Подстрелите обезьянку! Секреты нового мышления в бизнесе

Без ежедневного оценивания себя невозможно пробудить самоосознание. О том, что это такое, можно говорить, лишь этого достигнув; попытаемся, однако, зайти с другой стороны и описать, как в нашей жизни проявляется отсутствие самоосознания. Например, мы полагаем, что, хотя завтрашний день будет отличаться от сегодняшнего, сами мы останемся неизменными. Между тем внешние изменения, как правило, влекут за собой внутренние, и лишь познав себя, мы способны управлять этими изменениями и обращать их себе во благо. Ведь невозможно ни воспользоваться возможностями, связанными со своими положительными качествами, ни исправить в себе что-то плохое, не зная о самом существовании этих достоинств и недостатков. При достижении достаточного уровня самоосознания привычный вопрос: «Что сделать, чтобы стать счастливым?» превратится в другой: «Какие поступки я не должен совершать, чтобы не чувствовать себя несчастным?»

То, чем вы являетесь на самом деле, отличается оттого, чем бы вы хотели казаться окружающим; поэтому, оценивая себя, вы не должны опираться на чужое мнение. Не существует лучшего друга и советчика, чем наше истинное «я», Тем не менее мы часто спрашиваем у окружающих: «Как вы полагаете, что мне следует предпринять?» вместо того, чтобы обратиться к себе: «Что я должен сделать в этой ситуации?». Задавайте себе те же вопросы, которые вы поставили бы другому человеку, наблюдая его со стороны. Например, испытывая досаду в связи с невозможностью контролировать ситуацию, спросите себя, почему вы считаете, что ее необходимо контролировать. Если кто-то раздражает вас тем, что старается, чтобы последнее слово всегда было за ним, спросите себя, отчего это вас так раздражает. Не оттого ли, что вы сами этого хотите?

Самоосознание требует некоторой отстраненности; это позволяет анализировать происходящее не только с вашей точки зрения, но и со стороны. Обычно вы замечаете чьи-то неосознанные действия (например, когда человек, нервничая, постукивает пальцами по столу). Достигнув определенного уровня самоосознания, вы сможете замечать и контролировать собственные рефлексы. Вначале вы будете удивлены тем, что никогда не замечали их раньше.

Многие, увидев себя в видеозаписи, поражаются тому, насколько их жестикуляция и весь внешний облик отличаются от их собственного представления о себе. Естественно, что и наше поведение воспринимается окружающими совершенно иначе, чем кажется нам. Все это объясняется тем, что мы слишком мало внимания уделяем осознанию самих себя.

Реакции и ответы

Подобно тому, как нам без труда удается отличить холодное от горячего, мы можем научиться оценивать «температуру» своего внутреннего состояния. Одни ситуации вызывают в нас чувство приятной свежести, другие – обдают жаром. Наблюдая за своим поведением в различных обстоятельствах и в обществе разных людей, можно увидеть, насколько ошибочны наши представления о своей реакции на определенные вещи. Разница между реакцией и ответом состоит в том, что первая не предполагает вашего осознанного участия. Понимать это различие очень важно, поскольку в каждый момент времени вы либо контролируете свое поведение, либо нет. Промежуточного состояния не бывает.

Высокая оценка со стороны окружающих заставляет нас ощущать себя хозяевами положения – ведь мы нужны, ценимы и достойны; при этом мы даем положительный ответ. Напротив, если мы и наши действия окружающими не приемлются, возникает негативная реакция, обусловленная ощущением своей ненужности. И если только мы не осознаем того, что это именно реакция, мы всякий раз будем попросту подавлять источник такого чувства, тем самым позволяя ему воздействовать на нас и впредь. Но стоит нам только осознать это, как у нас в руках окажется средство борьбы со своей реакцией, благодаря которому такие источники станут впредь бессильны. Здесь мы следуем тому известному принципу, что лечению всякой болезни должна предшествовать диагностика. Осознание позволяет нам понять, что, отвергая, мы учимся большему, чем когда что-то принимаем. Так ракета сохраняет свой курс, потому что оборудована гироскопом, который препятствует движению в неверном направлении.

Непреднамеренная бдительность

Искусство созерцать – высшая форма самооценки и способности к отвлеченному наблюдению. Истинное созерцание имеет два аспекта. Это, во-первых, наблюдение за тем, как действия и эмоции других влияют на вас, и во-вторых – как ваши действия и эмоции сказываются на других. Наблюдая за негативной реакцией окружающих на ваше поведение, вы можете обнаружить, что ее истинные причины – в вашем способе мышления.

Представьте, что вы выкопали идеальную, как вам кажется, яму и, проходя мимо ямы, которую выкопал кто-то другой, останавливаетесь, чтобы взглянуть на нее. К этой яме у вас более беспристрастное отношение, поскольку выкопали ее не вы. Это и есть ключ к объективности: эмоции, проявляемые вами во втором случае, должны быть перенесены на первый. Любой результат деятельности, в частности яма, является как бы проекцией нашего мышления; поэтому способность беспристрастно судить о том, для чего мы ее выкопали и стоит ли копать дальше, позволяет объективно оценивать свою деятельность и, в случае необходимости, прекратить ее.

Бесстрастное созерцание избавляет наш ум от вредоносных мыслей, подобно тому как заботливая хозяйка освобождает холодильник от просроченных продуктов. Отбрасывая пораженческие настроения, вы обретаете ясность ума, позволяющую правильно ориентироваться в своем внутреннем мире. Чем лучше мы понимаем свой внутренний мир, тем меньший вред может нанести нам окружающая действительность. Осознанное отношение к жизни требует постоянного сосредоточения на ежедневных делах. Сосредоточенность такого рода можно назвать непреднамеренной бдительностью. Она, в свою очередь, предполагает созерцание, соединенное с компонентами следующего ключевого принципа.

Сфокусированное внимание

После двадцати лет верной службы воин получил в награду участок земли и с энтузиазмом принялся благоустраивать его. Три месяца он расчищал его от камней, засыпал ямы и вырывал сорняки. В долгих и утомительных трудах он утешался мечтами о том, каким удобным и красивым будет его новый дом.

Однажды его работа была прервана появлением человека, представившегося землемером.

– Чем я могу быть вам полезен? – спросил отставной солдат, обрадованный возможностью передохнуть. – Я надеюсь, все в порядке?

– Не уверен, – произнес землемер с несколько озадаченным видом. – Могу ли я поинтересоваться, по чьему разрешению вы обосновались на этом участке?

– Этот участок отдан мне во владение, и я собираюсь строить здесь дом, – гордо ответил солдат.

– Произошло досадное недоразумение, – сказал землемер, сверяясь с планом, – боюсь, что вам принадлежит не этот, а соседний участок.

– Вот так дела, – вздохнул солдат, – выходит, все мои труды пропали даром.

Не мешкая, он перетащил инструменты на соседний участок. Ошибка не привела солдата в уныние, и, удостоверившись, что это уж точно его земля, он вновь принялся за работу.

Сосредоточив внимание на скорости движения, мы не преуспеем, если пойдем не по той дороге. Однако часто мы отказываемся признать свою ошибку, упорно продолжая двигаться по неверному пути. Способность к сосредоточению сама по себе ценна; однако чрезмерная сосредоточенность часто мешает вовремя разобраться, на том ли мы участке трудимся. Здесь под «не тем участком» следует понимать любой из соблазнов, отвлекающих нас от самоосознания.

Солдат из притчи был столь поглощен претворением в жизнь своей мечты, что попросту забыл проверить, там ли он трудится. К его чести нужно сказать, что, когда ошибка обнаружилась, он не стал тратить время и энергию на отстаивание своего заблуждения, а без промедления приступил к работе на другом участке. И здесь кроется важнейшая истина: когда человек способен не моргнув глазом принять известие, что вся его работа пошла насмарку, – он находится на пути к самоосознанию. Быстро перенести фокус внимания на то, что действительно нужно делать, – гораздо разумнее, чем упорствовать в заблуждении или тратить время на поиски виновного в своей недальновидности.

Став жертвой обмана и испытывая в связи с этим унижение, мы на самом деле страдаем из-за того, что происшедшее обнаружило перед всеми наше легковерие. Однако, выказав готовность использовать преподанный урок для того, чтобы избавиться от чрезмерной доверчивости, вы перестаете чувствовать унижение. Увы, в большинстве случаев мы склонны винить не себя, а обстоятельства, тем самым попросту меняя боль от унижения на боль, которую приносят негодование и ярость.

Трудно придумать более действенный способ отвлечь себя от того, что нам действительно хочется делать, чем обвинить в своем восприятии ситуации окружающих и обстоятельства. Преследуемые мыслью о несправедливости случившегося и жаждущие расплаты с виновниками, мы погружаемся в состояние, прямо противоположное открытой сосредоточенности.

Продолжая мысль о сосредоточенности, следует отметить, что наши мысли подобны змее, которая, чтобы двигаться прямо, постоянно извивается из стороны в сторону. Мы не способны длительное время сосредоточиться на предмете, который не увлекает нас. Так происходит потому, что мы в действительности не отдаем себе отчета в том, что именно привлекает наше внимание. Например, школьный учитель утверждает, что ваш ребенок не способен сосредоточиться на излагаемом материале даже в течение двух минут. Однако дома вы наблюдаете, как он часами самозабвенно отдается любимой игре. А дело всего лишь в том, что игра больше увлекает его.

Если вы не в силах в полной мере сосредоточиться на каком-то предмете, не пытайтесь заставить себя волевым усилием. Просто стоит подумать, отчего этот предмет в недостаточной степени удерживает ваше внимание. Может оказаться, что причина в вашей лености. Если это действительно так, нужно постараться не отрицать, а принять это, ведь сознание, которое честно с самим собой, всегда готово воспринять новые возможности, а тот, кто готов во всем отдавать себе отчет, не сможет их не заметить. Ленивый человек нередко весьма изобретателен, поскольку стремится достичь своих целей ценой наименьших усилий.

Возможно также, что вы не способны сосредоточиться на предмете из-за того, что потеряли к нему интерес (или не имели вовсе). Часто мы отказываемся с этим согласиться, поскольку тогда нам придется признать, что мы действуем исключительно по обязанности.

Если мы выполняем работу без желания, а только из чувства долга, мы явно «трудимся не на том участке». Иногда в какое-то предприятие или разработку вложены значительные средства. Однако со временем становится очевидным, что это безнадежное дело. Оказавшись в подобной ситуации, мы часто видим свой долг в том, чтобы, вкладывая деньги и усилия, пытаться исправить положение. Глубокое знание себя позволит вам попять, что это не соответствует вашим желаниям и упорное стремление исправить заведомо безнадежную ситуацию – лишь дань упрямству и гордости. Эти не слишком привлекательные качества часто путают с настойчивостью и решительностью. Не осознавая побудительных мотивов своих действий, мы рискуем оказаться в ловушке.

Достигнув уровня высшего осознания, можно избежать компромиссов, предполагающих выбор удовлетворительного варианта за счет принесения в жертву наилучшего. Смирившись с более или менее устраивающей вас работой, вы по собственной воле отказываетесь от возможности сменить ее на идеальную. Лучший из возможных вариантов привлекает к себе ваше внимание сильнее остальных и потому порождает неизмеримо большую степень сосредоточенности. Так, сосредоточенность на том, чтобы обеспечить семью всем необходимым, нередко мешает сосредоточиться на том, чтобы проводить время с той самой семьей; стремление во что бы то ни стало получить повышение или заключить выгодный контракт может не лучшим образом отразиться на вашем здоровье. И предпочтения здесь, разумеется, зависят от достигнутого нами уровня осознания.

Когда что-то всецело завладевает вашим вниманием, у вас, как говорится, дела перестают расходиться со словами. И тогда ваше творческое воображение, ваша независимая воля, ваше сознание взаимодействуют гармонично.

Непринужденное глубокомыслие

Подобно тому как непреднамеренная бдительность – лучший путь к самопознанию, наиболее действенный способ достичь открытой сосредоточенности, соединенной с фокусировкой внимания, – это проявлять непринужденное глубокомыслие. С точки зрения высшего осознания, в этом термине нет противоречия; наоборот, это наиболее естественный и продуктивный способ осмысления действительности. Глубокое непринужденное мышление опирается не столько на наш прошлый опыт, сколько на понимание текущей ситуации. Например, углубленное обдумывание возможной потери работы трудносовместимо с душевным спокойствием, если мы не придадим нашим мыслям необходимую легкость и непринужденность. Такое мышление позволяет видеть в любой потере новую возможность.

Думая о важном для вас предмете, постарайтесь сосредоточиться на чувствах, которые он у вас вызывает. Затем, если предмет действительно важен, интересен для вас и будит воображение, всесторонне обдумайте свои намерения. Если ваши мысли и чувства находятся в согласии, можете действовать, не сомневаясь в успехе.

В противном случае следует выявить обстоятельство, нарушающее гармонию. Например, может оказаться, что вас привлекает не столько участие в каком-либо деле, сколько польза от этого вашей репутации. Не исключено, что подобные размышления заставят вас пересмотреть свои планы и отказаться от первоначальных намерений. В любом случае, осознав свою потребность в общественном признании, вы сможете мыслить более продуктивно.

Сосредоточиваясь на интересующих вас предметах, следует сочетать углубленность с непринужденностью. Это позволит воспринимать свои действия в совокупности, не теряя при этом из виду сопутствующие обстоятельства, которые также являются неотъемлемой частью решаемых вами задач. Нарушив равновесие в пользу углубленности, вы рискуете погрязнуть в мелочах. С другой стороны, пожертвовав ради непринужденности глубиной, вы можете пропустить что-то важное. Так, если редактор будет сосредоточиваться только на грамматических ошибках, он упустит из виду изложенные в книге мысли; узколобому судье, озабоченному лишь психологией преступлений, будет некогда задуматься о человеческой природе как таковой; богослов, который поглощен формальной стороной церемоний и ритуалов, забудет об их духовном содержании, а бизнесмен, которого волнует исключительно благополучие пайщиков, перестанет должным образом заботиться об удовлетворении запросов своих клиентов. Ко всему следует подходить с непринужденным глубокомыслием, и это подводит нас к третьему ключевому принципу.

Взгляните на свои мысли и поступки со стороны

Женщина преодолела долгий путь до провинции Шужа, чтобы спросить совета у тамошнего прославленного мудреца. Встретившись с ним, она сказала:

– Я здесь потому, что мой муж всегда высказывался о вас с величайшим почтением. Надеюсь, он прислушается к вашим словам.

– Человек слышит лишь то, что готов услышать, – ответил мудрец. – Но что за забота заставила тебя проделать столь долгий путь?

– Мой муж – верховный судья, и беда моя в том, что он не перестает быть им ни на секунду, даже в постели. В результате у меня нет ни любовника, ни друга, ни мужа: он не способен думать ни о чем, кроме судейских дел. Я слышала, вы можете заставить человека взглянуть на себя со стороны, поэтому решилась просить вас о помощи. Вы – моя последняя надежда.

– Бывает, – ответил мудрец, – что человеку, будь то ученый или император, не удается сойти с пьедестала, на который он себя возвел. Но я, кажется, знаю, как тебе помочь. Возвращайся домой и передай мужу, что, узнав об уважении, которым удостаивает меня столь знатный господин, я в ближайшее время нанесу ему визит.

Вскоре все узнали о предстоящем визите мудреца. Писцы, отвечая на расспросы взволнованных горожан, упивались чувством собственной значимости: «Разумеется, мудрец не удостоил бы визитом нашего господина, не будь он столь выдающимся человеком».

Как-то у городских ворот появился незнакомец, желающий видеть верховного судью. В течение часа это известие облетело город, и к дому судьи стали стекаться горожане.

Но их ждало разочарование. Оказалось, что мудрец послал впереди себя человека с тем, чтобы он задал судье четыре вопроса. На каждый из вопросов судья должен ответить неправильно. «Вот так испытание, – подумал судья. – Однако мне вряд ли стоит бояться: что может быть проще, чем дать неверный ответ». Вслух же он произнес:

– Задавай свои вопросы и скорее беги за господином, которого все мы жаждем увидеть. Если же я не справлюсь с этим испытанием, я дам тебе десять золотых монет.

Человек спросил:

– Откуда вы родом?

Судья ответил, подмигивая присутствующим:

– Из провинции Чжао.

Это было неправдой, поскольку он всегда жил в провинции Шужа. Посланец задал следующий вопрос:

– Как давно вы здесь живете?

– Несколько недель, – под всеобщий хохот ответил судья, ни разу не покидавший родной провинции.

Третий вопрос был таким:

– Ваш суд – самый гуманный и справедливый во всей провинции, не так ли?

– Вовсе нет! Хуже его нет во всем Китае! – ответил судья и вновь прошел испытание.

– Вы вполне оправдываете славу о своей чрезвычайной осмотрительности и уверенно движетесь к победе, – сказал посланец. – Не напомните ли, сколько вопросов я успел вам задать?

– Ты задал три и остался еще один. Если и на него я не дам правильного ответа, то пройду испытание, придуманное твоим хозяином.

– Будьте все свидетелями, – сказал человек, – судья не выдержал испытание! Он ответил правильно на четвертый вопрос. Видите, даже великие судьи могут утратить осмотрительность, и тогда они проигрывают.

Это был сокрушительный удар по самолюбию судьи. Настала мертвая тишина, и судья вдруг увидел происшедшее как бы со стороны. Превратившись из жертвы в свидетеля, он осознал абсурдность и фальшь личности, принимаемой им до этого за свое истинное «я». Эта нелепая личность, оказывается, просто не могла существовать без должности и показного уважения окружающих. Вечером он почувствовал, что с его плеч свалилась тяжкая ноша. И впервые увидел радость на лице жены.

Эта история иллюстрирует один из самых важных аспектов самореализации – способность беспристрастно свидетельствовать о себе, избегая всякого суждения. Каждому из нас предоставляются неограниченные возможности, но мы не замечаем их, поскольку слишком заняты тем, что судим других. Ключ от самореализации вложен в нашу руку, нам осталось лишь провернуть его в замочной скважине, и сделать это можно с помощью медитации.

Полураздетый человек, скрестив ноги сидящий поддеревом и бормочущий что-то невразумительное, – миллионы людей были отвращены от занятий медитацией этим карикатурным образом. Не следует отождествлять медитацию с религиозными предрассудками или психическими отклонениями. Медитация – наиболее захватывающее приключение из всех, доступных человеческому сознанию. По существу, состояние полного осознания представляет собой разновидность медитации.

Медитация позволяет взглянуть на собственные поступки и мысли как бы со стороны. Таким образом, мы приближаемся к точке зрения непредвзятого свидетеля. Во время медитации важны не совершаемые действия, а новое качество, которое она им придает. Прогуливаясь или пребывая в неподвижности, бегая трусцой или плавая, мы не перестаем медитировать, если сознание остается при этом активным. Распространено мнение, будто занятия медитацией сопряжены с обязательными ритуалами, предписывающими в определенное время оборачиваться лицом на Восток, воскурять благовония, повторять мантры и т. д. Между тем медитация не только не имеет ничего общего с ритуализацией, но является полной ей противоположностью, поскольку цель медитирования – развитие восприимчивости. И пока вы остаетесь восприимчивы, медитацией может быть любая деятельность.

Овладение медитацией требует скачкообразного сдвига в сознании. Это не искусство и не наука; только настойчивость является необходимым и достаточным условием для овладения способностью медитировать. В этом медитация подобна обучению езде на велосипеде или плаванию: преодолев первоначальные трудности, мы воспринимаем эти навыки как естественные. Более того, они не утрачиваются, даже если мы подолгу в них не упражняемся. Хотя регулярность занятий существенно влияет на результат, наиболее важен в обучении тот качественный скачок, который происходит, когда мы начинаем чувствовать, как удерживать равновесие на велосипеде или держаться на воде. Правда, в последнем случае следует говорить скорее о восстановлении, нежели о приобретении навыков, ибо мы – прирожденные пловцы, и каждому из нас в раннем детстве плавание давалось без труда. Утрата способности к плаванию объясняется исключительно боязнью воды, внушенной нам позднее.

Чтобы научиться медитации, рекомендуется использовать одну из множества техник, оттачивавшихся в течение тысячелетий. Чтобы выбрать технику, отвечающую вашим индивидуальным склонностям, используйте метод проб и ошибок: опробовав очередную технику в течение нескольких дней и удостоверившись, что она «не срабатывает», переходите к следующей.

Пока вы не овладеете начальными навыками, медитация будет требовать от вас определенных усилий; в дальнейшем она станет такой же естественной и непринужденной, как дыхание. Апофеозом обучения медитации становится момент, когда вы достигаете полного расслабления. Тогда-то вы и становитесь свидетелем: абстрагировавшись от своих мыслей и поступков, вы уже не думаете о них, но лишь их осознаете.

Примером такого осознания является способность увидеть нечто во всей его полноте. Рассматривая предмет или человека, мы не видим его целиком: нашему восприятию доступны лишь отдельные его части. Попробуйте вызвать в сознании образ вазы с фруктами. Сначала ваш взгляд скользит по вазе, перемещаясь затем на то, что в ней находится. Усилием сознания составные части объединяются, создавая целостный образ. Попробуйте проделать это с каким-либо объектом, например с висящей на стене картиной. Обратите внимание та то, как ваш взгляд скачкообразно движется по картине. Затем выберите момент для того, чтобы увидеть картину целиком, не дробя ее на части. Пусть в этот момент взгляд замрет. Перестаньте думать; забудьте о художественных достоинствах полотна или о материале, из которого сделана рамка, – вы должны видеть только форму.

Удерживайте в сознании этот цельный образ, и спустя несколько мгновений вы начнете осознавать самого себя, ведь теперь вы не позволяете своему взгляду устремиться на что-то внешнее. Вы воспринимаете образ как целое, поэтому не отвлекаетесь на части. Но поскольку взгляд без движения не может, он устремляется внутрь. Настанет момент, когда вы осознаете себя смотрящим на картину. Это и называется быть свидетелем, а не судьей. Опыт истинно непредвзятого самосознания не имеет аналогов и не сравним ни с какими впечатлениями.

Основы медитации

Если вы новичок, то для первых занятий вам потребуется спокойное место и достаточно времени. Дальнейшая практика убедит вас, что полчаса в сутки, уделяемые медитации, больше значат для вашего состояния, чем сон, хотя в это трудно поверить. Поскольку весьма желательным условием для погружения в медитацию является спокойное состояние духа и уединение, поначалу имеет смысл заниматься ею ранним утром. Групповая медитация возможна лишь в том случае, если все медитирующие объединены истинным желанием усовершенствовать свой уровень осознания; в противном случае присутствие посторонних послужит отвлекающим фактором. Впоследствии, овладев техникой медитации, вы сможете медитировать в любых условиях, не опасаясь отвлечься.

Если вы собираетесь медитировать без движения, сядьте так, чтобы забыть о своем теле, – только так вы сможете чувствовать себя удобно. Спину желательно держать прямо: горизонтальное положение вызывает сонливость. Многие медитируют в йоговской позе со скрещенными ногами; однако такая поза приемлема лишь в том случае, если вы чувствуете себя в ней удобно. На Востоке люди приучены сидеть в такой позе с детских лет, поэтому там она считается наиболее естественной. Уроженцы же Запада чаще всего к ней непривычны. Им подойдет любая сидячая поза, если только поддерживать спину прямой, а голову в состоянии устойчивого равновесия. Хотя древние восточные техники медитации разрабатывались без учета особенностей восприятия, свойственных представителям западных культур, две из них принято считать наиболее универсальными и действенными. Они доступны каждому, независимо от возраста, характера и образа жизни.