Хранитель города мёртвых

Глава 1. Смертельный трофей

Настя Левина уже полтора часа беспокойно бегала по квартире, кидая в чемодан вещи. Её нервное движение было вызвано не только подготовкой к долгожданной поездке, но и внутренним волнением, которое с каждой минутой усиливалось. Девушка яростно перебирала вещи снова и снова, пытаясь понять, что она забыла или что нужно взять обязательно, а что можно оставить.

– Ну где же они? Где?! – вопила Настя, бросая из шкафа в чемодан футболку, затем шорты, всё в беспорядке. Её лицо было сосредоточенно, брови сдвинуты, а глаза пылали тревогой.

В комнату вошла её мама, Валентина Андреевна, в руках у неё привычно была кастрюля, в которой она по старинке венчиком взбивала сливки для торта. Женщина с немного усталым лицом посмотрела на нервную дочку и произнесла:

– Дочь, может, ты всё же передумаешь?

Настя зажмурилась и вздохнула, продолжая метаться по комнате.

– Нет, я полечу! Все наши летят! Макс, Олька, Юлька. И даже Влад! – решительно объявила она, не обращая внимания на вмешательство мамы.

Это были имена её друзей, с которыми Настя вместе училась в университете. За годы учёбы друзья сплотились в крепкую компанию, в которой каждый занимал своё место. После получения дипломов родители решили сделать ребятам подарок – отправить на Кавказ, в загадочные и красивейшие горные районы. Настя представляла себе это путешествие как свободу, приключения и испытание для их дружбы. Они ничего не составляли заранее – пускай всё идёт по ситуации, по погоде. Это было частью их легкомысленного отпуска.

Однако Валентина Андреевна с беспокойством смотрела на дочь. Её настороженность касалась не только компании в целом, но и конкретных ребят. Она не доверяла Максу – парню Насти, его поверхностной натуре и привычкам к шумной жизни в ночных клубах. Для неё он олицетворял золотую молодёжь, которая часто казалась ей безответственной и ветреной.

– Макс… Всегда казался мне беспечным, – говорила Валентина Андреевна, вспоминая его безразличное отношение к учёбе, частые ночные прогулки и шумные компании.

Отец Макса – влиятельный человек, мог позволить сыну всё что угодно, лишь бы тот не мешал ему жить. Макс привык не считать деньги и знал, что отец вытащит его из любой передряги.

Олечка – лучшая подруга Насти, вначале тихая и застенчивая, девушка из семейства с ограниченными возможностями, жила в общежитии и училась на экономическом факультете. Первое время казалась скромной и спокойной, но постепенно потянулась к московской тусовке, и Валентина Андреевна подозревала её в двуличии. Она отлично знала, что Оля интересовалась отношениями Насти и Макса, и ей думалось, что за этим скрываются не только простые дружеские чувства, но и что-то большее, что может навредить её дочери.

Юля училась на историка, и, хоть она и жила в одной комнате с Олечкой, Валентина Андреевна мало знала о ней, так как Юля была несколько закрытой, и она редко делилась своими мыслями. Самым безобидным в этой компании казался Влад – почти двухметровый парень, плотного телосложения, с добрым и немного простодушным взглядом. Он обожал покушать, был маменькиным сынком и явно чувствовал себя комфортно в своей роли. Валентина Андреевна не понимала, как Влад оказался в этой компании, но он быстро занял там своё место и укрепился.

Валентина Андреевна считала Настю слишком доверчивой, открытой и эмоциональной. Мать опасалась, что дочь легко может попасть в неприятности из-за своей добросердечности и наивности.

– Ма-а-ам?! – внезапно перебила тишину Настя, резко повернулась к матери.

– Что? – спросила Валентина Андреевна, отвлёкшись от размышлений, ощущая, что дочь снова чем-то взволнована.

– Колесо левое… Оно что, отвалилось, что ли?! – в отчаянии крикнула Настя. – Я же смотрела, всё было нормально!

Взглянув, Валентина Андреевна убедилась, что колесо действительно отвалилось. Она тяжело вздохнула и стала думать, как решить проблему.

– Ну возьми мой чемодан, – предложила она.

– Но твой маленький. Я хотела взять вещи на любую погоду!

– Нормальный чемодан. И его не нужно сдавать в багаж.

Настя осталась задумчивой, держась за подбородок. Валентина Андреевна лишний раз любовалась дочерью. Женщина очень гордилась её красотой. Настя обладала идеальной, почти модельной фигурой, длинными вьющимися волосами цвета шоколада, правильными чертами лица, пухлыми губами и большими зелёными глазами, обрамлёнными пышными ресницами. Вот только рост её был чуть ниже среднего, придавая девушке дополнительной миниатюрности.

– Что мне остаётся делать? – проронила Настя с лёгкой растерянностью. – Возьму твой чемодан.

Девушка нервно собиралась и думала о предстоящем путешествии. Ведь впереди их ждала не только дорога, но и множество различных ситуаций, знакомств и, возможно, испытаний. В этой суматохе, в этом предвкушении чего-то нового, Настя чувствовала, как внутри всё наполняется смешанными чувствами – от страха до надежды, от сомнений до желания быть самостоятельной.

На следующий день компания друзей наконец собралась вместе в аэропорту Шереметьево. Их встреча началась с лёгкой суматошности, характерной для аэропорта.

– Привет, ребят! Простите, что задержалась, – с лёгкой улыбкой поздоровалась Настя у стойки регистрации, чуть запыхавшись. – ДПС остановила таксиста, у него оказались проблемы с документами. Мне пришлось вызвать другое такси, и боялась, что опоздаю. С самого начала не везёт, будто и не стоит отправляться в это путешествие.

– Как видишь, мы тоже тут не очень-то продвинулись, – в свою очередь пояснила Юля, забирая тёмно-русые до плеч волосы за уши, чтобы не мешали. – Я приехала в аэропорт ещё четыре часа назад, решила не опаздывать.

Её голос был спокойным, невозмутимым, но в карих глазах читалось лёгкое утомление. Внешне Юля уступала Насте. Выше ростом, более плотного телосложения, с овальным, чуть круглым лицом, она выглядела не такой яркой и заметной. Внешность Юли – сдержанная, немного скромная, – часто не выделяла её из толпы. Но, несмотря на это, она чувствовала себя уверенно.

– Мы тоже долго ждали, – добавил Влад, разворачивая леденец. – Я приехал ещё рано утром. Мама меня привезла. Вот только недавно уехала, а я уже готов к приключениям.

Настя уже не слушала друга – её взгляд оторвался и остановился на другом конце зала. Там она заметила свою лучшую подругу Олечку, которая мило хихикала с Максом. Её парень, слегка наклонившийся к Олечке, шептал что-то в ухо, а улыбающаяся девушка накручивала белую прядь волос на палец и отвечала ему явно чем-то очень забавным. Молодой человек был так увлечён Олечкой, что даже не заметил прихода Насти. Она же помахала Насте рукой. Откровенное платье подчёркивало все её достоинства, а Настя не переставала удивляться, откуда подруга берёт деньги на новые дорогие наряды. За короткое время Олечка стала другой. Она улыбалась шире, казалась увереннее, заметно преобразилась – словно перестала быть простой провинциальной девочкой, которая когда-то стеснялась своих форм, русой косы и скромных нарядов. Сейчас она выглядела как светская львица, и ей легко удавалось привлекать внимание мужчин, но окружающим часто хотелось бы услышать от неё какую-то более-менее красивую или связную речь.

«Интересно, о чём это они так мило воркуют?» – подумала Настя. В последнее время её лучшая подруга и парень как-то сильно сблизились и это начинало её заметно напрягать. В этот момент Юля потянула Настю за рукав толстовки:

– Насть! Наша очередь на регистрацию!

Три с половиной часа спокойного полёта промелькнули очень быстро. Самолёт мягко приземлился в аэропорту Минеральные Воды.

– Ну что, ребята, каков наш план? – поинтересовался Влад, входя в холл гостиницы. Друзья разместились в центре Пятигорска.

– Лично я планирую тусить всю ночь! – с хитрой улыбкой произнёс Макс, обнимая Настю за талию. Длинная русая чёлка спадала на правый глаз, придавая ему чуть загадочный вид. Средний рост подходили к его худощавому телосложению, а сережка в левом ухе добавляла дерзости в его приятные черты лица, делая парня заметной фигурой среди компании. И хоть он не был типичным мачо, многие девушки мечтали бы оказаться на месте Насти.

– Я с тобой, – без колебаний ответила Настя.

– Я присоединюсь! – сказала Олечка, радостно подпрыгнув под руку Насти. – Нам же весело вместе тусить!

– А я лучше отдохну, – спокойно произнесла Юля, слегка вздохнув. – Экскурсия ведь завтра, а у меня к вечеру уже иссякли силы. Вы же знаете, как я люблю выспаться перед важными днями.

– На том свете выспишься, – пошутил Макс.

– А я стараюсь следить за своим ритмом, – добавила Юля. – Спать нужно долго и крепко, потому что следующая бессонная ночь совсем близко.

– Ну начинается! Ребят, мне с вами так душно! – заметила Олечка, смеясь, и с лёгким раздражением одёрнула рукав короткого платья.

– Ребят, я с вами, только не до утра. Мама волнуется, я обещал ей позвонить из номера, – произнёс Влад, доставая из рюкзака пирожок с вишней и жадно отправляя его в рот.

– Хорошо, встречаемся через час у входа, – определила Олечка, и все разошлись по номерам: Макс жил с Настей, Олечка – с Юлей, Влад поселился один.

На следующий день к десяти утра проснулась только Юля. Девушка безрезультатно будила свою соседку Олечку, но та лишь отмахивалась от неё как от назойливой мухи. В расстроенных чувствах о потере экскурсионного дня Юля жевала омлет в ресторане отеля, ощущая внутри лёгкую тоску и разочарование.

В этот момент напротив неё появилось большое блюдо с разнообразной едой – сосиски, сырники, колбаса, сыры, нарезки и хлебобулочные изделия. Затем ещё одна тарелка с ароматной кашей и дополнительными закусками. Это, конечно, был Влад.

– Доброе утро! – радостно приветствовал он, улыбаясь.

– Привет. Как ты это всё донёс? – удивилась Юля, глядя на гору еды.

– Не всё. Пойду налью какаву и возьму пару тройку булочек, – улыбнулся помятый Влад.

– У тебя ничего не слипнется?

– Живём один раз – поэтому булочки нельзя откладывать на завтра! – пошутил Влад.

– Ну что, рассказывай. Как погуляли? – поинтересовалась Юля, пытаясь скрыть разочарование. – Оля пришла около шести утра и рухнула спать, я даже не успела ничего спросить.

– Я всего до двенадцати посидел с ребятами в ресторане, потом они поехали в ночной клуб, а я в отель, – пояснил Влад.

– Да, кажется, сегодняшний день можно вычеркнуть из жизни. Я уже начинаю жалеть, что полетела в компании Макса.

– Он вчера что-то говорил, что на экскурсию едем к двенадцати.

– Да? Только почему-то меня вы забыли предупредить, – обиделась Юля и уже молча доедала свой завтрак. Она как историк по образованию очень хотела посетить много новых мест, изучала какую-то информацию в интернете и даже ходила в университетскую библиотеку, а теперь все её планы рушились из-за весёлого нрава её друзей.

– Не будь букой, – ласково заключил Влад, потрепав Юлю по плечу, когда она попрощалась и отправилась в номер, погружённая в свои мысли о потерянных возможностях и о том, как начинает складываться их путешествие.

Макс немного ошибся. Только после двенадцати все были в сборе, но возникла новая проблема. Экскурсовод, которого они забронировали, не стал ждать полдня и уехал с другой группой. Эта новость оказалась ударом для всей компании, особенно для тех, кто с этим маршрутом связывал большие ожидания и надежды. Но, несмотря на разочарование, ребята не собирались сдаваться. Они понимали, что единственный способ исправить ситуацию – проявить инициативу и найти выход из положения.

– Я так и знала! День потерян! Зато кто-то хорошо погулял! – высказала своё недовольство Юля, скрестив руки на груди. Её лицо было полно разочарования и лёгкого гнева. Внутри она чувствовала себя обманутой – ведь так много планов было связано именно с этим маршрутом. Для неё как дипломированного историка Северная Осетия и особенно Кармадонское ущелье имели большое значение.

– Да ладно. Возьмём такси и сами съездим. Что там у нас было по программе? – Макс уткнулся в телефон и начал там что-то искать.

– Так вот. У нас сегодня была по плану Северная Осетия. Кармадонское ущелье и Даргавский некрополь. Щас я вызову такси, и таксист нас покатает по этим местам, а он ещё и экскурсию проведёт. Классно я придумал? – улыбнулся Макс своей широкой улыбкой, которая всегда заставляла окружающих чувствовать облегчение.

– Класс, молодец! – Настя похвалила парня, поцеловав его в щёку и поймав на себе недовольный взгляд Олечки.

С помощью персонала отеля ребятам удалось найти машину, в которую они могли бы поместиться все, но водитель категорически отказался проводить экскурсию.

– И чё нам делать? – поинтересовалась Олечка, готовая уже пойти спать. Вся ситуация казалась ей слишком утомительной, и желание отдохнуть становилось всё более сильным.

– Юляш, ты же так много читала про Кавказ. Тем более ты дипломированный историк. Давай сегодня ты будешь нашим экскурсоводом, – предложил Макс. Он знал, что Юля обладает отличными знаниями о регионе, хотя и стеснялась делиться ими.

– Да, Юль, пожалуйста, – поддержала Настя.

– Нет, ребят! Вы что? Я же просто что-то читала. Куда мне до профессиональных гидов?! – протестовала Юля, чувствуя смутное волнение и неловкость. Она не была уверена в своих силах и боялась быть недостаточно компетентной.

– Юль, ты можешь говорить всё что угодно. Потому что никто из нас ни строчки не прочитал, – успокоил подругу Влад, и она согласилась.

Наконец сборы были завершены и ребята отправились в путь навстречу приключениям. Юля сидела на переднем сиденье рядом с водителем, все остальные располагались в салоне. Первые два часа в пути все спали или отдыхали, у каждого в голове были свои мысли. Лишь когда Юля поняла, что друзья проснулись и начали приходить в себя, она развернулась и, стараясь говорить громче, начала свой рассказ.

– Скоро мы с вами приедем к Кармадонскому ущелью. Это место печально знаменито тем, что здесь погибла группа Сергея Бодрова, – она говорила с особым трепетом, стараясь донести важность этого места. – Кармадонское ущелье – одно из самых живописных природных образований Северной Осетии, расположенное у подножия Большого Кавказа. Ущелье сформировалось благодаря реке Геналдон, питающейся ледниками Колка и Майли. С течением тысячелетий водные потоки прорезали плотные горные породы, создав узкое пространство, привлекающее туристов и любителей природы. Место, которое люди называли Кармадон, переводится с осетинского как «тёплая вода». Изначально источники геотермальной воды наполняли его теплом и делали особенным. В советское время там построили санаторий «Кармадон», славившийся своими лечебными свойствами и известный по всей стране. Сегодня от этого санатория остались лишь корпуса, разрушенные временем и природой. Главное здание – банный корпус – находился почти у самой реки, но его уничтожил ледник Колка, который обрушился двадцатого сентября две тысячи второго года вечером. Учёные до сих пор не могут дать точного объяснения причинам схода ледника. Основная версия заключается в том, что с горы Джимара сорвалась огромная глыба льда, летевшая с высоты около четырёх тысяч трёхсот пятидесяти метров, она обрушилась в ложбину ледника Колка, вызывая сход всей накопившейся там массы льда, камней и обломков скал. Этот мощный поток с высокой скоростью разрушил инфраструктуру, в том числе фундаментальные постройки, что подчеркнуло быстроту и разрушительную силу природных процессов. Со скоростью около двухсот километров в час поток прокатился от верхней точки теснины до выхода из неё, известного как Кармадонские ворота. Это самое узкое место, бутылочное горлышко, которое можно было преодолеть только по прорубленному в толще тоннелю. Здесь ледник встретил естественную преграду, ударился о скалы и заполнил собой всё ложе ущелья. Объём скопившихся камней, льда и грязи достиг ста тридцати миллионов кубометров, в некоторых местах слой достигает ста метров. Несмотря на это, часть ледника продолжила движение по руслу реки Геналдон, прорвавшись дальше через преграды. Поток двигался в сторону Владикавказа и остановился недалеко от посёлка Гизель, приблизительно в сорока километрах от места схода ледника. В результате схода ледника пострадала съёмочная группа фильма «Связной», режиссёра Сергея Бодрова-младшего. Точные обстоятельства их нахождения во время происшествия до конца не ясны. В тот день съёмки проходили выше по склону, а вечером группа, включающая Бодрова, технических специалистов и участников конного театра «Нарты», отправилась на машинах обратно во Владикавказ на ночёвку. Родственники пропавших надеялись на спасение именно через этот тоннель, который, несмотря на повреждения, оставался единственным возможным убежищем. В первые часы после трагедии спасатели сосредоточились на поисково-спасательных работах, пытаясь определить местоположение тоннеля и прорубить к нему проход с помощью взрывной деятельности. Они также работали в районе Кармадонского ущелья, где прорвался ледник, чтобы найти выживших и обеспечить доступ к спасению. В первые дни после трагедии было найдено девятнадцать погибших, те люди, которых сель застал «слегка». В самом Кармадоне никого найти не удалось.

Тяжёлая техника и лопаты оказались бесполезны, ситуация требовала особых мер. Работы на леднике длились три месяца, в процессе которых проводилась закладка и подрыв взрывчатки, а также спуск спасателей с грузами в колодцы. Несмотря на все усилия, пройти в тоннель так и не удалось, что затормозило дальнейшие исследования и работу. Операция из спасательной превратилась в поисковую, но результата она не приносила, МЧС прекратило работы двадцатого декабря, оставив на леднике только родственников погибших, которые продолжили поиски за свои деньги. В две тысячи третьем году на ледник были доставлены мощные бульдозеры, которые расчистили участок над предполагаемым тоннелем, и началась подготовка к буровым работам, чтобы найти оставшихся исчезнувших. В мае две тысячи четвёртого года пробурили отверстие в тоннель. Часть тоннеля (примерно сто пятьдесят метров) оказалась свободной, при этом внутри не было обнаружено никаких предметов или останков. Операция, единственной целью которой стало найти тоннель и забрать из него останки погибших, завершилась. Останки Сергея Бодрова-младшего так и не были найдены.

Юля окончила свой рассказ. Друзья её молчали. Лишь некоторые тяжело вздыхали, осознавая свою ничтожность перед силой природы.

– Как-то мне уже туда не хочется. Жутко как-то это всё, – поделился впечатлениями Влад.

– Ну всё. Приехали, – таксист остановил машину у одного из трёх памятников Кармадонской трагедии.

Узкая горная дорога проложена между высокими скалами, создавала захватывающий природный антураж. С одной стороны дороги расположены крупные камни и отвесные скалы, с другой – надёжный отбойник, за которым бурлит быстрая горная речка Геналдон. Ширина этого природного прохода всего несколько десятков метров. Этот узкий путь возник вследствие схода ледника Колка. Спустя двадцать лет ледник растаял, и теперь оставалось лишь сдвинуть камни, выровнять путь и проложить асфальт. Осознание того, что где-то в этом месте в зацементированной смеси грязи и камней покоятся останки ста шести человек, погибших при трагедии в Кармадонском ущелье, наводило ужас на всех присутствующих.

Ребята подошли к месту входа в тот самый тоннель. Рядом стояли две гранитные таблички: одна – в память о Сергее Бодрове, другая – о погибших артистах театра «Нарты». Выше, на скале, располагалось крупное граффити – портрет Бодрова в образе из фильма «Брат». В его выразительных глазах ощущалась вся сила духа. Вокруг – цветы, свечи, венки, портреты – дань уважения и скорби, трогательное напоминание о трагедии и памяти об ушедших.

– Жутковато здесь, – первой нарушила тишину Настя, глядя на всё это в задумчивости. Её голос звучал немного нервно, словно боролся с тяжестью пережитых чувств.

Юля молча кивнула, соглашаясь, и на её лице читалось беспокойство. Остальные ребята казались более спокойными, словно привыкшими к подобной атмосфере. Макс, с улыбкой на лице, охотно фотографировался. Олечка тоже не упускала возможности, позируя во всех ракурсах и прыгая с места на место.

– Нужно сфоткать, что ли, – вдруг произнесла Настя, осознавая масштаб трагедии, что окружает их. – Ну чтобы оставить память…

– Давай, – согласилась Юля, хотя сама не испытывала желания фотографировать. Для неё эта локация была по сути кладбищем, местом, где покоятся души, и ей было тяжело стоять среди останков людей. Нависшие над головой скалы морально давили на её сознание. Она первой покинула тяжёлое место и села в машину, чтобы избежать дополнительных переживаний.

– Погоди, давай прямо у входа в тоннель. Сидя, потом стоя! – активно просила Олечка у Влада. Она уже фотографировалась и теперь снимала видео, суетливо перемещаясь, чтобы запечатлеть всё вокруг. Её желание сделать максимум фотографий создавало атмосферу лёгкого неистового энтузиазма, возможно не совсем уместного в таком месте.

– А давай типа я цветы воскладываю, – вдруг предложила Олечка.

– Возлагаю, – поправил её Влад.

– Ой, какая разница! – Олечка взяла в руки пару гвоздик у памятника, и, чуть наклонившись вперед, Влад неустанно фотографировал её, воспользовавшись своей новой крутой камерой. Её аппетитные формы то и дело вываливались из узкого топа и коротких шорт, но она этого совершенно не стеснялась.

– Оль, сфоткай меня тоже, – вдруг попросил Влад.

– Тебя? Зачем тебе? – искренне удивилась подруга, слегка усмехнувшись, но всё же щёлкнув его один раз. Не особо заботясь о ракурсе.

– Спасибо, – тихо произнёс Влад. Но тут же Олечка потянула его за рукав футболки.

– Пойдём на ту сторону. Сфоткай меня на дороге, чтобы было видно скалы! – скомандовала она. – Я хочу затмить всех! Ведь я настоящая львица! Р-р-рр-р! – она мило обнажила свои зубки, маня Влада указательным пальчиком с ярко-розовым маникюром. Влад молча посеменил за ней следом.

Когда все фотосессии были окончены и ребята погрузились в автомобиль, Макс не смог удержаться от комментария:

– Юль, такое ощущение, что тебя заставляют ездить с нами. Чё ты всегда с недовольной миной?

Юля, удивлённая внезапной критикой, немного поморщилась. Она не была готова к такому обвинению.

– Макс, ты серьёзно? – тихо спросила она. – Что за бред?

– А чё ты фыркнула? Ушла в машину? Не стала фоткаться.

– Ну я не фоткаюсь на кладбище, – честно призналась Юля, чувствуя, как её голос становится чуть тяжелее.

Макс продолжил спор:

– Это не кладбище.

– Для меня – одно и то же, – голос Юли стал твёрже. – Мы стояли на костях, если ты не понял. Или ты просто не слушал, что я говорила час назад?

Настя, которая слушала весь этот разговор, решила вмешаться, чтобы не дать ситуации перерасти в ссору.

– Ладно, ребят, – мягко отметила она, – это личное дело каждого. Не будем спорить. Давайте лучше узнаем, что дальше по плану.

– Следующая точка – город мёртвых, – немного нервно произнесла Юля.

– А что это такое? – заинтересовалась Настя. – Расскажи подробнее, Юль.

Юля немного помолчала, собираясь с мыслями.

– Зачем? Вам ведь всё равно не интересно… – обиделась она.

Макс чуть не ответил язвительно, но Настя опять его перебила, проявляя дипломатию:

– Не правда. Нам интересно. Что за город мёртвых? Там все умерли или, может, никогда там не было живых? Есть какие-то легенды?

– Ладно, – вздохнула Юля. – Я расскажу кратко, чтобы не задерживать. Там ехать совсем недолго, поэтому постараюсь передать самое главное.

Она сделала глубокий вдох и начала свой рассказ, предвкушая, что именно её история станет одной из тех, что навсегда останутся у ребят в памяти:

– В горах Северной Осетии находится древний город с башнями и переулками, которому около семисот лет. Он охраняет покой мёртвых, и местные жители давно предостерегают любопытных от проникновения в его склепы. Этот некрополь, насчитывающий девяносто пять склепов, является крупнейшим в мире и занимает важное место в списке охраняемых объектов ЮНЕСКО. Для археологов он ценен как уникальный исторический памятник и источник древних знаний. В сухих и защищённых от ветров усыпальницах сохранились многочисленные артефакты, такие как керамика, стекло, посуда, оружие, одежда, обувь и даже деревянные детские сани, датируемые разными эпохами. Всего было обнаружено более тысячи шестисот предметов, что свидетельствует о богатой истории похоронных обрядов. За века захоронения неоднократно грабили, а туристы порой похищают кости и черепа в качестве сувениров, не осознавая, что это останки реальных людей. Власти как могут борются с вандалами. Город мёртвых, с крышами в виде маленьких пирамид, заметен издалека. Кровли сооружений сконструированы так, чтобы во время дождей вода стекала каскадами, защищая внутренние пространства от влаги. В Даргавсе представлены три типа усыпальниц: наземные с двускатными крышами, а также полуподземные и полностью подземные захоронения с отверстиями-проходами. Внутри склепов можно увидеть останки – черепа, кости, мумии, одежду и древнюю посуду. Этажами в склепах выложены деревянные полки, на которых лежат гробы в виде лодок, что кажется необычным, ведь рядом нет моря. Эти лодки-гробы выдолблены по форме тела и символизируют переход через реку забвения к загробной жизни. После заполнения могильника первых усопших зарывали в ямы в фундаменте, а полки использовали повторно для новых захоронений. Так, одна небольшая семейная усыпальница может хранить могилы до ста родственников. С шестнадцатого по девятнадцатый век в этом некрополе было похоронено около десяти тысяч человек разного возраста. Город мёртвых появился после чумы, которая, по легенде, была вызвана местной ведьмой. Жители Даргавса рассказывают, что к ним пришла неземной красоты девушка, пленявшая мужчин, и многие погибли в попытках завоевать её сердце. Её неземная привлекательность вызвала споры и страх среди жителей. Даже старейшины не могли решить спор, так как она завладела их сердцем, и они потеряли рассудок. Женщины решили изгнать девушку, назвав её ведьмой, и попытались прогнать её из села. Мужчины не захотели расставаться с ней и, чтобы незнакомка не досталась никому, её убили. После смерти девушки началась чума, но страшна была не столько мучительная смерть жителей, сколько то, что происходило после. Земля будто отвернулась от людей, выбрасывая умерших на поверхность.