Течение рока

Ура! Первый день каникул! Я так обожаю каникулы, если есть с кем их проводить, а главное как.

Учусь я в музыкальном институте на барабанщика. В нашем городе Харрикейн я только проводила на каникулах, а вот мой институт находился в мегаполисе. Во время учёбы я жила в общежитии. Ах да, наш город не совсем похож на человеческий. Мы конечно тоже люди, только мёртвые люди, можно так сказать и жили мы в другой вселенной. Вселенной Ф.Н.А.Ф! Это самая крутая вселенная! Даже когда я была ребёнком, я не получала столько радости и счастья от жизни, сколько получила от такой жизни.

При реальной жизни я была не очень счастливой. Я всегда была грустной и одинокой, так как друзей у меня никогда не было. Никогда не сходились в интересах. Но после того, когда нас убил странный маньяк в пиццерии: "У Фредди", то тогда я поняла насколько моя жизнь изменилась. Даже очень рада, что попала во вселенную аниматроников.

Конечно я очень скучала по своим родителям, но что поделать – обратно бы никак не попала и пришлось принять жизнь такой, какая она есть. Да и тем более у меня появились здесь хорошие друзья, хороший дом и очень отличное занятие…

Как обычно в первый день каникул мы собирались в гараже у моего друга. Можно сказать, что это наша традиция. Каждый первый день каникул мы с друзьями встречались в гараже, чтобы поболтать, посмеяться и заниматься своим делом, которым мы занимались при каждой встрече.

Его дом находился недалеко от моего: всего в три дома. Как обычно я была одета в чёрный топ с брелком креста, чёрную кожанку, чёрные джинсы банан и чёрные перчатки без пальцев. За спиной свисал мой красный портфель, из которого выглядывали барабанные палочки. У меня был собственный барабан. Он состоял из огромного барабана, четырёх маленьких по бокам, крепящиеся на медные подставки и серебряная тарелка. На огромном барабане было нарисовано чёрным пастелем: "Rock". Мы его с моим другом перетащили при первом переезде, чтобы всякий раз мне не таскать его из дома.

Вот и дом моего товарища. Из старого гаража доносились бурные разговоры и дикий смех. Дом его выглядел простым: двухэтажный, молочного цвета с синей крышей. Клумбы с розовыми пионами украшали зелёный садик. Почтовый ящик сочетался цветом с синим забором. Иногда мне казалось, что дом друга был расписан в тематике матроса.

Но он увы эту тематику не очень любил.

Я подошла к гаражу и всей силой открыла ржавую дверь, что неприятно проскрипела. Её было очень трудно открывать, так как она была уж сильно ржавой.

Меня встретила темнота и приятный свет жёлтых гирлянд, что висели по верхним плинтусам гаража. Все стены были обвешенны постерами рока. Сам гараж был захвачен царём беспорядка. Вдруг ко мне подошёл мой друг, который как раз и был царём беспорядка.

– Привет, Вики, – проговорил он мне, снимая свою кожанку и вешая её на старую вешалку.

– Привет, Бонни, – ответила я, сильно прижимая его руку своим рукопожатием.

Бонни был у нас бассистом. У него была отличная бас-гитара с острыми углами, красного цвета с белым матовым покрытием сверху. Она была в форме треугольника, у которого отрезали половинку из середины. Уникально!

Бонни – это сиреневый кролик. Он был одет в белую футболку с такой же надписью, что и на моём барабане, чёрные свободные джинсы, чёрные перчатки без пальцев и так называемых "колючие браслеты". Я честно не помню, как они точно назывались. Бонни самый добрый из нашей компании и самый общительный.

– Ты не видела по дороге Ви? – спросил он внезапно, когда я снимала кожанку.

– Нет, – ответила я с полной уверенностью.

Ви всегда у нас опаздывал. Он видимо любил это делать, так как всегда задерживается. Ви очень хороший друг Бонни с детства, да и в друзья он годится. Он тоже был кроликом, но без лица: оно было трансформирующим. Он мог его трансформировать как и обычным лицом, так и лицом, что выглядело для меня довольно милым. Алые глаза с белыми зрачками, тёмные шрамы на железном лице и острые белые зубы, что распологались на нижней пасти. Это его делало милым.

Ви был юмористом. С ним никогда не было скучно. Как он говорил, что с Бонни они были давно знакомы, ещё быв людьми. Друзья – не разлей вода. Ви был у нас сольным гитаристом, да ещё каким!

К Бонни, из-за огромного шкафа, вышел Голд. Тоже наш друг. Он играл у нас на сентизаторе. Сентизатор был ручным, то есть был чем-то похож на гитару, только с клавишами пианино. Карочесентизатор в виде гитары или так называемая клавиатра. И так понятно. Золотой медведь с чёрными глазами, а зрачки, словно белые точки, что проткнули иголкой по тёмной бумаге. Он был в чёрных шортах, что свободно болтались у него на бёдрах, белая чистая футболка и чёрные перчатки без половины пальцев. Его кожанка висела рядом с моей. Надеюсь, что мы их не перепутаем. Довольно они похожи.

Голд был очень пошлым, но зато доверчивым. Да и ему можно доверять не хуже, чем своим мыслям.

– О! Здарова, Вики! – прокричал он весело, увидев меня, – Как твоя учёба!? Сто лет не виделись!

– Да не плохо, – проговорила я, – я так скучала по всем вам.

– Да и мы не мало соскучились, – проговорил Бонни, настраивая гитару, – я вот больше всех скучал, потому что этот факультет механики такой нудный, особенно преподаватель истории! Ужас!

Бонни учился на механика в мегаполисе. Конечно он не любил этим заниматься, но по баллам он поступил на бюджет только туда.

Ой, совсем забыла представить себя. Пока парни настраивали свои инструменты и ожидали Мистера Капушу, думаю я смогу немного рассказать о себе.

Я Вики и мне двадцать лет. Я ударник в нашей команде: "Жизнь рока" или по английский: "LifeRock". Вот так правильней. Я была аниматроником курицей. У меня были сломанны пасть и руки, поэтому свои ладони я образовала из проводов, что торчали из оторванных конечностей. Рот был прошит по бокам, чтобы не выглядела страшной. Я была сиреневоглазой. Ви всегда говорил мне, что у меня приятный взгляд. Свои волосы, что лежали до плеч, никогда не заплятала, ну или в высокий хвост. Судя по друзьям, я добрая и верная. И даже крутая, как выражался Голд.

Вдруг распахнулась ржавая дверь и вошёл Фред. Он был бурым медведем с двумя нижними шрамами под глазами. Его фамилия Визерд. У нас у всех есть фамилии, но он любил свою фамилию и всегда был рад, когда его представляли с ней.

– О, Фред Визерд! Наконец-то ты пришёл! – с радостью встретила его я.

– Привет, ребята! – окинул он всех взглядом, обнимая меня.

Если честно, то он мне очень нравился. Как парень. Я его сильно любила и даже походу влюбилась. Мне он нравился характером: смешной, понимающий и заботливый. Он никогда не соглашался с другими, был на своей волне и мыслях. Мне нравились его голубые глаза, словно чистое небо. Я в них тонула целиком, смотря ему в взгляд.

Он у нас солист. Конечно у нас было ещё два салиста, но они ещё не приехали из города. Их понять можно, а вот Ви жил в Харрикейн, но он всегда жёстко опаздывал, словно жил на каком-то Алтае от Америки "А". ( Если что "А" это наша вселенная. Довольно отличается от мира людей, так как вместо людей города́ заселены иными существами).

Фред повешал свою толстовку на замке рядом с нашими кожанками. Теперь он был в чёрной футболке оверсайз с рисунком: "Жест козла", чёрные джинсы и перчатки с вырезом около больших пальцев. На запястьях висели рок-браслеты.

– Ну и жаришко на улице, – проговорил Бонни, подключая бас-гитару к комбику, – душно довольно.

– Нам повезло, что есть в гараже кондиционер, – проговорила я, садясь за барабан и уложив руки об самый большой, – и нет окон.

– Ну, после нашей репетиции точно будет жарче, – проговорил Фред, тыкая пальцем по микрофону.

– И не говори, – поддержал его Голд.

– Всем привет!

К нам зашёл Спрингтрап. Он тоже был гитаристом. На плече висел чехол, в котором как раз лежала его гитара. Спрингтрап жил в Лос-Фанджелесе и часто приезжал сюда на своей машине к нам. Ему было тридцать и уже имел работу, поэтому он мог приехать, когда захочет. Он родной брат Ви и Спрингл и главное старший.

Он был наглым и ещё той калючкой, но зато был смешным и всегда мог поддержать. И он приставучий, даже очень. Ко всему будет придираться, ради веселья. Это его делало смешным.

Спрингтрап был во вселенной Ф.Н.А.Ф. легендой, так как он был тем самым убийцей. Судя по сплетням, он убил двадцать один детей, а то и больше. И именно он посадил всех нас в эти костюмы, забрав наши жизни из людской в аниматронную. Но мне было на это всё равно, так как он был отличным другом. Он был мутно-золотым кроликом без одного уха и имел много шрамов по телу. Одет он был в чёрную футболку, что была заправлена в джинсы чёрного цвета. По бокам джинс висели золотые цепочки. На руках были перчатки без пальцев и напульсники. Я всё таки вспомнила, как называются эти браслеты.

Он напрыгнул на Голда и прижав его в объятиях, сильно кричал и вскликливал, словно они лет сто не виделись. Вальсируя по гаражу, что был заставлен коробками и не нужным материалом, они кричали и били друг друга по спине.

– Голд, дружище! – кричал Спрингтрап, сильно маячив Голда из стороны в сторону, – Долго не виделись! Как твоя работа в кофейне?

– Сойдёт, – проговорил он, разминаясь от крепких объятий, – вот только коллектив такой мутный. Не разговаривает, не смеётся. С вами мне намного лучше.

– Ещё бы, – упёрто сказал Бонни, положив руки на бёдра.

После зашла Спрингл. Она как всегда, выглядела идеально. Я поражалась её тонкой фигурой. Одета она была в чёрное платье с розовыми рукавами, что красиво лежали по плечам. Прозрачный подьюбник из прозрачной розовой ткани, красиво сочетался с розовыми гольфами и резинкой. Она была золотым кроликом с сиреневыми глазами. Лицо худенькое и выглядела она, как модель с журнала. На руках были перчатки в сеточку.

Спрингл добрая, оптимистка и скромняжка. С десяти лет она нравилась Голду. Даже очень.

Вот как раз Голд и обнял её первым, долго лапая её чуть ниже талии. Она со смехом обнимала его в ответ.

– Привет, друзья! – проговорила она, обнимая каждого из нас.

– Привет, – проговорила я, обнимая её доброе тело, – как твоя учёба?

– Чудесно! – вскрикнула она, вскидывая руки в высь, – Мне нравиться! Такая красота! На последок мы были во Анфранции! Там так чудесно пахнет кофе!

Спрингл обучалась на юнгу. Ей нравилось путешествовать по волнам. Я очень рада, что она смогла исполнить свою мечту. Я всегда радовалась за друзей, если что-то у них получалось. Особенно у таких целеустремлённых, как Спрингл.

– Надеюсь, ты как всегда, Спринг? – с намёком начал Бонни.

– Ну конечно! Я как всегда с невероятными фотками!

– После репетиции обязательно посмотрим! – начал Фред.

– Да и где Ви в конце концов! – начал Голд, поглядывая через плечо, словно разглядывая кого-то.

– Действительно, – подчеркнула я разговор, – собирается, как девчонка.

– Да ладно вам, – начала Спрингл, – может занят парень.

– Чем он занят, так только ленью и огромным беспорядком в комнате! – начал Спрингтрап, разводя руками.

У Вибона всегда был беспорядок, да и только в комнате. Сам дом был чистым. Ну а что, парень холостой, что можно ещё от него ожидать? Дом всегда стоял под огромные бассы его гитары. Он и впрямь был невероятным сольным гитаристом!

Вот и распахнулась дверь. Зашли лисы. Это Виля и Фокси. Они словно близнецы, но всё же имели отличия: Виля был полусломанным. С правой стороны был один металл, ухо обноженно до стали, ладонь тоже была металлической и тёмные брови. Это его отличия, а вот у Фокси всё наоборот, а во всём остальном они были одинаковы. Одеты они были в тёмные футболки с кулонами крестов, чёрные джинсы и перчатки без пальцев с левой стороны. Красавцы, да и сцалисты они ого-го!

Парни обняли каждого и проговорили, что сильно скучали. Они жили в Рей-до-анжеро и уже работали. Работали парни механиками автомобилей.

– Не видали Ви? – спросил нервно Бонни, стуча стопой по полу.

– Не-а, – ответили они одновременно, – я думал он уже здесь, – проговорил Фокси.

– Ага! – начал Спрингтрап, – Чтобы он пришел раньше, это только во снах!

– Если он когда-нибудь придет раньше, я напьюсь, – пообещал Голд, стуча кулаком по сердцу.

Все посмеялись. Я очень любила такую акустику, когда ты в компании друзей, что дружили с восьми лет, приехали на первый день каникул и смеются вместе, собираясь каждый раз, чтобы заняться тем, чем мы занимались всегда вместе.

Это рок.

– Ладно, – проговорил Фрэд, подключая ещё два микрофона к огромной колонке, что переливалась разноцветными цветами, – давайте пока начнём без Ви, а то состаримся.

– Я не против, – проговорил Бонни, сыграв несколько аккордов на гитаре, – ждать не могу уже.

– Он и правда МистрКапуша, – сказал Спрингтрап, вытаскивая чёрную гитару из чехла.

– Отлично, Вики за барабан! – весело вскрикнула Спрингл, вставая за диджей-стол.

– Как же мы без Ви? – проговорила я, присаживаясь за барабан и доставая из красного портфеля палочки, – Он же изюминка нашей компании.

– Вот только изюминка эта слишком долго собирается на первый день каникул, – проговорил Голд, – пока без него. Как придёт, так и с ним сыграем.

– Ну, ладно, что играем?

– Давайте Пошлую Молли? – предложил Спрингтрап, – Песню: "Уу-хуу!"

– А давай!

И мы только хотели начать, как вдруг дверь с лязгом бухнула о стену. В гараж залетел синий кролик без лица в чёрной кожанке, чёрных джинсах и белой футболке с мёртвым смайлом. Алые глаза испуганно метались по гаражу. Это Ви. Он неуклюже закрыл дверь и начал доставать апоратуру из сумки. Скейт красного цвета он швырнул в угол.

– Простите, ребят! Очень занят был! – протараторил он, устанавливая апоратуру на полу.

– Ничего, мы привыкли, – проговорил Спрингтрап, потрепав его синие волосы, – Мистер Капуша.

– Я не МистрКапуша, а Мистр Занятость!

– Да чем ты можешь быть занят, чтобы опаздывать на первый день каникул?

– Много чем.

– Ладно, давайте играть, – предложила я, предотвратив спор, – Ви, мы играем Пошлую Молли "Уу-хуу!"

– Ага, спасибо, Вики, – сказал он, настроив свою гитару.

Мы начали играть. Как всегда играть у нас начинал Голд. Да и в песне всё начиналось с сентизатора. Заиграли знакомые аккорды и ноты. Затем мы начали играть все вместе: я била бассы на барабане, Ви и Спрингтрап зажигали на гитаре, Боннибассил низкими нотами под мой темп барабанов, чтобы улучшить звучимость песни. Спрингл улучшала наши звуки на диджей-столике, перебирая изящными пальчиками по мощным кнопкам огромного стола. Начал петь Фрэд.

Его голос был уникальным и приятным. Смотря на ребят, я видела, как все слышали свою гармонию и ритм музыки. Все были максимально сосредоточены на своих инструментах. Они чувствовали музыку. Много кто подпевал Фрэду, Виле и Фокси. Самое любимое, это припев, потому что припев был шикарен, если его играли мы. Вообще, как по мне, в припеве всё самое интересное: там все инструменты слышно отчётливо, слова песни круче куплетов звучат, да и припев сам всегда лучшая часть песни!

Конечно в припеве пелось совсем не так, но мы перекрывали нецензурные слова. Конечно против ничего не имели, но мы много выступали. Да, выступали на настоящей сцене! Выступали мы в основном в клубах и кафе, бывало на уличных сценах, чтобы подзаработать на жизнь. Из нас много кто ещё не работал, а родителей на прожиток у нас не было, поэтому выживаем, как можем. Да и тем более личный бизнес не так уж и плохо, особенно если бизнес просто отпат! И думаю, что не каждому будет приятно слушать нецензуру.

Рок для нас – это жизнь. Он самый крутой жанр, что я походу встречала. Чувствовать жар и адреналин, когда ты сам выступаешь в крутой рок-группе, особенно барабанить и чувствовать просто нереальные чувства! Чувство гордости, чувство крутости или… Даже не знаю, как описать это! Это простыми словами не объяснить! Кто живёт роком явно счастлив куда больше, чем фанаты драм и медлячков.

Играли мы ещё ради удовольствия. Ради себя и нашего хобби. Иногда у нас пела Спрингл, но это было довольно редко, потому что она стесняется выходить на сцену, да так ещё петь. Поэтому она либо играла на гитаре, вместо Спрингтрапа, либо тусила у диджей-стола. Хоть она и скромняжка, но всё равно она была идеальным другом. И довольно хорошей сестрой, как выражался её брат Вибон.

Вот и второй куплет. Пели его уже по очереди Виля и Фокси. В замедленном темпе песни я иногда поглядывала на друзей, что играли рядом на инструментах. Вибон как всегда, со своими весёлыми глазами и довольно скромным личиком, что смущается от каждого взгляда. Справа был Бонни, что с улыбкой, болтал своей башкой под темп песни. Голд, что частенько поглядывал на Спрингл, брутально подмигивал мне и сверкал узкой улыбкой. Спрингл как обычно: весёлая и оптимистична! Спрингтрап, что подыгрывал на гитаре, иногда поглядывал в мою сторону странным взглядом. Он был довольно странным. Нет не единого объяснения, как описать его взгляд.

Певцы болтались из стороны в сторону, весело распевая песню на ноутбук Фокси. Фоксян у нас был музыкальным блогером и имел свой канал, на котором он выкладывал видео. Подписчиков было немного: всего три тысячи. Видимо среди аниматроников, только часть любит рок. Сейчас все тащятся по рэпу и хип-хопу. Это конечно грустно, но как говорит Фрэд: "Ну и пусть его никто не любит, зато его любим мы".

Вот наша репетиция подошла к концу и мы напились воды, что стояла в бутылках. Лисы тут же помчали к ноутбуку, чтобы посмотреть на нас и на себя. Их канал назывался: "Жар рока!" Как по мне, это название странное. Выкладывали видео они вдвоём: Виля монтировал видео, а Фокси всё остальное. Мы все разошлись по гаражу, а потом Бонни выкрикнул уже из дома, к которому вела обычная лестница:

– Пошлите отметим это холодным пивасом.

– Отлично! Я за! – кричал на всю ораву Вибон, уже подымаясь к нему в дом.

– И я не против, – проговорил Спрингтрап.

– Вибон как всегда! – начал Виля, – Самое вкусное пиво выберет.

– Выбор не велик, – говорил Бонни уже заглушённо, – я купил всем "Балтику".

Мы сидели уже за столом и бурно обсуждали каждого историю. На столе, кроме "Балтики" и чипсов ничего не было. Кухня у Бонни была огромной: комната на тридцать квадрат, широкий стол и морской гарнитур. Ужасный цвет, как по мне.

Потом Спрингл достала свой планшет и стала показывать свои фотографии с разных практических занятий: Анфрация, Фнаф-Йорк, Лос-Фанджелес, Фналтайл и другие. На всех фото Спрингл была одета в свой школьный наряд: чёрная юбка-солнышко, белая рубашка и чёрные капронки. Мы все поражались красотой городов. Насколько разные места красивы, а я была только во Фнаф-Йорк и то по учёбе.

– Круто! – проговаривал Бонни, глотнув пиво, – Фотки отпат, Спринг!

– Оболдеть, какая красота, – восхищалась я, закинув чипсы с крабом.

– И не говорите, – подметила Спринг, – да и аниматронники такие различные. У меня даже подружка есть из Карефны. Боня её зовут. Она переезжает во Фнаф-Йорк работать полицейским.

– Круто, – проговорил Спрингтрап, – горжусь тобой, сестрёнка.

– Спасибо.

– Вики, как твоя учёба? – спросил Вибон, глотнув всё пиво залпом уже вторую бутылку, – скоро окончишь?

– Да кстати, как ты? – начал Фрэд, облокотившись о спинку Ви.

– Да ничего, – ответила я, – учат барабанить, скоро выпускной. Я на последний курс перешла.

– И куда ты? – спросил Ви, поглядев на меня косо.

Честно, я даже не знала что и ответить. Сама не представляла куда я собираюсь уезжать жить. С одной стороны я хотела уехать жить в Фнаф-Йорк или куда дальше, но с другой стороны мне хотелось жить в родном городе, где я окончила школу, встретила друзей и провела каждую счастливую секунду радости с восьми лет. Я немного поглядела на стол, а потом ответила:

– Думаю, что останусь в Харрикейн. Хотя хочется куда-то переехать, но мне не хочется кидать родной город.

– Здорово! – начал Бонни, – Зато мы будем часто видеться.

– А я вот думаю переехать к Спрингтрапу, – проговорил Вибон, – а там купить квартирку. Хочу устроиться там на работу.

– Ага, чтобы мой дом страдал от гитары и вечного бардака? – начал Спрингтрап, сжав пустую банку в руках, – Не надо мне!

– Да не такая я уж и свинья. Могу и в меру, а вот насчёт гитары я сомневаюсь. Я могу и на улице брынчать, да и дома ты только по вечерам. А я кушать готовить умею. О-очень вкусно.

– Я подумаю, Черепаха.

– Да хватит! Я не черепаха! Я и впрям занят!

– Да чем ты можешь…

– Хватит, парни, – начала Спрингл, а потом переключилась на Ви, – Вибон, а что за работа?

– Ну, – начал он, перебирая пальцы, – я хотел бы работать в тату-салоне. В Лос-Фанджелесе явно много таких салонов и думаю, я не буду лишним.

– Круто, – проговорила я, – надеюсь, что ты будешь там работать.

– Спасибо, Вики, – сказал Вибон, смотря на меня, – И тебе желаю всего хорошего.

– Давайте выпьем за это, – проговорил Голд, поднимаясь со стула и поднимая свою банку "Балтики", – за то, чтобы у всех нас всё было хорошо.

– И чтобы исполнились мечты! – вскрикнула Спрингл.

– Несомненно, детка.

И мы чёкнулись банками, вскрикивая разные слова. Звон коротко прошёл по нашим рукам, вибрируя продолговатым звуком. Все разом запили пиво и заели чипсами, что аккуратно лежали в мисках синего цвета. Уродский цвет. Ненавижу синий, вот честно!

Мы ещё немного поболтали и уже собирались расходиться по домам. Голд остался на ночлег у Бонни, Спрингл уехала на такси, а остальные пошли пешком. Со мной пошёл Фрэд, Вибон и Спрингтрап. С ними долго болтали лисы, но потом они завернули на право, по своей улице до дома.

– Надо ещё видео монтировать, – проговаривал в дали Виля.

– Угу, – говорил Фокси, – ребят! Встречаемся завтра!?

– Да! – крикнул Ви, делая Олли на скейте, – Встречаемся у меня!

– Хорошо! Мы то не опоздаем!

– Ага! Ха-ха!

Вибон конечно не любил шутки над своим опозданием, но всё равно пытался как-то над этим сам смеяться. Он никогда не спорил, не обижался и не ссорился. Спокойный и терпеливый парень, не то что Спрингтрап или Спрингл.

Вот и дом Фрэда. Он слегка подтянулся и начал прощаться сначала с парнями:

– До завтра, парни.

– До завтра, – проговорил Ви, сжимая его ладонь и резко ударив плечом о его грудь, – приходи в десять утра. Мы со Спрингтрапом оповестим всех.

– Ага, – начал Спрингтрап, прощаясь с Фрэдом тайным жестом: кулак о кулак, ладонь о ладонь, – можно и позже, они то точно не опоздают, как ты на полтора часа.

– Так! – начал Ви, положив резко руки на бёдра, словно маленький капризный ребёнок, – Сейчас кто-то у меня в чулане спать будет!

– Ладно, Ладно, Мистер Капуша.

Пока парни разбирались со своими опозданиями, я обнимала Фрэда, вглядываясь ему через плечо в даль. Мы долго обнимались и мне это нравилось. Мне было приятно ощущать его нежное дыхание и прикосновение к моей талии, что была оголена, так как у меня топ. Потом он посмотрел на меня своими голубыми глазами, что ярко сверкали в темноте города. Его руки уже лежали на моих плечах. Его взгляд заставлял смотреть в ответ, не отрываясь.

– Вики, ты очень изменилась. И…– он потёр шею от смущения, – стала намного красивей.

– Да, спасибо, – начала я, пытаясь скрыть смущение, – я бегаю по утрам, – добавила я, подозревая что он имеет в виду, когда оглядел меня взглядом.

– Здорово, сможем ли мы встретиться завтра?

– Конечно, мы все встретимся.

– Хах, это да. Я про другое. Сможем вечером встретиться? В шесть вечера? Просто прогуляться вдвоём?

Пока я слушала его голос, моя душа просто разрывалась. Неужели он пригласил меня на свидание? На прогулку? Вдвоём, да и только? У меня в животе появились бабочки от счастья. Он и впрям мне очень нравился, но я не подозревала, что и я ему нравлюсь. Я не могла поверить своим ушам! Боже! Это тот самый мальчишка, что нравился мне с самого пятого класса, но сомневалась, что ему не нравлюсь, уже сам предлагает прогуляться с ним вдвоём, словно я единственная, кто ему по душе. И тут в мысли догадки: он мне доверяет или и в правду влюблён?