Пекарь в Академии Магии, или Головная боль для ректора

В следующий миг я покачнулась, словно от сильного порыва ветра, только вокруг было абсолютно тихо. Страшная догадка пронзила мой разум: действие заклятия левитации закончилось раньше, чем я предполагала. Стоило мне это осознать, как я рухнула вниз, приземлившись в горячий песок.

Монстр вскочил на лапы и посмотрел в мою сторону. В его огромных глазах я увидела собственное отражение. Значит, и заклятие невидимости больше не действовало. Мне конец.

Разум приказывал срочно вставать и бежать прочь, но тело словно парализовало. Я видела, как вертикальные зрачки монстра расширились, превратившись в бездонные колодцы, мощные мышцы напряглись, готовясь к броску, но ничего не могла сделать. Сейчас от смерти меня отделял один миг.

Неужели всё закончится вот так? А как же бабушка с дедушкой? Я ведь даже не рассказала им, куда на самом деле пошла!

Десятки мыслей и сожалений промелькнули в моей голове за пару секунд. Монстр оскалился и издал грозный рык, открыв пасть. Я среагировала мгновенно. Вытащив рогалики из кармана, я швырнула их прямо в пасть чудовища.

Попала!

Монстр принялся фыркать и кашлять, пытаясь выплюнуть рогалики. Затем он пошатнулся. Даже увеличенное втрое, сонное заклинание было слишком слабым для такой махины. Но я не растерялась. Подавшись вперёд, я схватила болтавшийся на его груди ключ и резко дёрнула на себя. Цепочка порвалась. Монстр растерянно уставился на меня, а затем отряхнулся, прогоняя остатки сна. Я поняла, что медлить больше нельзя, вскочила на ноги и рванула прочь.

Бежать по песку было очень тяжело. Ступни скользили и проваливались. Из-за этого я чуть не упала и, пытаясь удержать равновесие, коснулась ладонью горячего песка. А вот монстр был в своей стихии. Три больших прыжка и он уже дышал мне в спину. Я слышала его рычание и понимала, что не смогу убежать. Ещё один рывок и монстр меня настигнет.

Я оглянулась в поисках какого-то укрытия, но вокруг были лишь безжизненные песчаные дюны. Прятаться негде. Монстр подбирался всё ближе, а я почти выбилась из сил. Мышцы ныли, горло горело. Я часто делала хриплые, рваные вдохи, но воздуха всё равно не хватало. И в тот момент, когда я уже готова была сдаться, впереди появилась дверь.

Из последних сил я рванула к ней и практически вышибла. Секунда и я рухнула на холодную брусчатку, ободрав руки.

– Ого! – воскликнул кто-то рядом, – эта красотка убегала от назойливых ухажёров?

Послышался мужской смех. Я подняла голову и увидела парней, которые ещё недавно на моих глазах проходили собеседование. Значит, я вернулась на главную площадь!

На всякий случай я обернулась, чтобы проверить, не увязался ли монстр следом за мной. Но по ту сторону был лишь непроницаемый магический купол.

Спасена!

Я почувствовала невероятное облегчение, и, одновременно, меня покинули последние силы. Хотелось лечь на брусчатку и не шевелиться. Но вокруг было полно людей, поэтому я с трудом заставила себя встать и на нетвёрдых ногах отошла в сторону.

Среди прошедших экзамен были в основном парни. Они смотрели на меня со снисходительными улыбками. Я почувствовала себя неуютно, поэтому поискала глазами других девушек и как только заметила небольшую группку, сразу направилась к ним.

– Привет! – поздоровалась незнакомка с копной тугих рыжих кудряшек на голове, – что это с тобой случилось? Ты же вся в песке!

Услышав её слова, я принялась лихорадочно приводить себя в порядок. Действительно, песок был и на одежде, и в волосах, и в башмаках. Странно, что я раньше этого не заметила. Хотя тогда у меня были проблемы и посерьёзнее.

– Спасибо, – поблагодарила я девушку и добавила, – пришлось побегать по пустыне, спасаясь от монстра.

Я ждала, что девушки улыбнуться, но на их лицах отразилось удивление.

– За тобой кто-то гнался? – спросила невысокая худенькая брюнетка.

– Ну да, – растерянно ответила я, – а разве у вас было не такое же задание?

Все девушки одновременно покачали головами.

– Я собираюсь поступать на факультет целителей, поэтому мне нужно было вылечить маленького воробушка, – сообщила брюнетка.

– А я выбрала своей специализацией магические растения, и мне пришлось пройти сложный тест на их распознавание, – поделилась блондинка в круглых очках.

Что?! То есть, я одна столкнулась с монстром и чуть не погибла, а остальные спокойно ухаживали за милыми птичками и перебирали целебные травы? Но это же нечестно!

– Почему тогда мне дали такое опасное задание? – искренне удивилась я, с трудом скрывая обиду в голосе. Наверняка этот гадкий Уильям Дорсет всё подстроил, лишь бы избавиться от меня! Пусть теперь только попробует заявить, что я не поступила! Тогда я сама превращусь в монстра!

В ответ на мой вопрос девушки растерянно переглянулись и пожали плечами.

– А на каком факультете ты мечтаешь учиться? – спросила блондинка в очках.

– На любом, – ответила я и добавила, – просто очень хочу попасть в Академию.

Я ожидала увидеть удивление на лицах девушек и услышать много вопросов, но те, наоборот, понимающе закивали. Престиж диплома Королевской Академии Магии был огромен, он открывал практически любые двери и являлся залогом успешной карьеры. Поэтому люди были готовы на всё, чтобы поступить туда, а конкретный факультет был не так важен.

Брюнетка хотела спросить у меня что-то ещё, но в этот момент из купола вышел очередной претендент. Судя по выражению его лица, экзамен прошёл не так успешно, как ему хотелось. Я внутренне посочувствовала незнакомому парню и задумалась: а сколько вообще мест в Академии в этом году?

На каждый факультет могли принять только ограниченное число желающих. К тому же для отпрысков аристократов был отдельный экзамен. Значит, по крайней мере, половину свободных мест отдадут им. А может, и две трети или больше. Сколько же останется нам? Вряд ли аристократы так легко отдадут простолюдинам даже одно место в Академии. Отсюда следовал и другой вопрос: сколько человек, стоявших сейчас рядом со мной, успешно прошли вторую часть экзамена? Какова конкуренция за место?

Я машинально прижала кулак с ключом к груди. Не может быть, чтобы моё сражение с монстром было напрасным! Если даже после этого мне откажут… Увы, заглядывать в будущее я не умела, оставалось только ждать.

В следующие пол часа из купола вышло ещё человек десять. Не так уж и много. Всего на площади нас было около пятидесяти, может быть шестьдесят. Хотя, когда я только пришла на собеседование, вокруг толпилось несколько сотен. Большинство уже отбраковали. Я огляделась. Очевидно, никто из нас не хотел возвращаться домой ни с чем.

Мои мрачные мысли прервал звон колокола на башне. Вслед за этим магический купол исчез, и перед нами появились члены комиссии. Это означало, что вторая часть экзамена завершена.

Теперь нужно было представить деканам доказательства успешного прохождения испытания. Для этого претенденты по очереди подходили к столу и клали в специальную шкатулку заветный предмет. Члены комиссии делали какие-то пометки в своих свитках, но ничего не говорили.

Когда подошёл мой черёд, я гордо прошествовала к столу и сунула ключ чуть ли не под нос Уильяму Дорсету. Увидев меня, тот скривился, словно съел дольку лимона, но комментировать мой успех не стал. Да, говорить людям гадости он умел, а вот на комплименты был скуп. Ну ничего, мне было достаточно и того, что я справилась. И доказала, что ректор ошибался на мой счёт. Поэтому с довольной улыбкой я положила ключ в шкатулку и вернулась на место.

Вскоре все, кто сумел пройти второе испытание, отчитались перед комиссией. Деканы положили записи перед собой и принялись что-то обсуждать, но как бы я ни напрягала слух, ничего не услышала. Должно быть, секретарь использовал защитные чары. Я попробовала прочитать по губам, но и это сделать не получилось. Так что, пришлось набраться терпения и просто ждать.

Наконец, деканы приняли какое-то решение и вышли из-за стола. Толпа на площади оживилась. Сейчас объявят имена счастливчиков, которым удалось поступить в Академию.

Девушки рядом со мной притихли. Воздух вокруг заискрился от напряжения. Вперёд вышел секретарь и объявил:

– Деканы факультетов назовут тех, кто успешно сдал экзамен и будет зачислен в Академию.

Мне показалось, что в этот момент время остановилось. Теперь каждая секунда ожидания превратилась в вечность. Я хотела поскорее услышать свою фамилию, чтобы, наконец, облегчённо выдохнуть. Я ведь поступила, верно? Правда, на собеседовании я так и не назвала факультет, на который хочу попасть, поэтому не знала, кто из деканов возьмёт меня к себе. А вдруг никто?

Все собравшиеся на площади одновременно повернули головы к членам комиссии. Первым объявлять результаты должен был похожий на мумию декан факультета целителей. Он встал по левую руку от секретаря, развернул свой свиток и стал по очереди монотонно читать фамилии. Брюнетка рядом со мной радостно вскрикнула и даже подпрыгнула на месте. Выходит, ей повезло. Другие студенты, услышав свою фамилию, тоже не скрывали счастья, и тишину то и дело прерывали смех и победоносные выкрики.

Когда декан целителей прочитал весь список, то уступил место мужчине с бакенбардами. Я с надеждой вслушивалась в его речь, но мою фамилию он не назвал. Не взял меня к себе и декан с прилизанными тёмными волосами, и тот, что носил старомодный чёрный костюм, словно снятый с покойника. А декан артефакторов Генри Мортимер вообще пропустил свою очередь. Должно быть, он так и не нашёл ни одного достойного претендента.

Время шло, меня никто не называл, и я начала нервничать ещё сильнее. Неужели я провалила экзамен? Но я ведь справилась с испытанием, значит, меня должны взять! Хотя комиссия наверняка оценивала и собеседование, вдруг после моих препирательств с ректором никто не захотел со мной связываться?

Когда очередной декан не произнёс моей фамилии, я уже готова была расплакаться. Ведь осталось всего два человека: седой старичок, возглавлявший факультет магической дипломатии, и Уильям Дорсет, отвечавший за боевиков. Я была на сто процентов уверена, что ректор не возьмёт меня к себе. Хотя бы, потому что я пекарь и точно не подхожу для его факультета. Оставалась надежда только на магическую дипломатию.

Декан вышел вперёд и произнёс скрипучим голосом лишь две фамилии. Всё. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Видимо, сама судьба не хочет, чтобы я попала в Академию и узнала тайну своего рождения.

Вот теперь точно можно было расплакаться. У меня сжалось горло, и задрожали губы, но я усилием воли сдержала слёзы. Не хотелось выплёскивать эмоции на глазах у всей этой толпы. Нужно было поскорее уйти с площади.

Я сделала несколько шагов в сторону, чтобы выбраться из гущи претендентов. В этот момент Уильям Дорсет начал зачитывать свой список. Он говорил громко и уверенно, и его голос далеко разносился над площадью.

– Флоренс Уайт!

Слова ректора буквально пригвоздили меня к месту. Почему он назвал моё имя? Я что-то натворила?

Я посмотрела на Уильяма Дорсета, но ректор закончил говорить и уступил место секретарю.

– Поздравляем всех перечисленных претендентов с зачислением в Королевскую Академию Магии! – воскликнул он, и толпа разразилась аплодисментами, – а тем, кому в этому году не повезло, я хочу посоветовать не расстраиваться и ни в коем случае не сдаваться! Подготовьтесь и снова приходите на экзамен!

Все, кому удалось поступить, принялись праздновать успех, я же какое-то время в растерянности стояла посреди общего веселья, а затем устремилась к Уильяму Дорсету, который уже собирался уйти.

– Подождите! – воскликнула я. Ректор обернулся и вопросительно на меня посмотрел. – Вы назвали моё имя?

– Да, теперь ты учишься на моём факультете, – холодно подтвердил он.

Так мне не послышалось? Я всё ещё пребывала в шоке, не в силах осознать произошедшее.

– Но я же пекарь! Я не могу учиться на факультете боевиков, – проговорила я.

– Правда? Какая жалость! – Наигранно сокрушался ректор. – Тогда приходи в следующем году, может быть, кто-то из деканов смилостивится и возьмёт тебя к себе.

– Нет-нет! – тут же исправилась я, – меня всё устраивает! Я с радостью буду учиться на вашем факультете!

Уильям Дорсет одарил меня холодным взглядом.

– Учти, это лишь аванс, – предупредил он, – твою судьбу решит зимняя сессия. Сдашь, тогда сможешь спокойно учиться дальше. Нет – отправишься домой. – Ректор наклонился ко мне и я ощутила смолисто-древесные ноты бергамота, исходившие от его одежды. – Я не потерплю халявщиц на своём факультете, и поблажек от меня не жди. Я уже сказал, для меня не имеет значения, что ты девушка. – Глаза Уильяма Дорсета превратились в две льдинки. – Если не готова отдавать все силы учёбе, лучше не приезжай в Академию.

Сказав это, он отстранился и ушёл, даже не попрощавшись. А я молча смотрела ему вслед, не чувствуя радости от поступления в Академию. Сейчас мне стало понятно, что трудности только начинались.

Глава 4

Когда эмоции немного утихли, на меня навалилась усталость. Сейчас я чувствовала себя так, словно несколько дней без сна и отдыха трудилась в пекарне. Ноги стали ватными, а голова – тяжелой. Хотелось лечь и не вставать.

Площадь постепенно пустела. Кто-то отправился праздновать успех в таверну, другие спешили домой, чтобы обрадовать близких хорошей новостью. Мне тоже нужно было возвращаться. Тётушка наверняка негодует.

С трудом переставляя ноги, я поплелась к порталу, но на полпути меня перехватили три заклятые подружки.

– Ты что творишь? – завопила Элла.

– Как ты могла нагрубить Уильяму Дорсету? – поддержала её Белла.

– Да ещё и у всех на глазах! – добавила Сибелла.

Я устало вздохнула. От их криков начала болеть голова.

– Почему вас вообще это беспокоит? – поинтересовалась я.

– Как это почему? – удивилась Элла, словно я не понимала очевидных вещей.

– Ты ведь пришла вместе с нами! – объяснила Белла.

– Уильям Дорсет наверняка решил, что ты наша подруга или родственница, – присоединилась Сибелла, – своей наглостью ты бросила тень и на нас.

– Ну, технически это вы были моими сопровождающими, а не наоборот, – уточнила я. Мне хотелось ещё сказать, что ректор вряд ли обратил на них внимание, но я вовремя прикусила язык.

– Да какая разница?! – воскликнула Элла, – ты опозорила нас!

– Точно! – Согласно закивала Белла.

– Нужно обязательно написать письмо Уильяму Дорсету и извиниться за твоё поведение, – решила Сибелла.

– Точно! – снова воскликнула Белла, – я вполне могла бы это сделать.

– Эй, идея моя, значит, и писать буду я, – запротестовала Сибелла.

– Вы вообще попали сюда только благодаря мне, – напомнила Элла, – поэтому я этим займусь.

Ситуация накалялась. Ни одна из подруг не хотела уступать. Они повышали голос, стараясь перекричать друг друга, и, кажется, уже готовы были пустить в ход коготки.

– Почему он вам так нравится? – спросила я, – Уильям Дорсет же просто самовлюблённый тип с отвратительным характером.

Три подружки застыли с открытыми ртами, а затем переключили свой гнев на меня.

– Да как ты можешь такое говорить?! – завопила Элла.

– Он просто идеал! – воскликнула Белла.

– Мужчина мечты! – добавила Сибелла.

Я скривилась. Тоже мне, идеал. Красивый? Да. Богатый? Безусловно. Знатный? Разумеется. Умный. Определённо… Нет-нет, что-то не туда меня понесло. Я ведь собиралась его ругать, а в итоге хвалю. Так не пойдёт, нужно сосредоточиться на недостатках ректора. Я задумалась. Во-первых, у него мерзкий характер. Он дважды задел мою женскую гордость. А во-вторых, Уильям Дорсет слишком холодный и безразличный. Ему, видите ли, не важно, девушка я или нет. Тоже мне! Вот возьму и в отместку не буду обращать внимания на то, что он мужчина! Красивый и популярный. Сначала я улыбнулась своей блестящей идее, а потом задумалась: как это сделать на практике?

Пока подруги ругались, а я размышляла, как показать Уильяму Дорсету, что он мне совершенно безразличен, мы добрались до портала. Элла активировала его, и мы по очереди перенеслись в здание мэрии.

– Надо сообщить отцу, что мы вернулись, – сказала Элла.

– Думаю, я вам уже не нужна? – спросила я, мечтая поскорее улизнуть от них, – тогда я пойду. Мне давно пора возвращаться в пекарню.

Подружки молча пожали плечами, и я быстрым шагом вышла из комнаты, спустилась по лестнице на первый этаж и покинула здание мэрии. Я действительно собиралась вернуться в пекарню, чтобы оправдаться перед Тётушкой, но сначала хотела заскочить домой.

По сравнению с шумом и суетой столицы наш маленький городок казался сонным и унылым, но мне это нравилось. Его уют и размеренность успокаивали меня. Я медленно прошла по центральной улице, периодически приветствуя знакомых, а затем повернула к дому.

Как же здесь хорошо. Никаких монстров и никакого Уильяма Дорсета, – подумала я, переступая порог, и почти сразу столкнулась с бабушкой. Она стояла в прихожей, уперев руки в бока, и грозно на меня смотрела.

– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – спросила она и кивнула на маленький столик для ключей. На нём лежал распечатанный конверт от Королевской Академии Магии. Похоже, мой обман вскрылся раньше, чем я думала. Теперь мне несдобровать!

Я нервно засмеялась, тем самым выдавая своё волнение.

– Пойдём-ка на кухню! – строго велела бабушка.

Я нехотя поплелась за ней. Там мы сели за стол друг напротив друга, словно на допросе в королевской полиции.

– Итак, – начала бабушка, положив руки на стол и сцепив пальцы.

– Понимаешь, так получилось, что мне очень повезло, – неуверенно начала я. Конечно, неплохо было бы прочитать письмо, которое мне прислали из Академии, чтобы знать, насколько сильно мне нужно оправдываться. – Я услышала про вступительный экзамен и решила попытать счастья.

– Но ты ведь не аристократка, – напомнила бабушка, нахмурив лоб.

– В этом году новый ректор поменял правила. Теперь принимают всех, кто сможет доказать свой магический талант, – объяснила я.

Бабушка медленно кивнула, но допрос был ещё не окончен.

– А почему ты не рассказала об этом мне? – недоверчиво спросила она, – да ещё и выдумала дурацкую историю про взорвавшуюся печь!

Я нервно заёрзала на стуле.

– Просто я не была уверена, что смогу поступить, и не хотела вас расстраивать, если провалюсь, – ответила я, – подумала, сдам экзамен и сразу же вам расскажу, но письмо меня опередило.

– Флоренс, – строго произнесла бабушка, заставив меня вжать голову в плечи. Она называла меня полным именем только, если была недовольна. – Хватит юлить! Лучше честно признайся, что решила поступить в Академию, чтобы найти свою мать!

Я виновато опустила голову. Бабушка знала меня всю жизнь и легко раскусила. Отпираться было глупо.

– Да, так и есть, – тихо подтвердила я.

Бабушка покачала головой.

– Зря мы тогда рассказали тебе правду! Лучше бы ты и дальше считала себя нашей внучкой! – сокрушалась бабушка.

Я молчала. Для меня её реакция не стала неожиданностью.

– Почему ты всё время думаешь о плохом? – спросила я, когда бабушка закончила причитать.

– Потому что нормальные женщины не продают своих детей первым встречным! – воскликнула бабушка. Её щёки покраснели. – Неужели не понимаешь, ты была не нужна своей матери тогда, не будешь нужна и сейчас!

Слова бабушки ударили по больному. Мне не хотелось признавать, что родная мать избавилась от меня, как от вещи, поэтому я стала защищаться.

– А вдруг она не хотела так поступать? Её просто вынудили обстоятельства, – упрямо сказала я.

– Допустим, – кивнула бабушка, – но почему тогда за все эти годы она не попыталась связаться с тобой?

– Может, она просто не смогла меня найти? – предположила я, цепляясь за соломинку, – тётя же не назвала ей своего имени и адреса.

– Дорогая, у нас маленький городок, – напомнила бабушка, – при желании найти здесь человека не составит труда.

– Но тётя же переехала в столицу, – возразила я, – может быть, моя мама искала её здесь, а потом сдалась?

Я отчаянно пыталась защитить женщину, которая когда-то меня бросила. Умом я понимала, что бабушка говорила правду и, скорее всего, всё именно так и было. Вероятно, моя мать родила меня вне брака и решила избавиться, чтобы не испортить себе репутацию. Подобные случаи не были редкостью, но моё сердце отказывалось в это верить. Ещё в детстве я придумала себе образ любящей матери, которую жестокая судьба заставила отдать дочь чужим людям, и теперь она очень страдает и надеется снова меня найти.

Я умоляюще посмотрела на бабушку. Я слишком сильно любила её и дедушку, чтобы просто хлопнуть дверью и вопреки их воле уехать в Академию. Мне было важно получить благословение на поиски родителей.

Бабушка тяжело вздохнула.

– Дорогая, я понимаю твои чувства, – сказала она, – но и ты должна знать, что я и дедушка очень переживаем за тебя. Мы не хотим, чтобы тебе было больно. – Взяв небольшую паузу, бабушка продолжила, тщательно подбирая слова. – Возможно, ты права и твоя мать действительно оставила тебя под влиянием чрезвычайных обстоятельств и всю жизнь жалела об этом. Но вероятность этого очень мала. Скорее всего, она просто очередная кукушка, и если ты её найдёшь, то ваша встреча закончится для тебя разбитым сердцем.

Я промолчала. Мне не хотелось верить в подобный исход. Что вместо любящей матери я столкнуть с холодной и безразличной женщиной, которая давно забыла обо мне. Одна мысль об этом причиняла боль. Тут бабушка была права. Но с другой стороны, если я не найду свою мать, то так и не получу ответы на вопросы и всю оставшуюся жизнь буду мучиться, теряясь в догадках. Разве такой исход лучше? Так или иначе, я буду страдать. Но если встречусь с матерью, хотя бы смогу навсегда отпустить прошлое и спокойно жить дальше.

Бабушка терпеливо ждала, что я решу.

– Всё равно я хочу узнать правду, – сказала я, – иначе не успокоюсь.

Бабушка молча кивнула. Видимо, она приняла моё решение.

– Ладно, в конце концов, образование лишним точно не будет, – заметила бабушка, – так что смотри, в первую очередь ты должна усердно учиться! Даже не думай отлынивать!

Где-то я это уже слышала. Бабушка говорила точь-в-точь как Уильям Дорсет. Строило вспомнить о нём и о том, что ближайшие месяцы мне придётся провести в его компании, как настроение тут же испортилось.

– Ты чего это скисла? – спросила бабушка.

– Ректор оказался таким противным типом, – пожаловалась я.

– Это тот красавчик, о котором мечтают все местные девушки? – удивилась бабушка, а затем усмехнулась, – знаешь, когда я впервые встретила своего будущего мужа, тоже была не в восторге. А в итоге мы уже почти пятьдесят лет вместе.

– Бабушка! – возмутилась я, – при чём тут ты и дедушка?! Я говорю о ректоре с мерзким характером!

– Просто напоминаю, что в жизни всякое бывает, – засмеялась она.

Я закатила глаза. Чтобы я пятьдесят лет прожила в одном доме с Уильмом Дорсетом?! Да ни за что! Получу диплом, найду своих родителей и забуду ректора как страшный сон!

– И вообще, чего ты переживаешь? Вряд ли вы будете часто видеться. Если ты, конечно, не станешь регулярно нарушать дисциплину, – сказала бабушка.

– Ага, – протянула я. Очевидно, она была не в курсе, что я поступила на факультет, деканом которого был Уильям Дорсет. Что ж, это к лучшему. Бабушке не нужно знать, что мне предстоит учиться вместе с боевиками.

Интересно, а будут ли ещё девушки на факультете? Должны быть! Не мог же Уильям Дорсет взять только меня. Правда же?

Вдруг я осознала, что почти ничего не знаю не только о факультете боевиков, но и об Академии. Какие там правила? Где я буду жить? Сколько длятся занятия? Какие предметы мне придётся изучать? И ещё десяток вопросов один за другим возникали в моей голове. А спросить не у кого. В нашем городке не было ни одного выпускника Академии.

Как же быть? Нельзя же отправляться туда совсем ничего не зная!

Единственным из моих знакомых (хотя это слишком громкое слово), который мог ответить на все вопросы, был Уильям Дорсет. Но я же не стану ему писать! Или?

Я всё-таки написала ректору. Мне было ужасно неловко спрашивать его о вещах, которые, наверное, знал каждый аристократ в нашем королевстве, но и ехать в Академию неподготовленной не хотелось. В конце концов, Уильям Дорсет был не только ректором, но и деканом моего факультета. Кто, как не он, должен был отвечать на вопросы студентов?

Отправив письмо, я стала готовиться к отъезду в Академию. В первую очередь поговорила с Тётушкой, ведь работать в пекарне я больше не смогу. Для неё эта новость стала шоком.

– Пекарь в Академии магии! – воскликнула она, – никогда бы в такое не поверила, если бы своими глазами не увидела письмо!

Слухи о моём поступлении разнеслись по нашему городку быстрее лесного пожара (спасибо Элле, Белле и Сибелле), но поначалу никто в них не поверил. И чуть ли не ежечасно к нам домой заглядывали друзья, знакомые и знакомые знакомых, чтобы выяснить правду. Бабушке каждый раз приходилось показывать то самое письмо из Академии, так что его впору было поставить в рамочку. Только увидев официальное подтверждение, люди успокаивались и принимались активно меня поздравлять, заставляя чувствовать неловкость. Да, мне удалось попасть на факультет боевой магии, но, как сказал Уильям Дорсет, это был лишь аванс. Если я завалю зимнюю сессию, то с позором отправлюсь домой.