Искусственный мир. Часть 2. Разбросанные во времени

Пролог

Настоящее – это будущее прошлого. Три времени. И всего лишь одна доля секунды способна определить границу этих времен. Еще минуту назад ты читал книгу, и, в тот момент, когда ты закрываешь страницу, она становиться прошлым… Сейчас ты шагаешь в сторону кухни, и лишь чашечка выпитого кофе в последующие три минуты разделяют время настоящее от будущего. Ты даже не сварил его, но собираешься это сделать. Как тонка граница…

1843 год, 2020 год, 3143 год. Это можно продолжать бесконечно. Но ясно одно – в этих цифрах заложено для кого-то прошлое, для других настоящее, для третьих – будущее. А теперь представим, что прошлое время никуда не уходит. Разве это возможно? Допустим жизнь настоящую – в прошлом: что если там продолжают идти события, только для кого-то они настоящие, а для тебя прошлое? В 1843 продолжают жить люди, их души взрослеют, стареют… Наступает 1911 год, и они уже с трудом вспоминают 43-й. Но в данные четыре цифры 1 8 4 3 – входят новые души, они были в 42-ом, 41-ом, и даже 1798 году. И эти четыре цифры для данных душ были будущим, а сейчас настоящим. Значит, души могут существовать одновременно в разные времена?

Ты, наконец, сварил чашечку кофе в своем настоящем году, а кто-то сидит и распивает точно такой же кофе в данный момент времени, только у него на календаре 1843… Если Вы еще не до конца понимаете, как такое возможно, то будущее Вам скоро об этом расскажет!

Кольцо

Я часто думаю о своей судьбе. Мне всегда казалось, что я умру молодой… Меня переедет поезд, и верхняя половина моего тела будет наблюдать как нижняя часть продавливается, дергается, превращаясь в кровавую лепешку. Я буду умирать медленно и мучительно, под мелодичное стуканье колес. Ту дук – ту дук, ту дук – ту дук…

– Сара! – об окно стукнулся маленький камень, напоминая о предстоящем свидании.

Это был мой любимый Пит. Пит Квэт. Он стал первым, кто подошел ко мне в новой школе, куда я была вынуждена перевестись после смерти отца. Я была еще совсем маленькой, когда отец ушел воевать. Мама рассказывала, что он очень нас любил… Когда мне было страшно, он садил меня на колени, крепко обнимал и пел колыбельную. Я ничего этого не помнила, но каждый раз, слушая рассказы про своего отца, я закрывала глаза, как бы мысленно возвращаясь в прошлое. Мне казалось, что я слышала его голос, и даже чувствовала дыхание…

В окно прилетел еще один камушек. «Иду, иду!» – прошептала я. Заколов свои густые черные локоны, я помчалась вниз. На пороге стоял Пит. В руках он держал очередной букет ромашек. Мои любимые цветы… Из всего букета я выбирала самую, как мне казалось, большую ромашку, и гадала.

Пит обнял меня и предложил прогуляться вдоль берега.

– Какое красивое белое платье. – заметил он.

– Спасибо… – я слегка улыбнулась, прикрываясь букетом ромашек, чтобы скрыть свое красное от смущения лицо.

Погода была солнечная, ветер теплым, южным. Хотелось порхать как бабочка, наслаждаясь каждой минутой, проведенной с любимым. Немного погодя, я увидела деревянную лодочку, привязанную к берегу. В ней лежала еще одна ромашка. Это всё сделал для меня мой любимый! Пит бережно усадил меня в центр лодки, взял весла, и мы поплыли. Он протянул мне эту одинокую ромашку, и предложил погадать. Я сорвала несколько лепестков, начиная шептать: «любит, не любит». Взглянув в добрые глаза Пита, я положила ромашку.

– Ведь не важно, что нагадает она, правда? Я и так знаю, что ты меня сильно любишь…

И тогда Пит достал колечко, которое таинственно сверкало, отражая солнечные лучи.

– Я готов плыть с тобой по течению всю нашу жизнь. Выходи за меня?

Он смотрел на меня, ожидая ответа. В сердце что-то закололо. Словно душа пытается вырваться из меня! Мне казалось, на мгновение, я покинула свое тело. Я посмотрела на свои руки, платье, потом на Пита. Мне стало очень тепло. Он ждал от меня ответа.

– Да… – чуть слышно прошептала я.

Ощущение некой эйфории куда-то пропало… Нет, моя душа не вырвалась из тела. Наоборот, она почувствовала еще одну душу…

Спустя месяц мы сыграли скоромную свадьбу. Я была счастлива, ведь мы молоды, любимы, беззаботны… Пит работал на строительном заводе. Он занимался распилкой древесных досок под размер заказчика. В основном доски шли на строительство частных домов. А я, в свою очередь, была на последнем курсе в колледже, но уже мечтала о настоящей семье. Я, мой муж Пит и наши дети…

Так как в своей семье я росла без отца и была единственным ребенком, то считала, что мои дети ни в чем не должны нуждаться и быть рядом только с обоими родителями. Я была уверенна в Пите, он станет хорошим отцом. Пит был не против детей, но считал, что еще слишком рано. Наш юный возраст не был основной преградой в рождении детей. Пит верил, что меня преследуют неудачи, и сначала он должен помочь мне избавиться от «плохой кармы». Рассеянность и неуклюжесть, по словам Пита, шло не от меня. Я немного не понимала о чём он, пока сама не стала замечать странные вещи. Всё началось с моего обручального кольца…

Наши с Питом кольца были из чистого серебра. Мы их выточили из толстенного браслета 18 века, который передавался в нашем роду из поколения в поколение. Бабушка рассказывала, что это не простой браслет, он защищает нас от злых духов, и если я найду своего единственного, то должна защитить и его. Поэтому мы отнесли его в местную заточку бижутерии и сделали два наших обручальных кольца.

Периодами кольцо чернело. Да, конечно, можно было объяснить всё с научной точки зрения, что это всего лишь химическая реакция – окисление на различные внешние факторы. Вторым вариантом было то, что серебро чернело из-за изменений в организме. Но я была абсолютно здорова. И последнее объяснение – это негативное магическое воздействие, которое впитывает кольцо. Это суеверие можно было оспорить, если бы не один странный факт – моё кольцо чернело только в определённых случаях, и могло за несколько секунд принять обратный облик чистого серебра. То есть чернота на кольце неожиданно появлялась и также неожиданно исчезала. Одно я знала точно, появление черноты предвещало беду, в которой я – главный несчастный центр…

Пит знал это, и всегда меня спасал. Меня могла сбить машина, могло упасть дерево, я могла сгореть заживо из-за газовой протечки, но Пит всегда появлялся вовремя. И за пару минут до случившегося кольцо чернело… Словно предупреждало. Но пытаясь самостоятельно избежать беду, я делала только хуже. Как бы сама себя наталкивала к трагическим приключениям. К примеру, прогуливаясь по улице, начал моросить дождь. В это время кольцо почернело. Полагая, что я могу поскользнуться на мокром асфальте, я стала под дерево, чтобы переждать не то чтобы дождь, а пока кольцо обратно не поменяет цвет. В это время, не с того ни с сего, обламывается сук у дерева, и летит прямо на меня. К моему счастью, появляется Пит и отталкивает мое испугавшее тело в сторону. После, мы вместе смотрим на мое кольцо, которое блестит. И никакой черноты…

Меня всегда удивляло, как Пит умудряется появляться в нужное время и в нужном месте. Ведь если бы не он, я бы давно покинула наш мир. На что мой любимый всегда повторял лишь одно – «совпадение».

Был солнечный денек. Пит и я были дома. Мы ожидали в гости фотографа.

– Я хочу сделать необычные снимки! – я бегала по дому, примеряя различные летние шляпки. – Пит, надень красную бабочку, хочу, чтобы мы гармонично смотрелись!

– И в чем тут гармония? – возразил Пит. – Ведь шляпка у тебя белая!

Я подошла к зеркалу, и аккуратно обвела контур губ. Еще немного постаравшись, я развернулась, вытянула губы, сверкая насыщенным красным цветом:

– Помада. Цвет как твоя бабочка. Надень её.

Пит потянулся ко мне, чтобы поцеловать.

– Неа. – прислонив свой указательный палец к его мягким увлажненным губам, остановила я.

Послышался стук в дверь.

– Бегом надевай, наверное, фотограф уже пришёл. И застегни рубашку!

На пороге стоял молодой мужчина. Он улыбнулся и протянул руку.

– Я Саймон, ваш фотограф.

– Сара Квэт. Проходите, пожалуйста, мой муж сейчас спуститься.

– Угу. – кивнул парень, вытирая ботики, он зашёл в дом.

– Пииит? – поторопила я.

– Где будем фотографировать? – поинтересовался парень.

– На заднем дворе. Можете пройти, подготовиться.

Когда Пит был готов, мы вышли вслед за фотографом. Мы пытались подобрать подходящую позу для нашего семейного фото, но постоянно спорили.

– Пит, – вмешался Саймон, – встаньте позади супруги, приобняв правой рукой за талию. Сара, а Вы слегка поверните голову в сторону Пита. Вот так, стойте.

Саймон щелкнул пару кадров, и предложил поменять позу.

– Сара, сделайте шаг назад, и встаньте чуть левее от Пита. Положите руку на его плечо, пусть он будет вашим защитником. Пит смотрите вдаль. Сделайте суровый взгляд. Никто не смеет трогать Вашу семью!

Саймон давал правильные советы, а мы с легкостью вливались в образ. К тому же Пит и вправду был моим «спасителем, защитником» …

– Развертись ко мне спиной, – продолжил Саймон, – возьмитесь за руки, голову поверните на меня.

В следующее мгновение случилось странное. Саймон замер на месте, словно увидел «потустороннее» через объектив. Он поднял голову и, нахмурив брови, взглянул на меня. Мне стало немного страшно.

– Что-то не так? – чуть вымолвила я.

Саймон молча опустил глаза. Тяжело вздохнув, он произнес:

– Все хорошо, просто… просто снимите шляпку, пусть будет видно ваше прекрасное лицо.

В неком недоумении мы закончили фотографироваться.

– Сара, твоё кольцо! – вскликнул Пит.

Прямо у нас на глазах кольцо чернело. Подул сильный ветер. Солнце спряталось за тучами. Мы оглядывались по сторонам.

– Давайте бегом в дом! – закричал Саймон.

Не раздумывая, мы двинулись в дом, закрыв за собой дверь. Кольцо снова засверкало.

– Пит, можно с Вами поговорить? Наедине. – спросил Саймон.

– Да, конечно.

Оставив мужчин в гостиной, я ушла на кухню, чтобы приготовить чай.

Уже перед сном, я попыталась расспросить мужа, о чем он говорил с фотографом.

– Ничего особенного, он просто объяснил, как лучше проявить фотографии.

– Это связано с моим кольцом? – я знала, что он что-то не договаривает мне.

– Давай уже спать! – Пит отвернулся, показывая полное нежелание продолжать разговор.

Утром я проснулась в постели одна. Было воскресенье. Снизу послышались голоса. Значит Пит не один. Я умылась, оделась и спустилась. К моему удивлению на кухне был Саймон – фотограф.

– Уже проснулась, дорогая? – улыбнулся Пит.

– Доброе утро. Как спалось? – подключился Саймон.

– Что, фотосессия продолжается?

– Нет, Саймон поможет мне сегодня проявить снимки… У нас в домике на заднем дворе.

– Как Вы быстро сдружились… – я была не в восторге, что Пит будет много времени проводить с этим странным фотографом.

Полдня ребята были в старом домике. Меня просили не беспокоить, так как проявлять фотографии необходимо было в полной темноте.

– Ты приготовил раствор? – спросил Пита Саймон.

– Угу.

– Смотри, это займет несколько минут. После обработки проявителем, пленку мы промываем водой. Далее убираем светочувствительность при помощи другого раствора – фиксажа. Видишь, уже видны некоторые кадры. Падай, пожалуйста, фотокарточки у меня в сумке.

Пит потянулся к небольшому чемоданчику. Засунув руку, он нащупал карточки. Неуклюже доставая их, на пол что-то упало. Пит бережно поднял – это был открытый кулон. В нём надпись: «Помни».

– В память о ком-то? – демонстрируя кулон Саймону, спросил Пит.

Саймон выхватил из рук кулон и положил в карман.

– Не важно. – с печалью вымолвил он. – Давай закончим процесс. Теперь опускаем карточки в проявитель и ждем.

– Это в память о твоем родственнике? – Пит был очень любопытен.

– Когда изображение появится, мы закрепляем в фиксирующем растворе… – Саймон тщательно игнорировал вопросы Пита. – Ну, а теперь даем высохнуть, фиксируя ее за край на прищепку, подвешиваем на нить.

– Тебе больно об этом вспоминать?

– Что ты пристал? Лучше следи за своей женой, и помни, что я тебе вчера рассказал. Твоя Сара в опасности!

– Расскажи мне всё!

– Не сейчас… Скоро придёт время, и ты всё узнаешь, а пока наберись терпения…

Прошло несколько недель. Пит сильно увлекся фотографиями, и уже сам фотографировал нашу жизнь. Саймон стал его учителем и, пока он проводил с ним время, я решила начать вести дневник. «Сара Квэт «Мои лучшие воспоминания» … Я писала всё: начиная с первой нашей встречи – заканчивая сей днем…

Прошло два месяца, и Саймон уже был хорошим другом нашей семьи. Мне казалось странным, что с его появлением мое кольцо больше не чернело, с другой стороны это очень радовало. Наш старый домик на заднем дворе превратился в некую фото студию. Там было большое количество наших фотографий.

Однажды я принесла туда свою старую одежду, которая отлично подходила для тематических фотосессий. Я раскладывала ее по полкам, периодически пересматривая наши с Питом фотографии. За дверью послышался крик. Кричала девушка. Я приоткрыла дверцу, но никого не было. Стало очень страшно, так как на улице, когда я сюда зашла был день и светило солнце. Прошло не более 20 минут, а уже потемнело, как будто ночь… От испуга я закрыла дверцу. Послышался стук. Кто-то пытается ворваться сюда. На мое удивление, забежала молодая девушка. Она была напугана.

– Всё в порядке? – спросила я.

Она молчала, осматриваясь по сторонам.

– Почему Вы кричали? – не успокаивалась я.

Девушка вела себя так, как будто меня нет. Она взяла наши с Питом фотографии и пристально осматривала их. Потом она продолжила рыться в ящиках, куда я только что аккуратно сложила одежду.

– Почему ты так странно себя ведешь? Эй? – я была уже в ярости.

Девушка посмотрела точно на меня. Но ее взгляд показался холодным. Я поняла, она меня не видит…. Я наблюдала…

«Девушка – призрак» взяла мой личный дневник и начала пролистывать его. Мне было страшно даже дышать.

– «Элли» – послышалось издалека.

Девушка подняла голову, но молчала. Она прислушивалась, что твориться за дверью. Голос становился всё ближе: «Элли, ты там?»

Я узнала, это был Саймон.

– Саймон? Я здесь! – крикнула я.

Дорогу мне перегородила девушка, поэтому подойти к двери я не могла. Я предполагала, что Саймон спасет меня. В тот момент я даже не думала, что звал он Элли, а не меня…

В следующую секунду Саймон выбил дверь. «Девушка – призрак» лишь спрятала мой дневник за спину. Он быстро подошел к ней и произнес:

– Ты не должна была этого увидеть!

Приложив свою ладонь к ее лбу, она исчезла… Я стояла как вкопанная. На улице снова появилось солнце. Я не могла произнести ни слова. Что это было? Саймон посмотрел на меня, и протянул свою руку:

– Идем в дом.

Пока мы шли, небо сменяло свои оттенки: из темно-синего проявлялась голубизна. Я уже окончательно ничего не понимала. Кто такая Элли? Почему она меня не видит? О чём умалчивает Саймон?

– Может чай? – Саймон направился точно на кухню.

Он нервничал, хотя всячески это скрывал. Мне хотелось кричать «Что всё это значит?!»

– Угу. – кивнула я.

Саймон протянул горячую кружку ароматного чая и сел рядом на софу.

– У тебя много вопросов, я всё понимаю. Я отвечу на них, когда придет время… У меня к тебе просьба, не говори Питу, что ты сегодня видела…

– Ну уж нет! Если ты хочешь, чтобы я скрывала это от своего мужа, тогда расскажи мне всё!

– Ладно, но боюсь правда тебе не понравится… Понимаешь, ты не просто так увидела ту девушку…

– Элли? – прошептала я.

– Да, ее зовут Элли Барт… Она должна умереть, но ты ей не дашь…

– Я не понимаю… Она меня даже не видеть? Словно призрак!

– Да, но ты видишь ее. Она как бы из будущего…

– Из будущего? Как это возможно?

– Понимаешь для Вас это будущее. Но на самом деле вы обе живете в настоящем. Просто у Элли сейчас немного другой год на календаре…

– Какой год?

– 2025…

– Что? То есть она родиться через 150 лет?

– Нет… Всё не так. Она уже там, у нее происходят события, только мы их не видим. Для них мы прошлое… И все думают, что, если прошло, значит уже не существует… Но на самом деле, события никуда не деваются. Наступает новый год, а в старый приходят новые души.

– Души? Я уже совсем запуталась! Мне нужно время, чтобы понять всё это. Но как я спасу Элли?

– Ты умрешь вместо неё…

Запутанное время

Прошло почти два месяца, но из головы Элли Барт не уходила… Я не понимала, почему должна отдавать свою жизнь за человека, которого даже не знаю! У меня своя семья, будущее, планы, дети… Я старалась не думать об этом, так как Саймону сказала сразу, что этому не бывать! И что должно случиться, чтобы я решила оставить Пита навсегда, причинив такую боль, из-за незнакомки?!

В наш дом Саймон больше не приходил, поэтому Пит виделся с ним не часто. По крайней мере, я так думала… Питу о случае в нашей фото студии на заднем дворе, я не говорила. Ибо сама стала считать, что это некий побочный эффект – видеть несуществующие вещи, ведь я принимала лекарства. Кстати их мне прописал наш местный доктор Морган. Он сказал, что это поможет избавиться от стресса, улучшит мою память, и я смогу отлично сдать последние экзамены. В колледже занятия уже закончились, и все студенты дома готовились к защите диплома.

Сегодня я чувствовала себя неважно, поэтому ко мне в гости заглянула моя подруга – Эмили. Я не совсем помнила, как мы с ней познакомились, но, кажется, это было в далеком детстве. Наши родители дружили семьями, и мы родились с Эмили в один день. Она была первой красавицей в школе, затем – первой во всем в колледже. Ещё бы: блондинка от природы с большими голубыми глазами… Эмили всегда меня поддерживала. Я могла доверить ей любые секреты.

Когда в дом зашла подруга, я сидела и рисовала.

– Что рисуешь? – Эмили обошла меня, чтобы заглянуть в альбомные листки.

– Девушку. – пробормотала я.

– Красивая. Ты ее знаешь?

– Не совсем…

Я рисовала ту самую незнакомку – Элли Барт. Какой я ее запомнила в момент нашей встречи.

– У неё в руках фотография? – не унималась Эмили.

– Нет. Это дневник.

На моём рисунке Элли была испугана: она держала в руках мой личный дневник и смотрела на дверь, в которую кто-то должен был ворваться. Всё в точности как тогда…

– Сара, ты меня пугаешь… когда ты в последний раз рисовала людей?

Эмили была права. Обычно я рисую природу: деревья, горы, воду… Мои картины бывают на местных выставках. Иногда их даже покупают… Но никогда я не рисую людей. Не знаю, почему именно сегодня мне жутко захотелось воспроизвести незнакомку? Может потому что, как бы я не старалась о ней не думать, все равно ничего не получается?..

– Не хочешь прогуляться? – предложила подруга. – Сегодня отличный денёк, да и голова будет свежая, чтобы писать диплом.

– Ну разве что до магазина… купим продукты и домой. Неважно я себя чувствую сегодня…

– Идёт!

Мы вышли на улицу. На небе появились тучи. Казалось, вот-вот нагрянет дождь. Я глянула на кольцо, но оно было обычного серебренного цвета.

– Не волнуйся, это всего лишь тучи. Думаю, мы успеем вернуться домой до начала дождя.

Только Эмили произнесла это, как вдруг начался град. Мы побежали до ближайшего магазина, чтобы укрыться.

– Тебе надо погоду предсказывать! – смеясь, ответила я, вытирая капли дождя со лба.

На противоположной стороне мелькнул знакомый силуэт мужчины. Он бежал, накрыв курткой голову.

– Пит! – крикнула я.

Своего мужа я могла узнать из тысячи.

– Походу он ни один… – прошептала Эмили.

Следом за Питом бежал Саймон. Разве Пит не должен быть на работе? Время даже не обеденное!

Парни заскочили в кафе.

– Я не понимаю… Почему Пит возится с ним? Почему он не на работе, и не сказал мне ничего?

– Успокойся, может Пит готовит тебе сюрприз, а Саймон в этом помогает? У Вас ведь скоро годовщина свадьбы!

– Через месяц…

– Ладно, пойдем купим всё что надо и домой.

Вечером Пит пришёл как обычно. Эмили уже нагостилась и ушла домой до его прихода.

– Всё хорошо? – поинтересовалась я, надеясь, что Пит сам расскажет, где сегодня был.

– Угу. – кивнул он с кухни.

– Как работа?

– Всё как обычно. Сегодня появился очень хороший заказчик, готовый хорошенько раскошелиться!

– Это всё? – я уже злилась.

– Да. Что с тобой? Ты какая-то странная?

– Всё хорошо.

Я не стала дожидаться, когда Пит поужинает, и направилась спать без него.

Проснулась я рано. Пит еще был дома. Я спустилась, чтобы выпить чашечку кофе. Проходя мимо альбома, на котором я воспроизводила свои «шедевры», я заметила пустой лист.

– Не понимаю. – я сморщилась и подошла ближе.

– Доброе утро дорогая! – послышалось с кухни.

Я схватила альбом и пролистала его. Вчерашнего портрета девушки Элли не было.

– Пит? Ты трогал мои рисунки?

– Нет. – Пит подошел ко мне, чтобы поцеловать в лоб.

– Я вчера нарисовала девушку! Где она? – у меня уже начиналась истерика.

– Девушку? С каких пор ты стала рисовать людей?

– Да Пит, девушку! Со вчерашнего дня я стала рисовать людей!

– Почему ты на меня кричишь?

– Потому что я видела тебя вчера с Саймоном! Вы прятались от дождя! И не был ты на работе!

– Дак вот в чем дело! Я тебе не врал, я действительно был на работе. Меня отпустили пораньше, так как я нашел хорошего клиента. Я же всё вчера тебе рассказывал! А с Саймоном у нас было одно дело…

– Дело? Какое?

– Я не могу тебе сказать. Но обещаю, скоро ты обо всём узнаешь…

Пит еще раз поцеловал меня, на сей раз в щечку, и ушел на работу. Я снова взглянула на пустой лист бумаги. Куда делась Элли? Теперь мне точно нужно к доктору…

Днём ко мне снова пришла в гости Эмили. Скрыть от подруги свои переживания я не смогла.

– Всё еще волнуешься из-за Пита? – спросила она.

– Да нет, тут другое. Когда ты вчера ко мне пришла, что я делала?

– Рисовала… – не уверенно ответила Эмили.

– Я рисовала девушку, ведь так?

– Да…

– Я оставила рисунок вместе с остальными, вот здесь… Куда он делся?

– Вот же он!

Эмили достала верхний лист, который был пустой.

–Этот лист пустой. – кратко ответила я.

– Да нет же, вот девушка, в руках у нее дневник. – Эмили водила пальцем по листку, воображая предметы, указывая в пустоту.

– Но я ничего не вижу! – я поверила ей, ведь в последнее время произошло много необъяснимых вещей.

– С тобой всё в порядке? – подруга потянулась ладошкой к моему лбу, как бы проверить, нет ли у меня температуры. Вместо этого она щелкнула меня по лбу и засмеялась. – Шучу, нет тут никакой девушки! А ты как будто поверила!

Я лишь улыбнулась в ответ, хотя мне было не до смеха.

С гостиной послышался шум падающего столового прибора. Может вилки, ложки, но явно чего-то металлического. В окне исчез дневной свет. Его поглотила мрачная чернота. Я взглянула на Эмили.

– Не ходи туда! – прошептала она.

Ее голос звучал странно, будто с другого измерения.

Не послушав ее, я все же направилась на кухню. За столом сидели три девушки и парень. Я узнала двоих – парень был Саймоном, а одна из девушек та самая Элли Барт. Они что-то отмечали. Похоже на чей-то день рождения… Меня они не видели, словно я призрак.

В дверь кто-то постучал.

– К нам пришел еще один гость. – спокойно произнес Саймон, и направился открывать.

На пороге стоял молодой человек с тремя розами в руках.

– Дамы, разрешите представить, мой приятель Боб.

Я застыла на месте от ужаса, как вдруг сзади почувствовала чью-то руку на плече.

– Пойдем отсюда, скорей!

По голосу эта была Эмили. Я обернулась и увидела очень старую женщину в одежде Эмили, с седыми волосами, но всё с теми ярко голубыми глазами. От испуга я отскочила, споткнулась и ударилась головой об тумбу. Чернота…

– Сара? Сара! – слышался голос в подсознании.

Я очнулась. Рядом сидел испуганный Пит.

– Ты уже вернулся?

– Да, я пришел на обед. Что случилось?

– Я, кажется, упала… Эмили еще здесь?

– Кто такая Эмили?

– Подруга моя… – неуверенно произнесла я.

– Я не знаю никакой Эмили! Вставай!

Пит начал поднимать меня.

– Эмили! – не успокаивалась я. – Она часто к нам приходит. Даже на свадьбе у нас была…

– Может, я просто не помню ее. На свадьбе было много гостей…