Фальшивое откровение

ГЛАВА 1. Стамбул

Аккуратно уложенные вещи собирали в коробки и спускали вниз. Медленно и постепенно квартира пустела, оставляя лишь воспоминания. Здесь становились сильнее, здесь делали выбор, здесь ломали пальцы и мечты. Камин давно потух, а сожженное в нем отсырело. Пелин прошла по голому паркету на каблуках. Она следила, чтобы грузчики ничего не забыли. Осталась лишь картина, что висела над потухшим камином. Фальшивое откровение. На губах Пелин застыла немая усмешка. Ее карие глаза, обведенные угольной подводкой, больше ни о чем не сожалели. Она мимикрировала, стала лгать натурально. Стала главным риелтором отдела, о чем мечтали Селим и Эмир. Получила независимость, о которой так грезила. Подошла ближе к картине и стала ее рассматривать. Она всегда знала, что два скелета на ней раньше были живы, теперь оба – мертвы. В комнате раздался крик. Пелин испуганно обернулась, повинуясь сильнейшим эмоциям от воспоминаний. Ее муж мягко улыбнулся ей, войдя в комнату:

– Ты в порядке?

За год до описываемых событий.

Очень жарким выдался июньский день в прибрежном городе Измире. Пшеничные длинные волосы Пелин спускались по ее влажным от жары плечам. Она натянула очки на карие глаза, спрятав их от солнца, и посмотрела на Эгейское море. Сегодня оно было тихим. Рядом возник высокий смуглый парень. Он держал в руках малиновое мороженое, ожидая, когда оно немного подтает. Пелин любила талое мороженое, а Селим терпеть его не мог. Он потянулся к своим коротким иссиня-черным кудрям и взъерошил их.

– Сегодня жарко, – констатировал он.

Пелин молчала, поднимая лицо к солнцу. Их отношения с Селимом были непросты. За пять долгих лет он так и не сделал ей предложение выйти за него замуж, зато был достаточно требователен к ней самой. Она была птицей в его золотой клетке, но считала это истинной любовью. Так научил ее любить отец. Она зажмурила глаза, представляя, как в скором временим им удастся начать новую жизнь в Стамбуле. Мечтала об этом городе с самого детства. Таком буйном и своенравном, как она сама. Они с Селимом приняли решение о переезде в погоне за лучшей жизнью для них и для младшей сестры Пелин. Элиф предстояло поступить в университет. Сквозь шумный говор на пляже раздался выстрел. Селим дрогнул, и растаявшее мороженое упало на песок. Растеклось алым цветом по нему, испачкало руки Селима.

– Черт подери, – Пелин сняла очки, – что там? Опять взрывают петарды?

– Терпеть не могу талое мороженое, еще и руки испачкал, – причитая, Селим присел около моря и стал мыть руки.

Пелин встала следом за ним, отряхивая округлые ягодицы от песка. Море смыло с его рук алый отпечаток. Пелин усмехнулась, пнув песок прямо в Селима. Тот вскочил и схватил ее, заключая ее в свои крепкие объятия. Его карие большие глаза, обрамленные густыми ресницами, она любила больше всего на свете.

– В Стамбуле мы станем очень счастливыми, я тебе обещаю, – улыбался Селим, целуя ее тонкие губы.

Элиф наблюдала за ними неподалеку, тренируясь, вычерчивая линии их силуэтов на мольберте. Они с Пелин были разные, начиная с детства, которое прошло в одном доме, заканчивая внешностью. Если Пелин была громкой и смелой, то Элиф была ее полной противоположностью. Даже ее вьющиеся каштановые волосы отличались от светлых Пелин. Она с улыбкой наблюдала за счастливой сестрой, чьи отношения в последнее время трещали по швам. Но даже юная Элиф надеялась, что это лишь кризис. Увлекая губы Пелин за своими, Селим повалил ее на горячий песок. Она стала пытаться вырваться, смеясь, но тот крепко сжимал ее в своих объятиях. Увидев знакомую до дрожи картину, спустя пару ударов сердца Элиф вскочила с места. В ушах звенела кровь, застывая в висках, в артериях. От беспомощности и страха, Элиф не могла пошевелиться. Пляж вокруг изменился до неузнаваемости, одна Пелин оставалась той же.

– Селим, – еле дыша от смеха, визжала Пелин, – ну, хватит!

– Люблю до безумия, – шептал Селим, не в силах оторваться от нее, – никогда не отпущу тебя.

Услышав их смех, Элиф успокоилась. Озираясь по сторонам, она убедилась, что у ее паники не было свидетелей. Села обратно и как ни в чем не бывало продолжила их рисовать.

Потребовалось несколько недель, прежде чем Пелин и Селим уволились из своего агентства недвижимости, смогли оставить съемную квартиру хозяйке и перевезти основные вещи. Их личных сбережений было немного, но хватило на то, чтобы поселиться в самом среднем районе Стамбула – Бейоглу.

Узкие улочки, устланные мелкой брусчаткой, устремленные то в гору, то с горы. Ноги уставали, но быстро привыкли к такой особенности города. Недалеко виднелся приветливый Босфор. Чуть выше от их съемной квартиры стояла высокая Галатская башня, куда они втроем первым делом и поднялись, убив пару часов в очереди. Зато с нее открывался потрясающий вид на огромный Стамбул. Колорит и масштаб города будоражил их, как утренний глоток турецкого кофе. Возбуждал, как поцелуй Пелин в сладкие уста на берегу Босфора. Селим целовал ее светлые волосы, вдыхал их аромат, кормил ее местным симитом и каштанами. И все эти минуты их близости в этом городе казались дороже всего, дороже желаний и дороже богатств. Осталось лишь эту близость удержать.

Селим сидел в офисе Халита Тенера, владельца собственного холдинга агентств недвижимости. Его контора имела дочерние агентства, которые занимались недвижимостью по всему Стамбулу. В основном, это была недвижимость торговых точек. Магазины, рестораны, бульвары и торговые центры. Селим рассчитывал получить должность агента по недвижимости именно в этом холдинге. Это было смыслом его образования, смыслом его работы и даже смыслом его жизни. Жажда власти – страсть, которая зародилась в нем еще в детстве, никуда не делась. И если власть в бизнесе он еще планировал получить, то власть над Пелин он получил уже давно. Его пригласили подняться на пятый этаж в тридцать девятый кабинет.

– Селим, я правильно понял, что вы работали в этой сфере пять лет и ни разу не пошли на повышение? – мужчина представился Серканом. – Почему? Неужели у вас нет никаких амбиций?

Дальше шла нудная и долгая беседа. Серкан постоянно разглядывал Селима и задавал на редкость откровенные вопросы. Селима это не пугало, наоборот, заводило. Спустя почти полчаса собеседования, мужчины поднялись на самый высокий этаж бизнес-центра. Селима там уже ждали.

– Селим, это господин Халит Тенер.

Селим и Халит обменялись приветствиями. Было очень волнительно стоять перед самым главным человеком в холдинге, но Селим старался держаться уверенно. И почему такая высокая фигура решила лично встретиться с ним? Так много вопросов, и так мало ответов.

– Я знаю «Азимут» в Измире, – Халит говорил об агентстве, где работал Селим, – это наше дочернее агентство, поэтому легко было узнать тебя получше.

Халит Тенер не медлил, а сразу твердо предложил:

– Должность риелтора, думаешь, будет более подходящей для тебя, нежели должность агента по недвижимости?

Глаза Селима округлились. Он хотел что-то ответить, но Халит его перебил:

– Скажу сразу, ты опытный, у тебя были успешные сделки, на сайте положительные отзывы о твоей работе. Ты молодой и амбициозный. Раз ты в холдинге, позвал тебя лично, чтобы кое-что прояснить. У меня есть один важный отдел в холдинге, я бы сказал, мой главный отдел. Там у меня есть главный риелтор, не считая всех его агентов и прочих работников. Но парню нужна помощь, – он переглянулся с Серканом. – Ему не хватает должной мотивации. Он поднялся блестяще, он спец в своем деле, но он расслабился и немного… Немного перепутал все границы, – Халит резко сменил свой спокойной тон на резкий. Было очевидно, что парень из его разговора очень злил его.

– Я хочу, чтобы ты разделил с ним главенствующее место. Он делает свои сделки, ты свои, у него есть штат. С этого дня весь его штат сотрудников будет работать и на тебя. Хочу, чтобы вы оба подняли продажи недвижимости и аренды в том районе. Хочу увидеть, как два специалиста стараются лучше и лучше, ведь, как известно, конкуренция – движущая сила. Хочу, чтобы ты стал моими глазами и ушами, чтобы ты слушал меня, а не себя. Мне нужна работоспособность и покорность, я вижу в тебе эти черты.

Звенящая тишина застыла в кабинете. Селим слышал, как бьется его сердце в груди, как еще пару ударов, и оно уйдет в пятки. Голова кружилась от этого предложения. В горле пересохло от волнения. Он сорвал джек-пот? Или здесь есть подвох? Серкан и Халит затихли, все вокруг стало блеклым и тягучим.

– Почему я? – только и смог спросить Селим, вспотев от волнения.

– У меня нет времени заниматься подобным, но так как Эмир внаглую ведет мое детище к банкротству, мне приходится идти на такие меры. У тебя был хороший рейтинг в «Азимуте», у тебя пятилетний опыт. Серкан говорит, что готов поручиться за тебя. Я хочу быстрее видеть плюсы от твоей работы на меня. Эмир – неприятный тип, он самодовольный хам. Мерзавец делает, что хочет, а я уже устал слушать нытье арендаторов о том, как тяжело с ним вести переговоры. Я бы уволил его, но мои личные антипатии не имеют ничего общего с бизнесом. Увы, его отец сидит в совете акционеров холдинга.

Халит всмотрелся в глаза Селима и продолжил:

– Поднимешь рейтинг отдела, спрос, будешь работать, как я тебе скажу – станешь лучше Эмира. Будешь слушать только меня и Серкана, а не себя,, и тогда я сделаю тебя единственным главным риелтором.

Селим не думал ни минуты: если это шанс, он воспользуется им. Если это сон – он не будет просыпаться. Он удалился за Серканом. Дальше началась долгая работа с документами, Серкан рассказывал ему о целях их работы. Чем, как и когда пользоваться и как работать. Селим слушал внимательно, он больше не робел ни минуты. Хотел быть тем, кого будут уважать и бояться. Особенно бояться. Теперь никто больше не будет издеваться над ним, смеяться, никто больше не попробует увести его классную девушку. Теперь все будут бояться его. Они отправились к другому зданию, где был офис, в котором предстояло работать Селиму.

Поднявшись на последний – двадцатый этаж – они прошли к высоким стеклянным дверям. Селим оглядывался по сторонам, замечая на себе взгляды проходящих мимо людей в деловых костюмах. Те смотрели на него открыто, с интересом, еще не зная о том, что это их будущий начальник. Сбоку от дверей сидела девушка с собранной рыжей копной волос. Серкан представил Селима Озге – их теперь с Эмиром общей секретарше. Девушка мягко улыбнулась своему новому начальнику, а когда мужчины скрылись за дверьми, изменилась в лице, набрала номер Эмира и все ему рассказала.

– Потрясающе, – наконец произнес Селим, весь день держа все это внутри себя. – Это просто «вау»! – он с улыбкой пожал руку Серкану, – спасибо вам большое.

– Пока не стоит, Селим. Давай еще пару моментов обсудим.

Они еще какое-то время обсуждали работу. Жизнь Селима стремительно менялась, и это не могло его не радовать. Он с улыбкой провел ладонью по столу из красного дерева, обернулся и начал рассматривать шкафы с документами, одновременно слушая Серкана. Каждой клеточкой своего тела Селим чувствовал, как опьяняет его внезапно обрушившаяся на него власть. Это завело его сильнее, чем могла бы когда-то Пелин. Он знал, что теперь сделает все возможное, чтобы быть лучше всех.

– Извини, Серкан, напечатаю сообщение? Приглашу сюда свою девушку.

Серкан молчаливо кивнул ему. Селим скинул свою геолокацию с адресом и обернулся к Серкану, задав свой главный вопрос:

– Так, кто такой Эмир?

На улице Стамбула уже стало темнеть. Солнце скатилось за горизонт, оставив после себя оранжевую рябь на синем небе. Как по щелчку, на дороге тут же возникли пробки из-за спешащих домой. Машины и мотоциклы выстроились в одну линию, пропуская таких же торопящихся домой пешеходов.

Пелин не составило труда найти офис, где будет работать Селим, она как раз каталась на своем байке. Байк Пелин любила особенной любовью, он был ее отдушиной в прошлой жизни в Измире. И, конечно, она не оставила его там, привезла с собой. Привыкала к местному колориту и изучала новые маршруты для поездок на своем любимом виде транспорта. Остановилась напротив центрального входа в офис, достала телефон и написала сообщение Селиму, чтобы он вышел и встретил ее. Справа, к тому же центральному входу подъехала черная машина. Пелин, не снимая шлема, посмотрела в ее сторону. Это была дорогая машина, и она с интересом стала рассматривать ее вблизи. Быстро потеряв интерес к ней, она отвернулась, лишив своего внимания выходящего из этой машины мужчину. Мужчина же, наоборот, обратил на Пелин внимание. Это было необычно, как ему показалось. В дорогом районе Нишанташи на парковке своего офиса было чем-то экзотичным встретить девушку на байке. Пелин сняла шлем, ее длинные светлые волосы выпали из него, и она запрокинула голову назад, чтобы расправить их от долгой езды в шлеме. Поднялся летний ветер, и пыль на дороге стала подниматься вверх. Пелин ощутила на себе взгляд и снова посмотрела в сторону машины. Мужчина тут же отвел взгляд, закрыв за собой дверь. Он, может, и хотел бы подойти к ней и провести всего лишь одну прекрасную ночь в объятьях красивой незнакомки, но плохие новости испортили ему настроение.

– Пелин! – окликнули незнакомку.

Голос Селима заставил Пелин обернуться. Он с улыбкой, как мальчишка, махал ей рукой. Радость разрывала его легкие. Пелин с улыбкой обняла его за шею, засмеявшись, когда тот в порыве радости поднял ее над землей. Ее русые волосы развивались по ветру, Селим запустил пальцы в них и чмокнул Пелин в губы, пока Серкан не нагнал их. А тот и не спешил, остановившись напротив мужчины, что вышел из той самой машины минуту назад.

– Эмир, дорогой, как дела? – Серкан не ожидал его увидеть здесь сегодня, от чего стал рассеяно блуждать глазами по парковке.

Заметив, как раздраженно смотрит на него Эмир, он обворожительно улыбнулся ему, оголив свои ровные белые зубы.

– Какой ты довольный, аж зубы сводит, – недовольно процедил Эмир. – Какими судьбами? Впрочем, я уже в курсе, какими.

– Озге хорошо работает, – натянуто улыбнулся Серкан.

– Сомневался? – усмехнулся Эмир, – не напрягай мышцы, хватит пучить эту доброжелательную улыбку.

Селим обхватил Пелин за руку и потянул ее в сторону Серкана. Остановившись около двоих мужчин, Пелин сделала шаг за спину Селима, чтобы не вмешиваться в диалог, будучи не представленной им. Селим не любил, когда она вступала в его разговор с другими мужчинами. Серкан перевел свой обычно довольный взгляд с Эмира на Селима и сказал, обращаясь к Эмиру:

– Мы поговорим завтра утром на совещании, а пока, знакомься – Селим Йылмаз, твой непосредственный коллега, – Эмир, наконец, обратил внимание на Селима. – Именно коллега, Эмир. Господин Халит это подчеркнул. Вы будете на данный момент вдвоем возглавлять риелторский отдел «Тенер-корп», он такой же главный риелтор, как и ты.

– Такой же, как и я? – Эмир издал смешок. – Не преувеличивай.

Теперь взгляд Селима утратил дружелюбность. Он взглянул на Эмира открыто, не скрывая недовольства от такого его тона. Эмир тоже не планировал скрывать свои нахлынувшие чувства. Пелин холодно взглянула на Эмира. Она осмотрела его идеально уложенные светло-рыжие волосы. Опустила взгляд на его небольшой прямой нос, выбритую рыжую щетину. Он был хорош собой, она не упустила этого из виду. Дорогой костюм, прямая осанка, дорогая обувь и самоуверенный взгляд. Пелин обратила внимание и на его хамство. Ей хотелось вспылить, отвесить ему пощечину за то, что тот так говорит о Селиме, но она сдержалась. Не хотела вновь встретиться с гневом Селима.

– Давай без истерик, – спокойно произнес Серкан. – Ты сам виноват в происходящем. Аренда выросла, а клиенты стали реже идти к тебе. Господин Халит также просил передать, что неуважение к его сотрудникам, в особенности к господину Селиму, – это неуважение лично к нему. Этого он тебе точно не простит. Неважно, кто твой отец, прими это как факт и все. Нам все равно, что ты думаешь по этому поводу. Прояви уважение.

Эмир сделал усилие над собой, чтобы не размазать довольное лицо Серкана по асфальту, и посмотрел на Селима:

– Добро пожаловать, – он улыбнулся натянуто, не стараясь скрывать этого, – но не рассчитывайте на долгое пребывание в наших стенах, – он перевел взгляд на Серкана. – Господину Халиту мое глубокое уважение. Нет ничего прекраснее, чем сегодняшняя новость.

В своей естественной насмешливой манере Эмир выдавил улыбку и вновь обратился к Селиму:

– Советую найти наряд приличнее для работы, мой хороший, – произнес он с нескрываемым презрением.

Селим вцепился в Эмира взглядом: это переходило все границы дозволенного.

– Напыщенный индюк, – сорвалось с губ Пелин.

Она надеялась, что это было достаточно тихо, но все трое обратили на нее внимание. Пелин гордо дернула подбородок кверху и заглянула в глаза Эмира, не стесняясь своих слов. Она не позволит так обращаться ни с собой, ни с тем, кого любит. Селим с удивлением уставился на свою девушку. Она и прежде проявляла дерзость, но сейчас это было не к месту.

– Извинись, Пелин, – произнес он, наблюдая, как брови Эмира от удивления ползут вверх.

Серкан наблюдал за этим с наслаждением, он мечтал сказать то же самое Эмиру уже несколько лет.

– Ну, уж нет, – твердо сказала Пелин. – Я тут не работаю, какая мне разница, что обо мне подумают, – она тряхнула руками и сложила их на груди. – Сначала пусть он извинится перед тобой. Он – достаточно приличное обращение, господин? – с вызовом она вновь взглянула в глаза Эмира.

От ее наглости губы Эмира растянулись в немой усмешке. Она удивила его не только тем, что приехала сюда на байке, но и тем, как остра на язык была. С каким вызовом смотрела ему в глаза, словно это не она, а он пришел к ее офису. Ко всему прочему Эмир отметил, какой красивой была эта наглая незнакомка. В отличие от Селима, ничего проглатывать она не собиралась. Пелин лишь на секунду пожалела о сказанном, когда взгляд Эмира задержался на ее лице слишком долго. Он рассматривал ее, как картину на выставке.

Селим тряхнул Пелин за руку, заставив посмотреть на себя:

– Пелин, уймись! Извинись. Не позорь меня.

Она посмотрела на Селима. Она позорит его? Селим хотел быть авторитетом в их глазах и не хотел испортить отношение с Эмиром в самом начале. Не хотел, чтобы Серкан думал, что его голос недостаточно громок даже для собственной девушки, не говоря о будущих подчиненных. Пелин долго смотрела в глаза Селима, пытаясь найти еще больше причин, чтобы переступить через себя. И, в конце концов, она отступила. Решила поступить так, как того требовал Селим. Но Эмир опередил ее.

– Извини меня, Селим, – внезапно произнес он, не сводя взгляда с Пелин. – Я переборщил. Перенервничал, знаешь ли, я импульсивен и нетактичен.

Серкан в шоке уставился на Эмира, совершенно не узнавая его. Или это была его очередная игра? Впервые он слышал, как из его уст звучат извинения. Селима его извинение повергло в не меньший шок.

– Хорошо, – Пелин и бровью не повела. – Простите и меня за то, что назвала вас индюком, – Пелин протянула ему руку для рукопожатия. – Рада познакомиться.

Селим выдохнул, с гордой улыбкой смотря на свою потрясающую девушку. Он был доволен ей, и обратился к Эмиру:

– Ничего страшного, Эмир, рад знакомству, – протянул он ему руку для рукопожатия следом.

Но Эмир не обратил на него никакого внимания, смотря все это время лишь на Пелин. Он взял ее протянутую для рукопожатия руку и погладил по ее тыльной стороне большим пальцем. Пелин нахмурилась, заметив это. Дерзкая девушка на байке привлекла к себе все его внимание. Эмир слегка улыбнулся ей и наклонился, неожиданно целуя тыльную сторону ее ладони, продолжая смотреть ей в глаза исподлобья. Пелин опешила. Он смотрел своими карими и наглыми глазами прямо ей в душу. Ветер развивал ее волосы, а внутри Пелин все задрожало от прикосновения его губ к ее коже. Но она и не думала робеть, сглотнув ком в горле, все с таким же равнодушным взглядом продолжала выдерживать его прямолинейный взгляд. Селим оторопел, вопросительно уставившись на Эмира. Глаза Серкана могли бы выпрыгнуть из орбит, если бы он не отвернулся, чувствуя неловкость и стыд. Эмир отпустил руку Пелин. Она выдохнула, сделав шаг за спину Селима. Что это было? В ушах стоял глухой звук стука ее сердца. Эмир равнодушно посмотрел на удивленного Селима. Заметив проблески ревности в его глазах, он, теперь уже довольно улыбнувшись ему, сказал:

– Добро пожаловать в Стамбул, коллега.

ГЛАВА 2.

Пелин и Селим по-разному замечали, как быстро летят недели в их новой жизни. Пелин тосковала по нему, пытаясь найти интересную подработку и занимаясь спортом три раза в неделю. В основном это был бокс. Раньше она ходила на него вместе с Селимом, а сейчас у нее не было такой компании, поэтому ее четыре недели тянулись очень долго без прежнего внимания любимого. Селим же работал так много, что в его измерении, казалось, не прошло и недели. Он был занят на работе целыми днями, иногда и ночами. Мужчина уже вел несколько сделок, делал все настолько идеально, что господин Халит выделил его среди всех тех, кто пришел к нему на работу в этом году.

Шел второй час переговоров. Эмир повернул голову, скучающе слушая разговоры Селима с их потенциальными арендаторами. Его раздражала дотошность Селима, его нудный голос, его манеры, его вид, его чертово существование.

– Будь я проклят, – прошептал Эмир, потерев ладонью вспотевший лоб.

Он был зол как мальчишка. Эти четыре недели стали его личными неделями ада. Он ненавидел Селима, он злился на Халита, злился на всех, но сильнее всего злился на самого себя. Злился даже за то, что злится. Казалось, за эти четыре недели он получил такую психологическую травму, что уже слабо соображал. Но он ждал. Ждал, когда Селим облажается. Эмир надеялся, что ему просто снова повезет и господин Халит добродушно уволит Селима.

– Спасибо за консультацию. Господин Селим, мы подумаем.

– Я буду ждать, – Селим не скрывал радости в голосе.

– Чем быстрее, тем лучше, – твердо произнес Эмир, даже не взглянув в глаза уходящих мужчин.

Встав из-за стола, он холодно заметил:

– Вам нужен договор с профессионалом или новичком?

Мужчины остановились в дверях и посмотрели на него. Заметив недоумевающий взгляд Селима в свою сторону, Эмир добродушно улыбнулся всем троим. Пауза длилась недолго. Попрощавшись снова, Селим и Эмир остались наедине, забрали документы и пошли к лифту.

– Ты ведешь себя с ними как чертова нянька! – нагнал Селима раздраженный голос Эмира. – А не хотите кашки? А массаж вам сделать? – он стал пародировать голос Селима. – Может тебе не говорили, но это непрофессионально! Они пришли к тебе, ты им нужен, а не ты нуждаешься в них! Да, черт бы тебя побрал, ты разве что в трусы к ним не залез, пока умолял их оформить аренду именно у нас! Поправка, у тебя!

– Поэтому я уже успел заключить сделку, а ты нет? – Селим лишь усмехнулся. – Что ты делал здесь столько времени? Судя по всему, ума у тебя не много. Молчу о манерах.

– Аккуратней на поворотах, – предупредил его Эмир.

Селим посмотрел на Эмира и снова улыбнулся, словно наблюдая за истериками маленького ребенка. Он бы мог его успокоить, но зачем? Такие истерики и потеря контроля – это плюс несколько шагов к увольнению Эмира. Селим впервые поймал себя на мысли, что мечтает, чтобы Эмир чуть ли не валялся в его ногах, умоляя вернуть ему его место. Он хотел чувствовать власть над ним.

Эмир же просто хотел покоя: как всегда быть самым лучшим и ничего для этого не делать. Но такой его жизнь больше не могла быть, и с этим ему мириться было невыносимо.

– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты слишком надменный и самоуверенный. Люди не любят таких, – разъяснял ему Селим. – Да, в какой-то степени мы конкуренты, но с другой стороны, мы партнеры, которые обязаны сделать наш бизнес лучше. Поправка, бизнес Халита.

– Браво! – улыбнулся Эмир и похлопал в ладоши перед его носом. –Карманный солдат Халита. Ты, кажется, все еще не понял, куда ты попал. Все знают, что Эмир Териноглу надменный, самоуверенный и прямолинейный. Я не скрываю того, что я такой человек, но зато это откровенно и честно, – он смахнул с пиджака Селима невидимую пыль. – А ты как мальчик-зайчик: с виду хорошенький такой, сладенький, покладистый, аж зубы сводит. Но это маска. Я более чем уверен, что в своей сути ты совершенно другой человек. Завистливый, слабый, алчный, ревнивый и злой. Халит других и не нанимает на такую должность.