Куколка в кресле. Безумный хирург

Вероника задумалась, а Матвей начал объяснять, в чём состоит эта операция.

— Сейчас я покажу тебе снимки до и после, и ты сама всё поймёшь.

И Вероника начала разглядывать снимки.

— Ну, выглядит красиво. Это у меня под носом, получается, будет разрез?

— Шрам не будет заметен, уверяю тебя. Я спец по таким операциям.

— Ты и такие операции делаешь? — удивилась Вероника.

— Конечно, — с улыбкой ответил Матвей и положил перед ней ещё две бумажки. — На всякий случай подготовил договора. Пока не подписывай, если ещё думаешь.

— Думаю, что хочу, — с улыбкой сказала Вероника.

— Тогда подписывай!

Вероника взглянула на договор и улыбнулась, но задумалась. Потом спросила:

— А если ты сделаешь эту операцию, липофилинг тоже сможешь сделать или уже нет?

— Обычно не совмещают, но, думаю, в твоём случае мы можем сделать исключение. У тебя же теперь свой личный доктор, — сказал Матвей, игриво дёргая бровями. Вероника захихикала.

— И это мне очень нравится.

Потом она пригнулась и торопливо поставила свою подпись на бумажке. Матвей собрал все договора и даже те копии, которые якобы должны храниться у неё, и засунул в ящик своего стола. Он только для вида рекомендовал ей прочитать эти договора. На самом деле он этого не хотел. Не будет читать — ей же будет спокойнее.

Вскоре Веронику отвели в палату и ввели ей наркоз. Она была радостная и спокойная, ни о чём не волновалась. Матвей улыбался. Она подписала согласие на множество его задумок, не только на липофилинг и липосакцию. Впрочем, пока он не собирался шокировать её сюрпризами. Решил сделать только то, что озвучил.

— Всё самое пикантное после свадьбы, — решил Матвей. К тому же опасно совершать слишком много манипуляций за один раз. В этом вопросе он соблюдал осторожность. Липосакция хоть и кажется простой и безобидной, но это большой стресс для организма. Он боялся совмещать с липосакцией другие серьёзные операции. Были прецеденты, когда сердце пациентки не выдерживало. Благо, не в его операционной такое случалось, но он точно не хотел рисковать.

— Лучше всё делать постепенно.

Но губы её он всё же решил прооперировать, потому что резать её особо много не придётся, риск минимальный. Его главная задумка — сделать ей большие ягодицы. Он ещё не видел её собственные, но уже хотел их увеличить. И решил он это сделать после свадьбы, после того, как немного пошалит с ней. После такой операции вынужденно придётся воздерживаться. И даже не месяц, а целых два месяца.

Матвей замечтался и даже забыл, что ему пора. Вероника уже под наркозом, а он сидит в своём кабинете за компьютером. Неожиданно к нему в кабинет постучались и, не дождавшись его ответа, вошли. Это была его секретарша Марина.

— Матвей Николаевич, Вас ждут в операционной.

Матвей мигом вскочил.

— Точно, бегу.

Он торопливыми шагами вышел из своего кабинета и потопал к лифту. Операционная находилась на первом этаже, а его кабинет — в третьем.

Когда Матвей вошёл в операционную, Вероника уже лежала на кушетке в одних трусиках. Она всё ещё носила корсет после маммопластики, но её сняли. Видимо, подумали, что это помешает ему сделать липосакцию, скроет обзор. И действительно, скрыл бы…

Матвей подошёл к ней ближе и первым же делом осмотрел её груди. Оценил размер и взглянул на шов. Ему не переставало казаться, что одна её грудь чуть больше другой. Впрочем, он был уверен, что это временное явление. Возможно, отёк медленно спадает. Или же у неё от природы одна грудь чуть больше другой.

Он запретил себе отвлекаться и начал разглядывать её животик. Уже прикинул, сколько жира извлечёт и сколько введёт в её губы. Вскоре к нему подошли медсёстры, и они приступили к делу. Часть её собственного жира он отправил на очистку для липофилинга, а всё лишнее отправили на утилизацию. Вероника преобразилась на глазах, и Матвей улыбнулся. Ему очень нравилось работать над её телом, ведь она будет принадлежать ему.

***

Когда Вероника очнулась, она чувствовала боль в животе, на бёдрах, под носом. Самый большой ужас творился с её губами. Они казались ей огромными, опухшими и неправильными.

— О… о… — застонала Вероника, тяжело вздыхая. На неё надели её корсет и больничный халат, ещё сверху прикрыли одеялом. На животе помимо боли она ощущала сдавливание. Скинула одеяло, чтобы посмотреть. Она думала, что увидит марлевую повязку, но на ней оказался очередной корсет. Он плотно обтягивал её животик и бёдра. На мгновение ей показалось, что ей так больно из-за корсета.

— О… о… — снова простонала Вероника и обратно прикрылась. Выглядело всё это красиво, но ей было так больно… конечно же, она заметила эффект похудения. Это её радовало и немножечко пугало. Она видела, что её корсет сделан из толстой и плотной ткани. Он сам по себе может создавать эффект полноты, но даже в таком корсете она заметила свою худобу.

От волнения Вероника вздрогнула, закрыла глаза и снова вздохнула. По шею укуталась одеялом. Потом медленно начала тянуться пальчиками к своим губам. Хотела потрогать их, легонько ощупать объём, но вдруг в палату вошли. Это оказался Матвей. Он уже неоднократно приходил и проверял, не очнулась ли Вероника, но тогда она всё ещё находилась под наркозом.

— Не стоит этого делать, занесёшь инфекцию, — важно предупредил Матвей, когда заметил, как она тянется к своим прооперированным губам.

— Я хочу увидеть их, они кажутся слишком большими, — пожаловалась Вероника.

— Не переживай, это временный отёк. Через пару дней они будут выглядеть более естественно.

— Хорошо бы… а можно посмотреть на них?

Матвей сел на край кровати рядом с ней и улыбнулся.

— Хотел бы я запретить.

— Нет уж, дай мне зеркало, — немного обиженным голосом потребовала Вероника. Матвей ехидно улыбнулся.

— Не переживай, ты у меня красотка.

Он приложил ладонь поверх её руки и начал нежно поглаживать.

— Дай, — повторила Вероника.

— Ну хорошо, хорошо!

Он встал и неожиданно начал уходить из палаты.

— Ты куда? Дай сейчас!

— Так я за зеркалом, — с ухмылкой уточнил Матвей. — Скоро вернусь.

Веронике не терпелось взглянуть на себя, и она явно полагала, что в палате где-то на тумбочке должно лежать зеркало.

— Только скорее…

Вероника волновалась. Она уже косила взгляд и краем глаза видела, какие у неё губы.

— О, нет, они огромные, — вздыхала Вероника.

Матвей нарочно не спешил, но всё же вернулся с зеркалом через десять минут.

— Наконец-то! Ты так долго, — пожаловалась Вероника.

— Извини, срочно позвали делать перевязку, — оправдался Матвей. — Одна истеричка устроила панику, мол, швы у неё разошлись.

— Разошлись? — с сочувствием поинтересовалась Вероника.

— Нет, не разошлись, — с довольной ухмылкой протянул Матвей. — Слегка покровило, но так иногда бывает. Ничего страшного.

Вероника улыбнулась и внимательно осмотрела его. Матвей снова подсел рядом с ней, но в руках у него не было зеркала. И она тут же жалобно спросила:

— Ты не принёс зеркало?

— Конечно же, принёс, — возразил Матвей, а потом из правого кармана своего медицинского халата вытащил круглое зеркальце.

— Дай скорее, дай, — торопливо сказала Вероника и обеими руками вцепилась в зеркальце. Можно сказать, отобрала у него это зеркало и начала разглядывать себя.

— О-о-о, ужас, — сразу же протянула Вероника.

— Это отёк, — сказал Матвей, — не нужно сразу оценивать результат и огорчаться. Уже через пару дней твои губы будут в полтора раза меньше.

— Надеюсь, а то я не могу ходить с такими.

Матвей простодушно усмехнулся.

— А что не так с такими?

Вероника игриво хлопнула его по плечу.

— Смеёшься? Я уродина! Бананы вместо губ!

Матвей усмехнулся.

— Бананы?

— Хватит смеяться! — обиженно вскрикнула Вероника и снова хлопнула его по плечу.

— А ты мне и такой нравишься, — игриво сказал Матвей. Он ехидно улыбнулся и начал поглаживать её руку с тыльной стороны ладони.

— Ты слишком много накачал, — пожаловалась Вероника и обиженно нахмурилась.

— Ты сама просила сделать их побольше.

— Но не настолько же!

— Я же говорю, что это временный эффект, у тебя сейчас отёк.

— Они точно уменьшатся?

— 100%, — заверил Матвей. — Усвоится только половина жировой ткани, которую я ввёл. Уверен, что ты попросишь потом ещё.

— Вот уж нет, точно не попрошу, — возразила Вероника. Она снова и снова разглядывала свои губки и потихоньку начала привыкать к своей новой внешности. Уже минут через десять её губы перестали казаться ей слишком опухшими, даже начинали нравиться. А ещё её очень сильно поддерживало одобрение Матвея. Как-никак, теперь он самый главный человек в её жизни. И ему она хочет понравиться сильнее всего.

***

Каждый день Вероника стала ждать, когда же у неё спадёт «отёк» на губах, только вот этого не происходило.

— А с моими губами точно всё хорошо? — спрашивала Вероника. — Они нормально восстанавливаются?

— Конечно, с ними всё замечательно, — заверил Матвей. — Ты же пьёшь антибиотики, нагноений и синюшностей нет.

— Да, но они всё ещё большие.

— Конечно, они большие, мы же ведь этого добивались, — весело сказал Матвей, игриво стукнув её по носику. Он уже больше не говорил ей, что это всё отёк.

Матвей нарочно ввёл в её губы лишний жирок. Хотел, чтобы она выглядела максимально кукольно, и ему это удалось. Сам он был в восторге от своей работы. Всегда, когда к нему приходили девушки на липофилинг губ, он хотел сделать их губы максимально большими. Но, увы, профессионализм не позволял ему проявлять самодеятельность. Он всегда прислушивался к пожеланиям клиенток и зачастую упрямо не накачивал лишнее. Во-первых, это чревато осложнениями. Во-вторых, невыгодно. Лучше накачать меньше, чтобы клиентка обратилась за повторным липофилингом.

Матвей немного переживал, что губы у Вероники плохо будут восстанавливаться. Их учили не переусердствовать и не вводить слишком много жировой ткани за один сеанс, но он не удержался. Больно не хотел откладывать на потом то, что можно сделать сейчас. К тому же, не факт, что Вероника захочет повторный липофилинг. Скажет, что у неё и так уже большие губы. Но его стандарты красоты отличаются от общепринятых. Ему нравится, когда губы и груди у девушки чрезмерно большие, это же относится и к ягодицам.

А ещё Матвей хотел, чтобы на свадьбе она «блистала». Чтобы в их первую брачную ночь была почти идеальной. Он думал «почти», потому что операцию на ягодицы решил отложить. Это серьёзная операция, и после маммопластики обязательно нужно подождать. Без пухлых ягодиц он не сможет считать её идеальной… Матвей ещё не разговаривал с ней о ягодицах. Всё время откладывал этот разговор на потом. А ещё он боялся, что она будет против такой операции.

***

Настал заветный день свадьбы. Матвей пригласил огромное количество гостей. Это были и родственники, и его коллеги, друзья по Вузу и даже школьные друзья. Только Веронике было почти некого пригласить, и это её огорчало. В школу она не ходила по понятным причинам. Обучалась на дому, и друзей у неё не было. В Вуз, конечно же, она тоже не поступала, и друзей оттуда у неё быть не могло.

Впрочем, одна подруга у Вероники всё же была — девочка из той деревни, где она раньше жила. Они периодически общались, переписывались по сети. И, на удивление Вероники, эта девушка согласилась приехать. Веронику это очень и очень обрадовало, она почувствовала себя не такой одинокой. Почувствовала себя немножечко нормальной, ведь нашла подружку-невесту. Она и не мечтала об этом…

На свадьбу наведались репортёры и устроили из церемонии целую сенсацию. Бурно обсуждали это событие и явно удивлялись тому, что успешный пластический хирург женится на инвалидке.

Их потом показали в новостях, и Вероника была впечатлена. Она прилично выпила. Матвей предлагал выпить, а Вероника не отказывалась. В один из моментов захихикала и сказала:

— А ты всё-таки знаменитый!

Они уже сели в лимузин и собирались домой.

— Ты тоже теперь знаменита, — весело сказал Матвей, игриво стукнув её по носику. Вероника мигом прильнула щекой к его груди и крепко-крепко его обняла.

— Я так счастлива, — сказала Вероника.

— Запомни этот момент, — зачем-то сказал Матвей, задумчиво поглаживая её затылок. — Запомни и всегда будь счастливой со мной.

— Ты такой странный! — захихикала Вероника. — Конечно, я всегда-всегда буду счастлива с тобой. И никогда тебя не брошу.

— Никогда-никогда? — игриво спросил Матвей.

— Никогда-никогда!

Матвей сразу же схватил её за плечи обеими руками, слегка отсел назад и посмотрел на её личико.

— Повтори это, — попросил Матвей.

— Никогда-никогда! — хихикая, повторила Вероника. Он с хитрой улыбкой посмотрел на неё, а потом неожиданно впился в её губы страстным поцелуем. Теперь, когда они поженились, он уже не был уверен в том, что она не сможет его бросить. Всё-таки, она же ведь живой человек. Если захочет уйти, пожалуется, кому надо, и уйдёт… у неё же есть настырная тётя, которая его недолюбливает. Полиция, в конце-то концов.

Матвей уже заранее знал, что Вероника не захочет сделать все те операции, которым он хочет её подвергнуть. Обязательно попытается уйти от него. И всё же он надеялся, что она влюбится в него и добровольно согласится на всё. Поэтому он делал всё, чтобы её соблазнить.

Прошлый неудачный опыт отношений заставлял его бояться, но сам он меняться не собирался. Планировал сделать из неё настоящую куколку.

Вскоре лимузин припарковался возле его особняка, и Вероника удивлённо сказала:

— Ого, ты здесь живёшь?

— Мы здесь живём, — важно подправил её Матвей.

— Так это же целый замок! Или тут не всё твоё? — уточнила Вероника.

— Всё наше, — сказал Матвей, стукнул её по носику и важно повторил: — наше, твоё и моё.

Вероника захихикала. Ей очень нравилось то, что он так говорит.

— Круто, я уже хочу посмотреть, как там внутри.

— Тебе обязательно понравится.

Матвей шустро вышел из лимузина, обошёл его, а потом открыл дверь с её стороны. Он пригнулся и начал поднимать её.

— А ты точно меня донесёшь? — весело спросила Вероника. Она думала, что ему будет очень тяжело. И себя всегда считала очень тяжёлой. Но это потому, что тётя с трудом поднимала её, когда помогала вылезти из ванной. Она также помнит своего отца. Он умер уже семь лет назад, но он тоже поднимал её с трудом.

— Конечно, донесу, ты же у меня худенькая, лёгонькая, — игриво сказал Матвей. Он уже шагал к дому, а сам смотрел на неё и улыбался.

— Ага, лёгонькая! — захихикала Вероника. — Это ты сильный.

— Тебе это нравится?

— Очень, меня никто никогда не носил на руках.

Вскоре он подошёл к дверям своего особняка. У входа его встретил охранник в чёрном костюме, который торопливо открыл дверь. Матвей без промедления занёс Веронику в дом и усадил на гостевой диван.

— У тебя даже дворецкий есть? — с удивлением и шёпотом спросила Вероника.

— Это охранник, — уточнил Матвей.

— Он так одет… красиво.

— Ну, это мои требования к одежде, — уточнил Матвей.

Вскоре этот же охранник занёс в дом её кресло, и Матвей предложил:

— Хочешь, пока присядешь, и я устрою тебе маленькую экскурсию?

— Очень хочу! — весело сказала Вероника.

Глава 9. В первый раз

Матвей посадил её на кресло и покатил вдоль гостиной в коридор, который ведёт к комнатам. Начал рассказывать, где что находится.

— Единственный минус — попасть на второй этаж тебе будет затруднительно. У меня нет лифта, — объяснил Матвей. Вероника тяжело вздохнула.

— Жаль, значит, я всегда буду только на первом этаже, — с некоторым огорчением сказала Вероника. Он немного стыдливо протёр ладошкой свои губы и сказал:

— Ну, может, позже закажем строительство лифта.

— Дорого, наверное, будет.

— Надо узнавать, но в любом случае недёшево. И это не сразу будет, — объяснил Матвей. Он вообще не хотел обещать ничего такого и уж тем более не хотел сооружать ради неё лифт, ведь ещё непонятно, какие у них сложатся отношения. Но сказал так, чтобы она не сильно расстраивалась.

— Я понимаю, — с улыбкой протянула Вероника.

— Но ты не волнуйся, я покажу тебе каждый уголок нашего дома, — обещал Матвей.

— Хорошо.

Она улыбнулась, а он завёл её в одну из комнат.

— Это наша спальня, — сказал Матвей.

— Большая!

— Люблю, когда просторно, больше воздуха.

Он уже поднимал её и укладывал на кроватку.

— Мы уже спать? — захихикала Вероника.

— Не совсем, — игриво ответил Матвей и впился в её губы страстным поцелуем. Рукой он поглаживал её спинку и выискивал молнию на платье. Вскоре нашёл и начал торопливо спускать. Вероника почувствовала, что свадебное платье сидит на ней уже не так плотно, как раньше. Её сердце забилось быстрее, в мышцах возникла слабость.

Она давно ждала этого момента — ждала, когда же он начнёт к ней приставать. Она планировала отказать ему, ссылаясь на то, что им пока нельзя, мол, не поженились. Но он не приставал раньше, и только сейчас она поняла, каково это. И так волнительно… а ведь они уже поженились, и она не вправе отказывать.

Между тем Матвей уже полностью спустил молнию её платья и рукой начал поглаживать её спинку. Продолжал страстно её целовать, игрался с ней язычками. В один из моментов он начал просовывать кончик своего языка в её рот всё глубже и глубже. Ей даже казалось, что он пытается дотянуться языком до её горла. Матвей никогда раньше не целовал её так — так страстно и жадно.

Вероника заволновалась, откинулась назад и прервала поцелуй.

— Так сразу?.. — взволнованно промямлила Вероника. Второй рукой Матвей залез под её юбочку и поглаживал её колено. Вероника почувствовала, что его пальцы тянутся к её лобку.

Матвей посмотрел в её глаза и широко улыбнулся.

— Ты права, мне сначала надо сходить в душ.

Он игриво стукнул её по носику и начал вставать, а Вероника мигом успокоилась. Тяжело вздохнула немного дрожащим прерывистым вздохом и закрыла глаза. Но сама улыбнулась.

— Да, сходи.

Она подумала, что это даст ей время морально подготовиться к тому, что будет. У неё никогда не было мужчины, и она очень волновалась.

— Не скучай, — игриво сказал Матвей.

— Не буду, — обещала Вероника. Только вот когда осталась одна, сразу же заскучала. Она забыла свою сумочку в гостиной на диване, там у неё остался телефон и другие мелкие полезные мелочи.

Вероника привыкла сидеть на телефоне, когда она одна и когда нечем заняться. Если телефона нет, она впадает в раздумье. Вот и сейчас ей приходилось думать и волноваться. Она снова и снова предвкушала, как у них всё будет, и её сердце начинало биться быстрее. Даже думать об этом ей было стеснительно, а когда Матвей рядом, вдвойне. И она не знала, как перебороть это чувство.

Хотела отвлечься, посмотрев что-нибудь на телефоне, но и это ей не удалось. Ей пришлось терпеливо ждать его возращения, и вот этот момент наступил. Дверь в спальню открылась, и на пороге она увидела его. Матвей уже был в банном халате и направился к ней, взъерошивая свои влажные волосы.

Он не завязал халат, и поэтому она могла видеть его грудь. Она была слегка волосатая, рельефная и загорелая. Вероника впервые увидела его без одежды и так удивилась. Она не думала, что он такой…

— Ты такой классный, — с улыбкой сказала Вероника. Она не отводила от него взгляда. Сама стеснялась, но сама смотрела на него непрерывно, словно заворожённая.

— Ну, спасибо, стараюсь, — с ухмылкой сказал Матвей. Раз уж ей понравилось разглядывать его, он решил не скромничать и в следующее мгновение скинул халат. Простодушно оправдался:

— Влажный уже стал.

И халат, и полотенце он кинул на комод, а потом направился к ней. Встал одним коленом на край кровати и начал плавно укладываться. Веронику бросило в жар от волнения. Чтобы не показаться слишком зажатой, она старалась разговаривать с ним. Ну хоть о чём-нибудь.

— Ты качаешься? — спросила Вероника. Он прилёг на бочок, облокотившись на одну руку. Грудью почти касался её лица, из-за чего она застеснялась ещё сильнее.

— Конечно, если есть время, — ответил Матвей. Он приложил ладонь к её плечу и начал поглаживать, плавно скользил к её запястью.

— Не скромничай, — с улыбкой сказал Матвей. Он взял её за руку и начал подводить пальчиками к своему члену.

— Это сложно, — с лёгкой улыбкой сказала Вероника. И вот уже она прикоснулась к его члену, нерешительно гладила его и удивлялась.

— Ты справишься, — игриво сказал Матвей и начал тереться с ней носами. Он видел, что она волнуется, напряжена, и пытался разрядить обстановку. Во время последней операции он не сдержался и заглянул туда, куда не следовало, — проверил её на девственность. Знакомый гинеколог научил его это делать. Уж больно любопытно ему было. Веронике 19 лет. По идее, у неё уже должен был быть парень. Но с другой стороны, у неё мало возможностей. Да и сама Вероника жаловалась, что она одинокая, не может найти себе парня.

Матвей был в восторге оттого, что будет её первым парнем.

— Он такой гладкий, — с удивлением сказала Вероника, поглаживая его член. Матвей простодушно усмехнулся.

— В первый раз трогаешь член?

Вероника стеснительно опустила голову, как бы кивнула. Матвей свободной рукой схватил её за подбородок и заставил обратно приподнять голову. Вероника вынужденно посмотрела ему в глаза.

— Не стесняйся, — попросил Матвей.

— Это сложно.

— Не сложно, — игриво возразил Матвей. Он снова прильнул губами к её губам и проник языком в её ротик. Вероника почувствовала, как он поглаживает её язык изнутри. Пытается проникнуть в её ротик всё глубже и глубже. Вскоре ей стало тяжело дышать, и она вынужденно откинула голову назад. Рукой продолжала придерживать его член и не знала, что делать дальше? Поглаживала его, но нерешительно. Крепко не обхватывала.

— Смелее, — попросил Матвей, — я теперь весь твой.

Он широко улыбнулся, а потом приложил ладонь поверх её руки. Показал, как надо хватать член. И он намеренно сжимал свой член даже крепче обычного. Хотел показать, что он не хрупкий.

— Держи его уверенно, как будто боишься, что я убегу.

— А тебе не больно? — хихикая, спросила Вероника. Его слова развеселили его, на мгновение она даже стесняться перестала.

— Наоборот, приятно.

Её рукой он начал водить по своему члену.

— Изнутри такой твёрдый, а снаружи нежный, — с удивлением сказала Вероника, — невероятно нежный.

— Всё для тебя! — с ухмылкой сказал Матвей. Вскоре он перестал помогать ей и рукой проскользнул к её груди. На Веронике всё ещё было свадебное платье, и ему не терпелось раздеть её.

— Давай это снимем? — предложил Матвей. Он хотел стянуть её платье с плеч, но понял, что так просто не получится. Пока он был в душе, Вероника обратно застегнула молнию.

— Ты зачем пристегнулась? — спросил Матвей и снова начал ощупывать язычок молнии.

— Просто было неудобно, — взволнованно оправдалась Вероника.

— Накажу! — игриво сказал Матвей. Он присел, обеими руками схватил её за подмышки и помог ей присесть.

Он говорил шутя, и поэтому Вероника захихикала. Весело сказала:

— Не надо!

Она низко опустила голову и прибрала волосы к переду, чтобы ему было удобнее. Вскоре снова почувствовала, как платье еле держится на ней, уже не обхватывает её тельце, как раньше. Она ощутила лёгкость и одновременно волнение. Он её раздевает, значит, уже скоро всё будет…