- -
- 100%
- +
Михаэль…
Герцог-дракон…
Вдруг меня озарило. Я вспомнила правила, которые рассказывал нам преподаватель по этикету. Точно! Как я вообще могла об этом забыть?! Дырявая голова! Конечно, в те годы предмет казался мне таким незначительным, что я особо не старалась запоминать слова преподавателя, а ведь теперь они могут меня спасти! В голове сразу возникла идея: безумная и дерзкая.
– Женись на мне! – выпалила я, глядя на Михаэля.
Глава 4.
Михаэль удивлённо на меня посмотрел, видимо, решив, что ослышался, а потом переспросил:
– Чего?!
Мой мозг в это время быстро разрабатывал план действий.
– Мы можем пожениться, – сказала я, уже спокойнее.
– Теоретически да. – Ошарашенный Михаэль сделал шаг назад. – Но что на тебя нашло?! Какая-то свадебная лихорадка? Или проспорила кому-то? – сыпал вопросами он, – ты же меня ненавидишь!
– Не по-настоящему, – сказала я.
Моё заявление удивило Михаэля, но уже в следующий миг он довольно улыбнулся.
– Ого, да ты актриса! Я-то думал, что ты меня терпеть не можешь, а оказывается, всё время притворялась. – Он хотел сказать что-то ещё, но я перебила.
– Нет, я не про то. Мы поженимся не по-настоящему, – поправила я, – а ты меня действительно бесишь. Тут я не притворялась.
Улыбка сползла с лица Михаэля.
– Ясно, – сухо бросил он.
– Послушай, мы могли бы заключить фиктивную помолвку, – продолжила я.
Михаэль нахмурился.
– С какой стати? – спросил он.
Хотя мне и не хотелось, пришлось рассказать правду.
– Я оказалась в очень сложной ситуации. Родители собираются выдать меня замуж за нашего соседа, разменявшего седьмой десяток, и мне нужно как-то этого избежать, – призналась я, – и тут я вспомнила об одном правиле. Если предложение одновременно делают два аристократа, то родители должны отдать предпочтение тому, у кого выше статус. То есть, тебе.
Михаэль следил за моей мыслью, склонив голову набок.
– Хочешь сказать, помолвка со мной поможет тебе избежать брака с каким-то стариком? – уточнил он.
– Да! – воскликнула я, радуясь, что Михаэль понял всё с первого раза, – не волнуйся, нам не нужно устраивать настоящую свадьбу. Мы просто потянем время, пока я закончу одно дело, а потом разорвём помолвку, и ты сможешь жениться на ком захочешь.
– Разрыв помолвки может ударить по моей репутации, я на это не соглашусь, – отрезал Михаэль.
– Почему это должно повредить твоей репутации? Можешь, всё свалить на меня! – предложила я.
– В смысле? – не понял он.
– Можешь сказать всё что угодно! Что я была гулящая или что у меня был внебрачный ребёнок или что я всё это время прятала горб и третью ногу, – я пожала плечами.
Михаэль усмехнулся.
– Ты понимаешь, что если я так скажу, то больше никто не возьмёт тебя замуж? – спросил он.
Я кивнула.
– Это меня вполне устраивает, – подчеркнула я.
Михаэль скептически на меня посмотрел, явно ища подвох.
– Странная ты, – протянул он, – или ты из этих, слишком независимых?
Рассказывать Михаэлю о Тео и артефакте я точно не собиралась, поэтому с радостью ухватилась за его предположение.
– Да, я суфражистка, – объявила я, хотя и не очень громко. Если в Академии об этом узнают, у меня могут быть проблемы. Белых ворон никто не любит, тем более белых ворон с опасными политическими взглядами.
Михаэль хмыкнул.
– Ну, теперь понятно, почему ты такая дерзкая и непокорная, – он улыбнулся почти хищно, – значит, все парни, по-твоему, монстры?
И чего он ко мне цепляется? Похоже, зря я завела этот разговор. Но что ещё я могла соврать?
– Я этого не говорила, – отрезала я.
Но мои слова только раззадорили Михаэля. Я словно помахала красной тряпкой перед мордой быка. В глазах Михаэля загорелся недобрый огонёк. Он сделал шаг вперёд и навис надо мной. Мне пришлось отступить и прижаться спиной к холодной стене.
– Раз считаешь себя такой сильной, почему тогда просишь помощи у меня? – спросил он с издёвкой.
Да что с ним такое?! Не думала, что невинная ложь станет спусковым механизмом для его насмешек. Я выставила вперёд обе руки и толкнула Михаэля в грудь. Но он не двинулся с места. Я всё ещё вжималась в стену, а он нависал надо мной. Внутри меня возникло раздражение.
– Отойди! – потребовала я.
Михаэль ухмыльнулся.
– Заставь меня, – с наглой улыбкой предложил он.
Для Михаэля происходящее было лишь забавной игрой. А вот у меня заканчивалось терпение. Я на дух не переносила такие выходки.
– Какой же ты жалкий! – скривилась я.
В глазах Михаэля мгновенно вспыхнул гнев.
– Что ты сказала?! – рявкнул он, испепеляя меня взглядом.
Я должна была испугаться, но вместо этого ещё сильнее разозлилась.
– Поведение, достойное дракона – зажимать в углу девушку заведомо слабее себя, которая даже не учится на боевом факультете. Браво, Михаэль! – я картинно похлопала в ладоши.
Его лицо исказила ярость, но Михаэль сделал два шага назад.
– Стерва, – прорычал он.
– Ублюдок, – ответила я.
Сжав кулаки, он смотрел на меня, видимо, раздумывая, что сказать. Разумеется, последнее слово должно остаться за ним. Я ждала, готовая отразить новый удар. Но Михаэль вдруг расхохотался. Я вздрогнула. Его смех напугал меня больше, чем гнев. Похоже, Михаэль придумал, как выиграть у меня этот поединок.
– Ладно, суфражистка, я тебе помогу, – сказал Михаэль и добавил, – но не просто так. У всего есть цена и моя помощь не исключение. Всё-таки я рискую своей репутацией.
Неожиданный поворот. Я снова прижалась к стене. Судя по смеху, от Михаэля не стоило ждать ничего хорошего.
– Какое условие? – тихо спросила я.
Глаза Михаэля радостно заблестели. Всем своим видом он словно говорил: «Попалась!»
– Всё то время, пока мы будем изображать жениха и невесту, ты будешь моей прислугой! – объявил он.
Услышав его условие, я чуть не задохнулась от возмущения.
– Чего?! – воскликнула я.
– Да! Будешь стирать мои вещи, прибираться, носить почту, – перечислял он, – ну, в общем, делать всё, что положено прислуге.
Меня аж затрясло от гнева. Влепить бы ему пощёчину! А ещё лучше ударить чем-нибудь тяжёлым по этой ухмыляющейся физиономии.
– Да пошёл ты! – выплюнула я и развернулась, чтобы уйти, но Михаэль схватил меня за руку и не пустил.
– Гордой суфражистке не понравились мои условия? – с издёвкой спросил он, – что ж, можешь меня послать, только больше никто не захочет изображать твоего жениха.
– Тебе-то откуда знать? – Я попыталась вырвать руку, но он только сильнее её сжал.
– Сама посуди, ты же вроде умная, – сказал Михаэль, – тебе ведь нужно, чтобы статус твоего фиктивного жениха был выше статуса реального? Так уж вышло, что сейчас в Академии я самый знатный аристократ. – Похоже, Михаэль уже всё просчитал. – Теоретически тебе могло бы пойти ещё несколько парней, но половина из них уже помолвлена, а другая не станет заключать помолвку без одобрения родителей. Так что, остаюсь только я. Ну или ты можешь выйти замуж за своего старика.
Михаэль довольно улыбнулся. Я же прокручивала в голове его слова, вспоминая, кто из знатных аристократов сейчас учится в Академии. Чем больше я думала, тем бледнее становилось моё лицо. Михаэль прав, он – мой единственный вариант.
Проклятье!
На лице Михаэля появилось выражение триумфа. Он понял, что победил. Мне не хотелось соглашаться на такие унизительные условия, но работа над артефактом и обещание, которое я дала Тео, были важнее. Ну, побуду прислугой у этого самовлюблённого придурка, что поделать. В конце концов, я почти всю жизнь прислуживала младшей сестре, мне не привыкать.
– Хорошо, но и у меня будет условие, – предупредила я, – не вздумай распускать руки или просить меня делать что-то непристойное!
Михаэль усмехнулся.
– Ладно, идёт, – согласился он, продолжая сиять довольной улыбкой победителя.
Я, наконец, смогла вырвать руку из его цепкой хватки и, потирая предплечье, хотела уйти, но Михаэль меня окликнул.
– Ничего не забыла? – с насмешкой спросил он.
Я замерла. Что ещё ему надо?
– Только не говори, что я теперь должна называть тебя господин фон Риз! – скривилась я.
– Кстати, отличная идея. А я об этом даже не подумал. – Михаэль хлопнул в ладоши. – Но ладно, это уже слишком. Можешь называть меня как раньше. Хотя, если тебе вдруг захочется обращаться ко мне «господин», я возражать не стану.
Я закатила глаза.
– Так что ты хотел? – спросила я и добавила, – мне, между прочим, учиться надо.
Михаэль улыбнулся.
– Как что? Твоё первое задание в роли прислуги, – сказал он, – у меня скопилось много грязных рубашек. Ты должна их постирать.
Мне хотелось выкрикнуть: сам стирай свою одежду! Но я сдержалась.
– Это всё? – уточнила я.
– Пока да, – отозвался Михаэль, – где моя комната ты знаешь. Удачи!
С этими словами он развернулся и пошёл прочь, явно довольный собой. Мне же хотелось кричать. Какая унизительная, дурацкая ситуация! И угораздило же меня влипнуть в эту историю!
С другой стороны, плюс во всем этом тоже есть: я сумела избежать свадьбы с соседом. Да, надо думать о хорошем. Пусть Михаэль насмехается, сколько хочет, мне плевать.
Расправив плечи, я направилась к нему в комнату, чтобы сразу забрать рубашки. Во-первых, лучше сделать это, пока Михаэль отсутствует, чтобы не нарваться на новый конфликт или дополнительное задание. Во-вторых, чем быстрее сделаю, тем скорее освобожусь. Мне в отличие от некоторых ещё и учиться надо.
Оказавшись у комнаты Михаэля, я сделала глубокий вдох и осторожно вошла внутрь.
Ого! Его спальня была гораздо больше моей. Впрочем, это неудивительно. Студенты из богатых семей жили в лучших условиях. Тем, кто учился по гранту, вообще приходилось делить комнату с соседями.
Я с любопытством осматривалась. Парчовые шторы, огромная кровать, секретер из красного дерева, антикварный шкаф с резными створками. Комната так и кричала о богатстве своего владельца. Но при всей роскоши обстановки в спальне не было ощущения уюта. Скорее она напоминала номер в гостинице. Дорогой, но безликий. Никаких памятных вещиц, вроде семейного портрета. Грустно.
Впрочем, это не моё дело. Не хватало ещё уют тут наводить. Я заглянула в ванную комнату и нашла кучу грязных рубашек. Кошмар! Я и забыла, что Михаэль учится на боевом факультете, а значит, все его вещи покрыты копотью, землёй и даже пятнами крови. Повезло, что я знаю заклинание, которое способно всё это очистить. Если бы пришлось стирать рубашки вручную, я бы с ума сошла!
Схватив вещи Михаэля в охапку, я быстро выскользнула из его спальни, пока меня никто не видел.
Утром следующего дня окольными путями, вздрагивая от каждого шороха, я добралась до прачечной. К счастью, в это время там никого не было. Я не представляла, как бы объяснила другим студенткам стирку мужских рубашек. Сказать, что так сильно люблю Михаэля, поэтому взялась устраивать его быт? Можно, конечно, но лучше было обойтись без лишнего вранья. Я и так сильно рисковала с заключением фиктивной помолвки.
Наполнив водой ёмкость для стирки, я бросила туда рубашки, а затем произнесла заклинание. В воде появились мерцающие кристаллы, они быстро проникли в ткань, впитывая пятна, а затем с лёгким шипением растворились. Готово! Быстро и легко. Конечно, изначально заклинание предназначалось для других целей, но потом какая-то умная хозяйка приспособила его для стирки.
Я подцепила руками верхнюю рубашку и вытащила из воды. Пятна исчезли. Отлично. Половина работы сделана. Улыбаясь, я по очереди вытаскивала рубашки и используя самые простые чары магов воздуха, просушивала. Затем аккуратно складывала в стопочку. И часа не прошло, как рубашки были отстираны. Я с удовлетворением смотрела на проделанную работу. Михаэль, наверное, надеялся, что я буду полдня корячиться со стиркой. Наивный!
Подхватив рубашки, я также осторожно вышла из прачечной и поспешила к нему. Чем скорее разберусь с этим дурацким поручением, тем быстрее освобожусь и смогу вернуться к учёбе. Да и приятно будет увидеть недоумение на лице Михаэля, когда он узнает, как быстро я справилась с его заданием.
Подойдя к двери в спальню, я громко постучала.
– Можно? – спросила я. Вдруг он не один?
Сначала было тихо, а затем я услышала ответ:
– Заходи!
Я отворила дверь и вошла в комнату. Внутри был беспорядок – след очередной весёлой вечеринки. Я фыркнула, переступая через оторванный рукав платья. Красивая комната за один вечер превратилась в руины, словно поле битвы. Ассоциации со сражением вызывал терпкий запах дыма, будто пропитавший каждую вещь. Я сморщила нос. Как Михаэль умудряется жить с запахом гари? Хотя возможно для драконов это нормально, всё-таки они владеют магией огня.
Стоп. Почему я вообще сейчас об этом думаю? Мне нет никакого дела до Михаэля и его привычек. Надо просто положить рубашки и уйти, пока он не дал мне новое задание. Я направилась к кровати. В это время сбоку открылась дверь в ванную и оттуда вышел Михаэль. Он вытирал полотенцем мокрые волосы. С кончиков прядей срывались капли воды, падая на плечи, затем быстро стекали на обнажённую грудь… он что голый?!
Я инстинктивно бросила рубашки на пол и отвернулась, закрыв лицо руками.
– Эй, зачем ты бросаешь мои вещи на пол? – возмутился Михаэль.
– Ты голый! – крикнула я.
– Вообще-то, на мне трусы, – беспечно заявил он.
– Ещё бы ты был без них! – возмутилась я.
Он хмыкнул за моей спиной.
– По-твоему, я должен был мыться в одежде? – насмешливо поинтересовался Михаэль.
– Я же специально спросила разрешения войти, и ты разрешил! – воскликнула я.
– А чего мне стесняться? Моё тело в полном порядке, – самовлюблённо заявил он, – между прочим, другие девушки готовы многое отдать, чтобы увидеть меня в таком виде.
– Не сомневаюсь, – фыркнула я.
Я услышала, как босые ступни Михаэля прошлёпали по полу, направляясь ко мне, и напряглась.
– Знаешь, я не виноват в том, что ты такая зажатая и закомплексованная, – сказал он.
Я почувствовала, как его дыхание защекотало мою шею. Провоцирует, вот гад!
– Вместо того чтобы чахнуть над учебниками, лучше бы занялась своими личными проблемами. Иначе фиктивная помолвка со мной станет твоим единственным опытом общения с мужчинами, – насмешливо сказал Михаэль.
Сдерживать раздражение стало невозможно. Я понимала, что меня ждёт, но больше не могла молчать. Развернувшись, я посмотрела ему в глаза.
– Я рада, что у тебя в трусах не пусто, но хорошо бы, и в голове что-то было, – процедила я.
Самодовольная ухмылка сползла с лица Михаэля. Его глаза зло сверкнули.
– Постирай-ка рубашки ещё разок, – приказал он.
– Что?! Но я только что их постирала и погладила! – возмутилась я, – у меня и так времени нет.
Михаэль пожал плечами.
– Это не мои проблемы. Но носить вещи с пола я не собираюсь. – Он брезгливо отшвырнул рубашки ногой. – Чем скорее начнёшь, тем быстрее закончишь, правда ведь?
Михаэль злорадно ухмыльнулся, а затем повернулся спиной и направился к шкафу. Мне хотелось кинуть в него чем-нибудь, но я сдержалась. Сгребла рубашки в кучу и бросилась прочь из комнаты.
Глава 5.
Согласно нашей договорённости, Михаэль написал и отправил официальное письмо моим родителям. Я не могла сдержать довольной улыбки, когда представляла их лица, когда они его прочтут. Нелюбимая дочь выходит замуж за аристократа из соседней страны. Причём не просто аристократа, а родственника королевской семьи. Узнав об этом, родители будут в шоке, но вряд ли решатся на какую-то пакость. Михаэль им не по зубам.
Вопрос с родителями можно было считать закрытым, но была и другая проблема. Если я и Михаэль изображаем настоящую помолвку, об этом нужно объявить официально. В том числе и в Академии. Но как это сделать?
Весь вечер я ломала голову над, казалось бы, незначительной проблемой. Мне не хотелось оказаться в центре внимания и отвлекаться на светскую болтовню, вместо того, чтобы спокойно работать над артефактом. А ещё нельзя забывать о Монике. Почему-то мне казалось, что идея моей помолвки с соседом возникла у родителей не без её участия. Но допустим, я ошибаюсь. Мало ли. Зато я была точно уверена, что Моника не перенесёт новость о моей помолвке с Михаэлем. Она устраивала истерики даже если я получала оценку всего на бал выше, а тут такое событие. Её ненавистная сестра выходит замуж за самого популярного, знатного и богатого парня в Академии. Моника просто лопнет от злости. И разумеется, этот «взрыв» затронет всех, кто невольно окажется рядом.
Я покачала головой. Наверное, не нужно было предлагать эту авантюру Михаэлю. Да, он самый подходящий кандидат, но я очень боялась реакции сестры. Узнав о помолвке, Моника наверняка попытается меня уничтожить. Хорошо, если она просто ударит по моей репутации, распуская какие-нибудь глупые слухи, или попытается рассорить меня и Михаэля. Это не страшно, тем более что мы не влюблены, но если пострадает моя работа над артефактом… Меня передёрнуло, я потянулась к цепочке и сжала кулон. Этого допустить нельзя. Ни при каких обстоятельствах.
Хорошо бы как-то отсрочить новость о помолвке. Не обязательно же с этим спешить? Для начала можно рассказать доверенным друзьям Михаэля, если такие есть, а уже потом остальным. Хотя о чём я? Слухи в Академии разносятся быстрее лесного пожара.
Я устало прикрыла глаза. Спаслась из одной ловушки и тут же угодила в другую. Смешно. Ладно, завтра надо попробовать обсудить это с Михаэлем. Вдруг у него появятся какие-то идеи. Желательно, здравые.
Обычно говорят, что утро вечера мудренее, но не в моём случае. На следующий день я пришла в столовую чуть позже обычного и хотела занять своё привычное место в углу, но почти сразу меня перехватил Михаэль. Широко улыбаясь он взял меня за руку.
– Доброе утро, – растерянно поздоровалась я.
Михаэль ничего не ответил, вместо этого потащил к центру зала. У меня появилось плохое предчувствие.
– Что ты делаешь? – шепнула я.
– Как это, что? – невозмутимо переспросил Михаэль, – выполняю свою часть сделки.
– Какую ещё часть? Что ты задумал? – взволнованно воскликнула я, но поздно.
Мы оказались в центре столовой и на нас уже поглядывали другие студенты, а также преподаватели. Я нервно огляделась и только сейчас заметила, что на Михаэле надета парадная форма. Но сегодня ведь не было никакого праздника. Догадка пронзила мой мозг, словно острая игла. Только не говорите мне, что он… я хотела сделать шаг назад, надеясь сбежать, но опоздала.
Михаэль громко похлопал в ладоши. В зале воцарилась тишина. Я не успела опомниться, как была усыпана розовыми лепестками, магическим образом сыпавшимися с потолка. В следующий миг к нам спустилась стайка золотогрудых соловьёв, недолго покружилась рядом, затем устроилась на спинках ближайших стульев и запела нежными голосами песню о любви. С улыбкой на лице Михаэль опустился передо мной на одно колено, достал бархатную коробочку с кольцом и спросил:
– Аврора Милтон, согласна ли ты стать моей женой?
По залу пронёсся удивлённый вздох, а затем снова наступила тишина. Всё взоры были обращены ко мне. Я же мечтала стать невидимкой и исчезнуть. Незаметно сообщить о помолвке не получилось. Но теперь отступать было некуда.
Я посмотрела на Михаэля и выдохнула:
– Согласна.
Соловьи запели громче, а студенты и преподаватели, включая самого ректора, встали со своих мест и стали аплодировать. Если бы помолвка была настоящей, это мог быть самый счастливый момент в моей жизни. Но вместо этого я чувствовала себя гадко. Мало того что обманываю стольких людей, так ещё и не известно, какие меня ждут последствия.
Михаэль тем временем надел мне на палец кольцо, которое я даже не успела рассмотреть, а затем наклонился ко мне, явно собираясь поцеловать. Моё сердце в ужасе забилось. Только не это! Я не могла допустить, чтобы мой первый поцелуй был запятнан ложью. Всё должно быть по-другому. Я много раз воображала, как пойду по берегу реки рука об руку с Тео. Обязательно летом, когда воздух наполняется дурманящим медовым ароматом полевых цветов. Мы будем долго брести, разговаривая обо всём на свете или просто молчать, наслаждаясь обществом друг друга. И потом на нашем месте под сенью ивы Тео меня поцелует.
Мой первый поцелуй должен быть с любимым человеком на нашем месте, а не с раздражающим меня парнем перед взорами десятков зевак, да ещё и по расчёту. Чувствуя, как глаза наполняются слезами, я быстро закрыла руками лицо и уклонившись от поцелуя, уткнулась Михаэлю в грудь. Возможно, он заметил мои эмоции, но окружающие восприняли этот жест за смущение, а слёзы – за свидетельство искренней радости.
Михаэль крепко обнял меня и прижал к себе, а затем шёпотом спросил:
– Что-то случилось?
Убедившись, что слёзы уже высохли, я подняла голову и посмотрела на него.
– Зачем было делать предложение при всех?! – также шёпотом ответила я.
Михаэль беспечно пожал плечами.
– Это же помолвка, как иначе? – сказал он, – ты вроде не говорила, что она должна быть тайной. Да и вообще, разве ты не этого хотела?
Меня подмывало ответить, что, прежде чем устраивать такое представление, неплохо было бы обсудить это со мной, потому как у меня были совсем другие планы, но потом передумала. В конце концов, цель достигнута, и мне следует радоваться. Я остаюсь в Академии и дальше смогу спокойно работать над артефактом.
Когда аплодисменты стихли и все вернулись к завтраку, я попыталась улизнуть на своё обычное место, но Михаэль удержал меня.
– Куда ты собралась? – спросил он.
– Хотела позавтракать, – ответила я.
Михаэль посмотрел на меня так, словно я только что сказала ужасную глупость.
– Мы помолвлены, забыла? – спросил он, – ты теперь сидишь со мной.
После этого заявления Михаэль, не церемонясь, взял меня за руку и повёл к столу боевого факультета, во главе которого он обычно сидел. Мне совсем не хотелось общаться с боевиками, но выхода не было. Раз теперь мы официально помолвлены и изображаем счастливую пару, логичнее будет сидеть рядом.
Пока я послушно следовала за Михаэлем, все взоры, казалось, были обращены ко мне. Девушки смотрели на меня с любопытством, завистью и откровенной ненавистью. Казалось, будто я попала в яму со змеями. Это неприятное чувство заставило меня крепче вцепиться в руку Михаэля, пусть я этого и не хотела.
Но один взгляд заставил меня вздрогнуть. Спенс смотрел на меня так, словно впервые видел. На его лице отражалась целая гамма чувств: от изумления до возмущения. Надо было заранее с ним поговорить и всё рассказать. Спенс, наверное, думает, что я сошла с ума! Но я же не знала, что Михаэль решит сделать мне предложение при всех!
Проходя мимо Спенса, я одними губами произнесла: поговорим потом. В ответ он неодобрительно покачал головой. Вполне ожидаемая реакция: его лучшая подруга только что объявила о помолвке с его заклятым врагом. Вышла бы отличная шутка, но вот в реальности ситуация не выглядела забавной.
Наконец, добравшись до начала стола, я села рядом с Михаэлем. Остальные боевики тут же обратили на меня взгляды, словно рассматривали насекомое под лупой. Мне стало неуютно, а Михаэль, напротив, был в своей стихии.
– Аврора Милтон, ты ведь староста артефакторов? – спросил высокий, темноволосый парень, кажется, один из близких друзей Михаэля.
– Да, всё правильно, – кивнула я, стараясь держаться непринуждённом, – а ты Стивен Колинс? Рада познакомиться!
– Ага, я тоже, – ответил он без энтузиазма в голосе.
– Ты и Михаэль вроде бы терпеть друг друга не могли. Цапались как кошка с собакой, – со смехом спросил другой боевик, кажется, его звали Адам Метьюз. В его интонации не было дружелюбия, скорее подозрительность или даже угроза.
Я судорожно стала соображать, как лучше ответить, но Михаэль меня опередил.
– Ну, знаешь, как бывает, сначала ненавидишь до безумия, потом влюбляешься без памяти, – усмехнулся он, – страсть есть страсть, верно, зайка? – спросил Михаэль и приобнял меня за талию.
Зайка?! Я чуть не поперхнулась глотком чая. Какая я тебе зайка?! Совсем уже! Пришлось приложить огромные усилия, чтобы не скривиться.
– Конечно, не зря ведь говорят, что от ненависти до любви один шаг, – улыбнулась я, осторожно опустила руку вниз и сильно ущипнула ладонь Михаэля, которую он так по-хозяйски положил на мою талию. Он тут же убрал руку, но успел бросить на меня недовольный взгляд. А чего он хотел? Обещал же руки не распускать.
– Страсть, значит, – хмыкнула единственная девушка в этой компании Франциска Бакс, – и ты вот так сразу решил остепениться? На тебя совсем не похоже.
Я бросила на неё быстрый взгляд. Что за допрос они тут устроили? Почему нельзя просто порадоваться за друга? Неужели они что-то подозревают? Может, только мне наша помолвка показалась естественной, а остальные сразу же заметили подвох. Я занервничала. Не хватало, чтобы нас сейчас раскрыли.