Хороший актёр. Я сильнее

Верный звоночек

Вечером того же дня Орлы выступали в клубе. Эшли исполняла уже больше песен. Она всё так же волновалась, но рядом с ней была Одри, которая находила способы отвлечь подругу от негативных мыслей.

На сцене Джонс была неотразима. После исполнения одной песни она даже услышала, как кто-то скандировал её имя. На несколько секунд время будто замедлилось…

На секунду будто пропали все звуки. Она стояла в центре небольшой сцены и смотрела вниз – на зрителей. И они аплодировали. Аплодировали ей. Мечтала ли она, что испытает подобное так скоро? Эмоции были непередаваемые. Тогда она посмотрела на Мейсона, не отводившего от неё глаз. Он поцеловал девушку, вызвав восхищенные возгласы у толпы и чувство полёта у девушки.

Затем Орлы вместе с Одри отправились на диванчики. Только Эшли воспротивилось и хотела уйти в общежитие, но Мейсон вовремя взял её за руку и закружил в танце.

Девушка медленно покачивалась в такт музыке и отводила взгляд, стоило Мейсону взглянуть на неё. У него всегда были такие горячие ладони. И такой добрый взгляд… Эшли хотелось, чтобы песня “Creepin” The Weeknd не заканчивалась…Но диджей сменил трек.

Девушке до жути захотелось пить, и она отошла к барной стойке. Заказала бутылку обычной воды и выдохнула.

Эшли схватили за руку и резко развернули. Перед ней предстал здоровый мужчина, лет сорока, с рыбьим взглядом и лбом, покрывшимся испаринами, в компании ещё двоих таких же. Он похотливо улыбнулся ей и никак не отреагировал на попытки девушки сбежать, наверняка, даже больше развеселился от этого. Эшли сильно напряглась и стиснула и без того узкие губы.

– Пустите, – дёрнулась она и забегала глазами по всему клубу.

– Всё путём, девочка. Я буду обходителен с тобой. Можешь называть меня Стивом.

У Эшли сильно скрутило живот от страха. Девушке срочно нужно было что-то придумать.

– Отпустите, пожалуйста.

Амбалы усмехнулись и потянули её к уборной.

– Девушка попросила отпустить. – грозно сказал Мейсон.

Эшли бросила взгляд в его сторону и мысленно порадовалась. Мейсон сложил руки на груди и злым немигающим взглядом смотрел на трёх мужиков, а за ним не менее грозно стояли Чарльз, Рэй и Джонатан. Эшли снова дёрнулась, но хватка Стива совсем не ослабла.

– Твоя девка? – усмехнулся он.

– Моя девушка. И советую вам убрать свои шпалы от неё по-хорошему.

– А не то что? – подал голос другой амбал и расхохотался.

– А не то будем решать этот вопрос по-другому.

Эшли почувствовала, как громила с силой сжал её локоть, и от боли в глазах появились слёзы. Девушка сквозь зубы втянула воздух.

– Вы не понимаете? – агрессивно спросил Мейсон.

Мейсон не успел договорить, Чарльз со всей силы врезал самому мерзкому из троицы. Стив сразу же отпустил Эшли и схватился за свой сломанный нос, из которого уже хлынула кровь. Девушка вскрикнула от испуга и подбежала к парням, переводя дыхание. Чарльз хотел нанести удар следующему, но людям в толпе удалось разъединить их прежде, чем это случилось. Мейсон удивленно вылупил глаза на блондина. Тот, стискивая зубы, растирал костяшки. Когда их взгляды пересеклись, Мейсон хмыкнул и отвернулся.

– Милая, с тобой всё в порядке? Эй, Эш? – интересовался рыжеволосый, но не получал ответа.

Эшли стояла в объятьях своего парня, но неотрывно изучала лицо Чарльза. Он тоже смотрел на неё. Брови были нахмурены, а взгляд тяжёлый. Правда таким он был недолго. Чарльз усмехнулся, покачал головой и скрылся в толпе. Но даже когда девушка потеряла его из виду, она продолжала смотреть ему вслед. Он спас её…

На следующий день, к несчастью Эшли, она снова направлялась в этот клуб. Она шла в компании Рэя и Джонатана. Парни между собой обсуждали тему, по их мнению, интересующую и девушку тоже. Однако ни приглашения одногруппников на вечеринки, ни ссоры Келли с Алексом не были в мыслях у Эшли. Она молча шла и смотрела себе под ноги.

Вчерашняя ситуация заставила задуматься, а правильно ли она поступала? Пока Эшли спокойно училась, ничего подобного с ней не происходило. Если девушкам вроде Одри могло показаться это страшным, но захватывающим воспоминанием, заставляющим почувствовать себя главной героиней фильма, то для Эшли это выступало явным звоночком для прекращения данного спектакля.

Посчитали бы её слабой, если бы она сейчас отказалась петь в их группе? Какие бы сплетни распространили Джонатан и Рэй? Что сказали бы Габриэлла и брат?

Глупо.

Эшли, Джонатан и Рэй вошли в клуб и застали не самую приятную картину.

– Да ты мне уже вот где, – процедил Чарльз, указывая на свою шею. – Хочешь командовать – вперёд! Я ухожу.

Чарльз схватил свою чёрную кожанку и прошёл мимо только что вошедших, задев плечом Джонатана и Эшли.

– Кинг, остановись. – приказал Мейсон.

– Иди к чёрту! – напоследок бросил блондин и вышел из зала.

Эшли проводила взглядом парня. Что произошло? Она посмотрела на остальных. Но те, словно ничего не случилось, настраивали свои инструменты.

Им пришлось репетировать неполным составом. Кинг, в глазах Эшли, стал ещё более безответственным и эгоистичным. Она не хотела додумывать или выдвигать собственные теории, но девушка была больше, чем уверена, что Чарльз, как обычно, не следил за своим языком, вот и получил выговор.

Но после того, как ушел гитарист, Мейсон стал более собранным. Девушка думала, что он будет взвинчен. Но всё оказалось наоборот.

Перед Эшли лежал сценарий, который ей предстояло выучить за двадцать минут. Это не было проблемой. Проблема заключилась в том, что задание было групповым, объединявшее будущих режиссеров, сценаристов, операторов, актеров и продюсеров.

В начале учебного дня преподаватель распределил студентов по пятеркам, и методом жеребьёвки выявили чувство, которое нужно было раскрыть каждой команде. Джонс досталась надежда. В первый раз услышав задачу, девушка подумала, что для неё надежда? И, озвучив свои мысли режиссёру и остальным, столкнулась со снисходительными взглядами. Эшли не любила надеяться, знала, что в конечном итоге это приносило гораздо больше боли чем счастья. Надежда существовала для слабых как средство утешения. А Эшли не слабая. Нет.

Сценарист и режиссёр уже продумали сценарий и идею. Продюсер разобрался с техникой и локацией. Поэтому их и след простыл. Первые трое быстро нашли общий язык и под предлогом подготовки задания прогуливали пары. Эшли сидела в коридоре и учила слова. А за ней наблюдала студентка-оператор, сложив голову на ладошки.

Блондинка специально ушла в ту часть университета, где коридоры пустовали. Она предвкушала минуты в тишине и уединении. Но Ло, так она попросила себя называть, последовала за ней. Сколько бы Эшли не пыталась сосредоточиться, она снова и снова читала первые строки сценария и забывала их. Передние пряди светлых волос уже намокли от того, что девушка их жевала. Она чувствовала взгляд на себе, слышала чужое дыхание. Это нервировало.

Эшли отложила листы бумаги и посмотрела на Ло. Та открыла рот, но так и ничего не сказала.

– Я тебя слушаю.

– Почему ты поёшь с Орлами? – протараторила девушка.

Ожидаемо. Этот вопрос ей задавал каждый. Эшли заученным текстом отвечала: «Мне предложили, я согласилась». Таким образом, не утоляла любопытство студентов. Она и сама не понимала, что она должна была сказать.

– А как вы с Мейсоном? – без зазрения совести спросила Ло. – Ну, то есть. Сам Энви выбрал тебя. Вы как бы разные… – виляла она. – Его же все знают. А ты. Ты…

– Ты меня отвлекаешь. Мне нужно выучить роль. – прервала Эшли и отвернулась. Ло рассмеялась и ушла.

Стоило девушке остаться одной, как она сразу же погрузилась в работу. Ей несколько раз звонил Мейсон, а затем сдался и отправил сообщение. Он предлагал сходить в кафе. Девушка коротко отказалась и продолжила. Хоть на мгновение, но она улыбнулась.

Одно дело, когда в кафе звала Одри. И совершенно другое, когда приглашал Мейсон. Он всегда оплачивал кофе и десерт, которые заказывала Эшли. Во время ланча обнимал её за плечо и делился тем, что покупал себе. Они разговаривали на разные темы и находили много общего, каждый раз смеясь и улыбаясь заметив новое сходство. За последние несколько дней девушка чувствовала себя такой любимой и нужной, что появлялся страх всё это потерять.

После учебного дня девушке предстояло репетировать песни. Её радовало, что появился заработок, но то, ради чего она стала солисткой, было отодвинуто на второй план, а это не могло не волновать девушку. Неопределенность не пугала её, но раздражала, как назойливая муха, от которой ожидаешь, что она улетит, но этого не происходило, и приходилось довольствоваться её жужжанием.

Эшли открыла дверь и неосознанно улыбнулась. Она увидела Чарльза. Он обсуждал что-то с Мейсоном. Ни тени от произошедшей ссоры…

– Разве Чарльз не ушёл? – прошептала на ухо Мейсону Эшли в перерыве между песнями.

– Как ушёл, так и пришёл. – заговорщически ответил лидер группы, откровенно вглядываясь в лицо гитариста. – Наша блонди любит придираться к мелочам и истерить. – добавил Мейсон и рассмеялся.

Эшли озадаченно посмотрела на парня. Такую ехидную фразу она слышала от него впервые. Но больше её настораживала причина их размолвки с Кингом. Мейсон не любил, когда его исправляли. А Чарльз, вероятно, указал ему на ошибку. Нетрудно предположить, что было дальше. Девушка с подозрением изучала профиль Мейсона и думала, как скоро она сама надоест ему.

Репетиция подошла к своему логическому завершению.

Мейсон всегда хвалил группу, даже, когда были заметные ошибки, но стоило Эшли заметить это, как парень втягивал воздух сквозь губы и начинал улыбаться с раздражением. Девушка сколько не пыталась понять причину такой реакции, не понимала. Но её совсем это не останавливало.

– Мейсон, здесь мы должны начать с затакта. – осторожно говорила она.

– Дорогая, я прекрасно это знаю. Не стоит мне указывать, окей? – он вроде и подбирал слова, но скрыть раздражение, плавно переходящее в агрессию, у него не получалось. Почему остальные игнорировали это? Джонс чувствовала явную недоработку в их номерах. Поэтому в конце репетиции была недовольна проделанной работой.

Чарльз ушёл первый. За дверью его уже ждала высокая мулатка. Заметив её, Мейсон всунул в руку Джонатана купюру. Для них это было обычным делом. Они постоянно спорили, и спорили на деньги. Эшли не могла привыкнуть к этому. Она не видела в этом смысла. Однажды Джонатан предложил ей спор, но Эшли односложно отказалась. Больше он не предлагал…

Мейсон и Джонатан почти сразу же ушли. Эшли хотела пойти с ними, но увидела, как Рэй достал чехол от гитары и принялся настраивать её. Девушка поднялась к нему на сцену.

– Давай я помогу тебе?

Рэй обратил внимание на девушку и лучезарно улыбнулся. Он поправил свои кудри и задумался.

– Настраивать гитару умеешь?

Эшли медленно кивнула и села рядом с парнем. Девушка видела со стороны, как это делал Рэй на выступлениях, и ничего сложного не находила. Рядом с ней лежал чехол от гитары Чарльза, а внутри в специальном отсеке были дополнительные вещи для неё. Блондинка осторожно достала маленькую вещицу, которую постоянно использовал парень. С виду это был небольшой экран с зажимом. Эшли прикрепила его на головку грифа гитары. Сама не заметила, как стала жевать прядь волос. Одри всегда говорила: «не предлагай помощь, если не знаешь, как помочь». Но Джонс считала иначе и в данный момент из-за этого чувствовала жуткую неловкость. Рэй наблюдал за ней.

– Кнопочка сзади. – спокойно подсказал он.

Эшли кивнула и нажала. Она в тишине выполнила своё задание, а дальше они перешли за синтезатор.

– Ты ходила в музыкальную школу? – нарушил молчание парень.

– Да. – ответила она, не отрываясь от раскручивания болтиков.

– По тебе видно. – в своей доброй манере сказал он. На этих словах Эшли посмотрела на него с недоумением. – Ты, когда поешь, микрофон вот так держишь. – говорил Рэй, а сам поднёс кулак к губам, большой палец вытянул и коснулся подбородка, имитируя в руках микрофон. – Так делают только окончившие музыкалку. И то, редко.

Девушка смущенно улыбнулась. Она и не замечала этого – пела по привычке.

– Признавайся, какой у тебя инструмент?

– Не то, чтобы я прям играю. Я давно закончила. Лет семь назад. – неуверенно говорила она.