха выглядеть слабым. Анубис жречество строит так, чтобы не было героев и не было трусов. С обоими он разбирается отдельно.

МОЖНО — ВЫХОДИТЬ ЧЕРЕЗ НЕОЧЕВИДНЫЕ ВЫХОДЫ

Когда обычные двери блокированы, жрец пользуется тем, что обычно не считается «выходом». Окно вместо двери. Сон вместо разговора. Молчание вместо объявления. Уход вместо ответа. Это работа Сиа — видеть второй маршрут, когда первый забит.

К Мутам это относится напрямую: если контакт «в лоб» не идёт (старый Мут, например, плохо слышит обычное обращение), у жреца есть право зайти иначе — через имя, через предмет, который Муту принадлежал, через сон, через место. Об этом — в Части 4.

МОЖНО — ПРИНИМАТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ СОБСТВЕННОЙ СМЕРТИ · КАК УСЛОВИЕ ПРОХОДА

Это самое тонкое. И я понимаю, что для читателя оно прозвучит жёстко. Но без этого пункта работа не складывается, поэтому сообщаю.

Парадокс Книги Мёртвых: тот, кто отказывается умирать, умирает; тот, кто принимает смерть, проходит её. Это базовый закон Дуата. Жрец Анубиса работает с этим законом постоянно. Он готов к собственной смерти в каждый момент — и именно поэтому она его не берёт раньше срока. Это не бравада, это техника. Без этой готовности вы не сможете спокойно входить в зоны, где сидят Муты, и тем более

— в Некрополь, который мы будем разбирать в Части 2.

Готовность — не значит «хочется». Готовность — значит «не упираюсь, если придёт время». Этого достаточно. Анубис различает.

(некрополь, переход) и со своими служителями (через канал жречества). К человеку, у которого нет канала к нему — то есть к большинству людей вообще, — Анубис нейтрален: не прикрывает, не атакует, не наказывает, не учит. Никак. Жизнь такого человека идёт либо по другим Принципам, либо вообще без явно выраженного Принципа. Подключается Анубис к нему только в момент его собственной смерти — и то как технический функционер, вводящий в Зал. К его живой жизни Анубису дела нет.

Это значит, что у «выпадения из рамки» есть, на самом деле, два разных сценария.

Первый — был жрецом и выпал. Канал когда-то был, условия защиты потеряны. Вот для этого случая и работают три узких исключения, о которых сейчас пойдёт речь.

Второй — никогда жрецом не был. Канала не было и нет. Тогда говорить о «прикрытии» или «непрокрытии» вообще бессмысленно: Анубис в его жизни просто не присутствует. Это статус большинства людей на земле, и в нём нет ничего страшного — это нормальная человеческая жизнь, просто без жреческого канала.

Полезно держать это в голове, чтобы не носить в себе скрытое ожидание «если я к Анубису обращусь, он меня защитит». Не защитит. Защита идёт через канал, и канал нарабатывается, а не случается по запросу. Без канала обращение — это запрос на формирование канала, а не вызов скорой помощи. Принцип может ответить, может не ответить, может ответить через годы; это его дело и зависит от того, кто обращается, как и зачем.

Теперь — три узких случая, в которых Анубис всё-таки удерживает уже бывшего жреца. Это полезно различать, чтобы не путать их с «общим прикрытием своих».

ПЕРВЫЙ — ПОПРАВКА ПО НЕВЕДЕНИЮ. Жрец нарушил, не понимая, что нарушает: попал в ситуацию, где правила формально сломаны, но не злонамеренно. Анубис может вмешаться один раз, чтобы поправить и дать понять. Это не «прикрытие как своего», это обучающее движение. Второй раз по той же ошибке поправки уже не будет.

ВТОРОЙ — ПЕРЕДАЧА ПО АДРЕСУ. Жрец выпадает не «в никуда», а в сторону другого Принципа (начал по-настоящему работать с Тотом, с Осирисом, с собственной самостоятельной линией). Анубис может его упорядоченно отдать туда, куда человек реально идёт. Это административная операция, не защита.

ТРЕТИЙ — ВОЗВРАЩЕНИЕ. Жрец сам осознал, что выпал, и хочет вернуться. Анубис может прикрыть обратный путь, потому что движение человека совпадает с восстановлением рамки.

Во всех остальных случаях — выпал и канал не держит. Это и есть смысл самой рамки. Рамка — условие защиты. Внутри неё работает канал, снаружи — нет.

Я ещё вернусь к этим правилам отдельно в Части 4, когда буду разбирать практический контур — там по каждому «можно» будет пошаговая техника, а по «нельзя» будет разбор типичных ошибок и способов их избежать. Сейчас достаточно того, что вы их знаете на входе.

Теперь — собственно про Мутов.

КОРОТКО — ЧТО ЭТО ВООБЩЕ ТАКОЕ

Слово «мут» (mwt) в древнеегипетском языке буквально означает «мёртвый». Но не в нашем нейтральном смысле — «человек, у которого остановилось сердце». В египетском «мут» — это конкретная категория. Это человек, который умер, но переход не завершил. Что-то застряло, что-то перепуталось, что-то осталось здесь, когда должно было уйти дальше.

Не привидение. Не призрак. Не «душа, которая тоскует». Это всё эзотерический ширпотреб, не имеющий отношения к делу. Мут — это техническое состояние комплекса: человек, у которого процесс смерти не закончился. Машина, у которой двигатель заглох на середине пути, а водитель продолжает сидеть за рулём, не понимая, что приехали.

Главное, что нужно понять с самого начала: Мут — это не часть человека. Это весь человек. В нём по-прежнему есть всё, что было при жизни, — только в спутанном, незавершённом виде. Воля, привычки, страхи, желания, обиды. Иногда — память до последнего слова. Иногда — почти ничего, только паттерн поведения, который повторяется и повторяется.

Если у вас в голове картинка из фильма ужасов — со светящимися глазами и чёрным дымом, — забудьте её. Это не имеет отношения к тому, с чем вы будете работать. Реальный Мут — это, например, бабушка, которая умерла на прошлой неделе и до сих пор не понимает, что её квартира больше не её. Или мужик, который умер пьяным на улице, и его остатки до сих пор сидят в том углу, где он сидел последний раз, и пытаются что-нибудь себе налить из ничего.

Не страшно. Грустно. И всегда — конкретно.

ЗАЧЕМ ВАМ ВООБЩЕ ПРО ЭТО ЗНАТЬ

Я понимаю, что у нормального читателя сейчас возникает вопрос: «Я ведь не патологоанатом и не сотрудник ритуального бюро. Я обычный человек. Зачем мне разбираться в категориях мёртвых?»

Объясню.

Если вы открыли эту книгу и дочитали до второй части, вы — не обычный читатель. С обычными у Анубиса разговор короткий, и эта книжка к ним не приходит. Вы либо жрец, либо неинициированный, либо готовящийся стать одним из двух. Это уже само по себе означает, что ваш канал к этой стороне реальности — открытый. И значит, Муты будут к вам приходить просто потому, что вы видны.

В обычном человеке Мут не видит партнёра. Стенка и стенка. У большинства людей канал плотно закрыт, и они идут по жизни, не замечая, что вокруг происходит. Это нормально, так и задумано: большинству людей не нужно ничего знать обо всём этом, и Анубис их не трогает.

В вас Мут видит дверь. Иногда — приоткрытую. Иногда — распахнутую настежь. И он подойдёт. Не потому, что злой — а потому, что застрял, и вы для него выглядите как единственный шанс, что его кто-то наконец-то заметит и поможет.

Я повторю это ещё раз, потому что важно: Мут не приходит, чтобы вам навредить. Большинство Мутов вообще не способны на осознанное действие — они идут на свет, как мотыльки. Вред они причиняют побочно, не специально. Так же, как голодная собака не «специально» на вас прыгает, она просто хочет есть, а вы стоите рядом с сосиской.

Но это «побочно» имеет вес. После долгого фонового контакта с Мутом — даже не агрессивным, просто близкого по соседству — у человека начинают происходить вполне конкретные вещи. Плохой сон. Усталость без причины. Странные перепады настроения. Снижение иммунитета. Длинные депрессии. Обострение хронических болезней. У неинициированных, у которых канал открыт от рождения и непереключаем, — вообще сценарий «шаманской болезни», о котором я писал в Обращении.

Поэтому распознать Мута, понять, чего он хочет, и сделать с этим что-то правильное — это не тёмное искусство. Это бытовая гигиена для человека с открытым каналом. Как уметь обращаться с электричеством, если у вас в доме есть розетки.

ЧТО ПРОИСХОДИТ ПРИ ПРАВИЛЬНОЙ СМЕРТИ

Чтобы понять, что такое Мут, надо сначала понять, что должно происходить при смерти, когда всё идёт по правилам.

Египтяне разбирали человека на пять компонентов. Это не пять «тонких тел» в стиле эзотерических курсов — это пять разных функций, каждая со своей задачей, своим временем жизни и своим местом после смерти. Если хотите аналогию из понятного мне мира — это пять модулей одного программного комплекса, которые в норме работают вместе, а после остановки сервера должны корректно завершиться, каждый по своему сценарию.

Перечислю.

ХАТ — физическое тело. То, что вы видите в зеркале. После смерти — остаётся, разрушается. Если его сохранить (мумифицировать), оно продолжает служить якорем для следующих компонентов. Если не сохранить — рассыпается, но это не катастрофа, как мы увидим в Части 3.

КА — жизненная сила, или, точнее, индивидуальный двойник. Самое близкое к понятию «душа» в обывательском смысле, но не точно оно. Ка — то, что отличает живое тело от трупа. Пока Ка в теле — вы живы. Когда Ка отделяется — клиническая смерть. После смерти Ка не уходит сразу — он остаётся рядом с телом и поддерживается подношениями. Именно для Ка строились гробницы, именно его «кормили». Гробница в египетской логике — это «дом Ка», а не «могила покойного» в нашем смысле.

БА — то, что путешествует. Если Ка остаётся при теле, то Ба — выходит и идёт. Это активная, подвижная часть, изображавшаяся птицей с человеческой головой. Именно Ба идёт через Дуат, проходит двенадцать часов, доходит до Зала Двух Истин, выдерживает или не выдерживает взвешивание сердца. Ба — это вы как путешественник, способный к движению.

ИБ — сердце. Не как физический орган, а как хранитель всего, что вы делали при жизни. Иб — это ваша запись. Каждое действие, каждое решение, каждый выбор записан в Иб. Именно Иб взвешивается на Весах. Не «душа в целом», не «вы как личность» — а конкретный журнал ваших дел.

РЕН — имя. И это, пожалуй, самая недооцениваемая в современной эзотерике штука. Рен — это не «биркой как назвали». Это активный маркер вашей сущности, через который вас можно вызвать, опознать и поддержать. Пока живые произносят ваше имя — ваш Рен жив. Если имя уничтожено и забыто — Рен умирает, и человек не может пройти дальше. Поэтому уничтожение имени (т. н. damnatio memoriae) в египетской системе считалось страшнее физического убийства. Убийство — это смерть Хата. Уничтожение имени — это вторая, окончательная смерть, после которой не остаётся даже Ба.

ШУИТ — тень. Самый фоновый компонент. Тень — это след вашего существования в пространстве и времени. После смерти она угасает постепенно. С тенью отдельно работать почти не приходится, она обычно идёт вслед за остальными.

И есть ещё АХ — но это уже не компонент, а результат. Ах — это то, что получается, когда после смерти Ба возвращается к Ка, они интегрируются, проходят суд и становятся единым целым. Ах — это «сияющий», прославленный дух, обитатель полей Иару. Высшая форма посмертного существования. Цель всей конструкции.

Так вот: правильная смерть — это когда все пять компонентов завершают свой путь штатно. Хат остаётся (в идеале — сохранённый). Ка остаётся при теле, питается. Ба идёт через Дуат. Иб взвешивается. Рен поддерживается живыми. Тень спокойно угасает. Ба и Ка соединяются — рождается Ах.

Это не сказка. Это техническая схема. И она работает не потому, что в неё надо верить, — а потому, что это так устроено. Можно не знать, что у вас внутри пять компонентов, и они всё равно будут. Так же, как можно не знать про печень и поджелудочную, и они тоже будут.

А ТЕПЕРЬ — ЧТО ТАКОЕ МУТ

Мут — это когда штатное завершение не произошло.

Ба не пошло. Или пошло, но застряло. Или пошло, дошло, но было развёрнуто обратно. Или Ка не получило подношений и осталось голодным. Или Рен был забыт, и нечем стало отозваться. Или, в самом тяжёлом случае, всё это сразу.

Картинка примерно такая:

«Мут — это не противник. Мут — это пациент». Я запомнил. Когда подходишь к Муту с этой установкой, всё становится на свои места. Не «нечисть, которую надо изгнать», а человек, которому нужна помощь в завершении того, что не завершилось само.

Из этой установки следует и второе важное: к Муту нельзя относиться с агрессией. Не потому, что нельзя по этическим соображениям, — а потому, что не работает. Агрессия в адрес Мута усиливает его застревание. Помочь ему может только спокойное, точное, дисциплинированное действие, в котором нет ни страха, ни ярости, ни желания «победить». Это очень непривычная позиция для современного человека, и я её с трудом осваивал.