Проклятье огненной воды. Допинг. Книга первая

Составитель Алексей Тихомиров

ISBN 978-5-4496-4968-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

*

Ученые всегда задумывались – а почему людям нужен алкоголь? Почему он обладает такой властью над людьми? Ведь не может это дело быть случайным поветрием, которое, однажды начавшись, никак не может само закончиться. Оказывается, что внутри человека есть специальный механизм стимулирования выгодного для выживания организма поведения. Человеческий мозг продуцирует целый класс веществ, которые очень похожи на наркотики по своему действию и строению. Вернее, наркотики похожи на них. Эти вещества называются эндорфинами. Например, морфий по своему строению практически идентичен одному из исследованных эндорфинов. Их очень много (уже выделено и исследовано больше 60) и они составляют так называемую эндорфинную систему. Некоторые из них являются естественными стимуляторами, которые направляют человека на поиски нового: знаний, впечатлений, опыта и так далее. Природой так установлено, что если человек делает что-либо полезное для выживания, то внутри его мозга выделяется некоторое количество определенного эндорфина, из-за чего человек испытывает волну удовольствия.

Если человек соприкасается с чем-нибудь новым, неизвестным и заинтересуется им, то и в этот момент в организме выделяются эти вещества. Человеку становится приятно, он испытывает «кайф» от этого нового. И чем интереснее и необычнее эта информация, тем больше возбуждение и удовольствие. И для того, чтобы опять испытать эти ощущения, человек будет и в будущем стараться познавать новое. Природа с помощью этого механизма стимулирует людей к движению вперед. И, вероятно, это один из механизмов, который не дает Человечеству впасть в застой и успокоиться на достигнутом, «виновный» в том, что мы стали людьми. Но наркотики (а алкоголь, естественно, тоже им является), нарушают эту естественную систему самостимулирования поведения человека. Алкоголь является искусственным заменителем веществ этой системы. Когда-то люди при помощи проб и ошибок подобрали «ключи» к эндорфинной системе, нашли такие вещества, которые в той или иной мере обманывают этот механизм стимулирования их поведения. Это в жизни могло происходить примерно так. Какой-то предок случайно попробовал на «зуб» зрелый мак. И оказалось, что это не просто вкусно, но и приносит сильные приятные ощущения. Так повторялось много раз. И постепенно выработалось понимание, что если хочешь получить удовольствие, то съешь маковые зерна. А с алкоголем произошло то же самое тогда, когда какой-то «умник» из мохнатых предков уразумел, что можно по желанию получить удовольствие тогда, когда поешь пропадающие, перебродившие фрукты. И с тех пор люди научились получать «незаконное» удовольствие. Понятно, что такое «шунтирование» нарушает нормальное функционирование этой системы. Ведь природой установлено: сделал нужное – получи удовольствие и отдыхай до тех пор, пока опять не потребуется что-либо сделать для выживания. Человек же выпивает определенную дозу алкоголя и ему больше ничего не надо. Ни к чему теперь не надо стремиться, чего-то хотеть, чего-то добиваться.

В состоянии алкогольного опьянения социальные и культурные предписания, которые человек получил в процессе воспитания, начинают казаться не такими уж и важными. И поэтому человеку становится легче преодолеть те запреты, которые в трезвом состоянии здорово мешали ему жить. Алкоголь сразу же после его принятия начинает стремительно упрощать сферу потребностей. И тогда каждая мысль кажется оригинальной, каждое высказывание смешным, каждая женщина желанной, а любой прохожий может стать объектом для выхода накопившейся агрессии. Много выпившему человеку море кажется по колено, а горы по плечу. Проблемы упрощаются, требовательность ко многим вещам резко снижается. Понятно, что в больших дозах этот «антистрессин» добавляет стресса окружающим в это время человека людям. А при долговременном потреблении все эти явления усиливаются и становятся уродливыми. Алкоголь и наркотики при массированном применении постепенно естественным образом приводят человека к застою и личностной деградации. И когда люди там и сям видят таких людей, то им начинает казаться, что действительно Человечество катится в пропасть. Но, конечно же, это далеко не так!

Казалось бы: алкоголь нарушает четко налаженную систему самостимулирования организма. И это, безусловно, плохо! Но это воздействие, конечно же, не так прямолинейно, как кажется на первый взгляд. Его антистрессовое воздействие для организма очень важно и это благотворное воздействие вполне компенсирует те издержки, которые связаны с временным выключением энфорфинной системы. Да к тому же, если человек пьет умеренно и только по праздникам или же вечером, то временное выключение эндорфинной системы не имеет почти никакого значения. А вот антистрессовое воздействие оказалось настолько важным для Человечества, что оно включило алкоголь в число своих лучших друзей. Алкоголь является одним из самых слабых искусственных обманщиков этой системы. Он не дает такой мощный поток удовольствия, который человек получает, например, от морфия. Поэтому и его разрушающее влияние на организм достаточно мягко. Даже при длительном и неумеренном употреблении алкоголя это влияние может не доходить до клинических проявлений. И поэтому выбрали люди из двух зол меньшее! Поэтому и используют алкоголь для доставления так остро необходимых им положительных эмоций. Ведь отсутствие их еще более губительно для организма. Жизнь людям в избытке доставляет отрицательные эмоции, страхи и тревоги. А от их избытка легко можно впасть в депрессию. Естественными балансирами психики в этом случае являются еда (с питьем алкоголя или без оного) и секс. И поэтому в обществе так распространились алкоголизм, обжорство и сексуальные игры.

Если бы люди употребляли алкоголь только по большим праздникам, то никакой проблемы вообще не существовало бы. Ведь к утру действие алкоголя прекращается и вновь включаются естественные механизмы самостимулирования. Но если человек начинает употреблять алкоголь каждый день (и, особенно, в дозах больше физиологически допустимых), то он неминуемо будет деградировать! Это неизбежный процесс, так как в результате постоянного воздействия алкоголя человеку становится совершенно не нужно развиваться, двигаться вперед, улучшать свою жизнь. В настоящее время во всем мире достаточно остро стоит вопрос: почему проблема массовой наркомании встала перед Человечеством именно сейчас? Ведь наркотические вещества были известны людям с незапамятных времен. Один из возможных ответов, кроме связанного с социальной жизнью, таков. Стремление многих людей к принесению себе дополнительного удовольствия или при помощи алкоголя или при помощи наркотиков можно назвать «болезнью сытости». Раньше люди существовали в условиях чрезвычайно сильного давления окружающей среды. Один день промедления в выполнении необходимых для выживания действий мог очень дорого обойтись не только индивиду, но и всему племени. Один человек, который по каким-либо причинам выбыл из строя, становился балластом для всех остальных и уменьшал их шансы на выживание.

Самые мощные инстинкты, которые управляют поведением человека – это инстинкты самосохранения и развития. И они громко требуют удовлетворения своих требований. Поэтому людям в первобытные времена некогда было думать о доставлении себе удовольствия, все их силы были направлены на более существенные вещи. Вследствие этого ни наркомания, ни алкоголизм не могли широко распространиться в обществе – люди употребляли их только тогда и там, где и когда это было возможно. А эти возможности, как мы только что поняли, были очень редкими. В древности даже такого понятия – алкоголик – не существовало. В Юго-Восточной Азии, месте, где выращивается опиумный мак, люди живут в окружении огромных полей наркотической травы, но у них практически нет наркоманов! Казалось бы, употребляй наркотик сколько хочешь, все даром. Но суровая жизнь не дает им такой возможности. Они применяют опиум только в народной медицине для обезболивания. Если там кто-то и курит опиум более менее постоянно, то это глубокие старики, которые уже не могут продуктивно работать на общество. То есть при жизни, полной тревог и нужды, которой живут эти люди, стать наркоманом – смерти подобно. Те, кто все-таки попадал в сети наркотика, уже давно умерли. Сейчас большинство людей живут просто в шикарных условиях с точки зрения предков. Люди свободны от ежедневной угрозы голодной смерти (да и, в большинстве случаев, и всех прочих причин преждевременной смерти). И поэтому в настоящее время вполне можно себе позволить употреблять алкоголь, даже в не очень умеренных количествах, без опасения погибнуть. И, как ни парадоксально это звучит, увеличение количества наркоманов всех мастей в России является показателем повышения уровня жизни населения!

Казалось бы, пусть люди употребляют алкоголь без помех, раз им так хочется, это их личный выбор, обществу от этого ни жарко, ни холодно. Но если бы этим занимались только взрослые люди, что в большей части выполнили все, что от них требовала природа, это было бы еще ничего. Но распространение в обществе дезадаптивных идей и обычаев приводит к тому, что дети впитывают в себя их чуть ли не с молоком матери. Если в былые времена это было не страшно, из-за того, что, во-первых, не было возможности пить вволю, а во-вторых алкогольная субкультура была очень слаба, то теперь эти традиции (мы знаем это на примерах) губят очень много молодежи. А это может привести к тому, что нация начнет вырождаться!

Вино является особым веществом во многих сакральных цивилизациях. С его употреблением традиционно связываются многочисленные ритуалы и обряды. Показательно, что само слово «спирт» происходит от латинского «spiritus», то есть дух. Каббалисты также связывают вино с внутренними, эзотерическими аспектами. На иврите слова «вино» и «мистерия», «тайна» имеют одинаковое числовое значение, а следовательно, являются синонимами в мистическом смысле. Еще полнее эта тема развита в исламской традиции. Шариат, закон экзотерических, внешних религиозных правил строжайшим образом запрещает мусульманам употребление спиртных напитков, что считается страшным грехом. В полной противоположности к этой строгой позиции находится суфийская традиция, внутренний ислам, где, напротив, всячески славословится винопитие и на разные лады восхваляются достоинства алкоголя. Алкоголем – кстати, само это слово арабского происхождения – суфии, исламские эзотерики называют свое «тайное учение», «внутреннюю инициатическую доктрину». Подобно тому, как спиртное запрещено для внешних и разрешено для внутренних, люди шариата имеют дело с оболочкой истины, а люди тариката – с ней самой.

Но, естественно, простое опьянение не гарантирует обязательного достижения истины. Это лишь путь к ней. А как всякий путь он может быть успешным, а может и окончиться ничем. Не совсем ничем, поправимся. Если человек раз ступил на путь, он никогда не останется прежним, даже если заблудится. Шаг внутрь как безотзывный вексель. Это необратимый процесс. Поэтому инициатические учения старательно покрываются непроницаемым покрывалом аллегорий и темных формул. Ислам дает важный образ устройства реальности. Окружность – шариат, внешнее. Центр окружности – Истина, хакикат. Луч от окружности к ее центру – тарикат, что означает на арабском «путь». Вот этот-то луч и именуется на языке инициатической традиции «вином». И тождественен он тайне посвящения по таким же причинам. Кстати, на основании той же логики индусы называют инициатические доктрины тантризма «путем вина». Эта же парадигма лежит в основе ритуальных пьянок знаменитых даосов в китайской традиции и вакхических мистерий в Древней Греции.

Вино не просто символ, аллегория. В Традиции все связано. Если что-то соотносится с чем-то, значит эти вещи связаны и практически. Иными словами, если алкоголь синонимичен инициации, значит и производимое им на человека действие в целом должно воспроизводить сценарий посвящения. Выпивка – это путь, путь внутрь. И действительно, действие алкоголя производит на людей такое воздействие, при котором они как бы входят внутрь своего существа. Поэтому опьянение подобно сну. В нем все вещи так же, как и во сне, приобретают особый дополнительный смысл, угадываемый и смутный одновременно, слова и звуки слышатся по-новому, потоки ассоциаций и полувидений захватывают пьющих. Предметы и чувства меняют свои пропорции. Ничтожная причина вызывает гипертрофированную реакцию, угроза или опасность вообще игнорируются. Пьяный лезет на крышу, ходит по карнизу, взбирается на дерево, на трубу. Бегает через автотрассы. Нападает на сильнейших. Во общем, ведет себя в особом режиме, когда внешний мир далеко не столь весом и плотен, фиксирован и тяжел, как в пробужденном состоянии. Это сон, но сон со свидетелями. Наличие свидетелей такого «сновидения» лежит в основе утреннего похмельного раскаяния. Человек, даже если прекрасно помнит происходящее во время пьянки, испытывает угрызения совести, будто что-то совершил в беспамятстве. Это результат последствий «второго состояния», которое ускользает от критического дневного рассудка. Сон и опьянение типологически близки. Человек входит в них как в область своей души.

Возникает справедливое недоумение. Если пьянство столь положительно с духовной точки зрения, почему же выпившие люди производят столь отталкивающее впечатление, вызывают, скорее, брезгливость и презрение, нежели восторг? Дело в том, что алкоголь сам по себе лишь открывает врата внутрь, но не обеспечивает безопасности пути и не гарантирует достижения цели. В традиционных цивилизациях алкогольные ритуалы проходили по строго определенному сценарию. Им предшествовала инициатическая подготовка, в ходе которой излагались основы и законы алкогольного путешествия, давались важные советы, указывались ориентиры и цели, перечислялись опасности. Помимо сценария в ритуальном опьянения обязательно присутствовал «проводник» или «учитель», который вел пьющего (или пьющих) по лабиринтам внутреннего мира, настраивал на определенный лад, подсказывал в нужных местах. Алкоголь растворяет материальную иллюзию непреодолимой телесности, которая предопределяет модус существования в дневном сознании. Но при этом в отличие от обычного сна человек сохраняет определенный волевой контроль над физической реальностью, которая теоретически должна проходит различные диссолютивные стадии под наблюдением не заснувшего разума. В этом – смысл магического воздействия алкоголя. Но для прохождения всех этапов этого пути, этого «плавания», необходимо обладать очень концентрированным вниманием и развитым сознанием. В противном случае растворенная плоть только поднимает тину промежуточного пространства между телом и душой. Она-то и выступает на поверхность в обычных всем знакомых пьяницах, брезжит из них. Эта промежуточная сфера очень интересна. Ведь именно в ней происходит самое важное событие опьянения. Здесь корабль алкоголя сбивается с курса, попадает в спиралевидный водоворот.

Православная монашеская традиция – в частности, авва Дорофей, а позже все исихасты – дает подробное описание тонкой природы человека. Эта традиция, в отличие от иудаизма и индийской йоги. помещает «зародыш души», «косточку бессмертия» в сердце, а не в основание позвоночника. Это связано с тем, что христианская инициация рассматривает состояние второго этапа посвящения, когда жизненная таинственная сила поднимается от копчика к сердцу. Такая тонкая физиология соответствует в нормальном случае конституции каждого крещенного православного христианина (у католиков и протестантов все иначе, но это отдельный разговор), а этап подъема этой силы относится к предыдущей стадии «оглашенности». Итак, духовный центр, «истина», полюс находится в центре человека. Можно отождествить картину исламского круга – шариат, тарикат, хакикат или окружность, луч, центр – с устройством человеческого организма. Кожа «кожаные ризы», оболочка, «эпидермический плащ» – окружность. Тактильность – основной «земной» компонент бодрственного восприятия. Сердце – центр, полюс. А между ними находятся телесные слои и внутренние органы. Кстати, именно у аввы Дорофея приводится символ круга, луча и окружности, применительно к устройству реальности. Такая же фигура – с некоторыми важнейшими историко-мистическими деталями – открывает рукопись протопопа Аввакума.

Важнейшую роль играет в тонкой физиологии играет предсердие. Оно символизируется «змеем, свернувшимся вокруг сердца», «древнем драконом, стерегущим сокровище». Сердце – душа. Предсердие – то, пространство, которое препятствует входу. На основании этой картины учителя Умного Делания предостерегали от «развития жидкости предсердия». От этой причины происходили два эксцесса – ярость и похоть. *Ярость – мужское, огненное начало. *Похоть – женское, влажное. Сокровенный свет души прячется за оболочкой змеиного предсердия. И если операция вхождения внутрь произведена не аккуратно, ложные силы захлестывают личность практиканта. Опыт срывается. Очень показательно это упоминание двух проявлений предсердия – ярости и похоти. Дело в том, что в индуистском учении Санкхья «тонкое тело» человека, «душа» называется иначе – «телом наслаждений», «сукшма шарира». Это, что касается «похоти». Вместе с тем оно описывается как «огненная колесница» и имеет второе сходное название «линга шарира» – «тело фаллоса». Это «яростный», «мужской» аспект. Научно настроенные индусы описывали те же явления, что и православные акты, только во внеморальном, строго констатационном ключе. В любом случае, смысл строго совпадает. Предсердие – оболочка души, и экспансия энергий души вовне – в область предсердия – порождает всплески мускулинной агрессивности женского эротизма.

Идущий путем алкоголя движется в обратном направлении. Он приближается к центру извне, но затронув источник своей жизни – сердце-душу – он производит сходный эффект – разлитие сердечной субстанции в «зоне змея». Дремлющий Дракон пробуждается, набрасывается на замеченного пришельца и поглощает его. Вот перед нами бессмысленное (иногда блюющее) нечленораздельное существо с всполохами желания и мутью агрессии. Слабые же просто стонут и пускают слюни. Но змей безжалостен, слабых он делает рабами. И тогда никакая закодированность не поможет. Естественно, по-настоящему инициатические алкогольные ритуалы сегодня не существуют, большинство пьет в безысходно профаническом режиме. НО и здесь можно выстроить иерархию. Наиболее приближены к сакральному алкоголизму архаические народы – автохтоны Сибири, американские индейцы, чукчи, эскимосы и подобные. Здесь еще сохранены мистические инициатические фрагменты опыта опьянения. Любой понимает, что «огненная вода» – лишь недорогое путешествие по ту сторону, разновидность «шаманского транса». Более всех закладывают, естественно, сами шаманы. Но «огненная вода» внесла некоторый элемент «демократии» и поэтому следовать за шаманами могут и все остальные. Чистоты опыту это не прибавляет, но все же сам факт пристрастия архаиков к спиртному надо понимать как исключительно положительный фактор. Алкоголь во многом полезен, он способствует очищению организма от накопления темных осадков предсердия. Это экзорцистская терапия. Вудуисты много могли бы рассказать о замечательных целебных результатах пьянок.

Вторая категория – русские. Они на порядок профаничнее архаиков, скептическая культура сделала свое дело. Но все же сохранены многие сакральные элементы. + Во-первых, русские почти никогда не пьют в одиночку. В народе это считается «последней степенью падения». Знаменитое на троих. Это свидетельствует о мистериальном характере всего предприятия. Люди отправляются в плавание, поддерживают друг друга, покидают тесные границы телесной дневной раздельности, перетекают в новый коллективный организм, пластичный и неожиданный. Потенциалы душ объединяются. Все смотрят общий интерактивный сон. + Во-вторых, пьяные разговоры сплошь и рядом переходят на абстрактные темы «политика», «взаимное уважение (или неуважение)», «бабы» и прочее. Таким образом интуитивно поддерживается концентрация внимания, сознание балансирует на грани от впадения в вегетативную пассивность сочащегося тела. + И наконец, самое низшее пьянство практикуется на Западе – у англосаксов, французов или сонных скандинавов. Здесь – чисто женский вариант. Одиночество, картина алкогольного бреда, полностью сосредоточена на телесном и низменно сексуальном аспекте. В тонкой физиологии западного человека убого и смехотворно мало не только сердце, но и предсердие. Западного дракона в других местах света ничего не стоит перепутать с пиявкой. Таков же и тупой западный алкогольный разврат. Два три сценария, вспышка садо-мазо, моторное бахвальство в пустоту, схлопывание в ничто, в типичный капиталистический сон без сновидений. Алкоголь помогает вывести унтерменшей на чистую воду. Им лучше безалкогольное.

+ Путь вина заказан для женщин. Это строго мужской ритуал. Русские прекрасно понимают этот сакральный момент. Mannerbund, «мужской союз», «пьяное братство», в тайне от жен и девиц, в оппозиции им. Женщины отвлекают от внутренней концентрации (отвлекают), и в то же время препятствуют путешествиям и бродячему опыту спонтанности (привязывают). Они – помехи и для неподвижного созерцания и для динамичного скачка. Женский алкоголизм самый десакрализированный, наподобие западного. Наркологи знают, что чаще всего пьянство здесь одиночное, не связанное собственно с функцией «новой общности». Тонкая структура женщин значительно отличается от структуры мужчин. Не случайно, считается, что у мужчин правый глаз символизирует солнце, а левый луну, тогда как у женщин с точностью наоборот. Это симметричное обратное отражение. Иными словами, инициатический путь связан для женщин исключительно с «трезвением». Вся траектория перевернута. Мужчинам необходимо заснуть не заснув, женщинам – проснуться, не просыпаясь.

Истинный опыт, удачный опыт, инициатический опыт, предполагает одноразовый и необратимый характер. Это в полной мере касается алкогольного плавания. Несмотря на штормы и бури, на штили и мальстремы задача – добраться до противоположного берега. Это – берег души. Там начинается «новая жизнь», рождается «новый человек». Нет, это не конец пути, это только его начало, но настоящее, по ту сторону подземных химер того балагана, который мы совершенно ошибочно и безосновательно – считаем жизнью, бытием. Попыток же будет ровно столько, сколько будет неудачных стартов, катастроф, кораблекрушений. Горе проигравшим, обреченным на белогорячечное повторение. Но нельзя и не отдать должное трагически погибшим на этом пути, утопленникам «великой мечты», жертвам ядовитого предсердия. Там кошмарная жизнь – в океанических глубинах влажной ртути, но не страшней той, в которой барахтаемся все мы. Дидактика здесь неуместна. Важно лишь знать строгую цену вещей, разгоняя водоросли глупости и пристрастные наводки культурных манипуляторов. Алкоголь может сделать свободным, может поработить, а может оставить в том неприглядным виде, в котором вы сейчас пребываете…

С точки зрения медицины, алкоголь расстраивает здоровье миллионов людей, увеличивает смертность при целом ряде заболеваний, является причиной многих физических и психических заболеваний, дезорганизует производство, разрушает семью, резко увеличивает преступность и в значительной мере подтачивает моральные устои общества, народа и государства, однако самым большим злом является то, что он ведет к прогрессирующей деградации нации и человечества в целом вследствие появления высокого процента неполноценных детей. Несмотря на губительное влияние спиртных «напитков» на жизнь и здоровье человека, многие не представляют себе это зло в его полном объеме, страшно смотреть, как беззаботно относятся к нарастающей алкоголизации те, кто призван охранять здоровье общества. Многие без вина не мыслят себе ни отдыха, ни праздника. Масс-медиа, призванные быть чутким барометром настроения и нужд общества, не только не поднимают вопроса о серьезной борьбе с этим злом, но наоборот, косвенно пропагандирует пьянство: печатают статьи, призывающие к «умеренному» или «культурному» употреблению алкоголя. Авторы пишут, что «культурное» употребление вина не только безвредно, но чуть ли не полезно. Эти суждения столь же безграмотны, сколь и опасны. Еще никто не изобрел «умеренных» и «безвредных» доз алкоголя. А для молодого организма смертельная доза в 4—5 раз меньше, чем у взрослого из расчета на килограмм веса. При дворе царицы Анны Иоанновны, находившемся всецело под влиянием немцев и других иностранцев, был неписанный закон: «Кто не пьет – тот враг государства считался…» (В. Пикуль «Слово и дело», т.1, стр. 518). И почему это нам, русским людям, во все века, в основном иностранцы и иноверцы, упорно навязывали пьянство? Одни в виде «неписанных законов», другие – поднося шампанское в доме бракосочетания и устраивая соревнования на быстроту, третьи – под видом «умеренных» доз, и, конечно, каждый из них понимает, что любой алкоголик и пьяница начинает свой путь с бокала шампанского и с «умеренных» доз, по-своему их понимая. На амбулаторном приеме больного, у которого были явные признаки последствий пьянства, мы спросили, употребляет ли он алкогольные «напитки».