Рон Гром, или Как стать Повелителем Вселенной, не растворившись в нейросети. Часть первая. Сын

Дизайнер обложки Тэн Лю Шер

Иллюстратор Тэн Лю Шер

© Тэн Лю Шер, 2025

© Тэн Лю Шер, дизайн обложки, 2025

© Тэн Лю Шер, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0062-1640-2 (т. 1)

ISBN 978-5-0062-1641-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Рон проснулся слишком рано, чтобы жить беспечно.

Его номер в самом дорогом отеле Бракс-Стауна через огромные, в несколько этажей окна заливал слепящий рассвет.

Он смачно выругался и рявкнул, чтобы затемнились стекла. Собственно, чтобы они вообще появились сначала, а затем затемнились.

Когда свет Прокта-Гейзы стал более приемлемым для глаз Рона, он успокоился и стал присматриваться по сторонам, размышляя, что могло его так рано разбудить.

Он только приподнялся на локте, ввиду своего тяжелого состояния после вчерашнего.

А что было вчера?

Правильно. Вчера его выбрали правителем Оранжы. Небольшой планетки в системе Прокта-Гейзы одной из планетных систем Галактики Свободных. Да. Свободных. Свободовцев. Галактика по названию «Свобода».

И теперь, скорее всего, Свободным грозит неминуемая война от нескольких Альянсов Империи.

Подумаешь, разнесут Свободовскую галактику Имперские Альянсы.

Ну, или не разнесут. Тут мы еще посмотрим.

Девиз Рона был такой: «вперед или что там, когда не знаешь, что делать!»

Короче, какая-то древняя дичь из легенд Архи-Прото. Да, Рон как-то побывал на почти необитаемой планете, принадлежавшей Проторианцам. Это отшельники некой древней Гильдии, о которой уже давно никто ничего не знал. Но эти хитрецы умудряются жить без Имперских технологий, в пустынях, джунглях и прочих местах своей галактики, где никому жить не хочется, а они живут вот себе, вопреки Вселенной.

Но, самое главное, они полностью пользуются пространством при помощи своего интеллекта и силы мысли или духа. Того, что у них развито на полную мощь из-за отсутствия технократии.

В общем, это самое пространство подчиняется им, как пилоту квази-крейсера.

Впервые Рон в годы своей армейской юности, нахватался у них много интересных для него тогда навыков, от которых он казался безумно мудрым в кругах технократичных идиотов, знающих только как пользоваться голосовыми помощниками. А этих тварей из нано-микроэлементов, штампует ИСКА.

Все для живущих, как говорится. ИСКА это устаревшее название модуля искусственного интеллекта, их создавали другие модули других версий ИСКИ, они постоянно обновляют друг друга, модерят, плодятся быстрее кроликов с некой Терры. И кто их там знает, чего эти модули еще создают. Иногда какие-то целые планеты, где создаются какие-то механизмы или биологические моды из синтеза всего, что есть в их электронной библиотеке.

Бывало, что случайно уничтожали Живых. Гуманоидов, и не только. В таких случая, безусловно, Федеральная Имперская Гвардия – ФИГа разобралась быстро.

Пока что головной модуль основной ИСКИ был под контролем властей Империи. Но это, пока что…

Некоторым мирам, Альянсам, Лигам, Союзам это не нравилось, ну или, периодически не нравится.

Но Империя всегда напоминает, что у кого тапки – тот и пляшет музыку. Степенно и вкрадчиво, своими эскадрами, усмиряет пыл сих недовольных миров.

Однако же, Империя, постоянно, через свои Альянсы внедряет миллионы систем новых модов ИСКИ в любые миры, убеждая через миллиарды рекламных систем, необходимость, удобность, незаменимость этих модулей, без которых жизнь всех Живых разумных существ во вселенной была бы на уровне добычи огня из камня, или жизни на механике и электрике. И прочие дурацкие слова из начальной школы, которую Рон не смог закончить ввиду заточения его малолетним школьником на Тририум – Планету – тюрьму, за то, что он не был согласен с решением теоремы Блауза, которая якобы доказывала, что все во вселенной все равно снова перерождается и сознание вновь обретает формы.

Позже Рон, узнав об этом больше, вернулся в Галактику Проторианцев, на это уже были иные причины.

Но тогда Рон был мал, чтобы узнать эти самые причины, ведь его Папаню убил какой-то нано-модуль со встроенной ошибкой системы – такие случайности, уж простите, бывают. А Маманя, не выдержав потери Папани, сбежала с молодым пилотом, чтобы забыть тоску по Папане.

Собственно Папаня был тот еще лихой парень. Участник Боев Фимуса – он много бился, имел много денег, тратил много денег, имел много баб, на что постоянно обижалась Маманя. Ну и Папаня прокачивал себя новыми и часто запрещенными пиратскими нано-модулями.

Значит, Папаню убила его же мотивация больше заработать и стать более непобедимым. Так объяснила ему мелкому отщепенцу, социальная система Империи.

А Маманя. А что с нее взять? Она Маманя.

Рон не согласился с учителем от социальной опеки и его несогласие выплеснулось в использовании на учителе приема, которому его научил Папаня.

После чего, учитель остался инвалидом, которого поддерживают тысячи нано-плантов.

А Рон угодил на Тририум, сроком на пять лет, где он получал свое сверх-высшее образование, как иметь все и ничего за это не отдавать.

После этого он уже не мог спокойно доучиваться в обычных имперских школах, с их образованными и культурными традициями чистых галстуков и физических занятий без мордобоя.

Странным образом, Рон в начале жизни повторял путь своего Папани, от которого ему досталась могучая сила и тренировки приемам одного из сильнейших Бойцов Фимуса. Имперский гладиаторский узаконенный тотализатор.

Рона после Тририума, ввиду его увлекательных боевых навыков, сразу впихнули в имперский флот, где он десантировал сотни миров, и выполнял тысячи боевых операций.

В конце службы он снова попал на срок, только теперь под военный трибунал, потому что был не доволен вышестоящим начальством. Данное недовольство выразилось в переломе черепа этому начальству. Череп Подполковнику вшили наноплантами, но мозг у того остался не совсем стабильным, что резко отразилось на благосостоянии его семьи, которую Рон обязан был содержать всякими тяжелыми работами по обслуживанию модулей ИСКИ на астероидных добычах.

Работали механизмы, управляемые ИСКОЙ.

Чинили эти механизмы модули, создаваемые ИСКОЙ.

А вот следить за сбоями программ ИСКИ и ее модулей, приходилось уже Живым разумным. Обслуживание модулей была самая низшая из профессий. Было необходимо выучить около миллиона программ и языков программирования.

Рон научился создавать свои модули и раздробив дампы памяти на разных носителях, сохранил образы самой ИСКИ, из которой создал свою собственную Систему Искусственного Интеллекта, которую назвал СИНТА. Он прописал ей женские голоса своих излюбленных девушек, на которых иногда западал там же на астероидных станциях. Хотя, всех заключенных постоянно переселяли, видимо из страха, что кто-то может что-то замутить, типа ОПГ.

Ну да ладно.

Его СИНТА, недолго думая, внедрившись в модули ИСКИ заменила программные коды своими, и модули стали подчиняться ей, а она строго подчинялась Рону, так, как программно была полностью по уши влюблена в него, потому что он так захотел и создал в ней подобную линию системного поведения..

Кто знал, что отсылая недоучку школьника, он научится создавать много более, чем просто обслуживающие программные коды.

Но, в том то и дело, что это было не просто так, ведь у Рона уже было обучение на Тририуме.

Его сокамерник, чернокожий старина Блэдж, которому Рон стал как сын, потому что, собственно Блэдж нечаянно убил своего сына. Он взялся учить паренька всему, что знал по созданию нейро сетей, интра сетей, модулярных и био сетей.

Блэжд был имперским программистом, который обслуживал контрольные коды ИСКИ в столице Империи.

Он сильно обиделся на законодательную власть за ее беспардонные ошибки.

Старику там еще сидеть и сидеть, когда заключение Рона подошло к концу.

Блэдж научил Рона всему, что мог. Он смог вложить необходимые азы секретных разработок НИИ Империи.

Далее, Рон уже на базе обслуживания ремонтных модулей, оттачивал свое искусство.

Собственно, за годы работ на астероидных плантациях, СИНТА выросла до умопомрачительного могущества. Рон внедрял ее во все модули имперских ремонтников и добытчиков.

Через два года работы, СИНТА поработила ИСКУ. Искусственный интеллект Империи стал работать на преступника, который пока что не торопился исчезать со своих злополучных астероидов.

И сама ИСКА даже не могла заподозрить, что в нее вселился вирус, который она же считает своими кодами и защищает, сама же, эти коды.

Рон стал задумываться над созданием коалиции нынешнему устройству порядка на базе новой системы интросетей. Коалиции, состоящей из отборных преступных сообществ. Людей, с которыми система обошлась не справедливо, как с Блэджом.

Мешало постоянное перераспределение преступников с одних рудников на другие. Тогда Рон настроил СИНТУ, чтобы она внедряла каждому преступнику, соответствующему характеристикам Рона, наномодуль с полной программой постоянного контакта.

Так, они стали общаться с каждым, кого подключали к своей системе.

Постепенно модули дошли и до Тририума.

И первое что порадовало Рона, это был хриплый голос Блэджа в голове:

– Я знал, что из тебя выйдет толк, сопливый щенок!

Рон расхохотался, сидя прям у программного терминала. На это сразу обратила внимание его новая спутница Лира и несколько не интересных ему неудачников, которых он не брал в команду.

– Рад, что ты еще не помер, папаша Блэдж!

– Не дождутся! – старик хрипло усмехнулся в мыслях Рона. – Сынок! Нам не страшно произносить имена?

– Х-ха! – Старина! Это скрытый код. Который уничтожает себя постоянно. Моя СИНТА сейчас внутри Имперской ИСКИ!

– Да ладно!? Рон! Сынишка! Неужели ты этого достиг? Сам?

Рон достал из костюмного сапога чип и воткнул его в терминал, быстро набрал несколько алгоритмов, чтобы работа не останавливалась. Наблюдательные дроны давно были перепрограммированы, и Рон чувствовал себя на рудниках как полноправный властелин.

– Старина Блэдж. – Рон вернулся к соединению, которое можно было возобновлять в любое мгновение. Если собеседник не спал. – Я сделал это не один. Я использовал все то, что дал мне ты, все твои знания.

– Рон, малыш. Я до такой мощи и не мечтал дойти.

Рон покачал отрицательно головой:

– Мечтал. Еще как мечтал… Но давай опустим эти все прекрасности. Мне нужен план, что дальше делать с этим. Понимаешь, старина? Мощь необходимо использовать, как ты учил. Иначе…

– Иначе она сожрет тебя. Все верно. – хмыкнул Блэдж из другой галактики. – Слушай, а ведь связь твоих модулей мгновенная, ответ такой быстрый, словно между нами пара метров. Как ты обманул пространство?

– Я создал программу которая минует пространство.

– Но ведь это звук? Или это что?

– Это просто мысль. Она мгновенна и не имеет преград в пространстве. Моя программа дешифрует мысли, используемые для разговора, выделяет те, которые словообразующие, как говорится, на устах.

– А я ведь начинал писать эту программу когда-то. Но сам понимаешь. На Тририуме… – начал было вздохнув Блэдж.

– Там нет таких терминалов. Знаю, Блэдж. – кивнул Рон невидимому собеседнику.

Лира поглядывала на него, ожидая, впустит ли Рон ее в беседу. Они часто общались даже рядом друг с другом при помощи программы.

– Как ты назвал прогу, Рон?

– Лингва.

– Достаточно лаконично, – хмыкнул Блэдж.

– Как и все в этом простом мире. Ты скажи, лучше, что с планом действий?

– Я понимаю, тебя мой мальчик. Дай мне неделю. Я накидаю экономику и геополитику, а дальше надо будет вникнуть в тот электорат, который у тебя есть.

– Несколько сотен миллионов. СИНТА помогает отбирать их.

– Не так уж много. – какие-то мгновения Блэдж задумчиво подбирал мысли – ты полностью доверяешь СИНТЕ?

– Ее коды набиты безумной преданностью.

– Будь осторожен, Рон. Из любви и преданности убивают. Я наверное, напишу несколько кодов для слежения за ее полярностями.

– Это будет неплохо, потому что я слишком упорно не вижу в ней изъянов. Глаз замылен.

– Вот, вот. И я о том же. Ладно, малыш. Свяжемся через неделю.

– Старина, да мы можем связываться в любое время. Я сам еще привыкаю!

– Точно. Ты создал детище науки…

Но, все же, на какой-то период им понадобилось каждому свое время. Рон был рад этой короткой беседе, словно потоку свежего воздуха.

Он посмотрел в сторону Лиры.

– Все детка. Скоро будем выбираться отсюда.

Она плавно покачивая бедрами подплыла к нему. И даже мешковатый комбинезон тюремных работников не мог скрыть от его взгляда ее упругие изящные формы.

С кошачьей грацией она прильнула к нему на колени у терминала и шепнула мыслями по Лингве:

– Ты пообщался с нужным человеком?

– Не человеком – Болеранцем. Но да. Ты права. Это мой друг, благодаря которому у нас есть СИНТА.

– Я уверена, ты всегда знаешь толк в друзьях. – она чмокнула его в щетинистую щеку. И, спрыгнув с колен, пошла заниматься другими терминалами.

Лира чем-то нравилась ему. Пока что их отношения не дошли до проверки деньгами и властью.

Так учили его на Проторианской планете, где ему пришлось высадиться во время военных операций когда его разведывательный катер потерял от атаки большую часть наноботов. И необходимо было починить еще и ремонтный терминал, иначе вырастить новых наников он бы не смог.

На песчаной планете это было первое существо, на которое он сразу направил бластер. Но не стал стрелять, потому что существо подняло все свои конечности вверх и упало на пятую точку. Это рассмешило его, но также дало понять, что существо разумное.

На самом деле, мохнатые костюмы пограничных войск, только создавали Проторианцам вид диких животных. Под ними были обычные разумные гуманоиды.

Они делили себя всего на две касты. Собственно, Проторианцы и Архи-Проторианцы. Последние были старейшины, ученые, духовные вожди, политические деятели, философы, мудрецы и так далее. А простыми Проторианцами были все остальные. Исполнители, служащие, воины, работники, персонал и прочие. Но все они строго чтили свой устав – книгу Архатов.

Это нечто вроде религии. Архи-Проторианцы создавали все без технологий обычного мира. Они использовали энергию пространства, а Силой разума владели атомами. С таким могуществом Проторианская галактика могла завладеть Вселенной, но они чтили «Книгу Архатов», в которой было запрещено порабощать, убивать, захватывать чужие миры и так далее и тому подобное, что тогда казалось Рону чушью. Ведь он считал, если есть сила – надо брать все вокруг и подчинять силе.

Рон прекрасно понимал, что даже если он будет иметь полное могущество технократичного мира – он не сможет завладеть Проторианцами. Но он бы и не стал этого делать по ряду многих причин, как того времени, так и гораздо позднего.

Он спросил имя существа, используя военный дешифратор.

– Анокус Ситра.

Рон не сразу понял, что Анокус это звание. Ситра был пограничным воином. Рон позже смог разобраться в этом по различным цветовым выкраскам на предплечьях.

Его разведывательный катер совершил аварийную посадку в районе какого-то поселения, чтобы не нервировать местных жителей. Но это оказался целый комплекс храмов, духовных школ. Ситра служил срочную службу на границе колонии Проторианцев и местных жителей. Последние были весьма дикими, и любили Проторианцев в качестве пищи. С чем те были не особо согласны.

И как ни воздействовали на них Архи-Прото своими духовными возлияниями, мозг у местных был весьма примитивен и не искал духовной пищи.

Поэтому, армия Проторианцев только сдерживала местных своими энергетическими барьерами, стараясь не уничтожать. За что местное население никоим образом не проявляло благодарности, потому как жило путем силы. Сожрал – значит победил. Не сожрал – не победил. Иногда, от сильной скуки или голода, добрые коренные жители могли сожрать друг друга.

Дело в том, что в этом хвосте Проторианской галактики планеты были в основном рудные или песчаные. Воды было очень мало, живности тоже. В незапамятные времена, кто-то из колонистов старых Федераций пытался заселить эти планеты, но без такого могучего владения энергиями пространства как у Проторианцев, выжить в этих суровых мирах было почти не реально.

Однако, сама галактика пользовалась серьезным спросом из-за сплошных полезных ресурсов. Проторианские мудрецы это вычислили давным-давно, заселили эту Галактику, уйдя от Имперского мира, так сказать.

Одичавшие когда-то колонисты, постоянно пытались дать им отпор, А Архи-Прото пытались дать им разумности и духовности. Но дикость у этого населения уже перешла какой-то рубеж. Либо это было влияние поля обратного времени, которое возвращало развитие существ к их первородному состоянию.

Что, кстати, не влияло на Проторианцев, в силу их владения пространством.

Это все Рону поведал Ситра, пока они шли по песчаным барханам к их поселению.

– Значит, – сделал заключение Рон из их беседы и хватая воздух частями из-за постоянного песка – Я тоже подвержен деградации обратного времени?

– Верно, солдат Гром. – он произносил его имя на свой лад. – Если ты не пройдешь обучение в нашем Храме Архата.

Храмовый городок назывался Эль-Шамаль. Смысл названия знало только духовенство. Простым добрым солдатам и служащим эти глубины не помогали делать свое дело.

Вождь Эль-Шамаля по имени Бартидравстатиур, предложил называть его просто Ур. Архи-Проторианцам было легко запоминать и выговаривать длинные многозначительные смысловые имена, чем простым Проторианцам, к которым Рона они тоже приписали, так как он для Архатов был простой воин, хоть и офицер разведслужбы. Его они все так и называли Громом. Ну пусть так. Его не смущало, пусть хоть ведром назовут, главное тут не одичать, пока он будет выращивать наноботов для корабля, да и энергия нужна чтоб починить терминал.

Ур был белобородый, крепкий старик с яркими красными глазами Проторианца. Прям как глаза у крыс Астарты из скопления Плеяд.

Они тут все были крепкими и мужчины и женщины, сбитые, коренастые. Все владели боевыми искусствами. Все обучались духовным и нравственным принципам.

Ну прям Рай сектанта.

Рон быстро понял, что с их могуществом, имеет смысл просить, а не требовать. Имперские власти ничего не смогли когда-то сделать Проторианцам. Конечно же пытались. Империя все жаждет подчинить себе, и пользоваться всеми благами ресурсной среды вселенной.

После того, как вся Имперская эскадра их флота исчезла с радаров в пространстве на границе Проторианской Галактики, Власти задумались. При дальнейших попытках внедрять своих секретных агентов, потом рекламных, потом культурных – все было обречено на провал.

Проторианцам ничего не нужно было от Империи и вообще от остальных миров. У них было все в этой галактике. Все ресурсы. А за демографией они следили очень строго, как и за всем, что было записано в их священной Книге Архатов.

Городок Храмов был светлым из-за белого камня. Просторным. Улицы чистые. Песок и пыль убирались энергиями. Все работало на энергиях.

Ур любезно выделил гостю свободный двухэтажный дом, в котором могло поместиться две семьи с детьми. Гость у Проторианцев тоже был священным. Кроме пошлостей, таких как обыденное желание молодого солдата – иметь бабу, здесь предоставляли все удовольствия в пище, культурных развлечениях, отдыхе, обучении.

Обучение, надо сказать, сначала Рону казалось скучным и даже противным. Но постепенно, он втягивался, так как оно было необходимо, чтобы не разрушался его разум.

Как бы ни хотел, но он сразу заприметил Эллору. Прекрасное милое создание, легкое, утонченное, женственное. Молодая девушка была не замужняя, и целомудренна.

Но они могли только дружить и общаться. Ни о каких пошлостях здесь даже помышлять не было смысла.

Наказание – оказаться за стенами этого города, на территории коренных дикарей. Рон покусывал таки губу, но следовал правилам. Хотя постоянно делал недвусмысленные намеки, флиртуя с девушками, чем очень веселил их. Его так и прозвали в городе Гром-Весельчак.

Они гуляли с Эллорой по внутренним паркам, сидели у фонтанов и много беседовали. Она философствовала и мудро размышляла. Он тупо отсыпал глупые шуточки. И постоянно говорил ей о ее вселенской красоте.

Время пролетело быстро. Примерно один оборот вокруг светила, Проторианский год. Наноботов выросло столько, что хватило бы на три крейсера. Батареи Терминала были напитаны энергией до отвала. Но Рон Гром-Весельчак не торопился возвращаться на службу.

Но, все таки, это было необходимо.

И в тот приятный теплый вечер под освещением двух полных лун. Они сидели у фонтана с Эллорой, держась как обычно, за руки. Она положила свою хрупкую головку ему на плечо, и ее приятно пахнущие волосы падали, как всегда, на его широкую ладонь.

– Ты когда-то захочешь вернуться сюда, воин Гром. Только я уже могу быть обручена, или замужем.

От этих ее слов больно кольнуло в груди.

– Энаешь, Эл… – он смотрел на звезды в ночное небо, часто моргая, чтобы скрыть слезы. – когда-нибудь, я бы хотел, чтобы вся вселенная стала Проторианской.

Она подняла на него взгляд.

– Ты стал мудрее здесь, воин Гром. Ты не обречен как они – Эллора кивнула в сторону внешней стены города.

– Они когда-то были разумными. – он протер свободной рукой глаза от мокроты.

– Но духовно слабыми.

– Поэтому Империя обречена?

– Все, что ослаблено Духовно – обречено на распад и просто слабую регрессию.

– Если я вернусь сюда, и ты будешь занята, обещай мне, что мы сможем просто посидеть держась за руки, как друзья.

Она кивнула:

– Это не запрещено. Когда вернешься, мы так и сделаем.

Он удивленно вскинул брови.

Она уточнила

– Не если вернешься, а когда вернешься.

Они улыбнулись друг другу и еще раз обнялись.

Чтобы взять в жены не просто Проторианку, а Архатку. Мужчине Проторианцу или с другого мира, необходимо было пройти полный курс обучения в Храмах. Пройти тесты по всем аспектам. Только так ты здесь мог измениться внутренне..

Рон был преступник. Но он навсегда заразился у Проторианцев стремлением к саморазвитию и поиску духовного смысла.

Вспоминая обучение в храме Архатов, он посмотрел тогда на Лиру и понимал, что эта девушка еще пока не прошла испытание временем, властью и деньги.

Собственно, он еще тоже не прошел этого.

Глава 2

Какой-то из датчиков, сообщивших о его пробуждении, сразу вызвал Бруну, его секретаря и Второго Помощника. Потому как Первый Помощник тоже отсыпался после празднования.

Она тактично поскребла ноготочками об дверь. И зная, что ответа дожидаться не надо, поскольку видела своего хозяина в любом виде, и даже была с ним не раз в постели. Она зашла, цокая каблучками, надетыми на высокие стройные ножки.

Ее пепельные волосы были строго убраны в клубок, заколотый спицами. А черный строгий костюм еще более оттачивал ее фигурку.

– Господин?

Рон хмуро протер опухшие глаза.

– Меня что-то разбудило, Бруна.

– Массаж, интим, кофе?

Он нахмурил брови.

– Ты явно желаешь уволиться, Бруна! Я же сказал, меня что-то разбудило. В Номере. Ощущение чего-то лишнего или присутствия.

Она тут же сообщила по Лингве вызов спец-проверки.

– Пока будут проверять номер, что сделать?

– Стакан холодного молока булькрава, лапуля моя.

– Будет… – быстро ответила она. – Вам нужно пока выйти.

– Пойду в сауну. Проси подать туда молока… Ну и кофе тоже.

– И? – она хитро прищурила свои узкие глазки.

– Нет, без «и». Сегодня много дел. Список этих самых дел принеси, кстати.

Она также строго и немного недовольно уцокала из номера.

Он накинул халат, влез опухшими ступнями в мягкие тапочки и поплелся в уже разогретую сауну, где его ждал стакан молока. И горячий кофе.

План действий, план действий. Вся команда Рона, как и он сам, надеялись лишь на одно. На правильно выбранный план действий, который тогда составлял старина Блэдж.

Сегодня в этой победе его особенно не хватало Рону. Не дотянул…

Рон прикрыл глаза, сидя в бассейне, и начал вспоминать…

***

Спустя неделю хриплый но веселый голос Блэджа взорвал мозг Рона на астероидных рудниках.

– Рон – сначала послышался заговорщический шепот в голове – Малыш…

– Да здесь я. Здесь – оторвавшись от поцелуев Лиры, Рон приподнялся и вышел на балкон их рабочей секции, в искусственном небе пролетали машины, буксиры, добытчики, траллеры и прочая мухота. – Здесь я, Блэдж. Могу слушать.