При дворе Медичи
- -
- 100%
- +
– Скажите пожалуйста, где находится собор? – вежливо спросила она у торговца овощами и фруктами. К своему удивлению, Карина опять заговорила по-итальянски, как и в Риме. Торговец внимательно посмотрел на них и махнул рукой прямо.
– Вот туда идите, парни. Тут недалеко, за той башней. Вы, наверное, на вечернюю службу? Так ещё рано! Вы приезжие?
– Да, мы из России. Только я не парень, а женщина – продолжала Карина опять на итальянском.
– Россия? А что это за город? Или деревня? Если ты женщина, то почему волосы такие короткие, и одета в мужской костюм? И вообще вы как-то странно одеты, – сказал торговец.
– Как, вы не знаете, что такое Россия? Это же большая страна, – сказал Ярослав. – У нас многие так одеваются. Разве в Италии не носят джинсы?
Торговец поморгал глазами, похоже, ничего не понял, но сделал вид, что понял.
– Скоро привезут священный огонь к собору. Я сейчас закончу торговать и тоже пойду туда. Завтра Пасха, нужно взять немного священного огня для дома. Вы тоже, наверное, за огнем идете?
– Каким огнём? Какая Пасха? Февраль месяц, карнавал сейчас идёт, – удивился Ярослав.
– Что-то ты путаешь парень, – сказал торговец, – вина что ли слишком много выпил? Сегодня 25 апреля, суббота. Завтра Пасха, 26 апреля. А, ну вы же приезжие, не знаете нашей традиции. Когда-то давно, в XI веке, наш благородный флорентиец Паццино де Пацци участвовал в крестовом походе, откуда он привез три священных камня с горы Голгофа. С тех пор из них в субботу вечером перед Пасхой высекают священный огонь и поджигают факел. Раньше его развозили по домам, а теперь его на повозке с гербом Пацци, запряженной двумя белыми волами, привозят к собору. Там каждый, кто хочет, поджигает себе факел священным огнём. Жаль только, что синьоров Медичи не будет, они устраивают сегодня вечером прием на вилле во Фьезоле. Племянник самого Римского папы Сикста IV приехал к нам утром, кардинал Рафаэль Риарио. Видели его кортеж сегодня? В честь него и прием.
«Пасха, Пацци, что-то такое рассказывала сегодня Ирина, – пронеслось в голове у Карины, хотя она уже начала смутно догадываться, что произошло. – Медичи? Они же давно вымерли? Какой прием?»
– А какой сейчас год идёт? – спросила она разговорчивого торговца.
– Ты точно, парень, слишком много вина выпил за обедом. И Рождество у вас недавно было, и год вы забыли. Сейчас 1478 год.
– Как 1478 год? Ах, да, – Карина быстро взяла себя в руки, – у меня бывает потеря памяти, кратковременная. Я когда-то упал с коня и ударился головой, поэтому даты путаю.
– Ну здоровья тебе, – сказал торговец и начал закрывать лавку.
Карина с мужем пошли по направлению к собору.
– Похоже это была не легенда про потайную дверь, а правда, – сказал Ярослав. – Мы с тобой попали в прошлое, уже во второй раз. Помнишь, Ирина рассказывала про убийство Джулиано Медичи? Оно будет завтра в соборе! Сегодня на приеме Пацци задумали отравить Лоренцо и Джулиано, но не выйдет. Джулиано заболеет и останется дома. Поэтому на приеме они не увидят Джулиано и решат убить обоих Медичи завтра в соборе.
– Ярик, давай снова попробуем войти в эту дверь, – попросила Карина, – что-то мне хочется назад в нашу эпоху вернуться.
– Так её еще найти теперь надо, а я не знаю где. Давай пойдем пока к собору, посмотрим священный огонь, а дальше видно будет. А может останемся до завтра и спасем Джулиано?
– А ночевать где будем? Деньги нужны, и не рубли, не евро, не кредитные карты. У тебя есть флорины?
Ярослав посмотрел в кожаной сумке и с удивлением нашел кошелек, набитый золотыми и серебряными флоринами.
– Слушай, на нас смотрят как-то странно. Давай зайдем вот в ту лавку, где одежду продают, и оденемся по их моде. И обувь другую надо, – сказал он и потащил жену за руку к торговым лавкам.
Вокруг них гуляли щеголи в разноцветных колготках, коротких курточках и коротких или длинных плащах. На их головах были красные шапочки с закругленными полями, или без полей, на некоторых – береты с перьями. На ногах у мужчин была странная обувь типа ботинок из кожи с длинными, загнутыми острыми носками.
«Как же они ходят в таких? – думала Карина. – Неудобно же, можно носками зацепиться за что-нибудь. Прямо как у старика Хоттабыча обувь».
У взрослых мужчин были длинные плащи и тоже такие же шапочки или береты. Девушки были в богато расшитых золотом и серебром длинных платьях с ленточками на рукавах, волосы распущены по плечам и украшены гирляндами цветов. У женщин постарше тоже были дорогие, расшитые золотом, жемчугами и драгоценными камнями платья, но волосы спрятаны под красивые чепцы. Карина и Ярослав зашли в лавку к портному и попросили подобрать им готовую одежду по размеру.
– Откуда вы такие приехали? Что за странные костюмы у вас, – спросил портной. Но теперь уже Ярослав не стал говорить правду.
– Мы из Муджелло, – вспомнил он название сельской местности, откуда были родом Медичи, – приехали в город на Пасху. Вот только пока ехали, на нас напали разбойники и ограбили, одежду тоже унесли. Хорошо, хоть коней не забрали, а кошелек у меня в седельной сумке был. Появились крестьяне с палками и прогнали их. Вот эту одежду нам крестьяне дали, будем возвращаться домой, вернем им.
– Странная одежда для крестьян, ну да ладно, – сказал портной. – Выбирайте костюмы, шляпы, переодевайтесь. А эту одежду я вам в сумку упакую. Рядом тут лавка кожевенника есть, можете там обувь купить.
– Я женщина, – сказала Карина, – мне женская одежда нужна.
– Женщина? А почему без волос? И брови есть, и лоб не по моде? – спросил портной.
– У нас, в Муджелло, мода другая: брови большие и лоб низкий. А волосы мне разбойники обстригли, сказали, на парик продадут, – не моргнув глазом соврала Карина.
– Вот варвары, – посочувствовал портной, – ну ничего, это дело поправимое. Тут за углом лавка цирюльника есть, он тебе и парик подберёт, и брови подправит, и лоб тоже. Вы муж и жена? Замужним женщинам чепец положено носить, но парик все равно пригодится.
Карина и Ярослав выбрали себе по вкусу одежду и головные уборы. Ярослав выбрал мужские колготки синего цвета, рубаху зеленого, длинный красный плащ и красную шапочку по моде. Карина взяла длинное серое платье со съемными рукавами, расшитое золотыми нитями и жемчугами, и чепец белого цвета с серебряными нитями. Они расплатились с портным и пошли в соседнюю лавку покупать обувь.
Когда супруги вышли от обувщика, то уже ничем не отличались от местных щеголей и девушек. Только Ярославу было трудно поначалу ходить в ботинках с длинными носками, а Карине – в туфлях странной формы на высокой платформе, и тоже с длинными носками. Но обувщик сказал, что чем длиннее носок, тем моднее. И несмотря на то, что недавно вышел закон, который огранивал длину носков, флорентийцы все равно ухитрялись его обходить. За нарушение закона полагался штраф, они спокойно платили это штраф и покупали обувь с очень длинными носками. Пришлось идти медленно, высоко поднимая ноги. Заодно они зашли в лавку к оружейнику и купили Ярославу длинную шпагу с ножнами. Фехтовать он не умел, но портной убедил их, что каждый благородный дворянин должен иметь шпагу. Потом они пошли к цирюльнику, который подобрал Карине парик с длинными, белокурыми волосами по моде.
– Садись на стул, я тебе лицо подправлю, – сказал он.
После всех процедур он дал Карине зеркало плохого качества и она ахнула. На неё смотрела незнакомая женщина со светлыми, уложенными в узел волосами, высоким лбом и тоненькой полоской светлых бровей. Но раз это модно, значит, придётся так ходить. После этого они заглянули в ювелирную лавку и выбрали себе украшения. Карина купила кольцо с сапфиром, серьги и ожерелье, а Ярослав кольцо с рубином и золотую цепь с кулоном. Наконец, они закончили все покупки и процедуры, и вышли к собору Санта Мария дель Фьоре.
Глава 6. Собор
Через некоторое время показались бело-зелёные полосы восьмиугольного здания из мрамора, которое супруги сразу узнали.
Собор Санта Мария дель Фьоре, Флоренция
– Крестильня, – сказал Ярослав, – это та, где врата Рая. Заодно увидим их оригиналы. За ней должен быть собор.
Появился и сам собор, но какой-то странный. Сбоку, вроде, тот же, что и утром, но фасад совсем другой. К тому же он был облицован мрамором только наполовину, его верхняя часть оставалась каменной. Но все равно было красиво, фасад как будто переливался и весь поблескивал из-за маленьких инкрустированных золотых пластинок. По обеим сторонами от центральной двери находились четыре монументальные статуи апостолов, верхняя часть была украшена статуями Иисуса, святых, пророков, какого-то Римского папы с длинной тиарой, сценами: «Рождество» и «Успение Богородицы». Между собором и крестильней были установлены античные римские саркофаги.
– Смотри, южные двери Баптистерия какие красивые, позолоченные. Утром позолоты не было, – сказала Карина.
– Конечно не было, это же оригиналы. А утром мы видели копии, – ответил Ярослав. – Давай посмотрим северные двери.
Они обошли крестильню и увидели, что на северных воротах сцены из Нового завета, головы на рамке и даже насекомые тоже были позолоченными. Это было так необычно по сравнению с тем, что они видели утром. А вот Восточные ворота почти не отличались, только выглядели ярче и красивее.
– Я вспомнил! – воскликнул Ярослав, – фасад собора другой, потому что его заменили. Помнишь, Ирина рассказывала? Утром мы видели фасад XIX века, а этот XIV века. Помнишь, там был герб Демидовых? На фасаде XIV века его быть не может.
Карина с Ярославом обошли собор со всех сторон, чтобы посмотреть, какие ещё произошли изменения. Храм был огромный, 153 метра в длину и 90 метров в ширину в области трансепта, они обходили его достаточно долго. Все остальное казалось таким же, как в XXI веке: трехцветный мрамор, облицовка в стиле готики, узкие двухчастные окна с остроконечными арками, водостоки в виде голов разных зверей и чудовищ. Они даже нашли голову бычка с рогами, которую им показала утром Ирина и рассказала про неё забавную легенду. На колокольне рельефы и статуи тоже были такими же, как и утром. Но Карина помнила, что тогда там были копии XIX века. Значит, сейчас они видели оригиналы работы Донателло с помощниками, Луки делла Роббиа и Андреа Пизано.
Только полоска между куполом и тамбуром была полностью каменной. Утром они видели, что одна из 8-ми долек этой полоски была закрыта белыми мраморными арками. Экскурсовод рассказывала, что эту полоску закрывал мрамором скульптор Баччо д'Аньоло в начале XVI века, но не закончил, потому что его работу высмеял Микеланджело. Он назвал её: «клетка для сверчков».
«Острый был на язык, этот Микеланджело – думала Карина. – мне бы никогда не пришло в голову, что это похоже на клетку, тем более для сверчков. Какая гадость!»
Но во Флоренции XV века среди юношей была традиция дарить любимым девушкам на 1 мая сверчков в клетках, которых они ловили сами и поле. В это время на площади между собором и крестильней уже собралась толпа наряженных флорентийцев: мужчин, женщин, юношей, девушек, детей и даже стариков с палками. Издалека были слышны звуки труб и дробь барабанов.
– Что это за барабанная дробь? – спросил Ярослав.
– Это везут повозку со священным огнём, – ответил стоявший рядом с ними молодой парень лет 25-ти с кудрявыми, черными волосами и карими глазами. – А вы приезжие? Как вас зовут? Меня Лоренцо.
– Лоренцо Медичи? – радостно спросила Карина
– Что вы, синьора! – весело засмеялся Лоренцо, – я Лоренцо ди Креди, художник, ученик самого Андреа Верроккьо! – с гордостью добавил он.
– Меня зовут Якопо, а это моя жена Катерина, – подобрал итальянские имена Ярослав, – мы только сегодня приехали из Муджелло, первый раз во Флоренции. Постой, Верроккьо это же учитель Леонардо да Винчи! Ты его знаешь, Леонардо?
– Конечно, он мой лучший друг вместе с Пьетро Перуджино. Вон Перуджино идет, и Сандро Боттичелли с ним вместе. Он тоже с нами работал у Верроккьо, но теперь у него своя мастерская. Видишь вот тот шар на куполе? Это мы его отливали шесть лет назад! – похвастался Лоренцо ди Креди.
– Да, я слышал об этом, – ответил Ярослав. – Вы молодцы, красивый шар получился. А Леонардо придет?
– Сегодня нет, он занят какими-то рисунками. Странный человек, но хороший. Он все хочет летательный аппарат изобрести. Невозможно это, не летают люди, как птицы. А вы какого рода будете? – спросил Лоренцо?
– Торнабуони, – ляпнул Ярослав, не подумав, первую же фамилию, которая пришла ему на ум.
– А я – Катерина де Барди, – присела в реверансе Карина.
– Да вы что? Значит, ты родственник мадонны Лукреции Торнабуони и её брата Джованни? – восхитился Лоренцо, – ты же кузен самого Лоренцо Медичи, и вы никогда не видели его? Он часто бывает в Муджелло. А вы, синьора, родственница бабушки Лоренцо Великолепного, Контессины де Барди. Жаль, что она умерла.
– Мы видели Лоренцо Медичи, но очень давно, – выкрутился Ярослав. – Я несколько лет жил в Милане, учился там. А Катерина выросла в поместье Барди далеко от Муджелло. Потом, когда мы поженились, она переехала ко мне. Её ещё не было там, когда Лоренцо приезжал. Поэтому она не помнит его. А почему Сандро Боттичелли такой грустный? – Ярослав поменял тему. – Он всегда такой?
– Нет, не всегда. Ровно два года прошло с тех пор, как Симонетта Веспуччи умерла, тогда весь город плакал. Вот с тех пор Сандро и грустит. Любил он её очень, забыть не может. Хоть художник и не ровня благородной даме. Симонетта была из знатного рода Каттанео из Генуи, потом её выдали замуж за Марко Веспуччи, богатого банкира. И Джулиано Медичи был в неё сильно влюблен, тоже никак забыть не может. Да разве можно забыть такую красоту? – вздохнул Лоренцо. – О, смотрите! Вот и ваши родственники Медичи идут. Лоренцо, его жена Клариче Орсини и мать мадонна Лукреция Торнабуони. Пойдёмте, я вас представлю.
– Так они же на вилле Фьезоле должны быть на приеме, – сказал Ярослав.
– Они потом туда поедут, после службы. И кардинал Рафаэль Риарио с ними, племянник папы Сикста IV. Он сегодня утром приехал. Жаль, что вы кортеж не видели, так красиво было! Джулиано только не вижу. Заболел, наверное. Он ишиасом мучился последнее время.
Лоренцо потащил Карину с мужем за собой, и вскоре они увидели высокого мужчину в длинном красном плаще с красной шапочкой. Он вел под руку беременную молодую женщину, ещё с ними была пожилая дама с благородными чертами лица в длинном черном платье и белом чепце на голове, концы которого спускались на плечи. Лоренцо и дама были немного похожи, у них был одинаковый длинный, приплюснутый в переносице нос и слегка выпяченная нижняя губа.
Когда Карина с Ярославом подошли близко, то они увидели, что внешность Лоренцо Медичи была, откровенно говоря, неприятная: неправильные черты лица, смуглая кожа с угрями, густые, кустистые брови, черные, жидкие волосы с прямым пробором, глаза немного навыкате. У Лукреции и беременной женщины волосы были спрятаны под чепцы, так что не было видно, какого они цвета. Их лица были бледные и невыразительные, с маленькими глазками, бровей не было видно, ресницы блеклые, лбы слишком высокие.
Портрет Лоренцо Великолепного, дворец Питти, Флоренция
– Добрый вечер Лоренцо, мадонна Лукреция, мадонна Клариче. Представляю вам вашего кузена Якопо Торнабуони и его жену Катерину де Барди. Мы только что случайно познакомились, – представил супругов Лоренцо ди Креди.
– Добрый вечер Лоренцо. Якопо? Есть у меня такой племянник в Муджелло, только давно его не видела, – заулыбалась Лукреция. – Жаль только, что мой брат Джованни сейчас в Риме по делам банка и не может познакомиться с вами. Вы сегодня приехали? Что же гонца не прислали заранее известить о вашем приезде?
– Эээ, сюрприз хотели сделать, мадонна Лукреция, – сказал Ярослав.
– Прекрасный сюрприз! – услышали они хриплый, скрипучий голос Лоренцо Великолепного. – Я приветствую вас во Флоренции и очень рад видеть родственников в своем дворце. Сейчас заберём священный огонь и после мессы сразу поедем на виллу Фьезоле, я там организовал банкет в честь приезда кардинала Риарио. Вы, наверное, уже слышали? Я вас приглашаю поехать с нами. Ты, дорогая, после мессы лучше домой поезжай, отдыхай, – нежно обратился Лоренцо к жене. – Тебе в твоем положении тяжело, ребёнок со дня на день родится может.
– Конечно, мы поедем с вами, Лоренцо. Спасибо за приглашение! – поспешила согласиться Карина, чтобы Ярослав не успел возразить. Ей очень хотелось побывать на вилле Медичи во Фьезоле, которую она разглядела только издалека с площадки Микеланджело. Оттуда это казался маленький белый домик.
Звуки барабанной дроби были уже совсем близко, и вот на площадь сначала вступил подеста – городской глава, как объяснил Лоренцо Великолепный. Он был верхом на красивом гнедом коне, за ним шел кортеж разряженных благородных господ, которые вели под руки дам в дорогих, длинных платьях со шлейфами и с кружевными накидками на высоких прическах из осветленных волос. Шлейфы дам несли дети в красивых платьицах, похожие на ангелочков, спустившихся с небес. Потом шли молодые юноши с разноцветными чулками на ногах, в коротких штанишках и коротких плащах. На головах у них были причудливые шляпы с перьями.
С ними были молодые девушки и длинных шелковых расшитых золотыми и серебряными нитями платьях с пышными съемными рукавами. У них были длинные, распущенные волосы и венки из красивых цветов на головах. Затем шли барабанщики в разноцветных костюмах, которые отбивали дробь, и знаменосцы, которые ловко подкидывали и ловили флаги с гербами Флоренции. За ними показались два белых вола с венками из цветов на рогах, они медленно ввозили повозку с гербом династии Пацци на площадь кафедрального собора под оглушительные аплодисменты собравшихся людей. Дальше шли представители ремесленных цехов со своими знаменами, и замыкали кортеж представители духовенства: главный архиепископ Флоренции и священники с большими манускриптами в руках. Наверху повозки стоял большой факел с огнём.
Два молодых парня вскочили на телегу, брали у людей факелы и зажигали их от священного огня. На одного из них смотрела влюбленными глазами молодая, приятная девушка, немного похожая на Лукрецию Торнабуони.
– Это моя сестра Бьянка, – сказал Лоренцо Ярославу. – А на повозке её муж Гульельмо Пацци и его брат Франческо. Эх, не доверяю я им, завидуют они нам. Не хотел Бьянку за Гульельмо выдавать, но они любят друг друга. Ну да ладно, пусть живут счастливо. Пойдёмте за огнем, а потом в собор. На приеме я вас всех познакомлю.
Он вручил Карине и Ярославу два факела, которые принесли слуги, и дал один факел своей матери. После церемонии получения огня они все пошли в храм на вечернюю службу. Внутри уже было полно народу, и все держали факелы. Через цветные витражи собора красиво проникал вечерний свет, который казался каким-то божественным. Лоренцо с Лукрецией, Клариче, Кариной и Ярославом подошли поближе к алтарю и заняли самые почетные места.
Карина принялась любоваться цветными витражами храма, которых было больше 40, и на них были изображены самые разные сцены. Она помнила из экскурсии, что первые готические окна в области нефа были XIV века, а остальные в нефе, на фасаде и в области трибун – XV века. Особенно ей понравилось окно со сценой: «Коронация Богородицы». Оно было единственное, выполненное по рисунку Донателло. Остальные цветные витражи были сделаны по рисункам Лоренцо Гиберти, автора северных и восточных дверей крестильни, про которого она хорошо помнила. И художников Паоло Уччелло и Андреа дель Кастаньо, о которых Карина ничего не знала. Обо всем этом ей потихоньку рассказала Лукреция Торнабуони, пока они ждали службу. Наконец, священник начал читать мессу, и хор мальчиков время от времени что-то пел красивыми голосами.
«Хорошо, что храм каменный, пожара не будет», – думал Ярослав. Он хотел увидеть фреску купола, но, к его разочарованию, тот внутри был покрыт штукатуркой.
– Брунеллески хотел, чтобы купол мозаикой украсили. Но мы пока не решили, что делать, – сказал Лоренцо Медичи, увидев, что Ярослав с Кариной смотрят наверх. – Филиппо был великий инженер, никто не справился с проектом купола, только он. И подъемные машины тоже Брунеллески проектировал, чтобы поднимать наверх материалы, работников и еду. Он им даже не позволял спускаться вниз во время обеда. Филиппо на моего деда Козимо работал вместе с Донателло. Жаль, что умерли оба. Архитекторы еще есть, а вот скульпторов хороших не осталось, кроме Верроккьо. Хорошо, хоть живописцы тоже есть: Сандро Боттичелли, Доменико Гирландайо, Лоренцо ди Креди, Перуджино, Филиппино Липпи, сын Филиппо Липпи. Леонардо да Винчи тоже прекрасный художник, но вот заказы никогда вовремя не выполняет, – сокрушался Лоренцо.
«Ах, да, купол же Джорджио Вазари только в конце XVI века расписывал», – вспомнил Ярослав.
– Будет у вас хороший скульптор, я это чувствую, – успокоила Карина Лоренцо. – Лет через 10 только. Микеланджело Буонарроти его зовут, запомни это имя.
– Ты что, будущее предвидеть можешь? – удивленно спросил Лоренцо. – Есть у Лодовико Буонарроти сын по имени Микеланджело, так ему три года только. Неизвестно еще, что из него получится.
– Получится, ещё как, вот увидишь. Вспомни мои слова через 10 лет, открой школу скульптуры и возьми его туда учеником, – сказала Карина.
– Школа скульптуры – это хорошая идея, – задумчиво произнёс Лоренцо. – Но надо все хорошо обдумать. Остался у меня ученик Донателло, его зовут: Бертольдо ди Джованни. Хороший скульптор, но не гений. Вот он и может стать учителем молодых талантов, только их ещё надо будет найти. Но не сейчас, сегодня и завтра праздник. Давайте лучше мессу слушать, а то причастие скоро.
Лоренцо замолчал, перекрестился и начал внимательно слушать священника.
«Вот и сбылась мечта с Лоренцо Великолепным поговорить, – думала Карина. – Ещё бы с Леонардо да Винчи пообщаться».
Она не знала, что и эта её мечта скоро сбудется.
Глава 7. Прием на вилле во Фьезоле
После службы Лукреция Торнабуони настояла, чтобы Карина и Ярослав обязательно поехали вместе с ними на банкет на виллу в городке Фьезоле.
– Карета большая, мы все вполне поместимся, – говорила она, – Клариче не может ехать, ей через месяц рожать. Внуки ещё маленькие, чтобы присутствовать на приеме. Джулиано заболел, муж мой, Пьеро Медичи, умер 9 лет назад. Вы, наверное, слышали от кого-нибудь в Муджелло? Будем только мы четверо.
– Да, конечно, мы слышали о смерти синьора Пьеро и очень скорбим, – сказал Ярослав.
– А лошади ваши где? Вы же не пешком пришли, – спросил Лоренцо Медичи.
– Мы их на постоялом дворе оставили, где остановились на ночь, – быстро придумала Карина. – Одежда у нас только эта, к сожалению. Нас ограбили по дороге, хорошо, хоть живыми остались. Местные крестьяне нам дали свою одежду временно, а эту мы перед мессой купили.
– Да, разбойников сейчас много, – вздохнула Лукреция. – Тем более, что вы наши родственники, а у Медичи много врагов. Нелегкое сейчас время, даже папа Сикст IV теперь наш враг с тех пор, как Лоренцо отказал ему в ссуде 30 000 флоринов. Никаких постоялых дворов, вы наша родня, ночевать будете в нашем дворце. Даже слышать не хочу возражений!
– Конечно, мадонна Лукреция, с большим удовольствие принимаем ваше приглашение, – поспешил заверить Ярослав.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.