Сердце из камня. Линия разлома

Глава 10. Рассветы

POV: Лина

Три недели совместной работы — и я перестала бояться Эрика Ван дер Меера. Почти.

Он по-прежнему был требователен до безжалостности. Каждый мой чертёж возвращался с правками — иногда мелкими, иногда такими, что приходилось переделывать всё с нуля. «Здесь балка не выдержит нагрузку». «Пролёт слишком широкий, нужна дополнительная опора». «Ты забыла про пожарные выходы, Лина. Всегда думай о безопасности». Он не хвалил. Не жалел. Но и не унижал. Каждое замечание было по делу — точное, как скальпель хирурга. И я училась. Впитывала его знания как губка. За три недели я узнала о конструкциях больше, чем за три года в Академии.

Но было кое-что ещё.

Ранние подъёмы. Он будил меня в пять утра — стуком в стену, коротким, два удара. Я выползала на кухню, где он уже варил кофе в своём хемексе. Чёрный, без сахара, ровно шестьдесят пять градусов. Мне он тоже наливал — и молча придвигал кружку. Мы пили кофе стоя, глядя в окно на серый питерский рассвет.

Иногда он звал меня на крышу.

Крыша особняка была плоской, с деревянным настилом и низким парапетом. Он выходил туда смотреть на город — один, всегда один. Но теперь иногда брал с собой меня. Мы стояли молча, кутаясь в шарфы, и смотрели, как солнце красит купол Исаакия в розовый. Дышали холодным воздухом с Невы. Молчали.

Однажды он спросил:

— Расскажи про отца.

Я удивилась — он редко спрашивал о личном. Но рассказала. О Ягодном, о беседке, о запахе дерева после дождя. О том, как отец учил меня забивать гвозди: «Бей точно, Лина. Сила без точности — разрушение». О том, как он умер — тихо, в больничной палате, держа меня за руку.

Эрик слушал, не перебивая. Когда я замолчала, он сказал:

— Хороший был человек. Жаль, что я не знал его.

И всё. Но от этих простых слов у меня защипало в глазах.

В другой раз он спросил про мать. Я отрезала коротко: «Она ушла, когда мне было семь. Я её не помню». Он не стал расспрашивать дальше — и я была благодарна.

Однажды утром я нашла на своём столе лист.

Плотный, кремовый, формата А3. Карандашный эскиз. Мой портрет: профиль, волосы собраны в пучок, несколько прядей выбились и падают на лоб. Глаза опущены — я смотрю на чертёж, который держу в руках. Свет падает из окна, обрисовывая скулы. И подпись — его летящим, архитектурным почерком: «Архитектор души».

Я стояла над этим листом, боясь прикоснуться. Он нарисовал меня. Эрик Ван дер Меер, который не рисовал ничего, кроме чертежей, — нарисовал мой портрет. И назвал меня архитектором души.

Вера, которой я послала фото эскиза, ответила одним словом: «Влюбился». Я отбросила телефон. Не хотела думать об этом. Боялась сглазить. Боялась поверить. Но портрет спрятала в ящик стола, подальше от посторонних глаз, и каждый вечер перед сном смотрела на него, чувствуя, как внутри разливается тепло.

А ещё я ловила себя на том, что жду рассветов. Его голоса. Его редких взглядов. Его молчания рядом.

Это было опасно. Но я ничего не могла с собой поделать.

Глава 11. Чужая

POV: Эрик

Я не понимал, что происходит.

Эта девушка нарушала все мои правила — одно за другим, методично, будто у неё был список. Она смеялась слишком громко. В моём доме, где годами стояла тишина мавзолея, её смех разносился эхом и застревал в углах. Она пачкала стерильные поверхности: оставляла кружки с недопитым чаем на подоконниках, разбрасывала карандаши на столе, вешала на спинку стула свой дурацкий шарф — ярко-зелёный, единственное цветное пятно в моём монохромном мире.

Она не боялась меня. Спорила, когда была не согласна. Закатывала глаза, когда я был излишне педантичен. Однажды назвала мой дом «моргом с панорамными окнами» — и я поймал себя на том, что не злюсь.

Я смотрел на неё через стеклянную стену кабинета. Вот она высунула кончик языка, выводя сложный узел. Вот заправила за ухо выбившуюся рыжую прядь. Вот тихо выругалась — кажется, программа зависла. Солнце из окна падало на её волосы, делая их золотыми. И я поймал себя на том, что улыбаюсь.

Я одёрнул себя. Отвернулся от стекла.

«Не смей. Ты её сломаешь. Ты всё ломаешь, к чему прикасаешься».

Но слова уже не работали. Я твердил их как мантру — каждое утро, каждую ночь, — а потом шёл на кухню и варил для неё кофе. Шёл на крышу и стоял рядом, чувствуя тепло её плеча. Рисовал её портрет ночью, когда она спала, и не мог остановиться.

Я проверил её дело ещё раз — уже не как руководитель, а как кто-то, кому важно знать о ней всё. Лина Морозова. Двадцать один год. Сирота. Стипендия. Подработки. Ни одного пятна в зачётке. Ни одного романа, судя по соцсетям. Только архитектура. Только цель.

И ещё — талант. Дикий, неогранённый, бьющий через край. Тот самый, который я когда-то похоронил в себе.

Кто ты, Лина? Почему ты здесь? Почему именно ты пробила мою броню, которую не могли пробить семь лет одиночества?

Ответа не было. Был только страх. И была надежда — робкая, почти забытая.

В четверг приехал Кристиан.

Я не видел его с момента катастрофы. Он вошёл в бюро без звонка — высокий, холёный, в пальто цвета верблюжьей шерсти и с улыбкой, которая всегда напоминала мне акулий оскал. За ним тянулся шлейф дорогого парфюма и старых грехов.

— Эрик, дружище! — он раскинул руки, будто мы расстались вчера за кружкой пива. — А ты не меняешься. Всё тот же мрачный гений.

— Кристиан, — ответил я, не вставая. — Зачем ты здесь?

— В городе проездом. Дай, думаю, загляну. Слышал, у тебя новый проект?

Я не отвечал. Он прошёлся по кабинету, бегло глядя на стены, на чертежи, на макет «Собора». Остановился у стеклянной стены. Посмотрел в общий зал — туда, где сидела Лина.

— Свеженькая? — он ухмыльнулся, кивая в её сторону. — Рыженькая, хорошенькая. Не боишься повторения?

Внутри у меня всё сжалось в ледяной ком.

— Она — студентка-практикантка. Ничего больше.

— Ну да, ну да. — Кристиан прищурился. — Я же тебя знаю. Ты всегда выбирал талантливых. А потом они почему-то страдали.

— Уходи.

— Уйду. Но ты помни: я знаю, что случилось на «Горизонте». И я знаю, кто виноват.

Дверь за ним закрылась. Я сидел, глядя на опустевший проём. Сердце колотилось так, что я чувствовал пульс в шрамах.

Что ему нужно? Почему сейчас?

Я посмотрел на Лину через стекло — она ничего не заметила. Сидела, склонившись над чертежом, и ничего не знала о том, что рядом только что прошёл призрак моего прошлого.

Я должен защитить её. Даже если для этого придётся снова встретиться с демонами.

Глава 12. Призрак прошлого

POV: Лина

Кристиан подловил меня в обед.

Я вышла в кофейню за углом — нужно было проветрить голову после четырёх часов работы над вентиляцией зимнего сада. Он сидел за столиком у окна, пил эспрессо и улыбался так, будто ждал меня специально.

— Лина, верно? Я Кристиан, старый друг Эрика.

Я остановилась. Инстинкт подсказал: этот человек опасен. Но я взяла кофе и села. Хотела понять, что ему нужно.

— Я много слышал о вас, — продолжил он. — Говорят, вы талантливы. И смелы. Не каждый решится работать с Ван дер Меером после того, что случилось.

— После чего?

Он поднял бровь, изображая удивление:

— Он вам не рассказал? О «Горизонте»? Об обрушении? О четырёх погибших?

— Рассказал, — сказала я ровно. — Он был на площадке и пытался спасти людей.

— О, он вам так рассказал? — Кристиан ухмыльнулся. — А не рассказал ли он вам, кто подписал чертежи с нарушениями? Кто выбрал подрядчика, который экономил на материалах? Кто в итоге виновен в смерти тех людей?

— Подрядчик сел в тюрьму.

— Козёл отпущения. Настоящий виновник до сих пор на свободе и проектирует «Соборы Искупления». Красивое название, правда? Искупление. Значит, есть в чём.

Я смотрела на него, и внутри поднималась волна гнева.

— Вы лжёте.

— Спросите у него сами. Только не удивляйтесь, если он не ответит. Эрик мастер прятаться.

Он встал, бросил на стол купюру и ушёл, оставив меня с холодным кофе и камнем в груди.

POV: Эрик

Она спросила вечером.

Мы сидели в гостиной, обсуждали план кровли. Она была непривычно тихой. А потом, без предисловий:

— Эрик, сегодня я говорила с Кристианом.

Я замер. Имя ударило, как хлыст.

— Зачем?

— Он сам подошёл. Рассказал свою версию «Горизонта». Сказал, что вы… — она замялась. — Что вы виновны.

Я чувствовал, как внутри всё леденеет. Маска, которую я носил годами, вернулась на место сама собой — быстрее, чем я успел подумать.

— Это неправда, — сказал я. — Но я не буду это обсуждать. Никогда.

— Эрик…

— Я сказал — никогда.

Я встал и ушёл в мастерскую. Закрыл дверь. Сел за рояль. Но играть не мог — пальцы дрожали.

Она знает. Не всё, но достаточно. И теперь она будет смотреть на меня по-другому. С сомнением. С подозрением. Как все.

Ночью мне снова снился «Горизонт». Пыль, крики, кровь на руках. Виктор, который просит передать дочери… Что передать? Я не помнил. Я никогда не помнил.

Я проснулся от собственного крика.

POV: Лина

Крик разорвал тишину ночного дома.

Я подскочила на кровати, сердце колотилось. Не думая, накинула свитер и побежала в его крыло. Дверь в спальню была приоткрыта — он никогда не оставлял её открытой.

Эрик сидел на кровати. В одних брюках, босой, без перчаток. Шрамы на руках белели в свете луны. Он тяжело дышал, лоб блестел от пота.

— Эрик, — позвала я тихо.

Он вздрогнул, будто не сразу понял, кто я. Потом провёл ладонью по лицу.

— Уходи, Лина. Это не то, что тебе нужно видеть.

Я не ушла. Села на край кровати.

— Расскажите мне. Пожалуйста.

Он молчал. Я уже думала, что он прогонит меня снова. Но он заговорил — глухо, отрывисто, глядя в стену.

— Материалы были поддельными. Арматура — ниже проектной марки, бетон — с нарушениями. Я не знал. Подрядчик предоставил липовые сертификаты. Когда рухнула секция, я был на площадке. Пытался вытащить людей. Резал руки об арматуру, пока не содрал кожу до костей. Вытащил одного. Остальных — нет.

Он замолчал. Я слушала, боясь дышать.

— Кристиан был моим партнёром. Он должен был контролировать поставки. Но он исчез в тот же день. Оставил меня разбираться с прессой, с полицией, с семьями погибших. А потом сказал, что это я виноват.

— Почему вы не рассказали правду?

— Потому что мне никто не верил. Потому что я — главный архитектор. Потому что ответственность всегда на мне.

Он замолчал. Я смотрела на его руки — шрамы, рубцы, стянутая кожа. Ру

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.