Дитя моря и света

– Как я и сказала, ― тон мамы снова был ледяным, ― нужно подождать.

Аля поняла по ее тяжелому взгляду, что разговор окончен, ― и замолчала. Мама вышла из комнаты, оставив проем открытым.

***

Вернувшись к себе, Аля нервно заметалась по комнате. Она перебирала в уме все, что умела, все, к чему лежала душа. Но она была довольно приземленным человеком. Ее интересовали мальчишки, оценки и то, как она выглядит. Обычный подросток. Что в ней такого, чего нет у других? Аля села на кровать и снова думала, думала, думала. Даже во сне она продолжала перебирать варианты, но в голову так ничего и не пришло.

Наутро она ринулась в бой с новой силой: с помощью Мити пыталась притягивать предметы, управлять стихиями, менять внешность. Аля узнала, что у родственников часто проявлялись одинаковые способности. Тогда в чем ее уникальность? Может она сильнее Илы? Сможет, допустим, в дракона превращаться? Почему нет? Тогда победа обеспечена.

– Ничего не выходит, – наконец пожаловалась Аля. Митя подбодрил:

– Мы просто еще мало перепробовали вариантов. Мне идея с драконом понравилась.

– Мне тоже, – слабо улыбнулась Аля. Опять поднялась и продолжила попытки.

Теперь ей казалось, что лучше бы она осталась на Земле. Там ее жизнь полностью принадлежала ей; она была вольна сама принимать решения и никому не подчиняться. Никто не возлагал на нее надежд. Если бы сбылись ее мечты, пускай обычные, это бы ее осчастливило.

В следующие дни они с Митей перебрали все знакомые им способности и не знакомые, на что хватило фантазии. Наверное, сотню. На сто первой Аля уверилась, что та предсказательница ошиблась. Зато Митя, смотря на нее, тоже стал в каком-то смысле тренироваться – поднимать предметы ― и даже кое-чему научился. С каждым разом он брал вещи все тяжелее и тяжелее, пытался дольше их удержать. Пока он остановился на пяти книгах за раз.

А потом вернулся после недельной отлучки отец ― мрачнее тучи, исхудавший и без кровинки в лице.

– Ты ее видел? ― спросила мама.

Он просто покачал головой и, не сказав ни слова, ушел. На следующий день стало известно, что Дугэл и Илария поженились.

Часть 3

Стук — это шаги. Они-то меня и будят. Сегодня в глаза, или что там вместо них, ударил свет. В мою тихую обитель зашла женщина. Она бегло разговаривала по телефону. Да, я снова вижу, но как и прежде ничего не ощущаю. Мои руки, если так можно назвать бесформенное нечто вместо тела, не могут ни к чему прикоснуться. Они проходят сквозь предметы. Головой я понимаю, что раньше у меня было тело человека, но какое? Мужчина я или женщина, еще ребенок или уже взрослый? Ладно, это пока не важно. Важнее понять, кто та женщина, что потревожила мой чуткий сон?

Глава 1. Провал?

– Ты должен мне помочь.

– Нет, нет и еще раз нет.

– Ты же обещал!

– Да, чтобы спасти Илу. Но уже поздно.

– Ничего не поздно. Мне нужно найти свой талант и вытащить наружу. Самой, как ты видишь, у меня не слишком получается это сделать.

Аля сидела на ковре, а Митя по-хозяйски развалился на кровати. Перед Алей стоял поднос с нетронутой едой ― она третий день не выходила из комнаты, и мама распорядилась, чтобы еду ей приносили прямо сюда. В этот раз поднос принесла она сама и попыталась заговорить с Алей.

Накануне они опять повздорили из-за института. Аля рвалась в бой. Кто этот Дугэл, чтобы распоряжаться их с Илой жизнями? Хотелось рвать и метать, а мама заставляла сидеть тихо. И что в итоге? Ничего хорошего. Да, они смогли перехитрить врага, но какой ценой? Аля объявила голодовку, надеясь добиться своего. Но мама тоже оказалась с характером и в последний раз вообще заявила:

– Ты просила, чтобы тебе все рассказали. Доказывала, что ты взрослая. Но похоже, я зря поддалась уговорам, этот бойкот показывает, какой ты еще ребенок. – Она поставила перед Алей поднос и направилась к двери, на пороге обернулась. – Это все ради тебя.

Она еще и с укором посмотрела на Митю, которого теперь явно недолюбливала, и ушла. Аля окончательно поняла: переубедить ее невозможно. Мама верила, что все делает ради нее, вот только сама Аля этого не просила. И вообще, где мама с отцом были раньше? Когда надо было воспитывать чувство ответственности, дарить и показывать свою любовь? Алю воспитали приют и Ила, а она сейчас в беде. И только Аля сможет ей помочь…Сейчас она больше всего хотела ни от кого не зависеть, чтобы ее оставили в покое, дали свободу думать своей головой, к чему она привыкла с детства. И решение пришло. Сбежать. Митя мог ей в этом помочь. Но он заупрямился:

– Твои родители правы, это большой риск. А если темные схватят тебя?

– И ты туда же. Ну и пусть схватят, зато я увижусь с сестрой! Я не собираюсь переходить на сторону темных. Может, к тому времени, как они меня схватят, у меня уже проявится талант, и я наваляю им там всем, – Алю даже саму удивила та дерзость и смелость, с которой она произнесла эти слова. – Короче, с тобой или без тебя я завтра же вырвусь из этой клетки.

– У тебя уже есть план? – Митя склонил голову набок, словно считал ее затею ребячеством.

– Есть. Но я тебе его не расскажу. Ты предатель.

Она демонстративно отвернулась и принялась поглощать запеченные овощи, от которых еще шел пар. После трехдневной голодовки они казались невероятно вкусными.

– Почему сразу предатель, я просто беспокоюсь о тебе, – Митя пролетел над ее головой и встал напротив, хмурый со скрещенными на груди руками.

– Я и говорю, что ты такой же как они. А ты должен быть моим другом, понимаешь? – Аля посмотрела на Митю, стараясь принять печально-страдальческий вид. – Должен меня понимать и поддерживать.

Митя вздохнул и сел в позу лотоса, теперь его лицо было напротив ее.

– Допустим я тебя понимаю.

– Нет. – Аля сощурила глаза, – так не пойдет. Либо ты со мной, либо нет.

Митя ответил не сразу, водил указательным пальцем по губам, о чем-то размышлял. Аля же ела и делала вид, что ей все нипочем.

– Хорошо, – наконец ответил Митя, – с тобой.

У Али внутри заиграла победная мелодия, но она ничем не показала, что испытала сильнейшее облегчение.

– Обещаешь? – спокойно спросила она, вытирая руки салфеткой. – А то я тебе расскажу план, а ты тут же все передашь родителям.

Митя состроил оскорбленную гримасу.

– Тогда слушай, – заговорщицки произнесла она, позволив себе улыбку.

Без Мити план никуда не годился. Только с его помощью Аля могла сбежать. И потом… куда она без него?

***

На подготовку ушла еще неделя. Аля стала лучше есть, чтобы набраться сил: за три дня она сильно исхудала, при том, что и так мало весила. Наконец день настал.

Ранним утром, когда все еще спали, а стражники несли дозор в полудреме, Аля вышла из комнаты. В коридорах дворца стоял полумрак, который развеивали лишь светильники в виде подсвечников. За спиной у Али висел старый рюкзак с вещами и Чернышом. Неделю назад он почтил ее присутствием и как ни в чем не бывало развалился на диване-облачке. Где он гулял все это время, Аля так и не узнала, но выглядел он даже лучше, чем прежде.

Солнце только-только готовилось встать. Со стороны казалось, что Аля одна, но это было не так.

– Стражник за углом, – предупреждал ее невидимый Митя.

Аля разворачивалась и шла в другом направлении.

– Он спит, – слышался еле слышный шепот у очередного поворота, – иди тихо.

Митя был у Али за разведчика. Конечно, она могла невозмутимо пройти мимо стражников в открытую, они бы и слова не сказали, но зачем привлекать лишнее внимание? Уйдя тайно, она выиграет время, и никто не узнает, куда она направляется.

До кухни они дошли без происшествий. В это время там находились повар, принимающий продукты, и водитель, который вовсю их разгружал. Аля спряталась за широкой столешницей.

– Жди, – велел Митя.

Аля почти подпрыгивала от нетерпения ― так хотела скорее вырваться за пределы дворцовых земель. Она оставила родителям записку, где просила прощения, но в то же время надеялась, что ее поймут, и еще раз объясняла свой поступок.

– Давай! ― шепотом сказал Митя.

Повар с грузчиком отошли в другой конец кухни что-то подписывать. Стражники переговаривались, повернувшись к проезду спиной. Аля как можно тише подбежала к машине, чтобы забраться в грузовой отсек, ― и не увидела отверстия, куда могла бы залезть. Автомобиль выглядел совершенно гладким ― без окон, дверей и ручек. Полностью обтекаемая форма, как у тех же капель, только намного больше. Черт, черт, черт!

Водитель-грузчик уже шел к машине. Аля поспешно спряталась за открытой створкой ворот. Что дальше? Она лихорадочно размышляла, чувствуя, как капельки пота стекают по спине. Солнце начинало подниматься; первые его лучи освещали деревья за стеной. Грузовик медленно выезжал за ворота. Сразу поднять его в воздух водитель не мог: над дворцом стоял невидимый защитный барьер, который могла проходить только машина отца.

Пока грузовик выезжал, стражники встали у створок. Если бы Аля протянула руку, то дотронулась бы до одного из них. Она боялась дышать. Сейчас начнут закрывать ворота ― и сразу увидят ее! Что же делать? Аля застыла, все больше паникуя. Если сейчас она попадется, как объяснит свое поведение? Ее точно закроют в комнате до конца жизни.

Тут кто-то схватил ее ― и Аля, не успев даже завизжать, резко взмыла вверх. Черныш, до этого само спокойствие, возмущенно мяукнул. Митя! Он пронес их над стеной и полетел к ближайшим деревьям. Аля сначала зажмурилась, но потом все же открыла глаза и посмотрела на стражников. Они не спеша закрывали ворота, продолжая болтать. В тот момент, когда Аля с Митей приземлились за стволом какого-то огромного дерева, стражники снова встали по бокам ворот, спиной к дворцу.

Аля медленно попятилась к другим деревьям и спряталась, а когда уже решила, что пора, – побежала, что было сил. Мимо проносились островерхие домики и причудливых форм растения. Она бежала, пока не перехватило дыхание и не закололо в боку.

– Ты сразу не мог меня перенести за ворота? ― отдышавшись, набросилась она на Митю.

– Я и сейчас-то не был уверен, что удержу тебя. Мало того, что ты для меня и так тяжелая, – он сделал вид, что не заметил полного возмущения взгляда Али, – так я еще и призрак.

– Но мы могли бы попробовать в более спокойной обстановке, – все еще надутая за предыдущую реплику, произнесла Аля.

– Раньше я не мог долго удерживать тяжелые предметы. Но сейчас, – Митя широко улыбнулся, явно гордый собой, – у меня просто не было другого выхода.

– То есть ты мог меня еще и уронить? ― Аля содрогнулась, представив, с какой высоты бы грохнулась, а потом подумала и о другом. – А вдруг он сработал? Барьер? Вдруг во дворце уже знают, что кто-то пересек его?

– Будем надеяться, что он предназначен для более тяжелых вещей, – Митя примирительно стукнул ее кулаком по плечу.

Но Аля была все еще на взводе, она не могла молча идти:

– А ты почему не предупредил меня, что в машину так просто не попасть?

Митина гордая улыбка угасла:

– А я понимаю в этих ваших машинах? Я думал, ты знаешь, как ее открыть.

– На Земле они совсем другие, если ты не заметил. С этими я еще сама не разобралась.

– Наверное, там какая-нибудь кнопка нужна для активации, ты пробовала поискать? – перешел в наступление Митя.

– Когда? Времени совсем не было. Может, водитель вообще управлял ею с помощью пульта.

Они еще долго так шли и препирались, но Аля уже начинала остывать и здраво мыслить. На самом деле ей уже не хотелось ругаться с Митей, ведь в который раз он пришел ей на помощь. Она резко остановилась и, прервав его на полуслове, сказала:

– Спасибо. Без тебя бы я не справилась.

По взгляду Мити видно было, как он ошалел от внезапной перемены ее настроения, но все же ответил:

– Обращайся. Рад помочь.

– Я рада, что ты сумел удержать меня. Хорошо потренировался.

Митя выпятил грудь, как бы говоря: наконец-то меня оценили по достоинству! Она сжала его руку, и они пошли уже молча. Аля улыбалась своим мыслям. Она свободна, и впереди ее ждет много интересного, но главное, у нее появился шанс спасти сестру. Аля чувствовала, что поступает правильно, и никаких угрызений совести по этому поводу не испытывала. А между тем, солнце уже светило вовсю. За ним подтянулось и другое, поменьше, в форме молодого месяца. Вскоре Аля и Митя ушли от дворца довольно далеко и оказались на оживленных городских улицах.

Вокруг, как грибочки, стояли уютные домики ― белые, округлые, с конусообразными крышами. Почти у каждого ― свой садик и огород с декоративным водопадом или фонтанчиком. Все цвело так, что пестрило в глазах, а сладкие запахи смешивались в одну яркую волну. А сколько бабочек тут летало – не пересчитать. Аля не успевала все как следует рассмотреть, хотелось останавливаться возле каждого домика и изучать, словно экспонат в музее. На первый взгляд все казались одинаковыми, но всюду находилась своя изюминка. А вот наземный транспорт здесь не ходил. Интересно, как люди перемещались на дальние расстояния, если у них не было машин?

– А далеко еще до института? – спросила она Митю, не без зависти наблюдая, как он плавно, почти не прилагая усилий, скользит по ветру. В то время как она уже еле волочит ноги.

– О да. Повезет, если до ночи дойдешь. – Митя крутанулся в воздухе, безусловно наслаждаясь полетом.

Аля занервничала сильнее: вдруг к ночи родители уже будут поджидать ее на месте?

– А ты не мог бы…

– Понести тебя? Могу, конечно, но надолго меня не хватит.

Аля защелкала костяшками пальцев.

– Мне позарез нужно что-то придумать.

Постепенно дорога стала шире. Аля и Митя оказались возле парка, за воротами которого всюду гуляли парочки. Впереди виднелись аллеи из деревьев и кустарников с голубыми листьями.

– Идем туда! ― Аля увидела, как одна парочка скрылась в темном проеме под крышей, напоминающей парусник. Это место очень походило на подземку.

Как и предполагала Аля, подойдя, они увидели лестницу, которая вела далеко-далеко вниз. Аля немного постояла и в нерешительности последовала за парочкой. Только они встали на ступень ― и лестница медленно поехала. Чем ниже они спускались, тем холоднее становилось. Путь освещали зеленоватые фонарики, вокруг которых, будто живые, летали голубые бабочки. Создавалось впечатление, что внизу ждет что-то волшебное, сказочное. Так и оказалось.

Приветственным гудком их встретил абсолютно прозрачный поезд на воздушной подушке. Аля потрогала его гладкий бок, на котором не осталось и следа от ладоней. Тут же она с ужасом поняла, что не знает, как войти внутрь. С минуту, показавшуюся бесконечной, она топталась на месте и ничего не предпринимала. Пассажиры стали с любопытством посматривать на нее, и Аля почувствовала, как краснеет. Наконец одна женщина подсказала ей ― оказалось, нужно всего лишь приложить жетон к стеклянной поверхности. Аля так и сделала.

– На какой остановке будете выходить? – спросил холодный женский голос.

– Институт, – промямлила Аля.

Перед ней образовался проход. Аля вошла, и снова стекло за ее спиной стало гладким. Свободных мест было полно, так что, выбрав самое безлюдное, Аля села и тут же выпустила Черныша из рюкзака, так как он настойчиво рвался наружу. Поезд медленно тронулся. Он въехал в туннель, набрал скорость, и все те же зеленые фонарики превратились в сплошную светящуюся линию. Через пару минут он повернул направо. Аля ахнула.

Словно подводная лодка, поезд продолжал путь по дну океана. Свет из его салона освещал толщу воды. Теперь они ехали медленно, так что Аля успевала все разглядеть. Длинные разноцветные и пятнистые водоросли плавно качались, попав в поток, оставленный поездом. Спрятавшиеся в них рыбешки испуганно шарахались в разные стороны. Восторгу Черныша не было предела; он неотрывно следил за ними и иной раз подпрыгивал в безуспешных попытках поймать хоть одну. Рыбы побольше так же с любопытством рассматривали проезжающих.

Все вокруг казалось Але странным, но она понимала: в реальности дела обстоят наоборот. Это она выделялась в толпе, в основном, потому, что, сбегая, оделась в привычные вещи – джинсы, толстовку и кроссовки. Впрочем, чем дальше ехал поезд, тем меньше становилось пассажиров в белых летящих одеждах. Появлялись черные, серые и красные цвета. Девушки и женщины носили прямые платья в пол; мужчины – элегантные костюмы. Если в Элландии любили загорать и работать на воздухе, то эти люди словно не признавали солнца. Их кожа была бледной; волосы ― гладкими и блестящими. Как у Али: она ненавидела свои светлые вьющиеся локоны, поэтому выпрямляла их и перекрашивала в черный. Ее экстравагантная земная прическа явно вызывала интерес. Люди разглядывали ее, одни исподтишка, другие открыто, показывая пальцем и смеясь. В конце концов она натянула капюшон до глаз. И чтобы не смотреть на всех отвернулась и уставилась в окно.

Так Аля провела около двух часов. Поезд успел сделать пятнадцать остановок. Все больше пассажиров забивалось в вагон: сначала не осталось свободных сидячих мест, дальше ― стоячих. Наконец объявили двадцатую остановку ― Институт магических искусств. Аля встала, и толпа расступилась. Спиной она по-прежнему чувствовала десятки любопытных взглядов.

На платформе тоже оказалось много людей. Аля пробежала вверх по эскалатору ― и окунулась в кипящую жизнь: летающие «капли», шум, смех, разговоры. Но в этой неразберихе Аля знала, куда ей нужно идти.

***

Институт возвышался каменной громадой над другими зданиями и поражал воображение. Даже дворец Алиных родителей мерк перед этим замком со множеством башенок, панорамными окнами, массивными полукруглыми арками. Он был выстроен из гладкого, отполированного почти до блеска серого камня, а выглядел средневеково, но в то же время и современно, так как сочетал в себе старомодные высокие шпили и плавные линии. Он был изящным, так бы Аля его назвала.

Кое-что она успела о нем разузнать. Институт построили, когда город еще назывался Валландией. Он стоял посреди залива ― на современной границе Элландии, Валкера и морского народа, уходя основанием глубоко в воду. С обеих сторон к нему вели мосты, под водой располагался вход для русалок и тритонов. Институт считался общим для всех, независимо от распрей между городами.

Аля поспешила вперед с замиранием сердца, забыв обо всем и не сводя взгляда с башен. Митя и Черныш не отставали. Аля думала об одном: что не переживет, если ее сюда не примут. И тут она резко замерла.

Родители. Они ждали ее, стоя чуть поодаль от моста. У Али упало сердце: быстро же они заметили ее отсутствие! Как быть, как быть? Нет, отступаться она не собирается, потому что уверена в своей правоте, и пусть говорят все, что хотят. Силой же не потащат обратно. Аля глубоко вздохнула и подошла к ним, стараясь скрыть страх. Первой заговорила мама.

– Я так понимаю, никакие доводы тебя не убедят? ― ее голос звучал строго, но глаза улыбались.

– Не убедят, – честно ответила Аля, ожидая гнева. Но его не было.

– Мы приехали, чтобы предупредить тебя, – сказал отец, – ни за что, никому не говори о том, что ты узнала. О том кто ты такая.

Аля растрогалась. Они простили ее побег. Ни в чем не упрекают. И отпускают. Она кинулась их обнимать.

– Обещаю. Я так люблю вас. Простите за все.

Словно камень с души упал. Стало легко, какая разница, кто там на нее пялился в поезде; какая разница, примут ее в этот институт или нет. У нее есть любимые люди, они беспокоятся о ней. Мама даже собрала ей большую сумку с необходимыми вещами.

– Это ты нас прости, – снова заговорил отец, – мы не вправе лишать тебя свободы. За нее мы боремся.

Они проводили ее по мостику. Рядом, и впереди, и сзади, тоже шли подростки и их родители с тяжелыми сумками. Мама рассказывала, как училась здесь.

– Если честно, я даже немного завидую, – улыбнулась она, – это были прекрасные годы, – она мечтательно вздохнула. ― Надеюсь, ты быстро обретешь талант и научишься его контролировать. Так не хочу больше прощаться с тобой надолго…

– Мы будем тебя навещать, – пообещал отец и поцеловал Алю в лоб.

Мама еще раз крепко обняла ее и сказала.

– Дальше ты сама. Иди, – но руку ее отпустила не сразу.

Аля забрала у отца сумку с вещами и вытерла слезы. Потянула за длинную ручку трехметровой двери и шагнула вперед.

Глава 2. Тест

Черныш первым проскочил в приятную прохладу холла. Аля тут же почувствовала, какая здесь высокая влажность ― утюжок для ее вьющихся волос не поможет.

Внутри институт представлял собой атриум, от которого высоко вверх расходились кольцевые галереи. Это напомнило торговый центр, куда Аля часто приходила поглазеть на товары и помечтать, что когда-нибудь сможет позволить себе все, что захочет. Пространство холла приспособили под студентов всех народов: здесь были столики и кресла, автомат с бесплатными напитками и даже небольшой бассейн с голубой водой.

Не успела Аля сосчитать этажи, как к ней и другим новоприбывшим подошла миловидная девушка и показала, где можно подождать. Аля выбрала мягкое кресло у окошка и стала любоваться на пролив и второй мост, соединяющий две части города. Черныш тут же запрыгнул ей на колени, а вот Митя куда-то улетел ― наверное, устроил себе экскурсию.

Из бассейна вынырнули несколько русалок и тритонов. Они о чем-то болтали; прислушавшись, Аля поняла, что речь, ожидаемо, о талантах. Похоже, ребята только что познакомились. А ведь эти удивительные существа ― тоже Алины будущие однокурсники!

Вокруг были и люди. Почувствовав чей-то взгляд, Аля повернулась и заметила напротив, через столик, красивую кареглазую девушку с длинными черными волосами. Судя по яркой внешности, это была жительница Валкера: черное платье до пола подчеркивало ее стройность и бледность. Незнакомка сидела расслабленно и попивала что-то из стаканчика. Аля не знала куда деться от ее проницательного, не очень дружелюбного взгляда. Но внезапно девушка улыбнулась Але, встала и, подойдя ближе, сказала:

– Привет! Я Зела, – она говорила, слегка растягивая слова.

– Привет, я Аля, Альвина.

– Откуда ты, Альвина? ― Аля не уловила в ее голосе издевательских ноток, только чистое любопытство.

– Элландия, – ответила она, – а ты из Валкера?

– Я думаю это заметно, – засмеялась девушка и окинула Алю новым взглядом с головы до ног. – А вот ты совсем не похожа на элландку. Твоя прическа и одежда…

– Это потому что на Вилларде я совсем недавно, это земная одежда.

– Да ладно! ― Зела присела в соседнее кресло, – я никогда не была на Земле. И как тебе у нас, где лучше?

– Здесь я словно в будущем, – призналась Аля, машинально поглаживая Черныша. – Но где лучше, пока не могу сказать, я тут совсем недавно.

– Классная прическа, кстати. Ты смелая.

Аля улыбнулась ей и не стала говорить, что на Земле это вполне обычная стрижка. Тут их разговор прервала появившаяся в холле милая пухлая девушка:

– Приветствую вас в институте магических искусств. Я ваш распределитель. Меня зовут Марго.

Она спросила, кто уже нашел свой талант и хочет его отшлифовать или усилить. Несколько человек откликнулись. Марго попросила их встать справа. Аля осталась среди прочих и с облегчением заметила, что Зела тоже.

– Вы, – Марго указала на группу Али, – за мной. А вы ожидайте, к вам сейчас подойдут, – сказала она другой группе.

Марго повела их по коридорам, по бокам которых были расположены водяные дорожки. По ним спешили за остальными два тритона и русалка. По пути Марго объясняла:

– Все кабинеты у нас на первом этаже, для удобства морских жителей. На верхних ― комнаты для девочек; на другой стороне ― для мальчиков.

– Простите, – Аля услышала свой тоненький голосок, – а с котом можно?

– Конечно. – Марго забрала у нее Черныша. – Для животных помещение я вам покажу позже. Там за ними будут присматривать. Прошу сюда. ― Марго повернула за угол, а они, как утята за мамой-уткой шли следом, до большой круглой двери. Марго объявила: – Сейчас вас ждет большой тест. Он покажет ваши предрасположенности. ― Марго строго всех оглядела. ― Прошу отвечать на вопросы правдиво, это в ваших же интересах: чтобы учесть и ваши желания.

Они вошли в округлый кабинет, где справа и слева вдоль стен стояли столы. Посередине Аля опять увидела бассейн, столы и стулья находились на некотором возвышении, так чтобы верхняя часть туловища морских оставалась на суше.

– Удачи, ― пожелала всем Марго и скрылась в коридоре.

– Ты посмотри, – громким шепотом сказала Зела Але, показав на русалку и тритонов, – за что им место в середке? Пусть бы сзади сидели. У них целое подводное царство, не могут свой институт построить?