Василиса и мир в шкатулке

Художники:

автор обложки – Елена Иванина

работа с иллюстрациями – Антон Петров

© Издательство «Перо», 2022

© Анастасия и Мария Тереховы, 2022

Глава 1

Василиса

«Только бы не спросили» – Василиса вжалась в свой «стул и почти съехала под парту, желая стать как можно менее заметной. И хотя она прекрасно выучила заданное на дом стихотворение, отвечать у доски не было никакого желания.

А всё почему? А всё из-за Васьки и Димки – его подпевалы. Всегда вместе, друзья – не разлей вода. И так же дружно они её дразнят.

Родители Василисы долго придумывали имя для дочки. Им хотелось, чтобы её звали как-то необычно. Мама Василисы – Варвара Никитична – в детстве очень любила волшебные сказки и решила дать дочери непременно сказочное имя. Так и вышло, что Василису нарекли Василисой.

А она сама считает, что с этим именем ей сказочно не повезло! И ладно, что дома все сокращали её до Лисы, хотя тоже обидно: напоминает рыжую хвостатую плутовку, – так ещё в школе Васька с Димкой дразнят её самым кошмарным для девочки прозвищем: Васёк!

Васька обыкновенно начинает утро в школе с противного приветствия: «Здорово, тёзка!» А затем обязательно добавит какую-нибудь колкость, а то и вовсе за косу дёрнет и всю причёску разлохматит!

У-у-ух, как Лисе иной раз хочется ему ответить! Что-нибудь вредненькое и с юмором, чтоб ему нечего сказать было. Но почему-то все гениальные идеи приходят ей в голову уже дома, вечером, когда она в десятый раз прокручивает в памяти самые ужасные моменты школьного дня.

«Тарарам-пам-пам!» – пока Лиса витала в облаках, представляя, как было бы хорошо, если б ее звали, например, Машей, звонок прогнал всех на перемену.

«фу-у-ух, не спросили. Сегодняшний день начинает мне нравиться!» – решила Лиса и поспешила догнать подруг: Аделию, Машу и Кристину.

– Чего такая грустная? – спросила её Аделия.

– Я не грустная, а задумчивая. Да и с чего мне веселиться? Смех без причины – признак дурачины, – подняв указательный палец вверх, поучительно возразила Лиса.

– Всё на судьбу жалуешься или опять себе имя подходящее придумываешь? – Маша шутливо щёлкнула Лису по носу. – Не понимаю я, чего ты на этом так зациклилась? Если б все в классе были Машами и Наташами, нас Нине Викторовне по фамилии пришлось бы называть.

Лиса представила, что Ваську тоже теперь зовут Наташей, и развеселилась.

– Вон у Аделии тоже имя редкое, а она совсем не расстраивается, – продолжила рассуждать Маша.

– А чего расстраиваться-то? Некогда нам расстраиваться! В столовку опоздаем, все вафли разберут!

– Ой, правда, наши все давно на обеде. Побежали!

Пообедав и похвастав на уроке английского, кто какими видами спорта увлекается – тема урока была такая, спортивная, – девчонки подхватили свои рюкзаки, мешки со сменкой и выскочили на школьный двор.

– Красота-а-а! Конец недели. Даже дышится легче. Чувствуете этот запах? – Аделия потянулась и заговорщически подмигнула девочкам.

– Какой запах? Вроде краска на заборе уже высохла, – Лиса с недоумением посмотрела на развеселившуюся подругу.

– Да при чем тут забор?! Свобода – вот чем пахнет! Впереди же вы-ход-ны-е!

– Ага, только чтобы выходные действительно пахли свободой, всю домашку придётся делать сегодня, – вернула всех на землю Кристина.

– Да ладно, домашка малюсенькая. Зато завтра у нас экскурсия в планетарий, не забыли? – оживилась Маша. Она в этом году не пропустила ни одной школьной поездки. И хотя уже несколько раз вместе с родителями ездила в планетарий, всё равно радовалась предстоящему мероприятию.

Подурачившись и побегав на школьной спортивной площадке, ученицы 4-Д класса разбрелись по домам.

Завтра в 9 часов утра их класс во главе с учительницей Ниной Викторовной встретится у входа в метро. Но это будет завтра. А пока что Лиса доделывает упражнение по русскому языку и даже не подозревает, что на экскурсию подруги отправятся без неё.

Глава 2

Наследство

Утро началось очень весело: с не сработавшего будильника. А без будильника в семье Лисы встаёт только её кошка Хана, и та ненадолго – покушать и снова свернуться клубочком на подушке хозяйки.

Когда Лисина мама, не открывая глаз, прошагала по коридору в сторону ванной, на часах было уже без пяти минут восемь. Пока Варвара Никитична будила Лису и папу к завтраку, пока женская половина домочадцев приводила в порядок свой внешний вид – неумолимо приближался назначенный час встречи с классом. Мама подгоняла Лису, укладывая в ее рюкзачок бутерброды, яблоки и чай. Василиса, только-только победив в схватке с Ханой, зашнуровала левую кеду и решила, что побежит до метро на сверх-скоростях.

Но её планам не суждено было сбыться. Неожиданный звонок в дверь прервал их с мамой сборы. Дверь открыл Александр Сергеевич – Василисин папа.

На пороге стоял необычный гость: мужчина средних лет со встрёпанными каштановыми волосами, в смешных круглых очках и каком-то музейном костюме. Почему музейном? Да просто в таких костюмах уже не одно столетие никто не ходит!

То, что он не был знакомым её родителей, Лиса поняла сразу: папа всегда немного хмурится, когда имеет дело с кем-то новым и еще «не проверенным», а мама так же, как и сама Лиса, с любопытством выглядывала из-за папиной спины.

Незнакомый им всем мужчина представился Никанором Прокофьевичем, дворецким и поверенным маминой тётушки Алёны Геннадьевны.

– Дворецкий? Вы так интересно представились, Никанор Прокофьевич, как будто тётя Алёна живёт в старинном замке, – мама Лисы улыбнулась своей фантазии и пригласила гостя пройти в кухню на чашечку чая, а сама хотела проводить дочку и удостовериться, что она взяла с собой всё необходимое.

– Простите, Варвара Никитична, – откликнулся на её шутливую фразу о замке мужчина, – но я не уполномочен раскрывать данные о месте жительства вашей тётушки. Я здесь по другому делу. По завещанию моей хозяйки, я прибыл вручить наследство Василисе Александровне Светловой.

До Лисы не сразу дошёл смысл сказанного. А вот мама среагировала быстро – совершенно неизящно плюхнувшись на стул и мгновенно побледнев.

Дворецкий-поверенный тут же спохватился и начал успокаивать её, уверяя, что с тётей Алёной всё в совершеннейшем порядке. И что это только звучит так грозно – «завещание». На самом же деле никто не умер. А наследство тётушка Алёна решила отдать Василисе при жизни, находясь в добром здравии.

Немного придя в себя, мама снова пригласила за стол Никанора Прокофьевича и, извинившись, отошла позвонить Василисиной учительнице. Предупредив Нину Викторовну, что Лиса не поедет на экскурсию, она вернулась на кухню.

Когда перед каждым присутствующим дымился ароматный чай в фарфоровой чашке, а в розеточке лежало очень вкусное домашнее варенье, семья Светловых приготовилась внимательно слушать неожиданного гостя.

По словам Никанора Прокофьевича, его хозяйка (да-да, он именно так и выразился – хозяйка) обладает некой ценностью. Причём настолько эта вещь важная и редкая, что цены ей нет. И от этой вещи тётя Алёна спешит избавиться, передав её своей преемнице – Василисе.

В чём именно Василиса является преемницей тёти Алёны и отчего та решила поскорее передать ей свою бесценную ценность, – об этом, как ни расспрашивали Светловы, дворецкий ничего не рассказал.

Зато после подписания Лисиной мамой целой стопки документов Никанор Прокофьевич церемонно поклонился девочке и торжественным голосом произнёс:

– Василиса Александровна! По мудрейшему распоряжению Алёны Геннадьевны, как её поверенный и преданный дворецкий, вручаю вам эту вещь!

С этими словами таинственный гость протянул Лисе довольно громоздкую деревянную шкатулку, можно даже сказать: небольшой сундучок. И где только прятал её?! Лиса готова была поклясться: когда этот странный дяденька заходил к ним в квартиру, в руках у него была одна только папка с документами, и никакой шкатулки точно не было!

Но сейчас всех интересовало совсем другое: что же у неё внутри?! И только Василиса потянулась, чтобы открыть шкатулку и утолить всеобщее любопытство, как поверенный накрыл её сверху своей рукой, смущённо бормоча:

– Э-э-э, нетушки-нетушки, это вы сами, без меня. Я свой долг выполнил, а дальше дело за вами, Василиса Александровна. Разрешите откланяться, я очень спешу. О-о-о-о-о-чень-очень спешу.

И не успели Лиса и её родители опомниться, как загадочного дворецкого и след простыл, а о его визите напоминала лишь нетронутая чашка чая да резная шкатулка у Лисы в руках.

Недолго думая, девочка поставила своё наследство на стол, подняла крючок, на который закрывалась шкатулка, и распахнула её.

Мама, папа, Лиса и даже любопытная Хана в полном недоумении разглядывали «сокровища», лежащие на дне. В шкатулке оказались шишка, дубовый листочек и розовое стёклышко…

Глава 3

Непридуманные сказки

– Дa-a-a, – глубокомысленно изрёк Александр Сергеевич, – судя по тому, что я о ней знаю, твоя тётя в своём репертуаре.

– И не говори! Столько лет о ней ничего известно не было. Исчезла, напустила таинственности. И тут вдруг – наследство. Это же надо было додуматься: наняла какого-то актёра. Наверняка ещё оплатила дорогу до нас. А какую историю выдумала! И всё шутки ради. Удивительная женщина! – мама раскраснелась, начала размахивать руками и говорила непривычно громко.

Непонятно было, чего в её высказываниях больше: возмущения или восхищения выдумкой родственницы. Но совершенно точно Василиса заметила, как хитро блеснули мамины глаза, когда папа сказал, что тётя Алёна смолоду была той ещё сказочницей. Этот озорной блеск в глазах и задумчивая улыбка – верные признаки того, что Лису сегодня ждёт новая преинтереснейшая история, которыми мама балует её с самого раннего возраста.

Из задумчивости всех вывел папа:

– Ну, раз уж так вышло, что наша Лисичка на сегодня свободна, – девочка привычно сморщила носик в ответ на такое обращение, – предлагаю погулять. Как насчёт поездки в парк аттракционов?

– Ур-р-р-ра-а-а-а-а! – Лису не нужно было упрашивать. Чмокнув на прощание кошку в недовольную мордочку, она обулась и вылетела из квартиры под смех родителей.

– Ма-а-а-ам, а расскажи мне про тётю Алёну, – просительно протянула Лиса, когда они вернулись домой и мама принялась кулинарить.

Девочке наскучило играть с папой в шашки, хотя они то и дело хохотали: каждый раз, когда Хана (видимо, «болея» за хозяйку) утаскивала шашку за шашкой под шкаф – и все папины!

Но что там шашки! Даже на аттракционах Василису не покидали мысли об утреннем госте, о шкатулке и о той, кто её подарил. И сейчас девочка жаждала продолжения истории. Ей казалось, что во всём этом кроется какая-то тайна. И так хотелось прикоснуться к чему-то неизведанному и, может быть, даже чуточку волшебному!

– А ты разве не помнишь? Как-то я рассказывала тебе о тётушке. Бабушка с дедушкой всегда считали, что из их старшей дочери получится прекрасный писатель или талантливый журналист. И когда она поступила в институт на литературный факультет, никто не удивился. Но, проучившись там всего один месяц, тётя Алёна поставила всех перед фактом, что теперь будет учиться на архитектора! На вопросы растерянных родителей отвечала что-то совсем странное: «Должна же я знать, как строить большие удобные дома и крепкие мосты через быструю реку!» Самое подходящее слово, чтобы описать мою тётю, – странная. Но именно она научила меня читать. Я тогда была совсем маленькой, мне только исполнилось три года. К нам приехала тётя Алёна и подарила мне книгу. Она была огромная, тяжёлая, с большими картинками. Помню, что они показались мне страшными. И подарок я, кажется, не оценила. Но вечером, когда мама укладывала меня спать, тётя Алёна спросила, люблю ли я интересные истории. Наверное, у мамы никак не получалось меня уложить, и она передала эстафету своей старшей сестре, оставив нас в детской. Тётушка рассказывала удивительные истории о принцессах и рыцарях, о великих волшебниках и сказочных существах. Она говорила, что они правдивы. И эти сказки так захватили меня! Тётя гостила у нас две недели и каждый день рассказывала мне новую историю, прерываясь на самых интересных местах! Я по-детски возмущалась и негодовала на такую несправедливость. А тётушка показывала мне буквы, и я запоминала их. А потом мы вместе складывали слова. И, сидя у неё на коленях, я смотрела в раскрытую книгу – ту самую, которую я получила от неё в подарок, – и водила пальчиком по строчкам, следя, где читает тётя. К удивлению родителей, совсем скоро я сама прочитала эту книгу. В тот год она приезжала к нам ещё три раза. И каждое её появление было самым настоящим праздником. Когда мне было уже пять лет, тётя Алёна стала приезжать реже. Кажется, за год я видела её только дважды. Но появляясь в моей жизни, она неизменно приносила с собой новую невероятную историю. Тётя рассказывала так убеждённо, так серьёзно, будто и не сказки всё это, а её собственные приключения! Я долго верила во всё это волшебство. И хотя позже мне стало ясно, что все сказки – вымысел, я благодарна тётушке. Это были очень счастливые и чудесные моменты моего детства.

– А что потом? Почему тётя перестала к тебе приезжать?

– Никто не знает. Даже родной сестре она не сообщила, куда переехала. Просто в какой-то момент мама не смогла ей дозвониться и поехала проверить, всё ли хорошо. Но квартира тётушки оказалась продана. А новые хозяева передали маме записку, в которой тётя просила не волноваться и ни в коем случае её не искать. Мама тогда страшно рассердилась и обиделась на свою сестру. Но даже я видела, что она просто переживает за неё.

– А где же теперь эта книга, по которой тётя научила тебя читать?

– Ох, я и не вспомню, Лисочка. Затерялась где-то. Я ведь с ней и к бабушке своей в деревню ездила. И вообще всюду её таскала. Не такая уж она огромная была, как мне в три годика показалось.

Василиса приуныла. Ну как же так?! Ну для чего-то же надо было таинственной родственнице подарить ей эту шкатулку! Не может же такого быть, чтобы взрослый человек делал что-то только ради смеха. Чтобы запутать и озадачить их всех!

Нет, Лиса в это никак не могла поверить. А если это не так, то у тёти Алёны была какая-то причина. И, наверное, очень важная! И так Василисе хотелось её понять и узнать побольше, но ничего не получалось. Даже книгу – еще один подарок тёти – и ту увидеть никак не выйдет.

От досады девочка начала пыхтеть, хмурясь совсем как папа. Варвара Никитична, видя, как расстроилась дочка, предложила:

– Раз уж ты так заинтересовалась моей тётей-сказочницей, пойдём, посмотришь на неё. В нашем фотоальбоме есть несколько её фотографий.

Фотографий было немного, но почти на всех тётя Варвары Никитичны держала шкатулку, очень похожую на ту, что стояла сейчас на тумбочке в комнате Василисы.

– Ничего себе! Мама, смотри, твоей тёте эта шкатулка была очень дорога!

– Похоже, что так, – задумчиво отозвалась Варвара Никитична. – Никогда не обращала внимания на этот сундучок. Сегодня утром увидела твоё «наследство» и даже не вспомнила, что у тёти была такая…

После ужина и недолгой вечерней прогулки с родителями – сильный ветер разогнал по домам всех любителей пройтись перед сном – Лиса забралась на кровать с новой книжкой рассказов о животных.

Вечерами ей нравилось рисовать забавные истории или читать их. А Хана любила посидеть и помурлыкать на животе у хозяйки, загораживая ворчащей на неё девочке полстраницы.

Как только Лисе удалось договориться с пушистой подругой и погрузиться в чтение, из повествования её выдернул какой-то шорох. Девочка посмотрела по сторонам, оглядела всю комнату, но источника шума не нашла. Да и никаких посторонних звуков, кроме частых порывов ветра за окном, больше не слышала.

Решив, что ей показалось, Лиса снова принялась за книгу. И тут опять – ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш, тр-р-р! Василиса подскочила на кровати от неожиданности, уронив книгу, а Хана выгнула спину дугой и распушила хвост.

– Да что же это такое?! Хана, ты ведь тоже это слышала? Неужели на 14-м этаже завелись мыши?! Вот, тебе тоже смешно. И я так думаю. Наверное, это шум от соседей. А ты такая напуганная, потому что я вдруг вскочила. Да? Ну, всё, давай спать. Слишком много впечатлений на сегодня. Пусть мне приснятся драконы и феи, а тебе вкусная сосиска!

Лиса переоделась в пижаму, погасила свет и улеглась в кровать, уступив половину подушки Хане. Уже уплывая в страну сновидений, девочка снова уловила шуршащий звук. Мягкое разноцветное сияние коснулось её прикрытых веками глаз. Вздрогнув и тут же стряхнув сон, девочка во все глаза уставилась на светящуюся в темноте шкатулку.

Глава 4

Упавшая шишка

– Волшебная… Она правда волшебная! – непонятно кому объявила Лиса. Не то от испуга, не то от неожиданности её голос сорвался на шёпот.

Медленно, как будто боясь спугнуть свою удачу, она откинула одеяло, встала и на цыпочках подошла к шкатулке. На пижаму девочки и вещи вокруг неё попадали то фиолетовые и голубые с розовым, то красные, зелёные и жёлтые всполохи.

Дрогнувшей рукой Лиса подняла крючок и откинула крышку. Внутри в разноцветном сиянии лежали уже знакомые ей предметы. Но один из них шевелился и перекатывался сам по себе! Девочка дотронулась до ожившей шишки, и мир перевернулся с ног на голову…

Это было похоже на метро. Вот поезд трогается, разгоняясь всё сильнее, а ты сидишь в вагоне, и в окне напротив тебя мелькают провода на стенах тоннеля, огоньки подземных светильников, редкие тёмные проходы, ведущие неизвестно куда. Быстрее, ещё быстрее. И, наконец, всё сливается в непонятную чёрно-серую мешанину. Но потом скорость снижается, поезд останавливается. И ты видишь платформу, спешащих по своим делам людей, стены станции… Всё понятно и привычно, ничего загадочного. Сейчас Василиса ощутила нечто похожее, с той лишь разницей, что не было никакого вагона, и неслась она на огромной скорости не на другую станцию метро, а вообще непонятно куда. Да и когда остановилась, ничего понятного и привычного вокруг не оказалось.

Последние сомнения в волшебности её «наследства» покинули Василису, едва она почувствовала под собой твёрдую поверхность и распахнула зажмуренные от испуга глаза. Девочка лежала на спине, устремив взгляд в залитое солнцем небо.

«Какие уж тут розыгрыши, – подумала Лиса, – если всего мгновение назад я была в своей комнате, и за окном было темно, а сейчас совсем не ночь, и я лежу в поле на… розовой траве?!»

Лиса резко села и теперь старалась охватить взглядом как можно больше. В голове никак не укладывалось, что же с ней произошло. Она точно не спит, даже щипать себя не нужно. Её ладошки вполне отчетливо ощущали совершенно настоящую рыхлую землю и такую же невыдуманную мягкую травку на ней. А в волосах девочки запутался тёплый ласковый ветерок.

И сюда она попала, заглянув в шкатулку. Точно, шкатулка! Это всё правда! Раз шкатулка волшебная, значит, и все рассказы маминой тёти тоже могут быть вовсе не сказками! Похоже, что шкатулка – это дверь в сказочный мир. А если есть дверь, значит, она сможет вернуться домой. Так? Именно так! Но она будет не она, если хоть одним глазком не посмотрит на настоящую принцессу. А ещё было бы неплохо увидеть фей или волшебников, и совсем замечательно – живого дракона. Правда, последнего достаточно будет увидеть издалека. Всё-таки кто их знает, этих чешуйчатых, может, они девочками только и питаются.

Размышляя над тем, кого ещё из сказочных персонажей было бы интересно увидеть, Лиса окончательно успокоилась и встала. Она отряхнула пижамку от розовых травинок и пошла в ту сторону, где из-за линии горизонта виднелись кривые скалистые верхушки.

Идти пришлось долго: необычное поле всё никак не заканчивалось. Но вот трава начала редеть, а в тапочки Лисе стали набиваться камешки. Некоторые из них были в полосочку, другие в крапинку, а встречались и совсем уж диковинные – в шахматную клетку!

Лисе очень понравился один из таких камней: гладкий, овальный, весь в чёрно-белую шашечку. И она положила его в кармашек пижамной кофты.

Но, оказывается, в кармане уже что-то лежало. Василиса с изумлением достала ту самую шишку, из-за которой оказалась в этом мире. В голову ей пришла неожиданная мысль: «Если шкатулка – это дверь, может, шишка – ключ от неё?»

Только вот куда его вставить, этот ключ? Шкатулка, по всей видимости, осталась дома. Но как бы там ни было, а шишку стоит сохранить. Хоть она сейчас и не шевелится, но может для чего-то пригодиться.

Остановившись у подножья высокой каменной преграды, Лиса огляделась. Скалистая стена тянулась налево и направо, насколько хватало глаз. Не найдя никаких пещер или горных проходов, девочка присела на ближайший валун, поросший мягким мхом (ну надо же – оранжевым!), и задумалась.

В её положении было бы вполне логично переживать, расстраиваться и даже паниковать. Но почему-то ничего из этого Лиса не ощущала. Да, она оказалась в незнакомом месте. Одна. Далеко от родителей. И сейчас не знает даже, куда идти и где достать еды. Но страха не было. Зато любопытство разыгралось не на шутку.

И всё же после долгой прогулки ей уже захотелось пить и что-нибудь покушать. При мысли о еде в животе громко заурчало. Но одновременно с этим Василиса услышала тихую мелодию, льющуюся как будто прямо из горы! Кто-то напевал неизвестную песенку, но слов было не разобрать.

Подойдя поближе, она прижалась ухом к небольшой выемке в скале и тут же отпрянула: будто специально для неё совсем рядом открылся проход. Настолько тёмный, что девочка немного помедлила, прежде чем зайти в него.

Как только она шагнула внутрь, проход за её спиной исчез, будто его и не было. Зато впереди открылся другой – радующий дневным светом и уже почти привычной и ожидаемой разноцветной листвой деревьев.

Лиса во весь опор бросилась к выходу из горного тоннеля и, не успев затормозить, налетела на первого встреченного ею местного жителя.

– Ой-ой-ой!

– Простите, пожалуйста! Я не нарочно, – быстро проговорила девочка, помогая пострадавшему встать на ноги. Это был совсем обыкновенный мальчик. Ни крылышек, ни маленького роста, ни волшебной палочки у него не было. Нельзя же считать чем-то необычным кудрявые каштановые заросли на голове и россыпь веснушек на носу и щеках. Мальчик как мальчик. Но для порядка Лиса спросила:

– Вы просто мальчик или какой-нибудь великий волшебник? Меня, кстати, Василисой зовут, а вас?

– Я не волшебник, и уж тем более не великий, – заулыбался он в ответ, – очень приятно познакомиться, Василиса. Родители назвали тебя в честь королевы, здорово! А я – Мирей из деревни Запевалкино, наш домик самый крайний, тут недалеко. Все в нашей деревне умеют петь, – не без гордости проговорил Лисин новый знакомый.

– Я тоже умею, у меня по музыке ни одной четвёрки.

– Так ты тоже пришла на наш праздник? – отчего-то развеселился Мирей.

– Если честно, я ничего не знаю о празднике, а сюда попала… кажется, случайно.

– Ничего страшного, пока мы дойдём до нашего двора, я тебе всё расскажу. Я как раз шёл от своего друга, которого тоже позвал на праздник, а тут ты меня уронила, – со смехом закончил он. У Лисы сразу покраснели щёки и, кажется, даже уши. А Мирей продолжил рассказ, добродушно поглядывая на свою попутчицу:

– У нас такая радость! Яблоки упали! А ещё груши. О-о-о-о-очень много! За ночь нападало столько, что на всю деревню хватит и ещё останется соседей угостить, – и он замолчал, давая возможность Лисе переварить эту «невероятную» новость.

– Ну… поздравляю. А какой праздник? – уточнила Василиса, решив, что Мирей отошёл от темы разговора.

– Как это какой?! – возмутился и как будто даже обиделся мальчик. – Я же говорю: яблоки и груши у-па-ли!

– Послушай, Мирей, я живу очень далеко отсюда и не знаю, как тут у вас всё устроено. Тебе может это показаться странным или даже глупым, но я действительно не понимаю. Вы что, празднуете начало сбора урожая? Или у вас есть какие-то традиции, связанные с яблоками и грушами?

Василисин провожатый остановился, ошарашено глядя на девочку и, как будто не веря собственным словам, произнёс:

– Василиса, ты не из Миларии?!

– Не из… чего? – растерянно проговорила она в ответ, уже понимая, что этим вопросом полностью подтвердила догадку мальчика.