Два дара в Неживой Академии

Глава 3. Ректор

Когда архивариус отдал составленное прошение, Альба выпроводила гостя. В доме началась подготовка к королевскому приему. Платье, ленты, туфли. Биргитта придирчиво отбирала предметы гардероба. Требовалось найти наименее поношенные вещи для приема. Нуми ласково перебирала мои волосы и завивала их.

– Плохая примета, – заявила Альба у окна и плюнула под ноги. – По улице прошли ведьмы.

– Ведьмы в городе! Не может быть! – ахнула сестра.

– Ну одна же сидит прямо сейчас перед вами. Почему другие не могут быть в Бадстере? – кисло спросила я.

Я крутила на пальце кольцо. Казалось, что я чувствую прикосновение Тавидара сквозь него. Украшение никак не снималось. Глупо на это надеяться, но я продолжала тянуть кольцо с пальца до покраснения кожи. Магическое кольцо можно будет снять только после расторжения помолвки.

Вечером меня ждала у крыльца нанятая карета. Биргитта повалилась в кресло и не могла сдвинуться с места. Она собиралась ждать моего возращения с ответом ректора на занятом месте у окна. Заботливая Нуми принялась ухаживать за матерью и приносить чай, вышивку или книгу по просьбе Биргитты. Альба отправилась проводить меня к ожидающему кучеру.

Но стоило нам выйти из дома, пройти короткую дорожку до калитки и выйти на улицу, как я заметила на земле нарисованную линию, за которой стояла карета. Едва ноги мои коснулись линии, как все вокруг стало далеким и несуществующим. Осталась только я и пять ведьм. Линия на земле зажглась нестерпимым светом. И тогда я поняла, что стою в кругу с воронами вокруг кучера. Сам мужик на козлах замер, словно время остановилось. Альба тоже стояла как столб позади меня и смотрела в одну точку.

– Алегра Аугуст – часть круга. Наша сестра, – громко объявила грубоватым голосом крупная девица в старомодном черном платье.

Это была Тисса, старшая ведьма в круге. Квадратная челюсть, сурово сжатые губы и орлиный взгляд делали ее непривлекательной и похожей на жрицу. Тисса была замкнутой и полной девушкой, словно вышедшей со страниц забытого старинного романа. На ней было надето странное платье, которое лишь подчеркивало ее неуместную полноту и вызывало ассоциации с чем-то давно оставленным в старом шкафу – таким же заброшенным и мертвым, как сам наряд. Всегда опущенные плечи и вытянутая шея лишь усиливали чувство, что она словно застряла во времени, укрываясь за тяжёлой тканью, которая отдаляла её от окружающего мира. Ее русые волосы казались грязными и не расчесанными. Но Тиссу не волновала ее внешность. Она была сильной ведьмой и все свободное время проводила в лесу или на кладбище.

Эхом грянули голоса остальных ведьм:

– Алегра Аугуст – часть круга! Наша сестра!

Происходил какой-то темный ритуал. И нельзя было покинуть светящуюся линию. Она держала меня как якорь.

– Я не хочу ни в чем участвовать! Я ведьма лишь на половину! – мой голос потонул в карканье ворон над нашими головами.

Словно все черные птицы Бадстера собрались над нами, чтобы засвидетельствовать новую ведьму в круге. Ведьмы торжественно слушали галдеж в небе. А я присмотрелась к ним повнимательнее. Слева стояла Скайлар. Девушка моего возраста с белоснежными волосами. Когда наши взгляды встретились, она вздернула нос и отвернулась. Но я успела заметить, что Скайлар невероятно красивая. Справа была рыжеволосая ведьма Мия. Она дружелюбно улыбнулась. За каретой было трудно рассмотреть четвертую ведьму – Иду. У нее были короткие волосы и беспристрастное выражение лица. Лишь раз Ида мазнула по мне равнодушным взглядом, а затем устремила взгляд в темное небо.

В одно мгновение карканье прекратилось, круг под ногами потух, а ведьмы отступили во тьму. Кучер громогласно принялся проклинать темных магов, которые остановили все вокруг.

– Алегра! – Альба подбежала ко мне и схватила за локоть. – Ты это почувствовала? Словно время остановилось, и жизнь замерла. Не иначе магия творилась прямо около нас.

Я всматривалась во тьму, но не видела ведьм.

– Еще как почувствовала, – мое сердце упало. – Теперь я еще крепче привязана к мертвому дару. Приходили ведьмы и приняли меня в круг.

Глаза Альбы наполнились тревогой. Но тут недовольно закряхтел кучер.

– Пора ехать, Альба, – я чувствовала себя так, словно попала в капкан, и надежда на избавление от мертвого дара таяла. – Я приложу все усилия, чтобы убедить нового ректора отпустить меня. Обещаю!

Я села в карету и поехала во дворец. В сумке лежали прошение и знак. Дворец освещали сотни огненных шаров, которые создали придворные маги. Вдоль ограды стояли стражники и охраняли прием от нападения обликов. Кареты останавливались на дорожке, из которых выходили гости. Все были одеты в праздничные наряды. Слуги в ливреях проверяли приглашения гостей и пропускали в широко распахнутые двери дворца. Ведьмы и некроманты прикрепили на свою одежду знак смерти и беспрепятственно проходили на прием.

Извозчик открыл передо мной дверь, а я вдруг ощутила на себе чужой взгляд и оглядела поток магов, движущихся ко дворцу. Воздух был наполнен разговорами и смехом. В полутьме я не узнала ни одного лица среди разодетых гостей. Однако мне казалось, что у меня с наблюдателем есть незримая связь. Я должна была испугаться, но меня наоборот тянуло к этим узам. Неудержимо захотелось встретиться с наблюдателем взглядом.

Я поспешила ко дворцу и у входа отбросила посторонние мысли и чувства. Мне надо найти нового ректора. Как фокусник, который хочет скрыть секрет своего фокуса, я быстро достала из сумочки знак и показала слуге. Он едва успел увидеть череп, как я уже воровато совала знак обратно. Вдруг в толпе окажутся знакомые, которые увидят знак смерти.

Дворец был заполнен гостями. В тронном зале возле короля стоял высокий и лысый распорядитель Коммод. Казалось, что на столб натянули расшитую ливрею. Королевский распорядитель объявлял имена кандидатов в рыцари. После этого король брал меч и осуществлял посвящение.

Я впервые видела короля Роллона так близко. Он был стар, но в его руках еще было достаточно силы, чтобы поднимать тяжелый меч.

Алая мантия со знаком пера взметнулась, когда к трону подошел слуга и подал Роллону послание.

– Алегра! – я обернулась на ликующий возглас и увидела Ольва. – Как я рад тебя видеть! Новость о моем назначении пришла только сегодня днем. И мы с отцом без промедления прибыли в столицу для назначения. Даже не успели разослать приглашения близким. И вот в такой важный для меня момент ты рядом!

К счастью, Ольв был поглощен ожиданием назначения и не подумал спросить, по какой причине я оказалась во дворце.

Ольв Венсон светился счастьем, глядя на меня. А я была рада видеть старого друга, которого с самого детства считала своим будущим мужем. И с нежностью улыбалась ему, но внутри себя ощутила странную пустоту. Мой сосуд чувств к жениху был осушен. Я смотрела на его румяное лицо, полное жизни, и водянистые глаза. Ольв старше меня на три года. Пока Еспер Аугуст был жив, наши отцы вместе трудились лекарями в городском лазарете.

Тогда семейство Аугуст было частым гостем в доме Венсон. Я росла вместе Ольвом. За последний год как мы не виделись, он стал крупнее из-за своей любви к еде.

– Даже не верится, что скоро ты станешь моей женой, Алегра, – улыбался Ольв. – Скорее бы твой дар пробудился!

Впервые я испытала страх перед скорой свадьбой. Как только я получу знак жизни, то буду облачена в свадебное платье. Почему я стала бояться этого? И где прошлый трепет и радостное ожидание будущего рядом с Ольвом? Почему я не испытываю даже капли чувств, которые обрушились на меня в вещем сне.

Хорошо, что в этот момент королевский распорядитель Коммод объявил имя Ольва. Он обернулся к трону и не видел ужаса на моем лице, когда я осознала, что испытываю к нему такую же нежность как к соседской кошке. Я не любила Ольва!

Рядом возник Питер Венсон, его отец. Это был грузный маг в мантии, украшенной позолоченной вышивкой и драгоценностями. Его тяжелый взгляд не выражал ко мне родственной любви. По мнению семейства Венсон, сначала мне требовалось получить знак жизни, чтобы родственники распахнули свои объятия для меня. Я догадывалась, что родители Ольва не были довольны его выбором невесты. Питер Венсон сдержанно кивнул мне на мое приветствие, а затем взглядом указал встать позади Ольва. Я молча подчинилась.

Зудящее ощущение чужого взгляда не давало мне покоя. Ольв потянул меня за руку к трону и королю, а я оглядывалась, пока не увидела его.

Тавидар стоял, прислонившись к колонне. На его плечи был наброшен черный пиджак с серебряной вышивкой на карманах с изображением костей. Черный взгляд некроманта был устремлен на меня. В моей груди разгорелся пожар, а дышать стало трудно.

Этот мужчина – причина моих бед! Мало того, что я отхватила дар незнакомого мне деда, так еще и Тавидар объявил меня своей невестой! Я должна ненавидеть его. Но мои губы вспоминали поцелуй, а тело просило объятий. Что со мной? Меня держит за руку жених, а я мечтаю о Тавидаре.

Его губы изогнулись в нахальной улыбке, словно он читал мои мысли и ощущал такое же томление внутри себя. Я тряхнула головой и отвернулась. Тавидар больше не прикоснется ко мне, даже если мне придется спрятаться в склепе. Вот избавлюсь от мертвого дара и связь с некромантом пропадет.

Ольв остановился перед королем, а я встала позади жениха. Роллон нахмурил брови и вчитывался в строки послания. Готова покляться, что слышала скрип зубов короля. Но словно опомнившись, Роллон стер с лица недовольство и спрятал в карман бумагу. Его глаза пробежались по лицам гостей. Он искал кого-то и не обратил внимания, как Коммод почтительно согнулся пополам, блеснул лысиной и подал ему очередной приказ. Но вместо поздравлений и объявления назначения, Роллон вдруг посмотрел куда-то вбок и воскликнул:

– Ха! Вы только посмотрите! Сам князь призраков явился за назначением в ректоры! Крог написал письмо с согласием возглавить Неживую академию! После нескольких лет моих уговоров! Никак будущая княгиня твоих земель зачислена в Неживую академию! А, Тавидар?

Я вздрогнула и обернулась. Король не глядя сунул в руки Ольва бумагу и пошел к Тавидару сквозь толпу гостей, которая расступалась перед ним. Пол покачнулся под моими ногами. Сам князь призраков объявил себя моим женихом. И пришел забрать кресло ректора. Значит сегодня вечером я должна подписать у Тавидара прошение об уменьшении испытательного срока, чтобы получить знак жизни, уйти из Неживой академии и разорвать связь с князем призраков.

Что-то мне подсказывало, что Тавидар не отпустит меня просто так.

– Распорядитель, дай мне бумагу для моего друга Тавидара, пока он не передумал стать ректором! Давно же я тебя ждал на этот пост.

Распорядитель зашуршал бумагами, выискивая нужный приказ. Гости вытянули шеи, в попытке рассмотреть князя призраков.

– Кто же та девушка, что заставила тебя стать ректором, чтобы защищать ее во время обучения? Инстинкт пары сильнее желания князя держаться подальше от службы, а? – хохотнул король.

Гости радостно подхватили смех и захлопали. Мне показалась радость короля неестественной. Не иначе для Роллона стало неожиданностью согласие Тавидара Крога, князя призраков, стать ректором. Раз Роллон только на приеме узнал о этом, значит у короля был другой кандидат. В этот момент боковая дверь зала тяжело захлопнулась. За спинами толпы было невозможно рассмотреть ушедшего человека. Если это неудачливый кандидат в ректоры покинул прием, то Крог даже не повернул головы в его сторону. Он был настроен занять пост, невзирая на чужие договоренности.

Распорядитель помчался по залу с протянутой бумагой, которую король передал Тавидару:

– Тавидар, князь призраков, назначаю тебя ректором Неживой академии.

Тавидар взял бумагу и поднял на меня горящий взгляд. Из-за этой ужасной связи даже на расстоянии я чувствовала его торжество и предвкушение стать моим учителем и опекуном. Я похолодела от неизбежности попасть в его плен.

– Ну и кто же она, Тавидар? – подмигнул король, не унимаясь. – С кем появилась темная связь, а?

Тавидар так и не сводил с меня взгляда, а я покачала головой, мысленно умоляя князя молчать о нас. Если он расскажет королю, то моя помолвка с Ольвом будет расторгнута в ту же минуту в королевском дворце. Лицо Тавидара стало жесткой маской. Он понял мою немую просьбу.

– Ты не можешь себе представить, Роллон, как я жажду представить тебе мою невесту, – разнесся голос князя по залу.

Гости притихли и подались вперед, чтобы увидеть невесту князя призраков, который запросто называет короля по имени. А я отступила назад. Единственными магами в зале, кого не интересовала личная жизнь некроманта были Ольв и его отец. Они растерянно вертели бумагу в руках, не дождавшись официального объявления, а затем вскрыли королевскую печать. Теперь склонив головы над приказом, они читали, не обращая внимания на меня и перемещения гостей, тянувшихся в другую часть зала к королю и некроманту.

Я пропускала толпу вперед, а сама пятилась, пока не увидела коридор, ведущий прочь из зала. Я поспешила нырнуть в него, но и там были маги и слуги. А мне надо было остаться одной, чтобы осознать боль, которую я причинила Тавидару отказом признать себя его невестой. Из-за нашей связи я понимала его даже на расстоянии.

– Ида, погляди! Это Алегра! – на меня хлынуло темное облако.

Это была лучезарная Мия в черной пышном платье, щедро украшенном рюшами. Сам вид ее огненно-рыжих волос, уложенных в высокую прическу, оскорблял мрачный наряд ведьм. Следом медленно подошла Ида в черном брючном костюме. Ее раскосые глаза расширились при виде моего голубого платья. Невозмутимость Иды слетела.

– Видел бы тебя сейчас Гуннар, – присвистнула она.

– Да брось, ему сейчас не до новой ведьмы! У него из-под носа увели желанную должность, – хихикнула Мия.

Я приложила руку к сердцу. Как оно болело от грусти суженного. Даже дышать было трудно. Мне нужно на воздух! Отступила от ведьм и тут же налетела спиной на мага, позади меня. Мимо проскочил слуга с подносом еды. Ида перехватила закуску и сунула в рот. Мия последовала за мной.

– Вы видели какой Крог красивый? Я никогда не видела князя призраков, – тараторила впечатленная новым ректором рыжая ведьма. – Мой брат рассказывал про князя призраков, что он сильнейший некромант и владыка призраков. Сам король хотел получить присягу от их рода. А теперь он – ректор нашей академии!

– Ну и что? – без интереса спросила Ида.

– А то! В стенах академии будет его невеста! Как ей повезло, – умилилась Мия. – Крог сильный, умный и самый храбрый. Ну и пусть, что немного мрачноват, но сила любви сделает его счастливым.

От наивных речей ведьмы меня затошнило. Я была готова хоть куда бежать из узкого коридора, и наконец заметила, что недалеко есть распахнутая дверь в сад.

– Ты что ли хочешь оказаться его невестой? – хмыкнула Ида и стащила его закуску с подноса другого слуги.

– Я люблю Финна! А невестой можешь оказаться даже ты, Ида! Или Алегра…

Ида подавилась куском во рту и закашлялась. А я побежала в сад.

Под темным небом раскинулись кустарники и цветы. Птицы пели на ветвях деревьев. В саду никого не было. Я вздохнула свежий воздух и зажмурилась.

Все было зря! Платье, прическа, прошение и поездка во дворец. Тавидар теперь и есть ректор. Но я все равно должна поговорить с князем. И как уговорить его отпустить меня?

– Ты убежала из зала, но от своих чувств тебе не скрыться, моя Алегра, – раздалось позади меня.

Я обернулась и оказалась в плену темных глаз, полных боли. Я не хотела ощущать его чувства и эмоции. Тавидар вторгся в мою жизнь и испортил ее.

– Ты не должен был называть меня своей невестой, Тавидар! – я сжала кулаки и ударила его в грудь. – Ты должен отпустить меня! У меня есть другой дар. Только им я буду пользоваться!

Тавидар обхватил мои кулаки и прижал к себе. В его руках была такая сила, которая не отпускала меня, но и не причиняла боли.

– Связь образовалась не по моему желанию, малышка. Но по своему желанию я не отпущу тебя.

Я вырвалась и достала из сумки прошение:

– Я обращаюсь к тебе как к ректору Неживой академии. Это прошение допустить меня до повторного испытания раньше положенного срока. Потому что через полгода должна состояться моя свадьба с Ольвом.

Лицо князя исказила судорога страдания, которая уколола меня в самое сердце.

– Ты не получишь испытание через полгода, Алегра. Ты не любишь Ольва. И не выйдешь за него замуж. Еще во сне я приказал тебе забыть о даре жизни. Ты – моя избранная и одной сущности со мной!

Крог был похож на грозовую тучу. Темный и злой некромант.

– Я усилю рудимент, вот увидишь! Ни разу не воспользуюсь мертвым даром! Подпиши мое прошение, Тавидар.

Мое лицо горело, а грудь высоко вздымалась. Прическа растрепалась. Тавидар обхватил ладонями мое лицо и жарко прошептал:

– Хочешь свободу от меня и дара, да, малышка? Тогда заключим сделку.

Мое сердце громыхало. Я бессознательно облизала губы, все так же остро понимая чувства и желания князя. Его глаза опустились на мой рот.

– Я позволю тебе пройти испытание через полгода при одном условии. Если ты снова получишь знак смерти, то выйдешь за меня замуж и станешь моей княгиней.

Стать его женой через полгода, если рудимент не уничтожит мертвый дар?! Я не успела возмутиться, как его большой палец лег на мои губы:

– Или жди положенный год.

Я кивнула. Но решила никому не рассказывать, как получила подпись на прошении. На карту поставлена моя судьба. Князь хочет навсегда завладеть мной.

– Неужели ты хочешь сделать меня своей парой несмотря на то, что я ничего не чувствую к тебе?

– Я заставлю тебя доказывать мне это все полгода, Алегра, – пригрозил он.

В глазах Тавидара бушевал темный океан, а я испугалась ответных волн внизу живота.

– Поцелуй меня, – приказал Тавидар.

Эта проклятая связь заставляет желать больше, чем просто поцелуй. Я не могла противиться своему желанию. Наша связь толкала меня в его объятия.

Но если он поймет, что чувства накрыли меня, то я пропала. Князь не допустит меня до испытания раньше положенного года. Я должна проявить выдержку и показать, что наши узы не заставляют меня желать его. Пусть князь видит, что мои чувства к Ольву сильнее ненавистной связи!

Я коснулась его губ. По телу пробежала дрожь. Нужно быть отстраненной и холодной с ним. Но как же мне хотелось прижаться к сильному телу князя и раствориться в его объятиях! Эта борьба с узами следующие полгода рядом с князем сведет меня с ума.

Язык коснулся его сомкнутых губ, и Тавидар резко втянул в себя воздух. Его пальцы сжались на моих плечах, оставляя следы. Наши губы слились. Мое тело горело, и жар князя не обжигал меня, а ласкал. Пальцы запутались в его темных волосах. Не сдерживая больше себя, я потянула пряди. Тавидар издал рык и сжал меня, присваивая себе.

Весь мир будто стал призрачным вокруг нас. Пока со стороны дворца не раздались голоса гостей, входящих в сад.

Я очнулась и отшатнулась от князя. Он нехотя расцепил объятия. Мы оба тяжело дышали.

– Не смей говорить, что ничего не чувствуешь ко мне, – жестко приказал князь.

От стыда за свое поведение в его объятиях и злости на себя мое лицо пошло красными пятнами.

– Это все магия наших уз, Тавидар! Ты тут не при чем. Когда я избавлюсь от мертвого дара, наша связь исчезнет!

Тавидар разозлился так сильно, что даже далеко стоящие гости почувствовали волны его гнева и отошли в сторону. Князь взмахнул рукой, и к нам подъехала карета, запряженная призрачными конями.

– Ты едешь в Неживую академию сейчас же, Алегра.

Я упрямо сложила руки и отошла от кареты:

– Мне надо забрать вещи из дома и попрощаться.

Надо было рассказать все семье и объяснить свое отсутствие Ольву, но князь сжал губы. На его лице проступили желваки, а глаза заполнились тьмой.

– Пока между нами есть связь, я не подпущу тебя к Ольву, – выдал мрачный вердикт князь. – Садись в карету, иначе я сам усажу тебя в нее.

Гости с опаской посматривали в нашу сторону. Еще не хватало, чтобы князь прилюдно запихивал меня в карету на глазах изумленной публики. Такой скандал неизбежно дойдет до ушей Ольва. Поэтому я предпочла не злить еще больше Крога. В конце концов я могу написать письма семье и жениху из академии.

Я подобрала брошенные на траву сумку и прошение. Князь распахнул передо мной дверцу кареты и молча ждал.

– Через полгода ищи себе другую невесту, – мстительно прошипела я и нырнула в нутро кареты.

– Через полгода ты окончательно потеряешь второй дар и станешь моей женой, – рявкнул князь и захлопнул дверцу.

Кони резво побежали по дорожке, унося меня из дворца.

Я направлялась в Неживую академию в полной решимости не использовать мертвый дар. А сделать своим единственным даром рудимент. Мне требовалось лишь каждый раз пользоваться живым даром. Архивариус обещал помощь Франциска, который снабдит меня амулетами, усиливающими рудимент. Казалось, что все просто, а впереди меня ожидает избавление от второго дара, связи и свадьба с Ольвом.

Но как мало я знала о Неживой академии! Поэтому по прибытии на место была глубоко потрясена полным отсутствием живой природы вокруг академии. Деревья и животные были мертвые или призраками. Даже озеро было заполнено мертвой водой. Высокий черный замок стоял на скалах, у подножия которых лежали камни и песок. Все вокруг Неживой академии было мертво. Позади замка тянулись ряды могил и склепов. Меня пробрало от холодного ветра и разочарования.

Ничего из этого окружающего мира не могло отозваться на живой дар.

Глава 4. Неживая Академия

Я стояла в своем голубом платье в темноте перед Неживой академией. Ветер трепал подол и выпавшие из прически пряди. Вокруг замка летали призраки. С неба что-то упало рядом со мной. Я присмотрелась и увидела подсвечник с огрызком потухшей свечи. Чуть дальше упала книга. Призраки бросали предметы на землю. Я поторопилась под крышу академии, чтобы следующая вещь не упала на мою голову. Навстречу мне бежала дородная женщина под зонтиком:

– Ах, прячьтесь скорее, дорогая Алегра, под зонтом! Эти призраки совсем расшалились. Они не часто так пакостничают. Управы на них никакой нет, – я нырнула под зонт, и мы поспешили на крыльцо замка. – Меня зовут Ноэль, я экономка замка…

Ее голос оборвался, когда по зонту что-то ударило и скатилось под наши ноги. Мы вскрикнули и увидели на камнях дырявый ботинок. Переступили его и нырнули под навес крыльца перед главным входом.

Экономка сложила зонт и открыла передо мной дверь.

– Что это за вещи, Ноэль? – я не могла оторвать взгляда от дождя предметов и летающих призраков высоко в небе.

– Иногда призраки грабят соседние поселения. Утром адепты собирают вещи и возвращают все найденное владельцам. Мы проводим воспитательные работы с призраками, но разве можно всерьез на них злиться, Алегра? – Ноэль подняла к небу взгляд, полный материнского обожания. – Они же как дети…

При таком попустительстве не удивительно, что грабеж поселений не прекращается. Поэтому темных магов никто не любит в стране. Они даже со своими подопечными не могут разобраться и навести порядок. В Живой академии растения и животные не убегают из учебного заведения, чтобы творить беспредел. Мне еще сильнее захотелось поскорее оказаться вдали от Неживой академии.

Ноэль повела меня в хранилище главной башни. Главная башня являла собой шестиэтажное здание, которое соединялось крытыми галереями с ведьминским чертогом и криптой некромантов.

Чертог был четырехэтажным корпусом. Крипта некромантов имела два этажа ввысь и два этажа под землей.

– На третьем и четвертом этаже главной башни проходят занятия, а наверху живут учителя. Ты живешь в чертоге, комната белладонны на втором этаже. Ведьмам не положено ходить в крипту, но адепты не соблюдают это правило. Как удержать молодых магов от общения? – улыбнулась Ноэль.

О каких правилах могла идти речь, если это касалось темных магов. Я молча шла за Ноэль к комнате, которая была заперта на большой ключ, висящий на ее поясе.

– Для начала тебе следует переодеться в форму, Алегра. Это хранилище. Здесь мы храним личную одежду адептов. Я подберу платье твоего размера.

Ноэль открыла дверь и впустила меня в огромный гардероб, заполненный разноцветной одеждой. У стены справа стоял шкаф, заполненный черной одеждой. Я сразу узнала эти платья из своего вещего сна.

– Будто я хороню в этом наряде свое будущее, – пробурчала я себе под нос и отошла за ширму, чтобы снять красивое голубое платье.

Ноэль шуршала одеждой в шкафу.

– Мы одеты в черные одежды, потому что яркие цвета раздражают зрение призраков и нежити и причиняют им страдания, – виновато объяснила Ноэль и повесила на край ширмы платье для меня.