По прозвищу Похититель. Глава Первая

Зарегистрировано, сентябрь 2022

ISBN 978-9962-17-461-5

Все права защищены. Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателя запрещено согласно действующим законам Республики Панама.

Введение

2020 год, вспыхнула пандемия КОВИД-19. Население всего мира столкнулось с полной самоизоляцией в эти дни. Как следствие, некоторые укрылись в кругу семьи. Другим не так повезло, но я не хочу этим сказать, что некоторые дома были освобождены от чувства беспомощности, хрупкости и от упадочного настроения духа, как в моем случае, так как я остался без работы. Многие из нас, оказавшись в заточении, страдают от внезапной смены привычек.

Также как и многие, я чувствовал себя пленником, потому что не мог свободно делать привычные вещи: ходить в кино, тренироваться, гулять, знакомиться с новыми людьми, путешествовать по некоторым странам континента. Только это было частью моего развития в 2020. Потеря родственника, отдаление от другого любимого человека вогнало меня в наиглубочайшую депрессию. Есть кое-что хуже, чем страдать от самоизоляции – это быть пленником своего собственного состояния духа.

Тем не менее, намного раньше самоизоляции, я на 100 процентов посвящал себя делу политического аналитика, выступал в различных университетах, время от времени говорил на радио и давал семинары. До тех пор, пока не наступил 2020.

Чтобы продолжить череду событий, которые застали нас врасплох, в 2022 мы стали свидетелями последствий провала дипломатии и внешней политики. Мы видели в средствах массовой информации новости на тему разных вариантов вируса, прививок, инфляции, войны и все мы делаем свои собственные выводы касательно этих новостей. Многие люди испытывают стресс, наши дети вынуждены жить в масках и всё настолько усложнилось, что моё поколение в панике. Кажется, что для нас минуты спокойствия рассеялись. Умы многих людей захватили тревожные мысли о завтрашнем дне, заставляя их находиться в подвешенном состоянии. Чтение было для меня тем бальзамом, который помогает облегчить мой отрицательный настрой. Если ты это читаешь, то мы не такие уж и разные.

Что чувствуешь, когда находишься в плену? В этой книге ты, возможно, будешь ассоциировать себя со мной. Все мы можем рассказать свою историю. Возьми себе прозвище, которое тебе нравится, и погрузись в мир напряжения, драмы, действий, обнаруженных чувств. Может быть, ты прочувствуешь своим богатым воображением все, что побуждает чувствовать чтение такой книги, как эта, где её персонажи тебя удивят, разбудят гамму эмоций и настроений. Что чувствуешь, когда находишься в плену? Ты узнаешь в продолжении.

– Да, это я, Юдит… после всей этой бумажной волокиты я этого добилась…Конечно! Было очень трудно достать подпись для разрешения… да, шесть месяцев приготовлений… только недоставало его подписи… Ну разумеется! Он мне вручил свод условий, которые я должна выполнить… Прочитать тебе их? О, я думала, что ты занята! Хорошо, слушай внимательно.

“Дипломированный специалист Юдит Крус. У нас не было возможности встретиться с вами, чтобы поговорить об этом деле. Но, несмотря на ваши настойчивые просьбы получить разрешение на взятие интервью у одного из наших заключённых, необходимо, чтобы вы приняли следующие условия.

Первое: согласитесь, что каждый раз, когда ваша нога переступает порог этого места, вы подчиняетесь внутреннему порядку.

Второе: вам запрещается упоминать при заключённом понятия времени, избегайте следующих приветствий: доброе утро, добрый день, добрый вечер. Если вы не выполните эту просьбу, ваше интервью закончится навсегда.

Третье: вы сами несёте за себя ответственность. Это тюрьма максимальной безопасности седьмого уровня, следовательно, осуждённые чрезвычайно опасны. То, что случится здесь с вами – следствие нахождения в опасном месте. Мы можем предоставить вам от 3 до 5 охранников, но это не значит, что вы будете в 100 процентной безопасности.

Четвёртое: вы можете записывать своего собеседника в месте, установленном одним из наших охранников, вы не можете снимать внутреннюю инфраструктуру, сооружения для доступа в зоны допроса для вашей и нашей безопасности. Также нельзя делать фотографии рядом с допрашиваемым. Как только вы подпишите данные условия, вы можете уведомить нас о дате начала вашего проекта.

– Да! Так как ты мне и сказала, Суси… Они будут оберегать себя от всего, что может их скомпрометировать… Да! Это я подписала на прошлой неделе и первый визит… сегодня днём. Моисей? Ты за рулём, поедем туда сейчас же… увидимся.

В это время Николаю снятся кошмары в государственной тюрьме Ла Эстихиа.

– Нет, чёрт побери! Нет! Пожалуйста, только не ещё раз!

Жизнь – это химера, где каждый человек сталкивается со своими ангелами и демонами, у меня это происходит посредством кошмаров. Зачем сражаться с ангелами? Потому что всё зависит от соперников, с которыми нас сводит судьба. Меня она свела с обоими, которые сговорились отравить моё существование и добились этого. Никто в этой жизни не умиротворён с момента зачатия. Все мы сражаемся биологически, физически, экономически или академически. Наша жизнь сводится к войнам. Мы ожидаем хаос, понемногу это проходит, чтобы вернуться с прежним натиском.

Я гнусный пленник по прозвищу «Похититель». Я не веду счет времени своей изоляции. Кто-то приходит навестить меня, если верить охраннику Ортеге, и неважно кто это, я сделаю так, чтобы он ушел, и меня оставят дальше гнить в полной изоляции. Поэтому я предпочитаю эту тёмную комнату, чтобы мне дали поднос с дерьмовой на вкус едой, и в компании крыс, чем влачить жалкое существование снаружи рядом с гнилыми людьми.

Мне вспоминается, что некоторые преступники меня ненавидят. Ну, хватит монологов! Выйдем, чтобы уйти подальше от отбросов, которые подходят и спрашивают, как у меня дела или как я себя чувствую, предположительно стараясь поставить себя на моё место и показывая лицемерную эмпатию, чтобы заставить меня поверить, что они приятные люди. Но мне нет никакого дела до этого.

Три охранника? Лоренсо, Ортега, и ещё один, не помню его имя. Или мне кажется, что я его раньше не видел. Ух, ты! Сатана вышел из ада и нуждается в двух устрашающих сопровождающих, за исключением того, которого я не знаю, может быть у него атлетическая внешность, но он не выглядит таким сильным, как эти два других примата. Сколько лести! Я чувствую себя главой мафии. Но да, внешность обманчива, я силён даже питаясь этим пюре с мясом со вкусом разложившейся печени. О, я помню это место, коридор, я могу видеть Робин, я разбил ему нос за то, что он съел мой обед, и он ещё имеет наглость косо на меня смотреть. Не говоря уже о Иосифе; чёртов негр пытался меня изнасиловать и попал к медсестре, потому что я схватил метлу и засунул ему её в анус, грёбаный педик! Конечно, не хочу обидеть тех, кого он предпочитает, я только против того, что меня пытаются трахнуть без моего согласия и не спрашивая гомосексуал ли я. Так это не работает. Мне также не нравится моя банда. Сейчас я вижу Улисес, он ещё хромает из-за того, что пытался убить меня, потому что Робин его сокамерник. В конце концов, посмотрим, кто меня навестит, очевидно, он будет удивлён количеством сопровождающих меня охранников.

Так, так! Я никогда в жизни не видел эту женщину, да и вообще я долго не видел женщин. Мы входим в помещение и меня держат стоя пока мне подыскивают стул. Итак, мы здесь, не проронили ни слова. Я вижу красивую негритянскую женщину. Да любая будет красивой после такого заточения. Хотя не буду умалять её заслуги, она красива и заметно, что она профессионал. Первый раз я в этом месте. Она испугалась, когда меня силой посадили напротив неё. Я кладу свои скованные руки на стол. Ортега приказывает мне держать их на бедрах. Меня возбуждает чувствовать этот страх. Что это за шутка? У меня скованы ноги, руки, металлические браслеты туги и мешают даже ходить, уже не говоря о чёртовом наморднике, который на меня надели при выходе из моей маленькой камеры. Не важно, я Казанова, Дон Жуан, Антонио Бандерас, Бред Питт, Джордж Клуни, я буду всеми упомянутыми перед ней в этот самый момент. Нет, не воображай так. Посмотри на неё пристально, да, так… серьёзно и не мигая, не так сильно, чтобы взгляд был глубоким.

Ортега представляет меня даме:

– Перед вами, “Похититель”.

Спасибо за то, что меня представили, Ортега несмотря на то, что я это ненавижу, вы это сделали хорошо.

– Спасибо, господин охранник, за разрешение находиться здесь. Господин Николай Вальверде, я журналистка Юдит Крус. Я занимаюсь документированием вашей истории, у меня есть блог под названием: “Обратная Сторона Медали” за которым следит половина населения страны, чтобы узнавать об историях, которые стоят за преступниками и знать причины, которые толкают их на совершение преступлений. Вы думаете мы можем поговорить о вашей версии событий и о причинах ваших преступлений?

Ну, охранники, я на вас смотрю, чтобы вы сняли с меня намордник. Спасибо, Ортега! По крайней мере, на это ты годен.

– Сеньорита, я долгое время не видел женщин… О, да! У вас сладчайший аромат. Вы пользуетесь этим парфюмом с жасмином и экстрактом феромонов. Есть только один дистрибьютор… Арден?

Да! Впечатлись моим знанием, я надеюсь ты сапиосексуал, ты очень красивая, негритяночка. Да! Я заметил, что ты этого не ожидала, это не просто угадать конкретный парфюм. Я хотел ещё больше запугать её, но я окружён охранниками, которые могут испортить мне жизнь после того, как я выйду из этого помещения.

– Спокойно, сеньора Крус. Я воспользуюсь каждым вдохом свежего воздуха здесь. Я не натворю глупостей. Из-за моей тесной камеры у меня онемели мышцы.

– В какой-то момент вы думали о том, что вы невиновны?

– Я виновен!

– Это – то, что вы говорите сегодня. Но согласно вашему заявлению в день суда вы заявляли о том, что невиновны.

– Я уже научился смиряться. Если я здесь, значит я виновен. Мы уже достаточно поговорили. Ортега, уведи меня домой.

Да, спасибо, вытащите меня быстро из этого места, чтобы она увидела, что я грубый и неприятный.

– Мы ещё увидимся, Николай.

– Да, я буду видеть вас каждую ночь между…Эй! Не бей меня, Ортега! Я собирался сказать в моих безмятежных снах. Почему ты такой сукин сын?

– Лучше предупредить, чем сожалеть, проклятое чудовище. Пойдём в твою камеру.

С каждой минутой, которая проходит, я чувствую, что это мой дом, и я благословлён, что мне не нужно никого терпеть. Я не понимаю, что хочет от меня эта женщина, я ей ничего не скажу. Мое прошлое неприкосновенно даже для меня самого, очень трудно копаться в воспоминаниях. Я не хочу ничего вспоминать о внешнем мире. “Николай” назвала меня журналистка. Мне больше нравится “Похититель”. Так меня все здесь называют. Я забыл своё настоящее имя. Это невероятно, как мозг забывает информацию и восстанавливает её снова, когда кто-то встряхивает прошлое.

Вернувшись в темную комнату, я вижу крыс, гуляющих по этому месту так, как будто это я незаконно сюда проник. Я знаю, что чтобы не потеряться мне нужно говорить с самим собой. Таким образом, я укрепляю свой ум, чтобы ориентироваться и не сдавать свои позиции, как этого хочет пенитенциарная система. О! Также этого хочет “Отец” в кавычках и другой антагонист духовного рассказа поз названием “Демон”. Я не хочу обидеть сторонников обеих доктрин, но мне это представляется как хроники Гомера, слепой рассказывает о том, чего никогда не мог видеть. Одна Троя, и один Улисес, которого никто не видел и ещё думается, что случилось, как упомянутый персонаж это описал. За исключением того, что существование Трои можно подтвердить раскопками. Но это я уже задаю риторические вопросы. Отдохну немного.

Чёртов Ортега! Что он захочет на этот раз? Сколько прошло времени? Сколько времени я спал? Охранник открывает дверь, и я различаю его с намордником в руке, в то время как он говорит мне, что у меня гости. Как быстро проходит время! В последнее время внешний мир хочет видеть гуманоида из цирка по имени “Похититель”. По правде говоря, это меня нисколько не обижает, я сексуально привлекателен как похититель. Самое грустное, что я не помню, кто дал мне это прозвище. Меня это очень забавляет. Я начинаю замечать, как успокаивает ходьба, хотя бы в зал для свиданий. Самое утомительное в этом маршруте это видеть в коридоре лица тех, кто хочет убить меня, да, это то ещё дерьмо. Наверное, это шутка! У меня гости. Опять ты?

– Я вам сказала, что мы увидимся, Николай… Охранник Ортега.… Зачем намордник? – Спрашивает журналистка.

– Мы не можем его снять до тех пор, пока он не сядет. Это очень опасно.

Как хорошо я себя чувствую, когда мне снимают намордник!

– Вы будете приходить ко мне каждый день, сеньорита Крус?

– О чем вы говорите? Я уже неделю вас не видела. Вы для меня не центр вселенной.

– Ух ты! Время вечно в изоляции.

– Вы хотите говорить в этот раз?

– Конечно! Скажите Ортеге, чтобы прежде, чем притащить меня сюда мне дали сходить в душ. Я хочу быть красивым для вашего следующего визита, без этой чёртовой бороды, которая меня душит. Крысы, которые живут со мной в камере, свисают с неё как шимпанзе.

Я замечаю отвращение на её лице, меня забавляет это выражение…

– Николай, я имею в виду вашу версию событий. Я это делаю, потому что версия событий основана только на показаниях жертвы, а не мучителя. Люди всегда становятся на сторону жертвы, но я думаю, что всё в жизни имеет две стороны. Вы меня понимаете?

– Люди! Знаете, что, Юдит? Меня не интересует, что там снаружи думают обо мне. Я уже хочу уйти.

– Я могу расследовать для вас. Всё, что попросите.

– Я кажусь вам привлекательным, Юдит?

– Что?

Вот так-то! Пусть Ортега выведет меня отсюда, я выхожу сюда только, чтобы подышать, увидеть свет, вдохнуть этот холодный воздух с запахом дезинфицирующего средства, и чтобы почувствовать, что мои мышцы двигаются. Это моя единственная цель.

– Не уводите его! Он это делает, чтобы избежать меня. Сеньор Вальверде, я не только журналистка. Перед вами также психолог по работе с социально неадаптированными людьми и нарушителями закона. Я знаю ваши трюки. Я буду приходить столько, сколько нужно, чтобы мы поговорили. У меня есть разрешение от тюрьмы, я могу продемонстрировать его.

Какая настырная женщина!

– Тогда приходите каждый день. Приносите шахматы или монополию. И после этого, может быть, я буду говорить или заставлю вас потерять ваше время как сейчас. По правде говоря, это риск, я не гарантирую вам, что вы сможете победить меня в этих играх. Вся моя жизнь здесь, без ожидания чего-то, без боязни что-то потерять. Напротив, для вас… дайте мне глубоко вдохнуть…да, жасмин Арден, прелестно. Ортега!

Спасибо, вот так, верните меня в бездну моего одиночества, в мой пузырь, крысы меня ждут. Я благодарен за это место, меня успокаивает, когда я вижу свет, я чувствую, что есть что-то, что хочет поймать меня и сделать рабом. Предпочитаю своё спокойствие. Пойду отдыхать.

Сейчас ночь или день? Слышна молния, ветер яростно захватывает моё тело, охлаждая его, я вижу огоньки, я преклоняюсь перед ними, я вижу свою кровь, которая смешивается на полу с водой, которая падает от сильного дождя. Нет! Это был кошмар. Это один из тех, которые как качественный фильм, я так говорю, потому что я проживаю это ещё раз как будто в высоком разрешении с оглушительным звуком. Прозвучит утопически упоминание о том, что я могу видеть смеющуюся тень, протягивающую свою тёмную руку в том самом кошмаре, но это так. Злые силы? Добрые силы? Никому неважно, во что я верю, даже этим существам, только если у них есть роль в физическом мире, хотя это интерпретация моего разума. Тик-так, тик-так, тик-так…время не останавливается, хотя я здесь, каждый раз, когда я вижу этот кошмар, я чувствую, что календарь переворачивается дальше. Не знаю, почему в эти мгновения я чувствую, что я хочу выйти из самого себя, спасибо жизни, воздуху, чему угодно, что это тянется только короткие промежутки времени. В эти минуты моя жизнь становится более сносной, ум опять всё размещает по местам, что очень правдоподобно.

– Ортега, сукин сын. Опять ты ведёшь меня на прогулку? Ха-ха-ха! Почему такая тишина? О, наконец-то я приму душ…

Худшее в этом душе то, что я окружён охранниками, которые смотрят на мои ягодицы. Вода в этом душе очень холодная.

– Это новая бритва, Ортегита?

– Я не буду весь день слушать твои глупости. Побрейся.

– Я не сделаю этого. Мне нравится моя борода викинга.

– Последний приказ. Побрейся…

– Да не буду я этого делать.

– Охрана!

И прибежала толпа педиков заставить меня побриться. Эти удары дубинок оставляют красные переливчатые следы, не то, чтобы они доставляли дикую боль, её доставляет невозможность применить силу руками тех, кто её использует. Ну ладно, я так легко им не дамся. Я напомню им, почему я в изоляции. Вот возьми, чёртов Ортега, этот удар локтем ты не предвидел, хорошо застать тебя удивлённым. Охранники бьют сильно, но я сильнее. Я не доставлю им удовольствия, я знаю, что сейчас они прибегут с электрошокером. Поэтому начинаю бриться. Но это не останавливает их от того, чтобы ударить меня им. В глазах у меня темнеет.

Какая боль во всём теле! Мне трудно открыть глаза, конечно, это лампа и этот холод в кабинете медсестры. Я очень ранен? Как хорошо…

– Я должна была побрить тебя и подрезать волосы как у Киану Ривза, когда он играл Нео в фильме Матрица, тебе очень идёт, я не думала, что ты симпатичный… ничего такого. Это вам говорит медсестра.

– Меня оставят здесь, медсестра? Почему я привязан к кровати?

– Похититель, ты временная бомба, здесь никто не довериться оставить тебя без привязи, чтобы не рисковать своей безопасностью. Но я тебя выпишу через минуту.

– Я думал, что это займёт больше времени.

– Ни в коем случае. Скоро будет тяжелораненый.

– Кто?

– Лагартиха.

– Что с ним сделали?

– Это меня меньше всего интересует… уже пришёл Ортега… охранник… он готов, чтобы вы его увели, только позвольте мне дать ему дозу восстанавливающего.

Лагартиха? Припоминаю прозвище этого ублюдка. Возможно, мой разум рисует его таким, какой он есть на самом деле физически. Мой гениальный орган порождающий интеллект, а также мои сопливые воспоминания. Сопровождаемый охранниками я понимаю, что в то время, пока я был у медсестры, мне стало легче отдыхать, и я могу расслабиться и таким образом избежать тех неприятных воспоминаний. О! Ты здесь, Юдит! Я считаю тебя приятной болью в яичках.

– Вы выглядите более достойно, сеньор Вальверде. Почему у вас отёкшее лицо?

– Это не важно.

– Важно… расскажите мне о своём подвиге. Расскажите, с кем вы поссорились. Расскажите, как показали свою силу.

– Нечего было показывать, сеньорита Крус. Речь идёт не о спорте, силе или уважении.

– Тогда о чём?

– Это не важно, как я сказал.

– Я настаиваю, это необходимо. Мне нужно знать страдаете ли вы самобичеванием.

– Ха-ха-ха! Я не бью сам себя. Это сделал мой неразлучный друг Ортега, он всегда со мной, как сейчас.

– Охранники никогда не нападают без провокаций или без ненадлежащего поведения. Я считаю, ты сам искал того, что у тебя на лице. Почему ты плохо к себе относишься? Что побуждает тебя к такому поведению?

– Я не знаю, о чём вы говорите.

– Твой приговор вместе с твоей изоляцией уже достаточное наказание. Я не думаю, что это будет слишком попросить тебя избегать драк с охранниками.

– Вы никто, чтобы командовать, что мне делать и тем более говорить, что я должен или не должен делать.

– Я хочу больше узнать о вас, Николай.

– Я всего лишь вызов для вас. Потому что я не совсем обычный заключённый. Потому что я особо опасен. Это ваши причины.

– Нет, на самом деле вы никто.

– Что?

– Вы никто. Снаружи этих решёток никто о тебе не говорит.

– Ха-ха-ха! Чёрт побери, ха-ха-ха!

– Что вас так рассмешило?

– Ха-ха-ха! Я знаю, что вы хотите сделать и это очень забавно. Я не тот заключённый, который искал славы в прошлой жизни или, чтобы мне аплодировали в тюрьме за то, что я сделал. Я не хотел, чтобы меня запоминали. Ха-ха-ха! Вы правы, я никто. На самом деле мне нравится быть никем. Незначительный, Николай! Браво! Ха-ха-ха! Но нет, Юдит, тебе будет нужно больше техник психоанализа, чтобы у меня развязался язык, и вы меня разговорили. Я уже вам сказал, что я виновен. Мне больше нечего сказать по этому поводу.

С яростью бью по столу и встаю. Вот, Ортега! Бери меня за горло с двумя твоими сообщниками под шокированный взгляд журналистки. Это я называю славой.

– Увидимся в следующий раз, Николай.

Эта женщина не сдаётся! Дерьмо! Хотя у нее очень возвышенный аромат, я не хочу её больше видеть. Я хочу спокойствия в своей тени. Я чувствую себя как те заключённые демоны, которых даже дьявол не хочет освобождать, грозный зверь в заключении.

В мой номер в тени мне принести что-то новое из меню. Пахнет отвратительно, даже крысы не подходят. Здесь что-то плохое, может яд? А, нет… это тунец для нищих, всё в порядке. Я так говорю, потому что чувствуешь косточки от рыбы. Из всего, что я пробовал, это меня не радует, но и не вызывает тошноту. Самое интересное – это гарнир, такое пюре, которое продают в пакетиках в супермаркете. Я знаю, что это дерьмо – это мука с искусственными вкусами и гмо, одним словом, дрянь. Но тюрьме это обходится дешевле, потому что у многих заключённых начинается диарея ха-ха-ха! На меня это не производит такой эффект, у меня желудок крокодила.

– Мои подружки? Где они? Я чувствую себя одиноким без их шума. Начинаю издавать похожие звуки на их писк, и они всегда прибегают. Издаю звуки чуть громче, ничего! Что могло случиться?

– Не старайся, приходила служба по борьбе с вредителями и истребила всех грызунов. Ты должен благодарить, что они больше не будут тебя беспокоить во время еды. Провели полную дезинфекцию, пока тебя не было.

– Ты сукин сын, Ортега! Я убью тебя!

– Ха-ха-ха! Иди на хрен, Похититель.

Я один… Что же это я чувствую? У меня болит грудь, как в ту ночь, когда я наклонялся к сильно светящимся белым огням, нет! Я не могу плакать из-за крыс, но они были моими подругами… кто будет поддерживать меня в здравом уме в этой тишине? Теперь меня беспокоит тишина? Плачь, несчастный, в конце концов ты здесь один, никто не увидит, как ты плачешь, я не буду шуметь и всё. Это беспокойство заставляет меня вспомнить о Лагартихе, моём бывшем сокамернике. Тип, связанный со множественными преступлениями, теперь я его вспоминаю, что мне не очень ясны подробности его нарушений. Интересно как он там, он всегда был придурковатым в тюрьме и мне приходилось помогать ему во многих случаях. Я заставлял его защищаться, но он отказывался драться, до тех пор, пока, короче говоря, я сам не дрался за него и находил себе проблемы с членами различных группировок, которые хотели сделать его женщиной всей тюрьмы. Он был до такой степени глупым, что позволял отбирать у себя еду карликов в этом адском мавзолее.

И вот ты здесь, улыбаешься, Ортега. Я вам кое-что скажу:

– Сколько смеха! У тебя был секс? Ты ещё девственник? Потому что я не думаю, что ты улыбаешься из-за своего сексуального дара или дара обольстителя, потому что ты уродлив. Даже я мог бы отжарить женщину намного лучше тебя.

– Намордник.

– Ух! Тебя нравится садомазохизм, Ортега? Не для этого….

Я сейчас понимаю, почему на меня надевают намордник, я становлюсь невыносимым, если меня слушать. Очень трудно игнорировать меня, особенно если я говорю обидные вещи. В конце концов, мне наплевать на него. Несмотря на это, я никогда не воспринимал свой рот как оружие. Юдит опять. Признаю, очень упрямая, но она провалит своё задание, я об этом позабочусь.

– Ваши глаза хотят спать, сеньор Вальверде.

– Что вы хотите?

– Сказать вам кое-что, что вы не знаете. Я должна сказать вам, что все мои визиты к заключённым записываются и выставляются в моём блоге. Дело в том, что спорные новости быстро распространяются. Вашу реакцию в последнюю нашу встречу видела вся страна на моей страничке.

– Что мне до этого?

– Видео вызвало полемику до такой степени, что у меня взяли интервью на телевидении и оно у меня с собой, чтобы показать вам его.

– Мне всё равно.

– И всё же я его поставлю.

“Наводя порядок в мире” программа с большей аудиторией, под руководством Даны Соуса и Рики Гарсиа.

“Добро пожаловать на наше вечернее шоу, где мы стараемся привести мир в порядок за разговорами и идеями, о которых всегда болтают на улицах, но никогда не заходили дальше неформальных диалогов. Что ж, здесь они доходят до президента, до членов парламента, до судьи, до врача, до дворника и даже до сына кухарки, потому что здесь мы поднимаем шум!