- -
- 100%
- +
Глава 1.
Я громко постучала кулаком в дверь, а для верности ещё и ударила в неё ногой. Шум вечеринки не стих, но вскоре мне открыли, и на пороге показался парень с боевого факультета явно навеселе.
– Вход только по приглашениям, – заявил он и громко икнул.
Я скривилась.
– Позови Михаэля! – потребовала я.
Боевик лениво привалился к дверному косяку.
– Тебе зачем? – спросил он.
– Позови Михаэля, пожалуйста, – повторила я, хотя моя просьба прозвучала скорее, как угроза.
Боевик снова икнул и хотел было что-то сказать, но в этот момент за его спиной появился сам возмутитель спокойствия – Михаэль фон Риз с привычной самодовольной улыбкой на лице. С первого взгляда невозможно было догадаться, что он дракон. Михаэль сильно отличался от своих соплеменников. Вместо тёмных волос, золотых глаз и смуглой кожи он обладал внешностью северянина: светлые волосы, голубые глаза и снежно-белая кожа. Впрочем, характер у него был вполне драконий: самовлюблённый любитель женщин и развлечений.
– О, кто к нам пожаловал! Аврора! – воскликнул он, увидев меня, – Её Занудство собственной персоной! Не помню, чтобы тебя приглашал.
Я проигнорировала его подколку и строго взглянула на Михаэля.
– Ты мешаешь мне заниматься. Заканчивай свою вечеринку, – потребовала я.
Очень быстро за спиной Михаэля появилась его свита и почитательницы. Они с любопытством ждали развития конфликта, то и дело перешёптываясь между собой.
– Ты когда-нибудь выключаешь режим старой брюзжащей бабки? – усмехнулся Михаэль, – хватит киснуть над книжками, давай лучше к нам. Здесь тоже можно многому научиться.
Сказав это, он подмигнул мне. Приятели встретили такое предложение смехом и улюлюканьем.
– Академия создана для учёбы, а не для развлечений, – отрезала я, – и тебе давно пора это понять.
Михаэль скривился.
– Поэтому никто и не хочет с тобой общаться, – фыркнул он, – и я не собираюсь по твоей прихоти отменять свою вечеринку.
Свита Михаэля встретила эту новость радостными воплями. Я разозлилась ещё сильнее.
– Что ж, если не хочешь слушать меня, может, послушаешь коменданта или декана? – спросила я.
Нахальная улыбка на лице Михаэля сменилась злостью.
– А ты у нас, оказывается, стукачка, – процедил он.
Я хотела что-то ответить, но в этот момент рядом с Михаэлем возникла Моника, моя младшая сестра. Меня её появление совсем не удивило. Во-первых, развлечения она любила сильнее учёбы, а во-вторых, как и большинство девушек была без ума от Михаэля. Кстати, из них могла бы получиться прекрасная пара: у обоих были на редкость отвратительные характеры.
– Ты зачем сюда припёрлась? – грубо спросила Моника.
Я не удостоила её ответом и снова посмотрела на Михаэля.
– Заканчивай вечеринку или я скажу декану. Вкупе с твоими прогулами это станет для тебя большой проблемой, – пригрозила я.
Михаэль хотел что-то ответить, но Моника завопила раньше.
– Ах, ты стерва! Ты просто завидуешь, что тебя никуда не приглашают и ты никому не нужна! – лицо Моники покрылось красными пятнами, – не смей угрожать Михаэлю, поняла! Ты не достойна даже находиться рядом с ним. И Михаэль не станет отменять вечеринку из-за твоих капризов! Правда, ведь?
Последний вопрос она задала сладким голоском, с наигранной нежностью заглядывая в глаза Михаэля.
– Вечеринка окончена, расходимся, – бросил он.
Очевидно, разборка с деканом не входила в его планы.
– Что?! – воскликнула Моника и попыталась схватить его за руку, но он увернулся и бросил на неё злой взгляд.
– Я сказал, вечеринка окончена. Эта зануда испортила мне всё настроение! – процедил Михаэль, глядя на меня.
Его свита со вздохами потянулась к выходу. Спорить со злым Михаэлем никто не решился, видимо, боясь быть спалённым дотла.
Проходя мимо меня, Моника прошипела.
– Ты об этом пожалеешь, дрянь!
В ответ я ничего не сказала и спокойно отправилась к себе, надеясь, до отбоя успеть изучить параграф. Первый тест артефакта провалился. Чтобы добиться успеха мне нужно было работать ещё усерднее. На секунду прикрыв глаза, я сжала в кулак медальон с перламутровой кувшинкой, висевший на шее.
Обещаю, Тео, я никогда не сдамся и смогу тебя спасти!
***
Я вернулась к себе в комнату и снова села за книги. Создание артефактов требовало точности и множества знаний из самых разных областей, особенно если ты взялась за то, что до тебя не делал никто. Мне нужно было ещё немного доработать артефакт, прежде чем проводить новый тест. Учитель и декан постоянно хвалили меня за усердие и ставили хорошие оценки, но мне казалось, они на самом деле не верят в успех, просто радуются, что есть ещё студенты, серьёзно увлечённые предметом.
Я листала страницы старинного фолианта, полного сложных магических формул, но никак не могла сосредоточиться на чтении. Насмешки Михаэля и его компании всё ещё звучали у меня в голове. Они со своей беззаботной студенческой жизнью были так далеки от меня, словно мы существовали в параллельной реальности. Я не могла позволить себе расслабиться даже вечером. Я не могла позволить себе быть счастливой.
Моё сердце снова заныло от боли и тоски, а рука бессознательно потянулась к кулону на шее – последнему подарку Тео.
Тео.
Когда-то это имя легко слетало с моих губ, а теперь произносить его было невыносимо больно.
Ещё в начальной школе Тео стал моим лучшим другом. Точнее, единственным другом. Его семья жила по соседству, мы часто виделись на праздниках и званых ужинах и как-то сразу потянулись друг к другу, а потом уже не смогли расстаться. Вместе учили уроки, играли, мечтали. Некоторые принимали нас за брата и сестру, другие – за будущих жениха и невесту.
И действительно в подростковом возрасте между нами возникла симпатия. Очень естественно и даже незаметно мы перешли от друзей к возлюбленным. Долго гуляли тёплыми летними вечерами, держась за руки, болтали обо всём нас свете или молчали. Рядом с Тео даже тишина была уютной.
Всё складывалось так гладко, просто идеально. Я была уверена, что именно с Тео произойдёт мой первый поцелуй, потом мы обручимся, а затем поженимся и проживём вместе до старости. Забавно, но это не было моей мечтой, я считала такую последовательность событий чуть ли несвершившимся фактом. Разве могло быть иначе? Я люблю Тео, он любит меня. Мы оба происходили из равных по статусу семей – провинциальных аристократов среднего достатка. Наши родители дружили. Даже внешне мы хорошо смотрелись: Тео был красивым брюнетом с тонкими чертами лица и ямочками на щеках, а я – стройной блондинкой с нежной фарфоровой кожей и белоснежной улыбкой. Для счастливой совместной жизни не было никаких препятствий.
Но жестокая судьба распорядилась иначе.
Прошло уже два года, а я до сих пор не могла поверить, что эта трагедия случилась на самом деле. Порой мне казалось, всё это дурной сон, который просто слишком затянулся и стоит мне проснуться, как всё снова станет хорошо. Но проснуться не получалось, как бы я ни старалась. Наоборот, время шло, воспоминания о счастливых днях поблекли, и уже они начали казаться сном. Неужели я когда-то была счастлива? После случившегося в это было трудно поверить.
Я почти каждый день прокручивала в голове события тех дней, искала какие-то знаки, нехорошие предзнаменования. Всё это не могло произойти просто так. Наверняка судьба предупреждала меня об опасности, только я ничего не заметила. Но сколько бы ни ворошила память, ничего зловещего вспомнить так и не смогла.
Тогда я начала искать тот момент, где совершила ошибку, после которой всё рухнуло. Но и здесь успеха не достигла. Что нужно было сделать иначе? Этого я не знала.
Накануне того дня я и Тео поругались из-за какой-то мелочи. Сколько бы я ни старалась, мне не удавалось вспомнить причину конфликта. Друзья ссорятся, возлюбленные ссорятся – в этом нет ничего удивительного. А я и Тео обычно быстро мирились, поэтому никто не воспринимал мелкую размолвку как катастрофу. В тот раз было так же. Сначала я злилась на Тео, но уже через час остыла, а ещё через один снова захотела его увидеть.
У меня в тот день были дополнительные занятия в школе. Тео прислал записку, что хочет встретиться со мной вечером на нашем месте у реки и поговорить о чём-то важном. Тогда я не придала этому особого значения. Мало ли тем для разговора? Может, хочет обсудить поступление в Академию. Может, какие-то проблемы у родителей.
Сейчас я уже так не думала. После случившегося во мне день ото дня крепла уверенность, что Тео хотел поговорить не об обычных бытовых проблемах, он собирался сообщить нечто по-настоящему важное. Но что? Этого я так и не узнала. Потом я спрашивала его родителей и друзей, но Тео им ничего не рассказывал, и они не могли ответить на мои вопросы.
Но тогда я ни о чём не подозревала. Получив записку, просто положила её в карман и продолжила учиться.
Вечером я собиралась встретиться с Тео, но родители меня не отпустили. Моей младшей сестре не здоровилось, и они хотели, чтобы я всю ночь просидела у кровати Моники, вдруг их любимой дочери что-нибудь понадобиться.
С того вечера не было ни дня, ни минуты, ни даже секунды, чтобы я не пожалела о том, что пропустила встречу с Тео.
Как я могла?!
Почему в который раз послушала родителей?
У Моники ведь не было ничего серьёзного, на следующий день она уже порхала, как бабочка. Да и как только наступила ночь, выгнала меня из своей комнаты, сказав, что я слишком громко дышу и мешаю ей спать. В итоге я сделала домашнее задание для школы и тоже отправилась в постель, а Тео послала записку.
Тео.
Я могла бы прийти к нему в тот вечер, и тогда всё сложилось бы иначе, но…
На следующий день он не пришёл в школу. Я забеспокоилась, но учителя не увидели в его отсутствие ничего странного и даже не стали писать родителям. Мне же было тревожно, поэтому я еле досидела до конца уроков и пошла к нему домой. Но оказалось, что вчера вечером Тео ушёл на встречу со мной и не вернулся. В тот момент я запаниковала по-настоящему и побежала на наше место – к плакучей иве у реки, а там…
Это невозможно ни описать, ни передать как-то ещё.
Тео был в реке. Мёртвый.
Стоило закрыть глаза, и я видела перед собой эту картину: мой прекрасный, любимый Тео в воде среди белых кувшинок, а ветви плакучей ивы ласково гладят его бледное лицо.
Очень быстро на место прибыла королевская полиция, но они так и не смогли сказать, что произошло с Тео в тот вечер. Утонул ли он случайно или кто-то использовал чёрную магию, чтобы его убить.
Я и сама пыталась провести расследование, опросила, кажется, весь город, но так и не смогла ничего выяснить. Хотя была уверена, что смерть Тео – не несчастный случай. Он хорошо плавал и был достаточно благоразумен, чтобы не лезть в воду в темноте. В этом деле было слишком много неизвестных.
Почему Тео захотел встретиться со мной тем вечером? Что собирался рассказать? Кто пришёл к нему вместо меня? Ответы на эти вопросы я так и не нашла.
После смерти Тео я не могла спокойно жить дальше, чувство вины отравляло душу. Я должна была что-то сделать. Тогда-то мне в голову и пришла идея артефакта, способного переместить меня в прошлое. Если я смогу вернуться в тот злополучный вечер, то спасу Тео. Именно поэтому я против воли родителей поступила в Академию. И именно поэтому сижу ночами над учебниками и всё свободное время работаю над артефактом. Я должна спасти Тео!
Глава 2.
Я легла спать далеко за полночь, а проснулась за пару часов до подъёма. Перед началом занятий нужно было успеть немного поработать над артефактом. Почему в сутках было всего 24 часа? Я очень уставала, поскольку нужно было учиться, выполнять обязанности старосты и создавать артефакт, но жаловаться было не по мне. Да и какие могут быть жалобы, когда я жива, а Тео – нет?
С трудом выбравшись из тёплой постели, я зевнула. Затем прошлёпала босыми ногами по полу к окну. На улице было ещё темно, но, казалось, полоса горизонта чуть подсвечена бледными лучами солнца. Я открыла окно, зачерпнула свежего снега с подоконника и умыла им лицо. Холод мгновенно взбодрил кожу и прогнал остатки сна. Теперь можно было привести себя в порядок, надеть форму и немного поработать над артефактом.
Когда мне предложили стать старостой нашего факультета, сначала я хотела отказаться. У меня и так было полно забот, чтобы добавлять к ним разборки с прогульщиками и организационную работу. Но старостам полагалась отдельная комната и это преимущество перевесило все недостатки. Хоть жить с соседками и было весело, это сильно мешало моей работе. А теперь, оставшись одна, я могла сидеть над учебниками хоть всю ночь.
Открыв старинный фолиант, я пододвинула к себе исписанный лист пергамента и принялась читать. Периодически делала заметки, записывая полезные заклинания и формулы. Конечно, нужно было перепроверить информацию в других источниках, но я была почти уверена, что эти заклинания можно использовать для моего артефакта.
Часы на столе мерно тикали. Секундная стрелка наматывала круги, за ней медленно ползла минутная. Я читала, полностью погрузившись в мир магии, когда стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Часы показывали восемь утра. Неужели прошло уже два часа?!
Нехотя закрыв фолиант, я подошла к двери и приоткрыла её. Коридор за ней был пуст, но у моего порога лежала большая коробка, а сверху конверт.
Почта? Странно, кто мог мне написать? Да ещё и посылку прислал?
После того как я ослушалась родителей и тайно поступила в Академию, они со мной почти не общались. Другие родственники, кажется, вообще не знали, где я и чем занимаюсь. Кроме Тео друзей за пределами Академии у меня не было, а здесь я дружила только со Спенсером, но если бы он хотел мне что-то отдать, пришёл бы лично.
На душе стало тревожно. Я наклонилась и подняла коробку. Совсем лёгкая. Может, вообще пустая?
Поставив её на пол в своей комнате, я взяла конверт и посмотрела на обратный адрес. Письмо написали мои родители. Теперь тревога усилилась вдвойне. Скорее всего, они опять потребуют бросить Академию или помогать Монике с учёбой. А может, и то и другое одновременно. Впрочем, это не самый плохой расклад.
Я вздохнула и раскрыла конверт. Внутри был небольшой лист бумаги, заполненный размашистым почерком отца. Я углубилась в чтение.
"Аврора,
Я и твоя мама оценили результаты твоей учёбы в Академии. Это с самого начала была глупая и бесперспективная затея. К тому же очень эгоистичная. Вместо того чтобы заботиться о своей родной сестре, ты сбежала и теперь забиваешь себе голову учёбой, хотя у тебя нет ни ума, ни таланта. Твой поступок очень огорчил нас с мамой, но мы всё же дали тебе шанс попробовать свои силы. Теперь же нам очевидно, что твоё пребывание в Академии – пустая трата времени, поэтому мы приняли решение.
Этой зимой ты выходишь замуж за сэра Томаса Оливера, нашего соседа. Человек он хороший и давно на тебя засматривается, к тому же после смерти пятой жены ему очень одиноко. Внуки навещают его редко, он постоянно скучает, так что брак с тобой пойдём ему только на пользу. Да и ты всегда будешь жить рядом с нами.
Так что бросай свою бесполезную учёбу и готовься к свадьбе!
Твои мама и папа"
Я почувствовала, как комната покачнулась, и, потеряв равновесие, привалилась к стене, а потом медленно сползла на холодный пол.
Свадьба?
Мою грудь сдавило тисками, я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Родители хотят, чтобы я вышла за Томаса Оливера – нашего соседа, которому в том году исполнилось семьдесят лет?! Какой кошмар! Мне даже смотреть на него противно с его вечными сальными шуточками и грязными намёками, а уж стать его женой?!
Но это ещё не самое худшее! Родители хотят, чтобы я бросила Академию, а значит, я не смогу доделать артефакт!
Дрожащей рукой я сжала кулон, чувствуя, как моё сердце что есть мочи барабанит о рёбра.
Я не могу этого допустить! Не могу! Я обещала Тео. Я должна создать артефакт, чего бы это ни стоило.
Но что же мне теперь делать?
По закону незамужние девушки находились под властью отца, а после свадьбы должны были подчиняться мужу. Родители имели полное право выдать меня замуж без моего согласия. Среди аристократов это не было редкостью. Моё мнение никто даже спрашивать не будет. Что… Что же мне делать?
Не знаю, сколько я просидела на полу, шокированная новостью о своём скором замужестве, но, в конце концов, всё-таки поднялась на ноги. Слёзы не смогут ничего изменить. Надо что-то делать. Только я пока не понимала, что именно.
Взгляд упал на коробку, которую родители прислали вместе с письмом. Надеюсь, внутри не мой новоиспечённый жених? Хотя, это был бы не такой плохой вариант. Можно было бы выкинуть коробку вместе с ним куда подальше и разом избавиться от всех проблем.
Я горько усмехнулась и распаковала посылку. Внутри оказалась какая-то ткань грязно-болотного цвета, напоминавшая то ли старую занавеску, то ли половую тряпку и записка. В первую очередь я раскрыла листок и прочла послание. Судя по почерку, его написала мама.
"Аврора,
Мы слышали, что скоро в Академии состоится Зимний бал. Мы решили не лишать тебя возможности его посетить. Тем более, после свадьбы тебе будет уже не до балов. Поэтому высылаю тебе своё старое платье. Уверена, именно оно идеально тебе подойдёт.
Мама"
Я скептически уставилась на ткань с жуткой расцветкой. Трудно поверить, что какой-то портной мог выбрать такой оттенок для платья. Разве что хотел отомстить своей клиентке. Желания прикасаться к «подарку» у меня не было, но переборов себя, я всё-таки взяла платье в руки и вытащила из коробки.
Что сказать? Не мой размер, устаревший фасон, какие-то странные пятна и даже дыра подмышкой. Я не могла припомнить, чтобы мама хоть раз надевала что-то подобное. Она всегда старалась следить за модой и хорошо умела подбирать цвета, которые ей шли. Мне не верилось, что в её гардеробе могла оказаться такая вещь. Даже случайно. Подобное платье скорее в стиле Эдит, нашей няни. Она как раз никогда не смотрела на фасон или цвет, главное, чтобы наряд был дорогим. Возможно, мама позаимствовала это платье именно у неё. Хотя какая разница?
– Спасибо мама, отличный вариант для Зимнего бала! – сказала я вслух, обращаясь к пустоте.
Я настолько привыкла к подобному отношению, что уже даже не удивлялась и не обижалась на такую очевидную месть от родителей. Бросив платье обратно в коробку, я сунула её под кровать. Может, сгодится на тряпки?
Письмо я пока спрятала в ящик и быстро спустилась к завтраку. Большинство студентов ещё не проснулось, но за столом факультета целителей сидела группа девушек и весело щебетала. Я кивнула им, проходя мимо, и заняла своё привычное место в конце стола своего факультета, где, как я надеялась, никто не станет меня беспокоить.
Постепенно столовая заполнялась студентами, но ко мне никто не подходил. И хорошо. Настроения общаться у меня не было. Разве что можно было поговорить со Спенсом, но он, наверное, уже позавтракал и с утра пораньше убежал тренироваться на полигон боевого факультета.
В итоге запеканку я съела без происшествий, а когда хотела выпить чаю, в столовую ворвалась Моника – моя младшая сестра.
– Смотрите! – завопила она на весь зал, чтобы все присутствующие наверняка обратили на неё внимание, – родители прислали мне платье к зимнему балу!
С этими словами Моника плюхнула коробку на середину центрального стола и быстрым движением вытащила оттуда платье. Тонкий розовый щёлк, кружево, и даже россыпь ангарских кристаллов на лифе. Платье явно дорогое. Наверняка работа какого-то известного портного.
По столовой прокатился вздох восхищения. Другие девушки смотрели на платье с любопытством и завистью. Моника наслаждалась всеобщим вниманием.
– Какая красота! – воскликнула её подружка.
– Платье, наверное, очень дорогое! – подхватила другая.
– А мне родители никогда такого не покупали! – загрустила третья.
На квадратном лице Моники появился довольный румянец, а глубоко-посаженные карие глаза заблестели. Я отвернулась, надеясь, спокойно допить чай, но не успела. Быстрым шагом Моника направилась ко мне. Только не это!
– Видела, какое платье мне купили родители? – громко спросила она, сунув мне свой наряд чуть ли не под нос.
Я прекрасно понимала, чего она от меня ждёт. Неизвестно, по какой причине, но Монике просто необходимо было знать, что она лучше меня. Без этого она не могла наслаждаться жизнью. Чтобы поскорее от неё отделаться, я обычно ей подыгрывала.
– Да, очень красивое платье, – согласилась я, – ещё и ангарские кристаллы. Наверное, его заказали у мадам Бонье?
Я намеренно назвала имя самого модного портного в королевстве, чтобы удовлетворить тщеславие сестры. Услышав про мадам Бонье, девушки в столовой принялись шептаться к явному удовольствию Моники.
– Да, родители покупают мне только самое лучшее! – гордо заявила она.
Я обрадовалось было, что на этом пытка окончена, но напрасно, Моника всё ещё жаждала крови.
– Тебе родители тоже что-то прислали? Может, покажешь? Мама сказала, что платье идеально тебе подойдёт, – оскалилась Моника.
Разумеется, она была в курсе ситуации. Возможно, сама и предложила маме этот вариант.
– Я пойду на бал в парадной форме, – сказала я. Так одевались только сироты или дети из бедных семей, которым родители не могли покупать наряды, – или вообще не пойду. Учёбы много, – быстро прибавила я.
Моника ухмыльнулась.
– Ну и правильно. Что такой, как ты, там делать? Всё равно никто из парней тебя не пригласит. Будешь весь вечер стоять в уголке одна-одинёшенька. Лучше уж не ходить, чтобы не позориться, – притворно-жалостливым голосом сказала она.
– Ага, – отозвалась я.
На этот раз Моника удовлетворилась своим триумфом и ушла. Я проводила её долгим взглядом. Как получилось, что сестра меня ненавидит? С родителями понятно, очень часто в семьях младшего ребёнка любят больше, чем старшего. Но чем объяснить такое отношение со стороны сестры я не знала.
Глядя вслед сестре, я не переставала удивляться, насколько же мы разные. Как и по характеру, так и внешне. Я – высокая, стройная, светловолосая и светлокожая, а Моника – коренастая, маленькая, темноволосая и со смуглой кожей. Родителей в нашем детстве это забавляло, они всё гадали, от кого из предков Моника унаследовала такую внешность. В итоге сошлись на прабабушке по материнской линии. Помню, в детстве я смотрела на её портрет и задавалась вопросом, был ли у прабабушки такой же характер. И если да, то почему боги не дали сестре наследственность от какого-то более доброго предка. Тогда наши отношения могли бы сложить иначе, но как вышло, так вышло.
У нас с Моникой маленькая разница в возрасте – меньше двух лет. Поэтому жизнь до её появления я почти не помню. Могу судить только по рассказам родных. Хотя родители почти и не вспоминают о моём детстве, словно до рождения сестры меня и не существовало вовсе. Просто аист подкинул меня им, как бесплатное и ненужное приложение к их любимой дочери.
Я знала, что родители всегда мечтали о двух детях: мальчике и девочке, на крайний случай о двух мальчиках. Поэтому, когда родилась я, они быстро озаботились появлением наследника. И, казалось, преуспели. Всю беременность врачи постоянно твердили маме, что на этот раз обязательно родится мальчик. Поэтому мама и папа были счастливы. Я тогда почти ничего не понимала, но тоже радовалась появлению братика, с которым буду играть.
Что ж, судьба решила всё по-своему.
Мало того что роды у мамы начались раньше срока, так ещё и отец в те дни был в отъезде, а за окном разразилась страшная буря. Из-за непогоды доктор не смог добраться до нас из города. Экономке миссис Стил пришлось бежать за повитухой в ближайшую деревню. Та была на месте и быстро согласилась приехать. Пока она помогала маме, миссис Стил сидела со мной и рассказывала сказки, потому что я очень боялась грозы. К счастью для нашей семьи, у мамы не было никаких осложнений, хоть она и говорит, что почти ничего не помнит. Из моей памяти те события тоже стёрлись, я помнила только, как говорила о плачущем за окном ребёнке, а миссис Стил отвечала, что это ветер. В любом случае, когда на следующий день папа вернулся его ждал сюрприз в виде второй дочери, которую назвали Моникой.
Когда я впервые увидела её в кроватке, то очень обрадовалась, что родился не мальчик, ведь с ним нельзя было играть в куклы и другие девчачьи игры. Помню, я с нетерпением ждала, когда же сестра подрастёт, чтобы мы могли вместе играть. Я даже хотела отдать ей свою самую любимую куклу.