- -
- 100%
- +
Пролог
Рядовой Джон Рид уселся на край грузовой платформы и свесил ноги. Щелкнув металлической зажигалкой, он не спеша закурил, разглядывая проплывающий мимо унылый пустынный пейзаж. Автопоезд «Тесей» возвращался на базу после ремонта в доках Оушенхила, портового города на западном побережье. Эта многоколесная громада с несколькими вагонами и артиллерийскими башнями по ширине занимала всю дорогу, и редким встречным машинами приходилось жаться к обочине, чтобы пропустить военный конвой.
Джон, морщась от накативших неприятных воспоминаний, заметил идущего к нему сослуживца — мексиканца с внешностью головореза, но с добрыми глазами. Это был Гектор Альварес. Солдат опустился рядом, прислонившись к оружейному ящику спиной, вытащил мятую пачку сигарет из нагрудного кармана армейского комбинезона и пробурчал:
— Вот ты где. Парни уже собрались. Ты идешь?
Джон неопределенно покачал головой.
— Да, сейчас.
Гектор, не поворачиваясь, спросил:
— О чем задумался?
Джон выпустил облако дыма.
— Да что-то вспомнилось, как мосты взрывали. — Он помотал головой.
— А что там было?
— Ну… С востока шла толпа беженцев, в основном мексиканцы из южных штатов. Совет постановил не пускать их на полуостров. Автопоезда пригнали в последний момент. Ну и… Мосты взорвали, прямо у беженцев перед носом. — Джон тяжело вздохнул. — Наверно, после этого все они погибли в пустыне. — Он помолчал. — Я до сих пор помню их лица. Белые от пепла. Словно они были призраками. — Джон потер лицо руками. — Их там было, не знаю, тысячи, десятки тысяч! Женщины, старики, дети. Не понимаю… Неужели это был единственный выход?
Гектор закурил и пожал плечами.
— Да кто знает… может, и так. Командованию виднее. — Он почесал затылок. — А там, на востоке, уже был пепел в то время?
Джон угрюмо кивнул.
— Да, был… но очень мало, так, крупицы в воздухе.
— А на что это похоже?
— Ну… Словно крохотные искорки от костра, только сверкают они как алмазы, разными цветами. Кристаллы вспыхивают в небе то тут, то там…
Гектор задумался, выпустив дым из легких.
— Интересно… с виду такая безобидная вещь… ««Магнитный песок»,» — проговорил он фразу из новостей. — Придумали же, уроды яйцеголовые…
— Мда… — подхватил Джон, — проклятая зараза, поставила на колени все человечество, — он показал рукой с зажженной сигаретой на восток, — каньон не сможет сдерживать пепел бесконечно. Рано или поздно и тут все завалит, тогда и нам всем конец.
— Ну все же есть шанс, — с надеждой в голосе ответил Гектор, — если умники из корпорации достроят свою хреновину.
Джон повернулся к сослуживцу и хрипло усмехнулся:
— Скайсити, что ли? Размечтался. Тебя-то кто туда пустит? Они это для себя строят, и так ясно, нет там места для всех. — Он помолчал, затягиваясь. — По новостям один треп, чтоб народ не волновался.
Гектор вдруг оживился и замахал руками:
— Эй! Не трогай мою мечту! Вот сейчас дослужу, получу боевые и куплю себе самую роскошную нимфу. А затем прямиком в Скайсити по красной дорожке!
— И это твоя мечта? Ты серьезно?
Гектор насупился:
— А что? Нормальная мечта!
Джон, усмехнувшись, помотал головой, но ничего не ответил.
Какое-то время они молчали, глядя на невысокие холмы и тусклое закатное небо над горизонтом. Магнитный песок, прозванный в народе пеплом, медленно, но верно распространял свое влияние на восточные территории — на авиабазе, где располагались остатки теробороны, уже месяц регулярно чистили взлетно-посадочную полосу от белой заразы. Однако все понимали: эта битва тоже будет проиграна, и корпусу бронепехоты придется искать новый дом.
«Тесей» в сопровождении пары старых «Хаммеров» неспешно плыл по серой, выцветшей пустой дороге, мимо брошенных домов и опустевших сельских городков. Узнав, что пепел достиг Каньона Уилсона, местные жители бросали все и уезжали подальше от гибельной пустыни. Но база «Восток» все еще продолжала принимать самолеты со всей страны, однако после посадки их разбирали, пополняя резервные склады ценными материалами. Летать больше было некуда, отдаленный полуостров Сан-де-Уэрмо оставался в некогда единой стране единственным местом, где вообще могли безопасно сесть большие самолеты. Последнее пристанище цивилизации.
* * *Солнце село, и на открытой грузовой платформе стало холодать, тогда друзья вернулись в казарменный отсек автопоезда. Остальные пехотинцы их взвода «Пиковый туз» сидели перед видеоэкраном, стоящим на складном столике между коек, и громко хохотали, попивая пиво из стеклянных бутылок. Джон с Гектором встали рядом, открыв и себе по пиву, а темнокожий рядовой Бадди Митчел тыкал в экран, где проходило очередное онлайн-голосование. На сайте были представлены столичные знаменитости и светские красавицы.
— Вот эта! Эта! Прям убийца! — Он прищурился, на экране транслировали столичное мероприятие. Красивая рыжеволосая девушка в черном вечернем платье с разрезом от бедра шла под руку с джентльменом в смокинге.
— Кто не знает, это Патриция Миллер, личная помощница, — сказал он и повернулся к остальным. — То есть профессиональная гейша, если вы понимаете, о чем я, — перебил он сам себя. — Личная помощница советника Миллера. Я ее обожаю! Всегда голосую только за нее, такая горячая! Была б она моей, — он, кривляясь, закатил глаза, — я бы ее назвал «перчиком» и так бы отжарил!
Солдаты захохотали, а Джон, не удержавшись, заметил своим привычным саркастическим тоном:
— Будь реалистом, Бадди, ты и пяти минут не продержишься против нимфы.
Солдат засмеялся в ответ и погрозил пальцем:
— Иди ты, Рид! Зуб даю, ты ни одной нимфы вживую не видел, что ты можешь знать, да, парни?
Пехотинцы загоготали, а Джон добродушно кивнул, доставая сигарету:
— Да-да, не видел. Мне-то зачем? Я как-то по натуральному больше.
Бадди пожал плечами:
— Снежок, не гони, чем тебе нимфы не натуральные? Те же девки, разве что не такие стервы, как моя бывшая.
Солдаты одобрительно засвистели. Тут в разговор вклинился розовощекий здоровяк Брендан:
— А я согласен с Джоном! Нимфы все на одно лицо, а вот настоящие девочки — совсем другое дело! Да, скандалят, не без этого, — деловито нахмурился он, — зато веселые, забавные! А нимфы что? Скукота.
Гектор поставил руки на пояс и засмеялся:
— Ты-то откуда знаешь, Брендан? Тоже мне, знаток! Да никто из вас нимфу не видел вживую.
Но тут высокий солдат с русыми волосами и квадратным подбородком робко поднял руку:
— А вот я видел.
Пехотинцы недоверчиво загудели, выказывая презрение за вранье, но он вскочил, закричав:
— А ну заткнитесь! Правду говорю! Короче, — он сглотнул, — у меня брат двоюродный, Коди, продал все что было и купил себе такую, прикиньте? — Парни притихли. — Я ее видел один раз, мельком, когда забирал их из салона «Изидолс». Коди такой счастливый был. Девочка просто отпад. — Он сделал жест, как повар, пробующий свое блюдо. — Золотые волосы до пояса, зеленые глаза, фигурка — бомба!
Гектор перебил его:
— Погоди-погоди, а в чем она была?
Парень слегка прищурился, вспоминая:
— Ну, такое платье, короткое, белое, их выдают в салоне. Короче, Коди ей дверь открывает, суетится, а она здоровается со мной… А я завис — на ее губы смотрю. Отвечаю, мужики, это были самые красивые губы, которые я видел в жизни!
То, что начиналось как пошловатая юморная история, незаметно для солдата превратилось в захватывающие воспоминания. Он слегка покраснел от смущения и начал сбиваться.
Наблюдавший за ним Джон отпил пиво и язвительно заметил:
— Ладно тебе, Брайн, иди сними напряжение в гальюне и возвращайся.
Казарма взорвалась хохотом, а смущенный пехотинец неловко почесал затылок и заулыбался:
— Да че вы сразу, рассказываю как было, че сразу ржать-то? Козлы… — обиженно завершил он.
Гектор, посмеиваясь, сложил руки на груди:
— Ну, а дальше-то что? Ты ее хоть полапал?
Брайн разочарованно вздохнул:
— Куда там… Коди — жадная сволочь, заперся с ней в квартире, и больше мы его не видели. На звонки не отвечал, никуда не ходил, дверь не открывал.
Солдаты снова засмеялись, а Бадди вскочил, обхватив голову руками, и удивленно уставился на сослуживца:
— Вот ты лузер, Брайн! У тебя был такой шанс! Да я бы за такой шанс руку отдал, а ты все просрал! Я бы этого ушлепка выкинул из тачки и умчал бы с малышкой в закат. Какого черта?! И ты еще себя называешь «Тузом»? Парни, ну? Ну что я — не прав? Она была в метре от него! Черт, настоящая нулевенькая нимфа, а он слился, как последний чмошник.
Кто-то крикнул:
— Бадди, угомонись, парню и так несладко.
Все снова засмеялись, а затем Гектор подхватил:
— Так проявим уважение к единственному из нас, кто хотя бы говорил с нимфой!
Он похлопал Брайна по плечу:
— Ладно, не бери в голову, эти салаги просто завидуют.
Тут подал голос другой солдат с дальней койки. Это был Марик — коренастый темноглазый потомок восточноевропейских эмигрантов. Он спросил с жестким акцентом:
— Парни, а государственные считаются? — Уловив непонимание в глазах сослуживцев, он добавил: — Ну, государственные нимфы?
Бадди удивленно повернулся:
— Это что еще за херня?
Брайн неуверенно вставил:
— Это которых откатили Верховному совету в качестве «подарка». — Он показал кавычки пальцами в воздухе. — Типа для службы в опасных для людей местах. Вот вроде их и называют государственными — нимфы без хозяев.
Марик активно закивал:
— Вот-вот, походу я их видел.
Пехотинцы повернулись, ожидая начала новой увлекательной истории. Марик, явно не привыкший быть в центре внимания, пару секунд подбирал слова, потом допил пиво, шумно поставил бутылку и хрипло сказал:
— Короче… мы с друганом в баре выпивали культурно, ну помните, пару месяцев назад я в увал ходил. Ну вот, там мы с местными подрались. Они достали пушки, и нам пришлось, так сказать, отступить, а эти уроды — за нами. И чтоб от них отделаться, я съехал с дороги на Солончак. И точно, деревенщины побоялись, остановились на дороге.
Тут капрал Ли, мужчина с седыми висками, мрачно спросил:
— И правильно сделали, а ты что, не в курсе про солончак?
Марик, внезапно запнувшись, тяжело дыша, ответил:
— Так в нас стреляли! Что было делать?
Капрал осуждающе покачал головой, показывая, что не принимает эти аргументы. Марик продолжил:
— Проехали мы пару километров, и тут нас тормозят копы — ночью, посреди пустыни, прикиньте? Я только потом понял, что это и были государственные нимфы.
Джон перебил его и недоверчиво спросил:
— Ну а как ты понял, что это нимфы? Может, просто бабы-офицеры?
Марик замотал головой:
— Нет, точно нет. Как сказать… Ну, они другие… увидишь сам — сразу поймешь! Короче, скрутили нас на раз два.
— А чего ты ждал? Солончак — запретная зона, — буркнул капрал Ли. — Только это не копы, это Пограничный патруль, я видал про них репортаж, когда правительство решило отправить полицейское подразделение на Солончак.
Марик торопливо кивнул:
— Да, она так и сказала, типа: «Вы пересекли запретную зону, повернитесь, руки за спину». Я пытался отмазаться, но как только открыл рот, так оказался на земле, мордой в пол. А эта уже застегивала на мне наручники. Такая сильная, зараза.
Бадди насмешливо кинул:
— То есть тебя девчонка повязала в одиночку? Парни, походу у нас еще одним «Тузом» меньше.
Он по привычке повернулся к взводу, но никто на эту реплику не отреагировал. Тема таинственных государственных нимф интересовала всех.
Капрал Ли мрачновато проговорил:
— Насколько я знаю, в Пограничный патруль отдали тех же нимф, что и продавали богачам. Постригли под линеечку, и вперед, на службу. Кстати, их же сослали на Солончак вместо нас, если кто не знал.
В казарме повисла невнятная пауза. На всех накатили тревожные воспоминания. Авария, которая случилась пару лет назад на химическом комбинате, оставила шрам в душе каждого бронепехотинца. Они были элитой войск территориальной обороны, тренировались каждый день, были оснащены лучше всех в Префектуре и все равно с трудом взяли под контроль место заражения. Корпус бронепехоты потерял десятки солдат и бронекомплектов. Неслыханные потери личного состава, даже во времена Магнитных войн, не говоря уже о мирной жизни. А теперь правительство отправило на Солончак пару сот девчонок, вооружив их однозарядными винтовками.
Слабо представляя себе истинную природу нимф, солдаты все равно думали о них как о хрупких девушках. Но то, что их, созданных как профессиональных гейш, поставили патрулировать самый опасный участок префектуры, наталкивало на определенные мысли. Джон мрачно озвучил то, о чем все подумали:
— До сих пор не верится, что искусственная кукла с винтовкой лучше справляется с охраной границы, чем ветераны бронепехоты, да, парни?
Бадди понял, что веселье кончилось, и сел на койку, потупив взгляд, а Брайн, почесав затылок, спросил капрала:
— Ну, а что там случилось? Ты и лейтенант Сандерс — единственные из «Тузов», кто выжил на Солончаке. Нас-то прикомандировали к отряду позже.
Капрал в ответ поднял тусклые глаза, обрамленные мелкими морщинами, и неохотно буркнул:
— Ничего хорошего… Все погибли. Зашло четыре взвода, вернулись пара десятков человек. После этого командование решило, что бронепехота — слишком дорогой ресурс для таких мясорубок.
Джон отошел к окну и, сложив локти на узкой раме, тихо резюмировал:
— Так нам и надо… Как будто мало было войн и преступлений, — он помолчал, — верно говорят: что посеешь, то и пожнешь…
Солдаты растерянно переглянулись, но Гектор, нахмурившись, ткнул пальцем в сторону друга:
— О чем ты, Рид?! — Он подошел ближе и развел руки, показывая, что сознательно идет на конфликт. — Это че значит? А? Какие на хрен преступления? Да мы только и делали, что защищали людей и проливали кровь за эту землю, за Сан-Де-Уэрмо! Что ты тут устроил? Иди ты на хрен. Бронепехота не сдается! Понял? Ты все плачешь по беженцам, что остались на материке, да? А ты думал, что было бы, если б их сюда пустили? Нам самим жрать было бы нечего! На этот раз политиканы все правильно сделали! А Солончак? Это авария, несчастный случай! При чем тут мы вообще?
Джон повернулся и, смерив взглядом сослуживца, язвительно прошипел:
— Браво, бойскаут! — Он издевательски похлопал в ладоши. — А ты знаешь, что, когда мы мост взрывали, обрекая несколько тысяч беженцев на голодную смерть в пустыне, прямо над нами пролетали самолеты с богачами? Знаешь? Этих-то они пустили, да? И что? Все по плану? Аварию ты вспомнил. А кто одобрил в серию недоделанных мобов, которые без чипов вообще не могли работать? И ради чего? Чтобы побольше деньжат срубить на стройке Скайсити! Вопросом времени было, когда что-то пойдет не так. И это случилось! А теперь ты мне рассказываешь про несчастный случай, дебил. Гектор моментально вскипел и, стиснув кулаки, рявкнул:
— А ну повтори!
Джон показательно убрал руки в карманы, сделал два шага навстречу, встав прямо напротив Гектора, и, глядя ему в глаза, твердо сказал:
— Альварес, ты недалекий, охваченный детским патриотизмом дебил.
В ту же секунду Гектор врезал ему в челюсть и, повалив, накинулся, матерясь. Солдаты бросились их разнимать, хватая мексиканца за руки. Это было непросто, Гектор отчаянно вырывался, размахивая мощными кулаками. Парни тащили его за шиворот, оттаскивая Джона в другую сторону, как вдруг скрипнула бронированная дверь и на пороге появился взводный — лейтенант Сандерс. Мгновенно оценив обстановку, он рявкнул так громко, что все участники свалки замерли.
— Смиииирно!
Невысокий, но крепкий мужчина лет пятидесяти, с короткими, почти седыми волосами, спокойными серыми глазами и татуировкой в виде пикового туза на шее. Он убрал руки за спину, сверля взглядом подчиненных:
— Альварес! Я и не сомневался, что проблема опять в тебе. Что вы тут устроили?
Гектор вытянулся по струнке вместе с остальными, состроил полную презрения гримасу и прохрипел сквозь разбитую губу:
— Виноват, сэр! Повздорили из-за бабы, сэр!
Харри Сандерс едва улыбнулся, смягчившись:
— Вольно.
Доставая сигарету, он усмехнулся:
— Да какие вам бабы? Побойтесь Бога. Посмотрите на себя, вам ничего не светит с нормальной женщиной. Так что драться не из-за чего. Как поняли? — рявкнул он командным тоном.
Провинившиеся солдаты хором выпалили:
— Так точно, сэр! Есть, сэр!
Сержант закурил и, застыв, посмотрел в окно на затухающий закат. Потом повернулся к взводу и, явно что-то обдумывая, спокойно сказал:
— Значит так, парни… Довожу до вас… Возможно, несколько преждевременно, но, как говорится, лучше перебздеть. Предупреждаю: все строго между нами. — Он вновь замолчал на несколько мгновений. — Что-то назревает. Капитан весь день дерганый, на связи со штабом. Плюс мы сменили курс, теперь идем на Север. Не знаю, что и почему, но займитесь своими МАКами перед отбоем: смажьте, зарядите батареи, проверьте боекомплект. Хуже не будет. Вопросы есть? — Он окинул взглядом взвод.
Бадди оскалился:
— Да че мазать эту рухлядь, лейтенант? На них живого места уже нет. Старье!
Солдаты одобрительно заохали. Сандерс, затягиваясь сигаретой, кивнул, соглашаясь с Бадди.
— Рядовой Митчел, ты, видимо, уже готов с винтовочкой наперевес, на своих двоих бежать по пустыне, уворачиваясь, как ниндзя, от пуль врага. Я правильно понял?
— Бадди — ниндзя, — загоготал взвод.
Лейтенант не спеша продолжил:
— Да, техника старая, но другой уже не будет. «Восток» — авиационная база, там ничего для бронепехоты нет, вам это известно. Одни старые самолеты и бесполезный инженерный полк. Однако нам повезло, что в префектуре вообще осталась рабочая военная база, а то скитались бы по пустошам как неприкаянные…
Он помолчал, стряхнув пепел на металлический пол.
— В общем, независимо от того, в каком состоянии наша техника, старая и исчерпавшая свой ресурс, это все равно самое грозное оружие в Сан-Де-Уэрмо. И мы справимся с любым врагом на полуострове.
Брайн поднял длинную руку.
— Да, рядовой?
— Сэр, а что говорят? Что на материке? Может соседний штат перейти в наступление?
Сандерс покачал головой:
— Маловероятно. Судя по еще работающим спутникам — повсюду пепел… Эта зараза захватила территории на тысячи километров вокруг. Все кто мог добрались к нам, на полуостров, судьба остальных неизвестна.
При этих словах Джон презрительно усмехнулся. Но офицер сделал вид, что не заметил, и продолжил:
— Вероятно, Префектура Рейнга — это последнее место в стране, где еще течет нормальная жизнь. От Оушенхилла до Каньона Уилсона войска территориальной обороны — единственная сила, способная защитить полуостров. Поэтому, бойцы, вы должны понимать, что, несмотря на недавние катаклизмы, наследие цивилизации сейчас находится здесь, и вы — его защитники. Гордитесь этим, цените свою роль в истории.
Гектор бросил злой торжествующий взгляд на Джона, но тот, незаметно для лейтенанта, показал другу средний палец и отвернулся.
— Корпус бронепехоты и наш взвод, «Пиковый Туз», прошли все испытания: магнитные войны, разделение штатов, заражение пеплом. Мы успешно отрезали полуостров, завалив туннели и обрушив мост. Взяли под контроль ситуацию на Химическом комбинате, разгромили банду мятежников. Но вам нужно понять — ничего уже не будет как прежде. Ни поставок, ни запчастей, ни боеприпасов. Мы обязаны заботиться о своей технике, как о собственных детях. Отступать дальше некуда, это последняя остановка для нашей страны. Надеюсь, я доходчиво обрисовал ситуацию?
Преисполненные гордости пехотинцы хором прогремели:
— Так точно, сэр!
Сандерс удовлетворенно кивнул:
— Вот и отлично. Подготовьте МАКи, а затем — отбой по расписанию.
* * *Сирена боевой тревоги разорвала утреннюю тишину в казарменном модуле, окрашивая все оранжевым светом. Резко проснувшись, Джон подскочил на кровати. В следующую секунду, пнув железную дверь, в отсек ворвался лейтенант Сандерс. Он закричал что было мочи:
— Подъем! По машинам! Боевая тревога!
Пехотинцы спрыгивали с коек, на ходу натягивая комбинезоны и ботинки. Джон поравнялся с Гектором, застегивая пуговицы, поймал его удивленный взгляд и быстро помотал головой, давая понять: он сам не знает, что случилось. Все спешили в десантный модуль, где уже дожидались боевые машины МАК. Мобильные бронированные комплексы с маркировками в виде пикового туза стояли на своих местах с открытыми фронтальными пластинами. Парни ловко забирались в машины, пристегивая ремни и проверяя личное оружие, закрепленное на внутренней стенке фронтальных щитов. Первым бронекупол своего командирского «Туза-1» закрыл лейтенант, он подключил коммуникатор и громко скомандовал:
— Взвод «Пиковый Туз», докладываю обстановку. Город Нортон подвергся нападению. Прямо сейчас городская полиция совместно с ротой наемников группы «Гризли» ведет бои на улицах с предполагаемыми террористами. По предварительным данным, несколько десятков террористов штурмуют Фабрику мобов. Цель атаки не понятна. Наша задача — присоединиться к тактической ударной группе «Персей» и вместе с ней вернуть контроль над городом. Террористов ликвидировать. Задача ясна?
— Так точно! — хором ответили пехотинцы.
Джон закрыл глаза, вцепившись в рукояти управления механическими манипуляторами. Затем услышал, что автопоезд включил форсаж, запустив газотурбины. По ощущениям прошло около двадцати минут, как вдруг Лейтенант произнес:
— Четырнадцать минут до зоны десантирования.
Сирена боевой тревоги озаряла десантный модуль оранжевым светом раз в секунду.
— Восемь минут до зоны десантирования.
— Две минуты до зоны десантирования.
— Взвод! Приготовиться к десантированию!
Гул двигателей нарастал, затем включился реверс турбин, и автопоезд начал снижать скорость, подвергая экипаж перегрузкам. Наконец, когда платформа практически остановилась, десантные шлюзы распахнулись. Отряд ослепило утреннее солнце, и Сандерс крикнул:
— Взвод! Вторая скорость! Клином за мной!
Пехотинцы спрыгивали с платформы один за другим, приземляясь широкими лапами бронемашин на пожухлую траву пустыря в километре от Нортона. Над городом поднималось черное облако пожаров. Прибывшие раньше автопоезда «Персей» и «Ясон» уже утюжили артиллерией кварталы и дороги на севере города, ориентируясь по видеотрансляции с дронов-разведчиков.
Джон глянул на радар: их взвод был крайним справа. «Корсары» и «Головорезы» двигались левее, такими же клиньями, но все подразделения не нарушали общего строя. Держа манипуляторами автоматическую винтовку, разработанную специально для бронекомплектов МАК, Джон всматривался то в мрачный пейзаж перед собой, то в тревожные сигналы радара. Вдруг на общей частоте раздался голос капитана Грина, наблюдавшего за операцией с мостика автопоезда:
— Внимание, гражданские! Скорость один, глядите в оба!
Пехотинцы сбавили обороты — навстречу им бежали тысячи людей. Босые, полураздетые, измазанные сажей жертвы нападения террористов. Многие были ранены. Люди кричали, просили о помощи и стонали. Словно стая рыб, они обтекали массивных пехотинцев, устремляясь в пустошь, к дороге, подальше от горящего города. Бадди Митчел на частоте «Пиковых Тузов» неуверенно бормотал:
— Что за чертовщина… Что это за террористы? Сколько их должно быть, чтоб учинить такое?
Альварес с тревогой спросил:
— Сэр, так кто враги? В кого стрелять?
— Пока информации нет. Могу предположить, что полиция и группа «Гризли» — союзники. А все, кто будет нас атаковать, — враги.