Модная история

Ты полетишь над домом и над дымом.

Ты полетишь над Прагой и над Римом.

И тот ещё окажется счастливым,

Кто издали приметит твой полёт.

Ты полетишь к сладчайшим берегам!

(В. Долина)

ГЛАВА 1

Рейс Париж-Москва

Самолёт стремительно набрал высоту, выровнялся и лёг на курс. Когда авиалайнер мчался по бетону взлётной полосы, весь его огромный корпус потряхивало, а в бескрайнем океане неба он поплыл легко и безмятежно. Предполётная суета в салоне поутихла. Воцарился тот особый высотный покой, который возможен только в полёте: ровный рокот мощных турбин, белоснежные глыбы облаков за бортом и приглушённый говор пассажиров. Людские голоса становились всё тише, а лица задумчивей, словно перед причастием.

Элегантные стюардессы приступили к своим небесным обязанностям. Они грациозно заскользили по проходам, катя перед собой тележки. Как водится, раздавали всякие приятные пустячки – карамельки, напитки, прессу. Обслуживая пассажиров, девушки привычно присматривались к каждой персоне, упреждали малейшее волнение и отвечали на незатейливые вопросы.

Обстановку на борту можно было назвать нормальной, но забот у проводниц хватало. В пятом ряду мужчина неловко расплескал красное вино, и просил влажных салфеток. Одна энергичная пожилая дама хотела получить сразу несколько баночек тёмного крепкого пива, а её супруг – шерстяной плед, чтобы укрыть свои больные ноги. Второй ряд занимала молодая семья, и для их грудного младенца требовалась люлька. В центральной и хвостовой части судна как будто было намного спокойнее – там большинство пассажиров умиротворённо дремали. А вот в четырнадцатом ряду… Там тоже было всё в полном порядке, но в кресле у прохода сидела такая девушка, лицо которой безотчётно притягивало взор и отвлекало своей необычностью. Её хотелось внимательно рассмотреть. Ведь подлинная красота всегда вызывает людское любопытство.

Она не дремала и не читала. Девушка раздумчиво смотрела перед собой, и глаза её при этом были такие огромные, в пол-лица. А само лицо без прикрас. Открытый гладкий лоб, длинные тёмно-русые волосы на прямой пробор, сколотые сзади в целомудренный тяжёлый узел, ухоженные брови вразлёт, высокие скулы и изумительные ореховые глаза! Естественность и утончённость. Теплота и недосягаемость. Молодость и благородство. Восток и Запад в одном лице. «О-ла-ла! – перешёптывались в подсобке стюардессы. – Непростая птичка сидит в четырнадцатом ряду!»

Путешествовала она одна и держалась обособленно. Отказалась от конфет и спиртных напитков. Предпочла лишь минеральную воду без газа и попросила какой-нибудь свежий журнал на русском языке. Ей предложили толстое глянцевое издание. Она уважительно поблагодарила. Общалась молодая красавица на беглом французском языке, но с заметным акцентом, что, впрочем, придавало её облику ещё большее очарование загадочности.

Стюардессы рейса Париж-Москва конечно же владели русским языком в том объёме, который позволял им сносно объясниться с пассажирами, но, очевидно, эта девушка хорошо знала, что истинные французы превыше всего ценят звучание родной речи. Она выказала им эту любезность и очень приветливо улыбнулась в ответ на одобрительные взгляды проводниц.

Журнал оказался самым обычным – обо всём и ни о чём. Множество глянцевых снимков, большие блоки рекламы и минимум текста. Яркие фотографии рассеивали внимание, но небольшая заметка о предстоящей Неделе Высокой моды в Москве всё же заинтересовала девушку.

«Это мероприятие обязательно соберёт весь московский бомонд! – утверждалось в статье. – Вставка 1Звёзды эстрады и кино будут не только зрителями, но и сами примут участие в дефиле, облачённые в экстравагантные модели Валентина Юдашкина и Андрея Шарова. Уже получено согласие Кристины Орбакайте, Ксении Собчак, Жанны Фриске, Виктории Толстогановой, Даны Борисовой, Инны Гомес, Ренаты Литвиновой… Российские кутюрье Татьяна Парамонова и Виктория Андреянова представят на суд публики свои совершенно новые творения, тогда как заграничные дизайнеры привезут коллекции, уже завоевавшие симпатии в странах Европы. Ожидаются представители Домов моды Fendi, Gucci, Trussardi, Damiani… Свои модели российским зрителям впервые представит модный ливанский дизайнер Эли Сааб (Elie Saab). Широкой публике он стал известен после церемонии вручения премии OSKAR в 2002 году. Именно в его платье получала золотую статуэтку актриса Халли Берри (Halle Berry). Это богато расшитое платье специалисты признали самым ярким нарядом церемонии. А на московском подиуме можно будет увидеть темнокожую эфиопку Лию Кебеде, романтичную бразильянку Жизель Бундхен, блистательную Наталью Водянову и малоизвестную в России топ-модель Евгению Воронину».

Почти все упомянутые в статье имена и фамилии заграничных знаменитостей были корректно продублированы латиницей во избежание разночтений. Эта журналистская старательность умиляла. А заключительная фраза вызвала у читательницы летучую улыбку и повлекла к раздумьям. Она неплохо знала каждую из перечисленных манекенщиц. Всегда немного забавно читать в прессе про знакомых тебе людей.

«Россию красотой не удивишь. В этой стране одного миловидного личика и длинных ног для славы маловато, – подумалось ей с иронией. – Здесь привлекают поступки с безуминкой, биографии с вывертом, любовные истории со скандалом, шальные гонорары. Что же и кто способствует обретению популярности в России? Папа-политик, любовник – нефтяной магнат или муж – британский лорд? Наташа Водянова или Natalie V, как её называют в мире моды, широко прославилась на Родине, выйдя замуж за английского баронета, за настоящего лорда. Всех взбудоражила сказка о Золушке, которая когда-то торговала фруктами на рынке Нижнего Новгорода. Журналисты взахлёб живописали подробности её, в общем-то, коротенькой биографии. Но, но, но… Многим трудно даже представить, что личное состояние самой Натальи уже превышает состояние её мужа, уважаемого лорда. И эти деньги она заработала тяжким, изматывающим трудом. И продолжала работать, будучи уже беременной. И после родов через месяц на подиум вышла. Но не только в деньгах дело. Тогда в чём же? Как стать звездой в России? Коварный вопрос! Может, сняться в кино? Кино россияне обожают, особенно телесериалы. Засветиться в паре-тройке фильмов и в телешоу «Последний герой», и вот вам народную любовь. Но съёмки отнимают слишком много времени, а у востребованных моделей этого вечно не хватает. А впрочем, отсутствие популярности имеет свои огромные и бесценные плюсы! Тебе не докучают журналисты, не ловят фотографы, не преследуют фанаты и того хуже – маньяки. Ни репортёров, ни вспышек фотокамер, ни прочей шумихи. Можно оставаться собой, можно бродить по улицам, можно запросто ездить в московском метро, сидеть в кафе и наслаждаться жизнью. И никто не будет цинично целиться в тебя фотокамерой, бесцеремонно лезть кисточкой в лицо, подправляя грим на свой вкус. Вот это я особенно не люблю – чужие руки у лица, размахивающие огромной кистью, властные чужие руки в волосах. Из твоей фактуры, как из теста, лепят какой-то новый образ, который тебе, возможно, будет абсолютно чужд. Ты – глина для дизайнеров, и чем легче из тебя вылепить модный образ, тем более ты востребована. Так создаются новые иконы стиля. Это издержки профессии, и приходится терпеть! И соответствовать фантазийному образу. А без грима так легко дышит кожа! Уж я-то это точно знаю! Хоть я малоизвестна в России, но всё же я топ-модель».

В кресле авиалайнера сидела именно она, топ-модель Евгения Воронина или просто Джейн – так коротко, на американский манер, именовали её в агентствах Нью-Йорка и Парижа. Новое имя слилось с её имиджем и уже являлось своеобразным модным брендом. В тот момент Джейн была на одиннадцатом месте в зыбком мировом рейтинге моделей, и в последние три года ей довелось работать в основном в столице Франции и в американском Большом Яблоке. В России же её знали только специалисты модной индустрии.

Итак, Джейн летела в Москву на восемь дней раньше официального открытия Недели Высокой моды. У неё имелись на то свои личные причины. Эти восемь дней она выкроила с большим трудом и намеревалась устроить себе собственную Неделю Полной Свободы! Ей нестерпимо захотелось немного побыть вдали от гламурной суеты, отдохнуть, возвратиться к себе прежней, а потом с новыми силами опять вернуться в мир большой моды и самых красивых людей планеты. Занять подобающее ей место… Как это говорится? О, among fashion people… Wow!

Когда стюардессы развозили лёгкий завтрак, Джейн всё время ощущала их заинтересованные взгляды. Они будто бы хотели о чём-то расспросить её, но не решались побеспокоить пассажирку. И только на выходе из самолёта, уже прощаясь, одна из девушек к обычным дежурным словам вежливости добавила от себя полушёпотом: «Я видела вас в рекламе духов «J’Adore» от Christian Dior». Джейн мгновенно вошла в образ и одарила её улыбкой амазонки с рекламного плаката. Ведь она действительно являлась лицом этой марки и по контракту была обязана везде продвигать новый парфюмерный товар. «Во Франции реклама духов приносит больше популярности, чем съёмки в телесериалах. Первой это подметила актриса Катрин Денёв, и она, несомненно, права. Это одно из главных отличий между Россией и Францией», – подумала Джейн, покидая борт авиалайнера и ступая на территорию России.

ГЛАВА 2

Московские приключения начинаются

Аэропорт «Шереметьево-2» жил своей обычной жизнью. До Джейн никому не было дела, кроме вездесущих таксистов. Она неторопливо огляделась и осчастливила своим заказом того, который показался ей наиболее благонадёжным:

– Пожалуйста, гостиница «Восход» на Алтуфьевском шоссе.

Немолодой водитель окинул её беглым взглядом профессионала и заметил:

– Так я могу вас и куда получше доставить!

– У меня там заказан номер, – твёрдо ответила Джейн.

– Хорошо! – согласился таксист. – Как прикажете! Довезу вас с ветерком!

Но мчаться с ветерком не получалось. По мере движения то и дело возникали небольшие заторы. В Москве без этого не бывает, дороги всегда несвободны. Всякий мегаполис диктует свои правила жизни и учит терпению. А Джейн и не спешила вовсе. Она удобно расположилась на заднем сидении и всматривалась в городские черты. Девушка любовалась Москвой, вдыхала её особый воздух. У неё были свои отношения с этим городом.

Стоял красавец-сентябрь, и российская столица выглядела совершенно роскошно в осеннем золотом убранстве. День только начался. Свежее, осеннее ласковое утро обнадёживало. «Москва… – глубоко вздохнула Джейн. – Ну, здравствуй, дорогая! Примешь меня? Какая же ты огромная! Что там Париж и прочие столицы Европы! Разве что Нью-Йорк потягается. Москва. Моя Москва. Ты одна такая, и я тебя безумно люблю». Мысли растекались, а к горлу подступали слёзы. Но плакать ей нельзя, нет. Припухнут веки, покраснеют глаза. Да и Москва слезам не верит – она верит делам. А Джейн было чем гордиться.

У входа в гостиницу, подавая сумки, водитель сказал ей по-русски просто и душевно:

– Может, ты ошиблась, дочка, с выбором отеля? Тут ведь всякий народ заселяется. Этих много, как их… Лиц кавказской национальности.

– Нет, мне именно сюда нужно, – в той же доброжелательной русской манере ответила Джейн. – Ничего, отец, я сумею за себя постоять. Я ведь в Париже жила в последнее время, а там очень много арабов. Я умею себя с ними вести, не пропаду.

– Ну, раз так, то до свидания! Удачи тебе.

С формальностями при заселении удалось покончить очень быстро, и это приятно удивило. Через пятнадцать минут Джейн уже открывала номер полученным ключом. Она поставила сумки и обошла небольшое жилище. Всё просто. Кровать, потёртый шифоньер, стол, стул, телевизор «Рекорд» на низкой тумбочке у окна. Пульт для управления телеприёмником отсутствовал, но зато на столе имелась памятка, в которой указывалось, что его можно получить у дежурной по этажу за денежный залог. К чему такая мера? Неужели эти замусоленные пульты воруют гости столицы? Как глупо!

Джейн потянула носом воздух – ощущался застарелый запах табака. Видно, немалое число жильцов прокурили эту комнатушку, а проветривать и освежать номера здесь не принято. Она распахнула окно. Вместе с воздухом ворвался уличный шум. Алтуфьевское шоссе – одна из крупных столичных магистралей, и поток автотранспорта не прерывается ни днём, ни ночью. Шумит Алтуфьевка, шумит неугомонная!

Джейн прошла в ванную. Полотенца висели на месте, а мыла и шампуней не было. Ничего, эти принадлежности у неё имелись. Джейн всем телом ощутила желание встать под упругие струи воды и смыть с себя всю дорожную энергетику. Она покрутила краны, но вытекла лишь холодная желтоватая струйка. Джейн провернула оба крана ещё раз. Струя воды стала мощнее и прозрачнее, но нисколько не потеплела.

«Неужели нет горячей воды?! – удручённо подумала она. – Нет, не может быть! Всё же в двадцать первом веке живём. Конечно, гостиница недорогая, но…»

Но горячей воды не было. Джейн торопливо подумала, что, вероятно, дежурная по этажу сможет ей помочь. Если пульт к телевизору выдают под денежный залог, так и воду горячую, возможно, включат по её просьбе. Они её, наверно, перекрывают специально из каких-то там своих соображений. И она отправилась к хозяйке этажа.

– Горячей воды нет во всём районе, – спокойно пояснила служащая гостиницы. – Через неделю только включат.

– Я через неделю уже съеду отсюда! Постойте, но ведь существуют какие-то там нагреватели электрические! – упорствовала Джейн.

– Существуют, – охотно согласилась дежурная. – Но у нас ими оснащены пока всего несколько номеров, а они трёхкомнатные и дорогие.

– Apartments? – привычно выпалила Джейн по-английски.

– Да, апартаменты, – индифферентно подтвердила дама.

– Я могу оплатить такой номер, нет проблем! – Джейн обрадовалась, что выход так легко найден. Ведь безвыходных ситуаций не бывает!

Дежурная окинула её недовольным взглядом и равнодушно сказала:

– Идите к администратору на рецепцию. Перерегистрируйтесь, как положено, оплачивайте. Только я не уверена, что там свободно. Их всего-то четыре номера таких на двенадцатом этаже.

Джейн спустилась на первый этаж и разъяснила ситуацию молодой девушке за стойкой. Та смущённо улыбнулась и ответила:

– Вам был забронирован одноместный однокомнатный номер. Хм, факс был аж из Парижа…

– Но я не знала, что здесь есть другие, более комфортные номера! – перебила Джейн. – Я прошу вас предоставить мне именно такой номер.

– К сожалению, они все сейчас заняты, – пролепетала девушка. – Один, правда, сегодня могут освободить, но он, увы, забронирован. Вам бы переговорить с Лидией Петровной, с администратором нашего корпуса. Она лучше знает. А я только стажёрка.

– А где ваша Лидия Петровна?

– Она отъехала по делам. Будет через полчасика.

Джейн присела в кресло и усмехнулась про себя: «Crazy, crazy Женечка!» Ведь предупреждал её менеджер модельного агентства в Париже, бронируя для неё номер, что не всякая гостиница в Москве рекомендована для иностранных гостей. Возможны казусы. Вот, она их и имеет. Однако Джейн хотела именно сюда! Ведь она жила здесь когда-то, впервые приехав в Москву из Казани для работы в маленьком модельном агентстве «Fruit models». Смешное название. Как его правильно перевести? Девушки-фрукты, фруктовые модельки, наливные яблочки? Да и когда это было? Почти в другой жизни.

Лидия Петровна через полчаса не появилась.

– А она вообще сегодня появится? – строго спросила Джейн у девушки за стойкой.

– Не могу утверждать точно… – беспомощно ответила та. – Надеюсь.

– Ладно, я подойду позже, а вы ей мою просьбу передайте.

И Джейн отправилась в путешествие по первому этажу. Она уже проголодалась и была не прочь немного перекусить. Небольшой бар находился напротив парикмахерского салона. Из бара доносилась негромкая и приятная музыка, а из парикмахерской странные возгласы – всхлипы, вскрики. Джейн остановилась и прислушалась. Она уже сомневалась, стоит ли ей тут вообще находиться. Не лучше ли взять такси да уехать в другой более приличный отель? Тем временем вопли из парикмахерской становились всё громче.

– Нет, ты вообще соображаешь, что говоришь! – возмущался молодой женский голос с лёгкой хрипотцой. – Ведь ты потом жалеть будешь! Протрезвеешь, проснёшься завтра и прибежишь сюда ко мне ругаться! Нет, я на это пойти не могу! Иди к чёрту! Иди от греха подальше, ищи другой салон, в конце концов! Может, у кого и поднимется рука, но только не у меня!

Из парикмахерской вылетела заплаканная девушка с длинными распущенными волосами. Она поспешила к выходу и очень быстро скрылась из виду. За ней следом появилась молодая женщина в кокетливой униформе.

– Ко мне? – резко и бесцеремонно спросила она у Джейн. – На укладку или на стрижку? Если на маникюр, то мастерица заболела. Ничем помочь не смогу.

– Я? Нет. Я жду Лидию Петровну. И так, брожу тут по этажу.

– Петровну?! Не жди! – круто отрубила парикмахерша. – У неё проблемы в семье. Не вернётся она сегодня. Ушла по семейным обстоятельствам.

– Вот как? – Джейн немного озадачилась и расстроилась.

– Слушай, вот рассуди – права я или нет?! – вдруг решительно спросила мастерица и крепко схватила Джейн за запястье правой руки. – Время у тебя есть? Ты же Лидку, ну, эту, Петровну ждала? Ну, вот послушай тогда пока меня.

– Да, как будто время есть, – миролюбиво улыбнулась Джейн.

– Пошли в баре сядем, перекурим, – по-хозяйски пригласила женщина.

Джейн послушно побрела за своей новой знакомой. Было очевидно, что в салоне только что разыгралась какая-то животрепещущая драма, и мастерице нужно было срочно выговориться. Джейн почему-то стало интересно её послушать. Ведь всякая женщина от природы любопытна.

Они присели за самый удобный столик.

– Людмила меня зовут, – представилась мастерица, закуривая сигарету. – Курить будешь?

– Я? Нет, не курю, спасибо.

– А я вот балуюсь, особенно если нервничаю. А как тебя-то звать?

– Евгения. Женя.

– Жека, значит. Ладно, слушай, Жека. Приходит сейчас ко мне одна клиентка, – начала Людмила, грациозно стряхивая пепел в пепельницу. – Побрейте, говорит, меня наголо. И в кресло ко мне – прыг! Я подошла, волосы её посмотрела. Богатые, густые волосищи такие! Да и девка красивая. А от неё самой коньяком попахивает. Вижу, девка поддатая, но в меру, слегка. Я ей говорю – вот ты представь, у тебя лицо загорело за лето, и хорошо так загорело-то. Я тебя сейчас побрею, а у тебя черепушка головы будет белая-белая и колючая. Будешь ты как привидение. А если ещё у тебя башка окажется неровная, с шишками? Люди же шарахаться будут! Типа ты – пришелец из космоса.

– А она что? – спросила Джейн.

– А она упёрлась – брейте меня и всё тут! – Люда хлопнула ладонью по столу. – Я, говорит, хочу жизнь заново начать, с чистого листа. Пусть с волосами уйдёт вся дурнота, вся отрицательная энергетика. У неё, слышь, мужик загулял. Изменял ей. Она с ребёнком маленьким в декрете. Ну, выследила, застала их, любовников, драку сгоряча устроила. Та шантеклера в ментовку заявление – хлоп! И не поленилась в поликлинику сходить, взять справку о побоях. Не, нормально, да? Виновата, так терпи тумаки! С чужим же гуляла – не со своим спала. Ну, видно, эта подруга её хорошо отделала, телефон сотовый ей разбила, ещё что-то попортила. Материальные ценности! В общем, суд был. Дали ей условно два года. Ещё пожалели, учли состояние аффекта и маленького ребёнка! А могли и посадить. За один телефон можно сесть спокойно – он же дорогой! Она из суда шла, живёт рядом, тут на Алтуфьевском шоссе в старых панельных домах. Ну, в нашем баре коньяком заправилась и ко мне прямиком. Меня, мол, осудили, так пусть я и буду бритая наголо, как зечка в тюрьме. Короче! Я не стала её брить! Тебя, говорю, малец твой, ребёнок, испугаться может. Как ты домой заявишься? Соседки злословить будут. Оно тебе надо?! Права я, нет?!

– Думаю, права, – коротко рассудила Джейн.

– Нет, есть, конечно, такие мастера, которым только деньги давай, а уж они тебя побреют за милую душу, да ещё потребуют приплатить за сложность работы. Волосы-то длинные! Вот не моё дело, а переживаю, – простодушно призналась Людмила. – Жалко её, дурёху. А у меня у самой руки до сих пор трясутся.

– Вы просто чуткий и душевный человек, Людочка, – резюмировала Джейн.

– Да, не могу я без души работать! – согласилась Людмила. – А вот скажи, разве может жизнь измениться, если побреешься наголо? Кто же ей такую ерунду присоветовал? Сама, наверно, придумала. Как тебе кажется?

– Я знаю лишь один случай успешного бритья, – медленно, будто раскрывая большой секрет, произнесла Джейн.

– Ну, расскажи! – заинтересовалась Люда.

– Есть такая манекенщица российского происхождения, Ольга Пантюшенкова. Она в Париже работает. Может, знаете, духи “Eden” от Cacharel, она их рекламировала? По всему миру в глянцевых журналах снимки были.

– Такие духишки в зелёном непрозрачном флаконе, будто травами пахнут! – Людмила проявила свою осведомлённость в парфюмерных ароматах.

– Точно!

– Духи знаю, а манекенщицу нет! – рассмеялась Людмила. – Но всё равно расскажи, чего она там учудила.

– У неё вначале карьера не задалась. Так вот, один стилист посоветовал ей остричься наголо. Но тон кожи обязательно выровнять в солярии! Он мыслил как вы, Людочка, насчёт загара. А у неё форма головы правильная, красивая. И глаза выразительные. И её заметили! И карьера пошла вверх. Но это очень редкий случай. Обычно волосы красят женщину, – завершила Джейн свой маленький рассказ.

– Да, волосы – это красота! – согласилась Людмила. – Вот, у тебя длинные, хорошие. Я всегда на волосы первым делом внимание обращаю. Заходи, если что. Укладка, окраска. Всё сделаю в лучшем виде. У меня рука лёгкая. Хорошая ты, видно, девка. О, там ко мне кто-то в дверь ломится. Клиент пришёл. Ладно, я пойду. Поболтаем с тобой как-нибудь в другой раз.

Людмила ушла, а на столе осталась лежать полупустая пачка сигарет “Vogue”. Такие мелкие детали бытия всегда казались Джейн ироничной ухмылкой судьбы. Ведь “Vogue” – это и самый уважаемый журнал в мире моды, и фотография топ-модели Евгении Ворониной не раз появлялась на его обложке. С обложки этого журнала, собственно, и началось её восхождение на модный Олимп.

Голод настойчиво напомнил о себе. Джейн подошла к стойке бара и спросила у молодого человека:

– А что бы вы могли мне предложить покушать? Что-нибудь лёгкое. Салатик, творожок. Хотя у вас этого нет, пожалуй…

– Почему же нет? – располагающе улыбнулся ей молодой бармен. – У меня тут как в минимаркете – всё есть! Вот, посмотрите-ка на эту витрину.

Джейн обернулась. Сзади у стены стоял узкий и высокий холодильник-витрина. На его полочках аккуратно покоились молочные продукты в достаточном ассортименте.

– У нас же многие гости с малышами приезжают, – пояснил бармен. – Так что мы держим детский ассортимент. Работаем допоздна, а мамочкам иногда надо малыша йогуртом накормить или молочком попоить. Прошу, выбирайте!

– Тогда мне вот этот диетический творог и фруктовое пюре «Неженка», – заказала Джейн.

– Отличный выбор! – оценил любезный бармен. – А давайте я вам выложу творожок в креманку, а пюре в соусник. Будет аппетитнее выглядеть. Могу ещё предложить молочный коктейль с живым бананом. Вкусно и питательно. Я его вам мигом собью. Вот только банан почищу и порежу.

– Вот спасибо! Не ожидала! Я думала, что у вас тут только пиво да чипсы с орешками, – искренне поблагодарила Джейн.

– Ну, что вы! Я же говорю – у нас всё есть на всякий аппетит. Места, конечно, маловато, но зато уютно, радушно. Заходите, я всегда рад гостям.

– А как вас зовут?

– Климент. Можно короче – Клим.

– А я – Евгения. Но можно тоже короче – Женя.

– Очень приятно. Располагайтесь, Женечка.

– Да я прямо тут, за стойкой посижу.

– Вот и отлично. Вы у нас поселились? Надолго?

– На неделю. Но так не повезло – выключили горячую воду! А я только с дороги. Ну, хоть в баню иди! – рассмеялась Джейн. – В общем, я такой замарашкой себя чувствую!

– Не знаю, согласитесь ли вы, но я мог бы вам помочь в этом деле, – полушёпотом сказал Клим.

– Как же? – удивилась Джейн.

– У нас есть подсобка для персонала, а там душевая с электронагревателем воды, – поделился Клим. – Если вас устроит такой вариант, так я вас туда проведу. Прямо из моего бара есть служебный вход. Только своё полотенце возьмите и шампунь, сложите всё в пакет, чтобы никто не заметил. А то все постояльцы побегут сюда мыться. Идёт?