Второе родильное отделение. Женский роман

Душа

Родителей не выбирают

У меня есть полная уверенность, что наши дети нас выбирают. Точнее души наших детей. Что у них есть выбор, может это не совсем выбор, а скорее иллюзия выбора.

Душа такая-то такая-то по заслугам прошлых жизней вам доступны эти и эти родители для перерождения, а эти нет, выбирайте. Выбор есть, но он не богат, все как в жизни, как я сказала своему сыну после окончания школы, ты можешь поступать куда угодно, но только на бюджет. И может и хотел бы он учиться не в колледже, а в университете, только по баллам на бюджет в универ он не прошёл, поэтому учится в колледже, зато сразу на второй курс зачислили, а не ленись он и учись получше в школе, глядишь и учился бы в универе. Мы получаем все по заслугам. Ну да я отвлеклась. Так вот, как я это вижу, среди нас летают такие невидимые души наших будущих детей и ищут себе родителей. Пока не найдёшь родителей – переродиться не получится. Если выбор не нравится, то летай дальше. Я так и вижу, как зелёненьким загораются возможности, эти и эти родители тебе доступны, а другие горят красным огоньком, хочешь стать сыном миллионера? А фиг тебе, не отработал карму, в этом перерождении можно только в рабочий класс вселиться, выбирай лучших из худших. И прямо вот в момент зачатия они и влетают в тело будущей матери, той, что приглянулась. И если душа влетела или может её всосало, если она слишком близко подлетела, я точно не знаю всего механизма, то ребенку быть, а нет, так трахайся хоть до скончания века, не будет тебе детишек, бог не дал, как говорят, а по мне так просто ни одна живая душа не захотела перерождаться у этих вот родителей. Поэтому я и против абортов. Хотя, это как посмотреть, возможно такая задача у той души, не родиться, стать ангелом еще до рождения. Один мой знакомый, когда ходил топить котят, всегда приговаривал, что он пошёл делать ангелов.

Мы с Сашей, видать, никудышные родители, нас не особо выбирали души детей. А выбрали они нас всего два раза, когда мы их удивили. Первый раз это было в лесу в палатке. Мы были в усмерть пьяные, особенно я, поэтому нам было пофиг, что рядом бухают друзья, что нас могут услышать. Мы тогда поехали на Кругобайкалку. Мальчики пошли за дровами на гору, а девочки решили выпить втихушку и упились моментально. Кто был на Кругобайкалке знает, дров там нет, туристов много, поэтому за дровами надо лезть далеко, это сейчас все ходят на газу, а тогда мы предпочитали олдовые дрова – классика! И вот мальчики ушли, а мы распили на троих бутылку бехтеревки. Вы не знаете, что такое смесь Бехтерева? Я, если честно, тоже. Это наверняка какая-то гадкая врачебная приблуда, для психов, ну, мне так кажется. Но в нашем случае я так называю напиток придуманный мною же. Я не люблю водку, честно, в 14 лет я начала пить, в 16 бросила. Но на природу ехать, да без бухла? Водку я не пью, пиво и вино – шибко много и тяжело, джин или текила – дорого. Поэтому я придумала коктейль, берётся бутылка Запеканки или Спотыкача, это такая сладкая настойка, у нас на Кедре делали, можно любую сладкую слабенькую настойку, но лучше на черносливе, это классика, и смешивается с водкой один к одному, чем слаще настойка, тем больше надо разбавлять водярой. В целом получается приятная смесь 30—35 градусов, пьется легко, не требует закусона и срубает на раз. И вот я ужралась за пять минут, мне казалось, что я трезвая, но когда пошла пописать, мне захотелось поблевать, потом поспать, и я упала тут же в кустах. Машка, моя собака, боксер, меня охраняла и не давала парням меня поднять, через часок, выспавшись и слегка протрезвев, как только клещей не нацепляла? Видать в крови моей было слишком много алкоголя, но ни один клещ меня не цапнул, а с Маши мы больше сорока клещей сняли, потом просто со счету сбились, я ушла в палатку. Там-то мы с Сашей и заделали Бернарда, но мы тогда так не думали, у нас просто была пьяная бесстыжая любовь, мы не предохранялись, кто же предохраняется по пьяни? Потом мы много раз пытались заделать ребёночка дома, на даче, во всяком случае я, я очень хотела девочку, но ничего не выходило, душам детей мы не нравились, особенно девичьим душам, один раз мы ещё раз сделали мальчика – это было в Питере на кухне и тоже по пьяни, то есть вот так не скучно и неординарно (или же наоборот ординарно, сдается мне, что большинство детей делается по пьяни). Поэтому я и считаю, что души сами выбирают. У нас не так много достоинств, мы бедные, никудышные родители, и души детей не хотят селиться в такой семье, но пару раз мы их удивили, один раз в палатке на Байкале, другой в Питере. Так что мой вам совет, делайте детей в интересных местах и не делайте абортов, если это душа вас выбрала родителем, это большая честь, не стоит этим пренебрегать.

Я не сразу поняла, что беременна. Летом поехали на Витязь той же компанией с ночевой, ну, и конечно, там мы опять выпивали. Я не смогла пить, это был первый признак, меня вырвало. Было так обидно, весь съеденный шашлык оказался в кустах. А вот Иринка напилась и пропала. Испуганный Павлик (он ещё не привык к этой её особенности и поэтому страшно разнервничался) бегал по лесу с фонариком и жалобно звал.

– Ира, Ира!

А вокруг темень непроглядная, мерзко пищат комары, глухо шумит река. У реки Пашуня и нашёл Иришу. Она лежала и отдыхала, и очень даже обиделась, когда Паблито с Сашей её подняли, поставили на ноженьки и отвели в палатку баинькать.

Все кругом пьяные и весёлые, только я одна трезвая как стёклышко и опять голодная.

Потом я не смогла курить и бросила – я уже стала что-то подозревать, да и месячные где-то запропастились.

Когда я поняла, что беременна, то очень обрадовалась. Мне было 24 года, и я очень хотела ребёнка, но меня смущал тот факт, что я не замужем, я ожидала скандал со стороны моих родственников, так и слышала мамин голос – В подоле принесла! Я сказала Саше, что если он хочет, то пусть на мне жениться, не хочет, до свиданья, я всё равно буду рожать. Саша не шибко хотел ребенка, но был порядочным человеком и согласился на свадьбу.

Первые три месяца по утрам меня регулярно тошнило. В июне мы отдыхали дикарями в Аршане. Тут наступает самое интересное, там меня перестаёт тошнить по утрам. Я, в общем-то, к этому уже привыкла, для меня это было также естественно, как чистка зубов. Проблевалась, почистила зубы, пошла завтракать. А в Аршане всё прошло, когда вернулись в город, тошнота вернулась.

Когда мы пришли в ЗАГС подавать заявление, выяснилось, что до декабря месяца всё занято. Меня это не устраивало – живот-то растёт, кому охота на свадьбе быть колобком? Но к нашему счастью нашлось-таки одно свободное время в пятницу тринадцатого октября. Лучше нельзя и придумать, во-первых не забудешь, во-вторых впереди выходные и можно гудеть три дня, в-третьих это ж Покров – великий православный праздник! Издавна на Покров гуляли свадьбы. А насчёт суеверий, так для меня нет лучше дня, чем пятница тринадцатого.

Я была примерной девочкой, поэтому довольно рано (как мне казалось) встала на учёт в женскую консультацию. Мой врач – бабулька, давно уж на пенсии, но в нашей стране на пенсию не прожить, вот она и вынуждена была работать.

Она тут же направила меня в больницу на сохранение, как я плакала. Моя мама узнала, что я беременна именно так, я пришла и сказала, что могу потерять ребёнка и поэтому ложусь в больницу. Какая я была тогда глупая и молодая. В больнице мне сказали, что у меня нет никакой угрозы, но раз меня направили, то я должна пролежать у них 10 дней. Просто мой доктор не хотела заморачиваться с анализами, вот и отослала меня в больничку, мол, там я всё сдам и приду к ней уже готовенькая. Благо в больнице мне разрешали уходить домой ночевать, ведь угрозы-то нет. Я должна была приезжать в больницу к восьми утра, а после обеда шла к маме и отъедалась, у мамы всегда всё вкуснее. Лёжа на сохранении, я насмотрелась разных ужасов – у других-то женщин угроза была. Одна женщина родила шестимесячную девочку, другой сделали аборт, ну и прочие страсти. Крику было, мама дорогая! Запомнился мне там один доктор, заведующая отделением, очень славная женщина. Она нам сказала одну очень умную вещь: «Девоньки! Вы думаете, что мы здесь можем что-то сделать? Нет, мы можем лишь чуть-чуть помочь вам сохранить ребёнка, но главное – это лежать и не нервничать. Мы держим вас здесь в больнице, потому что дома вы все будете скакать, стирать, таскать тяжести. А вообще-то никто ничего не может сделать, если вам Бог дал этого ребёнка, то вы его родите, если нет, то вы его потеряете. А для вас сейчас главное лежать и не нервничать». Вот так она нам сказала.

После больницы у меня была свадьба, выпал первый снег, а потом свадебное путешествие в Аршан. В Аршане было хорошо. Я читала, гуляла, Саша ходил в горы, они там близко, из окна видать. Я же смогла дойти только до первого водопада. Я каждый день ела там настоящий деревенский творог, пила парное молоко, лакомилась сметанкой, ах какая это была сметанка, пальчики оближешь. Вечерами мы ходили в кафе, называлось оно «Наран», что по-бурятски означает «солнышко». Там готовили очень вкусные бурятские позы, не менее вкусные чебуреки и пельмени. Чего-чего, а мяса там было много. Такая вот у меня была белковая диета.

Также существует практика ложных диагнозов. Чаще всего лаборанты, порой в сговоре с врачами, обнаруживают у молодых пациентов венерические заболевания, например – хламидиоз. Это заставляет здоровых людей тратить немалые деньги на лечение, а после – на повторную диагностику.

По возвращении я опять пошла в женскую консультацию. Мой врач набросилась на меня с вопросами и упрёками, где я пропала и почему я так сильно набрала вес, ведь я лежала в больнице, а она знает, как там кормят.

Вообще беременность, моя первая беременность, протекала на удивление легко, кроме тошноты в первом триместре не было никаких токсикозов. Только в последний месяц я чуточку отекла, самую малость. Больше всего меня напрягала именно женская консультация, а точнее эта выжившая из ума старушенция – мой врач. Она постоянно мучила меня бесконечными анализами, часть из них была платной, взвешиваниями, диетами и сиденьем в очередях.

Удивительное дело, вроде бы она принимала по записи, но сидеть в очереди приходилось всё равно часами. Вот я записалась на 8 утра, самая первая, и что же? Прихожу я в консультацию и целый час жду свою старушку, где-то в 9 она появляется, да не одна, а с блатными. В лучшем случае она принимает меня в половине десятого, в худшем в десять, а ведь у меня работа. Дальше – хуже. У меня обнаружилась одна инфекция, но, к чему скрывать, это был хламидиоз. Каково же было моё удивление. Но откуда же взялся хламидиоз? Либо это была ошибка, либо меня заразили им в консультации, либо он достался мне от матери. Самое интересное, что у Саши его не нашли. Но нам пришлось таки пройти довольно дорогой курс лечения, что в конец обанкротило наш семейный бюджет. Я и так-то довольно жадная, поэтому не удивительно, что я отказалась повторно сдавать анализ, да дело не только в деньгах, просто мне не хотелось вновь идти в эту ужасную лабораторию, лезть на кресло. Я решила, раз им нужен этот анализ, то пусть делают его бесплатно. Как же я ошибалась, нужен-то он был именно мне, но никто мне об этом не сказал. Ещё пришлось пройти полное обследование у всех специалистов. И тут меня тоже ждала неприятность. Кардиолог назначил мне эхоЭКГ, не бесплатно, разумеется. Там у меня обнаружили бычье сердце и напугали меня, что будут кесарить, опять слёзы, переживания. Но при этом сказали, что возможно это ошибка, поэтому ЭКГ необходимо повторить, но в другой лаборатории и, опять таки, за деньги. Я упёрлась, сказала, что денег нет. На самом деле никакая это не ошибка, у меня какой-то там клапан не работает как надо, это я потом вспомнила, что ещё в школе мне говорили, что левый желудочек шалит. Так вот, так как этот клапан не закрывается, как надо, кровь захлестывает назад, то сердцу приходится качать кровь в два раза больше, поэтому и само сердце стало большим, накачанным. Самое забавное, что при всех этих бесконечных анализах мне забыли сделать самый элементарный, группу крови я узнала только после родов, что у меня первая отрицательная, что мне очень повезло, многие лежат на сохранении все девять месяцев.

Киндер-сюрприз

На Новый год мне не пришлось придумывать себе новогодний костюм. Я была киндер-сюрприз: Малыш и Карлсон – два в одном. Для непонятливых объясняю, я была Карлсоном, а малыш сидит у меня внутри, а киндер-сюрприз, это потому как неизвестно кто там, мальчик или девочка – сюрприз, ну а киндер, это уж всем понятно, ребёнок. Я одела Сашину клетчатую рубашку и свои трикушки на подтяжках (единственные штаны, в которые я ещё влазила). Саша смастерил мне настоящий пропеллер используя моторчик от магнитофона и китайские часы-фонарик. На моторчик надевался пропеллер, всё это крепилось сзади к подтяжкам, а проводки вели к часам-фонарику, который я прикрепила спереди к штанишкам. Стоит только нажать кнопку и фонарик начинал светиться, а сзади тихо, но уверенно крутился пропеллер. Так что костюм у меня был очень даже ничего. Взлетать я, правда не взлетала, с моим-то весом в 105 кг (всем говорила, что нужно заправиться, банка варенья подойдёт), но эффект был поразительный, все подходили нажать на кнопку. Мой костюм был самый простой и оригинальный.

Ходить на работу было всё труднее. Наконец я получила декретные и рванула в Москву к своей подруге Юле подальше от всех этих стрессов. Я решила, раз это мои последние личные деньги, то я их потрачу на себя. Я безумно люблю путешествовать, соскучилась по любимой подружке, да и в ближайшие годы я буду принадлежать семье, какие путешествия с маленьким ребёнком. Денег мне хватило только на билет туда, на обратную дорогу дал денег Саша. Хочешь увидеть жену и ребёнка? Плати! И он заплатил. Маме я ничего не сказала, знали все, кроме мамы, она у меня человек властный и чувствительный – зачем портить настроение ей и себе. Слетала я замечательно, со мной была моя обменная карта, все документы, полис, так что если бы что и случилось, местные врачи бы мне помогли, чай не в тайгу еду, так я рассуждала. Но ничего не случилось. Я удачно прилетела.

Москва встретила меня тепло (t -5 0C), всюду слякоть, огни, суета. С Юлей мы договорились встретиться в метро, ведь я прилетела очень рано, в 7 часов утра. Я набрала с собой полный пакет конфет и фруктов, (в Москве же конфет нет – шутка) ведь было 2 января – Новый год, как никак. Пока я её ждала, то ходила по станции метро туда сюда, пакеты тяжёлые, и я их поставила у стенки, так милиционеры, бдительные милиционеры подошли ко мне и спросили, мои ли это вещи, они приняли меня за террористку, умора! Никогда не видела террористов на сносях.

По возвращении домой меня стали посещать нехорошие предчувствия. Я очень хотела рожать платно в роддоме в Радужном, но это было очень дорого, а свои декретные я уже промотала, да и не хватило бы их всё равно. Я просила матушку и Сашу, чтобы они дали мне денег на платные роды, мама тогда была директор, и денег у неё было дофига! Но они оказались слишком жадными и денег не дали (хотя я могла бы вместо поездки сама оплатить свои роды, хотя бы часть, так что винить особо некого). Мол, платить такие деньги за пять дней в роддоме, да за что? Мама рассказывала про своих многочисленных знакомых, неудачно родивших за деньги, одной ребёнка заразили стафилококком, другой гепатитом.

– За что платить? Рожаешь ты всё равно сама, за уважение, за отдельную палату с туалетом и ванной, за то, что к тебе могут приходить родственники? Ничего, перебьешься, полежишь недельку как и все, я родила вас двоих без всяких денег.

Таковы были доводы мамы, но на самом деле ей было просто жалко денег. Хотя возможно она и права. А потом я не родила в срок, и меня отправили ложиться в роддом, но когда я туда пришла, меня не взяли, сказали, что у них карантин – эпидемия гриппа, когда начнутся схватки – приходите.

Страх

Страх. Страх живёт в нашем будущем, а питается нашим прошлым. Это я сама придумала. В настоящем страха нет, в настоящем нет места страху, в нём есть только действие. В романе Робертсона Дэвиса «Пятый персонаж» главная героиня говорит пятому персонажу уходящему на войну, чтобы он, главное, ничего не боялся, в этом нет никакого смысла. И он пытался не бояться, но тем не менее боялся, и плевать ему было, есть в этом смысл или нет. Кастанеда в своих книгах тоже уделял страху особое внимание. Страх является первым врагом для воина на пути знания, хотя я, возможно, что-то и напутала.

Но страхи тоже бывают разные. Одно дело, когда мы точно знаем чего боимся и совсем другое – страх неизвестности. Это даже и не страх, так, любопытство. В своих страхах мы всегда руководствуемся предыдущим негативным опытом, своим или чужим. Например, я боюсь упасть с крыши, хотя с крыши никогда не падала, но опыт других людей, которые пробовали это сделать, меня убеждает, что это больно и даже смертельно. Или же я боюсь обжечься, тут-то как раз работает мой личный негативный опыт, я точно знаю что это больно. Я ужасно боюсь кататься на лыжах, точнее, скатываться с горы. Когда один раз порвёшь связки на ноге при неудачном падении, ты меня поймёшь. Машина меня как-то сбивала, ничего в этом страшного нет, я даже и не испугалась, больше напугался водитель сбивший десятилетнюю девочку. Сбили меня несильно, так пустяки, шишка на голове, да синяк на бедре, а вот лобовое стекло своей черепушкой я ему разбила. Я тогда больше всего боялась, что об этом узнает мама. И хотя мой личный опыт не был негативным, но я всё равно, переходя улицу, на всякий случай смотрю по сторонам, значит-таки боюсь.

Но иногда страх становится нашим врагом, это сковывающий, всепоглощающий страх. От такого страха цепенеешь, теряешь над собой контроль, способность адекватно воспринимать мир и принимать верные решения. Особенно опасен долгоиграющий, постоянный страх, врачи называют это фобией, например, клаустрофобия – страх закрытого пространства и т. д. Когда страха нет – тоже плохо, он помогает нам выжить в этом мире. Но он не должен мешать нам, страх должен быть союзником, а не врагом.

Когда я первый раз была беременна, то не очень-то боялась родов. Ну что в этом такого, все рожают, нормально. Конечно, маленько побаивалась, в основном боялась, что меня прокесарят (верно интуиция), а не родов как таковых. Но рожать я, честно говоря, не хотела. Моя беременность протекала на удивление легко, мне было хорошо, я гуляла, ходила в плавательный бассейн, самочувствие отличное, поэтому рожать как-то и не спешила. Просто не хотелось ничего менять в жизни: пелёнки, распашонки, кормления, ночные бдения. А так удобно: ходишь себе, куда захочешь, ребёночек в животе, пить-есть не просит, всё получает через кровь – красота. Единственное о чём я мечтала, это поспать на животе, я всегда засыпаю на животе, а тут такой облом, на спине не заснуть, на боку тяжело, на живот не ляжешь. И ещё, когда я хотела спать, мой малыш просыпался и начинал кувыркаться у меня в животе, те ещё ощущения. В тебе живёт независимый организм со своими привычками и причудами. А попробуй засни, когда у тебя в животе происходит такое. Но в целом быть беременной мне очень нравилось. Может быть поэтому я и переносила своего первенца на две недели, а может быть это просто особенности моего организма.

Приёмное отделение

Наш роддом находится в самом сердце города на улице Рентгена. Это старинное трёхэтажное здание с высокими потолками и въевшейся в стены самой разной инфекцией. Моя мать родила меня в нём, так что он мне дом родной. Я плохо помню что там и как было, видимо, от волнения. Я была уверена что рожаю, были такие схваткообразные боли в области поясницы, мама сказала, что это и есть схватки, пора ложиться и рожать. А вот мой врач из женской консультации о самом главном-то рассказать и забыла или не посчитала нужным вводить меня в курс дела, что такое схватки и как они выглядят. Пора так пора, я с радостью. Мою обменную карту тщательно изучили, спросили, почему я не пересдала анализы на хламидиоз и не сделала повторного ЭхоЭКГ? Нет денег – был мой ответ. У меня забрали одежду, и я вошла в дверь разделяющую мир. Мама осталась там. А я?

Я оказалась в тюрьме. И тут такое началось. Представьте себе юную девочку не знающую, что на хамство нужно отвечать хамством, не умеющую постоять за себя, хрупкую и растерянную, пугливую, как лань. Ну уж это я загнула, в тот момент я больше походила на слоника, с моим-то пузом. Но внутри меня жила лань, пугливая и нежная лань. Меня крутили и вертели, измеряли и взвешивали. Иди туда, сядь там, раздвинь ноги, а я голая! А кругом люди ходят! Я просто сгорала от стыда. Мне сделали клизму, позор, какой позор. Потом обрили тупой и холодной бритвой и отправили в душ. И всё это на виду у всех, конечно, никому не было до меня дела, но я тогда обладала повышенной стыдливостью, я ведь даже никогда не ходила писать с девчонками за компанию, настолько для меня всё это было интимным процессом. Ну почему мой врач меня не предупредила об этом, ведь всё это я могла сделать дома, почему мне ничего не сказала мама, ведь она-то рожала и обо всём знала? Спасибо медсестре Маше, холодной и красивой, как Снежная Королева. Она это делала со мной как-то отстраненно, явно машинально, думая о чём-то своём, огромное ей спасибо, я не так страдала, но всё равно мне хотелось провалиться сквозь землю, а лучше убежать домой. Мне казалось, что я очутилась в лагере для заключённых и меня скоро поведут в крематорий. Обращались со мной, как с вещью, никакого намёка на вежливость. Наконец-то я надела ночную рубашку, голый человек теряет всякую уверенность. Меня повели в смотровую.

С доктором мне крупно повезло. Это был милый молодой гинеколог, очень вежливый и добрый. Он подал мне руку и помог залезть на кресло, когда вешаешь 105 килограмм это не так-то легко. Он вытащил из меня что-то, я испугалась, но он меня успокоил, что достал пробку. Я тогда знать не знала что это, но мне всё это не понравилось. Сказал, что воды ещё не отошли, и ушёл. Мне по-прежнему никто ничего не объяснял. После меня положили в предродовую палату. Матрас на кровати просто пропитан кровью, точнее он в клеёнке, но под ней видно, что крови на нём пролилось много и разной, цвета матраса уже и не видать под старыми и новыми засохшими пятнами, стало как-то не по себе. Рядом лежала женщина и кричала, она была в родах, беседовать с ней было бесполезно, да и обстановка как-то не располагала к беседе. Из коридора доносились возмущённые мяукающие крики младенцев. А у меня ничего. Я лежала и наблюдала, пришла медсестра Маша и понацепляла на меня каких-то проводочков, включила булькающий и пищащий аппарат и ушла. А у меня по-прежнему ничего. Ничего не болит, всё прошло.

Часа через четыре меня отправили на третий этаж в «Патологию». Мне объяснили, что я ещё не в родах, а те боли, что я приняла за схватки, вовсе не схватки, а всего лишь предвестники. Но так как я уже перехаживаю две недели, то меня отправляют не домой, а в «Патологию», я вообще уже давно должна была там лежать. Там меня будут наблюдать и стимулировать.

Патология