Поступь потерянных душ I: Найдёныш
- -
- 100%
- +
Тут я поймал себя на том, что уже раз двадцать мысленно повторил эти слова, пока аккуратно крался босиком в сторону монстров. Справа приоткрылся вид на измочаленную и разодранную дверь в помещение, над входом в которое висела табличка-указатель «Пост охраны».
Всё, дальше нельзя. Итак, я подошел к непонятным выродкам на дистанцию в десяток метров. Ближний стоял спиной ко мне. Он же был меньше всего похож на человека. Его фигура с расстояния в двадцать-тридцать шагов смотрелась вполне человеческой, чуть горбатой, но всё же человеческой. Вблизи же…
Больше всего выделялись руки. Неизвестная мутация сделала их слишком худыми и какими-то, бескостными что ли. Висят по бокам, как два шланга, и не понять, есть ли локти или какое-то их подобие. На кистях нет мизинцев. Три пальца с загнутыми когтями и четвертый атрофированный большой, съехавший практически на центр ладони. Затылок слишком вытянутый, ушей нет, хребет изогнут, будто его владелец страдает запущенной стадией кифоза, позвонки торчат, натягивая кожу… Плечевой пояс развит на зависть любому атлету, как и спина. Несмотря на худобу, рисунок спины бугрится накачанными мышцами. Готов поспорить, что эта тварь вполне в состоянии так долбануть своими когтистыми «шлангами», что голова с плеч слетит.
Слева от «атлета», так же сгорбившись, стоял другой мутант. Этот был свежаком. Измазан в химрастворе, как и я… Пациент. Голый. Из видимых изменений искажённые черты лица, будто парня накачали сверх меры дешёвыми анаболиками с чёрного рынка. А его живот… Что-то с его животом было не так.
Многочисленные складки. Кожа сморщена и, кажется, влажная от какой-то то ли жидкости, то ли слизи. Сильнее вглядываться в него не стал, лишь дёрнул щекой от омерзения, когда всего на секунду у меня в голове проскочила мысль, что все эти уродские складки на его брюхе очень похожи на безгубую и морщинистую пасть.
Третьего, самого дальнего, из-за тел остальных было не рассмотреть. Четвёртый же мало чем отличался от человека и даже сохранил одежду. Стандартная белоснежная форма врачей клиники, вся в разводах и пятнах крови. Единственное, что его роднило с другими мутантами – это полное отсутствие волосяного покрова и сгорбленная неподвижная поза.
Мои колени предательски дрожали, словно у самого последнего труса. Вот только само чувство страха ушло, приелось, а дрожь и бешеный ритм сердца обуславливался лишь диким приливом адреналина.
Нужно было что-то решать. Даже если лестница цела, и я воспользуюсь «сном» тварей, развалив их длинной очередью, что ждёт меня дальше? Толпы проснувшихся недолюдей, ломанувшихся на звук выстрелов? Такой расклад мне был неинтересен.
Немного подумав, я решил заглянуть в пост охраны. Для этого нужно было подойти еще ближе к уродцам, похожим на мрачную фантазию Говарда Лавкрафта. Два шага! Всего два! Но как же трудно было их сделать. Наверное, такое же чувство испытывает человек на краю пропасти: сделать шаг реально, но психика врубает заднюю передачу и не даёт добро на рисковый и жуткий шаг. Приходится ломать себя ради этого действия. Я смог, сломал. Вспотел, как дешевая проститутка после инъекции «паутины» – незаконного аналога биотических клеток молодости, но сделал эти шаги!
От входа в помещение охраны пахнуло застарелой бойней. Металлический прямоугольный каркас двери-задвижки был цел, а вот пластиковый центр вырван и изодран. Гроздь проводов, глубокие борозды следов от когтей и фиолетовая на фоне синеватого аварийного света кровь. Везде. Даже на потолке.
Одна аварийная лампа в углу комнаты разбита. Синий светящийся состав растёкся по стене. Перегородка, разделяющая пост охраны на два помещения, частично снесена. Пол густо усеян тем, что от неё осталось. Стальная решетка, закрывающая вход в оружейку, выгнута внутрь выстрелом из импульсной пушки. Её владелец вряд ли выжил. Само оружие лежало тут же, на виду, покрытое густым слоем гипсовой пыли.
Решение снять ботинки было верным. Протиснуться внутрь и не наступить на битые куски камня и мусор не представлялось возможным. А это шум. Но шуметь рядом со спящими уродцами – верная смерть. Что-то острое попало под ступню сразу же на входе. Если бы я надавил чуть сильнее, медленно и выборочно делая шаги, мою кожу проткнуло бы осколком стекла или пластика.
Пробрался в помещение, и как-то сразу стало легче. Иллюзия защищённости, мать её! И плевать, что там, в коридоре дремлет смерть в облике четверки монстров. Только сейчас, перестав визуально наблюдать угрозу, я вдруг понял, что головная боль отступила.
Грязный импульсник с пола я поднимать не стал, углядев кое-что поинтересней. Содержимое оружейной комнаты было доступно, и я молился, чтобы там нашёлся стандартный парализатор – оружие нелетальное, но бесшумное…
Кто бы ни бился в этой комнате до меня, он оказал мне услугу. Если бы не этот выстрел из импульсника, направленный на рёшетку оружейной комнаты, фиг бы я туда пробрался. Жаль, что этот неизвестный боец, скорее всего, нашёл тут свою смерть. Останков не было, но кровь… Думаю его кости уже давно лежат где-то на дне шахты.
Проникнув в оружейку, я на пару секунд, что называется, завис. Чуйка вопила о неправильности картины передо мной. Если с рюкзаком РДМ, найденным в коридоре, всё более-менее прояснилось, то тут… Даже не знаю.
В нашей стране копам «леталка» выдавалась лишь от случая к случаю, что уж тут говорить об охране! В оружейных нишах поблескивали матовыми боками три импульсника – серьёзное убойное оружие для коротких дистанций, высокотехнологичное и очень прожорливое. Тут же в отдельных слотах на неработающей ныне панели лежали заряды к ним – батареи ЭМУ. Одна батарея – пять выстрелов. Для боя внутри замкнутых пространств подобное оружие – смерть и ужас. Бьёт недалеко, зато любой броник, не защищённый энергетическим щитом, буквально вдавливает внутрь владельца, да и самого владельца переломает и размажет о стену.
Откуда такое оружие у охраны клиники «Аргентума»? Кроме парализаторов, у них ничего быть не должно. Я думал, что тут кто-то бился уже после случившегося «звездеца». Взять хотя бы того мёртвого парня, с которого я снял экипу. Ясно же как день, что он проник сюда уже после трагедии. Поэтому, завидев валяющуюся на полу пушку, я подумал, что бой вели не охранники. Кто же знал, что корпорация «Аргентум» ведёт свои дела не совсем законно?
Кроме импульсников, в наличии также были закрытые выдвижные панели. Вскрыть их не представлялось возможным. Это не пластиковые шкафчики с одеждой врачей. Ковыряя их ножом, ничего не добьёшься – тут нужна аппаратура или взрывчатка. К сожалению, выстрел повредил не только решётку в оружейку, но и раздолбал в хлам несколько панелей. После осмотра мусора и осколков вокруг удалось понять, что тут хранились контрольно-тактические очки, работающие в связке с биоблоком владельца, причём не абы каким, а прокачанным на военный лад.
Повесив автомат на грудь и придерживая его, я потянулся к ближайшему импульснику. Оружие легко вышло из ниши. Я был знаком с этой моделью по играм в виртуальной реальности и по роликам в ViTube. То есть на деле практических знаний не было, только теория.
Фактически, для стрельбы из такого оружия никаких специальных узконаправленных навыков не требовалось. Пушка была похожа на обычный укороченный дробовик, вот только ствол был заменён на ромбовидный пенал, оканчивающийся парамагнитной пластиной. Легкий, ни одной металлической детали. Небольшое утолщение ближе к шейке ложи играло роль патронника для батареи ЭМУ.
Взяв во вторую руку батарею, я воровато оглянулся на дверь, но всё было тихо. Никто не пытался подкрасться или пробраться в помещение. Попытки зарядить батарею не увенчались успехом. Крепления поддавались плохо, видимо, без практики я пихал под каким-то неправильным углом…
Уже начиная злиться, я приложил чуть больше силы. Щёлкнуло, и батарея встала на место. Я зажмурился и замер, забыв, как дышать. Прошла одна секунда, вторая. Никто не выл и не урчал, не шумел возле входа и не лез в помещение. Пронесло!
Стоило об этом подумать, как импульсник в руках разгорелся синеватым светом боковых диодов-индикаторов. Батарея спешила поделиться энергией с оружием, включая сложную электронику. Буквально через секунду заряженный импульсник загудел, практически неслышно, на ультразвуке. Но этот тихий звук, в отличие от щелчка патронника, произвёл прямо противоположный эффект.
В коридоре что-то хрустнуло. Раздались стоны, и в дверях показалась фигура в белых медицинских одеждах. Развернувшись на пятках, я совместил мушку прицела со светлой фигурой. В голове успела проскочить мысль о том, что я полнейший идиот, а затем тварь качнулась, неловко споткнулась о порог и начала заваливаться вперёд. Позади первой монстрятины выросла фигура второй, как-то странно подёргивающейся и быстрой.
Палец судорожно нажал на спуск. Порождённый энергией ЭМУ и преобразованный парамагнитной пластиной в импульс, заряд искривил воздух, выгнул прутья решетки, через которую я стрелял, и обрушился на проём.
Остатки двери вместе с мутантом утонули в облаке пыли и осколков. Импульс, пройдя через его тело, ударил в стену, расшвыривая куски бетона и отделки в стороны. Кем бы ни было это существо, его шансы выжить при подобном раскладе равнялись нулю.
Упавший за порог «медик» завозился, так как импульс без вреда прошел над ним. Завыла безгубая пасть, ощерившись в страшном безумном оскале. Абсолютно чёрные глаза уставились на меня. Затем его ноги невероятным образом надломились, выгнулись и, подобно двум пружинам, толкнули тело вперёд.
Новый выстрел из импульсника и удар туши об остатки решетки сплелись воедино. Металлическая конструкция первой приняла на себя удар и адской дробилкой пронеслась через тело мутанта, уволакивая его за собой. Воздух до краёв наполнился пылью. Видимость упала практически до нуля.
Мелькнувший в коридоре силуэт заставил меня снова нажать на спуск. Уши окончательно заложило от грохота. Было непонятно, попал я или нет. В любом случае, твари оказались умнее и быстрее, чем я думал. Даже «медик», выглядевший в первые секунды после пробуждения неуклюжим, обернулся тем еще прыгуном, правда, ненадолго.
Что до их ума, то в помещение они больше не лезли, даже на линии огня не показывались. А ведь монстров поблизости должно быть как минимум двое. Тот урод с руками-шлангами и пациент с изменившимся туловищем, покрытый склизкими складками.
Слух потихоньку отпускало, и то, что я услышал, мне очень не понравилось. Те твари перед дверьми и зверь из шахты оказались не единственными жителями этажа. Разноголосый вой, шипение, визги… Близкие и очень далёкие, они говорили о том, что за перегородками пробудились новые, не встреченные мной во время блужданий по этажу мутанты. И, судя по всему, моих сил, чтобы отбиться от них, не хватит.
Где-то на поверхности, незадолго до боя на пункте охраны…
Деду было чуть за сорок, но эта грёма, или, как её по-модному звала молодёжь, «позывной» прилипла к нему намертво. Хотя удивляться в принципе было нечему. Он выглядел гораздо старше своего возраста: высохший, морщинистый, рано полысевший, с крепкими кистями-лопатами. Что, впрочем, не мешало ему быть одним из лучших старателей мёртвого города, как теперь всякий называл людей, не боящихся по своей воле уходить в глубокие рейды.
В этот раз ходка была непростой. Помимо стандартной двойки, в которую входил его бессменный напарник – чеченец по имени Борз или, как его еще звали после цифрового крещения, Волк, вместе со старателями двигался «прицеп».
Прицеп был нужный, иначе и быть не могло – брать с собой бесполезных топтунов в город было смерти подобно. Топотыг было пятеро: технарь, отзывающийся на Мультика, или сокращённо Мульт, братья-близнецы Егоровы – Волос и Скрепка, и пара «верблюдов». В роли «верблюдов», то есть «таскал», «горемык» или, как их еще называли, «батов» выступали два сослуживца, проштрафившихся месяц назад на третьем блокпосту. Причём одним из них был летёха – бывший командир этого самого блокпоста по прозвищу Гром.
Кардинал,лидер их общины, жёстко карал за промахи. Гром вместе с еще одним бойцом попал под его тяжёлую руку. Неплохо себя показавший молодой парень по прозвищу Штэпс получил назначение на огнемётную точку. Вот только когда муты попёрли солидной стаей с северного направления, огнемёт не заработал и молчал до самого конца боя, едва не сгубив весь блокпост.
Явившийся на подмогу отряд быстрого реагирования был в ярости, когда выяснилась причина. Огнемётная точка молчала потому, что боец не проверял «банки» с плазмой. Влага попала в клапаны боеприпасов и приварила их подверженные ржавчине стенки намертво. Как итог: семь трупов, разжалованные до «верблюда» командир блокпоста и его подчиненный, которых отправили в бат смывать грехи кровью.
Сейчас они ставили сигналку на пролёт выше под чётким надзором Борза. Хотя вряд ли лейтенант нуждался в надзоре. Волк пошёл с ними скорее для прикрытия, чем для руководства. Сам Дед давно сбросил рюкзак и уселся на него, вытянув ноги. Из-под прикрытых век он наблюдал за Мультом. На работу технаря было приятно смотреть. Парень разложил вокруг себя кучу приблуд и инструментов. Его голографический планшет попискивал, откликаясь на запросы биоблока топтуна.
Мульт был самой слабой в боевом смысле единицей их отряда, но при этом самой ценной. Руководство прямо дало понять, что загнуться в рейде могут все, но только не он. Приказ был прост. В случае жопы, а жопа в дальних рейдах случалась в половине случаев, вытягивать технаря живым любой ценой. Каждый из этих парней с прокачанным через биоблок интеллектом был для общины на вес золота.
Их группа устроила вынужденный привал на пролёте лестницы бывшей клиники X.ROM-17. Близнецы рылись в мешках «верблюдов», доставая пайки и контейнеры нуль-пространства. Мульт колдовал над бронированной дверью, которая должна была приоткрыть проход для группы на нижние этажи. Именно в X.ROM-17 под землёй находился один из скрытых объектов «Аргентума». Скорее всего, замороженный, недействующий, иначе они бы еще на подходе столкнулись с собирателями плоти. А так, только изменённые да муты…
– Дед, всё готово, – ткнул Скрепка пальцем в рядок выстроенных контейнеров с пищей, что сама собой разогревалась в надорванных спецпакетах.
Дед приоткрыл глаза, окинул взглядом двух близнецов, уставившихся на него, и хмыкнул. Парни были крепкими, оба самбисты, чуть-чуть за двадцать. Да и отец их, пусть земля ему будет пухом, натаскивал обоих. Батя у них был старателем, таким же, как Дед или Борз, вот только был… да весь вышел. Где-то здесь и вышел, в клинике. Маячок на его ППК до сих пор подавал приглушенный, но устойчивый сигнал, который отслеживал Мульт.
– Волос, оповести ребят. Только ножками, а не через гарнитуру – мало ли кто нас услышать может. Пускай спускаются. Неизвестно, когда следующий раз будет тихая минутка для отдыха.
Парень кивнул и пошёл выполнять поручение. Его брат Скрепка остался с Дедом, расставляя еду и используя сброшенные рюкзаки как импровизированные стулья.
Вскоре команда собралась полным составом. Мульт несколько раз крутанулся, разминая позвонки, и уселся на своё место.
– Систему обошёл, программка уже внутри. К концу трапезы можем заходить.
Борз похлопал технаря по плечу, привлекая к себе внимание, и, когда Мульт повернулся к чеченцу, одобрительно показал ему поднятый вверх большой палец. Затем Волк глянул на Деда и мотнул головой, мол, что дальше?
Дед с ответом не медлил:
– Гром и Штэпс останутся тут, на поверхности. Встретят гостей, если таковые будут, и отступят к нам в случае чего. Мульт, ты с ними. Ждёшь нашего сигнала, но никуда не суёшься. Братья работают парой. Вперёд мы вас не пустим. Будете охранять дверь с той стороны и по нашему сигналу пройдете на пролёт ниже, если у нас получиться зачистить этаж.
Волос, не до конца прожевав пищу, пробубнил:
– А ты с Волком?
– У нас сработанная двойка. Не смотри, что Борз немой, ему это нисколько не помешало спасти мою жизнь во время первого импульса и еще дважды после. Мы пойдём на зачистку, этаж за этажом. Не знаю, насколько тут глубоко. Может, всё за один раз охватить не получится. Вы двигаетесь следом по мере зачистки. Мульта вызываем в случае обнаружения подобной дверки или другого технического препятствия. Глаз с него не спускать! Понятно?
– То есть, если его позовёте, нам с ним двигать? – спросил Скрепка, который вытирал губы, быстрее всех расправившись с пищей.
– Пусть Волос будет его бессменным телохранителем, – моментально принял решение Дед. – Пролёты без «глаз» тоже негоже оставлять, а то выползет какая-нибудь пакость нам за спину или к ребятам сюда. Так что ты на лестнице при любых раскладах, естественно, пока не поступит другой приказ.
Запиликал планшет Мультика. Тут же отозвался вибрацией ППК, прикреплённый к его руке. Технарь прикрыл глаза, обращаясь к личному ИскИну, затем открыл и сказал:
– Готово. Могу открыть хоть сейчас, вышло перехватить управление.
Дед скомкал опустевший пакет с едой и швырнул его в угол, поднимаясь с места:
– Всё, шутки закончились. Вооружаемся, экипируемся, сумки в кучу. Гром, Штэпс к сигналке, и не вздумайте палить мне из своих Аэсок. У вас ни глушаков, ни боеприпаса нормального нет. Нашумите – худо всем придётся.
– И что? Отбиваться от мутов в случае чего голыми руками? – Штепс раздражённо посмотрел на Деда.
Переход его вымотал, да и нервы были явно не в порядке после того случая на блокпосте. Не отошел ещё, злится на себя, и его злость прорывается наружу глупыми эмоциями.
– Нет. Если бы я хотел, чтобы ты отбивался голыми руками, я бы прямо сейчас отобрал у тебя оружие, – Дед посмотрел бойцу прямо в глаза. – Оружие у тебя в руках. Остынь и пользуйся им с умом. Открывать огонь только после непосредственного контакта. Если спалитесь – стреляйте. А пока сидите тихо, как мышки, и следите за сигналкой.
Парня вроде как попустило. Взгляд изменился. Он кивнул, признавая правоту старателя, и двинулся вслед за Громом. «Верблюдам» нечего было собирать. Два автомата АС-24, по четыре магазина в разгрузках, пара гранат да ножи. Вот и всё их имущество, не считая комбезов песочного цвета и ботинок. Они были тягловой силой отряда. Будут переть обратно контейнеры с оборудованием и другой хабар, если, конечно, ходка будет удачной.
Дед и Волк были оснащены лучше всех прочих и гораздо тяжелее. Вот только город они топтали налегке. Не было смысла цеплять на себя прожорливые энергощиты, умные пехотные костюмы собирателей и тяжёлые шлемы с забралом. В городе была важна подвижность и незаметность. От стаи изменённых не спасёт никакая броня, если те настигнут посреди улиц. Поэтому, прежде чем спуститься вниз, они раскрыли рюкзаки и стали вытаскивать сменку.
Легкий, не более трёх килограммов весом сверток раскрылся в руках Деда. Чёрный костюм со вставками-выпуклостями, повторяющими мышечный рисунок, считывающий антропометрию носителя. Сняв разгрузку и общевойсковую форму, он облачился в костюм. Достав круглую бляху батареи, Дед вставил ее в углубление по центру груди, одновременно защелкивая застёжку. Костюм в ту же секунду сел по фигуре. Подпитываемые энергией, вставки на руках, ногах и туловище превратились в броню – лёгкую, но достаточную, чтобы держать укус, удар ножом и обычную «грязную» пистолетную пулю. Сверху легла разгрузка и бронежилет «Кольчуга М» – тяжелая, но знатная вещь.
Еще немного порывшись в рюкзаке, старатель извлёк шлем, надел, пару мгновений подождал, пока биоблок настроиться на него, а затем мысленно дал команду: «Забрало, ночь, автоматическое целеуказание».
Команды срабатывали в точной последовательности. Сначала засветился лицевой контур шлема. Из него «выросло» многофункциональное и отлично защищающее лицо энергетическое забрало. Почернев, оно стало непроницаемым для сторонних взглядов, но не для Деда. Команда «ночь» включила режим фильтрации пространства и корректировки забрала относительно зрения носителя. Теперь он видел в темноте так же хорошо, как и днём. Единственное исключение было в том, что дальность такого зрения не превышала трёхсот метров, но ему для зачистки этажей даже такая дистанция была лишней. Последняя команда, «автоматическое целеуказание», срабатывала при появлении предполагаемого противника. Шлем реагировал на движение, подсвечивая фигуру врага, несмотря на возможные препятствия в виде пыли, грязи, дождя или снегопада.
– Дед, да ты прям космодесантник какой-то! – усмехнулся Волос – Отец подогнал?
– Да, он самый. Три комплекта без шлемов ушли Кардиналу. Один мне, один умникам и технарям на изучение. Он вам не рассказывал?
– Рассказывал, – подключился к разговору Скрепка. – Он тогда во время ходки наткнулся на раздолбанный транспорт собирателей. Много полезных и крутых штук оттуда вынес. Зачем, кстати, съемная батарея в комбезе?
– Накладки усиливает. Как работает, не спрашивай – даже умники еще не разобрались. Знаю только, что подпитываемая энергией их начинка становится крепче от приложенного усилия. Чем сильней по ней удар, тем крепче броня; в разумных пределах, конечно. Ну и плюс параметр к силе и реакции, постоянным эффектом.
Мульт присвистнул.
– Слышал о таком. Поговаривают, что у тяжёлой штурмовой пехоты собирателей плоти броня держит плазменный заряд среднего калибра. Но мне кажется, что это уже из разряда фантастики.
– Держит, держит, – сказал Дед, заканчивая последние приготовления. – Встречались как-то, не сказать, чтоб воевали, скорее так, ноги уносили. Но про плазму правда. Сам видел, что она как вода скатывается с бронника, не прожигает.
– Чем же их тогда убивать?
Скрепка выглядел удивлённым.
– Умом, чем же ещё! Умом и хитростью. Всё, отставить базар. Выдвигаемся. Мульт, что там у тебя?
– Всё готово. Вскрываю?
– Волос, Скрепка, встаньте у лестницы слева. Ваш сектор правый. Мы прижмёмся к правой стене, соответственно, наш левый. Мульт, давай по готовности.
– Принял.
Техник отбежал от двери и развернул планшет, запуская команду открытия.
Волк щелкнул квадратной многослойной пластиной, удерживающейся на его руке специальными креплениями. Пластина взвизгнула, разворачиваясь и превращаясь в ростовой щит. Здоровяку чеченцу пришлось напружинить ноги и немного сгорбиться, чтобы вести наблюдение через рамку бронированного стекла, вмонтированного в щит. Его свободная рука крепко сжимала короткий пистолет-пулемет, модернизированный в общине. Ствол этого оружия сейчас торчал из специальной выемки на щите. Дед был прямо позади своего напарника и не высовывался, ожидая начала движения и открытия двери.
Створка беззвучно поползла вверх, будто не стояла здесь два года безо всякого движения. Несмотря на долгое бездействие, механизм был в полном порядке. Через несколько секунд перед отрядом возникла площадка – первый пролёт уходящей на глубинные этажи лестницы.
– Запускаю око, – заскрежетал помехами голос Деда в гарнитурах бойцов, но они расслышали.
Достав из разгрузки ребристый мягкий шар, старатель швырнул его вперёд, за врата. Несколько секунд ничего не происходило, а затем сумрак разогнала зелёная вспышка сканера.
– Чисто. Движения, ловушек до третьего класса включительно нет. Двигаемся. Близнецы, ждать команду.
Борз пошёл вперёд, полностью укрывшись за щитом. Дед впритирку к нему, положив одну руку на плечо друга. Как только они оказались на пролёте, старатель сжал хватку на плече, подавая команду: стоп движение. Подняв шар, он кинул его на лестницу с тем расчетом, чтоб сканер оказался на пролёт ниже. Секундная задержка, новая вспышка: чисто.
– Вижу створки. Не заперто, одна половина приоткрыта. Близнецы, на нашу позицию, мы ниже. Начали!
Отряд пришёл в движение. Оба старателя спустились по лестнице к воротам, над которыми выделялась табличка Уровень −1. Близнецы сместились к ним за спину и рассредоточились по первому пролёту.
– Скрепка, спустись за сканером, принеси его мне. И аккуратно глянь, что там ниже. На площадку, где валяется сканер, установи «сито».
– Дед, если «сито» сработает, осколки нас самих рикошетом побьют, сам же знаешь. Да и спрятать его негде, – медлил Скрепка с выполнением приказа.
«Сито» представляло собой простенькую бесконтактную противопехотную мину, реагирующую на маркер биоблока – отличное оружие против низших изменённых. Убойная дистанция десять метров. Ситом мину прозвали не просто так. От тех, кто оказывался в непосредственной близости, и впрямь оставалось одно сплошное сито.
– Выполнять! Ставь посреди пролёта. Изменённые до третьего-четвёртого уровня развития тупые, как пробки. Да и дальше – не все интеллектом блещут. Ставь и неси сканер сюда.
– Есть.
Скрепка метнулся мимо старателей. Излишне громко протопал берцами, заставив Деда поморщиться и вспомнить, какие же они всё ещё увальни, несмотря на всю отцовскую подготовку.